Текст книги "Аркад (СИ)"

Автор книги: Александр Феоктистов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 33 страниц)

Мысленно он позвал:

– Где ты? Я не настолько опытен в астрономии, чтобы понять, где эта система, о которой ты мне говоришь. И потом, мне надоело звать тебя безлико. Как я тебя должен называть? У тебя есть какое-нибудь понятное мне имя?

– Гм… Это вопрос! Я как-то раньше над этим не задумывался, этого мне было не нужно. Но теперь… Ну что ж, можешь называть меня…Волас, сокращение от созвездия, откуда я происхожу. Вы его называете Волопасом. Почти весь последний цикл я перемещался в этом созвездии, около его главной звезды… вы ее называете Арктуром…

– А с этой звездной системой все достаточно просто, если выбрать нужную точку зрения. Надеюсь, главную звезду точки отсчета своего звездного скопления ты знаешь. Да, я это вижу. Вы ее называете Полярной. Если от нее смотреть вправо и влево, то можно наблюдать цивилизации. Влево, примерно за десять расстояний, которые проходит свет в течение одного оборота вашей тверди вокруг местного светила. Но там у нас пока нет особых причин для волнений. Время терпит. А вот, вправо – возникли причины. Примерно за сорок расстояний есть звездное скопление, вокруг главной звезды которого движется древняя цивилизация. У них задачи по своему сохранению. И очень серьезные.

– Неужели у кого-то могут быть большие проблемы выживаемости, чем у землян? – Аркад уже начинал привыкать вести телепатический диалог с Голосом так, как если бы он рассуждал мысленно сам с собой.

– Твоя цивилизация еще сравнительно молода, чтобы иметь такие проблемы. А каковы они, ты знаешь. Я передал тебе информацию о них в твоих…снах. Помнишь? Да, то самое…

Аркад вспомнил свой последний сон, где он сражался с металлическими монстрами, которым некоторые земные писатели несколько столетий назад придумали странное и гнетущее название – берсеркеры. Тогда он сражался на стороне разумных обитателей планеты, напоминавших людей.

– То была только разведка. Теперь нам предстоит чистка.

Аркад попытался осмыслить услышанное. Но Голос ему этого не позволил.

– Привыкай использовать все свои резервы. Тебе не стоит терять время на осмысливание. Ты должен привыкнуть принимать решение мгновенно, используя весь потенциал информации. Доверься своим… чувствам. Нет, точнее, на твоем языке, инстинкту. В нем сосредотачивается вся необходимая информация.

– Чистка чего или кого? – все равно этот вопрос возник у Аркада.

Голос разъяснил:

– В разные времена, в разных цивилизациях мыслящие отклонялись в сторону от Пути. Для завоевания разумных они создавали системы, которые, спустя циклы, выходили из-под их подчинения. И были случаи, когда системы истребляли своих создателей. В системе Вгд…на твоем языке, в системе звезды Спика, таких уничтожающих разумную жизнь механизмов накопилось много. Они пришли из той же звездной системы, в которой находится и Спика. Но их создатели уже исчезли. Эти монстры прекрасно выполнили свою задачу. Они уничтожили своих создателей, – на миг Голос пропал, потом закончил:

– Вселенная и жизнь постоянно самозарождаются. И если разум способен увидеть глубины истории в физическом их проявлении, то вполне можно допустить, что точно так же он способен увидеть и горизонты будущего. Создатели этих монстров не посмотрели в свое собственное будущее. Теперь монстры принялись за другие звезды. Это становится опасным для разума. Нам надо вмешаться…

– Но у моих друзей сейчас здесь проблема. Они не могут создать прибор, который позволил бы мне отправиться в странствие.

Аркад ощутил нежное покалывание в левой стороне черепа.

– Ах, это! Это достаточно просто. Так же просто, как время. Им надо подключить основной энергетический источник хранителя твоего тела к точкам…на твоей голове.

