Текст книги "Жнец. Возрождение (СИ)"

Автор книги: Тота Моль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 9. Час испытания

– Ну что, достал? – над ухом Дениса раздался тихий шепот Потеряшки. Денис вздрогнул и поднялся со стола. Посмотрел на часы и присвистнул. Если верить будильнику Ратора, он провел в книге не больше десяти минут.

– А, ну да. Ход времени различается, – Потеряшка проследил за взглядом Дениса и шмыгнул носом. – Ну, так где лапоть-то?

– А тебе не интересно, что там было, а? – обиженно спросил Денис. – Я, может, жизнью рисковал, вытаскивая его из ларца. Ты вообще сам-то хоть раз видел эту бабуленцию?

– Что ты, что ты! – взмахнул руками домовой. – Дед миловал. Такого счастья мне не нужно.

Денис усмехнулся. Почему-то теперь его не удивляло нежелание некоторых персонажей встречаться с Бабой Ягой. Та еще старушка, как оказалось.

Денис потянулся, разминая уставшие плечи. Несмотря на то, что времени в этом мире прошло всего ничего, тело гудело так, как будто он действительно всю ночь шел по лесу. Он старался делать вид, что не замечает пристального взгляда домового, но, в конце концов, не выдержал.

– Да на, забери уже. Друг еще, называется!

Денис вытащил из-за пояса лапоть и кинул его Потеряшке. Тот подпрыгнул, поймал его в полете и, прижав к себе, резво выскочил из комнаты.

– Хоть бы спасибо сказал! – вздохнул Денис и подошел к столу. Раскрытая книга казалась еще старее, чем обычно. Страницы посерели, а свет, исходивший от них еще несколько минут назад, словно бы погас.

– Тоже устала? – Денис погладил корешок и закрыл книгу, убирая её под подушку.

Жутко хотелось спать, и Денис решил не сопротивляться этому порыву. Ничего с ним не будет, если он один вечер не поужинает. А коридор помыть можно и с утра пораньше.

Денис резво стянул с себя ветровку и услышал, как что-то с глухим стуком выпало из карманов на пол. Наклонившись, он рассмотрел миниатюрную копию той самой клюки, что помогала ему в лесу. Сейчас она больше походила на сувенир или детскую игрушку. Подобрав клюку, Денис отправил её в карман брюк – со всеми странностями и полученными знаниями он решил разобраться завтра. Путешествие в темный ельник оставило его совсем без сил. А сказки всегда говорили, что утро вечера мудренее.

Ночь была неспокойной. Денис как будто тонул в бездне Морфея, сопротивляясь ему изо всех сил. Иногда он выныривал на поверхность – в этот миг сон пропадал и становилось понятно, что он лежит в своей кровати, а по соседству храпит Ратор. Денис успокаивался, прикрывал глаза и снова проваливался в бездну. Всю ночь его кто-то звал. Просил что-то вспомнить, вернуться назад, куда-то идти. Он то и дело стонал и переворачивался с боку на бок.

В три ночи Вальтер не выдержал и разбудил его, предложив отвести в изолятор. Денис отказался и снова провалился в забытье. Под утро зарядил дождь и Денис, наконец, успокоился и даже умудрился поймать какой-то сон. Снились родители. Счастливые, они убегали от него по искристому песку, на который мягко накатывали волны. Денис – трехлетний, несмышленый и растерянный пытался их догнать, но не выходило. Он чувствовал, что должен им сказать что-то жизненно важное, догнать во что бы то ни стало. Но каждый раз, когда ему казалось, что последнее усилие и они поравняются, что-то происходило, и родители снова пускались в бег. Денис спотыкался, падал, поднимался и бежал снова. Трехлетний карапуз, не обращающий внимание на боль в содранных коленках. А родители все отдалялись и отдалялись, пока не стали точками на горизонте. Денис хотел было закричать, но мощная рука Ратора вырвала его из паутины сна.

– Достал стонать, – сосед тряс Дениса за плечо. – Если проблемы с нервами, сходи в психушку. Всю ночь не поспать было из-за тебя.

– Извини, – Денис провел по лицу, словно бы стараясь смахнуть с него остатки сна. – Как-то плохо спалось, да.

