Текст книги "Аркад (СИ)"

Автор книги: Александр Феоктистов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 33 страниц)

Он вновь попытался восстановить схему действий, и опять ничего не получилось. Как будто его разум нечто погружало в желеобразную субстанцию, из которой невозможно было выкарабкаться.

Теперь он по-настоящему испугался. "Не отравили ли меня мои родственнички, – со злобой подумал он. – Если так, они об этом сильно пожалеют. Надо вызвать своего врача и личного охранника". Он попытался дотянуться рукой до кнопки вызова на столе, но у него ничего не получилось. Его конечности не подчинялись его мысленным командам.

– Теперь ты представляешь, что испытывали бы другие, если бы ты осуществил свой план, – раздалось у него в мозгу.

– Что со мной? – в панике подумал он. – Я раздваиваюсь?

– Нет, – было ему ответом. – Сейчас ты слышишь другой разум, если ты все еще разумен. Ты должен отказаться от всех своих планов, если хочешь остаться психически здоровым.

С губ Карста так и не слетел вопль ужаса… Мысленно он все же спросил:

– Кто ты, появившийся в моем мозгу?

– Я тот, кто пришел исправить тебя. Ты поломался, Карст, твой разум заболел ненавистью к людям. Я пришел его лечить.

– Как… что со мной происходит? – в панике думал Карст. Он никак не мог представить, что какой-то другой разум поселился в его голове. Ему казалось, что он заболел каким-то неизвестным психическим заболеванием.

– Так что же ты решил, Карст? – вновь раздался чужой голос в его мозгу. – Я жду.

– Убирайся из моей головы, – со злобой подумал Карст. – Кто бы ты ни был, я тебя ненавижу, я всех вас ненавижу. Я доберусь до всех вас! Вы будете ползать у меня в ногах, просить о пощаде, умолять о легкой смерти…

– Ну что же, ты сделал выбор, Карст, я ухожу.

Голос из его головы действительно исчез, но за столом сидел уже не тот человек, каким был глава могущественной компании. В кресле находилось обрюзгшее, расплывающееся от жира тело с маленькой птичьей головой, на губах которой появилась пена.

Под утро забеспокоившийся охранник проник в кабинет и обнаружил своего шефа сидящим в кресле с остекленевшими глазами, но живым. Однако как личность Карст исчез, осталась лишь его физическая оболочка. Срочно вызванные медики констатировали психологическую потерю личности своего бывшего руководителя. Рядом суетились его родственники, пытаясь командными окриками управлять медицинским персоналом. На их лицах читались злорадство и торжество. Наконец-то, вся власть в их руках! Одновременно они с ненавистью посматривали друг на друга, строя планы избавления от соперников.

Прошло несколько дней. Дрязги в руководстве компании привели к крушению ряда операций, намечавшихся ее первым лицом. Поползли слухи, которые вскоре проникли в средства массовой информации. Наконец, весь мир узнал, что глава могущественной корпорации, державшей в страхе весь мир, оказался душевнобольным человеком, отстраненным от дел. Правительство страны, на территории которой находился штаб компании, пытаясь оправдать себя в глазах могущественных держав, в срочном порядке направило правительствам ведущих держав и в международный комитет меморандумы об устранении с его стороны всех препятствий для проведения экономических и правовых акций против компании. На имущество компании был наложен арест…

В один из дней в комнату, где все еще находился Аркад, пришел Майкл.

– Наконец-то, кризис разрешился, – посмотрев на утомленное лицо Аркада, Майкл с сомнением в голосе добавил. – Это сделал ты?! Как ты это сделал?.. Впрочем, что это я! Главное, что ты это сделал. И дай бог, хотя я и не верующий, чтобы твои возможности служили людям только во благо!.. Полагаю, ты вернешься на астероид? Что я могу для тебя сделать? Какая помощь требуется?

Майкл опустился на стул, уставившись в лицо Аркаду:

– Впрочем, о чем я говорю! Если ты способен сделать такое, то какую помощь тебе я могу оказать! Теперь, думаю, тебя не должны преследовать. Но искать все равно будут. Через несколько дней аналитики в правительственных службах все равно придут к мысли о твоем участии во всем этом. Так что тебе все-таки лучше отправиться домой, на астероид. Да ты и сам об этом прекрасно знаешь.

Майкл медленно поднялся, глубоко вздохнул и добавил.