Один миг – и Аркад будто бы вновь оказался во сне. Хотя его глаза были широко открыты, но он ничего не видел вокруг себя. Зато перед его внутренним взором появилось подобие затемненного экрана, на котором яркими звездочками замерцала карта полушарий его мозга. Чем-то она напоминала звездную карту. На ней особо ярко мерцали некоторые искорки: именно те точки его полушарий, к которым необходимо было прикрепить прибор.

Вот так, с остекленевшими глазами, его и нашел в гостиной Альберт. Он уставился на неподвижного как манекен Аркада, задумавшись над тем, а не отправился ли его подопечный уже сейчас, в данный миг, к звездам, не дождавшись от своих земных друзей решения проблемы.

Не делая попыток как-либо физически потревожить Аркада, он, тем не менее, с мучительными сомнениями в голосе, попытался все же завладеть вниманием разума ставшего таким близким для него молодого человека.

– Аркад, если ты еще здесь, откликнись. Подожди немного, не уходи совсем. Мы решим твою проблему, надо только немного подождать…

Отчаявшись достучаться, Альберт собрался было уже позвать всех, как вдруг заметил трепетание ресниц Аркада.

– Малыш, я уже отчаялся увидеть тебя еще раз. Ты не ушел. Это хорошо. Мы, твои друзья, поможем тебе, мы решим эту чертову задачу, я на это надеюсь.

– Надо подключать аппарат в точках…я сейчас нарисую. – Аркад еще не совсем придя в себя после очередной порции информации от Голоса, или от Воласа, как он себя назвал, и не замечая эмоций в голосе Альберта, тяжело приподнялся над столом, дотянулся до листка бумаги и ручки, лежавших на полочке перед визором, и стал рисовать точки, запечатлевшиеся в мозговой карте. – Позови всех, это надо сделать быстро. Сколько часов или дней осталось, я не знаю, но мы скоро отправимся с ним в созвездие…Девы.

ГЛАВА 13

Пока друзья, «теперь уже друзья», – подумал Аркад, – на своих рабочих местах горячо обсуждали последнее сообщение о возможном прибытии новой комиссии с Земли, Аркад отдыхал один в гостиной, пытаясь насладиться последними мгновениями пребывания в своей физической сути, одновременно немного страшась возможности расстаться с ней навсегда. Ведь сказал же ему Голос, да теперь он имеет имя, которое сам выбрал, – Волас, что в любой момент они могут отправиться в иные миры. И хотя он заверил Аркада, что тот вновь вернется в свою земную оболочку, но чем черт не шутит. А вдруг это окажется последним случаем, невозвратным?

Попивая какой-то коктейль, который приготовила ему его златовласка, Анхел, Аркад предавался грустным размышлениям – сколько еще ему осталось быть среди друзей? Слегка скрипнув, дверь в гостиную приоткрылась. Вначале показалась русая голова Андрея Сеунина, отвечающего за безопасность станции. Убедившись, что Аркад один, Сеунин всей своей массой протиснулся в гостиную и прикрыл за собой дверь. На него это было непохоже. Обычно этот славянин в любой ситуации вел себя непринужденно, делал и говорил то, что считал нужным. У окружающих и входивших с ним в контакт людей складывалось впечатление, что ему было наплевать на весь свет; что главное для него – профессионализм человека, с которым он общался. Не важно, кто ты, главное, что ты с толком разбираешься в своем деле. Независимость, открытый характер в общении с кем бы то ни было – все привыкли именно к этому. А здесь вдруг такое! Аркад напрягся. Из головы вылетели все грустные мысли, он сосредоточился – что-то необычное произошло, что вывело из равновесия даже Андрея! Что же это могло быть?

Обежав взглядом потолочные перекрытия по периметру гостиной, Андрей приблизился к Аркаду и присел на кресло рядом с ним.

– Аркад! По своей работе я должен был бы к тебе относиться с опаской. Но ты открытый, классный парень. И потому я должен кое-что тебе сказать, – он еще раз обвел взглядом потолок и стены и понизил голос почти до шепота. Аркаду пришлось даже немного наклониться к нему, чтобы услышать, что же такого секретного хочет сообщить ему Сеунин, которому, казалось бы, и карты в руки – чего ему опасаться, если он работает здесь как раз по линии безопасности.

