Текст книги "Скверная жизнь дракона. Книга пятая (СИ)"

Автор книги: Александр Костенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

– Я хотела на клаш поехать в Кратир, там книжарня есть. Но, какая мне книжарня? У меня теперь времени-то нет, постоянно сижу за этими бумагами, – эльфийку вконец прорвало и она, плюнув на всё и вся, решила окончательно выговориться:

– У меня же исследование, нужны выписки из книг. Но с деньгами очень плохо у семьи моего… У держателя моего контракта. Денег нет, а в академии я крохи зарабатываю, их едва хватает на самые простые вещи. Я уже три раза зимние сапоги ремонтировала, эту зиму они точно не переживут, и что тогда? Босиком буду ходить, что ещё делать. Нужно работать, я всё время переписываю что-то, а на исследование времени нет. И деньги ещё эти. Тебе никак не отдать, и в книжарню надо. На книгу академия выдаст расписку, но как я попаду в Кратир? Два налима буду подряд работать, мне так сказали.

– На этот клаш я еду только до Магнара, так что вряд ли чем-то могу помочь.

– Нет, нет, я не могу, – эльфа яростно замотала головой. Волосы растрепались, ей пришлось отвлечься и поправить их. За это время она немного успокоилась и остыла, но на щеках всё ещё оставался разгорячённый румянец.

– Я должна тебе те монеты. Я хочу отдать их, и не хочу быть должной. А книга, я… я лучше сначала заработаю. Не хочу унижаться перед магистратом. С помощью Нурсагтона на прошлую как-то накопила, работая писарем, на это тоже накоплю. Спасибо, Ликус, но я, честно, я…

Раская замолкла, застыла, глубоко вздохнула и отрешённым взглядом уставилась куда-то в стену. В одну точку, словно пытаясь понять, как она вообще дошла до такой жизни. Сильно же нравы в академии допекли девушку, и ещё эти её проблемы с деньгами. Можно ей сказать, что долг она может вернуть по-другому. Но как, и чем?

До возвращения Густаха мы сидели молча. Раская успела успокоиться, синие круги под глазами чуть сошли. Казалось, что девушка выговорилась и ей немного полегчало.

– С порождениями повременишь до следующего налима, этого тебе хватит.

Густах протянул мне две тонких книги, если толщину переплёта с ноготь мизинца вообще можно так назвать. Я удивлённо посмотрел в глаза наставнику, потом на сами книги. Но всё же принял их и прочитал названия: «Структурные растворы. От обработки материалов до изготовления» и «Подготовка алхимической лаборатории: реагенты, материалы, оборудование».

– Более чем, – у меня невольно вырвалось, а на лице заиграла довольная улыбка.

Вроде бы Раская говорила, что книги по структурным растворам отдельных нет, но от её корешка идёт сильный запах клея, а кожаная обложка выглядит совсем уж новой. Наверно, недавно восстановили, а эльфу в известность не поставили.

– А как же они? – Раская ошарашенно смотрела, как Густах положил на дальнюю полку шкафа восемь листков.

– Они…

– Они понадобятся. Просто мы до твоего прихода обсуждали, что без знания структурных зелий и способов их нанесения я мало чего смогу сделать. Зачем знать, как правильно добывать порождения, если его заллаи нельзя правильно подготовить.

Я кинул на наставника устрашающий взгляд. У бедняжки же сердце не выдержит узнав, что её труды оказались напрасны. Жалко её, немного. Да и у меня есть идея, что именно академия предложит на обмен. Особенно учитывая скорость, с которой Густах спрятал листки.

– Да, понадобиться. Потом, когда Ликус освоится, – наставник старательно закивал головой.

– Зачем же я спешила с ними? – Раская чуть не плача вздохнула и жалобно посмотрела на мага. Тот не нашёл, что сказать, и уставился на меня.

– Я сам не знал, что так получится. Всё так сумбурно происходит. Наверно потому, что я в первый раз учусь на магоса. Учись я во второй раз, то ничего подобного не допустил бы.

– На магоса нужно выучиться два раза? – немного потерявшись в собственных мыслях, Раская широко раскрыла глаза от удивления. Я в ответ по-доброму улыбнулся и хмыкнул. Девушка всё поняла и улыбнулась.

