Текст книги "Крамаджен (СИ)"

Автор книги: White Pawn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)

– Что?

– Не слышал старую легенду, Судья? – спросил воин, поднимая глаза на Лайнема и вынимая из ножен меч. – Придет час расцвета Крамаджен, и по Энкарамину будет разгуливать воплощение Кревима, пьющее души.

– Слышал, конечно. Глупая сказка, как и Крамаджен.

– Он будет неуязвим для оружия, – добавил воин, щурясь за плечо Лайнема на свет фонарей.

Лайнем молчал. Ему было нечего сказать на это. И вовсе не потому, что он не очень верил приметам и этим древним сказаниям. Но слова этого воина показались ему зловещими после того, что случилось. Лайнем подумал о том, что сейчас на дороге вместо мертвого княжича лежат его мертвые люди.

«Норт стрелял и не промазал. Теперь он мертв, а Тотис по-прежнему жив».

Лайнем не мог понять, как такое может быть. Это казалось ему совершеннейшей чепухой.

Он встрепенулся, вспомнив, что сейчас не время придаваться размышлениям. Перед ним стояли люди и они молчали, ожидая, что скажет Лайнем.

– Тотис должен умереть, – сказал он, холодно и четко выговаривая слова. Воины Серебряного Круга взялись за оружие, готовясь выполнить приказ Судьи.

– Вы, четверо, – Лайнем обвел взглядом воинов и мага. – Вы пойдете справа от дороги. Остальные слева. Прочешите весь сад, он где-то здесь…

Его люди бросились выполнять распоряжение.

– Велжи, – окликнул Лайнем наемницу, и она задержалась.

– Держись ближе этого места, – негромко сказал Лайнем. – Стой прямо на дороге. Он не пойдет по ней сейчас, когда знает, что мы ищем его…

– Хорошо.

Лайнем направился в сторону дороги, намереваясь пройти по ней от дома до того места, где теперь лежали мертвые Норт и Меру. Не исключено, что безумец не будет скрываться от них, и пойдет прямо по дороге, как и раньше. Лайнем стиснул рукояти кописа и кинжала, размышляя о том, как он убьет Тотиса.

«Демонопоклонник», билось в его голове, «это демонопоклонник».

Эти слова никак не выходили из его головы, став общим фоном остальных мыслей. Лайнем со злостью подумал о старом воине, сказавшему эту чушь, но легкий страх не пропадал, и волнение лишь нарастало.

«Демонопоклонник… Но ведь Норт прострелил ему голову… Это демонопоклонник».

Лайнем шагнул через невысокий бордюрчик на мощеную дорогу. Свет фонарей ярко освещал эту черную, блестящую от дождя ленту, уводящую вперед. Отсюда можно было видеть трупы. Лайнем, неторопливо шагая, вышел на ее середину, остановившись и расставив ноги, пристально глядя из-под капюшона вперед. Его долговязая фигура была освещена, клинки в его руках сияли, словно серебряные.

«Тотис. Видишь? Я не боюсь тебя, кем бы ты ни был».

Лайнем шагнул вперед, вглядываясь в сумрак, царящий в саду. Он был где-то там, ждал и высматривал, раздумывая, как поступить теперь. Лайнем чувствовал на себе его взгляд.

Он видел едва заметные в темноте силуэты воинов, рассеивающихся в округе. Обернувшись, Судья посмотрел на Велжи, стоящую между дорогой и домом, в котором они скрывались все это время. Женщина сжимала в обеих руках трехзарядный магистрел, прикрывая Лайнема.

В глубине сада, справа от Лайнема раздался приглушенный дождем выстрел из магистрела. Судья встрепенулся, вглядываясь во мрак, который только что пыхнул красным всполохом выстрела. Сердце тяжело заухало в груди, но он не сдвинулся со своего места. Ему почудилось, или он слышал лязг металла о металл? Крики?

Не выдержав, Лайнем побежал туда, разведя руки с лезвиями в стороны, низко пригибаясь к земле. Полы его плаща развивались за ним, и Лайнем черной молнией метнулся по низкой чахлой траве сада промеж деревьев туда, где несколько секунд назад он видел вспышку выстрела.

