Текст книги "На изломе десятилетия (СИ)"

Автор книги: Алекс Русских

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Глава 19
К Черному морю

Снимки я отпечатал сразу, как только прилетел. Пленка у меня хорошая, импортная, специально запасся в Москве, заодно набрал химикатов и фотобумагу. В комиссионке нашел принадлежности для печати, удобно упакованные в специальный чемоданчик. Отличный набор, я так понял, германского производства.

Фотографировал в экспедиции я много, причем все подряд: найденные шахты, выходы пород, раскопы, ну и людей, конечно. Можно сказать, стал летописцем открытия «Страны городов». Нет, Синташта, как я уже говорил, к этому времени уже была известна. Но раньше никто не подозревал, что на самом деле это не единичная находка, а лишь одно поселение из множества, разбросанных по обширной территории Южного Урала.

С отпечатанными фотографиями я немедленно отправился к руководству экспедиции, где меня уже с нетерпением ожидали. Не получилось у меня эффектно бросить на стол пачку снимков. Мои попутчики, летевшие со мной, уже успели на весь лагерь раструбить, что мы нашли нечто интересное.

В общем, фотки у меня из рук буквально выдернули, пустив их по рукам. Всем, буквально всем интересно стало. И тут же внезапно оказалось, что наше полевое начальство, все наши доктора наук и профессора внезапно так и знали, где нужно было искать. Это они меня и направили на верный путь. Про то, как я горлом их на измор брал, требуя проверить русло Утяганки, тут же забыли. Но ничего, ужо я вам, я все напишу, как было на самом деле. Я уже продумал следующую книгу. Понравился мне документальный жанр, поэтому должно получиться что-то вроде полевого дневника и исторического детектива одновременно. Ну, а почему детектив – это обязательно криминал и сыщики? Нет, тут главное – поиск, находка фактов и выстраивание по ним версий, а потом результат, полученный благодаря самой натуральной дедукции, когда из разрозненных сведений вдруг складывается общая картина, приводящая к блестящему результату – в нашем случае к открытию Аркаима.

Кстати, найденный город так и назвали. Я настоял, как первооткрыватель, буквально потребовал. Нравится мне это слово. Увы, настоящее имя поселения мы не знаем, да и вряд ли когда-нибудь оно станет известно, затерялось оно в прошедших над ним веках. Так что остальные варианты я волюнтаристски отмел, и категорически предложил вариант Аркаима.

После обнаружения города основные силы экспедиции перебросили к поселку Александровский, но не все. Небольшие группы остались в Синташте, а также были направлены на объекты, которые я обнаружил ранее. Первое пятно оказалось ложным следом, зато на остальных двух культурный слой нашли. Ну, я как-то и не сомневался, что так и произойдет. В этот раз я в выбор названий не лез, но объекты все равно стали Синташтой-2 и Андреевским, ровно так же, как и в моем прошлом мире. Кисмет [1] однако.

Я еще неделю на самолете отлетал вместо пилота, но, увы, больше ничего не нашел. Оно ведь как – я помню, что севернее еще много древних поселений имеется, есть среди них и радиального типа, но они проще организованы, Аркаим сильно выделяется тем, что состоит из двух колец жилищ. Вот только где конкретно расположены другие объекты, я банально не помню. Да и ладно – не все же мне открытия делать, оставлю их для последующих энтузиастов.

Потом Петр заявил, что с рукой у него уже все в порядке, а доктора не нашли к чему придраться. Наш штатный пилот вернулся к летной деятельности, а меня списали с этой работы от греха подальше. А то узнают, что я без действующих документов за штурвалом находился, всем на орехи достанется, один я ни в чем невиноватый бду. Я на всякий случай этот момент в дневнике не отражал – летал и все, в качестве наблюдателя, а на пилотском месте ни-ни, даже и не думайте.