Внимательный взгляд Вальтера заставил его отвернуться и натянуть одеяло на голову. Сегодня надо позвонить родителям! Больше месяца он с ними не разговаривал. Редкие звонки Рите и сухие разговоры с просьбой передать, что все в порядке, и он ни в чем не нуждается, были не в счет. Первоначальная обида на эту ссылку давно прошла, но быт и круговорот лицейских дел как-то не давали выкроить время для звонка. Решено! Сегодня же после уроков надо будет позвонить! С этими мыслями Денис выбрался из-под одеяла и пошел умываться.

– Странный он какой-то, – Ратор проводил одноклассника подозрительным взглядом.

– Ага, – кивнул Вальтер, соглашаясь.

– Ты уверен, что он ничего не увидел в подземельях? – Ратор старательно взбивал подушку, чтобы не злить Верону с утра пораньше.

– Да ни в чем я не уверен. А то ты не знаешь, что там вечно шастают все, кому не лень. Может и встретил кого. Тем более Кевар говорил, что на форуме кто-то активизировался, про домовых расспрашивал.

– И ты думаешь, это наш Васнецов? Да ну, он же тугой, как валенок. У него под носом будет русалка плясать, он и не заметит, – Ратор закончил взбивать подушку и принялся раскладывать вещи в шкафу.

– Может быть ты прав, – задумчиво ответил Вальтер. – А может быть, и нет.

Денис вернулся спустя десять минут задумчивый и слегка потерянный. Вальтер и Ратор переглянулись, но не стали приставать с расспросами. В комнате повисло напряженное молчание и чтобы хоть как-то его разрядить, Ратор включил радио.

Музыкальная заставка и бодрый голос диктора сообщили пробуждающемуся народу, что в эфире "Вести Царицына". Денис закатил глаза и принялся собираться – выпуски местных новостей его мало волновали. Впрочем, как и его соседей. Школьники размеренно складывали учебники, тетради в рюкзаки, распихивали вещи по пакетикам и наводили стрелки на покрывалах. В последние дни каждое утро шел проливной дождь, благодаря чему лицеисты были лишены удовольствия пробежки и зарядки. Временно, конечно же.

– Вчера, на трассе М-29, произошло крупное ДТП, – без тени эмоций вещал диктор. – Грузовая фура столкнулась с легковым автомобилем марки Ниссан Джук.

У Дениса что-то в груди кольнуло. Он резко развернулся и кинулся к радио, делая звук громче.

– Чего это ты? – начал было Ратор.

– Заткнись, – оборвал его Денис, вслушиваясь в слова диктора.

– По предварительным данным причиной аварии стал лесной зверь, выскочивший на дорогу. Водитель автомобиля попытался уйти от столкновения с животным и выехал на встречную полосу, не заметив движущийся навстречу грузовик.

Нехорошее предчувствие заставило Дениса кинуться к телефону. Длинные гудки вгрызались в барабанные перепонки, медленно вселяя панику. Отец не отвечал. Попытка дозвониться матери также не увенчалась успехом. Телефон Риты тоже молчал. Денис сел на кровать и сделал несколько глубоких вдохов. Сейчас надо было попытаться успокоиться и действовать, не поддаваясь эмоциям. Вероятность того, что пострадавший ниссан – это именно их "жучок" довольно мала. Ну в самом деле, что делать столичной машине на трассе, ведущей в Царицын? Откуда ему взяться тут посреди рабочей недели, когда на носу конец года, отчеты и прочее, чем его кормили родители каждый раз, объясняя свою загруженность на работе.

– Может, они к тебе ехали, а? – сам с собой заговорил Денис. Но, заметив на себе недоумевающие взгляды соседей, смутился.

– Мне надо в библиотеку. В интернет нормальный.

– Тебя проводить? – осторожно поинтересовался Вальтер. Таким взбудораженным Денис выглядел впервые.

Так и не дождавшись ответа, Вальтер поднялся и последовал за соседом.

– Наведи тут, – небрежно бросил он через плечо недовольному Ратору и захлопнул дверь, преграждая путь потоку раторского недовольства.