Он опоздал. Лайнем едва не споткнулся о тело одного из воинов. Рядом с ним в темноте надрывно хрипел второй. В ноздри тут же ударил густой запах крови.

– Тотис!! – крикнул Лайнем в темноту. Ответом ему был еще один выстрел и женский визг.

«Велжи!» с ужасом подумал он, и тут же осекся: кричали впереди, и он побежал туда, перепрыгнув через содрогающееся тело.

– Убейте его! Убейте! – прорычал он, взмахом сшибая ветвь дерева, преграждающую ему путь. Он уже не скрывал своего присутствия – он хотел, чтобы Тотис знал и боялся его, Судью Серебряного Круга и лучшего из убийц современности. Лайнем выскочил на сумрачную поляну, напрягая зрение и слух, силясь увидеть или услышать чье-либо присутствие. Свет фонарей слева мягко ложился на скрипящую под сапогами траву, и Лайнем не сразу различил в ней стальной блеск.

Он молниеносно вскинул свои клинки, изгибаясь и готовясь атаковать, не сразу сообразив, что перед ним мертвое тело. Мертвец лежал на спине, раскинув руки, его голова лежала почти под ногами Лайнема. Женщина-маг была здесь же, Лайнем мог разглядеть черную сквозную рану от выстрела в упор.

«Ублюдок! Как он это делает?»

Лайнем бросился обратно к дороге.

«Собиратель, нас осталось всего четверо», с содроганием подумал он, выскакивая на дорогу и дико озираясь. Он мельком глянул на тела Норта и Меру – они лежали буквально в нескольких метрах впереди. Глядя на них, Лайнем мог предположить, что они были убиты в упор. Лежащий на мостовой «мертвый» княжич сперва отсек ногу Меру, а потом пронзил ошарашенного Норта.

«Это невозможно. Он был убит. Он лежал там».

Лайнем с шумом вдыхал и выдыхал холодный воздух, когда он побежал обратно к дому. Дождь по-прежнему моросил, ухудшая и без того плохую видимость.

– Эмар! Архе!

Сад был полон тишины. Лайнему же казалось, будто его дыхание и топот по мостовой широкой дороги заглушает все звуки в этом мире. Страх душил его.

«Это не человек».

– Эмар! Архе!

Оставшиеся вдвоем, прочесывающие сад слева от дороги, теперь они молчали.

«Так же, как и остальные», подумал Лайнем. Он почти достиг заброшенного дома. Его очертания уже виднелись в сумраке, и широкая дорога, освещенная мягким желтым светом множества фонарей, исчезала вдали, где виднелись редкие огни Рунгеда.

Судья сбежал вниз по короткой лестнице, сбавляя скорость и переводя дух. Здесь он обернулся, чтобы оглядеть окрестности.

Из сада в его сторону неторопливо двигалась фигура в черном плаще с серебряной оторочкой.

– Сейчас ты сдохнешь, выродок, – пробормотал Лайнем, расставляя ноги и поднимая лезвия перед собой. И тут же обмер от мысли, что сейчас княжич просто выстрелит в него из своего магистрела.

«Нет», твердо подумал Лайнем, «он не будет стрелять. Собиратель бережет меня. Мы сразимся на мечах».

Тотис вышел на дорогу, не торопясь вступать в схватку. На свету его широкие наплечники и поножи ярко сверкали, омытые дождем. Обнаженное лезвие его меча было уже чистым. Дождь забирал с этой стали все следы только что совершенных убийств.

«У него нет в руке магистрела», злобно подумал Лайнем, торжествуя, «кажется, он стреляет только в упор. Ему конец».

Он был уверен в том, что будет способен сразить тяжеловооруженного мечника своими клинками. Полуторник Тотиса ярко блестел. Быстро таким мечом не махнешь, а это значило, что победа будет на стороне Судьи. Собиратель получит душу этого безумца для препровождения в Огневик.

Лайнем злобно оскалился, глядя, как княжич спускается по лестнице вниз. Он сделал несколько шагов вперед, как за спиной Лайнема раздался выстрел.

Красная стрела ударила княжича в грудь. Следом – еще одна и Тотис, не издав ни звука, повалился на спину, грянувшись о камни всем своим весом.

Лайнем обернулся – позади него стояла Велжи.

