Текст книги "Я иду домой (СИ)"

Автор книги: Александр Гарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Часть 1. Беглец.

   Ржавая тугая дверь встала на место за спиной, и он понял – назад пути не было. И не только потому, что люк аварийного выхода открывался лишь изнутри Приюта. Дело было в другом. Остаться – означало обречь себя на тоскливое и лишенное смысла существование, на ненавистную профессию, избранную для него программой, которая устарела еще до начала ядерной войны, на брак по жеребьевке для воспроизведения человеческого ресурса, и еще на многое, думать о чем Джонни Хессу даже не хотелось. Он не говорил с другими обитателями Приюта об этом – его бы не поняли и, чего доброго, подвергли бы операции «психологической коррекции». Нет, он сделал правильно, что не рассказал никому о найденных им в архивах стертых файлах с чертежами Приюта. Никто кроме него не знает об этом выходе. И никто не сможет ему помешать.

   Пыльный коридор, наконец, закончился еще одной заржавленной дверью. Хесс с трудом сдвинул ее в сторону. С минуту стоял в нерешительности перед темным провалом пещеры, в конце которой смутно брезжил свет. Туго набитый рюкзак оттягивал плечо, так же как и пояс, на котором висели внушительных размеров кобура и нож. Наконец, глубоко вздохнув, и без нужды поправив рюкзак на плече, Джонни Хесс сделал первый шаг во тьму – впервые по настоящей земле.

   Тот самый пресловутый дневной свет, столько раз виденный им в учебных фильмах, оказался на пробу ослепляющим. Едва выглянув наружу, за битую временем и непогодами деревянную дверь, Хесс схватился за лицо, спиной вперед вваливаясь обратно в темноту узкого лаза. Все-таки старик Ларсен не окончательно выжил из ума, распространяя свои бредни о непереносимости солнечного света поколениями рожденных под землей обитателей Приюта. И хорошо, что, решив оградить себя ото всех неожиданностей наземья, он сумел как следует подготовиться.

   Не открывая зверски слезившихся глаз, Джонни спешно охлопал нагрудные карманы своего комбеза и, нащупав искомое, наощупь капнул растворителя под каждое веко. Дождавшись, пока спазмы станут терпимыми, помотал головой, приходя в себя, и снял с воротника большие темные очки – единственные на весь Приют.

   "... при попадании на поверхность оберегайте свои глаза при помощи наших темных очков фирмы Марвел... "

   Вторая попытка выбраться из пещеры оказалась не в пример терпимее первой. Беглец из Приюта выкарабкался из нагромождения камней, видимо, за все годы скопившиеся над дверью запасного выхода и чуть было не завалившие ее. Картина открывшегося перед ним мира будоражила и без того развитое воображение Джонни.

   – Матерь Божья, – только и выговорил он.

   Перед ним, насколько хватало глаз, простиралась огромная равнина, окрашенная в желто-коричневые цвета. Редкие чахлые деревца венчали отдаленные возвышенности, а скрипевшая под ногами рыжая трава, казалось, почти спеклась от жара. Жар палил сверху, точно из жерла реактора. Во рту мгновенно пересохло. Одновременно Джонни почувствовал странное – это странное скрипело на зубах, забивалось в нос и мешало дыханию. Судорожно втянув в себя воздух, Джонни оглушительно чихнул. Не сдержавшись, чихнул еще раз, и еще.

   Прочихавшись, Джонни сплюнул, мысленно отметив себе первый урок поверхности – не открывать без особой надобности рот. Жаль, что так и не удалось унести с собой ни одного респиратора – склад охранялся лучше музея, и доступ туда имели только секьюрити и завхоз, не считая самого Координатора Приюта. Сейчас пригодился бы любой намордник с фильтром. Неизвестно, как поведут себя легкие дальше, если долго вдыхать эту гадость.

