Текст книги "Аркад (СИ)"

Автор книги: Александр Феоктистов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 33 страниц)

Альберт не преминул бросить реплику, чтобы поддержать угасающий разговор:

– Порождения нашего мозга, перерастающие в материальное воплощение, – в этом что-то есть…

– Наш мозг – это и есть Вселенная, которая сейчас и здесь рождает галактики или умирает, а вслед за этим умирают и галактики. Но при этом другой мозг еще существует и потому все еще существуют и галактики, – Брейли ухватился за реплику Альберта, как за соломинку, чтобы завершить свою мысль. – Мы эгоцентрики. Но это справедливо, поскольку без разума Вселенная не может себя осмыслить как Вселенную, как Нечто…

– Извините, шеф, но философы объясняют возникновение бытия таким способом, который непонятен простому человеку. Например, так же, как ваши эти рассуждения, – Андрей Сеунин даже потупил взор, чтобы не встретить гневный взгляд своего шефа по экспедиции.

– Хорошо, тогда подойдем к решению этой проблемы по-другому. Если не– понятна философия, тогда на помощь приходят другие формы познания. Религия говорит одно. Наука пытается дать свое объяснение. Я прекрасно понимаю, что не все их объяснения понятны для простого ума, в них много недомолвок, недосказанностей, умолчаний или противоречивых постулатов, которые, кстати, тоже выдуманы людьми. Если, по утверждениям физиков, Мир и Вселенная бесконечны, то Бытие – то же самое. Или нет? Вселенная как понятие шире, чем понятие Бытия. Хотя бы потому, что Бытие должно было бы появиться или быть в каком-то Нечто, конечном или бесконечном, которое можно назвать Вселенной. С другой стороны, если мы мыслим о Бытии с большой буквы как о существовании вообще, где бы то ни было и в каком бы то ни было времени, то мы должны мыслить Вселенную как производное Бытия. Если есть Бытие, есть и Вселенная. Но если нет Бытия, нет и Вселенной. Вопрос станет сложнее, если мы вспомним, что вкладываем в понятие Вселенной разный смысл. В общепринятом, я бы сказал, в обыденном употреблении под понятием "Вселенная" чаще всего понимается совокупность сведений землян, даже не узкого круга специалистов, а именно массовой публики, о нашей Галактике. Но ведь она ограничена. За ее пределы земляне могут попасть только с помощью искусственного глаза, нашего Макроскопа. Где эти пределы? Сколько галактик в нашей Вселенной? А сколько Вселенных? С точки зрения математиков, Вселенная бесконечна. Но мы наблюдаем, если, конечно, верить нашим астрономам, что наша Галактика имеет предел. Таких, как она, множество. А это значит, если применить принципы тех же математиков и логически их продолжить в отношении нашей Галактики, то необходимо заключить, что Вселенных также должно быть бесконечно много…

– Брейли, хоть вы временно и мой шеф, но все же я должен заметить, что вы отклонились в сторону от темы, которую поднял Андрей, – Коллинз демонстративно ухмыльнулся, как бы показывая, что он-то с логикой на Ты.

– О чем это вы, Коллинз?

– Ну, как же, Сеунин начал разговор о "разуме", о берсеркерах, разве вы забыли?! Что мы можем назвать Разумом, а что – искусственным его подобием, так сказать, клоном?

– Вы хотите услышать мое мнение или "истину в последней инстанции"? Я, в отличие от вас, не стесняюсь открыто оглашать свое мнение. Если оно вас интересует, то милости просим, – Брейли выпил остаток из своей чашки и продолжил:

