Текст книги "Крамаджен (СИ)"

Автор книги: White Pawn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 26 страниц)

– Ну что же ты, Мис? – негромко спросил удовлетворенный Фест, широко расставив ноги и упершись на магическую трость. – Все еще опасаешься одинокого Еретика, который живет на вашей земле, в вашем «большом зеленом доме»?

Фест хорошо знал все семнадцать наречий лу-ла-кис. Поначалу ему казалось, что выучить эту тарабарщину невозможно, но позже выяснилось, что это не так уж и сложно, особенно если учесть, что у тебя в распоряжении бессмертие и за перспективой способности общаться с местными обитателями может стоять и выгода. Фест оказался прав в своем предположении, и доказательство этого сейчас стояло перед ним.

– Все так же глумишься над бесполезными и глупыми дикарями, маг? – голос лу-ла-кис был глухим и хриплым.

– Вы не такие уж и бесполезные. Да и глупыми я бы вас не назвал, – медленно проговорил Фест. – Знаешь, иногда мне кажется, что этот лес – единственное безопасное место на всем Энкарамине. Лес Муун, целый маленький мир. Здесь можно сносно жить, здесь полно воды и пищи, достаточно места, чтобы воевать друг с другом. Именно поэтому вы не покидаете его пределов за все время своего существования…

– Это скоро изменится, – перебил Мис.

– Что именно?

– Здесь становится все опасней и опасней. Ты ведь слышал о деревне-форте людей на востоке Киру-Кинад? За рекой Ур-Их, а? И что теперь здесь появляются их маги?

– Да, – кивнул Фест, – вот видишь, не такие уж вы и глупые. Все понимаете, даже лучше меня.

– Зачем ты звал? – спросил лу-ла-кис, продолжая громко жевать гриб.

Фест внимательно посмотрел на Миса.

Они познакомились совсем недавно, два десятка лет назад. Их встреча была случайной, и только тогда Фест не пожалел о том, что выучил их язык. Мис представлял небольшое родовое племя, не имеющего права голоса на их собраниях. Однако Фест не нуждался в этом. Все лу-ла-кис, которые знали о Еретике, проживающем в самом сердце их родного леса, делились на тех, кто боялся этого мага, и тех, кто почитал его, как олицетворение какого-то неведомого Фесту божества демонической сущности. Конечно же, лу-ла-кис навряд ли что знали о событиях, которые разыгрались в империи Алтес пять веков назад. Тогда отгремела крупнейшая революция и возникли и этрэйби, и сами Еретики. После уничтожения культа Спящего Светила и своего бегства Фесту пришлось наглядно демонстрировать местным обитателям, что с ним лучше не ссорится. Несколько десятков лет он уничтожал тех, кто пытался напасть на его убежище до тех пор, пока его не оставили в покое. Не смотря на разнящееся отношение к персоне Феста, лу-ла-кис передавали друг другу из поколение в поколение, что на севере их Киру-Кинада живет бессмертный маг, обладающий великой мощью. Это Фест узнал именно от Миса, знакомство с которым могло оказаться весьма полезным в будущем. Мис принадлежал к числу тех лу-ла-кис, которые боялись и избегали Феста, но на деле же страх этого вождя оказался не таким уж и сильным. Он охотно пошел на контакт с Еретиком, и как он уверял Феста, об их знакомстве никто не знает.

– Мне потребуется помощь, Мис. Твоя и твоих соплеменников.

Лу-ла-кис шумно проглотил кусок гриба, так толком и не прожевав и уставился на Феста:

– Ты просишь меня о помощи?

– Да. И что? – кисло усмехнулся Еретик.

– Ты же всемогущ…

– Глупости. Вы свободно живете в этом лесу на протяжении многих веков. Я же попросту скрываюсь в нем.

– Ты сбежал сюда из далеких земель на востоке.

– Да. Мне пришлось поступить так именно потому, что я не всемогущ и не всесилен.

– Что тебе нужно?

– Я хочу узнать, что происходит там, откуда я пришел сюда. Не здесь, не в Киру-Кинаде, а дальше, за хребтом Изморози… Ты ведь знаешь, что располагается там?

