Текст книги "Скверная жизнь дракона. Книга пятая (СИ)"

Автор книги: Александр Костенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)

– Второе. Говорят, свежий осенний воздух полезен, если дышать им два дня подряд.

– Так у нас завтра и послезавтра ещё дни охоты, да. Вот послезавтра, чувствую, повезёт нам по-крупному.

– Отлично, – я протянул мешочек дворфу. Тот взял его дрожащими руками и уставился на меня не зная, поблагодарить или просто молча отойти. – Вы ещё здесь?

Этого вопроса хватило, чтобы разумные подскочили на месте и постарались как можно быстрее собрать заллаи и вернуться на стоянку. От происходящего я невольно хмыкнул, посмотрел на трофеи и хмыкнул ещё раз. Их получилось неожиданно много.

– Да я как чувствовал, что ты выкинешь что-то похожее, – Галис скинул с плеч рюкзак и выудил большой моток тонкой бечёвки и кусок грязной ткани.

– Зачем это?

– Да собрать всё. Не в руках же везти.

– Знаешь, как правильно собирать их? Замечательно.

– Нет, не знаю, но… – зрачки Галиса расширились от озарения крайне удачной мыслью. Он быстро передал мне верёвку с тканью и помчался к добытчикам. А уже через минуту спешил обратно.

По совету добытчиков иголки следовало обвязать связками по десять штук, их именно таким количеством принимают в гильдии. А желчный мешок следовало обмотать куском ткани, облить холодной водой и держать в закрытом месте, наподобие кастрюли. Именно поэтому в этот вечер и на следующее утро у нашего травяного чая оказывался привкус ужина и завтрака.

Глава 3

Казалось, на последние сутки в Магнаре остановилось время. Все разумные по инерции продолжали праздновать убийство неповинной девушки, хотя количество лоточников с едой и напитками уменьшилось в разы. Но это не помешало разумным заполонить одну из сквозных улочек, из-за чего нам на целый час пришлось застрять среди потока тел.

– Наконец-то, – я раздражённо выдохнул, когда телега выехала на другую улицу и Нот, не видя дальнейших препятствий, позволил лошади перейти на лёгкий бег. Как подъехали к городским воротам, Нот сменил Галиса за поводьями. Всё же, это именно он арендовал повозку, и именно ему следовало ей править.

– Высажу вас около гильдии, но ты, ксат, не спеши с заданием. Дождись меня, – голос Нота сквозил властными нотками.

– Чего это?

– Хочешь, чтобы все в гильдии узнали, что новичок из ксатов раздобыл мешок на четыре сотни золотых? Давно в бок кинжалом не получал?

– Поговоришь с главой?

– Именно.

– Да не забывай, ксат, что у тебя не только мешочки с собой. И лишние деньги тебе вовсе лишними не будут, – на мой вопросительный взгляд Галис продолжил: – Одно дело, если «Начинающий» продаст заллаи, другое дело, если их продаст «Боец».

– У разных уровней репутации разная комиссия с продажи?

– Именно так, – на лице Галиса расплылась шулерская улыбка. – Да вот знаешь, ксат, ты наверно забыл, или не понимаешь: чем больше заработаешь ты, тем больше заработаем мы.

– Именно поэтому ты всю ночь не спал и караулил мою добычу?

– Да а ты думаешь? – авантюрист хитро подмигнул. – Копейщица-то, как ты мешок им отдал, так вообще про меня забыла. Зато смотрела на тебя как на длинноухого.

– Это как?

– Да вот так, – Галис сложил левую руку в кулак, выставил правый указательный палец и стал быстро вводить его в кулак и выводить обратно. – Не будь нас рядом, то она бы тебе заснуть не дала. Но дала кое-что другое.

Я тяжело вздохнул и раздражённо прикрыл глаза ладонью, не в силах выдавить из себя хоть слово.

– Слышь, Галис, – раздался гнусавый голос. – Сходи к шлюхам, как разберёмся со всем. Второй день думаешь об одном и том же.

– Да так и так собирался. Уже неделю всё чешется, хоть рабыню покупай. Кстати, ксат, а как у вас там с рабами?