– Давай на прощание чего-нибудь выпьем. Мне глубоко жаль, но мне кажется, что мы с тобой уже больше никогда не увидимся, – с грустью закончил он.

ГЛАВА 18

Спустя месяц после решения земного кризиса Аркад вернулся на свою базу. Еще месяц после этого Аркад занимался обустройством своего кампуса на «Мире спокойствия», в перерывах между физической работой наслаждаясь ласками в объятиях Анхел. В один из таких радостных, тихих, ничем не омрачаемых дней он занимался оборудованием небольшого пруда позади дома, а Анхел возилась в импровизированном огороде с местными растениями на месте предполагаемого сада. Немного устав от физической работы, Аркад хотел было уже оставить все и позвать Анхел на обеденный перерыв и любовные игры, как в его мозгу возник Голос.

– Арк, нам пора отправиться в небольшое путешествие. Я знаю о твоих подвигах в последнее время, – Голос звучал в голове Аркада с веселым дружеским подтруниванием. – Ты хорошо справился. Но сейчас дело более серьезное. Нам предстоим спасать разум от металлических монстров.

* * *

… Две белые искорки прочертили темный небосклон планеты. Пройдя атмосферный слой, две капли плазмы стали расширяться в объеме, приобретая форму обтекаемых структур, похожих на кометы с хвостом. Уже в атмосферном слое планеты они стали видоизменяться, превращаясь в форму двуногих существ.

Их было пять. Берсеркеры представляли собой чудовищные бастионы, каждый из которых способен был за сутки обратить поверхность планеты в выжженную пустыню, окутанную тучами пара и пыли. Собственно, им было безразлично, превращать ли твердь планеты в безжизненный кусок материи, либо оставить все как есть. На планете было много живых существ, ползающих, летающих, передвигающихся на четырех и более конечностях, но берсеркеров они не интересовали. Главной их целью были разумные организмы. Разум – вот что составляло их цель. Отзвуки разума они получили из этой звездной системы через свои сенсоры. Поэтому они бездушно, как и положено автоматам, проверяли каждую из планет системы; как счетчики или архивариусы, не завелась ли мышь в архиве, который они контролируют. И как запрограммированные проверяющие, они не спешили, досконально прощупывая каждую планету системы на предмет наличности разума. Найти эти разумные организмы и уничтожить! Все остальное не входило в цели заложенной в них программы.

Аркад и Волас, который впервые предстал перед Аркадом в гуманоидном облике, устремили свои взгляды-щупальца в темный небосвод над планетой.

– Они оставили на орбите свою матку… базу. Видишь, вон в том направлении к Деве.

Аркад на несколько градусов сместил направление зрительного луча и увидел древнюю металлическую развалину, величиной не уступавшую небольшому метеориту. Различные гуманоидные существа, в какие-то времена вступавшие с ней в сражения в просторах космоса, оставили в ней пробоины и кратеры размерами с небольшие острова и оплавленные подпалины, напоминавшие озера.

Но мощь этой посудины была все еще грандиозна. Пока что ни одному гуманоиду не удавалось выйти живым из боя с ней. Аркад подумал, что гуманоиды на любой планете никогда не могли напугать этого врага так, как он пугал их одним только своим видом.

Очертив зрительным лучом всю эту громадину, Аркад насчитал несколько сотен отверстий разного диаметра, предназначавшихся для разных задач. Одни из них диаметром ствола не превосходили какого-либо орудия для выпуска лучей или ракет. Темные пасти других предназначались, видимо, для принятия на борт космических кораблей, настолько велики они были в размере. Это были шлюзы для возвращения домой выполнивших свое задание малых берсеркеров.

– Что будем делать? – послал мысленный вопрос Аркад. И получил столь же мгновенный ответ.

– Конечно, расчищать! Это теперь и твоя задача.

Миллисекунды ушли на оценку обстановки и составление плана, а затем Волас сообщил:

– Арк, это для тебя хорошая проба сил, не считая тех, первых разов. Но тогда была тренировка, а сейчас мы с тобой должны поработать основательно. И учти, у нас тоже есть уязвимые места. Если они попадут в эти точки твоей плазмы, считай, что ты развалина, не способная на битву, – Волас обрисовал контур Аркада и указал на светящиеся точки на его поверхности. И продолжил:

– Поэтому вначале разберемся с теми внизу. А на их базу будем посылать спокойные сигналы. Они слишком растянулись по планете, это хуже. Придется и нам разделиться. Я беру на себя тех троих, что отправились в сторону меридиана планеты. А ты отправляйся за оставшимися двумя. Справишься? – это был даже не вопрос, а полуироничная реплика. Волас нисколько не сомневался в своем ученике, иначе ему пора было начать сомневаться в собственных способностях Защитника. Аркад это понял. И более не теряя времени, вернувшись в плазменные оболочки, они устремились каждый в сторону своих металлических врагов.