Денис шел быстро, молча и не обращая внимания на окружающий мир. Вздумай остановить его Верона или даже Вергард – он не заметил бы. Впрочем, Вальтера он тоже не замечал до того момента, пока тот не налетел на его спину перед дверью в библиотеку.

– Прости, – пробормотал Вальтер, но Денис лишь махнул рукой в ответ и погрузился в свои мысли.

Всю дорогу ему не давал покоя вопрос – могли ли родители оказаться посреди октября не в столице, а в Царицыне? По всем законам логики выходило, что нет. Но шестое чувство, защемленное после выпуска новостей где-то в области груди, кричало об обратном.

Денис залетел в библиотеку и направился к своему привычному месту – у дальнего окна за колонной. Компьютер загружался с привычным треском и скрипом, но сегодня его медлительность раздражала как никогда. Еще полминуты загружалось изображение рабочего стола. За это время Денис успел прокрутить в голове всевозможные планы-алгоритмы, чтобы в случае чего действовать незамедлительно. Наконец, компьютер вышел в привычный рабочий режим и Денис с головой кинулся в океан социальных сетей. Найти нужную группу о буднях Царицына не составило труда. Также как и найти сообщение об утренней аварии. С замиранием сердца Денис вчитывался в строки на экране:

"…Вчера поздно вечером на трассе случилось страшное ДТП. Водитель легкового автомобиля со столичными номерами выехал на встречную полосу, в результате чего произошло столкновение…"

Строки сливались перед глазами в единый черный поток и изливались прямиком в необъятную бездну, которая медленно разрасталась в груди. Денис хотел выдохнуть, но вместо этого вышел какой-то всхлип. В глазах защипало, но он изо всех сил постарался взять себя в руки и прокрутил колесико вниз. Дальше приводились фотографии с места происшествия. На возрастной ценз Денис не обратил никакого внимания, судорожно всматриваясь в изображения, стараясь разглядеть номера на автомобиле.

Вальтер склонился над монитором, также рассматривая картинки.

– Да уж. Это твои знакомые?

– Да, – тихо отозвался Денис, боясь произносить свои догадки вслух. Казалось, если он не озвучит этого, то беда пройдет мимо. Это окажется какой-то другой столичный ниссан, а его родители прямо сейчас перезвонят и отчитают за недолжное внимание к урокам и неуважение к Рите. Пожалуй, сейчас Денис желал бы этого больше всего на свете.

Словно в ответ на его мысли в кармане запищал телефон. Денис вздрогнул и вытащил гаджет, пытаясь понять, что это за номер. Судя по всему, звонили с городского.

– Денис, – стоило ему поднести трубку к уху, как встревоженный голос Риты в клочья разорвал последнюю надежду.

– Они живы? – тихо спросил Денис, боясь услышать ответ.

– Живы, – внезапно подал голос Вальтер. Денис перевел на него полный недоумения взгляд.

– В статье сказано, что пассажиры выжили каким-то чудом. Как будто кто-то в последний момент отвел удар по касательной.

Рита что-то говорила, но Денис уже не слушал.

"Чудом выжили"…

"Кто-то отвел"…

Перед глазами встала старая прялка с ворохом светящихся нитей, тянущихся в разные стороны.

В ушах раздался тихий шепот теней и скрип старой прялки. Денис, как завороженный слушал эти звуки несколько мгновений, пока в сознании не раздался скрип тормозов, визг шин и звон бьющегося стекла. Лица родителей перед глазами, искаженные страхом и болью были настолько реальны, что Денис не смог и дальше сидеть за столом. Резко сорвавшись, он кинулся прочь. Он должен был сам их увидеть. И убедиться в том, что они действительно живы и их жизням ничего не угрожает.

– Ты куда? – Вальтер кинулся следом. В таком состоянии Денис явно не производил впечатление уравновешенного человека.

– К родителям. В город.

– Издеваешься? Во-первых, на улице ливень стеной, а автобусов, как ты знаешь, тут нет. Только по выходным.

Денис, не слушая друга, упрямо шагал вперед.