– В следующий раз будем делать наверняка, – Густах кивнул в сторону полки, где лежали восемь листков, и показал на дверь. – Подожди Ликуса снаружи. Нам нужно обсудить его задание на клаш. Потом проводишь его до управителей, надо книги зарегистрировать.

– Да, конечно.

Эльфа медленно, нехотя встала со стула и вышла из пристройки. Напоследок она сказала, что будет ждать меня в коридоре перед архивом.

– Как-то, нехорошо получилось, – я посмотрел на закрывшуюся дверь. – Надо будет извиниться. Гостинец из Магнара привести, что ли.

– Хорошая идея, – Густах одобрительно кивнул. – В Магнаре лавка есть, её равнинный эльф держит. Если за последние месяцы не закрылась, то сходи туда.

– Что там?

– Всякое, что эльфы любят.

– Томвития, – я задумчиво протянул, придумав один хитрый план.

– В курсе, значит, – Густах хмыкнул. – Заодно и мне чай привезёшь. Пожалуйста. Я оплачу.

Я только хотел подивиться наглости у этого нутона, но он меня опередил и проявил базовую вежливость. Отказывать бессмысленно, так что я согласился. Густах пообещал объяснить, где лавка находится, но сперва надо кое-что сделать. Он показал на две книги в моих руках.

– Есть условия, – я напрягся. – Из академии не выносить. И сдать сразу, как я скажу. Но до конца следующего ракта у тебя время есть.

– Согласен.

Я даже и не думал тащить их с собой: мало ли дождь или мокрый снег застанет врасплох и книги испортятся.

– За списком заллай придёшь сразу после приезда.

– Если у меня будут занятия с матонами?

– Тогда на следующий день.

В принципе, меня всё устраивало. Я передал наставнику шкатулку с кристаллом. Тот сразу его взял в руки и присмотрелся во внутренней структуре. С виду всё казалось идеальным. Деньги за наполнение кристалла я получу после его проверки в кристалляриуме. Всё же он свежий и ещё ни разу не проверялся, в отличие от многих других в академии.

Дальше Густах объяснил, где искать лавку равнинного эльфа. Она даже во время войны не закрылась, хоть и товар на полках оскудел. Но прошло уже больше полугода с окончания войны, так что можно рассчитывать на вполне приличный выбор.

Перед выходом я уточнил один беспокоящий меня момент. Не слышал ли Густах ничего, связанного с отродьем скверны и Магнаром. Наставник ничего похожего не слышал, но обычно отродьями скверны занимаются церковники и ксатов не трогают, пока те не зайдут в церковь. Происходящего мне бояться не следовало, по вполне понятным причинам. Единственное: наставник попросил меня быть аккуратным в поездке, смотреть в оба глаза и в караван вступать как пассажир.

Раская в коридоре дожидалась меня с закрытыми глазами и прислонившись к стене. Она глубоко вздохнула, потянулась и зевнула, едва успев прикрыть рот ладонью. И, сразу засмущавшись, опустила взгляд.

Мы отправились на правую сторону лестницы. Но подошли совсем не к той двери, за которой работала эльфийка. Та дверь соседняя, а за сегодняшней находился небольшой кабинет. Деревянные шкафы закрывали собой все стены, и лишь около окна виднелось небольшое свободное место. Посередине кабинета стояло два стола, а за ними сидели два мага с острыми ушами и практически утопали в различных бумагах, книгах и расписках.

Увидев меня и книги в моих руках – один из магов тут же вяло помахал в сторону двери и сказал идти мне куда-нибудь далеко по своим делам. Книги взял Густах, именно он в ответе за них и мне ничего подписывать не надо.

Только я захотел пожать плечами и развернуться, как Раская сказала, что именно мне необходимо заполнить форму номер два, ведь книги будут храниться именно у меня и пользоваться ими буду тоже я, а никак не Густах. Маг кинул злобный взгляд на эльфийку, но всё же протянул два листка с короткими пометками: кто и что берёт из хранилища книг, и что этот кто-то всё вернёт по первому указанию и без задержек.

Несколько движений пером и две подписи, больше похожие на работу осциллографа – и нам приказали выйти. Мы оба бездельники, а своим появлением уважаемым магам работать мешаем.