– В моем понимании, Разум в принципе может развиваться бесконечно, настолько, насколько бесконечна Вселенная в своих пространственных и временных параметрах, поскольку Вселенная без Разума – ничто, и даже не нечто. Причем я имею в виду не только земной, человеческий Разум. Он – песчинка в море. Разумов может быть множество и он может существовать в разных формах и видах. Эгоцентризм человека в том, что он считает, что он – пуп Земли, а стало быть, единственный и совершенный Разум во Вселенной. Но это – ошибка. Землянин должен понять свою ущербность, хотя бы потому, что пока еще не может обуздать гравитацию. Далее, по логике вещей, если мы считаем, что человеческий разум – вершина, пик развития природы, и в то же время признаем его несовершенство, то это предполагает существование более совершенного или качественно иного, нечеловеческого Разума. И потому мое заключение сводится к следующему. У человека как разумного существа стоят как минимум две главные задачи – совершенствование своего разума и поиск в Космосе иного более совершенного разума ради обучения у него.

– Брейли, а как быть с искусственным разумом, с этими берсеркерами?

– Если Разум уничтожает себе подобных, то это больной разум, его надо лечить.

Альберт не мог не задать очередной каверзный вопрос своему приятелю. Он понял, что глубоко зацепил Брейли, и ему нравилась эта беседа:

– Если ты, мой друг, утверждаешь, что разумом в нашем мире изначально наделено все, то получается, что человечество как разумное племя будет развиваться и существовать бесконечно настолько, насколько бесконечна Вселенная. Правильно ли я тебя понял?

– Альберт, бесконечность Вселенной – особая тема. Это великая гипотеза. Но все же только гипотеза. Бесконечность может пониматься неоднозначно. Мы можем предполагать, что даже если произойдет сжатие Вселенной, как это было якобы до "Большого взрыва", первого для нас, ныне сущих, то потом должен, по логике, произойти следующий взрыв, который опять даст жизнь галактикам, звездам, планетам и разуму. В этом состоит дискретность и Вселенной, и всего того, что с ней связано.

– Но если это так, т. е. если бесконечность осуществляется через дискретность, через серию скачков сжатия и взрыва Вселенной, то Разум, по твоей логике, должен быть либо дискретным, прерывистым, а отсюда возможно, и берут свое начало сказки о том, что в начале было слово и тому подобные вещи, либо должен быть готов к таким моментам и как-то себя сохранять в этой дискретности и переноситься в очередную, новую Вселенную? Иначе это не Разум!

– Я с тобой согласен. Но вот в этом пункте для меня, да думаю, и не только для меня, возникает великий вопрос – как он может себя сохранить, в какой оболочке, в каком виде, где? И при этом необходимо, чтобы сохранилась память о прежнем! Это великие вопросы, на которые пока нет ответа. Все занимаются галактиками и вселенными, но мало думают о бесконечности Разума…

ГЛАВА 14

Аркад вернулся на «Мирный». Его встречали немногие. Его любимая Анхел, их сын, помощник Икс и еще несколько членов колонии. Его бывшие наставники и друзья все еще плыли где-то в Космосе, возвращаясь с планеты Ликов домой. «Ну, что же, пора преобразить этот наш дом» – подумал Аркад. «Пора связаться с Говардом. Жаль будет покидать этот астероид, если у него ничего не получиться. Здесь так все хорошо обустроено».

Аркад не стал применять свои особые возможности, а воспользовался обычными средствами связи.

– Соедините меня с Говардом.

– Кто его спрашивает? У вас была с ним договоренность? Он очень занят, – мелодичный голос секретарши не давал собеседнику повода для раздражения. "Однако Говард умеет подбирать себе помощников", подумал Аркад и назвался своим именем.

– О! Мне очень приятно слышать вас, Аркад. Я сейчас же вас с ним соединю.

Немедленно послышался голос его старого знакомого:

– Говард слушает.

– Говард, у моих друзей есть небольшая проблема, которую, я думаю, вы в силах решить.

Говард узнал собеседника по голосу. Да и как он мог его забыть! Когда-то этот голос уже звучал в его голове. Это было в ходе той экспедиции на астероид, где он со своей командой по поручению руководства искал Аркада и Улавливатель, чтобы доставить их на Землю. И что из всего этого получилось! – Как это было давно, – промелькнуло у него в мыслях.