– А во-вторых, кто тебя отпустит-то? Ты же знаешь, что среди недели выехать отсюда можно только в сопровождении родителей.

– Ага, которые сейчас находятся между жизнью и смертью в какой-нибудь зачуханой больничке, – огрызнулся Денис.

– Во-первых, у нас отличная городская больница, – холодное спокойствие в голосе Вальтера заставило Дениса притормозить. – А во-вторых, ты ведешь себя, как истеричка.

– Что ты сказал?

Напряжение, копившееся в теле со вчерашнего путешествия в книгу, требовало выхода. И единственный вариант, который в данный момент видел Денис – ввязаться в драку со старостой Медногора. Рациональное мышление и здравый смысл отключились в тот момент, когда он услышал презрительное "истеричка" в свой адрес. Да как мог этот самовлюбленный хлыщ называть его истеричкой? С каких пор беспокойство за судьбу своих близких стало чем-то странным и нерациональным? Обида захлестнула Дениса с головой. Поэтому он, не раздумывая, кинулся на Вальтера, выбрасывая вперед правый кулак. Только когда он понял, что Вальтер даже не пытается ему противостоять, а лишь равнодушно стоит напротив, Денис понял, что что-то тут не так. Бить беззащитных было совсем уж низко и не достойно. Попытка затормозить ни к чему не привела – тело по инерции продолжало двигаться вперед. Денис попытался было увести корпус в сторону, но центр тяжести сместился, отчего парень запутался в собственных ногах и мешком рухнул к ногам Вальтера.

– Знаешь, можно было просто извиниться за несдержанность, – голос Вальтера был серьезен, но в глазах плясали смешинки. – А не падать в покаянии к моим ногам.

– Да ну тебя, – пробормотал Денис, пытаясь подняться.

– Давай я помогу!

Вальтер протянул руку. Денис поднял на него взгляд и впервые почувствовал, что он не один. Пусть сейчас, в этот краткий миг, но рядом был человек, готовый ему помочь. Денис благодарно принял руку и поднялся.

– У меня есть план.

Вальтеру потребовалось десять минут, чтобы в красках описать свой гениальный план Денису. За это время они как раз дошли до кабинета директора, Денис успокоился и начал рассуждать более-менее здраво. По крайней мере, желание кидаться на прохожих с кулаками у него пропало. А мысль извиниться перед Вальтером, как только все пройдет, наоборот, озарила сознание.

Он бы кинулся это делать сразу, если бы не резная дверь в кабинет директора, до которой они добрались.

– Ну, давай! Если что – зови! Союз лицеистов тебя поддержит, в случае чего, – Вальтер подмигнул Денису и отошел за угол.

Разговаривать с директором ему предстояло самостоятельно.

Стук в дверь эхом разлетелся по пустым коридорам, отчего Денису сделалось немного не по себе. В другой ситуации он, скорее всего, нашел бы себе оправдание, чтобы зайти попозже. Но сегодня был не тот день и не тот случай.

За дверью послышались глухие шаги и в следующее мгновение она распахнулась. Суровый взгляд льдистых глаз директора мог бы заморозить кого угодно, но Денис решил идти до конца.

– Доброе утро, Витор Витольдович. Мне срочно нужно в город! Выпустите меня, пожалуйста.

Денис оттараторил это без запинки и выдохнул лишь в конце фразы.

Директор нахмурился. На лбу залегла глубокая морщина, отражающая явное недовольство появлением ученика в сердце лицея – кабинет руководителя.

– Васнецов, – протянул директор, оглядывая ученика с ног до головы. – Ну, здравствуй, здравствуй. Неожиданная встреча.

Тихий, вкрадчивый голос директора не вязался с внушительным видом.

– Ну, пойдем, раз пришел – кивнул директор, пропуская Дениса в кабинет.

Тот поколебался, но всё же шагнул вперед. Среди лицеистов ходило устоявшееся мнение, что выйти из этого кабинета можно было только с документами на отчисление. Денис надеялся, что сможет обойтись без этого, но, завидев суровое лицо директора, начал сомневаться в верности своих действий. Может, лучше было сбежать по-тихому?