– Весело тут у вас в академии, – я усмехнулся, выйдя из кабинета. Раская почему-то быстро замотала головой, осматривая просторный зал:

– Это из-за Густаха.

– Из-за того, что он нутон? – я показал свои уши. И хоть они как у равнинного эльфа, немного заострённые, но Раская энергично кивнула. Вот почему наставник попросил эльфу проводить меня. Без неё я ничего не заполнил и сразу вышел из кабинета, чем сильно бы подставил Густаха.

Спросив, нужно ли от неё что-то ещё, и услышав, что пока ничего не надо – Раская тут же попрощалась и поспешила в свой кабинет. Где на неё сразу повысила голос одна из женщин. Правда, буквально через секунду она успокоилась и дальше говорила спокойно и размеренно. Я же направился к входу и проходя мимо досок со ставками понял, что опять забыл узнать про их назначение.

Глава 7

По возвращению в барак я, пользуясь оставшимся до обеда временем, сразу же принялся за изучение полученных книг. Первую, о подготовке лабораторий, я лишь мельком пролистал и ознакомился с первыми страницами. Этого оказалось достаточно, чтобы понять: софистика в ней есть, но и в достатке интересной информации. Её можно будет кратко законспектировать в подаренную Налдасом пустую книгу. Да и после делового предложения есть небольшая уверенность, что в лаборатории я действительно изготовлю необходимые растворы, а не буду смотреть на алхимические инструменты как хорёк на собственное отражение.

Вторую книгу о структурных растворах я читал до самого обеда. И чем больше изучал страниц, тем больше хотелось орать из-за осознания наиглупейшего парадокса. Чтобы заллая приобрела магически свойства, надо её особым способом покрыть структурным раствором. Про особый способ в книге ничего не говорилось, но о растворах в ней каждая страница. И на пятой, на общем языке для нутонов и ратонов сказано, что основной компонент – некая Кваралитская масса. А уже на шестой странице сказано, что масса остаётся после убийства некоторых порождений.

Кваралитская масса – это тоже заллая!

Мне кто-нибудь может сказать, почему в этом мире всё так завязано на частях порождений скверны? Что магические устройства, что эти растворы. Всё связано со скверной, всё… Практически всё – изготовление кристаллов обходится без использования заллай. И то, кажется, просто потому что ещё не нашли подходящее порождение.

Спустя ещё несколько прочитанных страниц я поспешно закрыл книгу. В сердце поселилось нехорошее предчувствие, морщинистую кожу покрыли мурашки, меня всего передёрнуло. Я глубоко задышал, отгоняя скверное чувство. Вновь открыл книгу и сразу закрыл, успокаиваясь. И вновь открыл, намереваясь в который раз полностью перечитать злосчастный абзац.

«Я вполне согласен с высказыванием Трафария Макласа из города Гашар халифата Шишараш, что скверна пожирает саму себя, и используя заллаи цвета насыщенного вина мы все свершаем угодное Всебогам действо. Как прописывал в своём труде великий магос старых времён Фискар: Кваралитская масса – требовательная в своей добыче, ведь именно в ней секрет величайшего преображения скверны из мерзкого в прекрасное. Ведь красочность…»

Я отложил книгу и помассировал виски. В них болело от нескончаемого бреда полоумного аутиста, пытавшегося нагнать объём своей книге с помощью упоминания всего, чего только можно упомнить. А ведь это всего лишь десятая страница, но мне уже хочется повеситься.

«… полосок, покрывших заллаю насыщенного красного цвета, определит степень преображения. Да, многие исследователи и авантюристы рассказывают и упоминают в своих отчётах, что структурный раствор лишь вредит добыче и уничтожает её. Но невежество – это не использовать данные нам возможности и не преобразить добытую заллаю, привнеся в неё частичку духа Всебогов и окончательно очистив её от скверны. И сам великий Ларий из Арнурской академии писал, что всем авантюристам следует посвятить себя добыче порождений, несущих в себе заллаю с прожилками не меньше, чем с отблеском золота. А ещё лучше охотиться им на тварей с прожилками лазурного цвета. И благословят Всебоги тех, кто добудет заллаю с прожилками изумрудного цвета. А на заллаи с бронзовыми и серебряными прожилками пусть время не тратят, ибо скверна полнится ими, как отхожее место нечистотами. Да и знают об этом авантюристы, ведь справочники о мерзких тварях во многих экземплярах распространены по городам и гильдиям. Многие великие магосы вложили свои жизни в сведенья, запечатлённые на их страницах, а многие маги своими жизнями рисковали, разгадывая тайны заллай. Ведь всем известно, что чем насыщенней цвет полос заллаи, тем качественней структурный раствор, и тем больше шансов, что заллая окончательно очистится от скверны, а Всебоги узрят это и преисполнят её своей волей.»

