Текст книги "На изломе десятилетия (СИ)"

Автор книги: Алекс Русских

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Глава 14
Скоро лето

Квартира в сталинке на Алису произвела неизгладимое впечатление, восхитив невиданным простором. Не удивительно, девочка привыкла к куда более компактным помещениям. В поселке ее семья живет в крохотных двухкомнатных апартаментах, в которых так называемый «зал», служащий заодно спальней для родителей, максимум квадратов 14 имеет, а в «детской» вообще меньше 10 метров. Это не говоря про четырехметровую кухню, в которой, если становишься посередине, то с легкостью достаешь до любого места.

Теснотища ужасная, но так многие на севере, да и не только на севере, живут и еще радуются, что есть отдельное жилье, в коммуналке куда хуже. Если она на две семьи, с общей кухней, но с собственным сортиром, то еще куда ни шло, хотя тоже порой конфликты случаются, а ежели на 5–6 семей при общем туалете, тогда однозначно ой, скандалы и склоки в этом случае неизбежны.

А тут натуральные хоромы, прямо как в фильмах сталинских времен, когда в них показывают квартиры инженеров, профессоров, артистов.

Тем более, я девушке сумму, в которую новое жилье встанет, озвучивать не стал. Совершенно это ни к чему. Хозяину моя невеста явно глянулась, то-то он аж грудь колесом сразу выпятил и кучу комплиментов девушке наговорил. Да пускай, мне не жалко, как раз его понимаю – седина в бороду, бес в ребро, тем более все равно ничего ему не обломится. Заодно и с соседями мы познакомились, не со всеми, но кое-кого увидели.

Действительно, дом «профессорский», среди соседей оказалась бывшая артистка областного театра, пара ученых, один из которых океанолог и кандидат наук, этажом ниже жил сын историка, специализировавшегося на периоде освоения русскими первопоселенцами Дальнего Востока. Жаль, что ученый уже умер, было бы интересно поговорить на эту тему, увы, но сыну, получившему по наследству жилплощадь, прошедшие времена не интересны. Еще в подъезде проживал директор пивоваренного завода. Также пересеклись с председателем кооператива, бодрым старичком с докторской степенью. Но в основном знакомство ограничилось формальными приветствиями – люди все оказались занятыми и к долгому общению в данный момент не склонные.

Только соседка по лестничной площадке, представившаяся, Ириной Платоновной, вполне себе бодрая и спортивная женщина лет под шестьдесят, радушно зазвала на чаепитие. Времени у нее много, потому как на пенсии, а мы ей интересны стали – кто такие, где учимся, кто родители. Все это она эдак ненавязчиво выведывала, подливая нам свежий чаек и угощая пирожными собственного сочинения, весьма вкусными, кстати.

Ну, и о самой женщине кое-что узнали. Она бывшая артистка областного театра. На север попала сразу после войны, причем не своей волей. Но выкарабкалась, снова занялась любимым делом. Вот муж где-то сгинул, так и не нашла следов. Занята в спектаклях она и сейчас, но не слишком интенсивно, поэтому скучает. Я так понял, интерпретируя жалобы соседки, с режиссером театра у нее определенные разногласия, потому как тетка активно тянет одеяло на себя, с чем руководитель труппы активно не соглашается. Но и совсем выгонять властную и самолюбивую примадонну не хочет, потому как испытывает к ней немалое уважение.

Уезжать тетке некуда – на материке родственников не осталось, в старой ленинградской квартире давным-давно живут чужие люди. Да и куда ехать? В Питере климат немногим лучше, а здесь уже прижилась, привыкла к холодам, в жаре некомфортно становится. Из-за этого отдыхать в последнее время она ездила только весной или осенью, летом опасается, потому что от зноя становится плохо.