   Позади него послышался шум. Мгновенно обернувшись, Хесс вздрогнул от испуга. Издали к нему приближался человек. Он сильно отличался от всех виденных им ранее людей. Человек этот был худ и высок. Его нестриженные грязные волосы выбивались из-под широкополой шляпы, скрывавшей всю верхнюю часть лица. Из-под шляпы торчала сигарета, которая выглядела так, как и представлял себе Джонни, просматривая старые фильмы – довоенная бумажная трубка, наполненная вонючим табаком. Меж тем, пришельцу, казалось, курить вполне нравилось. Помимо прочего, несмотря на духоту, он носил длиннополый плащ, который не имел ни одной пуговицы, и позволял увидеть под полами металл защищавшего грудь бронежилета. За плечами незнакомца висел огромный мешок, позвякивавший при каждом его шаге. Все всяких сомнений, где-то на себе он нес и оружие, однако, при беглом осмотре, беглец из Приюта его не заметил.

   Не зная, что предпринять, Джонни беспомощно стоял в ожидании, когда незнакомец приблизится вплотную, и только пальцы его бессознательно тискали ставшую вдруг очень тугой застежку на кобуре.

   Не доходя до выходца всего несколько шагов, странник остановился. Он вынул изо рта сигарету, оглядел с разных сторон, и сунул обратно, перекатывая ее из одной части рта в другую.

   – Приветствую, клиент! Добро пожаловать в фирму вещей, бывших в употреблении, «Меллори и ко»!

   Джонни был готов к чему угодно, только не к этому. Он ошеломленно молчал, не зная, как отвечать. Незнакомца, однако, его молчание ничуть не смутило. Он потер глаза основаниями ладони и, оглядев выходца на поверхность более тщательно, как ни в чем не бывало, продолжил.

   – Однако странные дела творятся на пустошах, а? – незнакомец усмехнулся как будто бы добродушно, однако, Хессу, взиравшему на него со смесью недоверия и страха, эта ухмылка не понравилась, как и все остальное. – Никогда не видел, чтобы из дыры в земле вылезали такими незасранными, – после длинной паузы, добавил он.

   Джонни смутился. Он понимал, что рано или поздно ему придется столкнуться с обитателями поверхности, но не мог предполагать, что это произойдет тотчас же после того, как он покинет Приют. Ведь, если верить Координатору, над Приютом простиралась выжженная пустыня, где разрозненные чахлые кучки дикарей занимались лишь тем, что никак не могли вымереть. И уж точно они не носили брони и не курили сигарет.

   – Видал я такие шмотки, как на тебе, вот только номер там был другой, – меж тем, странник, который довольно бесцеремонно разглядывал комбез Джонни с нашитыми на нем цифрами, заговорил вновь. По тону и словам можно было бы подумать, что они были частью долгой беседы. – Вы меченые, что ли, какие? А? Шестьдесят девятый? – взгляд странника упал на кобуру Хесса и, вновь вытащив сигарету, он неожиданно ухмыльнулся. – Неплохая, наверное, пукалка... Там, у вас, внизу. Ну, откуда ты вылез. Но здесь, на поверхности, она годится разве что на запчасти. И, несомненно, такому молодому и... э... не желающему испачкаться юноше захочется приобрести что-то побольше... Да, наверняка захочется. Если, конечно, ты не хочешь неприятностей.

   – Неприятностей? – с трудом сглотнув, Джонни, наконец, решил вступить в разговор со своим первым человеком с поверхности. – Ты мне угрожаешь?

   Пришелец со стуком сбросил свой мешок на землю. В мешке ощутимо звякнуло.

   – Не я, шестьдесят девятый. Мне, старому Меллори, все равно, кто ты, откуда, и куда. Но тут, в пустошах, брожу не только я, уж это даже такой как ты должен бы уже сообразить. А пушка у тебя слабовата. Мог бы продать тебе другую. Монет у тебя, уверен, нет. Скрепок тоже. Я б даже взял доллары или даже рубли, так и того у тебя нет? Верно говорю? Верно. Но у такого как ты наверняка найдется что-то на обмен. Что-то ценное и не сломанное. Хочешь меняться? У меня куча всякого барахла, малый – осмотрись.

   – Ты... хочешь, чтобы я осмотрел твое барахло? – невольно косясь на Меллори, который с видом заправского торговца, кем он, похоже, и являлся, раскладывал перед ним свой товар, пробормотал Хесс. – З-зачем?

