Текст книги "Скверная жизнь дракона. Книга пятая (СИ)"

Автор книги: Александр Костенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Лог-Лист на конец 13 арки

Форма дракона

«„–“„–“„–“»

Параметры

Имя: Сиалонус

Раса: Черный дракон (Осквернён)

Класс: заблокировано

Возраст: 71

Уровень: 40

Опыт: 2034/41000

Жизнь: 3360/3360

Мана: 2500/2500 + [1630]

Выносливость: 3360/3360

«„–“„–“„–“»

Характеристики

Сила: 50

Выносливость: 118

Ловкость: 54

Интеллект: 50

Воля: 150

Магия: 250 + [163]

Удача: 24

Свободных очков характеристик: 5 [1]

«„–“„–“„–“»

Навыки

Маскировка: 2

Наблюдательность: 11

Концентрация: 5

Красноречие: 15

Знахарство: 2

Кулинария: 7

Знание механизмов: 12

Рукопашный бой: 3

Владение оружием: 2

Драконья картография: 10

Чувство магии: 23

Полёт: 1 (общий показатель составного навыка)

▪ ▪ ▪ Крепкость крыльев: 1

▪ ▪ ▪ Устойчивый взмах: 1

▪ ▪ ▪ Направление полёта: 6

Новелла знаний: 1

Свободных очков навыков: 1 [0]

«„–“„–“„–“»

Умения

Мыслеречь: без уровня

Магическая стрела: 7 ур.

Магическое исцеление (расовое умение): 11 ур.

Рывок: 3 ур.

Полёт: 5 ур.

Магическое копьё: 3 ур.

Фреска времени: без уровня

«„–“„–“„–“»

Сопротивляемости

Сопротивляемость к физическому урону: 50%

Сопротивляемость к яду: 50%

Сопротивляемость к магии смерти: 50%

Негативные состояния

Отсутствуют

Достижения

«Возглас страха», «Двуединый», «???», «???»

Время до повторного использования достижения основного свойства достижения «Двуединый»: 232:14:56:43

Активные задания

Отсутствуют

«„–“„–“„–“»

Личное имущество

Предметы одежды:

▪ ▪ ▪ Рука́асса шаа́кт ну да́арон (Осквернён):

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (известны)

Книги:

▪ ▪ ▪ Совершенство магии призыва: развитие в ограничениях

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

Оружие:

▪ ▪ ▪ Нож воздушного удара и огненного лезвия

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

Другое:

▪ ▪ ▪ Комплект маяков сигнального контура ясного пульса

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

▪ ▪ ▪ Комплект маяков сигнального контура

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

«„–“„–“„–“»

Клятвы и договорённости

Исходящие клятвы: Отсутствуют

Исходящие обязательства: Отсутствуют

Входящие клятвы: 2

▪ ▪ ▪ От кого: Кагата даа́р Гусара раша́а руу́кта думкаа́д ну Руссу́ут

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Содержание: Произношение вашего имени (Лиас) с честью

▪ ▪ ▪ От кого: Нишар’Нудалкас

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Содержание: Хранение тайны невосприимчивости скверны

Входящие обязательства: Отсутствуют

«„–“„–“„–“»

Новелла знаний

Запечатлённые фрагменты: 13 из 15

«„–“„–“„–“»

Другое

Зафиксирована оценка неизвестного предмета

Форма Ксата

«„–“„–“„–“»

Параметры

Имя: Лик’Тулкис

Раса: Кта’сат (Осквернён)

Класс: отсутствует (не выполнены условия получения)

Профессия: Ученик Настрайской магической академии/Сулин Всеобщей Церкви

Возраст: 26

Уровень: 58

Опыт: 1753/59000

Жизнь: 900/900

Мана: 1670/1670 + [2500/2500]

Выносливость: 900/900

«„–“„–“„–“»

Характеристики

Сила: 15

Выносливость: 40

Ловкость: 25

Интеллект: 50

Магия: 167 + [250]

Воля: 150

Удача: 24

Свободных очков характеристик: 1 [5]

«„–“„–“„–“»

Навыки

Маскировка: 2

Наблюдательность: 11

Концентрация: 5

Красноречие: 15

Знахарство: 2

Кулинария: 7

Знание механизмов: 12

Рукопашный бой: 3

Владение оружием: 4

Драконья картография: 10

Чувство магии: 23

Новелла знаний: 2

Свободных очков навыков: 0 [1]

«„–“„–“„–“»

Умения

▪ ▪ ▪ Общие умения (11/15)

Мыслеречь: без уровня

Фреска времени: без уровня

Магическая стрела: 9 ур.