– Я подозревал, но у меня не было данных. Сейчас я их имею. Среди сотрудников есть агенты. В тот приезд комиссии с Земли, когда вы с Брейли ушли с базы, за вами пытался увязаться кто-то в скафандре. А вчера я смог вычислить правительственного агента. Это помощник оператора связи. Он не мог знать, что я поставлю ловушку в помещении операторов связи. А я предполагал, что любому агенту для сообщения на Землю потребуется связь. Иначе ему пришлось бы одевать скафандр, выходить на поверхность астероида, и его быстро бы вычислили. Но тот, первый в скафандре, и этот – разные люди. Я в некоторой растерянности. Я думал у нас один агент, а их двое, и они друг с другом не связаны.

Андрей еще раз огляделся и продолжил:

– Я не знаю, на кого они работают, на правительство или на кого-то еще. Помощник оператора – скорее всего на правительство, а на кого второй – не знаю. Но это может обернуться для тебя неприятностями. А я бы этого не хотел. Прими к сведению эту информацию.

Он замолчал, вглядываясь в лицо Аркаду. Мгновения размышлений ни к чему не привели. "Что я должен в таком случае ему сказать, – размышлял Аркад. – Что надо что-то предпринять, а что?" Видя ожидание во взгляде Андрея, Аркад, наконец, выдавил:

– Спасибо Андрей, я приму меры.

Так же тихо, как и вошел, Сеунин скрылся за дверью гостиной. Это сообщение главного охранника станции не намного опередило известие с Земли. Когда все вновь собрались в гостиной, Альберт стал объяснять, со слов Аркада, как сделать саркофаг. Но его прервал взволнованный голос техника по связи:

– Тише, тише, наши друзья с Земли сообщают, что к нам опять летит комиссия, на этот раз одни военные. Надо что-то срочно предпринять…

* * *

Полковник Говард отдыхал. Насколько этот термин вообще применим к его должности. У него не было семьи. Ему было под сорок. Свои различные потребности, касающиеся еды, спорта, развлечений, секса, он осуществлял так же продуманно, как и все, что касалось его работы. За двадцать последних лет он и не мыслил своей жизни по-другому. Хотя со стороны такая жизнь могла показаться чересчур пресной, какой-то казарменной. Но его такой ритм устраивал. Хотя в последнее время он и стал задумываться, а для чего все это надо. Но режим работы, забота о своих бойцах, поддержание формы, в том числе и своей, заставляли его гнать прочь подобные мысли – признаки старения.

У него был номер в хорошей гостинице, состоявший из трех комнат, который он забронировал и в котором проживал в свободное от службы время вот уже, пожалуй, в течение семи последних лет. Это было официальным жильем Говарда, где его в любое время суток могло найти начальство. Спустя года два, как он в нем обосновался, под видом прогулок, которые он обожал, Говард занялся поиском непрезентабельного домика в пригороде. Поиски заняли у него много свободных вечеров. Зато спустя полгода он нашел такой дом, в двух милях от последних зданий города, в парковой зоне, переходящей в густые лесные заросли. Одноэтажный дом стоял на небольшом пригорке. Пологой стороной он был обращен к единственной дороге из города. Задняя, крутая сторона обрывалась к озеру.

На уговоры пожилой пары, жившей в этом доме, продать ему дом, ушло немного времени. Они уже сами подумывали перебраться поближе к городу, но не находили хороших вариантов. А здесь покупатель предложил им такую цену, которая решала все их проблемы, прежде всего проблему жилья. Чтобы не светить свой новый дом, в том числе и в списках службы, Говард оформил сделку на подставное лицо.

Для чего он этим занимается, Говард и сам не мог бы себе толком объяснить. База, берлога, нора – профессионалу это необходимо. Но здесь мотив был, пожалуй, иной. Тоска по своему родному дому, которого он не имел с юношеских лет, – видимо, это. Тем не менее, как профессионал, он предпринял все возможные меры к тому, чтобы о его доме не знала ни одна душа, а тем более его служба. Несколько свободных вечеров в течение двух лет он использовал для обустройства своего тайного жилища.