– Рассказывай! – задумчиво проговорил директор, усаживаясь в высокое кожаное кресло. Денис засмотрелся на этот внушительный образец важности и величия, отчего не сразу понял, что к нему обращаются. Только когда седая бровь на лице директора вопросительно поползла вверх, Денис спохватился и принялся обрисовывать ситуацию. Денис поначалу не хотел говорить про подозрения и беспокойство. Но взгляд директора из льдисто-холодного постепенно превращался в просто холодный и парень заговорил. Про свои подозрения, про то, что очень уж номера совпадали, да и родители внезапно перестали отвечать на звонки. К концу своего рассказа Денис почувствовал, что его снова одолевает паника. Поэтому, сцепив руки за спиной, он громко выдохнул и замолчал.

– Почему пришел ты, а не куратор? – прервав Дениса на полуслове поинтересовался директор, постукивая пальцами по до блеска отполированной столешнице.

Ответа на этот вопрос не нашлось, и парень лишь пожал плечами.

"Ну все, теперь еще и Верона выпишет благодарность безграничную", – пронеслось в голове у Дениса. Но эта мысль не вызвала у него страха. Наоборот, если ценой за его выезд в город станет коридорная ссылка до конца года, он даже не пикнет.

– Молодежь, – вздохнул директор и поднял телефонную трубку, набирая какой-то номер. На протяжении всего разговора Денис чувствовал на себе изучающий взгляд директора. Но был слишком взволнован, чтобы предать этому хоть какое-то значение.

В ожидании решения Денис разглядывал директорский кабинет. На первый взгляд ничего удивительного в нем не было. На стене портреты президента, премьер-министра и еще какого-то важного дядечки. На другой стене – изображение основателя лицея. На полу светлый ковер с толстым ворсом. Длинный стол заседаний с массивными стульями по бокам. Стеллажи с грамотами и благодарностями от всевозможных ведомств и сейф. Малахитовые шторы на окне создавали в комнате полумрак, отчего сложно было сообразить, какое сейчас время суток. В общем и целом, это был стандартный кабинет руководителя, отражающий всю важность и значимость директора Самого-Лучшего-В-Мире-Лицея.

Денис собрался было посмотреть на кабинет под другим углом зрения, но неяркий блеск в дальнем стеллаже отвлек его. Бросив короткий взгляд на директора, Денис убедился, что тот все также увлечен телефонным разговором. Тихо развернувшись, Денис подошел к стеллажу и пригляделся. Как оказалось, сияние исходило от невысокой резной фигурки прялки. А точнее, от веретена с куделью, которое сейчас чуть подрагивало. Одна единственная золотистая нить и издавала то самое знакомое Денису слабое мерцание. Нить была тонкой, словно паутинка и медленно, но безвозвратно подходила к концу. Точно такие же две нити он недавно удлинял в старом тереме. А сегодня узнал, что с родителями случилась беда…

Злость нарастающей волной поднялась в душе Дениса. Из-за такой же прялки его родители чуть не погибли! Из-за такой же прялки всё вокруг летело не пойми куда! Он сам не мог объяснить, откуда появились эти мысли, но всевозрастающее желание что-нибудь разбить усиливалось с каждым мгновением. Он знал, что стоит ему лишь захотеть, и он оборвет эту тоненькую ниточку одним движением пальцев. Он уже чувствовал, как она сначала натянется, а потом порвется с тихим стоном. Как мир вокруг качнется, принимая новую оборванную судьбу.

– Васнецов!

Денис вздрогнул и отшатнулся от стеллажа. Часто заморгал, прогоняя наваждение, и повернулся к директору. Рядом с ним стояла Верона. Растрепанная и встревоженная. Было похоже, что её только что вытащили из-под одеяла и заставили явиться как сивку-бурку на бежевый ковер пред очами директора. Но даже в таком виде взгляд горящих зеленью глаз заставлял поёжиться.

– Д-доброе утро, Вер-рона Вергардовна, – слегка заикаясь, поприветствовал Денис.

– Что у тебя? – проигнорировала приветствие Верона.

– В город надо. Выпустите?

– Через пять минут у главных ворот. Опоздаешь, поеду без тебя!