Я медленно закрыл книгу и направился в спальную комнату. В сундуке лежал небольшой мешочек со специей от шестилапого кошака. Бледно-розовые крупинки на вкус как смесь перца и соли. Раньше я радовался им как очень хорошей приправе к еде – теперь от их вида на сердце скреблось нехорошее предчувствие.

Магистрат знает, что именно я добыл на арене. И ждёт моего решения использовать эту массу. Неужели, именно об этом все твердили, говоря про какой-то выбор? Мол, продать и заработать, или оставить и использовать для раствора? Ядро хитца, хоть и дорогое, но неподготовленно и магию в себя не впитает.

Интересно, а ведь переданные Улой слова благородного как раз вяжутся с этим. Но здесь, скорее всего, разыгралась моя паранойя. Если существует пять типов красных сгустков и от кошака остаётся вполне хорошая, но не отличная по качеству Кваралитская масса – то и волноваться не следует. Если кошака маги умудрились поймать и живым приволочь на арену, значит, его добычу остальные разумные уж точно поставили на непрерывный поток. Но на всякий случай массу брать с собой не буду. Пусть лежит в комнате, пока не сравню две стоимости: её и раствора на её основе.

Дальше книга читалась с переменным успехом, потому что я частенько отвлекался на обдумывание одного хитрого плана. Он свершится вечером после ужина, когда я найду Фанула и мы кое-что хорошенько обсудим. Если всё срастётся, то уже через один налим моё положение в академии круто изменится.

Во втором кольце академии меня поджидал неприятный сюрприз: указанное в расписании здание оказалось соседним с магистратом. Но моё лицо скривилось, стоило сообщить о назначенном уроке караулившим у дверей матонам.

– Первый этаж, вторая дверь налево. Магистор Кузаун ожидает, – отрапортовав, они продолжили парадировать статуи.

Только этого имени не хватало для полного счастья. Кузаун же специально вызвался вести уроки: ничего толком не расскажет, но нервы истреплет в труху.

В похожем на небольшую классную комнату кабинете, кроме столов и стульев был ещё один предмет. И хоть неправильно называть разумного вещью – но так требовало моё сердце. В расшитой серебряными нитками широкой робе и с деревянным посохом в руке, закрученным вверху и ядром хитца в центре – остроухий маг стоял в середине кабинета и молча смотрел куда-то в стену. Стоило двери открыться, как он медленно повернулся и ожидающе посмотрел мне в глаза.

– Добрый день, господин магистор. Ученик академии прибыл для занятий, – только я закончил говорить, как появилось нестерпимое желание отрезать себе язык.

– Лик’Тулкис, – маг удовлетворённо кивнул и показал на ближайший стол. – Присаживайся, и мы начнём. Перед началом есть вопросы?

– Да. Почему именно вы?

– Так решил господин архимагистор. Ещё вопросы?

– Мне нужно будет перенести занятия.

– Я наслышан от Клауса. Проблем в этом нет. Лишь выполнишь мою просьбу, она ожидает тебя в гильдии авантюристов. Конечно, она бессрочна.

– Это плата за перенос?

– Нет, это просьба. И она оплачивается.

– Что именно?

– То, чем ты будешь заниматься всё свободное время. Добыть часть порождения. Необязательно в этот клаш, можно и в следующий.

– Всё зависит от самого порождения.

– И поэтому она бессрочна, – Кузаун ухмыльнулся. – По крайней мере, в этом учебном году уж точно.

– Почему боевую магию мне преподают отдельно от других учеников?

– Потому что ты – ксат. Ты никогда не станешь частью нашей академии.