Сделал хороший, не видимый с фасада спуск к озеру. На его берегу в толще пригорка, на котором стоял дом, Говард устроил небольшой эллинг с моторной лодкой внутри, закамуфлировав его ворота под внешний вид склона. В случае опасности это позволило бы незаметно покинуть дом и в считанные мгновения выскочить на лодке прямо в озеро. Такие же предосторожности он предусмотрел и по отношению отходов в сторону леса. Если бы его спросили, для чего он это делает, полковник не смог бы толком ответить. Профессиональный интерес, привычки, постоянное предчувствие опасности? Неизвестно.

Говард отдыхал. В одной из комнат был включен старинный магнитофон с медленной и плавной музыкой. Говард сидел, расслабившись в кресле, и потягивал легкий напиток, размышляя над последним заданием, в котором он сопровождал сенатора Яринга. Он так и не смог разгадать, что же все-таки произошло там, на астероиде. Формально группу возглавлял сенатор. Хотя полковник мог бы и опротестовать их быстрое возвращение на Землю, без аппарата и без экстрасенса, которого они искали. Но у него не было оснований, чтобы воспрепятствовать отлету, не было зацепок. А теперь он ломал голову. Что заставило сенатора срочно покинуть астероид и что его так изменило?

"Если их экспедиция с точки зрения могущественной компании не удалась, то жди неприятностей. Во всяком случае, его скоро будут искать. Надо срочно покинуть свою базу". Эти раздумья привели его в действие. Говард собрал вещи, которые всегда были при нем на случай боевых действий, – жилет, оружие и сухой паек, тщательно осмотрел подходы к своему дому. Ни одной души близко от дома он не заметил. Сел в машину и отправился в свою официальную резиденцию – в снимаемый им номер гостиницы.

Он только начал заваривать кофе, продолжая размышлять над странным поведением сенатора, как вдруг его раздумья прервал звонок служебной связи. Звонил его непосредственный шеф:

– Говард, наверху недовольны. Я тебя не виню. Политические шишки доверили командовать Ярингу, и вот что вышло. Если бы это поручили нам без всяких посредников, я уверен, мы бы сейчас уже все имели здесь. Улавливатель никуда не исчез, он там. И молодому человеку тоже некуда деваться с астероида. У них нет настолько оснащенного корабля, чтобы он скрылся на другой планете. Поэтому тебе с твоими ребятами придется еще раз туда слетать.

– Сэр, по-моему, там и искать особо негде, скалы, если их можно так назвать, размером с небольшие земные горы. И как я понял из информации, их там немного.

– Обшарь там каждую расщелину, если понадобится, но привези аппарат и, если сможешь, парня, живого или мертвого. Тебе даны большие полномочия…

– Сэр, но ведь Яринг – глава комитета. Он сообщил, что там ничего нет…

– Дружище, я бы тоже так считал, будь моя воля. Но наши политики, ты знаешь, кто; а главное компания – недовольны. А мы зависим от них. Что я тебе объясняю, ты и сам все прекрасно знаешь. Короче, с тобой полетит представитель компании, но у тебя первые полномочия, он только наблюдатель. Если потребуется, объявишь весь астероид под карантин…

Говард готов был уже опустить трубку, когда услышал сопение своего непосредственного начальника…

– Говард, вот еще что, я чуть не забыл…перед отправкой тебя хотел видеть наш президент. Я тебе могу только посочувствовать. Думаю, ты попал меж двух огней. Я, насколько смогу, буду тебя прикрывать. Но учти, с компанией "Интеркосм" шутки плохи.