– Готов, – сказала она, опуская магистрел.

– Молодец, – хрипло сказал Лайнем, вновь глядя на неподвижное тело княжича.

«Мертв?»

– Где остальные?

– Убиты.

Велжи изумленно всхлипнула:

– Как такое может быть?!

– Ты видела все сама. Исфер расскажет нам все о Тотисе. Я обещаю.

– Кто же он?

– Я не знаю.

Лайнем стоял и смотрел на княжича. Наконец, он приблизился, чтобы посмотреть на лицо того, кто доставил им столько хлопот.

За свою жизнь Судья видел много мертвецов. Но именно этот пугал его сейчас так, как ни один труп. Лайнем пинком отбросил в сторону его меч и заглянул в глаза Тотиса.

«Ну как? Сдох, наконец? Собиратель уже взял тебя за плечо, чтобы не отпустить в мир живых, ублюдок?»

Он смотрел в спокойный, ничего не видящий и потускневший взгляд карих глаз, о которые теперь разбивались мелкие дождевые капли. После смерти они потемнели, потеряв осмысленное выражение, стали более глубокими. Лайнему не нравились эти глаза. И это побледневшее, вытянутое лицо, подставленное черному небу, производило страшное впечатление. Тотис был молод, но то ли смерть, то ли что-то другое наложило на его лицо нечто неуловимо опасное, делающее его и старым и молодым одновременно. Даже после смерти княжич словно бы источал какую-то зловещую ауру. Лайнем чувствовал, что пока он смотрит на него, его колотит мелкая дрожь, похожая на озноб.

«Все в порядке. Это всего лишь из-за дождя».

Судья подумал о том, что лежащий перед ним человек убил его людей, которые служили ему верой и правдой многие годы. Лайнем почувствовал возвращение ярости. Ему захотелось изрезать этот труп, выколоть эти печальные глаза и отсечь голову, расчленить его и разбросать по всему этому проклятому саду.

– Гори в Огневике, падаль, – сквозь зубы сказал Лайнем, отворачиваясь и содрогаясь всем телом.

«Собиратель, что же это со мной? Я не испытывал такого страха…»

Нет, он не мог сказать, как долго он не испытывал такого ужаса. Он не понимал и не хотел понимать того, что здесь произошло. Это был не человек, и сейчас Лайнем хотел лишь одного – убраться отсюда и увести с собой Велжи.

– Мы закончили, – жестко сказал он, останавливаясь перед ней.

«Разве? Он точно мертв?»

Лайнем оглянулся на тело княжича, и неторопливо убрал свое оружие в ножны:

– Идем, возвращаемся в город.

– Но… Но как же Архе, Меру…

– Они мертвы. Хочешь забрать их с собой?

Он взял Велжи за руку и решительно потянул за собой.

– До утра они никуда не денутся. Завтра мы вернемся с Исфер и тем стариком из Красного Круга. Клянусь Собирателем, они расскажут нам все о случившимся…

Они пошли в сторону огней городка.

– Что же будет теперь?

– Ничего. От Серебряного Круга остались только мы с тобой. Мы выполнили ее поручение, и пусть княгиня сама думает, что делать дальше, – Лайнем равнодушно пожал плечами.

Они прошли несколько метров и он, встрепенувшись, обернулся назад. Ему почудилось, будто оставшийся позади труп шевелится, чтобы подобрать свой меч и пойти вслед за ними.

– Что ты?! – взволнованно вскрикнула Велжи.

Тотис по-прежнему лежал на своем месте.

– Ничего, – процедил Лайнем, отворачиваясь. Он быстро зашагал по дороге в сторону Рунгеда, держа Велжи за руку.

«Превеликий Собиратель, спаси и сохрани. Уведи душу этого… человека в Огневик, молю тебя».

Они прошли совсем немного. Возможно, всего лишь десяток метров, как Велжи вскрикнула, и ее крик совпал с раскатом выстрела, грянувшего сзади. Выпустив руку Лайнема, женщина повалилась вперед. Судья с хрипом вдохнул воздух, с изумлением глядя на нее. На спине Велжи быстро расплывалось темное пятно.

Лайнем запоздало обернулся.