Рывок: 12 ур.

Удар: 4 ур.

Кураж: 1 ур.

Концентрация: 1 ур.

Пинок: 2 ур

Прыжок: 1 ур.

▪ ▪ ▪ Структурные умения (11/15)

Огненное лезвие: 1 ур.

Воздушный удар: 1 ур.

«„–“„–“„–“»

Сопротивляемости

Сопротивляемость к яду: 50%

Негативные состояния

Отсутствуют

Достижения

«Возглас страха», «Двуединый», «???», «???»

Время до повторного использования достижения основного свойства достижения «Двуединый»: 232:14:56:43

Активные задания

Отсутствуют

«„–“„–“„–“»

Личное имущество

Предметы одежды:

▪ ▪ ▪ Рука́асса шаа́кт ну да́арон (Осквернён):

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (известны)

Книги:

▪ ▪ ▪ Совершенство магии призыва: развитие в ограничениях

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

Оружие:

▪ ▪ ▪ Нож воздушного удара и огненного лезвия

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

Другое:

▪ ▪ ▪ Комплект маяков сигнального контура ясного пульса

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

▪ ▪ ▪ Комплект маяков сигнального контура

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Свойства (неизвестны)

«„–“„–“„–“»

Клятвы и договорённости

Исходящие клятвы: Отсутствуют

Исходящие обязательства: Отсутствуют

Входящие клятвы: 2

▪ ▪ ▪ От кого: Кагата даа́р Гусара раша́а руу́кта думкаа́д ну Руссу́ут

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Содержание: Произношение вашего имени (Лиас) с честью

▪ ▪ ▪ От кого: Нишар’Нудалкас

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ Содержание: Хранение тайны невосприимчивости скверны

Входящие обязательства: Отсутствуют

«„–“„–“„–“»

Новелла знаний

Запечатлённые фрагменты: 13 из 15

«„–“„–“„–“»

Другое

Зафиксирована оценка неизвестного предмета

Арка 14
Тон

Арка четырнадцатая

Тон

Место действия: Южный континент

Глава 1

– Стены города! На полотне флага… Восемь квадратов на полотне флага, зелёный с красным! – где-то вдалеке раздался голос караванщика, сидящего в головной повозке.

– Магнар! – подхватил следующий караванщик.

– Приехали!

– Хвала Всебогам, приехали!

Новость разносилась по цепи телег и каждый разумный в караване радовался, улыбался, кричал, воздавал хвалы богам и по-доброму смотрел на соседей. Даже на ксата, завернувшегося в собственный плащ и старательно изображавшего куколку бабочки. Наружу торчало лишь лицо, даже руки он прятал внутри кокона. Посох стоял рядом, всё время придерживаемый плечом. Услышав о приближении к городу – я сам невольно улыбнулся и размял затёкшую спину, отгоняя от сердца липкое чувство страха, поселившееся там с самого утра.

Из самодельного кокона вылазить не хотелось, ибо я всю дорогу чертовски мёрз, особенно сильно этой ночью, даже проснулся от стука зубов и заложенного носа. Последнее к утру прошло, но с тех пор я частенько шмыгаю. Не хватало ещё заболеть под конец пути, а ведь всё начиналось так хорошо.

В Настрайск вереница карет из академии прибыла затемно и практически все ученики тут же рассыпались по городу в поисках ночлега, главное – потеплее и подешевле. Я же, вместе с другими прозорливыми учениками, направился в гильдию торговцев, где нас ждали и оформили как пассажиров в предстоящем караване. Его начальник спросил нас об оставшихся учениках: на провоз он получил список из тридцати разумных, а регистрироваться пришли только десять. На что один из учеников с жезлом на поясе хмыкнул, что оставшимся больше нужна тёплая кровать. Караванщик понятливо закивал и сообщил, что отбываем рано утром в семь часов, а собираемся вообще в половину седьмого.