Нашли мы Аркаим в первых числах июня, так что два следующих месяца мы раскапывали город. Желающих поработать оказалось немало. Еще бы – я написал две публикации для «Вокруг Света», да еще статья вышла в «Технике-Молодежи», есть у них рубрика «Антологии таинственных случаев», где пишут и про загадки забытых цивилизаций. Интерес к находке это подогрело неимоверно, так что руководитель экспедиции потом мне выговаривал – слишком много на месте работ начало появляться любопытных. С другой стороны – дополнительно приехали профессиональные археологи, студенты, увеличилось финансирование. Местные власти, областные и районные, пошли навстречу, оказав помощь харчами и техникой. Да той же питьевой воды на раскоп для пары сотен людей надо уйму, а так цистерну подогнали и красота.

В общем не зря я статью про забытую цивилизацию написал. Мы ведь, по большому счету, как раз такую и нашли. Статьи я публиковал не только, чтобы свой рейтинг, как журналиста и писателя поднять, но и для того, чтобы место раскопок не затопили. В этих местах работы идут, собираются водохранилище устроить. В моей истории Аркаим нашли в следующем 1987 году и смогли отстоять, что, кстати, было непросто, помогло в основном как раз то, что центральная власть в стране ослабла и прогнулась под требования обществености. Так вот я хочу, чтобы и в этой реальности Аркаим сохранился.

На самом деле могли и затопить. Помнится, когда Днепрогэс затапливали, то под воду ушли древний объект каменного века, напоминающий Стоунхендж в миниатюре, а также городище Курцемаль. А сколько так и не обнаруженных вовремя памятников погибло? Да и нашли бы, не факт, что руководство СССР решило бы их сохранить, скорее всего, решило, что электричество важнее.

Днепровский Стоунхендж

Тем более в парадигме марксизма изучение истории особого смысла не имеет, там и так все ясно – медленное постепенно развитие производственных отношений, а все войны и конфликты возникли под влиянием классовых противоречий. Ну, и чего тут изучать? А на деле-то все куда как сложнее, и древние государства, появившиеся задолго до нашей эры порой значительно превосходят по своему развитию не такие и далекие от нас времена Средневековья.

В общих чертах будущую книгу про Аркаим я с нашими учеными и Казанцевым согласовал. Когда закончу ее, то еще раз обсудим. К тому времени появятся новые находки и открытия. Помню, в детстве на меня большое впечатление оказала книга «Аку-Аку» Тура Хейердала о раскопках на острове Пасхи. Может быть, моя история тоже для кого-то станет не менее интересной?

К началу августа я понял, что в принципе мы с Алисой можем уезжать. Наша помощь уже не особо нужна. Отчет по геологической практике я сделал, подписал. Руководитель нашей геологической партии мою работу высоко оценил, он до сих пор не может забыть, как я древнее зубило нашел благодаря которому мы на неизвестные ранее шахты вышли. В общем, у меня целый ворох благодарственных писем, причем многие с весьма известными именами. Официальную грамоту мне тоже выписали. Как человек, первый крикнувший «Земля», ну, в данном случае я кричал «древний город», я в анналы истории вошел в качестве первооткрывателя Аркаима. Алиса свой отчет тоже сделала, сам ей помогал.

Первую половину августа мы все же еще отработали, но вторую половину месяца я решил отдохнуть. Если честно, то дело не только в отдыхе. 31-го августа произойдет столкновение лайнера «Адмирал Нахимов» с грузовым судном. Вот никак не вспомню его название: то ли «Петр Васев», то ли «Василий Петров», но что в названии есть имена Петр и Василий – это точно. Я даже знаю, что судно это идет из Канады с грузом ячменя.

В моем прошлом мире катастрофа произошла из-за дикой смеси из пренебрежения правилами судовождения, ошибок капитанов, вахтенных помощников и диспетчеров, а также из-за недооценки опасности ситуации.

Я бы мог забыть про «Адмирал Нахимов», но на раскопках кого только не было, добровольцы приезжали со всего Союза. Довелось познакомиться со многими интересными людьми. Среди них оказался и Миша Зубов, не так давно уволившийся с этого самого лайнера.