   Странноватый Меллори замер на несколько мгновений. На его лице появилось выражение обиды.

   – Да... все так говорят. Зачем нам смотреть твое барахло, мужик – его и так на пустошах навалом. Валяется где ни попадя – знай, бери себе все, что заметил. Да только я тебе скажу – зачем далеко ходить, рисковать жизнью, нарываться на всякую нечисть, когда перед тобой уже все лежит буквально на блюдечке. Равноценный обмен – вот мое правило... любой каприз за твои монеты, приятель.

   – Монеты?

   Меллори понятливо закивал.

   – Нет монет? Так я и знал, так и знал! Ну что же... нет и нет – обойдемся. Я не особо привередливый – твоя пушка потянет... штук на пятьдесят. Ты ей все равно здесь никого не пристрелишь, разве что полудохлого землероя. А у меня тут есть эффективная защита для лица и тела – от палящего солнца, пыльных бурь, даже от свинцового дождя, если ты понимаешь о чем я...

   – Оружия не отдам, – прервал разглагольствования незнакомца Хесс. За то время, пока наземный житель болтал, он успел немного прийти в себя, и даже переварить предоставленную ему информацию. Итак, судьба свела его с торговцем, кажется, так назывались те, кто предлагал вещи в обмен на что-то. Возможно, торговец, если это действительно торговец, не врет, и у него есть такой необходимый ему респиратор. Но в каком он состоянии? Джонни еще раз окинул изучающим взглядом встреченного человека. Если вещи торговца по потрепанности не отличаются от него самого, проку от них не будет. Еще здесь можно встретить каких-то полудохлых землероев, а его оружие в глазах наземца стоит пятьдесят каких-то монет, что, судя по его тону, совсем даже немного.

   – Не отдам, – повторил он, стараясь казаться спокойным, как будто такие разговоры были для него не внове. – Но, может быть, у меня действительно есть что-то, что тебя заинтересует. Например, вот это.

   Он полез в собственный рюкзак, стараясь не выпускать торговца из виду и, покопавшись, выудил на свет фонарик, когда-то подаренный ему на совершеннолетие. Бронированный корпус защищал от случайных ударов «вечную лампочку», а устройство ручной подзарядки освобождало от необходимости постоянной замены батареек. Джонни никогда толком не пользовался им, но на всякий случай взял на поверхность, а сейчас готов был сменить на что угодно, что помогло бы ему вдыхать хоть сколько-нибудь очищенный воздух.

   Торговец сделал шаг вперед, протягивая руку. Хесс отскочил назад еще поспешнее, едва не споткнувшись о свой рюкзак.

   – Сначала покажи, есть ли у тебя что-то, что бы было нужно мне, – потребовал он.

   Меллори ухмыльнулся.

   – А ты не такой лопух, как все прочие меченые, да? Далеко пойдешь, малый... – торговец нагнулся к своей поклаже и что-то довольно долго в ней перебирал. Наконец, он выудил наружу широкополую шляпу с пришитыми по бокам подобиями ушей и темными сварочными очками в придачу.

   – Эта штука прекрасно защитит твою голову от солнечного удара, а глаза от песка и всякой дряни, – заметив недоуменный взгляд потенциального клиента, он поспешил объясниться. – Денек сегодня, знаешь ли, выдался жаркий. Если же хочешь чего потяжелее...

   В его руках сама собой оказалась черная от копоти военная каска.

   – Пожалуй, эта штука сможет спасти от случайных попаданий в голову. Кстати, если все же пожелаешь сменить свою пукалку на что-то более внушительное...

   Положив обе шапки рядом, торговец снова начал рыться в своей сумке.

   – Вот есть у меня винтовка... да, немного потерта, и прицел немного сбит, но еще попадает в цель и завалит любую тушу... крупнее землероя. Конечно, тебе это не нужно, если не любишь искать на свою задницу приключений. Но они иногда сами тебя находят. Даже часто, очень часто. Так-то парень...