– Все, что я в состоянии решить, я обязательно сделаю, Аркад. Говорите, что за проблема.

– Я знаю, что вы предприняли определенные меры по защите системы, как мы с Воласом вам и рекомендовали. Это радует. Вполне понятно, что вам придется использовать на внешних подходах к системе все имеющиеся малые планеты и астероиды. Думаю, вы также догадываетесь, что наша колония – моя семья и мои друзья – находится не на известном вам астероиде, а где-то в другом месте.

– Да, я это знаю. Своему начальству об этом я пока не докладывал. Я ждал вашего контакта со мной по этому поводу. Теперь я вижу, что я поступил верно. Так что же за проблема?

– Нам бы хотелось, чтобы "Мирный", ах, да, вы же не знаете, – так мы назвали наш дом, наш астероид, – остался свободным от военных. Естественно, он должен будет принять участие в общих мероприятиях по обороне. Но ему можно дать особый статус, который будет ограждать его от любопытных взглядов военных и политиков. Например, статус секретной базы-лаборатории землян в Космосе.

– Да, это может сработать. Но как мне обосновать это особое положение вашего астероида перед командором, и какие у него координаты? Вы, конечно, догадываетесь, что я пытался собственными средствами, не привлекая спецслужбы, найти ваш второй астероид, но у меня это не получилось.

– Координаты я, конечно же, вам дам, поскольку все равно нужно будет привлечь еще кое-каких специалистов с Земли для работы здесь. Но только тогда, когда вы со своим руководством положительно решите вопрос о статусе "Мирного". А обосновать такой статус легко. У нас есть аналог макроскопа, или как вы его иногда называете, улавливателя. С его помощью мы пытаемся вести поиск инверсионных следов берсеркеров и если удастся, то найти и их базу. Кроме того, насколько я знаю, экспедиция Брейли на планету Ликов прошла успешно. Это значит, что колонисты могут быть причислены к специалистам по контактам с инопланетянами. Вот они и будут заниматься разработкой методики подобных контактов в будущем. А также разработкой методов борьбы с берсеркерами. Как вы понимаете, у меня уже есть некоторый опыт в этом деле.

– Согласен, это хорошее обоснование. Ну что же, я начну действовать. Свяжусь с командором Брауном.

* * *

– Командор, на связи Говард. Что сказать? – вышколенный офицер, секретарь Брауна, даже сидя в кресле за пультом, вытянулся, изображая стойку «смирно».

– Соединяй!

– Ну, что у тебя там нового, Говард?

– Командор, я разговаривал с Аркадом. Есть новости. Прошу личной встречи, обязывает информация.

– Хорошо, Говард. Когда ты сможешь прибыть? Если это срочно, то лучше на этой неделе. Имей в виду, что потом недели две я буду занят в комитетах правительства. Сам знаешь, наши политики любят докапываться до мелочей и на этом строить свои планы. Раньше чем через две недели они меня не отпустят.

– Я бы предпочел встретиться с вами на этой неделе.

– Ну что же, успеешь добраться сюда к пятнице?

– Да, это приемлемо.

– Тогда жду тебя в пятницу во второй половине, давай в шестнадцать ноль-ноль.

– Есть, командор!

– Макс, подготовь к пятнице все документы о наших внешних позициях.

– Командор! Включая данные о подготовке к встрече с берсеркерами?

– Да, их тоже.

* * *

Приближаясь к Земле, Говард испытывал некоторую тяжесть в голове, болело горло. «Наверное, где-то подцепил инфекцию, – подумал он. – На простуду не похоже. Может быть, элементарный грипп? Как все-таки мы, земляне, слабы! Достигли Космоса, а вот от простых заболеваний не можем избавиться. Надо принять антибиотики. Чтобы все получилось, у командора надо быть в форме».

Он включил радиостанцию. "Интересно, что изменилось на Земле за время, пока меня здесь не было?". Из динамика донеслась какая-то какофония режущих звуков. Он быстро отключил и спросил офицера связи:

– Что это за шум?