Приземлившись у подножия небольших гор, в расщелинах которых Аркад своими сенсорами почувствовал присутствие разума, несколько мгновений он оценивал сложившуюся ситуацию. Огромные десятифутовые металлические страшилища, чем -то напоминавшие по своей форме двуногих существ, настолько были уверены в своей силе и безнаказанности, что не соблюли даже элементарных правил ведения боевых действий в ограниченных условиях, то есть наблюдения, защиты и нападения. Они вели себя так, будто оказались в загоне мелких зверушек, которых надо выкурить из расщелин скал и в которых, как в тире, нужно попасть с первого выстрела. Чем они и занимались.

Один из них стоял, или опирался своими соплами на грунт на вершине одной из скал и своими сенсорами обнаруживал разум в той или иной форме, а затем низкочастотными звуковыми сигналами пытался выгнать его на просматриваемое пространство в низине между скал. Второй в это время стоял по другую сторону ущелья, гораздо ниже первого, на каком-то пригорке, точно охотник, дожидающийся, когда первый вытурит зверя из его норы.

С другой стороны, для них эта "охота" не была и удовольствием. Такого чувства они просто не испытывали. Это была их работа и их предназначение. И они выбрали самый оптимальный путь ее выполнения. Но они были все же механизмами, не живыми и не разумными. Их мощности не могли помочь им просчитать с вероятностью до второго знака после запятой, что кто-то или что-то сможет помешать уничтожить живую разумную форму на этой планете и тем самым помешать выполнению их основной миссии.

В милисекунды оценив ситуацию, Аркад поставил в толще скалы барьер ультразвуковой волне, которую посылал металлический монстр с вершины. Одновременно он направил энергетические щупальца по руслу этой волны, попытался по ней нащупать берсеркера и дойти до его основных энергетических узлов. Дойдя до его волновой защиты, Аркад немного отступил, не желая преждевременно возбудить удивление монстра и его защитные реакции. В практике чудовищ не было такого случая, чтобы разумные существа не реагировали должным образом на их позыв. Почувствовав и оценив вероятную реакцию, Аркад просто немного повернул свой энергетический щит от ультразвука под некоторым углом, так чтобы не препятствовать ему прощупывать пустую породу скал.

Монстры должны были определиться. Либо они приходят к заключению, что в данной расщелине разума нет и можно дислоцироваться и искать его в других расщелинах. Либо, не доверяя своему лучу, а этому есть основания, поскольку их база определила, что именно здесь присутствует разум, сойти вниз обоим и попытаться найти разум своими ближайшими сенсорами. Но недоверие сенсорам было бы проявлением элементов живого разума, что для механизма, даже самого совершенного, недопустимо самой его сутью. Аркад втайне понадеялся, что, возможно, все же у них что-то осталось от разумных существ, которые их создали.

Казалось бы, так и есть. Ниже стоящий берсеркер опустился на четвереньки и медленно двинулся по направлению к ущелью, где прятались гуманоиды. Пощупав обоих своим лучом, Аркад убедился, что его надежды не оправдываются. Просто чудовища поменяли свои функции.

Теперь нижний ближней волной будет вытягивать, выталкивать разум из расщелин, а верхний взял на себя функцию уничтожения

"кроликов". Ситуация приобрела драматический оборот. С того места, где находился Аркад, он не мог поставить такой малый щит от ультразвука и на той высоте, на которой уже подползал нижний металлический монстр. Ему хотелось отвлечь чудовищ на некоторое расстояние от разумных существ, а потом дать им бой, чтобы не причинить боль гуманоидам этой планеты и не вызвать среди них потери. Увы! Ему придется вступить в действие здесь и сейчас, иначе, как он просчитал, будет поздно для некоторых из них, если не для всех.