Живет соседка в просторной однокомнатной квартире с жилой комнатой квадратов в тридцать, с учетом такой же большой, как и у нас кухни, можно и двухкомнатной ее считать. Внутри, как в музее – старая мебель, театральные плакаты, картины, всевозможные антикварные безделушки. Практически все – подарки от поклонников. А уж сколько историй за чаепитием выслушали. Впору подумать, а не написать ли цикл статей про культурный Магадан? Тут ведь немало известных личностей побывало, кто-то родился, кто-то работал, а иные сидели или ссылку отбывали.

Так вот навскидку могу вспомнить поэта-песенника Игоря Кохановского, киноактрису Елену Тонунц, актера Виктора Шульгина, он, хоть и не очень известен, но сыграл во множестве фильмов, пусть и в эпизодах второго плана. А еще в Магадане сейчас живет невероятно популярный в 30-х годах Вадим Козин. С ориентацией у него, правда, не совсем хорошо, за что его в Магадан и упекли, но об этом я точно в газете писать не буду. И это только наиболее известные, на самом деле интересных людей в нашем городе перебывало множество. А если еще область привлечь? Например, юморист Шифрин в поселке Нексикан родился.

Шафутинский, кстати, в начале 70-х руководил оркестром у нас в ресторане «Северный», что рядом с центральным парком. Был я там в прошлом году. Но про него сейчас лучше не писать – эмигрировал он с семьей в США, а вернется обратно только в конце 90-х. Блин, подумал о Шафутинском и словно кто-то рядом негромко пропел хриплым голосом: «и снова третье сентября».

И почему только артистами, поэтами и писателями ограничиваться? Есть же еще и спортсмены, ученые, изобретатели. А ведь прекрасная идея. Завтра же зайду к редактору газеты и предложу к публикации цикл статей, думаю, читателям тема будет интересна. Опять же, пусть люди гордость за свой город испытывают. А на основе газетных публикаций я еще один сборник сделаю, желательно с хорошими иллюстрациями. Можно даже договориться о печати книги за рубежом на хорошей бумаге и с качественной полиграфией. Нет, отличная же идея!

Я сразу с Ириной Платоновной договорился, что зайду еще, послушаю ее истории, заодно попросил разрешения записать некоторые для публикации. Соседка величественным тоном согласилась, как я понял, она даже обрадовалась, судя по молодо заблестевшим глазам. Творческие люди – они честолюбивы, а мне, как журналисту – это только в радость.

В общем, засветились в доме, как супружеская пара, все нас теперь знают, можем переезжать, что и сделаем, как только хозяин отправится в длительную командировку. Я уже прописался по новому адресу. По идее из общежития я должен съехать, но Ксаныч пока закрывает глаза. Он тоже дорабатывает последние дни, примерно в середине мая вылетает в Находку принимать должность.

* * *

Думал смотаться в Москву на первое мая, была идея на парад опять сходить с колонной «Мосфильма» или к театру Ленкома бы прибиться. Насколько я знаю, Захаров доработал киносценарий, адаптировав его под театральную сцену, но мы считаемся соавторами, поэтому как сценарист вполне могу влиться в стройные артистические ряды. Но не получилось. Нет, я бы мог сам смотаться, но Алиса бы обиделась, а ее как раз не пускали. Опять пришлось пускать в ход знакомства, договариваться о досрочной сдаче экзаменов.

Попутно вывез все свои вещи из общежития. Новая комендантша меня сразу невзлюбила, Галка вроде говорила, что эта тетка какая-то родственница нашей комсоргше, видимо, наслушалась про меня гадостей. В общем, как только она появилась, я сразу понял, что с ней не уживусь, да и остальных студентов жалко, уж больно тетка склочная и мелочная.

Я прямо в начале мая, как она появилась, так и слинял из общаги, все равно я уже в ней не прописан. Но и хозяин из квартиры не выехал, так что я две недели в гараже жил. Диван есть, туалет на улице, но мне не страшно, воду приходится таскать, что не слишком удобно, но пару недель перекантоваться можно, тем более, что есть я ходил в кафе, а мыться в городскую баню. Ну, или в ту же общагу мотался душ принять по быстрому.