Мы разошлись искать гостиницы. Я направился к той, где мы в прошлый раз с Налдасом останавливались. Комната на одного с сигнальным контуром нашлась сразу, так что я поужинал и лёг спать.

Утром, перед отъездом, к каравану успели присоединиться ещё пятнадцать учеников. Они шли уверенно, будто не раз путешествовали до Магнара. Оставшихся пять сонь ждать никто не собирался, и ровно в семь часов вереница телег двинула в путь. Как к вечеру выразился один из учеников третьего года: это станет хорошим уроком первогодкам.

Мне же стало хорошим уроком, что самая лучшая телега для провоза – та, где можно сидеть на полу, главное – подстилку постелить. Первый день я ехал в пассажирской телеге с двумя длинными скамейками по её бортам. И хоть крыша в ней из ткани и ветер не задувал, но всё равно осенний холод пробирал до дрожи и иногда казалось, что зима настала и снег идёт. Но остальные ученики чувствовали себя нормально, лишь изредка потирали подмерзающие ладони.

Я тогда попытался завернуться в плащ, но из-за скамьи этого сделать не смог. В тот же вечер договорился с другим учеником поменяться местами и на следующий день в полной мере ощутил себя в тепле. Хоть телега оказалась с крышей и на половину забитой товарами, но в тот момент мне было плевать. Я полностью завернулся в плащ и, не выпуская и толику тепла от подогрева куртки, всю оставшуюся дорогу наслаждался теплом.

На путь до Магнара потребовалось пять дней. Время сейчас позднее, солнце давно опустилось к горизонту и мир утопал в вечерних полутонах. Выглядывая из-за края повозки и смотря приближавшиеся стены города – я мечтал о тёплой кровати, но думал о другом.

Магнар – город-оплот, рядом с ним расположены скверные места, но стены его в три человеческих роста, не выше. Впрочем, как и у многих других городов. И это странно. Высокие стены – ключевая деталь в обороне даже не от порождений, но от других разумных. Скорее всего, всё дело в магии.

У широко распахнутых в вечерний час ворот дежурила стража. Как и на стенах, стражники приветствовали караван и махали факелами и светильниками. Но дружелюбие дружелюбием, а оплата пошлины за въезд в город строго с каждого носа. Даже если он покрыт морщинами. Не будь в телеге других учеников, то мне пришлось бы заплатить гораздо больше из-за внешнего вида, но так я отделался лишь одной серебряной монетой.

В городе караван сразу направился к гильдии свободных торговцев. Всем не терпелось побыстрей закончить с формальностями и разбрестись по городу. Но в отличие от Луцка или Кратира – в улочках Магнара я совсем не ориентировался. В прошлый раз мы здесь не задержались и уехали на следующее же утро.

По совету начальника каравана я направился к одной из лучших гостиниц города: она хоть и без своей бани, но есть прачечная с сушилкой одежды и отличная кухня, а помыться можно на соседней улице. Вполне приемлемый и адекватный вариант, что не скажешь о самом городе. Он не казался тем местом, где чувствовались отголоски недавней войны. Тот же Настрайск больше похож на декорации документального фильма о тотальной разрухе и нищете, а Магнар… Он процветал.

Улочки полнились разумными, будь то парочки влюблённых, детвора или целые семьи. Магазинчики заманивали горожан выставленными на продажу товарами, лавки с едой манили насыщенными ароматами, а шумные компании у различных питейных сами по себе лучший зазывала. И хоть многие разумные в городе из нутонов, но и остальные расы чувствовали себя навеселе. Даже редкие равнинные эльфы без рабских ошейников, хоть и ощущали на себе подозрительные взгляды, но всё равно бодро шли по мощёным улицам.

Все улыбались, радовались, в глазах разумных горел огонёк веры в прекрасное будущее. Лишь при виде ксата они на короткий миг менялись в лице, одаривая меня презрительным взглядом. Некоторые даже порывались плюнуть вслед, но что-то их останавливало. И этим уж точно была не параная. Я ещё в Настрайске надел её под плащ и в глазах толпы выглядел обычным ксатом. Кто его знает, как разумные отреагировали бы на символ Всеобщей Церкви на полуплаще синеватого цвета. Так-то носить её нужно, но показывать только в экстренном случае. И моя интуиция подсказывала, что это произойдёт очень и очень скоро.