– Подожди, – Нот коротко посмотрел на меня и продолжил следить за улицей. – Всё хотел спросить, ещё вчера. Зачем ты отдал им второй мешок?

– Не понимаешь? – я от удивления едва не выпал из телеги. Нот же сам прекрасно видел жадные взгляды добытчиков, а теперь глупые вопросы задаёт. – Хотя, нет, давай по-другому. Ты любишь рисковать?

– Рисковать?

– Да, рисковать. Риск. Когда не знаешь, что получится из твоих…

– Я знаю, что такое риск, не тупой. При чём тут это?

– А при том, Нот, что я всю жизнь рискую, но никогда не подставляюсь по-глупому. Видел же, как добытчики смотрели на мешки? Только что грозил мне кинжалом в печень, а у нас были вполне высокие шансы проснуться сегодня со вспоротыми животами.

– На такое они бы вряд ли пошли, – Нот отмахнулся и выдавил из себя нервный смешок.

– Да может и пошли бы, – протянул Галис и задумчиво посмотрел на рукоять своего меча.

– Может и пошли бы, – авантюрист со сплющенным носом зачем-то повторил за приятелем.

– Второе, – я продолжил. – Какие шансы на то, что они держали бы рот на замке и не растрезвонили на всю гильдию, что ксат ни только не боится тварей, но ещё и мастерски их разделывает?

– Мог бы дать им остатки от лап и игл.

– Я повторяю свой вопрос.

Нот повернулся и с непониманием уставился на меня. Спустя секунду в его взгляде вспыхнул огонёк озабоченности, а спустя ещё одну секунду авантюрист согласно закивал.

– Решил не рисковать?

– Да. У меня ещё слишком много дел и планов, чтобы так глупо помирать.

Я хоть дальше и не развил мысль, но мне до зубного скрежета хотелось добавить, что каждый разумный думать спокойно не может, пока не утихомирит свою жадность, даже больше алчность. И именно поэтому я отдал один из мешочков добытчикам: чтобы жадность не мешала им думать.

– Да что там с рабами? – спросил Галис спустя пять минут, как мы закончили разговор о риске и я уже рассчитывал, что на сегодня с задушевными разговорами покончено.

– С какими?

– Да вашими. У вас на острове.

– Я не припомню, чтобы мы себе подобных в рабов превращали.

Этой короткой фразы хватило, чтобы Галис окончательно замолк. Лишь его взгляд иногда дёргался и судорожно метался, будто нутон о чём-то усиленно думал. Явно о том, что никак не мог осознать.

К гильдии авантюристов мы подъехали, как ни странно, к главному входу. Мы с Галисом спрыгнули с телеги и одноухий сразу же потащил меня не к главному входу, а в грязный проулок, провонявший блевотиной и кровью. В его тёмных углах мельтешили крысы, и я едва боролся с отвращением, каждый шаг давался с волевыми усилиями, я всё время порывался развернуться и уйти обратно к главному входу. Но меня останавливало то, что мы шли к чёрному входу в гильдию, ведшему прямиком в одну из комнат для сдачи туш животных.

Нот, как управится с телегой и вернёт залог – войдёт в гильдию через главный вход и сразу направится к главе, договорится о тихой сдаче задания и через улицу вернётся к нам. И тогда задняя дверь гильдии распахнётся.

Вот только возвращения лысого авантюриста мы ждали часа два, не меньше. За это время я три раза успел продрогнуть, а Галис и вовсе поминал приятеля едким словцом.

– Возвращаю, – Нот протянул мне золотые монеты, которые я ему позавчера для аренды телеги.

– Чего так долго? – Галис от холода настолько продрог, что невольно легонько пританцовывал на месте.

– Улицы забиты, все к празднику готовятся.

– К празднику? Разве недавно… – я не смог продолжить. Меня всего передёрнуло вспыхнувшего в голове образа несчастной девушки.

– Так оно и праздником не было. Так, прихоть церковников.

– Да завтра будет настоящий праздник, – на лице Галиса отобразилось великое почтение. – Завтра великий день, ксат.