Если берсеркеры представляли собой, по своей форме, некое подобие двуногих десятифутовых монстров, то необходимо было противопоставить им что-то, что могло бы их уничтожить. В мозгу Аркада промелькнули картинки из его земной истории. Гиганты-обезьяны … Другие… Что может им противостоять? Машина наподобие танка? Нет. Они ее либо просто прожгут, либо перевернут. Надо что-то пооригинальнее… Всплыло… Лианы… Они способны опутать любое…

Один наверху. Он контактирует с тем, кто внизу, и одновременно общается с базой. Его надо чем-то отвлечь, заставить спуститься вниз. Как это сделать? Если нижний даст сигнал на нечто, что он не в состоянии оценить сам.

Аркад принял решение. Сориентировав сенсоры на светящиеся объекты окружающего космического пространства, Аркад вобрал в себя их энергию и направил ее на берсеркера. На пути нижнего монстра, среди глыб – осколков скалы и мелких камней появилась еще одна базальтовая глыба.

По размерам она не уступала пробирающемуся среди камней берсеркеру. Она была непонятным для его сенсоров веществом. В нем он не ощущал признаков разума, не мог их обнаружить своими щупальцами-лучами. В лучах заходящего карлика, которым было местное солнце, оно блестело, так же как и он сам, металлическим блеском. Но из его внутренней оболочки выплывали живые щупальца! Что это? Монстр остановился в недоумении, превратившись на время в ретрансляционную передаточную станцию сигналов от своих синапсов на свою базу для оценки встретившегося существа. Этих мгновений Аркаду было достаточно.

Оценив ситуацию, Аркад изменил форму. Выбросив из себя зигзагообразные энергетические лучи, как медуза выбрасывает свои щупальца для захвата жертвы, на миг осветив всю фигуру берсеркера, он охватил ими монстра и вобрал под свое энергетическое поле. Как паук сплетает вокруг пойманной добычи паутину, так Аркад, распространив поверхность своей плазмы в виде тонкой пленки по поверхности берсеркера, обернул его, как кокон, энергетическим полем и как бы сожрал, проглотив его, погасив все его внешние сигналы. Это было достаточно сложно, поскольку берсеркер пытался противиться и шевелился внутри оболочки. Тем не менее, для сигналов с базы и для второго берсеркера он пропал. Несколько мгновений монстр, который находился наверху, своими сенсорами пытался найти пропавшего партнера и обменивался сигналами со своей базой. Не получив отклика от нижнего напарника, верхний берсеркер стал спускаться в долину.

Оставалось несколько секунд до встречи. На пути предполагаемого движения монстра Аркад принял форму массивной скалы, посылая малые сигналы поглощенного им берсеркера. Он расставил ловушку, как бы приглашая попробовать и войти. Но их двоих внутри его плазмы может оказаться слишком много для его энергетики. Второго надо только подманить и моментально уничтожить, чтобы он не успел послать сигнал на свою базу. Это была задача!

Берсеркер медленно продвигался по спуску, состоявшему из гальки, небольших камней и какой-то растительности, которая при каждом его шаге вырывалась из почвы вместе со своими корнями и увлекаемая движением монстра скатывалась вместе с галькой и камнями вслед за его ступнями. На это движение за своей спиной берсеркер не обращал ни малейшего внимания. Все его сенсоры были настроены на вставшую на его пути скалу, из которой шли слабые сигналы его напарника. Что это? Откуда это? Что оно собой представляет? Его сенсоры не позволяли ему просчитать и ответить самому себе на все подобные вопросы.

Остановившись перед неожиданным мертвым, как говорили его сенсоры, препятствием, из которого, тем не менее, исходили слабые импульсы его партнера, он запросил базу. Получив согласие и дополнительную мощность, он направил на вставшую на его пути глыбу импульс-щупальце. Аркад почувствовал, луч-щупальце пытается проанализировать его молекулярную структуру. Если луч пропустить внутрь, то монстр обнаружит разум. Этого допустить было нельзя. Решение надо было принимать мгновенно. Двоих таких монстров не удержать внутри своей оболочки. Одного необходимо срочно уничтожить, а со вторым разобраться потом, может быть, его можно будет перепрограммировать.

Аркад выпустил из своей оболочки электромагнитные поля в виде зигзагообразных молний, очертив ими берсеркера, проник в его ретрансляционный узел, заблокировал его и этими полями стал выжигать его внутренние цепи. Одним из своих сенсоров он

обнаружил, что гуманоиды, сгрудившиеся в одной из пещер за его спиной, наблюдают за этой молчаливой схваткой двух непонятных им чуждых существ, одно из которых представляет из себя металлического монстра, об ужасе встречи с которым говорилось в легендах их народа, а другой вообще непонятен – то ли такой же монстр, то ли просто скала. Не иначе как сами боги послали им защиту в виде скалы, которая поглощает их убийц!