Денис начал было рассыпаться в благодарностях, но холодный взгляд директора заставил его лишь тихо просочиться сквозь приоткрытую дверь.

– И скажи Вальтеру, если еще хоть раз начнет качать права своим союзом лицеистов, я его расформирую!

Уже на выходе долетел до Дениса недовольный голос Вероны.

Небеса разверзлись. Именно такие мысли пришли Денису в голову, когда он вышел на крыльцо. Потоки небесной воды скрадывали звуки, дневной свет и очертания окружающего мира. Денис пожалел, что попросил Вальтера пойти к директору через переходы и сейчас остался без зонта и без куртки. Мысль о том, как он будет перебегать лицейскую площадь, чтобы встретить Верону у ворот вызывала содрогание. Сверкнуло.

– Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, – досчитал Денис до удара грома. Гроза проходила где-то стороной. Но ливень и не думал заканчиваться. Собравшись с духом, Денис приготовился к резкому старту и забегу под дождем и по лужам. Но скрип шин заставил его замереть, с удивлением вглядываясь в дождь. Интересно, кто же мог себе позволить такую наглость, как разъезды по лицейской площади?

Из-за пелены дождя вынырнул алый внедорожник. Тот самый, который повстречался Денису в первый лицейский день. Лихо развернувшись, он притормозил у самого крыльца. Тонированное стекло плавно отъехало вниз, и Денис увидел недовольную Верону:

– И долго ты еще ворон считать будешь?

"Тут только одна", – хотел было ляпнуть Денис, но вовремя придержал язык и забирался в машину. Впрочем, удивленного возгласа избежать не удалось. В короткой кожаной куртке, рваных джинсах и ботинках из мягкой кожи Верона Вергардовна была совсем на себя не похожа. Неизменными оставались очки с затемненными стеклами. Порыв ветра, залетевший от раскрытой двери, растрепал распущенные волосы. Денис присвистнул. Когда она успела переодеться?

– Еще раз так сделаешь, выброшу с перевала из открытого окна! – тихо сказала Верона. Но Денис уловил неприкрытую угрозу в её голосе. Эта выкинет и скажет, что так и было!

Шины заскрипели на мокрой плитке, и автомобиль рванул с места. Денис вжался в сиденье и поспешил пристегнуться. Так, по крайней мере, у Вероны будет дополнительная помеха для выкидывания. Но хозяйка Медногора, кажется, забыла о его существовании.

Надавив на педаль газа, она сосредоточилась на дороге. Из-за дождя видимость была нулевой, и Денис начинал опасаться, как бы их действительно не вынесло в пропасть на очередном резком повороте. Но Верона выглядела спокойной и сосредоточенной, хоть и уставшей. Денис был уверен, что темные очки скрывают мешки под глазами. Как она видит что-то в полумраке, да еще и с затемненными очками, оставалось загадкой. Снова сверкнула молния. На этот раз Денис успел досчитать до шести. Гроза приближалась. Или это они ехали ей навстречу. Денис решил отвлечься от невеселых мыслей о родителях и вероятности падения в пропасть. Не придумав ничего лучше, он стал украдкой рассматривать своего куратора. Под звуки гитарных рифов она лихо управлялась с машиной, не обращая на взгляды ученика никакого внимания. Денис попытался представить, сколько же ей лет? В школе, в бесформенном халате с жутким узлом на голове она больше всего походила на результат скрещивания моли и летучей мыши. И казалось, что ей давно перевалило за сорок, и она верными шагами подтягивается к пенсии. Сейчас же ни о какой пенсионерки и речи быть не могло. Наверное, ей даже сорока не было… Любопытство разгоралось в душе с каждым мгновением. Не в силах сдерживаться, Денис выпалил:

– Верона Вергардовна, а можно нескромный вопрос?

– Нет! – не отрывая взгляда от дороги, резко ответила Верона. И, видимо, заметив смущение Дениса, немного смягчилась. – На будущее. Если хочешь что-то спросить, сделать, устроить – не жди одобрения от окружающего мира. Готовься нести ответственность за свои действия, но одобрения не жди.

– А почему? – оживился Денис. Получить бесплатный жизненный совет от грозы Медногора он явно не ожидал.