– Праздник Учения Тонов, – в гнусавом голосе улавливались нотки злобы. – И чтобы эти остроухие ублюдки не говорили, но это именно они всё пытаются украсть наших богов.

– Да в скверну их. Завтра праздник, я собираюсь оторваться как следует, – Галис на секунду мечтательно задумался, а следом кивнул на чёрный вход в гильдию. – Скоро там глава придёт?

Нот ответил, что должен прийти с минуту на минуту и Галис, осунувшись да скрестив руки на груди – жадно перечислил, в какой именно бордель он зайдёт сегодня и что будет делать завтра. Нот присоединился к приятелю, напомнив про жену и малую дочь Каспара. Так звали их напарника, погибшего с месяца два назад во время налёта остроухих на наш караван. Авантюристы собирались положить на счёт вдовы в банке немного из вырученных сегодня денег, и Галис прямо уточнил у приятеля о разговоре с главой. Тот заверил, что всё пройдёт как надо.

Диалог авантюристов я слушал одним ухом, размышляя о предстоящем празднике и о том, что смерть несчастной девушки оказалась лишь «прихотью» церковников. Смерть разумного и простая прихоть не укладывались в моей голове, они просто не могли вместе существовать. Тем более, настолько ужасная смерть. Но в этом мире даже из такого сделают праздник. Надеюсь, завтра ничего подобного не случится, и я почерпну…

От родившейся мысли я едва не застонал, настолько она казалась прекрасной. Тоны! Вот о ком говорил Хубар, тогда в церкви. Древнейшие Тоны – вот имя богов нутонов и ратонов. Кстати, звучит вполне созвучно: ну-тон, ра-тон. Вот только кому-то из двух рас Тоны не принадлежат, и кто-то явно присвоил себе чужих богов. Но кто? Лог…

В лог-файле во кладке «Новеллы знаний», на запечатлённых фрагментах из шатра орочьей стоянки и дворфийского мёртвого города – ответов не содержалось, но в одном из фрагментов шатра изображалось кое-что интересное. Оно наталкивало на определённые мысли. Не подкреплённые фактами или хоть какими-то доказательствами мысли, но на сердце теплилась надежда на завтрашний праздник и возможные подсказки. Орки устроили костюмированное представление, празднуя Вознесение Первородных Зверей. Вдруг люди тоже устраивают нечто подобное?

А нет ли во времени празднования закономерности? Что орки, что люди – посвящённые их богам праздники проходят осенью! Если взять за точку отсчёта мой день нарождения, то орки праздновали в последних днях второго осеннего месяца. И люди, получается, тоже: сначала двадцать дней ракта, потом шесть дней на переезд до Настрайска и Магнара, потом день в городе, день на порождения, и вот сегодня ещё один день. Двадцать девять дней. Звучит слишком закономерно, чтобы быть случайностью, но следует дождаться праздника, выцепить немного информации и только тогда делать выводы.

Дверь в помещение для сдачи туш животных открылась ровно в тот момент, когда Галис собирался в четвёртый раз обложить главу гильдии отборными ругательствами.

В помещении, больше похожем на мясницкий цех из-за разномастных крюков на стенах, тесаков на подставках, различных весах и огромного каменного разделочного стола, с впитавшимися красными кляксами и боковыми желобами с вёдрами под ними – в самом центре этого забойного цеха стоял глава гильдии в дорогом костюме, и чётками на поясе из двенадцати деревянных прямоугольных пластинок. Одна из них, как и в прошлый раз, отличалась от других металлическим отблеском. Хотя я могу поклясться, что она тоже из дерева.

– Добрый день, Лик’Тулкис, Галис Раскадар, – мужчина коротко кивнул нам.

– Да добрый день, – Галис не утруждал себя формальностями и помахал рукой в ответ.

Я же поздоровался и коротко кивнул, стараясь удерживать отношения с главой хоть на каком-то приемлемом уровне. Особенно после недавнего унижения.

– Нот поставил меня в известность, – глава острым взглядом вцепился в меня. – Ваши первые дни в качестве авантюриста прошли на редкость удачно.

– Благодарю, – я едва удержался, чтобы не прыснуть от смеха.