Пассажирский лайнер «Адмирал Нахимов»

Много интересного он про сложившуюся ситуацию на судне рассказал. Насколько помню, после катастрофы обеих капитанов судили, приговорив к длительным срокам. Вот только, как всегда в СССР, наказали непосредственных виновников. А вот руководству Черноморского пароходство, на котором немалая часть вины за погибших людей, даже пальчиком не погрозили. Впрочем, а разве после аварии на ЧАЭС разве иначе было? Высшие руководители в Союзе со времен Хрущева стали неподсудными.

– Я ведь раньше на зарубежных рейсах работал, – рассказывал мне Миша, – Но влетел там, впрочем, не важно за что. Вот и перевели меня на «Нахимов». Судно старое, еще у немцев по репарациям забрали. Вроде «Берлин» оно у них называлось? Самый крупный лайнер в Черноморском пароходстве. В основном оно в круизы ходит по нашему Черноморскому побережью, иногда и в Болгарию отправляют, но при мне такого не было.

– Неплохо наверное на таком, – подал я реплику.

– Ага, только ничего хорошего, – криво усмехнулся Михаил, – На этом судне почти все в экипаже залетчики. Штрафная команда, считай, начиная с капитана.

– А как его зовут? – решил уточнить я.

– Марков, Вадим.

Интересно, отчество моряк не назвал, значит капитана не уважает.

Михаил замолчал, поглядывая на меня, потом, видимо, решился, продолжить:

– Говорят, что он на махинациях с валютой попался, вот его и отправили на «Нахимов».

– И как он, как человек? – спросил я.

– Да так себе. Кумовщину развел на судне дикую, на ответственные посты своих лизоблюдов поставил, а какой ты специалист – неважно. Экипаж прямо в рейсе бухает. Часть оборудования постоянно неисправна – толком никто не чинит. Говорят, мол, чего чинить, если все равно в ноябре на слом судно отправят. Народ разбегается, не поверишь, в иные месяцы до пятидесяти человек увольнялось, текучка постоянная, поэтому экипаж свое судно толком не знает.

– Даже не верится, – решил подбодрить я моряка.

– Сам в шоке был, когда увидел, вот реально – там всем на все плевать. Светильники и те искрят, как пожар еще не случился, не знаю. И начальству в пароходстве тоже все равно, уж сколько докладов наверх было. Все рукой махнули. Я же говорю – команда штрафников. Знаешь, как лайнер в пароходстве называют?

– Ну?

– «Две трубы – одна зарплата». Это потому, что валюты команде – хрен. Даже, если в Болгарию направят, то все равно только рубли платят. В общем, покрутился я там два месяца, да и понял, что линять нужно и поскорей. Вот не поверишь – такая тоска взяла, словно чуть не завтра ко дну пойдем. Я так решил, что на Черноморском пароходстве мне ничего не светит, буду перебираться на север или восток. Нашли мне по знакоместу место на Дальнем Востоке. А пока вот решил на раскопки поехать. Такая завлекательная статья попалась в «Технике Молодежи». С женой все равно развелся после того, как с международных рейсов поперли. Квартиру ей оставил, пусть подавится. Чем по друзьям и родственникам мыкаться, поживу в палатке до сентября, а там во Владик поеду, на новое судно.

Что же, Миха только подтвердил мою мысль, что, если сорвать момент встречи лайнера и сухогруза, то трагедии не произойдет. Вряд ли до ноября снова сложится такое сочетание полного пофигизма со стороны судоводителей и диспетчеров.

Первым делом подошел к Алисе, поинтересовался ее мнением насчет небольшого отдыха на Черноморском побережье. Скажем, в Геленджике? Оказалось, что ответ положительный. Нет, Алиске экспедиция понравилась, но все же больше двух месяцев в поле – это утомительно. Устала девочка от удушающей жары, пыли, вечного галдежа, создаваемого ее подопечными, которые, по моему мнению, даже во сне продолжали болтать. Ну, и бытовые условия в палатке комфортными не назовешь, особенно для девушки. В общем, ответ был да, да и еще раз да.