   Меллори положил винтовку рядом со шлемами и стал выуживать из своего мешка прочий товар, среди которого были какие-то открывалки, ножи, походные фляги, резиновые перчатки и еще множество вещей неясного происхождения. По мере того, как из рюкзака торговца появлялась очередная «очень нужная и полезная» вещь, лицо Джонни все больше вытягивалось от разочарования. Рассчитывавший тут же на месте решить проблему с пылью, он явно просчитался. Встречный оказался простым барахольщиком, причем за хороший фонарь предлагал откровенный мусор. Неужели он мог где-то сбывать то, что показывал сейчас? Похоже, мог, иначе не таскался бы по жаре с эдаким мешком. Нет, Хесс был еще слишком далек от понимания законов этого мира.

   – Кроме респиратора, которого у тебя нет, я согласен меняться только на винтовку, – определился, наконец, беглец, прерывая разглагольствования торговца, явно намеревавшегося просто заговорить ему зубы. – И патроны к ней. За патроны могу дать в нагрузку еще какую-нибудь вещь. Не хлам, а стоящую, – Хесс выудил из кармана плеер, взятый с собой как раз на случай обмена. – Еще покажешь, в какую сторону ближе всего живут люди. Ну?

   Меллори поспешно вырвал у выходца предлагаемые ему вещи, взамен сунув ему в руки винтовку. Хесс с неудовольствием ее проверил. Винтовка действительно оказалась в состоянии еще более плачевном, чем нашел нужным открыть ее бывший владелец. У такого любителя огнестрельного оружия, каким был Джонни, подобное состояние «товара» вызывало жалость и неприязнь.

   Пока беглец осматривал свое приобретение, Меллори зарыл полученные вещи глубже в мешок и, покидав туда прочее барахло, вскинул ношу на плечо, явно не собираясь задерживаться рядом с клиентом дольше, чем того требовало дело.

   – На юго-востоке есть Бурб – там много торговцев. Но топать до него, да еще тебе – не меньше суток. Зато, если доберешься, сможешь куда-то пристроиться. Торговцы, те, которые со скотиной и телегами, часто набираются молодцев с оружием и снаряжением для охраны. Остальные поселения далековато – три-четыре дня пути, если не больше. Туда лучше не ходить – в одиночку. Разберешься. Ну, все, малый. Бывай. Удачи тебе... на пустошах.

   Меллори поправил рюкзак на плечах и, махнув на прощанье, довольно быстро пошел на запад, шаркая ногами по пыльной земле.

   Проводив взглядом странного торговца, Джонни присел на камень и задумался. Разумнее всего сейчас ему, не ведавшего законов этого мира и его опасностей, идти туда, где ближе всего можно встретить людей. По словам незнакомца, таким местом был Бурб, до которого – сутки ходу. Идти туда? А что он там будет делать? Хесс был уверен, что с его опытом инженера-наладчика он найдет работу в любом мало-мальски обжитом месте, если его жители пользуются хотя бы радиоприемниками и водопроводом. А если нет? А если у них нет нужды в наладчиках?

   Он не знал нравов живущих на поверхности людей, но еще меньше он знал о повадках зверья, населявшего наземье. Если верить учебным фильмам, воздействие радиации на многие виды должно было принимать самые чудовищные формы, и сталкиваться с ними прямо сейчас у Хесса не было ни малейшего желания. Если это будет так необходимо, лучше позже, когда он будет знать как можно больше об этом мире.

   Квалификационный тест предписывал Хессу Джону, восемнадцати лет от роду, младшему помощнику техинженера дренажных систем Приюта 69, по наступлению совершеннолетия занять место отца Витвела Уайта, скончавшегося около трех месяцев назад. Но Джонни не имел ни склонностей к работе священником, ни уверенности, что она сможет прокормить его в наземном мире. Конечно, он был неплохим инженером, но нужны ли наземникам инженеры вообще?

   Однако пути назад не было. Даже если ему сейчас посчастливится отыскать дорогу к внешним дверям Приюта, вряд ли они откроются для него. Скорее, заблудшую овцу бросят в наземье, в назидание остальным.