– Скажите, как вам удалось добыть втроём порождение, на которое требуется слаженная команда из семи разумных. Минимум.

– Прошу учесть, что в академии именно я занимаюсь изучением порождений.

– Стало быть, вы – магос? Академии не выпускали их уже несколько сотен лет.

– Я удивлён, что вам знакомо это слово. Но ещё нет, сейчас я – ученик-магессор.

– Как глава гильдии я обязан знать многое, – Яроф замолчал явно думая, что я продолжу разговор. Но этого не последовало, так что глава продолжил: – Так я могу рассчитывать на ваш рассказ?

– Это тот секрет, который я рассказывать не собираюсь.

– Стало быть, вы тоже собираетесь хранить молчание? – глава коршуном посмотрел на Галиса.

– Прости, глава. Добывал он, не я, – одноухий с сочувствующим видом пожал плечами.

– Понимаю. Готовы ли показать результаты ваших первых дней и, собственно, доказательство убийства твари? – глава жестом показал на огромный каменный стол, приглашая выложить всё добытое с ондатры. Вот только у нас троих был заранее составлен план.

Я аккуратно вытащил из сумки котелок с плотно закрытой крышкой. Внутри лежало мокрое тряпьё, а посреди него – зеленоватый мешочек. Глава гильдии увидел его и одобрительно закивал. Но больше ничего на столе не появилось, и он с немым вопросом посмотрел на нас троих.

– Я бы хотел сначала разобраться с заданием на желчный мешок Гварнарской ондатры скверны.

– Понимаю, – глава вежливо кивнул. – Гильдия готова выкупить у вас этот желчный мешок за четыреста пятьдесят золотых монет. В имперском номинале, конечно же.

– Моё желание остаётся прежнем. Я хочу исполнить задание Настрайской магической академии. Так как оно по уровню репутации гораздо выше моего нынешнего уровня, то я решил сначала достать запрашиваемую заллаю, а только потом взять задание на исполнение. Я, надеюсь, для гильдии не составит труда пойти мне навстречу?

– Вы добывали эту заллаю не в одиночку, – глава перевёл взгляд на Нота. Тот пожал плечами.

– Да всё как я и сказал, глава, – заговорил Галис. – Ксат в одиночку добыл, мы там были только ради его безопасности.

– И группу так же составили только для безопасности, – гнусаво отрапортовал Нот.

– Вас славно подготовили в академии. Всё предусмотрели, – Яроф криво усмехнулся. – Хорошо, гильдия авантюристов пойдёт вам навстречу и позволит исполнить задание.

Глава приказал работнице принести листок с заданием академии. Та моментально вышла из помещения, через открытую дверь угадывались очертания стоек гильдии и просматривался просторный зал с толпами авантюристов за столами. Спустя несколько секунд работница вернулась с листком и глава, показав на заранее подготовленный кристалл, любезно пригласил меня взять и завершить первое в моей жизни задание гильдии.

Сначала глава озвучил цель задания, сроки исполнения, награду и штраф. Я согласился с озвученным. После следовало подать немного маны в кристалл, прислонив к нему браслет с левого запястья. Глава положил под подставку мою гильдейскую карточку, а я взял в руку листок с заданием, приложил его к поверхности кристалла и вновь подал ману. Кристалл засветился ярко-оранжевым цветом, на карточку гильдии занеслись данные.

Внимание, гильдия авантюристов и вольных наёмников выдала вам задание:

Цель: добыча желчного мешка Гварнарской ондатры скверны

Срок исполнения: последний день летнего месяца этого года

Предлагаемая награда: 400 золотых монет империи Талкая

Штраф за провал: для вашего уровня репутации предусматривается невольничество соответствующее номиналу 800 золотых монет империи Талкая

Желаете принять?

Я усмехнулся и подтвердил принятие. И сразу полез в лог-файл. Во вкладке с активными заданиями появилось новое и единственное. И оно же первое с тех пор, как я расстался с семьёй: до этого только мама мне их выдавала.

– Желаете сдать задание? – нутон с усмешкой посмотрел на меня. Я в самой вежливой форме это подтвердил.