Следующий этап – согласие руководства экспедиции. Тут тоже оказалось не слишком сложно. В целом, моей и алисиной работой довольны и то, что двум студентам нужно хотя бы немного отдохнуть перед новой сессией, было принято с пониманием. Заменить нас есть кому, хотя полевые работы продолжатся до сентября, после чего будут свернуты. Раскоп законсервируют до следующего года. Для защиты от дождей мы начали над участками раскопок возводить навесы.

Проблема в том, что среди маргинальной части местных жителей появилось мнение, что мы тут золото тоннами выкапываем. На самом деле, насколько я знаю, пока вообще золотых изделий не найдено. В Аркаиме, как и в других поселениях «Страны городов» вообще очень мало находок. Города их жители покидали организованно и неторопливо, забирая с собой все ценное. Археологам, соответственно, осталось только то, что было случайно утеряно и, очень редко, забыто. Ну, еще могильники, но там встречаются только изделия из камня и бронзы, никаких драгоценных металлов.

Мне пришлось публиковать несколько статей, главным (пусть и скрытым) лейтмотивом которых было «золота тут нет». Ажиотаж информация сбила, но зимой раскопки придется тщательно охранять, чтобы защитить от черных копателей. А они в СССР вполне себе есть, до сих пор найденные курганы вскрывают. Чаще всего ничего ценного для коллекционеров в них нет. Плохо то, что исторический материал при этом безжалостно уничтожается.

В общем руководство согласилось с тем, что в середине августа мы с Алисой экспедицию покинем. Благодаря наработанным связям удалось предварительно договориться, что нас примут в санатории «Черноморец», по крайней мере, мне это пообещали. Но, думаю, найду, где нам пристроиться, даже если с санаторием ничего не выйдет.

В экспедиции мы с невестой провели одиннадцать недель, это считая с конца мая, когда нас Казанцев туда выдернул. Три дня мы еще отработали, добив до 80-ти дней, а и 14-го числа распрощались с новыми друзьями и знакомыми, выехав на Волгоград.

Дорога не близкая, больше полутора тысяч километров. Нас взялась подбросить на своем Жигуленке пара волонтеров, работавшая на раскопе, они после двух недель возвращались домой, в Москву, а по пути собирались заехать к родственникам, живущим в Волгограде. Едем на Оренбург, потом возьмем северней до Самары, потом вдоль Волги до Энгельса по левому берегу, а переехав мост через великую русскую реку, двинемся на юг уже по правому. А уже из Волгограда мы с Алисой двинемся по железной дороге, оттуда есть поезд до Новороссийска. Я и Геленджик в качестве места отдыха выбрал из-за близости к Новороссийску. Увы, пока у меня нет идей, как предотвратить трагедию. Надеюсь, на месте смогу что-то придумать.

Могли бы поехать от Оренбурга на Саратов через Уральск – так путь короче получается километров на двести. Границы между Россией и Казахстаном пока нет. Но хозяин машины, услышав мое предложение, категорически его раскритиковал. Проблема привычная для СССР – напрочь убитая дорога, лучше уж крюк сделать, чем пытаться преодолеть бездорожье.

Я его Василием Алибабаевичем про себя прозвал. Василием, потому что имя у него такое, а Алибабаевичем, за схожесть с актером, который этого самого героя в «Джентльменах удачи» играл. Вот вылитый, буквально копия. Но говорит, что русский. Может и не врет.

Василий Алибабаевич, кадр из кинокомедии «Джентльмены удачи»

Помню, в прошлой жизни в моей части, где я срочку служил, тоже был такой Вася. Так тот выглядел как армянин, но не просто, а из анекдотов. Вот настолько ярко выраженный, что прям эталонный, что чистокровные армяне такими не бывают. Будто с карикатуры сошел. Его все кавказцы на базаре за своего принимали, так и говорили:

– Эй, Ара!

Очень он обижался:

– Я русский! – говорил.