   И еще – ему не хотелось назад. Разговор с торговцем Меллори, который нисколько не походил на набожных, тихих и правильных сограждан, населявших Приют 69 с давным-давно отгремевшей на Земле ядерной войны, совершил с Джонни то, что до этого смогли сделать с ним только старые фильмы, которые Хесс засмотрел до дыр. Он сумел разбудить в неудавшемся священнике живой, искренний, настоящий интерес.

   Повязав голову платком, Хесс поднялся и, закинув на плечо рюкзак, зашагал на юго-восток.

***

   Несколько часов по пустоши дались Джонни тяжелее, чем предполагалось. Шел он гораздо медленнее, чем привык передвигаться по коридорам Приюта. Здешний воздух был суше, и наполнен мириадами пылинок, затруднявших дыхание. Через некоторое время беглец догадался дышать через нос, но вскоре оставил это занятие, так как через каждые несколько десятков шагов приходилось останавливаться и подолгу сморкаться. Утреннее солнце палило немилосердно, и оставалось только радоваться своей предусмотрительности захватить с собой побольше воды. Пройдя довольно большое расстояние от места, где он встретил Меллори и, перевалив за невысокую группу холмов, на которых он нашел только несколько чахлых деревьев и потрескавшийся фундамент какого-то дома, Джонни остановился и сверился с часами. Полдень только близился, но он успел так утомиться, словно целый день танцевал на ринге против мастера Карсона, полусумасшедшего наставника по семи видам единоборств. Осмотревшись, он выбрал булыжник повыше и, дотащившись до него, присел в тени. Теперь только Хесс позволил себе откупорить флягу и сделать один большой глоток. Как бы ни много было у него воды, ее следовало экономить. Нигде поблизости в этой пустоши он не видел и намека на источник, или хотя бы лужу, хотя специально их высматривал.

   Выпитая вода тут же выступила на пересохшем лбу каплями соленого пота. Хесс досадливо поморщился. Вода во всех флягах успела заметно нагреться. Огромный и неведомый мир по-прежнему пугал своими незнакомыми опасностями, но его прелесть свежего воздуха, журчащей воды, сухого разнотравья под ногами и огромного синего неба над головой уже проникала в сознание Джонни. Кроме того, за несколько часов непрерывной ходьбы наручный КПК не зафиксировал какой-либо даже самой малейшей опасности. Мало-помалу Джонни перестал шарахаться от каждого шороха. Утомленное непривычными физическими усилиями тело сладко ныло, идти по такой страшной жаре было пока невозможно, и беглец, еще раз улыбнувшись видимому в просветы между листвой солнцу, провалился в дремоту.

   ...Проснулся он от чувства непонятного неудобства. Открыв глаза, он сразу понял, в чем оно заключалось – в его щеку упирался ствол охотничьего ружья. Чуть выше ствола ухмылялась потная рожа аборигена неопределенного возраста. Одет абориген был странно – в кожаные штаны и шипастую перевязь через оба плеча. Поодаль стояли еще трое похожих на первого пришельцев, а совсем рядом с Джонни какой-то парень беззастенчиво потрошил его рюкзак. Еще беглец успел заметить крепкого плечистого бородача, у которого были связаны руки. Однако больше ничего разглядывать ему не дали.

   – Вы посмотрите, кто тут у нас, – безвозрастной пришелец надавил стволом на щеку Джонни, понуждая того повернуть голову. – Надо же, какой чистенький. Какой беленький. Прямо из Приюта, а?

   Хесс промолчал. Он понимал, что Приют был упомянут наземником для красного словца, но от волнения его сердце все равно забухало громче отбивного молота. От группы стоявших поодаль мужчин отделился один, с выбритой половиной головы. Вторая половина была седой. Он шагнул к приподнявшемуся на локтях Джонни и внимательно взглянул в его глаза.

   – Откуда ты? – последовал его отрывистый вопрос. Джонни счет опасным отмалчиваться дальше.

   – Из поселка, – от волнения название поселка придуматься не пожелало.

   Седой, однако, кивнул, точно этот ответ его полностью удовлетворил. Полуголый хозяин ружья переступил с одной ноги на другую.