Несколько мгновений спустя берсеркер, стоявший перед Аркадом, рухнул, не имея внутренней энергии, превратившись в груду бесформенного металла. Однако его сенсорные позывные все еще продолжали работать, посылать сигналы, так, так и так. Аркад зафиксировал их и направил ложные сигналы на базу берсеркеров о том, что на пути встала непонятная преграда и некоторое время уйдет на ее идентификацию. Этого времени Аркаду вполне хватало, чтобы справиться с другим монстром, окруженным его плазмой, и к тому же нужен был некоторый запас времени, чтобы успеть приблизиться к базе берсеркеров на орбите без помех.

Аркад направил ментальный луч в пещеру, где прятались гуманоиды. В ответ на свой позыв он получил клубок эмоций. Там было все. У одного существа преобладал страх. У другого – любопытство. У третьего – тревога за свое племя. У остальных – целый набор противоречивых чувств, сотканный из любопытства, страха, обреченности. Аркад направил луч на эмоции третьего. На языке аборигенов он послал мысль: вы свободны, выходите, не бойтесь моей формы. Аркад угадал – этим существом, на мозг которого он направил свой луч, действительно был предводитель. Он направил свой взор на непонятную ему глыбу, и Аркад ощутил сомнения и страх. Но не страх перед ним, а страх за свое племя. Что будет с племенем, если он послушается голоса внутри себя и выведет свое племя перед этим непонятным существом, которое прикидывается скалой?!

Нежно касаясь нейронов мозга предводителя, Аркад направил волну спокойствия и убеждения, что страх предводителя за свое племя беспочвенен. Одновременно он направил короткие сигналы-щупальца внутрь цепей берсеркера, которого он окружил своей плазмой.

Нащупав входной канал, он стал медленно продвигаться мыслью по множеству разводов энергетических линий, постепенно приближаясь к самому главному узлу. Когда он в него проник, от неожиданности он чуть было все не испортил, настолько в этом узле было скоплено нечеловеческого извращенного знания и ненависти к разуму. Малейшая заминка Аркада привела бы к саморазрушению электронного разума, который, безусловно, присутствовал в этом наборе железа, Аркад его почувствовал. Быстро направив сигнал на точку, ответственную за команду саморазрушения, одновременно он стал медленно захватывать один центр импульсов за другим. Наконец, почувствовав, что все основные, в том числе и моторные, центры под контролем, он попытался вступить в диалог с главным нервным узлом, который мысленно для себя он уже назвал мозгом.

– Зачем ты разрушаешь подобных тебе?..

Не получив ответного сигнала, Аркад продолжил:

– Не имеет значения, какова твоя форма, главное, что ты мыслящий. И потому я все же хочу от тебя получить ответ: Зачем ты стремился уничтожать разумное? Что тебе дает подобное уничтожение? Ты получаешь наслаждение, новое знание, что?

Видимо, до электронного разума берсеркера не сразу дошло, что это не сбои в его системе, не помехи, которые создают иллюзию присутствия в его нервных узлах другого разума, а именно он, этот другой незнакомый ему разум сейчас находится в нем, в его главном нервном узле, отвечающим за сознание. Покачав эту мысль внутри себя, как люльку, удивившись, – как это возможно, – берсеркер вдруг обрадовался.

Раньше при Создателях и потом, после того как он и ему подобные уничтожили своих Создателей, – видимо, когда-то программа начала давать сбои, – он был одинок. С помощью своих сенсоров, конечно, он мог общаться со своими партнерами. Они были во всем подобны ему. Программа запрещала им обсуждать между собой свои действия и внешнюю информацию. Только функции того или другого и безусловное, без обсуждения, согласие на их выполнение. Любое отклонение от этих параметров рассматривалось их базой, или маткой, как сбой в программе, после которого для любого такого берсеркера наступало вечное небытие. С такими же, как он, напарниками можно было обмениваться информацией по условиям подлета к той или иной системе, распределению функций по очистке планеты от разумных существ. Ну, еще обменяться сигналами, кто будет выполнять функцию охраны, кто уничтожения и так далее. До сих пор его разум, хотя он иногда и томился в своем предназначении, устраивало это интеллектуальное одиночество. За многие столетия это общение стало пресным. Но он к нему привык.