И с дорогой тоже знакомо. Приходилось мне в самом начале 90-х проехаться на легковушке по всей тогда еще РСФСР от Магаданской области до Белгорода. Так мы тогда тоже предпочли от Петропавловска взять севернее на Уфу и Самару, потому как сокращать путь через Оренбург и Уральск все местные водители весьма и весьма не советовали.

В общем, в атласе автодорог нарисована благоустроенная трасса, а по факту, порой грузовик не проедет. Мы так от Новосибирска вынуждены были свернуть на юг, хотя по карте на Омск вела трасса союзного значения М51.

Но это по атласу, потому что реально проехать по этой дороге могли разве что КамАЗы, МАЗы или КрАЗы. Ну, на худой конец, может ЗИЛ бы справился, но это неточно.

В результате пришлось свернуть в направлении Камня-на-Оби, заехать на территорию Казахстана, причем, чтобы попасть на приличную трассу, ведущую на Омск, нам пришлось километров двадцать проехать по голой степи. А недавно дождик прошел, легенький такой. Но этого хватило, чтобы автомобильные колеса сдирали тончайший слой степного грунта, обнажая скользкую глину. Все эти двадцать километров, я, как самый молодой и спортивный, выталкивал поочередно машину за машиной, когда они буксовали.

Проблемой стало то, что остановиться, чтобы меня подобрать, они не могли, иначе потом не тронутся. Мне же, после того, как вытолкну автомобиль, приходилось бежать за ним, на ходу запрыгивая на переднее пассажирское место. Переднее потому, что задний ряд сидений был занят грудой вещей. Я потом до самого вечера в себя приходил, настолько перенапрягся. А уж как в глине извозился – смотреть страшно было.

С Алибабаевичем договорились, что за рулем будем постоянно меняться. Так для всех удобнее получается. Ехать нам по прикидкам придется 21–25 часов в зависимости от состояния дороги. Это только за рулем, а ведь нужно еще перерывы делать. Поэтому будем выполнять роль водителя поочередно, через каждые четыре часа заменяя друг друга. Один за рулем, второй на пассажирском месте отдыхает или дремлет. Так можно и ночью двигаться, не теряя напрасно времени.

Насчет питания решили не заморачиваться особо, по у нас пути куча городов и поселков, уж что-что, а столовые там должны быть. Но на всякий случай у меня в багаже верный «Эверест» имеется, ну, и запас консервов. Ничего особенного, но пяток банок тушенки, кильку в томате, называемую иными остряками «братской могилой» и перловую кашу с мясом мне на полевой кухне выделили. В крайнем случае убогенький суп сварим. Хлеба тоже по пути купим. С голода пропасть не должны.

Путь сначала оказался интересным. До Оренбурга дорога шла через Южный Урал. Гор здесь, как таковых нет, вместо них, скорее, пологие холмы, покрытые густым лесом. Места вполне живописные, речек множество. Мы даже несколько раз останавливались, чтобы окунуться.

У села Зилаир сделали остановку, чтобы пообедать. Вот тут и мы поняли, как самонадеянны были насчет питания. В местном продовольственном магазине оказался голяк, причем полный. Хлеба тоже не было. Продавщица на мое недоумение только плечами пожала:

– Разобрали уже, с утра надо было подходить.

Пришлось покупать сухари, которые к счастью, были в продаже.

Панорама поселка Зилаир

С остальным продовольствием в магазине тоже оказалось не густо. Имелись серые макароны, перловка, невероятной величины соленые огурцы, засунутые по 3–4 штуки в трехлитровые банки, кабачковая икра. Нет, ну ладно я могу морскую капусту употреблять, я человек привычный. Но Алиса ее не очень уважает, а у Васи с супругой даже лица перекосились, когда они представили, что придется ужинать морским деликатесом.

Еще была селедка, точнее иваси в трехлитровых банках, напоминающих противотанковые мины. Общим голосованием решили селедку не брать. Во-первых, куда нам столько, а, во-вторых, обопьемся потом.