Комендантша было попыталась приказать вахтеру меня не пускать, но не тут-то было. Это после десяти вечера я находиться не должен, а днем я к одногруппникам иду, к примеру, как тут меня выгонишь. Раз с ней поцапался, второй, пригрозил, что напишу про нее фельетон в «Магаданскую правду» и пусть тогда с ней начальство разбирается. Тетка угрозе вняла, но меня как увидит, так сразу отворачивается, вроде как видеть меня не может.

Двенадцатого числа зашел в общагу, думал Игорька с Сергеем попросить помочь мебель таскать в дом из гаража. Взбегаю на второй этаж, а там не пройти. Стоит эдакий человек-гора, весь пролет спиной загораживает, только со стороны перил щель осталась. Попытался протиснуться, так этот Илья Муромец недовольным голосом вопрошает:

– Ты чего толкаешься? – и поворачивается ко мне.

Еще и тон такой возмещенный. Чувствую, есть большая вероятность, что меня сейчас быть будут. Но точно, не ногами, потому как тут и рукой вполне достаточно. Но ладно, побарахтаемся. Тут тон голоса незнакомца меняется:

– А ты чего здесь делаешь?

У-у, смотрю, да это же Виктор, кузен Алисы и тоже Селезнев. Ага, тот самый, что меня в прошлом году пугать пытался.

– Вообще-то здесь институтская общага, – ухмыляюсь, – Ты лучше скажи, а ты что тут делаешь?

– Так это, я тоже учусь, на первом курсе.

Странно, ну, вот никак мимо меня эта гора незаметно пройти не могла, уже давно бы заметил, если бы он а общежитии обитал.

Оказывается, он на заочный в техникум поступил, на маркшейдерское дело. Когда он в Магадане на установочной и зимней сессии был, я как раз сначала на Аляске, а затем в Москве находился. А сейчас Витька заявился на летнюю сессию, она как раз с 12-го начинается.

– Ну, а чего? – каким-то оправдывающимся голосом заявил парень, – Не работать же всю жизнь простым работягой?

Ха, да я его только поддерживаю, развиваться надо, расти над собой. Короче, конфликт увял, не успев начаться, драка отменена, тем более, Витек вполне даже рад, что меня увидел.

– А ты чего здесь стоишь, на самом проходе? – решил поинтересоваться.

– Да, понимаешь, с комендантшей полаялся, не хочет селить, – грустно признался будущий шурин.

– Это паркуа? – удивился я.

– Чего? А, понял. Да я прошлый раз кровать сломал. Так чего они такие хлипкие?

Посмотрел на этого кабана критическим взором. Ну, да, в нем же добрых кило 150, тут стандартное лежбище никак не годится. Тем более, что в общаге кровати с панцирной сеткой, тут даже, если сама конструкция выдержит, то сетка до пола прогнется.

– Ладно, -говорю, – Сейчас решу вопрос, перекантуешься ночь, а там я тебе найду постоянное место.

Сам на третий этаж. Игорька комендантша из моей бывшей комнаты нагнала, мол, тоже не положено, но он не переживает, в кандейке моей обычно ночует. Договорился с парнем, что Витек сегодня поспит в мастерской. Там топчан стоит самодельный. Я его из бруса пятидесятки сколотил, на нем мамонт дрыхнуть может.

А завтра буду переселяться в квартиру, там две комнаты свободные, одну Витьке в полное распоряжение выделю. Все-таки будущий родственник. Как там Райкин говорил: «Что ж я борща тарелку не налью или пельменей?». [1]

Вышел от Игоря и неожиданно наткнулся на Славку Кондратьева. У меня с ним уже был конфликт на первом курсе, когда он меня из комнаты выжить пытался. Тогда разошлись краями, с тех пор особо с ним не общался. А тут нате – он и опять в компании с незнакомыми мне старшекурсниками. Впрочем, может, и видел их когда, но не припомню.

– Я же тебе говорил, чтобы ты мне больше не попадался? – и грабки свои паскудные ко мне тянет.