– Но я же учусь…

– Ты станешь исследователем скверных тварей, магосом. Академия подтвердит твой статус, но никогда не скажет, что ты – её часть.

Секреты академии настолько секретны, что ради их сохранения даже сам Кузаун снизошёл до моего общества. Какая честь… Вот бы он ещё, пока снисходил, на лестнице споткнулся и шею свернул.

Больше вопросов у меня не нашлось, так что Кузаун приступил к обучению. И первым делом спросил о моих знаниях хоть в каких-либо магических школах, течениях или путях. Вместо слов говорил мой взгляд: полузадумчивый, полунасмешливый. И я ещё добавил, что магистор может рассматривать меня как книгу с чистыми листами, с точки зрения боевой магии и магии вообще.

Это Кузауну крайне не понравилось. Он страшно обиделся и пригрозил мне наказанием за расторжение контракта, ведь я обязан хорошо учится и сдать причитающиеся экзамены. Но это не отменяло того факта, что я действительно ничего не смыслил в магии. Мне даже пришлось предложить Кузауну прогуляться в церковь до кристалла дознания. Лишь после этого лицо мага стало серьёзным, а взгляд пропитала не то злоба, не то разочарование.

Пришлось ему начать с самых основ, вместо обучения магии. Правда, через каждые пять минут он останавливался и сокрушался, что вызвался обучать меня.

Через полтора часа сокрушался уже я, держась за голову и пытаясь удержать в черепе распухший мозг.

– А сколько путей знает господин магистор?

– Я приверженец школы Храса, но также знаю школу Семи шагов, или школу Русира, и путь Пяти начинаний.

Я в ответ лишь покачал головой и вновь помассировал виски. У меня и до этого жужжащими осами роились смутные подозрения, что с магией явно что-то не то. Те же перечисленные Раскаей школы на это явственно намекали, но вот услышать напрямую от Кузауна – это шокировало.

В прошлом мире наблюдалось нечто похожее. В древности были течения в философии и в биологии, что мир состоит из четырёх стихий, или пяти стихий, или пяти элементов, или вообще слияние чёрного и белого. Услышать нечто подобное в мире верховенства магии – вполне обыденно и нормально. Но не в том случае, если подобных течений существует не меньше тридцати. И все они работают. Тот же «Огненный шар», по словам Кузауна, можно написать пятьюдесятью тремя способами: многие школы и пути предлагают разночтение печатей и рун. Абсолютный бред! Это как Ньютону у первого дерева на голову действительно упало яблоко, а у следующего оно бы полетело в космос. Так ещё все эти школы и пути между собой успешно взаимодействуют! Один из стабилизирующих контуров вообще создаётся при взаимодействии печатей из семи разных школ.

Вскоре я уже сидел с видом монаха, постигшего основы мироздания. Оказалось, что все эти школы, пути и прочее базируются на рунах и печатях. Или, как важно заметил Кузаун, последние правильней называть сигилами.

Первых насчитывается порядка ста пятидесяти штук. Они все пришли из дворфийского языка. По факту – они и есть дворфийский язык, только из далёких времён зарождения самой их расы.

Вторые – это комбинация чёрточек, волнистых линий, крестов и прочего в определённом порядке, заключённые в круг, треугольник и другие геометрические фигуры. Это так же тянется с далёких времён. Конечно же, печати открыли древние равнинные эльфы, чем Кузаун сильно гордился. Но, подозреваю, что если спросить у любого человеческого мага про историю сигилов – то окажется, что их изобрели непосредственно древние люди.

Но даже после всех объяснений – совмещённая работа разных школ мне казалось невозможной. По словам Кузауна, в одной из школ руну Гас трактуют как закрепляющую связь между двумя соседними рунами – а в другой школе эту же руну считают полноценным малым активатором духовной передачи. И чем бы всё это ни было, оно же явно работает по-разному! Это как написать на одном языке две формулы: для вычисления гравитации и фотосинтеза, и второй формулой объяснить действие первой. Ну ведь они на одном языке написаны, почему бы и нет⁈

Дальше Кузаун начертил на доске треугольник, а внутри него три круга по одному на вершину так, чтобы они не соприкасались. Между вершинами треугольника и окружностями он поставил по точке, а в центре треугольника между кругами начертил три полоски, соединявшихся в одной точке с равными углами между ними. Внутри каждого круга он вчертил ещё по треугольнику углами к центру сигила, а внутри них – по перекрестию, направленному в центр.