   – Кончать его? – беспокойно спросил он. Седой отрицательно мотнул головой.

   – Связать. Молодой, смазливый. На ярмарке за него дадут хорошую цену.

   Джонни опешил.

   – В-вы что, хотите сделать меня рабом? – со смесью испуга и возмущения крикнул

  он.

   Все, кроме седого захохотали. Оружие в их руках недвусмысленно подтверждало правильность этого предположения. Волна отчаяния окатила душу Джонни, но лишь на миг. А в следующий момент...

   То, что произошло дальше, стало неожиданностью для всех, и в первую очередь – для самого Джонни. Не дожидаясь, пока пришельцы отсмеются, он отчаянно бросился вперед – прямо на полуголого хозяина ружья. От неожиданности тот выстрелил, но пуля прошла мимо. Джонни схватился за ствол и одним уверенным движением вывернул оружие из растерянных рук, разворачивая пришельца лицом к остальным. Уже приседая за его спиной с ружьем в руках, Хесс успел увидеть, как тело пришельца дважды дернулось от всаживаемых в него пуль. Убитый своими же товарищами враг еще не успел осесть на землю, когда беглец из Приюта выскочил из-за его спины и, выстрелив в сторону седого, бросился за ближайшее дерево. Потрошивший его рюкзак парень кинулся наперерез, но Джонни по пути ловко сбил его прикладом, не успев даже подумать о том, чтобы выбросить из ствола пустой патрон. Обернувшись, Хесс увидел, что на одного из оставшихся бандитов напал связанный бородатый пленник и, воспользовавшись тем, что другой отвлекся на этого нового противника, выстрелил ему в спину. Вскрикнув, пришелец завалился вперед. Одновременно с этим связанный бородач точным ударом сбил наземь своего противника и, быстро наступив тому ногой на горло, провернул стопу.

   – Я в восхищении, парень, – хрипло бросил он, наклоняясь над убитым Джонни бритым врагом, и вытаскивая нож. – Седой просчитался в первый раз в жизни. Он всегда точно оценивал мясо. Но ты тоже артист! Трясущийся, бледный... Ловко прикинулся соплей. Хотя за каким ты улегся в двух шагах от дороги, да еще с рюкзаком такого барахла? Неужто охотник? Подманиваешь и ложишь, а? Но с Седым и его группой ты сильно, сильно рисковал. Хотя их пожитки того стоят!

   Джонни выслушал эту тираду с совершенно отрешенным лицом, которое было белее мела. Только теперь до него постепенно стало доходить, что именно он сейчас сделал.

   – Так все-таки охотник? Я, конечно, не настаиваю, ты босс, но не возражаешь, если я тоже маленько прибарахлюсь?

   Беглец несколько раз резко мотнул головой. Какая-то часть сознания понимала, что его принимают за другого и нашептывала, что будет безопаснее не развеивать заблуждения бородатого как можно дольше. Все иное существо же его было занято кошмарной, жгущей душу мыслью – он убил! Убил троих людей, до того, как они успели сделать ему что-то плохое. Как же это случилось? И как теперь ему с этим жить?

   Между тем бородатый разрезал веревки, которыми были связаны его руки, и стал деловито осматривать трупы, присваивая то, что казалось ему наиболее ценным. Подумав, что следует последовать его примеру, Джонни тоже собрал огнестрельное оружие, которого оказалось не так много, и боеприпасы, чего было еще меньше.

   Через некоторое время, закончив мародерствовать, они выпрямились одновременно и посмотрели друг на друга. Джонни был заметно напряжен, но на лице бородатого играла улыбка.

   – А ведь ты выручил меня, парень! Если бы не ты, Седой разобрался бы со мной... по-соседски. Не скажешь, как тебя зовут?

   Хесс невольно бросил еще один взгляд в сторону трупов, на которые уже начали слетаться мухи, и поспешно отвел глаза.

   – Джонни, – резко, резче, чем нужно, выговорил он. Бородатого, впрочем, его тон не смутил.