– Командир, разве вы не знаете – это современная модная музыка. Насколько я наслышан, молодежь обоего пола до 20, как они говорят, "тащится" от нее. Они называют это "металлом".

– Да, действительно, похоже на скрежет металла. Но это же скрежет, а не музыка! Включи какую-нибудь другую станцию, где передают музыку. Мне интересно знать, чем живут люди Земли. В последнее время мне было не до этого.

Офицер стал переключать клавиши настройки. Из всех источников звучал скрежет, какофония, и только небольшое количество радиостанций передавало что-то, похожее на музыкальные звуки.

"Неужели земляне деградируют?" – закралась в голову невольная мысль. – "Если это так, то стоит ли защищать их от уничтожения?"

Офицер связи, продолжая переключать каналы, заметил выражение лица Говарда и произнес:

– Командир, не все так плохо. Есть на Земле нормальные люди. И хорошая музыка тоже есть, правда, не на всех станциях. А, вот, пожалуйста.

Из динамика полились плавные стройные аккорды классической музыки прошлого века…

* * *

Обычная процедура проверки не вызвала никаких эмоций. За исключением нововведения, против которого Говард не стал возражать. Дополнительно к обычной процедуре специальным прибором его проверили на органику. «Ну что ж, хотя бы в этом отношении Земля готова к встрече с монстрами», – подумал Говард, заходя в кабинет шефа.

– Рад видеть тебя, Говард, в полном здравии, – Браун поднялся из кресла и вышел из-за стола навстречу прибывшему.

– Как долетел? Все в порядке?

– Командор! Я уж не помню, когда последний раз был здесь… – Говард несколько секунд помедлил, как бы пытаясь для себя решить, чем стала для него Земля. Своим домом в последние несколько лет он привык считать базу на малой планете в космосе, где проходила его служба. Мгновения промедления – и он все же закончил: – Здесь, дома.

– Говард, я тебя понимаю. Часто нашим домом становится место, где проходит основное время твоей жизни. Для тебя, видимо, этим домом уже является Космос. Но мы – земляне, одна раса. И мы должны держаться друг за друга, где бы ни проходила наша служба. Так что у тебя за проблема? Давай откровенно, мой кабинет пока еще защищен от прослушивания.

– Во-первых, командор, могу доложить, что нами взяты на учет почти все малые планеты и многие астероиды в Солнечной системе. План размещения на них малых аналогов Улавливателей и новейшего вооружения выполняется. Сейчас эта задача выполнена примерно на 30 процентов. Работать более высокими темпами мы не можем. Это зависит уже не от нас. Вы знаете о трудностях в оборудовании баз и доставке оружия.

– Говард, давай по существу. Все это мне прекрасно известно и не надо повторять того, что мне докладывают каждый день. Выкладывай, с чем ты прибыл!

– Командор, это как раз и есть во-вторых. Хотя мы пытаемся поставить на учет все малые планеты и астероиды, но не все нам подвластно. Некоторые из них мы сможем обнаружить только спустя десятилетия, а может быть, и никогда.

– Почему? Наша технология позволяет занести в список все, что составляет потенциальный пояс обороны Земли.

– В том-то все и дело! Не все попадет в этот список. Ко мне обратился с необычной просьбой, – Говард мысленно примерился к такой формулировке и решил, что она приемлема, – известный вам Аркад.

– Аркад? С просьбой? Что-то необычное. Выкладывай!

– Наверное, вы, как и я, догадывались, что у него в Космосе где-то рядом с Землей есть своя база?

– Конечно, и я давно уже отдал команду найти ее!

– Так вот, он просит, во-первых, не искать ее, а во-вторых, включить во все наши документы как базу с особым статусом.

– Что это значит, Говард? Координаты ее известны?

– Если вы примете положительное решение, Аркад вам назовет ее координаты. Я, так же как и ваши службы, пытался обнаружить область ее вероятного расположения. Думаю, я знаю, где она находится.