Княжич, все еще держа вытянутую вперед руку с магистрелом, как ни в чем небывало медленно поднимался на ноги. Он не стрелял, хотя сейчас мог прикончить Лайнема еще одним выстрелом без каких-либо проблем.

Дрожащие губы Лайнема беззвучно дрогнули и скривились. Его руки метнулись к рукоятям клинков, но так и не вынули их. Тотис не стрелял.

«Почему он не делает этого?» заторможено подумал он, глядя, как Тотис поднимает свой меч. Он вновь перевел взгляд на лежащую перед ним Велжи, и его взгляд упал на ее магистрел. В кристалле осталось немного энергии, ее хватит лишь на еще один выстрел.

Лайнем быстро преклонил колено, мягко вынимая из пальцев Велжи магистрел, и взглянул на приближающегося Тотиса.

– Ты, демонопоклонник, – вдруг отчетливо и громко сказал Лайнем, и от этих слов его сердце забилось еще чаще. Страх взял его за глотку в полную силу, именно в тот момент, когда Судья разглядел, что даже куртка на груди Тотиса, куда вошли магические разряды корр, теперь цела и невредима. Шагающий в сторону Лайнема княжич медленно убрал магистрел за отворот плаща, рывком поудобнее перехватывая рукоять меча.

«Воплощение Кревима, пьющее души», вспомнил Лайнем слова воина, и злобно крикнул:

– Ты, демонопоклонник! И мою душу решил прибрать?

Тотис отвел в сторону руку с мечом, готовясь нанести удар.

– Почему бы и нет? – тихо сказал он, приближаясь все ближе.

Эти слова пронзили Лайнема первобытным ужасом, и мысли его смешались. Что, если это правда? Что, если в этот момент там, далеко за океаном Сияния Крамаджен цветет буйным цветом? Что если перед ним и впрямь воплощение Кревима?

«Демонопоклонник. Демонопоклонник здесь, почитатель Кревима и поглотитель душ. Он уничтожил всех, и теперь он сможет свободно идти на Клейбэм. Как его убить? Моя жизнь и душа принадлежат только Собирателю».

Эти мысли пронеслись в голове Лайнема за считанные мгновения и он тут же понял, что заблуждался.

«Это он. Это он избранник Собирателя. Он, не я!»

Все кончено. Ему не суждено убить это бессмертное чудовище. Собиратель бережет его, а он, Лайнем, всего лишь обличенный толикой удачи, все это время пребывавший в тени бога смерти. Не избранник – всего лишь жертва. Его удача подошла к концу, но свою душу он прибережет для Собирателя, не демонопоклонника.

Глядя расширившимися от страха глазами на приближающегося Тотиса, он медленно поднял магистрел, развернув его дулом к себе. Княжич в тот же миг замедлил шаг и остановился, глядя на него. Сейчас их разделяли лишь несколько метров, и Лайнем вновь мог видеть его лицо. Оно было таким же спокойным, как и в тот момент, когда княжич лежал на спине с двумя сквозными дырами в груди.

«Позволить убить себя?»

– Собиратель, – тихо шепнул Лайнем, закрывая глаза.

Выстрела он не услышал.

* * *

Исфер отдернула портьеру. От грубой ткани пахло пылью и чем-то мерзким, как, впрочем, и во всем этом здании. Княгиня, глядя за окно, думала о том, что ни в одном другом учреждении любого мегаполиса империи нет такой странной атмосферы. Даже в церкви Единства. Связанное со смертью и с дальнейшей загробной жизнью, само предназначение этого здания заключалось именно в этом – вбирать в себя все мертвое.

Исфер смотрела на тысячи огней, застывших в своем темно-синем мире наступающих сумерек. Из-за низких темных туч уже как несколько дней подряд не было видно ни Крэммира, ни Огневика, ни звездного неба. Ливни, начавшиеся в луговинах Церхега несколько дней назад до сих пор не прекращались, хотя прогноз на ближайшие дни был благоприятным.

«Подумать только, целая неделя дождя», Исфер прислонилась лбом к холодному стеклу, вглядываясь в очертания зданий города, едва различимые в полумраке. Она не могла припомнить, чтобы здесь, в столь раннюю весну так долго лили такие сильные дожди.