Услышав гудки, Говард медленно положил трубку, не успев сообщить своему боссу, что уже виделся с президентом. Так же медленно расслабленной походкой подошел к бару. Автоматическими движениями открыл его, выбрал соответствующие напитки, наполнил бокал, все это время продолжая осмысливать полученную от шефа информацию: взвешивая все за и против, уже готовя в голове план сбора своих стрелков и соответствующего снаряжения. "Компания – это уже серьезно", – думал он. Просто так, какими-то чудесами или

обстоятельствами от нее не отделаешься. "Ладно, – решил он, – попадем на астероид, а там посмотрим". А пока надо собрать команду.

* * *

Каждому из бойцов в его команде было не более тридцати. Все проверены в нескольких операциях. Говард не сомневался в профессионализме каждого из них, даже самых молодых. Тем не менее, необходимо проследить за всем. Набрав нужный номер, он дал краткие указания своему заместителю, который должен по цепочке оповестить всех и дать соответствующие инструкции по оснащению. Потом стал готовить свою униформу …

Прибытие на "Наблюдательный" прошло без каких-либо событий, которые стоило бы запоминать. Команда четко развернулась. Часть людей Говарда заняла оговоренные заранее позиции, охватив лабораторный комплекс по периметру. Еще одна часть начала методически осматривать все помещения. А Говард с оставшимися людьми, экипировавшись для открытой местности, отправился на розыски в прилегающие скалы, отмечая на карте изученный радиус, который с каждым разом все увеличивался в размерах.

Предупрежденные с Земли друзьями об очередной проверке, колонисты отправили Альберта с Аркадом в место последнего их убежища на своем же астероиде. Перелетать на другой уже не оставалось времени. Да и их перелет заметили бы. На этот раз колонистов ждало разочарование. Говард командовал сам, а не подчинялся гражданскому лицу. Поэтому если что-то и можно было найти на астероиде, то он это все равно нашел бы. Спустя сутки по тепловому датчику его люди определили Альберта с аппаратом и привели на базу. Еще спустя сутки один из людей Говарда сообщил по рации, что засек интенсивное тепловое излучение в трех милях от базы. Говард не сомневался в своих людях, – раз дана команда брать живыми, то они ее выполнят. Тем не менее, он решил подстраховаться, – а чем черт не шутит, что на ребят найдет. Принесут тело, а потом объясняйся перед высокой комиссией. Взяв трех бойцов, он направился по тепловому лучу.

Интересная вещь – инстинкт. Сколько жизней оборвалось, не обращая внимания на свой инстинкт. Нации, культура, цивилизации разрушались только лишь потому, что люди не внимали инстинкту. Пренебрежение им вело к смерти. Все расцвело на почве инстинкта. Но смерть цепляется за живое. Инстинктом ее можно почувствовать. Чувство опасности подсказало Аркаду, что смерть была в сотне милях от него. Еще несколько миль, и чувство усилилось. Аркад заметил бойцов, как только вышел из расщелины, где он находился.

Ему не нужно было звать на помощь Воласа, он и сам уже кое-чему научился. Полузакрыв глаза, мысленно сосредоточившись, он направил свой внутренний взгляд на главного из преследователей. Обведя его пучком волн, определив все жизненно важные параметры, он проник в нейронные связи противника.

– Что вам здесь нужно? Хотя я знаю, можешь не отвечать. Ведь Улавливатель уже у вас. Так что ты со своей командой может отправляться назад со спокойной совестью. Ты миссию выполнил. А обо мне забудь.

Как когда-то Яринг в полубезумии спрашивал у телепатического голоса внутри своего черепа, так теперь Говард задал тот же самый вопрос: "Кто ты? Где ты?"

На миг он очутился в своем домике на берегу озера, о котором не знала ни одна душа. За окном шумел лес, а с другой стороны за верандой слышался плеск воды. На столе перед ним стоял бокал с его любимым напитком – смесь сока грейпфрута с виски, а в углу комнаты старый магнитофон наигрывал тихую мелодию. Настолько это было реально, что Говард попытался даже вскочить с кресла, в котором, как казалось, он сидел. Промелькнула мысль, раздумья над которой долго терзали его, – так вот с чем встретился Яринг, вот что на него повлияло. Но я-то не Яринг…

Голос не дал ему возможности продолжить эту линию.