– И где же это?

– Разрешите, я вам покажу это на карте, которую я составил, ориентируясь на разработки наших астрофизиков?

– Показывай, что ты там еще изобрел.

– Между Солнцем, Землей, Юпитером и внешним пространством нашей системы движутся два пояса астероидов. Один между Землей и Юпитером, астрономы условно называют его поясом астероидов "Ахейцев" или "Греков". Второй пояс движется по внешней по отношению к Юпитеру орбите. Астрономы его называют поясом "Троянцев". Траектория этого пояса астероидов тяготеет к той области Космоса, в которой, по мнению Аркада и его наставника, может оказаться база берсеркеров. В сторону созвездия Волопас. Во всяком случае, берсеркеры уже когда-то побывали где-то в том направлении в нескольких десятках или сотен световых лет от системы Волопаса.

– Значит, дом Аркада где-то рядом с этим поясом?

– Думаю, да, командор. Мне кажется, что база колонии Аркада находится в поясе астероидов "троянцев".

– Хорошо. Но чего же он хочет?

– В любом случае, когда-нибудь мы ее найдем. Естественно, тогда она будет переоборудована в военную укрепленную точку. Поскольку это его дом, Аркад хочет сохранить за ней особый статус, то есть чтобы в его доме не было военных и специального вооружения.

– Да, он много сделал для Земли! Будь моя воля, я бы поставил ему памятник от имени всех землян. Но ты же понимаешь, если астероид или планета будут внесены в наши списки, то мы уже не сможем оградить ее от правительственной инспекции.

– В этом и состоит его просьба. Перевести его дом в статус строго секретной базы-лаборатории, где будут разрабатываться методы контактов с инопланетянами, а также методы борьбы и защиты от берсеркеров. Думаю, это хорошее основание для того, чтобы на его астероид не шастали челноки с военными и политиками.

– А почему ты решил, что это астероид?

– Догадываюсь, командор. По всем моим данным, даже при его возможностях он не смог бы оборудовать для жизни малую планету.

– Да и потом, малые планеты практически все на учете, а астероидов – тысячи.

– Да, задачку ты мне задал! Согласен, он заслуживает того, чтобы в его дом не совались чужаки. Но как это провести по документам, как оформить? Ты же знаешь наши службы!

– Да, знаком. Думаю, это легче будет сделать, если мы проведем в правительстве документ об образовании трех-четырех баз подобного типа. А уже потом по своим внутренним документам одну из них вовсе скроем.

Нам в любом случае надо будет создавать такие базы с теми же целями в астероидном поясе Земли. Нужны будут специалисты по контактам, обороне, вооружению. Все можно будет оснастить необходимой техникой и бойцами, кроме одной. Он сам нам сообщит, каких специалистов и в каком количестве он примет к себе, в свой дом. Думаю, командор, эту просьбу Аркада надо уважить.

– Согласен с тобой. Сделаем так. Ты связываешься с ним, выясняешь, какие специалисты и в каком количестве ему нужны. Я тебе завтра подготовлю список возможных кандидатов. Попробуй связаться с Аркадом и определиться до твоего отлета с Земли. А я тем временем буду готовить документы для решения этого вопроса.

– Спасибо, командор!

– Говард, никаких спасибо. Это общая наша цель, мы в одной связке. И если уж кто-то на Земле заслуживает особых почестей, так это Аркад. Он работает на благо землян. Значит, мы должны постараться сделать для него что-то полезное. У тебя все?

– Да, командор. Как вы понимаете, я не мог говорить об этом по обычным каналам связи.

– Да, я понимаю, это важный вопрос. Если у тебя все, то желаю тебе удачи.

ГЛАВА 15

– Наконец-то мы дома!

Брейли с удовлетворением окинул взглядом полукруг серых базальтовых плит, отстоявших на несколько сот миль от их основного жилого кампуса и создававших иллюзию небольшого предгорья где-нибудь в средней климатической зоне Земли. Теперь это действительно был их Дом. "Во всяком случае, для меня уж точно. Видимо, здесь мне и придется заканчивать свой век. На другие путешествия в Космосе времени уже не хватит", – с оттенком горечи подумал он.