Княгиня отпрянула назад и отпустила штору, обернувшись на большую круглую комнату. Здесь, кроме нее, присутствовали Судья Красного Круга Малкис и Санадим Дея, спутница и помощница Исфер, сопровождающая княгиню в разъездах. В центре зала на столе, под ярким лучом света лежало тело, закрытое черной простыней с белым символом фигуры в балахоне с мечом и посохом – древний символ того, что душа усопшего и покоящегося под таким покрывалом принадлежит Собирателю. Остальные столы в этом помещении пустовали. Здесь отчетливо пахло пылью, тленом и кровью.

Глядя на эту картину, Судья Золотого Круга так же не могла припомнить, когда ей еще приходилось ждать прибытия важной персоны в столь зловещем месте, как морг.

Она тяжело вздохнула, прерывая затянувшуюся паузу:

– Мне не верится, что это случилось.

Санадим подняла голову, взглянув на княгиню с преданностью. Она стояла в луче света, и от этого ее бледное овальное лицо казалось покрытым пудрой.

– То, что Серебряный Круг прекратил свое существование?

– Я не могу сказать с полной уверенностью, – негромко и медленно выговаривая слова сказала Исфер, не моргая глядя на накрытое простыней тело. – Я изучала историю Конгрегации и Капеллы Созидания.

Она покачала головой:

– Нет. Такого еще не случалось.

– Круги терпели серьезные поражения и потери за все время существования Капеллы, – глухо сказал Малкис. – Но даже во время Четвертой войны не случалось такого…

– Как один человек мог перебить квалифицированных, высококлассных воинов и наемников? – спросила Исфер, не обращаясь ни к кому конкретно.

– Был ли это человек? – спустя несколько секунд спросил Малкис. – Так что же теперь, Исфер? Стало быть, твоя догадка относительно древней легенды получила подтверждение? Люди в окрестностях Клейбэма и Керрона говорят правду?

Исфер смотрела себе под ноги, пытаясь уловить издевку в словах старого Судьи. Но тон Малкиса был серьезным, его взгляд из-под тяжелых седых бровей выражал лишь смятение, пока что скрывающееся лишь под маской обеспокоенности. Исфер вспомнила их встречу с Вистеллом, состоявшуюся три дня назад. Тогда старик был настроен более скептично, чем сейчас.

«Еще бы. Смерть десяти человек, гибель целого, пусть и небольшого, но все же Круга Капеллы. Это может заставить призадуматься. Судья Малкис суеверен, как и все старые люди, верующие в богов».

– Демонопоклонник, – сказала Исфер, поднимая голову и встречая взгляд Судьи спокойно и уверенно. – Не исключено. Это единственное, что я могу сейчас сказать.

Она покачала головой, повторив:

– Не исключено.

– И это все? Три дня назад ты ответила мне почти так же, – сказал Судья Красного Круга. – Еще ты сказала, что при помощи этого сумасшедшего фанатика Собирателя душ попытаешься узнать сущность Тотиса. Ну и?

– У меня пока мало информации для окончательных выводов, – со вздохом произнесла Исфер. – Тогда я лишь подозревала, что старая легенда ожила. Теперь я думаю почти так же, но… Гибель Серебряного Круга лишь сильнее склоняет чашу весов в пользу моей версии. Неокончательно, но все же…

– То есть, ты не уверена?

– Именно. Единственное, в чем я уверена точно сейчас, так это в необходимости как можно скорее добраться до архивов Конгрегации и отыскать все упоминания об этом сказании.

Исфер перевела задумчивый взгляд с Малкиса на труп под черной простыней и сдержанно улыбнулась:

– Должно быть, он сейчас счастлив. Он воссоединился с тем, кому служил на протяжении почти всей своей жизни.

Санадим и Судья промолчали, глядя на тело. Их молчание продолжалось до тех пор, пока за дверями зала не послышались шаги людей.

Исфер вскинула голову, глядя, как в зал вошли двое. Впереди шла молоденькая девушка в алом платье с широкими полами и с узким корсетом, прячущая руки в кроваво-красной муфте. На ее убранных назад волосах поблескивала скромная диадема, и лишь только взглянув на ее лицо, с большими карими глазами и узеньким подбородком, Исфер ощутила себя крайне неуютно.

«Царевна».