– Холодная пустыня.

– Люди называют ее Лагонн. Эти северные регионы не заселены, но…

Фест замолчал, обдумывая, как бы ему подать свою мысль этому лу-ла-кис как можно заманчивее. Мис терпеливо ждал.

– Мне стало известно, что скоро будет беда, Мис. Очень большая. По сравнению с ней люди-маги и их деревянная крепость на востоке всем нам покажутся детской игрой.

– Что за беда, маг?

– Придет могущественный маг, не такой сильный, как я, но он будет куда опасней. Он – точнее, она – приведет с собой существ, которые способны менять облик и стремительно уничтожать все живое. Я знаю, что она начнет с северных земель, – солгал Фест.

Мис молчал некоторое время.

– Эта женщина-маг – твоя знакомая?

«Видишь? Не такой уж ты и дурак».

– Верно, – холодно улыбнулся Фест. – По глупости она выболтала мне о своих планах, и теперь я… опасаюсь, что у нее все получится.

– То есть, разрушительница и ее чудовища могут и не прийти?

– Да. Есть и такая вероятность, что все обойдется. Но мне нужно знать точно… Хотя нет – нам нужно знать точно, что сейчас происходит в Лагонне. Думаю, не стоит пояснять, что я хочу не просто потешить свое любопытство. И я, как видишь, полностью доверяю вам в столь опасном и важном деле.

– Подожди, маг… Что от нас требуется?

– Собери отряд, всех, сколько можешь. Отправь их на восток, сделай так, чтобы они незаметно проникли в Лагонн, прошли вглубь тайги и понаблюдали за тем, что там происходит. Это займет какое-то время, месяц, или два. Поход будет непростым. У меня же есть кое-какие вещи, без которых я вполне могу обойтись, но которые вполне поспособствуют возвышению твоей семьи, Мис.

– О чем ты говоришь?

– Ну, магические перстни, например, – Фест с улыбкой указал взглядом на свои руки. На его пальцах, устроившихся на сиреневом камне трости, поблескивали несколько колец. Мис уставился на них, и в его взгляде угадывался и страх, и алчность одновременно.

– Любой шаман лу-ла-кис сможет подтвердить наличие магической силы в них, и научиться обращаться с ними сможет каждый. Только скажи, какие тебе нужны – защитные, целебные…

– Я могу получить их сейчас? – простодушно спросил Мис.

– Только после возвращения разведчиков, Мис, – холодно ответил Фест. – Не вздумай обмануть меня. Пусть все твои воины прихватят с собой на обратном пути по камню из Лагонна. Ближе к самому сердцу тайги, там на поверхности полно таких мелких серых с зелеными прожилками камешков. По ним я пойму, что вы там были. Ну как, договорились?

Мис молчал, обдумывая предложенное, и Фест не торопил его с принятием решения.

– Договорились.

– Тогда мы встретимся здесь, под этой скалой в это же время через три месяца. Запомнил, вождь? Через три месяца. Ты принесешь мне камни как доказательства и расскажешь мне, что видели твои разведчики. За это ты получишь свою награду. Ступай.

Фест, глядя, как Мис исчезает в зарослях папоротника, думал о том, что скажет ему этот вождь через определенный срок. Он видел жадный блеск в его глазах, когда он смотрел на перстни, и был уверен в том, что этот лу-ла-кис выполнит условия сделки. Он действительно отправит небольшой отряд в Лагонн, но вот вернется ли он…

«Об этом можно будет судить и обо всей обстановке в целом. Если экспедиция лу-ла-кис бесследно исчезнет в Лагонне, значит, Дей там и силы этрэйби растут».

Фест беспокойно переступил с ноги на ногу, подумав и о том, что, возможно, он ошибается, и Дей, принимая решения, теперь учитывает и то, что Еретик из потенциального союзника теперь может запросто превратиться в потенциального врага.