– Да, можно сказать, что мы дома, – Андрей посмотрел на искусственный купол их астероида и закончил, – пока его еще не разрушили.

– Андрей, не думай об этом. В любом случае, до нападения берсеркеров, если оно все же состоится в ближайшем будущем, нам с тобой уже не дожить.

– Я имел в виду другое, Коллинз. Наши, земные монстры, "доброжелатели", могут быстро изменить статус нашего дома, превратив его в военную базу. Я уже об этом говорил, когда мы возвращались сюда от Ликов.

– Кстати, что ты напомнил, Андрей, – Брейли вспомнил о своей главной функции – руководителя их колонии, и об ответственности за их судьбы, которая лежала на нем, и стал отдавать распоряжения: – Семен, срочно вызови Аркада. Как я понимаю, он здесь, дома. Надо провести экстренное совещание, как нам поступить в дальнейшем. Он обещал помощь в вопросе статуса нашего дома. Андрей, ты подготовь все необходимые документы для обоснования особого статуса нашего астероида. Юнь, тебе особое поручение. Возвращайся к Мирею на "Наблюдательный" и вместе ищите два-три приемлемых для создания баз астероидов в поясе Солнечной системы, похожих на наш. Мы должны подготовить запасной вариант для переселения. Да, Семен, попроси женщин колонии, пусть накроют хороший стол. Неизвестно, как сложатся дела в дальнейшем, но я бы хотел этот день отметить. Мы совместим наше совещание и праздник по случаю возвращения домой. В совещании и празднике должны принять участие все члены колонии.

* * *

После сытной трапезы, которую устроила в честь его возвращения Анхел, Аркад медленно покачивался в шезлонге на крыльце их дома, с удовольствием наблюдая передвижения Анхел по их маленькому саду от деревца к деревцу и снующего вокруг нее Икса. Его любимая сияла особым блеском. Радость от появления ее возлюбленного, мужа и отца их ребенка целым и невредимым из очередного странствия в Космосе, переполняла ее. В саду у них еще не было птиц, но ее звонкий, не замолкавший ни на мгновение голос заменял их щебетание. Она разговаривала с растениями, за которыми ухаживала, и с Иксом, который ее сопровождал, и сама с собой, отвечая на свои ранее не высказанные мысли. Эту сладкую истому спокойствия и умиротворения их дома вдруг нарушил резкий звук вызова. Анхел вздрогнула. Как подстреленная птица, снижающаяся неровными кругами к быстро приближающейся земле, со стоном боли и предчувствия предстоящей беды, Анхел, вскрикнув, медленно опустилась на скамейку и зажала рот рукой, чтобы остановить готовые разразиться рыдания. Она устремила взгляд на веранду их дома, с обреченностью жертвы ожидая от поступившего сообщения очередного удара судьбы.

– Дорогая, успокойся, это Брейли. Руководство колонии приглашает нас сегодня на праздник в честь благополучного завершения их экспедиции. Заодно мы поговорим о том, как защитить этот наш дом. Я могу кое-что всем предложить. Так что радуйся и собирайся, нас ждут через час. Столы будут уже накрыты, – Аркад улыбнулся. – У тебя не может быть повода для грусти.

* * *

Столы расставили на лужайке перед главным кампусом. Все обитатели колонии не умещались в помещении.

– Друзья, позвольте на правах вашего формального лидера, – Брейли окинул взглядом сидящих, проверяя, не возразит ли кто-то против его

лидерства, – провозгласить первый тост. Мы много с вами поработали над решением этой проблемы, кстати, проблемы всей Земли. И мы ее решили. Впереди у нас еще один важный вопрос, который мы должны как-то решить сообща, но это потом. А пока поднимите у кого что есть и выпьем за сотрудничество, взаимопонимание и расовую терпимость в Космосе! Мы договорились с племенем Ликов!