Главный зал гостиницы встречал приятным теплом и ароматом свежеиспечённого хлеба, в ответ по коже пробежали мураши, а рот предательски наполнился слюной. Большую часть столов в зале занимали постояльцы: они ели горячий ужин, пили тёплые напитки и всячески дразнили мой только что проснувшийся аппетит. Сегодня на обед в караване раздавали кружку горячего чая и чёрствую лепёшку, способную разломать зубы даже моей истинной форме.

– Добрый вечер. Приветствую вас в «Гнезде совы». Еларон, её владелец, к вашим услугам. Свободные комнаты есть, – вежливо поприветствовал меня мужчина лет сорока, стоявший за стойкой.

– С сигнальным контуром на одного?

– Есть, на втором этаже. Пять серебряных Магнара и две общих за ночь с ужином, завтраком и стиркой. Хранение вещей в стоимости. Стирку можно убрать, получится дешевле на две монеты.

– Что насчёт продления?

– В любой момент, только предупредите хотя бы за одну ночь.

Я запросил комнату на три ночи, и стирку только на сегодня. Заодно спросил о бане.

– Советую идти туда прямо сейчас, а ужин оставить на потом. Мне не стоит объяснять, почему я так советую?

Я в ответ покачал головой. Хотелось ещё заглянуть в гильдию авантюристов, но лучше это сделать на свежую голову. Да и в сердце всё ещё свербело склизкое ощущение неприятностей. Моя паранойя предупреждала о чём-то, но о чём? О проделках церковников, разумных? Или драконов? Мои сородичи всяко могли быть в городе и только ждали удобного шанса, чтобы напасть.

Выложив на стол четыре золотых и забрав сдачу с ключом от двери – я первым делом поднялся в комнату и проверил целостность сигнального контура. Линии на замыкателе казались нормальными. Я даже отодвинул кровать и небольшой стол от стен, но контур нигде не прерывался. Это вселяло надежду на душевное спокойствие в ближайшие дни, но всё равно следует всенепременнейше узнать цену на особое зелье для сигнального контура. Его использовал Налдас в портовом городе, восстанавливая линии на плинтусах. Оно мне пригодится: гостиницы разные бывают и вряд ли в следующей не попытаются меня убить.

Вещи свои я передал на хранение: не хотелось оставлять их надолго без присмотра. Всё же хозяин гостиницы отвечает за них кошельком, а если сумма вещей значительная – то и собственной свободой и жизнью, рискуя вместе с семьёй обратится в невольников. Примерно так Налдас объяснял принцип работы контракта на хранение.

Я нисколько не пожалел о решении помыться сейчас, а не после ужина. Прислонившись к дверному косяку, банщик скучал в ожидании посетителей. Вид приближавшегося ксата заставил его занервничать, но словосочетание «Гнездо совы» мужчину успокоило, он улыбнулся и пригласил зайти внутрь. Я же сначала хорошенько осмотрелся, выискивая засаду.

За три общих серебряных монеты банник обещал помывку двумя тазами горячей воды, без разбору разбавляя холодной. За пять – вдобавок можно отмокнуть в деревянной купальне. За семь – к моим услугам парилка, отделённая от купален. Если накинуть сверху монетку, то принесут напитки. А за все двенадцать к моим услугам дочь банщика…

Я ошарашенно посмотрел на рослого мужика, в полтора раза шире меня в плечах. Он предлагал мне свою дочь! По его целой одежде и ухоженной виду бани не сказать, что у его семьи бедственное положение.

– Не, господин, не подумайте ничего такого. Они веником вас, господин, обученные они у меня, – мужик чуть стушевался и засмущался как маленький пацан. – Сына моего на службу призвали, две дочурки остались, они мне помогают в бане. Сам то уже староват, плечи крутит. Вот они помогают. Сегодня старшая работает.

– Дочь зови, – я с пониманием закивал, а в ладони банщика сверкнул золотой кругляш

– Всё господин сделаем, спасибо вам! – мужик кивнул в благодарность и предложил мне сначала обмыться, а потом чуток отогреться в парилке. Баня в моём лично распоряжении, ибо в ближайший час никто не придёт: обычно разумные идут в баню после сытного ужина.