«Что, если я ошибаюсь? Если она начнет действовать не на севере Энкарамина?»…

Еретику не нравилось это время, когда его ум как никогда был полон тревог, и собственная беспомощность. Ему предстоит провести три месяца в этом неведении, и даже если экспедиция лу-ла-кис вернется домой с вестями о том, что в Лагонне нет ничего, кроме камней и скал, он все равно не может быть уверенным в провале Дей на все сто процентов.

«Ничего. У меня есть чем заняться. Чтобы постигнуть божественный дар прорицания потребуется много, много времени… Возможно, наилучшим вариантом разрешения этого вопроса все же будет подыскать способ самому отправиться на Вестар, чтобы самому увидеть все своими глазами», мрачно подумал Еретик.

* * *

Отряд вольнонаемников двигался по удаленному от больших городов тракту на северо-восток, все ближе и ближе приближаясь к северной границе империи. Выехавшие из Сингина день назад всадники не торопились. Время выполнения заключенного контракта было неограниченно, и то, что им предстояло сделать, было опасной задачей, требующей предельной собранности и полной выкладки. В то же самое время мешкать было не к чему. Многие из вольнонаемников понимали, что чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат и получат хорошее вознаграждение.

«Тысячесвет и аурспик всего лишь безобидные цветы, если не считать шипы первого и мерзкий запах последнего. Красный Тысячесвет, Синий Аурспик, Безумные Рамиты, Черные Эрфы… Однако, ну и названия же у гильдий», думал Млес, меланхолично глядя вперед из-под края капюшона, движущийся верхом на флане в самом центре отряда всадников.

Он присматривался к другим участникам этой маленькой экспедиции, как и другие члены гильдии Красного Тысячесвета. Это были «чужие» люди – вольнонаемники из гильдии Синего Аурспика, люди в разномастной одежде и с оружием, облаченные в черные плащи с синей оторочкой и с красивыми значками на груди в виде больших синих цветов. Их было десять – шесть мужчин и четыре женщины – и они так же время от времени поглядывали на своих попутчиков, которые по достижению точки назначения должны были стать их партнерами по выполнению заказа. Возможно, и по этой причине их поездка грозила затянуться на неопределенное время, пока попутчики будут присматриваться и оценивать навязанных контрактом соратников. Их ждал нелегкое испытание на прочность, и без взаимного доверия обойтись было никак нельзя.

Человек, которого так ждал Римор, прибыл в Сингин спустя два дня как в этот город приехал Млес. За это время в городе объявился еще один волонтер из Красного Тысячесвета, знакомый Млесу и его друзьям – худой и жилистый Ивант, который охотно присоединился к их группе, узнав, что ожидается нечто необычное. Чуть позже подоспели и еще четверо вольнонаемников, которых Млес видел впервые.

Прошло два дня, и Римор заявился на постоялый двор поздно вечером, рассказав остальным, что агент, наконец, прибыл. Этого человека, представителя заказчика, ждали и другие вольнонаемники, но агент заявил сразу, что ему потребуется не больше двадцати человек. Условия контракта предусматривали и оплату труда, которую придется распределить между волонтерами, поэтому этот пункт не обсуждался. Узнав, что Римор представляет членов гильдии Красного Тысячесвета, агент принял его заявку, зачислив десять вольнонаемников в список. Едва это произошло, как рядом с их столом объявились несколько человек из Синего Аурспика, которые так же были зачислены в формирующийся отряд. После подписания протокола о формировании отряда Римор сразу же помчался в гостиницу.

На следующий вечер двадцать волонтеров и агент встретились в оговоренном месте, где представитель клиента рассказал им о поставленной цели. Млес и остальные слушали внимательно, и после того, как агент умолк, крепко призадумался.