– Ты, действительно, не сенатор, ты профессионал. И потому я обращаюсь как к профессионалу. Еще раз повторяю, что ты от меня хочешь?

Говард продолжал ощущать себя сидящим в своем доме на берегу озера, и в то же время частью своего разума он пытался вернуться в ту ситуацию, в которой он находился миг назад. Тем не менее, голос вытягивал из него ответ.

– У меня задание вернуть вас на Землю, если вы тот, кого я ищу. Вы – Аркад?!

– Я Аркад, но уже не тот, который вам был нужен прежде. Вы немного опоздали. Теперь я уже не гожусь для лабораторных испытаний.

Теперь Говард очутился в лаборатории, где на одном из столов лежало распластанное человеческое тело, пристегнутое по рукам и ногам. А к его голове тянулись провода. Говард на миг ощутил адскую боль существа, лежащего на столе. Настолько это было сильным ощущением, что он зарычал. Минуту спустя он снова ощутил себя сидящим в кресле в своем доме.

– Я все понял. И совсем не стремился к тому, чтобы тот, кого я должен доставить, очутился в подобном положении. По-моему, вы преувеличиваете.

– Полковник, вы недооцениваете своих коллег по ремеслу. Если что-то необходимо выяснить, то они выкачают из вашего мозга все, что возможно. Я не хотел бы быть подопытным кроликом. А теперь уже и не буду им никогда. Так что остается тот же самый вопрос – что вам от меня нужно. Я мог бы навязать вам иллюзии. Но иллюзии когда-нибудь проходят. На Земле вы вновь опомнитесь и захотите пройти этой дорогой до конца. Чтобы не испытывать вашей судьбы, я показал вам последствия вашей миссии. И хочу, чтобы вы приняли решение осознанно. Итак, я повторяю, что вам от меня нужно?

Говард, наконец, ощутил себя снова в скафандре. Невдалеке он увидел своих бойцов, застывших как каменные идолы. Почувствовал неожиданную тревогу за них.

– Не беспокойтесь, они через некоторое время после принятия вами решения придут в себя, – голос под его черепной коробкой не дал ему возможности отвлечься от заданного вопроса.

Как профессионал, он попытался уйти от прямого ответа, задав, в свою очередь, тот же самый вопрос:

– Кто или что вы?

Но Аркаду уже надоело играть в вопросы и ответы. Он увеличил импульс и заставил Говарда сосредоточиться на главном вопросе – что он будет делать дальше и какие решения предпримет на Земле.

Этот миг для Говарда обернулся целой жизнью. Он вновь переживал, как наяву, все, что происходило с ним в юности, а потом и в зрелые годы. Одновременно его разум осмысливал, как бы со стороны, все его поступки, взвешивал их на невидимых весах правды и лжи, истинности и сомнений, справедливости и…И ему стало тяжко от груза неправильных поступков, а за некоторые даже стыдно. "Так вот что изменило Яринга", – промелькнула мысль. Теперь он был готов отвечать.

– Мне от вас ничего не нужно. Но компания, которая организовала этот поиск, не успокоится, пока не найдет вас живым или мертвым. Я, действительно, смогу отчитаться только с одним аппаратом, без вас. Так что, я вам больше не враг.

Послав это, Говард почувствовал облегчение в душе, и его уже больше не беспокоили последствия его миссии. Собственно, на этом и закончился его контакт с Аркадом. Он обежал взглядом своих бойцов, которые начали шевелиться, проверил связь, окликая каждого из них по имени, и дал им команду возвращаться на базу.