Сидя в парилке, я основательно покрывался мелким потом, но не от жара печки – поведение банщика казалось странным. Ксатов презирают и стараются за версту обходить, а он чуть ли не в ножки кланялся и дочь допустил до работы со мной, хотя должен брезговать даже упоминаем такой возможности.

Вскоре раздался стук в дверь, и в парилку зашла девушка на вид лет шестнадцати, или около того. Я сильно удивился её возрасту, но спустя секунду затолкал удивление в глубинные глубины разума. Пора уже прекращать натягивать нравы прошлого мира на мир нынешний.

– Здравствуйте, господин, – девушка поклонилась и показала на стоявший рядом с дверью глубокий чан. – Пожалуйста, обмойтесь и ложитесь на живот.

– Хорошо, – я покорно встал.

– Святые Всебоги! – вскрикнула девушка, взметнув руки и попятившись назад. Спустя три шага она спиной упёрлась в стену и, испугавшись неожиданного препятствия, вскрикнула ещё раз. И всё время её перепуганный взгляд перескакивал от моей промежности к шрамам на груди и шее и обратно.

– Фрася⁈ – где-то издалека коридора раздалась грозная поступь. – Фрася, что случилось? Что с тобой? Что он сделал? Ксат, ты… Великий Вагнуртон, что это? – мужик подскочил к двери, заглянул в парилку и обомлел от увиденного. Как и дочь, его взгляд метался между моей промежностью и шрамами на груди и шее.

– Это не заразно, всё в порядке, – я постучал ладонью по груди.

– Да, я, э-э, да вот, ну… ух, – старательно изображая из себя даунёнка, мужик показал на мою грудь и махнул рукой намекая, что это не важно. – Это что такое?

– Это? – я посмотрел на свою нижнюю половину тела и ехидно ухмыльнулся. – Не догадываешься?

– Не, ну я, так-то, знаю…

– Слушай, ты зачем сюда свою дочь послал: меня парить, или пипису мою разглядывать?

Мой вопрос растормошил банщика, он извинился за своё не совсем нормальное поведение. Просто он впервые видит срамной уд такого размера, да и посетители обычно обматываются полотенцами и голышом не сидят, да и посох рядом не держат – но я могу поступать как мне удобно. Успокоив дочь и подтолкнув её в парилку – мужик напоследок спросил, все ли ксаты такие. Я в ответ усмехнулся сказав, что я один такой особенный.

Дальше всё прошло без эксцессов. Минут десять подряд девушка охаживала меня берёзовыми вениками, и я настолько забалдел, что чуть не заснул. А пока возвращался в гостиницу – никак не мог погасить наитупейшую, но довольную улыбку на лице. Я какое-то время думал, что после года жизни на материке скверны вопросы личной гигиены немного притупились и нормальной помывки хватить и раз в десять дней. Но выяснилось, что я с удовольствием посещал бы баню каждый день. Там тепло и можно греться – а на улице даже осенью дубак невозможный!

– Совет мой оказался не зазря? – хозяин гостиницы хитро щурился, смотря на моё довольное лицо.

– Да. Всё прошло хорошо, – я мельком осмотрел практически опустевший зал.

– Через полтора часа вновь станет шумно. Если хотите поесть в тишине, то через двадцать минут подадим горячее.

– Замечательно. У банщика всё хорошо?

– Простите?

Хозяин гостиницы напрягся, с опаской посмотрев на меня. Я вкратце описал, что немного странно пускать девушку парить мужчин. Услышав, что именно меня беспокоило – мужчина за барной стойкой расслабился, в его взгляде появились крупицы уважения к моей персоне.

Оказалось, что банщика Еларон знает давно, лет десять уже. Все эти годы он всех постояльцев отправлял к банщику и у них завязались дружеские отношения. Вот только года два назад жена у банщика умерла: именно она в основном парила женщин и помогала мужу. Сам он уже не справляется с нагрузками, вот и пришлось отправлять на работы дочерей. Благо они парят только женщин или одиноких мужчин, так что случаев домогательства ещё не наблюдалось. Правда, однажды нечто подобное случилось, но там рядом проходила стража и любителю распускать руки эти самые руки уменьшили на одну штуку.

– Если задержусь в городе, то перед отъездом ещё раз схожу.