Интересно, это когда он мне что говорил? И с какого он так осмелел? Поддержку, что ли от кого-то почувствовал? И с какого перепугу решил опять конфликт продолжить?

– Что это ты так расхрабрился? – поинтересовался, – А комнату можешь занимать, она мне больше не интересна.

Славка отвечать не стал. Ну, как же, он сейчас себя чувствует хозяином положения.

– Короче, ты нам должен, с тебя сотня, сроку тебе неделя, иначе пойдут проценты.

Я аж заморгал от удивления. Это что получается – рэкет? Если честно, думал, что он появился позже, после того, как пошла волна предпринимателей, а тут вона оно чего. Сомневаюсь я, что ушлепок сам до такого догадался, видимо, с кем-то из криминального или просто малость приблатненного мирка общается. Но такие наезды оставлять без последствий нельзя, чревато. Только хотел объяснить маршрут, по которому надлежит торжественно прошествовать оппоненту, как меня перебили.

– А что это здесь происходит? – вкрадчивым басом осведомился некто за спиной парней.

Надо же, как Виктор умеет тихо подкрадываться, даже я не заметил, как он подошел, а уж доморощенные рэкетиры и подавно.

– Иди, куда шел, тебя это не касается, – бросил Славик, не поворачивая головы.

– Это почему это дела моего родственника меня не касаются? – удивился бас, – Хочешь поговорить по этому поводу?

– Да, како… – начал Слава, поворачиваясь.

Замолчал, касатик, сложно разговаривать, когда тебя держат за шкирку так, что ноги болтаются, не доставая до земли. Причем видно, что Витя даже не напрягается особо, словно в руке у него не здоровый парень висит, а котенок.

Силовая поддержка Славика поступила храбро, но осторожно – чухнула по коридору, даже не пытаясь вступать в противостояние, даже «алга» [2] не кричали. Удивили парни, даже на угрозы размениваться не стали, были, и нет их. Впрочем, буквально через минуту все стало понятно, когда из-за двери, за корой они скрылись, повалила целая толпа.

– Вот, смотрите, наших бьют, – послышался оттуда истеричный вопль.

Коридор темный, не видно, кто подходит, но человек десять – нам с Виктором многовато. Но особо не страшно, меня в общаге все знают, учитывая, что я тут на протяжении года все, что сломано починял. Да еще и в институте компьютерный семинар веду.

– Не понял? – удивился парень, который шел впереди всех.

Ба, да это Миша с четвертого курса строительного факультета. Помнится, он на меня наезжал, когда я еще только поступал в институт. Парень нормальный, мы особо не пресекаемся, но проходим по категории хорошие знакомые.

– Привет, – кивнул мне парень, – В чем дело? Кто тут орал, что наших бьют?

– Доброе утро, вот видишь, морду мне хотели втроем пощупать. Только представь, деньги пытались вымогать, сотню требовали просто за то, что я в общагу зашел. Кстати, познакомься – Виктор, мой шурин, на заочном в технаре учится.

– Ты чего, Слава, совсем с дуба рухнул?

– Не было такого, – сипло пошел в отказ парень, продолжая болтаться над полом.

– Врешь, было, – я к старшекурсникам обернулся, – Кто-нибудь помнит, чтобы я хоть раз соврал?

Судя по молчанию, никто претензий мне предъявить не смог.

– Ладно, пошли, сами разберутся, – принял соломоново решение Миша.

– Да поставь ты его, – попросил я Витьку.

– Чо, сам не можешь разобраться, кишка тонка, охрану привлекаешь? – начал быковать парень, почуяв под ногами твердую поверхность.

Впрочем, претензии он почему-то предпочел высказывать шепотом.