Закрытие задания проходило в разы медленней. Сначала глава отрезал небольшой кусочек от прожилки-сосуда, выходившей из мешочка. Глава положил его на небольшую тарелочку и отправился в соседнее помещение. Именно там располагалась комната по сдаче разных трав, ресурсов и материалов с порождений, и именно там находились все требуемые реагенты для проверки. Но гильдия, в этот раз, пошла мне навстречу и разрешила сдавать задание в разделочном цеху.

Спустя три долгих минуты глава вернулся и подтвердил, что мною добыт правильный желчный мешок. Теперь нет препятствий к закрытию задания.

Вновь мне предстояло возложить руку на кристалл, но в этот раз вместе со мной участвовал глава гильдии. Он взял листок с заданием, поставил на него магическую печать, подал в неё ману и только после этого прислонил листок к кристаллу.

Система оповестила об исполнении задания, и в ту же секунду соответствующая вкладка лог-файла опустела.

– Поздравляю с закрытием вашего первого задания, – Яроф показал рукой на желчный мешок. – Сумма достаточно велика, так что гильдия поднимет ваш уровень репутации. После вы сможете сдать остальные заллаи. Вы же на это рассчитывали?

Я по-доброму улыбнулся и искренне поблагодарил главу, на что он сам ответил вежливой улыбкой, хотя в его слегка дёрганных движениях скрывалось желание не участвовать дальше в этом фарсе.

Уровень моей репутации мне подняли сразу до «Бойца» первого уровня. И я бы удивился, не случись минутой назад разговор между авантюристами и главой. Они заверили, что ксат достаточно много знает и им не пришлось со мной возится. Так, дополнили парочку моментов. Именно из-за этого мне повысили уровень репутации до полноправного авантюриста. Как таковым меня считала только гильдия в Магнаре, но на первое время и этого более чем достаточно.

На этом глава распрощался сказав, что остальные заллаи у нас примет работница гильдии. И он также заверил, что гильдия авантюристов всегда хранит конфиденциальность об исполнителях любых заданий. Я поблагодарил Ярофа за оказанную мне услугу, на что он коротко бросил, что с меня вполне достаточно сдавать заллаи в его гильдии, и тогда мы будем в расчёте.

Первым делом на стол мы вытащили остатки от лапок ондатр, те самые жировые мешочки.

– Семьдесят четыре крупных со ступней и сто семьдесят девять мелких с фаланг, – работница гильдии закончила их считать.

– Их было больше, пересчитайте, – на лице Нота отобразилось крайнее удивление.

– Нет никакой ошибки, – я вовремя остановил женщину, уже потянувшая руки к заллаям. – Их действительно убавилось на одну штуку.

– Как?

– Эксперименты, – я развёл руками намекая, что произошедшее вписывается в моё понимание нормальности. – Иголок так же меньше по единице.

– Ты… А, в скверну. Какая разница, да? – Нот посмотрел на своего товарища, с чем одноухий вполне бодро согласился.

Следом женщина пересчитала оставшиеся иголки. Девяносто две длинных со спины и сто пятьдесят четыре с боков.

– Один крупный жировой мешок гильдия выкупает по четырём общим серебряным и одной медной монете. Выходит, двести девяносто одна серебряная и четырнадцать медных. С учётом вашего уровня репутации гильдия предлагает за это количество триста общих серебряных монеты или пятнадцать золотых.

От услышанного я чуть не осел на пол, но решил дождаться полного подсчёта и только тогда падать в обморок.

Мелкие жировые мешочки гильдия покупала за две серебряных и семь медных монет. С учётом количества и надбавки за уровень получилось четыреста шестьдесят серебряных или двадцать три золотых.

Короткие иголки покупались по золотому за каждые десять штук, и три золотых за десяток длинных. За оставшиеся четыре и две иглы соответственно – было предложено десять общих серебряных. На мой вопросительный взгляд женщина пояснила, что такова политика гильдии, торгующей только десятками.