– Мы оба будем благодарны.

Хозяин гостиницы коротко кивнул в благодарность и передал мою сумку с вещами. Напоследок он сказал, что ужин готовится, а сменную одежду сейчас принесут в комнату.

Из сумки ничего не пропало, и за прошедшее время с сигнальным контуром ничего не случилось. Я с облегчением выдохнул и подключил творение Лактара, ибо до зуда в пятках хотелось оценить подарки Налдаса.

Пока я переодевался в одежду гостиницы, тёплую и удобную – на улице девять раз пробил городской колокол. Значит, в город караван приехал около семи часов. Можно было вместо бани поискать гильдию авантюристов, алхимическую лабораторию, оценщика или упомянутого Густахом торговца – но после долгого путешествия на холодном воздухе хотелось как можно большего тепла. Да и не мешало просто отдохнуть, а не шляться по городу с усталыми мозгами. Тем более что противное чувство нехорошего всё ещё преследовало меня.

Ужин подали практически сразу. Огромная жареная рыба размером с локоть пахла пряностями и густым дымом. Её сперва сутки коптили, а потом замочили в сметане и обжарили вместе с грибами и сельдереем, и подали под сметанным соусом. Одной этой рыбы достаточно, чтобы забить живот до отвала, но гарниром шла пареная репа, поджаренная в масле с чесноком. И кувшинчик разбавленного белого вина с лёгкими нотками муската.

Под конец трапезы я ощутил себя наполненным едой шариком. Я даже не понял, как добрался до комнаты, закрыл дверь и глубоко уснул. Последней моей мыслью стала надежда, что завтра всё пройдёт самым лучшим образом и сегодняшнее предчувствие – лишь глупое наваждение.

На следующее утро завтрак из пшеничной каши на жирном овечьем молоке с изюмом и крепкого чая отказывался лезть в глотку. Причина этому – страх. Всё моё нутро орало, что что-то не так. Но каша и чай не отравлены, да и вчера я еду проверял.

Сжимавшее сердце до холодного пота на спине, это противное чувство разбудило меня задолго до завтрака. Я целый час простоял в центре комнаты, сжимая посох в руках и готовясь сразиться за свою жизнь. Дверь должна была слететь с петель, а в комнату ворваться мои убийцы и я бы поставил на кон всё, что у меня есть. Но единственно, что произошло с дверью – в неё постучал хозяин гостиницы, будя постояльцев и приглашая их к завтраку.

Сидевшие за столами разумные сонно жевали вполне вкусную пищу и не обращали на меня внимания. Казалось, им вообще нет дела до ксата с дрожащими от нервов руками и постоянно мелком озиравшегося, словно стараясь вовремя заметить нападающих. Пришлось с силой заставить себя доесть завтрак: у меня имелось дело к Еларону и слишком опрометчиво брезговать его едой.

– Одежду вашу сейчас принесут в комнату, – стоявший за стойкой мужчина мельком посмотрел на сидевшего рядом с ним пацана. Тот всё понял и сразу же юркнул за дверь в подсобные помещения. Я напрягся, но маслянистое чувство тревоги не усилилось.

– Мне хотелось бы узнать о нескольких местах.

– Конечно, – Еларон услужливо достал из-под стойки карту районов города.

Уже через пять минут я поднимался в комнату зная, какое здание посещу первым. Надо лишь пройти полгорода, но оно того стоит, потому что рядом первым местом находится ещё одно важное место. И хоть мне предстояло пройти рядом с одной из площадей, явно выходящей к церкви, но беспокоило не это. Крайне странно выглядело изображение главной магистрали города, его центральной дороги.

Казалось бы, если у города два входа с северо-восточной и юго-западной стороны, то проложить прямую сквозную дорогу – вполне адекватное решение. Вот только планировавший строение города архитектор не слышал о такой вещи, как адекватность.

Главная дорога петляла зигзагами как змея-клофелинщица. Вчера по приезду в город я как-то не обратил внимания, что повозки каравана слишком часто заворачивали. Да и после гильдии торговцев, когда я сошёл с главной артерии города, прошёл по узенькой боковой улочке и вышел на ещё одну вполне просторную дорогу – думал, что это две разных дороги. Город пересекали дополнительные улочки, соединявшие зигзаги между собой и где могла проехать телега, да и народа на них было гораздо больше.