Ульрас-Загран. Один из самых известных сигилов, участвующих в стабилизации любого мало-мальски обширного заклинания. Но сам по себе сигил бесполезен. Его ещё нужно вписать в заклинание, расписав нужные руны как по внешней стороне основного треугольника, так начертив вокруг него несколько кругов и написав руны между ними.

Слушая объяснения Кузауна, я одновременно делал две вещи. Мысленно возвращался в комнату к книге по призыву духов, ибо многие слова на её страницах теперь не казались такими уж бессмысленными. И пытался понять, почему магическое умение нужно произносить вслух, но для его записи на листок требуется ухищряться с этими каракулями?

Кузаун, кажется, понял мою задумчивость и спросил об известных мне магических умениях.

– «Маги… 'Стрела магии», – я вовремя сориентировался и поправил себя. Нечего магистору знать, как именно я воспринимаю лог-файл.

– И?

– И всё. Остальные обычные.

– Неудивительно, Лик’Тулкис, учитывая твои познания в магии.

Кузаун прервался на пять минут, отдыхая и молча глядя в потолок. На протяжении двух часов он практически без перерыва объяснял мне основы магии и всех этих рун, и немного подустал. Я же сидел тихо и мирно, не пытаясь отсвечивать или как-то грубить магу. Не считая обучения от мамы, я впервые получаю так много крайне нужной информации в столь сжатые сроки.

Презрев всякую конспирацию, я решил узнать о странности между рунами и голосовым способом произнесения заклинания. Магистор вначале уставился на меня, как на внезапное недоразумение на его жизненном пути – но спустя секунду притупил взгляд.

Он не знает, как именно ксаты трактуют это, но магия дарована всем остальным шести разумным расам Всебогами и их голос они обязаны облечь в физическую форму: голосом ли, или на бумаге. То же заклинание «Тарана земли» требует от вполне опытного мага примерно полминуты на чтение заклинания, новичку же потребуется вся минута.

– Я, может быть, покажусь грубым, но это занятия по боевой магии, да? – я обвёл руками класс.

– Да, его подготовительная часть.

– Но как в бою читать заклинание, ведь сбиться достаточно просто?

– Это одна из задач всех школ и путей. Заклинание можно записать и в нужный момент высвободить.

– Гримуар, – я задумчиво протянул, многое осознав. Если в одном гримуаре, условно, сто страниц, то это сто заклинаний для использования без прочтения.

– Что ж, Лик’Тулкис, я должен изменить своё мнение о тебе. Твоё лицо только что сказало за тебя всё. Теперь ты понял, зачем тебе нужны занятия с матонами и уроки боевой магии?

– Я практически всегда буду путешествовать один, а умея правильно биться и использовать заклинания – останусь в живых и принесу академии пользу. А для этого мне нужно подобрать из существующих школ и путей соответствующие моему стилю и выучить их?

– Прозорливо, но почти, – лицо Кузауна разгладилось, уголки рта тронула едва заметная довольная улыбка. – Из всех существующих школ и путей лишь три школы доступны для всех. Остальные чтят свои секреты. В этом году ты обязан ознакомится со всеми тремя и полностью выучить одну из них, познав премудрости начертательной магии, связанные с этой школой. И не забывай о задаче академии подобрать тебе соответствующий класс.

– Задач навалом, – я присвистнул, оценивая горизонты невспаханных работ. Больше всего мне понравились слова про класс: все шансы наконец понять, что это такое и зачем оно вообще существует.

– Да, Лик’Тулкис. И раз ты сегодня получил достаточное представление об основах магии, то со следующего занятия приступим к изучению самой магии. Сколько у тебя пунктов величия, или как вы их называете?

– Наставник меня предупредил. У меня есть ровно одна свободная единица.

– Одна? – взгляд Кузауна пропитало недоверие.

– Их раньше было больше, но потом случилась тюрьма, арена, обещание убить самой страшной смертью, вот это вот всё.

– Прискорбно. Как скоро ты возвысишь своё величие, или как вы это называете.