Заказчик выяснил дислокацию одной из церквей сектантов, известных как Сцеживающие. Никто не знал, откуда они возникли, кто был организатором и кто руководил на данный момент структурой, состоящей из полоумных фанатиков. Этот кровавый культ заявил о своем существовании относительно недавно, но после Четвертой войны он начал расцветать по-настоящему. Сцеживающие свободно действовали внутри империи и далеко за ее пределами, обладая развитой сетью своих людей во всех городах. Вычислять и уничтожать их сподвижников и их церкви, рассеянные по огромным территориям было достаточно трудно. Сектанты получили свое прозвище и вполне оправдывали его благодаря одному ритуалу, по которому они сливали всю кровь из своих пленных, которых захватывали во время налетов. Иногда они уводили пленников в Кварцевую пустошь, где их следы терялись. Так же было известно, что Сцеживающие сами едят мертвецов – как и своих жертв, так и своих погибших товарищей, поклоняясь какому-то выдуманному божку крови и плоти. За Сцеживающими уже на протяжении пятидесяти лет охотилась и Конгрегация, так как эта секта являла собой ересь в чистом виде, и вольнонаемники разных мастей, так как отправлять на поиски убежищ сектантов регулярную армию – хлопотное и дорогое дело в наши дни. Пока что эта охота шла без особых успехов. Часто Капелла и волонтеры находили церкви Сцеживающих, или нападали на выслеженные отряды сектантов, убивая их всех. Но секта продолжала существовать до сих пор, и даже продолжая понемногу развиваться и наращивать свои силы, не смотря на частые поражения подобного рода.

Млес был наслышан о деяниях Сцеживающих, и несколько лет назад он участвовал в нападении на небольшой отряд этих сектантов, двигающихся вдоль границ империи Алтес. Но напрямую атаковать их логово – для него это было впервые, и кто знает, что его ждало там, где эта церковь была обнаружена – в Лагонне, возле хребта Изморози.

«Лагонн. Это далековато. И холодно. Там всегда холодно».

Агент заявил, что в подтверждение выполненного задания ему потребуются доказательства. Ими могли служить предметы обихода сектантов, как-либо связанные с их еретическим вероисповеданием. Только когда каждый из волонтеров, участвовавших в этом походе, после возвращения покажет ему такие вещи, он предоставит вознаграждение.

– Кто согласен – прошу свои имена и подпись, – деловито сказал агент, садясь за стол и пододвигая к себе бумаги. Волонтеры обеих гильдий молчали, и представитель заказчика не торопил их.

В конце концов, все двадцать вольнонаемников назвали свои имена и принадлежность к гильдии, по очереди подходя к столу и ставя роспись в документе. После чего Римор и представитель Синего Аурспика, как лидеры обеих групп, подписали три копии контракта, взяв себе по экземпляру, а третий забрал агент.

Сделка, которая могла стоить Млесу жизни, была заключена.

Они двигались по равнинам с голой каменистой землей, на которой еще даже не начала проклевываться зелень. На этих открытых пустошах свободно гулял слабый ветерок, однако его прикосновения были обжигающе холодным. Небо было грязно-бежевого оттенка, и порой было трудно определить и положение тусклого светила-Каны на этом блеклом небосводе. Млес нечасто бывал в этих краях, но он знал, что дальше в плане погоды ничего не изменится в лучшую сторону. Северные края Энкарамин, такие, как Меркан, тайга Лагонн и полуостров Нарге были местами малозаселенными именно из-за своего климата. Здесь почти ничего не росло и люди, проживающие на этих землях, в основном селились на восточном побережье, в древнем царстве Меркан, где были хотя бы какие-то леса, в которых водились звери и птицы, а холодное море Аксеана всегда было щедрым на хороший улов в любое время года.

Млес размышлял об истории того края, в сторону которого они сейчас двигались. Меркан был самым первым поселением людей, прибывших на Энкарамин в те времена, когда Дэтейгу был еще цел. Самая первая экспедиция Пятнадцати Соединенных царств, направленная через океан Сияния, прибыла сюда более двух тысяч лет назад. Млес не мог представить себе такой пласт времени. Более двух тысяч лет назад – ведь тогда на Дэтейгу еще никто не знал о том, что очень скоро объявится Кревим, могущество которого обратит его в бессмертного бога и тирана, и которого после смерти нарекут чудовищем, навеки обреченным мучиться в сердцевине Огневика.