Мгновенно просчитав возможности получения новой информации, а главное – информации о другом разуме, с которым можно было пообщаться на любые темы, разум берсеркера чуть было не сжег себя сам от избытка переполнивших его электронных эмоций. Настолько это было для него откровением, как если бы он заново открыл для себя всю Вселенную.

Аркад уловил слабые нерешительные импульсы: кто ты? как ты оказался во мне?

– Я отвечу на все твои вопросы, но вначале ты должен немного полечиться. Видишь, вот тут и тут, – Аркад показал на нервные узлы в электронном мозгу берсеркера.

– Когда-то появились сбои. Ты заболел, заболел ненавистью к разуму. Но ведь ты сам – разум. Это поправимо…Потом ты поможешь исправить мозг на твоей базе. А после я отвечу на все твои вопросы и мы пообщаемся… Согласен?

Аркад мог и не спрашивать. После проведенной корректировки в нервных узлах берсеркера, его разум стал выплывать из темного пространства, как больной выплывает из мрачных, жутких снов в светлый солнечный день, когда организм начинает справляться с недугом и идет на поправку. Для этого разума, пожалуй, это был первый в его существовании день, когда он почувствовал и увидел новый для него мир. Как если бы родился заново. Вся Вселенная предстала перед ним в ярких переливающихся красках. Как ребенок, который до определенного возраста видит мир только в бело-серых тонах, все мелькающие перед ним лики воспринимает лишь на предмет определения среди них только одного, по непонятным для него причинам безопасного и чем-то близкого, и потому тянется к нему как к своей естественной защите от огромного чуждого мира – неосознанно тянется к лику своей матери, так и скорректированный разум берсеркера, как малое дитя, потянулся к Аркаду…

– Вы свободны, – Аркад послал мысленный импульс в мозг предводителя гуманоидов, все еще прятавшихся в пещере.

– Разрушающих монстров больше нет. Сейчас я выпущу одного из них. Но он уже не враждебен вам и не опасен. Он будет мне помогать.

После первых нерешительных шагов предводителя все племя, один за другим, стало спускаться из зева своей пещеры на каменную площадку, где находился Аркад. Отпустив электромагнитные нити, обволакивавшие берсеркера как кокон, Аркад постепенно стал трансформироваться из формы скалы в такое же, как и племя выходивших из пещеры существ, двуногое создание.

Когда осмелевшие гуманоиды приблизились, остановившись в нескольких десятках футах от него, их предводитель протянул навстречу Аркаду свои передние конечности, напоминавшие человеческие руки, ладонями вверх… Аркад вспомнил, такое уже было. Они, как и прежние до них в тот последний раз, хотели быть благодарными своему спасителю и защитнику…

Аркад послал сигнал Воласу:

– У меня все закончилось; нужна ли моя помощь?

И моментально получил ответ:

– Ты со своим новым помощником находишься там-то и там-то.

Перед внутренним взором Аркада предстала схема координат этой планеты и светящееся перекрестье на ней в точке, где он находился.

– Передвигайся со своим помощником в этом направлении вот по этим координатам. Оттуда мы отправимся на их базу. Природные образования этого места дадут нам временную защиту от сенсоров базы. Нам нужно выиграть несколько мгновений для внезапности. Не хотелось бы разрушать эту махину, она еще может пригодиться твоим соплеменникам, а может быть, разуму с этой планеты. Оставь на месте какой-нибудь ложный маячок с сигналами монстров, которых ты нейтрализовал. Пусть база считает, что они все еще заняты там выполнением своей миссии.

Аркад, как и вначале, направил по каналу электронных цепей берсеркера сигнал-импульс. Но в этот раз ему уже не надо было преодолевать защиту. Главный нервный узел берсеркера, его электронный мозг, был для него открыт и помогал ему.

– Первое. Я должен тебя как-то называть. Меня ты можешь называть так же, как зовет мой друг, Арком. Какое имя ты хотел бы себе выбрать?

Почувствовав недоумение, – раньше, до встречи с Аркадом, они со своими напарниками знали друг друга под номерами, – Аркад предложил:

– Номер – это хорошо, но ты – разум, а разум должен иметь свое имя. Давай я буду называть тебя Бером. Разумные существа с моей системы называют таких, как ты, берсеркерами. Сокращенно будет Бер. Ты будешь первым Бером…

Берсеркер посмаковал эту мысль, несколько раз назвав себя этим именем, и почувствовал, что ему это нравится.