   – Значит, Джонни, – он кивнул. – А я – старый Джимбо. Джимбо Лайонс. Послушай, Джонни, я, конечно, не навязываюсь, но, судя по твоему барахлу, – он бросил выразительный взгляд на рюкзак, который Хесс взваливал на плечи, – ты идешь менять товар на монеты. А это значит, на ближайший рынок, верно? В Бурб, а?

   Беглец кивнул. Он все еще переваривал происшедшее и вовсе не был расположен к откровенности с бородачом, который своим видом один в один был похож на валявшиеся вокруг трупы, и чем-то с самого начала ему не понравился.

   – Тогда, может, потопали туда вместе? Путь неблизкий, дойдем только завтра к обеду. А в этих местах, сам знаешь, полно рейдеров.

   Хесс опустил голову, силой заставив себя прекратить думать о причиненных им смертях, и со всех сторон взвесить предложение Лайонса. Хотя он сильно не доверял бородачу, но стоило признать – в наземье он без году день, и правильно оценивать направления еще не научился. Он вполне может промахнуться мимо Бурба, и не заметить его, находясь всего в миле. Куда надежнее было бы идти с кем-то, кто хотя бы знает, куда идет.

   – Вместе, – обронил он, стараясь говорить поменьше. – Но в Бурбе разойдемся.

   – Идет, – бородач видимо обрадовался. – Не пожалеешь, парень!

***

   Как и предсказывал бородатый, к Бурбу они подошли только к середине второго дня. Бурб оказался большим поселком, состоявшим из нескольких уцелевших каменных зданий и длинных палаточных улиц вокруг них. Вокруг палаток толпились люди – так много людей в одном месте Джонни не приходилось видеть никогда. Почти каждый был вооружен, многие носили такие же шипастые вещи, которые были на убитых Джонни бандитах. Перед некоторыми палатками стояли длинные наспех сколоченные деревянные столы, на которых громоздилась всякая всячина, вставленная, очевидно, на продажу. Однако по большей части это был хлам. Как ни всматривался Джонни, на первый взгляд ничего даже отдаленно напоминавшего что-то ценное, тут не было. Картину дополняли многочисленные повозки с запряженными в них коровами и странными животными, в которых Джонни с трудом признал виденных им на картинках лошадей. От повозок, точнее, от впряженных в них животных, несло со страшной силой. Впрочем, немногие из людей, рядом с кем пришлось пройтись Хессу, пахли лучше. Все это сборище издавало какофонию звуков и запахов, что у выходца с непривычки закружилась голова.

   Бородатый поддернул винчестер на плече.

   – Ну, еще раз спасибо, парень. Будь здоров. Удачи тебе сбыть все это барахло.

   Джонни кивнул. Лайонс уже поворачивался, чтоб уйти, когда беглец придержал его за рукав.

   – Погоди. Ты не знаешь – нужен тут кому-то инженер? Парень, который разбирается в электронике?

   – Инженер? – бородатый поглядел на него в неподдельном изумлении. – Ты ищешь для себя? Разве ты не охотник?

   Джонни неопределенно дернул плечом. Некоторое время Лайонс молчал, то ли что-то вспоминая, то ли прикидывая.

   – Вроде, я знаю парня, которому нужен электронщик, – задумчиво и неуверенно проговорил он наконец. – Могу тебя к нему проводить. Но на твоем месте я бы к нему не совался. Его зовут Марвин, и он здесь всем заправляет. Если ты не сможешь его заинтересовать, он запросто пристрелит тебя.

   Беглец вновь промолчал. Бородатый пожал плечами.

   – Ладно, это твой выбор и твоя шкура, парень. Я тебя туда провожу, но только потому, что я тебе обязан.

   Вслед за бородатым, Джонни прошел несколько рядов грязных палаток и пересек площадь, в одной стороне от которой колючей проволокой был огорожен большой загон, по которому бродили полуголые и совсем голые люди, а в другой находился широкий деревянный помост. Охраны здесь было гораздо больше, чем в других частях Бурба.

   – Работорги начнутся после полудня, – пояснил бородатй, по-своему истолковав недоумение на лице своего молодого спутника. – Сейчас слишком жарко.