Поселенцы сумели выжить даже в то время, когда всякая связь с Дэтейгу прекратилась, и когда их оттеснили на север иругами, в ту пору считающимися правителями востока Энкарамина. Царство Меркан было небольшим, но на протяжении шести веков поселенцы жили, борясь со свирепствующими холодами зимой и отражая нападения небольших армий иругами, становившихся активными лишь коротким и холодным летом, свойственному этим широтам. Потом на мерканцев напали их же соотечественники – те, кто сбежал с погибающей родины. Меркан пал и стал частью быстро растущей империи Алтес. Ныне некогда небольшое царство, отважно противостоящее всему миру, превратилось лишь в удаленную провинцию, населенную рыбаками и охотниками.

Однако целью отряда вольнонаемников был не Меркан. Они двигались пока что на северо-восток, в сторону древнего царства, чтобы позже перейти границу и двигаться вглубь Лагонна держась ближе к линии побережья, не углубляясь в таежные и мертвые земли этого неприветливого края.

Холодный ветерок был неприятным, и волонтеры кутались в свои плащи, понимая, что это было лишь начало.

«В этих местах разница между зимой и летом не очень большая», подумал Млес и тут же поправил себя, «нет, ну как же… Снега здесь зимой, должно быть, навалом».

Впереди, у самой линии горизонта виднелись высокие холмы. Дорога петляла между небольшими скалистыми образованиями и старыми деревьями, кое-где торчащими в этой каменистой пустоши. Волонтеры, принадлежащие одной гильдии, охотно общались друг с другом, при этом пока что почти не контактировали со своими напарниками из чужой организации. Свободно общались только Римор и предводитель Синего Аурспика, и то исключительно по делу.

Вольнонаемник из Синего Аурспика, двигавшийся впереди, негромко свистнул и указал вперед. Кое-кто схватился за оружие, вглядываясь в указанном направлении, и Млес расслабился, разглядев далеко впереди очертания низкорослых существ, суетящихся вокруг каких-то кибиток, которые стояли под большим старым деревом.

– Торговцы, – сказал Римор, отпуская рукоять рапиры.

– Вису, – хмыкнул Ивант. – Кажется, на привале.

– Хорошая мысль, кстати, – Римор повернулся к лидеру Синего Аурспика:

– Как насчет привала, дружище? Полчаса, вон под тем же деревом?

– Идет, – кивнул массивный бородатый вольнонаемник, назвавшийся Шигле.

Млес перевел взгляд с фигурок под деревом на остальных волонтеров и уставился на Рихгема, едущего на своем флане справа. Он читал книгу, улыбаясь себе под нос. Заметив взгляд Млеса, Рихгем спросил:

– Млес, тебе ведь доводилось готовить ирчи?

– Конечно. К чему вопрос?

– Ну как же, – встрял Римор. – Эрчи – символ Сцеживающих…

– Нет-нет, я на полном серьезе спрашиваю. Эти жужжалки водятся в Лагонне.

Млес доводилось видеть этих созданий не только в виде основного ингредиента к какому-либо блюду. Ирчи – кровососущие насекомые больших размеров, некоторые особи достигали и метра в длину. Жало ирчи несло яд, способный почти мгновенно парализовать даже флана. Ирчи откачивали из жертвы кровь, откладывая в мертвое тело свои личинки. Эти отвратительные насекомые были опасны и поодиночке, но иногда они сбивались в относительно небольшие рои, которые опустошали все на своем пути. Очень много ирчи собиралось, как правило, на местах только что отгремевших сражений – пищи для них там было вдоволь. Изображение этого насекомого действительно было на гербе Сцеживающих.

«Проклятье, я ведь совсем забыл о них», подумал холодеющий Млес, вспоминая громкий и красивый шелест крыльев этих тварей. Ирчи в его понимании были настолько же страшны и отвратительны, как и Сцеживающие.

– Да? – неуверенно спросил он. – И много их там весной?..

– Наше счастье, что нет, – ответил Рихгем.