В итоге за все иголки и жировики выходило девяносто две золотых монеты. Это ужасно мало! И ещё следовало учитывать, что тушку ондатры я не располосовал и не истыкал сталью, как группа добытчиков. Они практически уничтожили половину всех иголок и примерно четверть лапок, так ещё и заработанное следует делить на семерых. Сдаётся мне, добыча порождений – не самое прибыльное дело, и окупится оно лишь редкой заллаей.

– Как желаете получить награду? – поинтересовалась женщина, выведя на листке сумму в четыреста девяносто две золотых монеты.

Я уточнил у авантюристов, на что они синхронно изъявили желание восхищаться потяжелевшими карманами.

– Тогда два раза по двадцать пять золотых, одну расписку на семьдесят пять золотых, одну на девяносто и… – я прервался и задумался.

В ближайшие дни предстояло крупно потратиться. Расписка на семьдесят пять монет – оценщику. Перед отъездом получилось быстро пробежаться по всем нужным местам и выяснить цены. Расписка в девяносто – в ателье, там как раз сегодня завтра закончат подшив моего заказа, с дополнительным комплектом тёплых вещей, тройкой исподних пижам с начёсом и чунями для того, чтобы нижние лапки не мёрзли. Остаётся двести семьдесят семь золотых.

Как же быстро уходят деньги! Даже с пяти сотен золотых, наличкой забранных с выигрыша – осталось всего девяносто семь монет. Заказы конспектов, сигнальный контур, деньги для Улы с братом, провоз до городов, гостиницы и комплект зимней одежды на мне за пятьдесят три золотых. Деньги уходят ужасно быстро. И почему они не растут на деревьях?

С грустью на сердце я запросил ещё одну расписку на двести пятьдесят золотых, а остальное – наличкой.

– На ваше имя заполнить расписки? – поинтересовалась женщина.

– Нет, оставьте незаполненным. Я собираюсь воспользоваться ими в лавках. Это же не запрещено в Магнаре?

– Ни разу такого не слышала, чтобы в городе запрещали пользоваться расписками, – женщина сложила заллаи в отдельные мешочки и вышла из комнаты. Спустя несколько минут она вернулась с деньгами на небольшом подносе и статуэткой одного из Тонов, чтобы мы распустили группу.

При виде стопок золотых монет Нот и Галис растянули губы в улыбке мартовского кота. Каждый из авантюристов взял причитающееся ему золото, прикинул вес монет и заулыбался ещё шире. Я же всё быстро сгрёб в рюкзак: недавно городской колокол пробил пять раз и мне следовало поторапливаться.

– За лишние монеты тебе спасибо, – прогнусавил Нот, когда мы втроём вышли на задний двор гильдии и по узким улочкам направились в обход. Конспирация велела мне не появляться в стенах гильдии или рядом с ней до следующего приезда, иначе другие авантюристы в два счёта сопоставят появление ксата и пропажу задания.

– Не хотелось заморачиваться с пересчётами.

– Всё равно больше оговорённого, но это приятно.

– Да что делать дальше будешь? – Галис задумчиво посмотрел на меня. – Судя по распискам, у тебя каждая монета на счету.

– Придётся сегодня и завтра побегать по магазинам. Сейчас надо спешить в гильдию свободных торговцев.

– Ждёшь караван до Настрайска?

– Именно. У меня через одиннадцать дней вновь учёба, а на дорогу нужно пять.

– Да сегодня и завтра можешь не ждать.

– Из-за праздника?

– Да, – коротко резюмировал Нот.

Дальше разговор не шёл, и мы молча и быстро добрались до основной улицы, вилявшей через город раскрученной лентой для гимнастики. Вот только авантюристы направлялись в северную сторону города, а мне нужно в противоположную.

– Надо твоё первое задание отметить, – Нот задумался на секунду. – Хоть ты и ксат, но не по-нашему это.

– Да завтра и можно отметить, раз сегодня ты весь в делах.

– Я бы хотел завтра понаблюдать за праздником.

– Да вот этого у тебя сполна будет, – Галис отмахнулся и предложил встретиться завтра у банка с третьим ударом колокола. Вроде там какое-то заведение с лучшим вином в этом городе. Я согласился на предложение, но предупредил, что могу не появиться к обозначенному сроку.

– Почему?

– Вдруг застряну в лавках.