Она все-таки прибыла в назначенное время. Через воздушного гонца Исфер дала знать царевне о том, что случилось в пригороде Клейбэма двое суток назад, но серьезно пожалела о своем поступке только сейчас, когда она увидела лицо Келиа. Дочь императора сопровождал молодой мужчина с узким лицом и длинным острым носом. Он был высок и худ, его серые глаза смотрели с легким презрением, губы кривились в усмешке. Его длинные светлые волосы, стянутые в косицу на затылке, ложились на откинутый капюшон светло-серого балахона с золотыми магическими нанограммами. Исфер впервые видела подобные знаки.

В коридоре за спинами гостей мелькнули высокие фигуры гвардейцев, и двустворчатые двери с шумом закрылись. Пока странная парочка приближалась к центру зала, Исфер, Малкис и Санадим поклонились высокой гостье.

– Царевна Келиа, – Исфер выпрямилась и теперь строго смотрела на девушку, остановившуюся напротив, как на несмышленого малыша, который не отдает отчет своим действиям. Княгиня подозревала, что Келиа закатит истерику, узнав о смерти Вистелла, который когда-то спас ее жизнь. Она до последнего сомневалась в правильности своих действий но пришла к выводу, что царевна должна знать об этом инциденте. Однако вместе с этим Исфер никак не ожидала получить ответ, в котором царевна требовала доставить тело Лайнема Вистелла в один из моргов Клейбэма и сообщить, что она немедленно отправляется сюда. С этим пришлось лишь смириться, равно как и с любой иной выходкой такой высокой особы.

«Подумать только. Едва она узнала о смерти Вистелла, как примчалась сюда из Инералиса на воздушном корабле. Она умна, но некоторые ее поступки и действия, вместе с ее властью… Когда-нибудь она заработает крупные неприятности».

– Мое почтение, княгиня, – Келиа коротко кивнула старой знакомой.

– Я… я понимаю ваши чувства, – сказала Исфер. – Этот человек защитил вас от смертельной опасности.

«Кревим, как же ей втолковать, что он просто выполнял свою поганую работу?!»

– В какой-то мере, мы все обязаны ему за спасение вашей жизни. Но теперь он мертв и это уже никак не исправить. Вы хотели бы присутствовать на ритуале Двадцати Пяти Откровений?

Сама Исфер с трудом могла бы представить подобное, как церемонию прощания с наемным убийцей, у которого не было ни родных, ни друзей. Однако Келиа вполне могла изъявить желание принять участие в ритуале, и тогда он мог быть осуществим.

Келиа молчала, не глядя на тело, накрытое черной простыней с символом Собирателя душ. Царевна смотрела только на княгиню, отстраненно и задумчиво. На хорошеньком личике девушки не было видно следов горя, но было видно, что известие о гибели Лайнема не прошло мимо ее. Исфер стрельнула взглядом в сторону молодого человека в сером балахоне – он широко и крайне непочтительно ухмыльнулся на слова Исфер.

– Нет, – тихо сказала Келиа. – Я прибыла сюда, чтобы передать тело Лайнема Вистелла этому человеку.

Княгиня еще раз пристально посмотрела не спутника царевны.

– Это, – Келиа освободила правую руку из муфты и мягким жестом указала на своего сопровождающего, – Энджен Маквилифе, Святолик и Наместник церкви Единства Инералиса, член Конгрегации и глава Ордена Предела.

– Добрый вечер, – мягко сказал Энджен и поклонился, продолжая ухмыляться.

Исфер никогда не слышала ни о каком Ордене Предела. Однако титул этого человека красноречиво говорил о многом. Перед ними находился один из высших чинов духовенства.

Княгиня раздраженно тряхнула головой:

– Зачем вам тело этого…

«Преступника», хотела спросить Исфер, но присутствие Келиа вносило определенные коррективы в стиль общения. И это действовало на нервы, вместе с нахально улыбающимся сопляком.

–..человека? – едва сдержавшись, процедила она.

– Позже я все сама тебе объясню, – сухо сказала Келиа. – А быть может, придет время, и ты сама все увидишь.

– Я не понимаю, – княгиня нахмурилась.

– Это неважно, – сказала Келиа тусклым голосом. – А теперь, пожалуйста, кратко расскажите мне о том, что произошло в луговинах Церхега.