Ещё озадачивали камни, коими вымощена главная дорога. Некоторые из них не меньше полуметра длиной, обтёсанные и сровненные. Иногда два таких камня соприкасались концами под прямым углом между ними, как остатки бывшего фундамента, будто в старые времена город несколько раз разрушался до основания и отстраивался вновь, и каждый раз расположение дороги менялось. И в один день архитекторы, чтобы не напрягаться – решили вести дорогу по остаткам старого фундамента.

Но не считая этих странностей – Магнар казался вполне процветающим городом. Война словно обошла его стороной и на многих полукруглых балкончиках хозяйки держали горшки с отцветшими цветами. Хотя отдельные здания выбивались из общей композиции города, будто нарочно перекрашенные из приятных для глаза бежевых и жёлтых оттенков в красные и зелёные тона. Притом балконы красных зданий обязательно покрашены в зелёный, а балконы зелёных – в красный. К чему такое старательное подражание флагу города? Тем более, если всё это выбивается из общего фона. Неужели на время войны местный царёк уехал в столицу, а когда всё улеглось, и он вернулся – то период бурной деятельности начал с перекрашивания домов? Камень – кати, дерево – толкай, круглое – шпаклюй, а квадратное – покрась, и прочие бредовые бредни облечённых властью идиотов.

Рассматривая здания, мостовую и кидавших на меня презрительные взгляды разумных – я вышел к просторной площади перед церковью и сначала не понял, зачем рядом с ней воздвигли высокий деревянный подиум с крестом и шестом на ней. Но стоило подойти чуть ближе и присмотреться, как в груди у меня похолодело, сердце пропустило удар, рука до скрежета костей сжала посох.

Вот о чём кричала паранойя. Вот причина липкого чувства, преследовавшего меня уже второй день. Вот что интуиция подсказывала мне. Что разумные в этом городе – больные психопаты, аморальные уроды, кровожадные упыри, ибо на подиуме чётко обозначена причина вчерашнего праздника. А может, разумные такие не только в этом городе, но и всюду? Скорее всего – да, ведь в воспоминаниях Изулисы они радовались, когда парню с птичьими ногами перерезали глотку.

Радовались они и вчера, когда избитую несчастную девушку привели на подиум и жестоким образом убили, насадили на копьё её голову с золотистыми волосами, а полуголое тело распяли. Широкие бёдра, аккуратная маленькая грудь, тонкие руки – всё её тело покрывали старые затянувшиеся шрамы, так и свежие ссадины и порезы. Лицо несчастной превратилось в сплошное месиво, а на макушке едва угадывалась причина столь ужасной смерти – пара милых пушистых кошачьих ушек. Вокруг подиума и на нём самом лежали камни, и многие из них покрывали кровавые пятна.

Фантазия нарисовала картину вчерашнего безумия и меня всего передёрнуло от отвращения. Неужели эта бедняжка заслужила такую судьбу лишь потому, что родилась немного отличной от всех остальных? Плевать что её фигура мне крайне симпатична, а звериные ушки придают ей шарму… Не, скверна бы их всех побрала, не плевать. Они убили прекрасную кошко-девушку! Твари!

Скверно на сердце. Липкое чувство пропало, оставив после себя сожаление. Если бы я приехал на день раньше, или даже два; если бы знал о происходящем; если бы… Слишком много «если бы». Смерть этой несчастной – уже просто свершившаяся часть действительности.

К гильдии авантюристов и вольных наёмников я добрался быстро, миновав местный рынок. Изначально планировалось посетить его перед гильдией, но происшествие на площади выбило меня из равновесия. Всё моё негодование отражалось на лице и разумные вместо презрительных взглядов смотрели на меня с опаской, и даже обходили стороной как прокажённого.

Только я подошёл к каменной лестнице перед дверьми гильдии, как те открылись, и на улицу вывалились двое ушатанных вдрабадан тел. Они слетели с лестницы на мостовую, брякая ножнами о камни и о чём-то невнятно бормоча. Их языки заплетались, а от стойкого запаха спиртного у меня слезились глаза.

– Вы в гильдию? – где-то сверху раздался голос.