– Не в ближайшие полгода точно.

Кузаун на минуту задумался. И рассказал, что мы будем делать в следующем налиме.

Как только я приеду – то должен сразу доложиться в магистрате, чтобы получить стопку книг о трёх школах. Их я должен изучить до нашего занятия. На нём меня обучат первому заклинанию, и его я обязан буду полностью освоить в начертании во всех трёх школах до следующего занятия.

Раньше мне казалось, что академия не хотела делиться со мной основами начертательной магии, теперь же выяснилась вполне банальная причина. Имеющиеся в академии книги по начерталке все о четырёх разных специализированных школах и все они закрыты для меня. Книги об обычных школах уже заказаны и в следующем налиме я их получу. И тогда же, или через налим, начнутся занятия в мастерской по приготовлению структурных растворов.

Слушая объяснения, мне хотелось мысленно обозвать Густаха хитрецом. Он всучил мне книги, которые я и так должен получить в следующем налиме. Но вскоре Кузаун сказал, что в следующем налиме я получу лишь выписки о структурных растворах. Думаю, две полновесные книги лучше пары задрипанных листочков. Правда, Раскаю жалко: её опять заставят бессмысленно переписывать текст из книг.

Два следующих налима у меня будут объединёнными: первые сорок дней я буду заниматься в академии, а на вторые сорок дней буду предоставлен самому себе. На вопрос, как же я тогда доеду до Настрайска – Кузаун сказал, что меня добросят с помощью торговых телег, перевозящих товары между академией и городом. Мне хотелось объединить не два, а три налима, но и такой исход приемлем.

Дальше магистор попросил, чтобы к следующему занятию я в достатке подготовил магических чернил и такой же бумаги. Моё желание сэкономить, как и жадную тщедушную душонку мистера Счастливчика, можно будет удовлетворить в Магнаре. Там и лавка магическая, и задание от Кузауна висит в гильдии.

– Не в Настрайске?

– В Магнаре, – Кузаун медленно кивнул. – Именно рядом с ним расположено скверное место.

– Как выглядит тварь?

– Сможешь узнать в гильдии. Подтверди свою личность, зарегистрируйся и ознакомься с местным справочником.

– Так и сделаю.

Кузаун спросил, остались ли у меня вопросы. Их не было.

– Тогда на сегодня всё, – магистор встал и подошёл к двери, но остановился перед ней. – Академия рассчитывает на твой правильный выбор, Лик’Тулкис.

Магистор кинул на меня оценивающий взгляд и вышел из кабинета, оставив меня наедине с весьма скверным предчувствием. Оно скреблось на сердце, и только усилием воли получилось его отогнать. Маги явно сговорились, все и каждый. И скоро я узнаю, в чём именно.

В барак я вернулся с вполне приподнятым настроением, не волнуясь о мифическом выборе. Всё равно узнаю, так чего переживать? А если там что-нибудь плохое, то разберусь на месте. Нет смысла с занозой на сердце носится по академии в поисках угла, где можно спрятаться. К тому же, после сегодняшнего занятия многие вещи прояснились. Теперь осталось дождаться ужина и показать Фанулу книгу о структурных зельях. Пусть поспрашивает у себя в лаборатории, сможет ли принять заказ на его изготовление. Если да, то останется дело за малым – узнать всё о порождениях, и выбрать самое прибыльное.

Поднявшись в комнату – я ненадолго остановился рядом с сундуком около кровати. Помимо прочих вещей, там ещё лежало два рюкзака. Мой и Налдаса. Судя по наметившимся покупкам – в академию я вернусь с изрядно источившимися финансами, но гружённый под завязку вещами.

Буквально на секунду в сердце зародился страх. Я впервые буду один путешествовать среди разумных, практически ничего не зная о договоре между ксатами и Всеобщей Церковью, не зная об их устоях и правилах, да ещё и сородичи могут на меня напасть. Но я быстро отогнал это скверное чувство.

Я сейчас одни. Я должен сам о себе позаботиться. И должен привыкнуть к таким путешествиям: мне ещё маму с сестрёнкой искать.

«„–“„–“„–“»

Конец тринадцатой арки.

Другие мои книги можно найти по ссылке: http://author.today/u/decuaquero