Благополучно вернувшись на Землю, Говард представил полный отчет своему шефу, не упомянув только о контакте с Аркадом. Улавливатель сразу же забрали представители компании. Однако спустя несколько дней они опять стали теребить Говарда через его шефа. Оказалось, что через двое суток после того, как они его забрали, он перестал работать вообще. Но с Говардом они уже ничего не могли сделать. Еще на астероиде он передал аппарат представителю компании. Говард лишь про себя усмехался, представляя, что мог сделать с аппаратом Аркад или тот внеземной разум, с которым столкнулся Яринг. Да и не только с аппаратом. Представив возможности этого разума, Говард на миг ужаснулся. Ведь он может сделать с человеком все, что ему захочется. Полковник вспомнил, что, находясь на астероиде, он в то же время чувствовал себя в своем доме на Земле. И это только лишь землянин Аркад. А что может сделать внеземной разум, который ему помогает? И Говард был доволен, что все обошлось таким образом. Сославшись на недомогания, он отпросился у шефа на неделю для отдыха и отправился в свой дом на озеро, чтобы как следует осмыслить все случившееся на астероиде.

* * *

После отбытия спецкоманды все собрались в гостиной. Никто не говорил об этом вслух, но все понимали, что без Улавливателя их миссия приходит к концу. Теряется смысл их работы на астероиде. Ничего не значащие реплики не могли скрыть от стороннего наблюдателя общую тревогу. Аркад отправил мысленное послание Воласу. И немедленно получил ответ. Оказывается, их аппарат нужен не только им самим, но и Воласу для обоюдного контакта.

– Передай своим друзьям, чтобы они не беспокоились. Я вывел из строя тот экземпляр, который земляне забрали к себе. А здесь пусть сделают такой же, даже лучше. Материала на этой тверди достаточно. Как только они соберут установку, я тебя позову…

Когда сотрудники стали покидать гостиную, Аркад попросил задержаться руководителей группы.

– Наставник, мне нужно поговорить с вами и руководством этой базы. Андрей, ваш главный по безопасности сообщил мне, что здесь, на астероиде, в вашу группу затесались секретные агенты. Одного из них он вычислил, он работает на правительство. А другой, – возможно, на ту организацию, с представителем которой я столкнулся на Земле. Эти игры начинают мне надоедать. Нельзя ли что-нибудь сделать, чтобы их обоих отправить на Землю?

– Из каких они отделов?

– Сеунин вычислил правительственного сексота, он помощник главного связиста. А второй – среди ремонтников…но кто конкретно, неизвестно.

– Брейли, только никаких несчастных случаев. Ты меня знаешь. Даже если это будет касаться моей жизни, я не хочу, чтобы кто-то серьезно пострадал.

– Маклин, о чем ты говоришь! Разве мы не проработали вместе столько времени?! Разве я давал тебе повод для подобных предположений?

– Извини, Брейли. Но я не вижу пока других путей, как от них избавиться.

– Ну, с первым все просто. У нас устарело оборудование связи. Задержка сигнала с Земли идет достаточно продолжительная. И это не позволительно для земной космической обсерватории, каковой мы по сути являемся. Надо наделить помощника главного оператора особыми полномочиями по выбиванию новой аппаратуры связи и отправить его с этим поручением на Землю. А вот со вторым – это вопрос. И кто он? Это еще надо выяснить. Надо переговорить с Андреем Сеуниным. Может быть, найдутся у него какие-то рациональные предложения…

– Брейли, прежде чем что-то предпринимать, надо дать задание вашему главному оперативнику, выяснить, что это за человек и что хочет его организация. Они уже пытались выйти на нас на Земле. Тогда у них не получилось. Аркад, по моему совету, перестал поддерживать с ними контакт.

– Это немного не так, Альберт. Просто они сами не вышли на меня второй раз. А потом все закрутилось. Помнишь, в каком быстром темпе мы сорвались из твоей лаборатории?

– Да, нам пришлось тогда действовать быстро. Иначе нас бы с тобой сейчас здесь не было. Тем более надо выяснить, что за организацию представляет этот человек, какой вред они могут нам причинить. Да, и что за человек? Кто?

Все погрузились в раздумья. Брейли подошел к узлу связи и вызвал главного оператора:

– Семен, ты сейчас чем занят?