– Шесть дней назад один из мелких аристократов, живущих под Керроном, сошел с ума, – мрачно сказала Исфер, исподлобья глядя на царевну. – Мы уже изучили его личные вещи, но до сих пор не совсем понимаем, что с ним произошло. Тогда он убил свою беременную жену и нескольких слуг, после чего скрылся, прихватив с собой улучшенную редкую модель магистрела своего отца. На следующий день его искали местные власти, и небольшая группа, на которую он наткнулся, была им уничтожена. Три дня назад его разыскал отец. Дождь уничтожил почти все следы и было сложно судить о том, что произошло в том месте, где они встретились, но безумцу удалось убить и его. Мы вычислили его путь и оставили засаду. Вистелл и его Серебряный Круг должны были уничтожить его, чтобы тем самым Вистелл смог доказать нам свою преданность и желание повиноваться.

Исфер вздохнула:

– Мы сумели восстановить картину произошедшего в тот вечер, но… Мы или в чем-то ошибаемся, или не понимаем до конца.

– Что это значит? – спросила Келиа.

– Этот сумасшедший… княжич Кэрал Тотис. Он убил их всех в одиночку. Судя по всему, он не очень-то боялся своих убийц… Даже не скрывался от них. Более того, наши эксперты уверяют, что в него стреляли и даже попали, по крайней мере несколько раз. Мы не понимаем, как он смог выжить и уйти оттуда живым.

Келиа молчала. Исфер размышляла над тем, что стоило ли в ее состоянии узнавать все то, что случилось.

«Что ж, она сама просила об этом».

– Серебряный Круг будет сформирован заново. Потребуется значительное время на поиск и отбор кандидатур. Лаув пока временно останется без присмотра Капеллы.

– Где Тотис сейчас? – спросила царевна.

– Мы потеряли его след, великая царевна, – подал голос Малкис. – Мы не знаем, куда он направился после того, как уничтожил Серебряный Круг.

– Клейбэм? – предположила Келиа.

– Сомнительно, великая царевна. Но мы оповестили жандармерию и близлежащие гарнизоны.

Келиа молчала, посмотрев на тело на столе.

– Покажите мне его, – тихо попросила она.

«Не стоит», хотела было возразить Исфер, но поняла, что это бесполезно. Пусть смотрит, если так хочет.

Она приблизилась и рывком откинула черную ткань с головы мертвеца. Исфер ожидала, что царевна отпрянет, вскрикнет от страха, но ничего этого не случилось. Келиа достойно вынесла зрелище синюшно-бледного лица, пересеченное старым шрамом. Исфер не стала говорить ей, что Вистелл погиб не от рук Тотиса. Судья Серебряного Круга убил себя сам, выстрелив из магистрела себе в рот.

«Будем надеяться, что ей не захочется узнать эти детали».

Княгиня молча смотрела на царевну. Келиа кивнула, давая понять, что этого достаточно, отступив прочь и прикрывая рот ладонью. На ее глазах заблестели слезы. Исфер, закрывая лицо мертвеца, с горечью подумала о том, что эта девушка и вправду любила его.

«Нет, нет. Любит до сих пор».

Она не стала расспрашивать царевну подробнее о том, зачем ей тело Вистелла. Исфер пристально взглянула на Энджена – присутствие этого человека и цель царевны, прибывшей сюда, не могли не настораживать.

«Превеликие боги, уж не канонизировать ли они его хотят?»

Исфер отступила в сторону, скрестив руки на груди. Ей оставалось надеяться, что тело Вистелла, в лучшем случае, будет захоронено где-нибудь неподалеку от окраин Инералиса в самое ближайшее время.

«Жаль, что Тотис ушел… Но он помог нам избавиться от этого выродка Вистелла. Это будет лучшим завершением для этой затянувшейся истории с неуловимым наемным убийцей».

* * *

Кэрал не понимал.

Он не мог понять, почему он жив до сих пор. Почему Собиратель душ отказывается забрать его душу, не смотря на все то, что с ним происходило. Почему он до сих пор не свалился от голода и жажды, и почему он не ощущает их. Почему он так упорно идет на зов, следуя на север луговин Церхега.