– Ну, да, ну, да, нас же двое, а вы втроем одни, – издевательским тоном прокомментировал я его наезд, – Слава, ты совсем идиот? Я понимаю, ты считаешь, что тебя родственники из любой задницы, в которую ты сдуру залезешь, вытащат. Только я уже не студент из дальнего поселка, за которым никого нет. Я известный журналист и писатель, которого знает куча людей с огромными связями, причем не только у нас, но и за границей. Даже, если на меня тут наехать при помощи административного ресурса, то в той же Москве найдутся люди, которые за меня заступятся. Неужели ты всерьез решил, что здесь с ними бодаться начнут? Ладно, Слава, оставляем тебя, но ты подумай, стоит ли в амбицию впадать.

– Ладно, Витя, пошли.

– Куда хоть мы идем? – спросил меня парень, когда мы уже по проспекту Карла Маркса шли.

– Как куда? Сейчас поужинаем в «Золотинке» или в «Огоньке», да я тебя на ночлег определю. Там в подвале у меня мастерская есть, вот в ней на топчане сегодня поспишь. Он прочный, я его сам сколотил, он трех таких, как ты выдержит. А завтра вечером переедем в мою новую квартиру. Выделю тебе целую комнату. Там, правда, кровати нет, но придумаем что-нибудь. Зато просторно.

– Да я и на полу могу, – пробасил довольный разрешением квартирного вопроса Виктор, – Матрас кинешь и хорошо.

Не надо таких жертв, – улыбнулся я, – Устрою с комфортом.

После ужина вернулись в общежитие, ключи от подвала у меня есть. Я их Виктору отдал, попросил только не отзываться, если комендантша будет ломиться. Вряд ли, конечно, но мало ли. А сам пошел в гараж.

* * *

Рано утром подал свой лимузин к новой квартире. У хозяина с утра самолет на Новосибирск, он просил, чтобы я его с вещами подбросил до аэропорта. Помог ему пройти регистрацию и поехал обратно. Сначала в институт, после занятий заехал в техникум за Витькой. Думал у него чемодан с собой, а там только сумка небольшая через плечо. Налегке парень приехал. И, главное, уже рядом с входом выхаживает.

– Давно ждешь? – спрашиваю.

– Да с полчаса где-то.

– Ну, извини, как смог, так и подъехал. Залезай, давай.

А машинка-то не для моего двоюродного шурина. Тесновато для него. Интересно, как в фильме Капелька в Фиат-500 помещался? Там ведь еще меньше пространства? Пришлось пассажирское сидение до упора назад смещать.

Квартира парня восхитила:

– Ну, нифига себе дворец!

– Самому нравится. Ты как насчет поработать заради любимой кузины?

– Я готов, – Витек даже рукава засучил, словно Федя из киноновеллы «Напарник» из комедии «Операция Ы», – Но учти, прокормить меня не просто, а без кормежки из меня работник плохой.

Кадр из фильма

Ой, нашел чем пугать.

– Не боись, прокормлю, – обнадежил я амбала.

В гараже меня уже Игорь с Серегой ждали. Не особо торопясь всей толпой минут за сорок всю мебель перетаскали, благо до дома всего метров около ста и лестницы широкие, удобные для переноски негабаритов. Собственно, без Витьки мы бы возились дольше. Я обомлел, когда он умудрился тяжеленный письменный стол себе на спину положить и без посторонней помощи его до третьего этажа допереть. Да так быстро, что мне пришлось бежать впереди и открывать по пути двери. Ну, до чего же здоров, чертяка.

Я последние две недели, что в гараже жил, по вечерам занимался реставрацией мебели. Машину я во двор выгнал, поэтому места хватало. Аккуратно зачистил поверхность, где нужно отремонтировал, потом в несколько слоев отлакировал. Все как положено – сначала первый слой, потом полировка и еще два слоя. Но работал максимально аккуратно, чтобы вещи не казались новоделом. Лак сам делал на основе воска.

День на расстеленных на полу матрасах поспали, а на следующий я два дивана с мебельной базы привез. Достал по блату через Моисеевича. У этого хитрого еврея везде связи. Переплатил – нынче без этого никак, но зато будет на чем спать и мне и Витьке.