Из дверей на меня смотрело пятеро разумных. Четверо из них отёрли руки об кофты, больше походя на вышибал в дорогом ресторане: с квадратными плечами и мечами на поясах.

Пятый же, кому принадлежал голос, более чем подходил под словосочетание «важная шишка». Накрахмаленный воротник куртки взвивался торчком, пуговицы блестели серебром, рукоять кинжала узорчато обмотана кожаной верёвкой с синим драгоценным камнем на конце рукояти, а рядом с кинжалом на отдельном кольце висели короткие чётки из двенадцати деревянных пластинок, одна из которых поблёскивала будто металлическая.

– Совершенно верно.

– Проходите, у стойки сейчас свободно, мы быстро оформим ваше задание.

– Я немного за другим.

– Простите? – нутон с чётками хищно прищурился.

– Сейчас я собирался не давать задания, а стать тем, кто их берёт.

– Вы хотели зарегистрироваться? – я кивнул. – Этого с вами не произойдёт.

– Почему?

– Вы сами должны знать ответ, – человек беззлобно улыбнулся.

– Вы уверены?

– В том, что вы знаете, или что ответ существует?

– Второе.

– Конечно.

– Вы уверены?

Я с насмешкой уставился на нутона. Тот молчал, улыбка сошла с его лица, взгляд стал пронзительно-острым.

– Прошу дать мне минуту, возможно, моя память подводит меня. Подождёте?

– Конечно. Внутри.

Надеясь, что блеф удастся, я поднялся по ступенькам и подошёл к двери – но преграждая мне путь один из амбалов выставил руку. Я секунду смотрел на неё, потом ещё секунду на самодовольное лицо.

– Ты это сделал сам, или тебя гильдия попросила?

– Госока ру…

– Опусти руку, – скомандовал нутон в дорогом костюме. Амбал заиграл желваками, но послушно исполнил приказ. Настал мой черёд самодовольно улыбнуться, отчего амбала всего перекосило от злобы.

Нутон с чётками попросил ждать его недалеко от стойки и размеренным шагом направился на второй этаж. Стойки располагались в правой части помещения, а в левой за множеством столов сидели авантюристы с кружками в руках. Сбившись в группы, они что-то обсуждали и даже не обращали внимание на входную дверь, словно два выкинутых пьяных тела – дело вполне привычное.

В зале раздался булькающий звук, будто пойло разумному попало не в то горло, и тот окатил фонтаном сидевшего напротив.

– Пожри тебя скверна! Новая куртка!

Первый разумный даже не думал извиняться, продолжая кашлять и отхаркиваться, уставившись в мою сторону удивлёнными глазами.

– Что с тобой, Галис, ты будто дракона уви…дел, – второй разумный повернулся, взглядом уперевшись в моё лицо.

Нутон со сплющенным носом пялился на меня не зная, что делать и как вообще реагировать. Он мог лишь растерянно хлопать глазами с широко раскрытым ртом. Второй человек, с отрезанным левым ухом, наконец прекратил кашлять и смог выдавить из себя слова, пропитанные замешательством и страхом:

– Ты жив?

– Более чем.

Смотрящие на меня две пары глаз с огоньком страха и неверия, эти два разумных в состоянии шока – этого достаточно, чтобы многое понять. Они почему-то верили, что я мёртв. Скорее всего, догадывались, что в академии меня заставят пройти процедуру дознания, и на этом моя история закончится. Но иногда судьба преподносит крайне занимательные сюрпризы.

Я приветственно кивнул двум ошалевшим авантюристам и направился к стойкам. Сейчас их лучше не трогать и дать осознать случившееся, да и меня они волновали меньше, чем листки на трёх досках рядом со стойками гильдии.

На первой висели местные задания: кому-то важному требовался охранник на месяц, ближайшие деревни просили разобраться с участившимися случаями пропажи скота, кто-то вообще живого дикого кабана заказал, да местный лорд обещал награду за разведку определённого участка леса.

На втором висели объявления о наборе в отряды и караваны. Послезавтра один из них отправится в соседнее королевство в город Фраскиск, и на дорогу ему потребуется минимум восемь дней из-за медленного хода. Отряды же собирались разные: охота на порождения скверны, охрана деревень этой зимой, разведка, поиск монстров и их уничтожение.