– Да уж, – Ивант мрачно осклабился. – Зато в Грифте и в лесу Муун этих ублюдков не счесть в любое время года…

– Нам и не потребуется много, – заверил Рихгем. – Будет достаточно и одной тушки жужжалки.

– Ну и мерзость, – заметил Ивант. – Не думал, что их можно есть.

– Что ты там читаешь? – спросил Млес у Рихгема, и тот, улыбаясь, показал ему обложку книги.

– Превеликие боги, – только и сказал Млес, прочитав название «Вкусная и здоровая пища».

– Нет, ты только послушай, – Рихгем вновь посмотрел в книгу. – Здесь есть рецепт приготовления ирчи, запекаемого в сталебумаге на горячих углях, с горошком, луком, приправами алгиа, тейси, и с вином!..

«Алгиа и тейси… Губа не дура».

– Запекать не пробовал, – признался Млес.

– Судя по приправам во время еды при себе лучше иметь хороший запас воды, – сказал Римор.

– А они вкусные? – оживилась Шиан.

– О да! – заверил ее довольный Рихгем. – Уверяю, ты многое потеряла, если не пробовала ирчи. Что ты готовил из них, Млес?

– Мясной салат, холодные закуски. Суп из них тоже неплох…

– Это все ерунда! Доберемся до одного ирчи и попробуем его по этому рецепту.

– Мм, у меня уже слюнки текут, – сказала заинтригованная Шиан.

– Да вы все с ума сошли, – Ивант аж передернулся от омерзения. – Рихгем, что ты там читаешь, Кревим побери, выбрось в огонь эту книжонку…

– Как бы они сами нас не попробовали, – проворчала Энга.

– Посмотрим, – сказал Млес. – Но у нас все равно нет нужных приправ…

– А вот пусть он у вису их и купит, – сказал Римор, но Рихгем был невозмутим:

– Готов поспорить, что у маленьких торгашей найдется все. Даже редкие огненные приправы.

– На сколько спорим?

– А на триста аллов!

«Приятно, когда тебя ценят не как тупого рубаку», подумал Млес. Его талант отлично готовить даже при минимальном выборе и количестве продуктов был признан уже давно в этой группе волонтеров. Никто из них и ранее не сомневался в том, что хорошо приготовленная еда многое значит в походе. Своим мастерством Млес лишь подтверждал это правило.

– Бедные вису, – сказал Ивант. – Наверное, они будут поражены, если вы двое будете искать у них подобные ингредиенты.

Отряд приблизился к дереву. Вису, расположившиеся здесь, уже не собирались в дорогу, так как появление людей переполошило их. Вису было почти столько же, сколько и людей – чуть более двадцати, обслуживающих шесть небольших тележек, на которых размещался товар. Млес глядел на их низких толстых существ темно-бежевого оттенка, похожих на личинок, перемещающихся на двух десятках коротеньких ножек, с помощью которых вису передвигались довольно проворно и быстро. Они были одинакового роста – не выше метра – почти одинакового окраса – старшие особи были серовато-бежевого цвета – и обычным людям было бы трудно отличать их одного от другого. На всех вису, на верхней части их туловищ, которые с большой натяжкой ассоциироваться с шеей висели бирюзовые камни в сложной и причудливой оправе, а так же опоясывающие ремни с обилием кармашков. Некоторые из вису держали в коротеньких щупальцах, заменяющих им руки, причудливого вида глефы и серпы на длинных древках. Их черные глаза-бусины, покоящиеся на тридцатисантиметровых «стебельках», растущих из той части, которую можно было бы назвать головой, смотрели на приближающихся людей без какого-либо осмысленного выражения. Было видно, что появление отряда волонтеров так же насторожило их, как и вид вису у дерева встревожил самих вольнонаемников.

– Не бойтесь, ребята, мы не грабители, – услышал Млес голос одного из вольнонаемников из Синего Аурспика, но вису не торопились расставаться со своим оружием. Похоже, эта община была наслышана о коварстве людей не понаслышке.

Римор и Рихгем спешились, направившись в сторону одной из миниатюрных тележек. Млес спрыгнул на землю, разглядывая содержимое одной из лавки на колесах.