Столовая тоже не порадовала, обед уже прошел и в наличии был гороховый суп, макароны и котлеты. Тем и пообедали. Котлеты, кстати, оказались практически без мяса, сплошной хлеб, есть невозможно. Зато получилось набрать в пакет нарезанного хлеба, заплатив за каждый кусочек по две копейки.

Настроение сразу на низ пошло, мой дед говаривал «как потопаешь, так и полопаешь», ну так и как поешь, так и повеселишься. Впрочем, пока до села Исянгулово доехали, уже как-то разошлись. Забыл я, что Поволжье и Урал чуть ли не хуже всех в РСФСР снабжалось. Нет, оно и там были места, где более-менее в торговле было, но в основном в магазинах можно было шары катать, особенно подальше в глубинке. Народ все больше на подножном корме выживал или через работу снабжался. Не учел я местных реалий, что понятно, все же почти все лето в поле, а там какие магазины, питание через столовую, заготовка продуктов меня не касалось, ну, если не считать рыбалки.

Еще и не разгонишься, скорость приходится держать около сорока кэмэ, дорога откровенно сельская, в основном грунтовка, даже там, где асфальт, он изрядно побит, выбоин много. За Исягулово вообще участок оказался, где километров двадцать еле ползли, а в нескольких местах пришлось толкать машину и даже саперной лопаткой колею срезать, иначе бы на брюхо сели.

Кое-как на нормальную трассу вывернули уже недалеко от Оренбурга. Уже было ближе к вечеру, так что проехали город не задерживаясь, завернули уже после него на грунтовку, встав на берегу небольшого ручья. Я вытащил «Эверест», раскочегарил его и по-быстрому разогрел в котелке кашу с мясом. Мяса в ней, правда, практически не присутствовало, так, отдельные волокна. Пришлось пожертвовать банку тушенки.

Поели, женщины сполоснули посуду, и мы погрузились в машину. Сейчас до Бузулука двести пятьдесят километров ведет Вася, а там он на боковую, а я сяду за руль.

Под Бузулуком Вася меня растолкал. Пришлось мне вылезти из салона, чтобы умыться холодной водичкой из канистры, закрепленной на верхнем багажнике. Солнце давно село, так что канистра на скорости неплохо так остыла. Сразу и бодрость появилась. Вот тут уже совсем другое дело с дорогой. И сама она хорошая и ночью движения практически исчезло, так что я притопил до восьмидесяти, на прямых участках и до сотни доходя или чуть больше. Тут бы и больше можно притопить, да амортизаторы в машине так себе, громыхать начинают, это не говоря уже про не особо мощный мотор.

Но и под сотню хорошо, я по прохладце до Куйбышева за пару часов долетел. В сам город заезжать не стал – ни к чему, а по объездной дороге выехал на трассу, ведущую к югу.

До Балакова 270 километров, но по пустынной трассе я меньше, чем за три часа управился. По идее надо Васю будить, но уж больно он хорошо придремал, а мне, напротив, совершенно не хочется на боковую, так что я погнал дальше под мерное сопение трех пассажиров.

Тут интересные у городов названия, напоминание о бывшей в этих местах немецкой автономии, я проехал Маркс, на указателе мелькнуло, что через пятьдесят километров будет Энгельс. Там мы через Волгу переедем. Уже давно рассвело, но солнце пока невысоко над горизонтом, жары нет. Я разогнался чуть больше ста – быстрей приедем, скорее на другой транспорт пересядем.

Вот совсем не ожидал, что уже в шесть утра гайцы на дороге дежурят. Уже подъезжая к Энгельсу, заметил, вот они – автомобиль в кустах и инспектор на обочине. И не просто стоит, нет, он палочкой полосатой машет и не кому-нибудь, а конкретно. Ну, делать нечего, раз нарвался.

– Нарушаем? Старший лейтенант Кравец. Ваши документы.

* * *

[1] тюркское слово означающее рок, судьбу, довлеющую над человеком, весьма многозначное понятие