– Понятно. Когда в следующий раз на порождения отправишься? – я в ответ ухмыльнулся и многозначительно посмотрел на Нота. – Не обольщайся, ксат. С тобой можно легко заработать.

Именно на этот ответ я и рассчитывал. Эти двое купились на лёгкие деньги и теперь ни за что не откажутся от моей компании, и десятая часть от добытого – ничтожная цена за двух охранников и крайне эффективных помощников. С которыми мы встретимся через два месяца в гильдии авантюристов.

Стоило мне остаться одному – и я тотчас же помчался к гильдии свободных торговцев сквозь городскую толпу. Разумные заполняли улицы, все улыбались в предчувствии новой порции веселья, как пропойца после недельного запоя, с красными едва отрывшимися глазами и тяжелейшим похмельем, старательно натягивает кривую жадную улыбку осознавая, что завтра напьётся вновь. Разумные кидали на меня презрительные взгляды, и я отвечал им тем же. Они мне омерзительны: фантазия в ушах рождала весёлое улюлюканье толпы, оргазмировавшей от чужой смерти. Их улыбки казались хищным оскалом, и свободные разумные, и рабы – все предвкушали завтрашнее веселье и с упоением вспоминали прошлое. Было противно находится среди них и лишь простая, даже банальная жизненная необходимость пересиливала отвращение, заставляя разум и тело двигаться дальше.

В гильдии торговцев, как и сказал Галис – ни в праздник, ни на следующий день караванов не значилось. Зато в Настрайск он собирался через день после праздника. Я сразу же нашёл начальника каравана и немедленно зарегистрировался как пассажир, заплатив за провоз восемь золотых монет. Не самая огромная сумма, зато уж точно не опоздаю к учёбе.

Заодно в гильдии приобрёл несколько карт: Магнара и его окрестностей, и совмещённую карту западной части империи и восточной части королевства Калиск. Всё это обошлось в двадцать четыре золотых. Достаточно много, но теперь есть хоть небольшое понимание пространства, а то мой навык «Карты» зарисовывает только виденные мной ближайшие места. В своей истинной форме я бы поднялся на километр и всё хорошенько рассмотрел – но на двух обычных ногах следует приспосабливаться к трудностям.

Колокол пробил шесть раз, когда я вышел из гильдии. Времени оставалось лишь забежать в банк за оставленной сумкой с вещами да записаться на завтрашний приём. Прийти надо будет до обеда, так что после завтрака сразу же помчусь к каменному зданию с узорчатым обрамлением одной из стен, похожим на цветки.

В знакомую гостиницу я зашёл уставшим, но вполне довольным собой. Сердце наполнялось теплом от мысли, что ещё перед отъездом к порождениям получилось договориться с хозяином гостиницы и арендовать комнату на дополнительные три ночи.

– Приветствую вас в «Гнезде совы», – стоявший за стойкой Еларон вежливо кивнул мне. – Готовы подать еду в комнату, или желаете ужинать в зале?

В просторном обеденном зале гостиницы разумные заняли все столики, усиленно поглощая вкуснейший ужин и медленно потягивая напитки из кружек. Едва я открыл рот в попытке сказать, что уж лучше трапезничать в комнате – как из-за одного стола встала группа разумных, кивнула хозяину гостиницы и направилась к выходу, оставив после себя пустые тарелки.

Еларон всё понял и приказал стоявшему рядом мальцу в засаленной рабочей одежде убрать стол и придержать его для ксата. Заодно, пока я буду ужинать, пацан сбегает к банщику и забронирует место прям перед закрытием. Мне ничего не оставалось, как поблагодарить за столь отменный сервис. Правда, я хотел сходить в баню перед отъездом в Настрайск, но в праздничные вечера вряд ли там найдётся место для ксата.

В комнате ничего не изменилось: все эти дни дверь держали закрытой на ключ и никого не впускали. Что не удивительно. Вчерашняя ночь оплачена сразу по прибытию в Магнар, а сегодняшняя и две следующих – вечером перед отбытием за порождением.