– Това-ар, кому това-а-ар? – подал голос ближайший вису. Использовать речь для общения с людьми вису не могли, и смешной, протяжный, словно бы полный ехидства голос звучал из магических камней, выполняющих роль переводчика. Широкая безгубая щель рта вису оставалась неподвижной, чуть приоткрытой, когда он говорил, и лишь камень в оправе начинал тускло мерцать, когда магический переводчик воспроизводил мысленную речь его обладателя.

– Что за товар? – спросил Млес, подходя ближе.

– Хороший товар, – заверил вису, опуская свой серп.

У Млеса зарябило в глазах при виде всякой всячины, закрепленной на своеобразных стендах и полках. Вису любили торговать с другими народами, однако их понятие об этом процессе было несколько странным в понимании людей. Повстречав этих торговцев на улицах больших городов или в пустошах и в дороге никогда нельзя было быть уверенным в том, что найдешь у них что-нибудь полезное. Чаще всего они продавали самые ерундовые вещи, побрякушки и сувениры, слабые магические эликсиры, медикаменты, пищу и напитки. Однако изредка на их прилавках можно было найти действительно интересные товары: причудливое оружие из их таинственного подземного царства, драгоценности и даже слабенькие магические артефакты, которые создавали маги этой причудливой расы. За караванами вису зачастую гонялись специальные агенты всяких богатых лоботрясов из империи, спешащие выкупить очередную диковинку. Но чаще на вису охотились банальные грабители, и поэтому разумные слизни почти всегда встречали своих потенциальных покупателей на открытой местности с оружием в своих щупальцах. Не смотря на их нелепый вид и некоторую наивность в мышлении, драться вису умели. Они доказали это во время войны Раздора, бок о бок с энисами отбивая место раскопок Шестой энигмы у людей.

Млес не так уж и часто имел дело с этими созданиями. Он знал, что с ними нужно общаться односложно, чтобы их переводчики справлялись со своей задачей, не дурить им голову и не насмехаться над ними – в этом случае вису отвечали едва ли не братским пониманием. Они ему нравились своим смешным искусственным голосом и манерой изъясняться, добродушным характером и спокойным нравом. Каждый знает, что вису почти не умеют хитрить, и многие этим пользуются, однако ссориться с ними не стоило. Вису не будут обманывать ни при каких обстоятельствах, и Млес думал, что если ему придется умирать от жажды и он встанет перед выбором: купить воду у вису или у первых встречных людей – он, не задумываясь, сделает выбор в пользу первых. Вису никогда не станут травить или бить ножом в спину человека, чтобы завладеть его кошельком.

– Това-а-р, – снова пропел переводчик торговца, и он втянул в голову стебельки с глазами, смотрящими на человека.

– Что у тебя есть?

– Есть еда-а, вода-а, лекарства, украшения, оружие.

– Покажи украшения и оружие, друг.

Покупать что-либо Млес навряд ли будет, но ему стало интересно. Пока вису, отвернувшись к своей передвижной лавке, звякал сталью, Млес повернул голову в сторону остальных вольнонаемников. Большинство уже спешилось, начиная устраиваться на привал. Римор и Рихгем стояли неподалеку у одной из кибиток, окруженные несколькими мелкорослыми торговцами и, судя по всему, они были полностью заняты поисками приправ к будущему блюду. Млес, усмехнувшись, вновь повернулся к торговцу.

Вису разложил на широком красном полотнище несколько причудливых кинжалов. Некоторые из них смотрелись весьма и весьма прилично, чтобы, по мнению Млеса, занять место в коллекции. Рядом с оружием устроились несколько ожерелий и перстней.

– Сколько стоит вот этот? – Млес указал на один из кинжалов.

– Один-семь-тысяча-а, – отозвался вису.

– А вот этот?

– Два-один-тысяча-а-а, – тянул вису, словно бы сам завороженный представленной суммой. Млес не спорил. Цена была подходящей, и если вису просит за кинжал двадцать одну тысячу имперских аллов, значит он действительно стоит этих денег.