   Джонни благоразумно решил воздержаться от дальнейших расспросов. Он уже понял, что жизнь в наземье бьет по неосторожным куда больнее, чем по тем, кто осторожен. Иногда даже до смерти. А умирать теперь его не тянуло.

   Миновав палатки, они приблизились к остаткам каменных сооружений. Несмотря на то, что их здесь было меньше, чем на рынке, охранники были лучше одеты и лучше вооружены. Четверо стояли по обеим сторонам от чудом уцелевших двустворчатых дверей самого большого каменного здания.

   Увидев приближавшихся людей, один из охранников вскинул оружие. Ствол карабина смотрел в грудь бородатого.

   – Не думал, что когда-нибудь увижу тебя живым, старый ублюдок! Какого хрена ты сам притащил свою задницу к мистеру Марвину? Решил облегчить нам поиски?

   Бородатый ухмыльнулся, однако Джонни почувствовал, как напряглась его спина.

   – Я по делу, – процедил он, довольно, впрочем, миролюбиво, так как другие охранники тоже взялись за свои ружья. – Мистера Марвина мое предложение заинтересует, клянусь! Проводи меня к нему, Рид.

   Тот, кого назвали Ридом, хмыкнул.

   – С удовольствием. Зрелище твоих кишок, намотанных на твою же шею это как раз то, чего мне хотелось после завтрака. Снимай побрякушки и пошел!

   Бородатый послушно отдал оружие. Джонни последовал его примеру с большой неохотой. Происходящее ему не нравилось. Однако выбора уже не было. Дула сразу нескольких ружей смотрели в грудь и ему.

   Разоружив их, охранники провели то ли гостей, то ли уже пленников через светлый холл по частично обвалившейся мраморной лестнице на второй этаж здания, судя по многим признакам, довоенного банка. Пока они шли, охрана на их пути попадалась еще дважды. Миновав длинный коридор, странных гостей ввели в комнату, которая, по-видимому, служила кабинетом. За широким деревянным столом сидел пожилой крупный человек. Когда при их появлении он поднял голову, черты его лица показались Джонни смутно знакомыми. Но он отогнал от себя эту мысль. В этом мире не было никого, с кем он был бы знаком.

   – Так-так, – голос мистера Марвина, а никем иным человек за столом быть не мог, был довольно тихим и приятным, но почему-то когда он заговорил, у Джонни неприятно засосало под желудком. – Смотрите, кто тут к нам. Джимбо Лайонс собственной персоной. И кто же его поймал?

   – Никто, сэр, – внес ясность Рид, подталкивая Джонни ближе к столу. – Он сам пришел прямо к воротам, говорит, что по делу. И с ним вот этот сопляк.

   Внимательно оглядев Джонни с ног до головы, Марвин не без труда перекинул взгляд обратно на бородатого.

   – Ты или совсем спятил от шатания по пустошам, либо действительно можешь предложить мне нечто такое, чтобы я забыл о твоем... деле. Ты ведь за этим пришел ко мне? Интересно, что же это может быть?

   Лайонс показал в ухмылке остатки зубов.

   – Ты знаешь, что твой брат мертв?

   Джонни мог бы поклясться, что сидевший перед ним человек был не из тех, кого можно огорошить чем угодно. И в самом деле, если Марвин был ошарашен, огорчен или изумлен, это осталось незамеченным для окружавших его людей.

   – Откуда тебе это известно? – после паузы спросил он.

   – Я своими руками снял вот это с его трупа.

   Под взглядами охранников бородатый вытащил что-то из кармана и бросил на стол.

   Марвин двумя пальцами взял лежавший перед ним перстень и сжал в кулаке.

   – Кто это сделал? – тише прежнего спросил он. Лицо его чуть заметно дернулось.

   – Если я укажу тебе на убийцу, мы... я хочу сказать, я могу считать, что ты...

   – Я хочу знать, КТО, – Марвин поднялся, отодвинув стул, и отошел к окну. Затем резко повернулся к бородатому. – Говори и убирайся к чертям. Мои люди не буду тебя задерживать.