Выслушав краткую информацию, Брейли сказал:

– Мы несем некоторые потери из-за твоего устаревшего оборудования. Как ты смотришь на то, чтобы послать выбивалу новейших узлов связи на Землю? Ты нам нужен здесь. Я думаю, это оборудование сможет выбить твой помощник… Я подготовлю сегодня все необходимые документы, а завтра на одном из наших челноков отправим его на Землю. Есть возражения? Ну и прекрасно. Слушай, Семен, найди Андрея Сеунина, скажи, пусть срочно встретится со мной и Маклином…

Через некоторое время они вместе с Сеуниным обсуждали детали.

– Можно найти повод. Такой же, как и со связью. Например, у нас накопилось много старой техники. И у нас были заявки на Землю на ее обновление. В качестве сопроводителя можно оформить этого человека… Я договорюсь с руководителем этой службы. Но прежде я должен вычислить этого человека…

– Как ты себе это представляешь, Андрей?

– Нужно его чем-то спровоцировать. Придумайте что-нибудь с выходом Аркада из-под купола вместе с Брейли. А я буду отслеживать передвижение сотрудников этого отдела. И мы его вычислим…

– Брейли, у меня идея. Пусти по селектору информацию о вызове Аркада и Альберта на связь с его Голосом, скажем, вот в этих координатах…

Маклин развернул карту астероида и показал на ней соответствующие координаты, расстояние от которых до купола на реальной местности составляло с милю.

– За время, пока Аркад с Альбертом пройдут это расстояние, Андрей сможет засечь сотрудника, который за ними увяжется. Если, конечно, он клюнет на эту приманку.

Альберт наклонился над картой.

– Маклин, надо изменить маршрут. Вы выбрали тот же самый, по которому мы с Аркадом ходили последний раз. Не стоит давать кому бы то ни было каких-либо зацепок. Неважно, сможет ли этот человек использовать полученную информацию в будущем или нет. Ведь мы не собираемся его уничтожать?! – Альберт обвел пронизывающим взглядом всех присутствующих. Задержался на лице Сеунина.

– Андрей, я надеюсь, вы не злоупотребите своими возможностями. Кто бы он ни был – друг или враг, но он должен остаться живым.

– Альберт, о чем вы говорите? Мне и в голову не приходило ничего подобного! Просто я должен его обнаружить, – до этого стоя, наклонившись над картой, Сеунин присел и закончил. – Знаете, я начинаю сомневаться в своих собственных возможностях, когда кто-то, со стороны, проходит мимо меня и я не могу этого человека вычислить. Это вопрос чести! Уровень моей квалификации подвергся сомнению. Я должен решить этот вопрос. Но его решение совсем не значит, что я убийца. Жизнь этого человека – его жизнь, и она мне не нужна. Но я должен его вычислить. А дальше вы, ученые, сами решите его судьбу, причем уже без меня. По моим меркам, в любом варианте, смертельный случай исключается…

Аркад, до этого сидевший тихо, отстраненно, как будто все обсуждавшееся его совершенно не касалось, приподнялся из кресла, прошел к бару. Достал из него напитки, наполнил какой-то коричневой жидкостью, явно с градусами, один из бокалов молча сунул в руку Андрея.

– Выпей. Это помогает.

Было заметно, что рука Андрея, обхватившая бокал, слегка подрагивала. Из всех присутствующих на этом малом совещании только он один был боевиком в буквальном смысле этого слова. Все остальные – ученые. "Они не предполагают всех последствий возможных мероприятий. Они витают в облаках. А когда дело дойдет до решительных действий, то вопрос для конкретного человека встанет именно так: жизнь – смерть. И никто из них не опускается в своих рассуждениях до этой элементарной истины. Правда, надо отдать должное, Альберт кое-что в этом понимает. Ну, еще, не считая Аркада, который вообще непонятен – кто или что? У него такие потенции, которым все мои тридцатилетние навыки и в подметки не годятся". Эти мысли проскочили в мозгу Андрея, в определенной степени успокоив его. "Все же я среди них профессионал. А кроме того, ни я, теперь-то понятно, ни они не хотим смертельного случая на нашей базе". – Он немного успокоился.