Тосты, звон соприкасающихся бокалов, шум ножей и вилок и разговоры, разговоры… Альберту были радостны эти мгновения. Когда окружающие были хотя бы на миг счастливы, благодаря тому, в чем и он принял посильное участие, он чувствовал удовлетворение от сознания того, что он не зря коптит это небо. Для него осталось мало удовольствий в этой жизни – выпивка, редкие интересные путешествия, да еще, пожалуй, общение с друзьями, с людьми, которые тебя понимают. "Я уже стар. Что мне осталось в этой жизни? Старость – это болезни, воспоминания и печаль. В воспоминаниях и печали можно найти еще что-то радостное для души, а вот в болезнях – нет. Они предвестники скорого ухода в иной мир. А это еще более увеличивает печаль". Мысли проносились в голове, не останавливаясь ни на чем конкретно. Но глядя на веселье молодых, слыша их шумный радостный смех и завидуя их молодости, Альберт не мог прогнать от себя эту мысль, которая засела в его мозгу и продолжала буравить его, как ненасытный червь: "Моему поколению ученых удалось понять механизм биологических часов, управляющих ритмом жизни всех живых существ на Земле. Мы, земляне, научились жить по собственному времени. В определенный момент нас клонит ко сну, через несколько часов активность возрастает и организм возвращается к дневному ритму. Нейрофизиологи и биологи даже открыли ген биологического времени, правда, пока у мышей. Он включается и отключается в зависимости от смены биоритмов организма. Может быть, и мне сменить ритмы, например, больше спать, глядишь, ген старения у меня и заснет, хотя бы

на время. Самое странное, что мы, люди, пожалуй, единственные существа, живущие не по генному ритму. Ведь мы ориентируемся не на биологические наши часы, как весь остальной живой мир, а на механические, те, что на наших руках".

– Альберт, о чем задумался? – его друг Брейли положил ему руку на плечо. – Вспомни, на корабле, когда мы возвращались от Ликов, ты был более жизнерадостным. В чем причина твоего нынешнего уныния? Ведь я тебя знаю, я чувствую, что ты хандришь, мой дорогой друг.

– Брейли! Самая большая глупость, какую человек только может сделать, – это трата времени. Знаешь, сколько я за свою жизнь бездарно потратил времени на всякую чепуху? А вот теперь, глядя на этих молодых, я им просто завидую белой завистью – сколько у них времени впереди! И в то же время мне грустно.

– Почему? Мы с тобой должны радоваться за них! У них впереди масса времени. И они смогут, успеют воплотить то, что мы не успели.

– Вот то-то и оно! Успеют ли? Не потратят ли они свое время так же бездарно, как мы иногда тратили его?

– Вот для этого-то, дорогой друг, бросай свою хандру и присоединяйся к разговору. Я хочу, чтобы ты своим авторитетом первого наставника Аркада поддержал меня в основных тезисах.

– Друзья! – Брейли встал и постучал вилкой по своему бокалу, привлекая всеобщее внимание. – Друзья, сегодня мы не только празднуем удачное завершение нашей экспедиции, но мы должны также обсудить важный вопрос о том, что будет с нами, с нашим домом в ближайшем будущем. И что мы должны сделать, чтобы оградить наш дом.

– Босс! – молоденькая девушка, уже попробовав один из спиртных напитков, строила глазки сразу нескольким мужчинам, благо их в этой колонии было большинство. У нее был прекрасный выбор для планирования своего будущего семейного очага, который, кстати, она не

торопилась создать. – Босс, какие проблемы? Вы решили главную – Лики. Теперь, как я понимаю, мы можем планировать путешествия к ним. Ну, не все из нас, но некоторые точно. Так что наш Дом будет только расти. Ведь так? Я правильно понимаю?

– Да, он может превратиться в базу, но не в том смысле, в каком это представляете вы. Не в первоклассную гостиницу для земных туристов, которые хотели бы посетить планету Ликов, а в военную базу, на которой мы все станем второсортным обслуживающим персоналом.