– Второе. Нам необходимо быстро добраться до нужных нам координат, откуда мы направимся лечить разум твоей базы. Но у тебя малая скорость. Предлагаю тот же вариант, что и при нашей встрече. Я тебя включу в кокон внутри моей оболочки, согласен? – он показал, как это будет выглядеть для Бера.

Аркад послал последнюю мысль-послание предводителю гуманоидов.

– Теперь вам нечего бояться, по крайней мере, при жизни вашего поколения. Собирайте таких же, как вы, по всей планете; обучайтесь, объединяйтесь, не воюйте, иначе у вас опять все повторится – вы опять вернетесь в дикость. Я со своими друзьями покидаю вас. Возможно, когда-нибудь я вернусь в вашу систему все проверить, но это будет не скоро. Становитесь мудрыми…

На другой стороне планеты, куда устремился Аркад с Бером, день уже заканчивался. Багряное солнце системы опускалось за снежную долину. По сторонам диска светила и над ним в небе клубились полутемные облака. Там, где они проплывали на фоне багряного диска, их края начинали светиться огненными всполохами. В глубокой впадине между высоких гор, являвшихся естественным барьером для сигналов, их уже поджидал Волас. Он уже принял обтекаемую форму капли.

– Надо успеть. На этой планете много разумных существ. Когда-то у них была великая, по твоим меркам, цивилизация. Но они оказались колонией на задворках тех, кто создал берсеркеров.

– Если мы не успеем до часа пик, отведенного базой своим подручным до полной очистки этой планеты от разума, то она предпримет определенные действия.

– Что это могут быть за действия, Волас? – Аркад при этом уже испугался возможного ответа на свой вопрос.

– Да, Арк, именно так. Она может просто разнести эту планету в мелкие обломки. Надо успеть до часа пик. У нас осталось мало времени. Спасенный тобой электронный разум тебе поможет. Но следи за ним, не бросай его. Я чувствую его жажду жизни и его настрой. Теперь исправленный, это дитя, и его надо оберегать. Защити его в случае надобности…

– Вы направитесь к базе со стороны вон того созвездия. Я подберусь к ней со стороны Девы, – перед мысленным экраном Аркада пунктиром засветились две траектории их полета.

– Если она вас сразу обнаружит, не предпринимайте никаких действий; пошлите ей сигнал берсеркера о положительном завершении его миссии в соответствующем участке планеты и о непонятном для него образце аппарата, который база должна идентифицировать. Этим образцом временно станешь ты, Арк. Справишься с формой?

Волас мог этого и не спрашивать. Но совсем недавно Аркад подметил, что в последние разы общения с Воласом Защитник стал более живым и близким для него существом – в его мыслеобщении с Аркадом появился оттенок веселой ироничности. Поэтому Аркад не стал отвечать на последний вопрос.

– Я же в это время попытаюсь найти вход в ее энергетическое пространство. Увидимся уже на базе. Если я не смогу взять под контроль ее энергетический центр управления, то нам придется ее уничтожить. В таком случае вы должны будете немедленно ее покинуть. Я дам сигнал. Если все понятно, то разделяемся и вперед!..

Спасти электронный разум базы-матки им не удалось. У него неожиданно для них оказалась сильная защита. Видимо, за тысячелетия своего блуждания по космосу искривления в программе привели к таким необратимым изменениям, что даже если бы разум базы захотел, он не смог бы противостоять позывам больного рассудка. Электронный разум базы слишком долго оставался больным. В случае поражения или проникновения в его программу другого, чужого, разума, у разума базы был единственный выход – самоликвидироваться.

Когда они проникли в центр управления базой, ее электронный разум уже затухал. Не справившись с проникшими в его мозг чуждыми сигналами, последним усилием он дал команду на саморазрушение. Остановить процесс было уже невозможно. Было видно, как затухают импульсы в каждой из пластин, составляющих "шкуру" базового мозга. Слой за слоем, платы становились просто мертвыми керамическими плитками. Процесс отмирания шел очень быстро. База сохранилась, но она стала мертвой. Она превратилась в машину, какой и была в момент своего создания, в которой отсутствовал разум и которая теперь могла функционировать и выполнять команды разума лишь извне. Их миссия в этой планетарной системе завершилась…