Хозяина я двенадцатого отвез на самолет, а уже через день пришел черед Ксаныча. Витька его не знает особо, так что он дома остался, провожали мы бывшего коменданта втроем с Игорем и Сергеем. Часть вещей Константиныч мне на хранение передал, чтобы не везти с собой.

– Ну, до встречи, парни, – расчувствовался боцман перед выходом на посадку, – Как наша посудина пойдет в Магадан, я сообщу.

Он неловко облапил всех по очереди и влился в толпу улетающих пассажиров.

Ну, а четырнадцатого в теперь практически мою квартиру явилась высокая инспекция в лице будущей тещи и тестя. Хоть бы сообщили заранее, так нет же – врасплох нагрянули.

– Ну, зятек, показывай свой терем, – вместо приветствия заявил мне Петр Степанович.

Тут Витька из кухни показывается, а за ним Алиса.

– О, а ты чего здесь? – удивился тесть присутствию племянника.

– Живет он здесь, что ж я своего родственника переночевать не пущу или борща тарелку не налью? – опередил я шурина.

Кстати, борща как раз не я наливаю. Оказывается, парень великолепно готовит, так что он не только меня, но и сестру из кухни ненавязчиво вытеснил. Поехали с ним на базар подкупить мелочей для хозяйства, так попался кавказец, продававший казанчик чугунный литров на пять. Витек так сразу загорелся.

– Покупай, – говорит, – Вещь хорошая.

Я и взял, а приехали, так парень такой плов сбацал, пальчики оближешь. Настоящий мастер, я такой плов мало у кого пробовал. Ну, а я Витьке английский перевод сделал и пару чертежей для курсовой. Заочники обычно такие вещи заказывают на курсе, редко кто сам делает.

Кажется я тем, что ее племянника приютил, у будущей тещи сразу кучу очков заработал. По-крайней мере, когда на следующий день утром родители Алисы уезжали, глядела она на меня весьма тепло, даже всплакнула, обнимая на прощанье.

В среду Алиса сдала, наконец, курсовую и до наступления практики у нас появилось свободное время. Мы как раз собирались это событие отмечать, когда теща с тестем появились. Витька уезжает на следующей неделе в пятницу – как раз сессия закончится. А мы летим на материк. Билеты я уже взял на четверг на пять вчера. Утром в четверг проводили родителей Алисы, они на день отгул взяли, а в обед уже для себя такси вызвали до Сокола. Все же, как удобно быть членом Союза Писателей, простому гражданину в конце весны улететь из Магадана никак невозможно. Места нужно бронировать месяца за два, иначе в кассу бесполезно обращаться. Это я в том году на транспортнике летал, поэтому эти проблемы меня не касались, а сейчас я с девушкой, ей комфорт нужно обеспечить.

Билеты у нас первого класса. На самом деле в самолете оба салона совершенно одинаковые. Единственное отличие – первые три ряда сразу после кабины установлены с большим расстоянием между ними. Вот они и считаются первым классом. Сидеть здесь намного удобнее – есть куда вытянуть ноги, да и стюардесса появляется, стоит только кнопку вызова нажать.

Ключи от квартиры Витька, когда соберется уезжать, оставит соседке. Она будет заходить, проверять все ли в порядке, и цветы поливать. Штук пять горшков осталось от старого хозяина, а еще парочку Алиса откуда-то притащила. Заявила, что с растениями уютнее.

Соседка к моей просьбе отнеслась благосклонно, сказала, что и раньше за квартирой присматривала. В общем, как минимум на пару недель мы переселяемся в Москву, а там. А там видно будет.

* * *

[1] знаменитая реприза Аркадия Райкина про обмен коммунальной квартиры, снятая в 1970-м году, https://yandex.ru/video/preview/43576875789741433. Третья новелла в кинокомедии «Волшебная сила», снятой в 1970-м году на киностудии «Ленфильм». Новелла называется «Волшебная сила искусства»

[2] известно, что в татарском языке нет слова «назад», а только «алга», что значит вперед. Поэтому татарские воины никогда не отступали. В крайнем случае, они просто разворачивались и алга