В этот ужин Еларон превзошёл все возможные гастрономические изыски. Шашлык из маринованного говяжьего языка на подстилке из варёного картофеля и грибов в сметанном соусе исчез с тарелки менее, чем за минуту. Каша из перетёртых бобов с кусочками домашнего сыра и свежий белый хлеб прекрасно сочетались с немного кислым вином, а поданная нарезка валяного мяса стала не только прекрасным завершением ужина, но тяжелейшим якорем – нервное напряжение последних дней от вкусной еды схлынуло, оставив меня без сил и возможностей к ходьбе. Пришлось немного посидеть, наслаждаясь жаром от камина. В какой-то момент глаза непроизвольно закрылись и я, кажется, прикорнул на несколько секунд. Пришлось всеми потаёнными силами взять себя в лапы и, сладко потянувшись, сконцентрироваться в ожидании ночи.

Ухоженное здание бани с высокими печными трубами оказалось в поле зрения с десятым ударом городского колокола. В прошлом мире в это время люди вовсю занимались своими делами, сидели в барах или дома смотрели сериалы – но в этом мире в десять часов вечера города вымирали, и лишь редкие разумные встречались на едва освещённых главных улочках. Именно на такое впечатление наводил ночной облик Магнара.

Банщик встретил меня добродушно, почти как старого друга, но всё равно перечислил расценки на услуги. Посетителей уже не было, время позднее и пора закрываться, но жара хватит ещё на час, так что я заплатил мужику двенадцать серебряных монет и направился греться.

В этот раз банщику помогала его младшая дочь, чьи шаги вскоре послышались за дверью.

– Здравствуйте, господин, – поклонилась мне девушка как две капли воды похожая на старшую сестру. Вот только той на вид шестнадцать лет, а младшей не больше четырнадцати. – Пожалуйста, ополоснитесь, и ложитесь на живот.

– Хорошо, – я покорно встал. И только спустя микросекунду поймал себя на мысли о дежавю.

– Мамочка, не надо! Не надо! Папа! – девушка вскинула руки, подбросив в воздух берёзовый веник, и помчалась в сторону выхода, постоянно зовя отца и крича, что её огромным дрыномахом насиловать собираются.

– Фира! Фира, ты где? Что случилось? Фи… – испуганно кричала старшая сестра, ища младшую. Пробегая мимо открытой двери в отдельную парилку, девушка остановилась и заглянула внутрь. Где закономерно увидела меня, стоящего посреди помещения с ковшом воды в руках и тяжело вздыхающего.

– Отец! – закричала старшая. – Сделай что-нибудь с этим ксатом, он опять голым парится!

– Мне что, в одежде сидеть?

– Полотенцем обмотайся! – девушка старательно воротила голову, пытаясь не смотреть на мою промежность, но взгляд нет-нет да украдкой устремлялся туда.

– Зачем? Что постыдного в наготе? Я понимаю одевать на улице или в помещениях, но это же баня! – я сделал шаг вперёд, пытаясь разобраться в ситуации и понять, почему девушка так настойчиво требует обвязаться полотенцем с головы до пят.

– Прикройся! Прикро-йся… Прикро… – глаза девушки увлажнились, она шмыгнула носом. – Меня же теперь никто замуж не возьмёт! Все будут говорить, что я ксата ублажала! Так и останусь в девках! Папа! – запрокинув голову и горько заплакав, девушка побежала следом за младшей сестрой.

– Фрося, Фира! Успокойтесь, девочки! Что случилось-то? – вслед за дочерьми показался их отец. Вид голого ксата ему объяснял абсолютно всё. Банщик извинился за произошедшее и попросил продолжить обмываться. Быстро занеся веник в парилку, мужчина закрыл дверь и побежал дальше на поиски дочерей.

Я же, стоя голышом в порядком остывшей парилке и держась за ручку деревянного ковша – пытался осмыслить произошедшее. Ответ на сокровенный вопрос «Зачем париться в одежде» никак не хотел формироваться. Зато я окончательно уверовал, что своим голым видом могу девушек доводить до клинического испуга. Или только одной определённой частью тела? Кто знает, но в таких раскладах о собираниях гаремов можно забыть. И это – довольно скверно.