Брейли посчитал нужным сразу ошарашить колонистов этой потенциальной угрозой, чтобы получить серьезные результаты

обсуждения, и чтобы каждый проникся мыслью, что это касается и его лично.

– Итак, первое. Я хочу довести до всех вас информацию, которая может серьезно повлиять на статус нашего дома. Земля сейчас работает над проектом создания защитных сооружений от возможного будущего вторжения в Солнечную систему берсеркеров. Как вы знаете, мы эту весть получили в Космосе, когда возвращались домой, земные правительства, хотя и со скрипом, но договорились о совместных мерах по созданию в нашей системе защитного пояса от возможного вторжения берсеркеров. Это монстры, уничтожающие разум везде, где они находят его следы. В этой ситуации под патронаж властных и, прежде всего, военных структур попадут все планеты Солнечной системы и все более или менее пригодные для создания баз астероиды. Наш дом пока не занесли в этот список. Но насколько долго так может продолжаться? Никто не знает. Мы должны что-то предпринять. Поэтому прошу высказывать свои идеи.

– Брейли, а что мы можем предложить, ведь у нас нет выбора? Пусть скажет Аркад! Мы все поддержим его мнение! Ведь так? – молодой сотрудник колонии привстал над своим креслом и обвел всех взглядом. -

Кто еще, кроме Аркада, может знать что-то достоверное о монстрах, и кто еще из нас может подсказать нам хорошую идею, как сохранить нам дом?!

– Аркад, Аркад!!! – зазвучали призывы колонистов. – Просим, Аркад!

Аркад высвободил свою руку из рук Анхел, которая за весь вечер так и не смогла отдаться общему веселью колонистов, встал и внимательным взглядом обвел все окружающие лица.

– Все ли понимают потенциальную угрозу землянам?

Колонисты притихли. Все застыли в ожидании продолжения. В колонии уже стала складываться легенда о возникновении этого их Дома и о том, какую роль в этом сыграл Аркад. Поэтому все безусловно доверяли ему.

– Берсеркеры – это бич разума. Они сами обладают искусственным разумом, но больным. Когда-то они уничтожили своих создателей и теперь рыщут по вселенной в поисках разума,

чтобы его уничтожить. Через несколько десятков лет они могут объявиться в Солнечной системе. Если они почуют здесь разум,

они могут взорвать Солнце, таковы их возможности. Земляне готовят оборонительный, защитный пояс в нашей системе. Поэтому на учет будут взяты все планеты и астероиды. Рано или поздно наш дом попадет в этот список. И тогда астероид будет переоборудован в военное защитное сооружение. Вот почему нам надо договориться, прежде всего, с соответствующими земными структурами, от которых зависит статус нашего дома. Если мы, вся наша колония будет на особом статусе, например, секретной исследовательской базы-лаборатории, то мы сможем более или менее обезопасить наш дом от посягательств любопытных.

– Аркад, что вы подразумеваете под базой-лабораторией?

– У нас есть опыт общения с инопланетными расами. Экспедиция Брейли прошла успешно. Мы можем разрабатывать эту проблему и дальше на благо всех землян. У нас есть для этого специалисты, правда, их

пока что мало. Вот это второй вопрос, о котором мы должны договориться. Каких еще специалистов, какого профиля, мы возьмем сюда к себе, в наш дом, и в каком количестве.

– А причем здесь база-лаборатория, Аркад? Что это нам даст?

– У меня есть договоренность с Говардом. Надеюсь, вы его знаете. Это командор, который, как мне кажется, держит свое слово. Наш дом будет на особом положении, которое позволит нам принимать только тех специалистов, которые действительно нам нужны и которых мы захотим принять. Но "Наблюдельным" нам придется пожертвовать. Там будет располагаться основной центр ведомства Говарда по координации всех баз в системе. Так что мы будем рядом с центром и под его прикрытием.