– Ну хорошо, а ожерелья?.. Откуда эти камни?

– Из гор Зорда-ас.

– Ух ты… Сколько же стоит вот это?

– Семь-тысяча-а.

– А это?

– Три-тысяча-а…

«Собственно, а зачем они мне?» подумал Млес. Подобного рода украшения подходили для молоденьких девушек. Однако сейчас ему показалось, что ему стоит купить что-то такое… Он не мог понять, для чего и зачем. Осознание этого ничем необоснованного порыва что-нибудь купить у этих торговцев заставило его остановиться.

Млес тяжело вздохнул, выпрямляясь. Вису терпеливо смотрел на него черными бусинками глаз. Неожиданно для Млеса он спросил:

– Что, дорого-о?

Млес засмеялся:

– Нет, цена хорошая. Просто не знаю, зачем мне эти украшения.

– Подари женщине-е, – не задумываясь, сказал вису.

– У меня ее нет.

– В ва-ашей общине есть женщины-ы.

– Это не то. Я не могу дарить такие вещи первым встречным женщинам.

– Почему-у?

Кажется, вису всерьез озадачился.

– Так не принято. Ну ладно, сколько, ты говоришь, вот это, маленькое? Семь тысяч?

– Семь-тысяча-а.

– Беру.

«Это напоминание о Кимм?» неожиданно Млес подумал об этом в тот момент, когда доставал бумажник. Да, наверное, так оно и было. Кимм любила неброские украшения подобного рода. Млес вспомнил и о том, как он переборол себя захватить что-нибудь из ее вещей в дорогу, и теперь испытывал стыдливое чувство, как если бы предавал себя, нарушал обещание данное самому себе.

Он отсчитал семь билетов достоинством в тысячу аллов каждая, и вису передал ему ожерелье. Оно было совсем небольшим, состоящим из нанизанных на прочную стальную нить угольно-черных и пронзительно-зеленых камней, и именно этой своей неприхотливости и таилось некое очарование.

Млес все равно не мог объяснить причину такого странного покупка.

«Можно подумать, будто я один так поступаю. Что плохого в том, чтобы сделать совершенно бессмысленный поступок?»

Он поспешно спрятал ожерелье во внутренний карман куртки, внезапно охваченный стыдливым чувством, что его покупку увидит кто-нибудь из отряда. Он не захотел брать вещи Кимм в дорогу, боясь, что они будут причинять ему боль одним своим видом. Теперь же он смог обмануть сам себя, угодив в ту же ловушку. Мысль о том, что теперь у него у самого сердца лежат полудрагоценные камни из далеких холодных гор, лежащих на западе, где очень и очень редко можно встретить представителей человеческой расы, произвела на него странное впечатление.

Некоторые из вольнонаемников тоже подходили к лавкам вису, но почти никто ничего не покупал. Люди, поглазев на товары, отходили в сторону и вису, убедившись, что других покупателей они здесь не найдут, вновь начали готовиться к дороге. Они впрягались в свои двухколесные повозки и отправлялись по едва видимой дороге в ту сторону, откуда прибыли вольнонаемники.

Млес, отстегивающий от седла Туса сумку с едой и одеяло, слушал голоса вольнонаемников:

– На кой ляд им наши деньги?

– Я слышал, их царство уже почти тысячу лет переживает кризис. Ты что думаешь, они от хорошей жизни на поверхность выползли?

– И что? Имперские аллы им помогают?.. – волонтер из Синего Аурспика хохотнул.

– На наши же деньги они позже покупают у империи материалы для своего царства, – подал голос Рихгем, устраивающийся на своем свернутом одеяле. – Вису уже давно истощили свои подземелья, а расширять свои владения им только в убыток. От торговли с обитателями на поверхности зависит их будущее.

– Так пусть создадут колонию…

– Десим, ты что, нетрезвый, что ли? – насмешливо спросила женщина из Синего Аурспика. – И кто же их к себе пустит, несчастных?

– Хотя бы те же энисы и пустили бы. А что? Пусть вон роют Уардеш…