«Перстень», думал княжич, продолжая шагать вперед, «все ответы таятся в нем».

Да, все началось именно с этого украшения. Оно вело его к тому, кто был создателем этой вещи. Кэрал смутно догадывался, что именно тогда он узнает, что с ним происходит и произойдет в дальнейшем. Пока что ему оставалось лишь надеяться на то, что таинственная магия перстня не откажет в последний момент, и он не умрет здесь, в глухой чащобе северных лесов луговин Церхега в одиночестве и темноте. От этой вещи, покоящейся на его пальце, зависела вся жизнь Кэрала. Без перстня он уже не сможет жить.

К этому моменту княжич не ощущал практически ничего. Вместе с голодом и жаждой почти полностью исчезло чувство усталости. Кэрал все же ощущал ее, слабую и малоприметную настолько, что он не мог сказать, чувствует ли он ее на самом деле или же это нечто вроде рефлекса его изменившегося организма на долгий путь, пройденный пешком. Если днем он мог бы визуально сориентироваться и определить что движется правильно, то глухой и непроглядной ночью его вели совершенно иные чувства. Кэрал думал, что теперь он окончательно уподобился зверю, которому в темную пору не обязательно нужно зрение. Он затруднялся описать эти чувства, но ему удавалось идти вперед даже ночью, не сбиваясь с дороги и минуя различные препятствия. Он чувствовал, что движется в верном направлении, не плутает и не кружит на одном месте. Княжич больше не останавливался на ночлег ни в одной деревушке или городке на окраинах Клейбэма, обходя их стороной. С момента той резни, когда его подкараулили воины Серебряного Круга, прошло уже больше двух суток, и княжич продолжал шагать до сих пор, как заведенный.

Близилось утро. Поднявшись по скользкому крутому склону, Кэрал выбрался на вершину высокого холма, заросшего низкорослыми деревцами. Здесь он обернулся, и в серой мгле моросящего дождя он окинул взором лес, верхушки деревьев и далекие, едва различимые желтые и зеленые огни у самого горизонта. Они словно бы парили на разной высоте, заставшие в этом мрачном сером воздухе.

Кэрал смотрел на них из-под капюшона, слушая, как дождь барабанит по его плечам и одежде.

«Клейбэм».

Отвернувшись, он начал спускаться вниз, озираясь по сторонам. Княжич чувствовал, что уже близок к своей цели.

Справа и слева возвышались небольшие скалы и многочисленные холмы, густо заросшие свежей листвой и чахлыми карликовыми деревцами. Пройдя вперед еще несколько сот метров, Кэрал вышел на небольшую поляну и замер, оглядывая очертания высоких тотемных столбов. Спустя минуту он приблизился к ближайшему из них и прикоснулся к древнему камню.

Теперь он вспомнил, что именно это же он и видел в своем сне. Сердце княжича забилось сильнее. Он был близок к разгадке тайны перстня, а значит, и своей собственной. Он направился вперед, оглядывая эти древние колонны, покрытые резными узорами, и невольно вспоминая происхождение эти реликвий. Эти покосившиеся, а некоторые и уже лежащие на земле тотемные столбы были делом рук иругами, которые много веков назад правили этими землями. Здесь для них было слишком холодно, и дальше луговин Церхега они не совались. Потом на Энкарамин пришли люди и иругами отступили на юг. Кэрал когда-то читал, что подобные руины, столбы и древние алтари до сих пор можно отыскать не только в луговинах Церхега, но и в южных окраинах гор Валлихел и близ озера Вут.

Уже перейдя на другую сторону поляны и перед тем как вновь войти в чащу, Кэрал остановился, словно бы запнувшись обо что-то. Он почувствовал чье-то присутствие. Эта новая способность уже приелась, но кто же может быть здесь, вдали от города?

Княжич перехватил поудобнее меч, держа его чуть в стороне, и шагнул вперед.

«Нет, это не человек… Это нечто большее».

В зловещих серых сумерках впереди замаячило что-то белое. Оно было большим и, несомненно, живым.

«Что это такое?»

Княжич направился вперед, тихо убирая с дороги влажные ветви. Ему нечего было скрываться, и его взгляд был прикован к непонятному белому пятну, маячившему впереди за деревьями.