– Потому что это попытка переложить ответственность. Чтобы в случае чего сказать, ну вы же одобрили-разрешили-поощрили, а я не при чем. А это низко.

Верона немного сбросила скорость, входя в поворот.

– Сколько вам лет? – выпалил Денис, вжимаясь в кресло.

– Двадцать семь, – ответила Верона. Но Денис услышал другую цифру. Мир снова на мгновение расслоился и до Дениса долетел тихий голос Вероны "двести семьдесят".

– И две недели коридоров, – добавила женщина, вновь набирая скорость.

– За что? – для вида возмутился Денис, обдумывая, что это сейчас произошло.

– За нарушение приказов. Я тебе не разрешала задавать нескромные вопросы!

Денис хотел было возразить, но визг тормозов заглушил его реплику. Машину резко бросило в сторону, развернуло раз, другой и Денис зажмурился, представляя, как они сорвутся в пропасть или на полной скорости въедут в скалу. Пальцы до боли сжали кожаное кресло и Денис чувствовал, как под ногтями трещит обивка. Мгновения потекли медленно, словно протискиваясь через полотно мироздания. Внедорожник пищал, скрипел и гудел, вращаясь по дороге, как волчок. Денис чувствовал это вращение, но боялся открыть глаза и увидеть перед собой разверзшуюся бездну. Сквозь закрытые веки Денис видел вспышки молний, которые не прекращались ни на секунду. Словно кто-то забыл выключить клубный стробоскоп, и теперь он отрывался на полную катушку.

Раскаты грома смешивались с визгом шин и дыханием Дениса. Верона что-то бормотала, но он не мог разобрать слов. Весь его мир сейчас сузился до внезапно ставшего таким легким и игрушечным внедорожника.

"Наверное, родители чувствовали то же самое", – пронеслось в голове у Дениса.

Резкая боль пронзила грудь. Денис вскрикнул и вскинул руку. Но повреждений не было. Цел и невредим, он сидел в замеревшей машине и тяжело дышал. Глянув, что они остановились в каких-то сантиметрах от обрыва, Денис сжался и похолодел. Попытки самоуспокоения, что всё позади не увенчались успехом. Хотелось оказаться подальше от этого места. И боль никуда не делась. Алым цветком она расцветала в груди, пульсируя в такт сердцебиению.

– Опасность, – не совсем понимая, что делает, пробормотал Денис. Дрожащими руками он попытался отстегнуть ремень безопасности.

– Сиди и не дергайся! – приказала Верона, медленно отъезжая от обрыва.

Сверкнуло. Денис вздрогнул и, наконец, сумел отцепить этот дурацкий ремень! Резко дернув дверь, он буквально вывалился на дорогу. На задворках сознания парень порадовался, что Верона не набрала моментально скорость как в прошлый раз.

– А ну вернись!

Верона выскочила из машины, пытаясь поднять Дениса с асфальта. Но тот лишь вяло отмахнулся, стараясь отползти как можно дальше. Тревога невероятной силы гнала его прочь. Куда угодно, хоть в пропасть, хоть в бездну, лишь бы подальше отсюда.

Капли дождя стекали по лицу, нежно шепча:

– В пропасть… в пропасть… в пропасть…

Денис огляделся. Да, пропасть, еще недавно казавшаяся чем-то жутким и ужасным, сейчас манила, обещая успокоение и избавление от всех страхов и тревог. Пошатываясь, Денис поднялся на колени и пополз к обрыву.

– Васнецов! – прогрохотал над ухом голос Вероны.

Всегда казавшаяся хрупкой женщина резко подхватила Дениса и поставила на ноги, хорошенько при этом встряхнув.

– А ну прекрати истерику и соберись!

"В пропасть… в пропасть… в пропасть…"

– Ты забыл, что у тебя родители в больнице?

"В бездну… в бездну… в бездну…"

– Или тебе безразлично их состояние?

"Опасность!" – взорвалось в мозгу. Действуя на автопилоте, Денис схватил Верону в охапку и рванул в сторону. Ноги заскользили на мокром асфальте, отчего двое повалились, перекатываясь всё дальше и дальше от машины. И, как оказалось, очень вовремя. Туда, где они только что стояли с грохотом свалился здоровый валун. Раскат грома не смог заглушить звук от удара. Денис приподнялся на локте.

– Надо уходить!

Но Верона его не слушала. Напрягшись, она смотрела Денису за спину. Через удар сердца он и сам почувствовал, что там что-то есть. Взгляд, полный ненависти, буквально прожигал спину. Медленно повернувшись, Денис увидел такую знакомую зелень. Невероятное существо стояло прямо напротив и с ненавистью взирало на Дениса. Казалось, что тварь ждала какого-то сигнала.

Туман в голове наливался свинцовой тяжестью. Денис зашипел и сдавил виски. Эта тварь, такая знакомая. Почти родная. Что-то их связывало. И, прищурившись, Денис это увидел. Тонкая, едва различимая в этом мире нить тянулась от чудовища к нему. Её почти невозможно было рассмотреть – бледный, тусклый свет, исходящий от Дениса, затмевал золото нити. Денис вытянул перед собой руки. Казалось, что они опутаны липкой паутиной. Не до конца понимая, что делает, Денис принялся срывать её с себя. Паутина не поддавалась, налипая сильнее. Денис разозлился, прикладывая всё больше и больше усилий. В очередной раз сверкнула молния, и Денис расслышал слабый треск. С правой руки отлетел кусок паутинки. Денис заработал быстрее. Он не знал, что делает, но чувствовал, что сейчас это самое верное решение. Тварь стояла всё также в стороне, замерев, и наблюдала. Денис откуда-то знал, что она прекрасно понимает весь смысл происходящего и также ждет, когда Денис расправится с этой паутиной. Наконец, последний кусок тонкой материи рассеялся в воздухе и Денис пошатнулся. Воспоминания бурным потоком возвращались на свои законные места. Уход из библиотеки. Улицы вечернего Царицына. Старый склад. Трое школьников. Зеленый свет.

– Норлах, – просипел Денис, окончательно вспоминая.

В тот же миг норлах взревел и кинулся на Дениса. Тот даже не успел уклониться. Стремительно метнувшаяся наперерез тень сбила чудище с ног и резво отскочила в сторону. Денис отшатнулся назад и откинул со лба челку, с которой на глаза стекали ручейки воды. Одежда давно промокла, а в кроссовках противно хлюпало. Но сейчас это не имело никакого значения.

Доживать жизнь в мокрой одежде. Красота, – пробормотал Денис, стараясь разглядеть своего спасителя.

Там, где еще недавно был норлах, рыча и скалясь, стоял ирбис. Шерсть на шее зверя вздыбилась, а глаза горели зеленым огнем. Не тем, от которого пробегал мороз по коже, а каким-то до боли знакомым. А вот Верона куда-то пропала. Денис резко выдохнул и привычным движением качнул мир вперед. Картинка расслоилась и он УВИДЕЛ. Верону, принявшую боевую стойку.

– Что стоишь? Беги, дурак! – прошипела женщина и кинулась на поднявшегося с земли норлаха.

Денис, как завороженный, несколько мгновений наблюдал за схваткой двух потусторонних существ. Верона перестала быть человеком. Теперь она была истинным Зверем. Действовала как зверь, мыслила как зверь. Удары мощных лап попадали точно в цель, отчего норлах выл и злился еще сильнее. Каждый раз, когда тот пытался схватить барса массивной клешней, тот изворачивался и отскакивал в сторону.

– Беги! – снова донеслось до Дениса.

Он кинулся к машине. Но даже и не думал исполнять приказ. Надеясь, что телефон поймает хоть какой-то сигнал в этих ущельях, он пытался набрать номер лицея. Но его надеждам не суждено было сбыться. Как ни старался Денис послать сигнал бедствия, телефон упорно его игнорировал. С досады, парень швырнул его назад в машину и выглянул из-за открытой двери.

Ситуация на поле боя изменилась. Теперь норлах атаковал всё чаще, оттесняя ирбиса к краю дороги. Тот заметно прихрамывал. В свете молний Денис увидел алую дорожку, тянущуюся следом.