Текст книги "Бонни and Клайд (СИ)"
Автор книги: Samanta Adams
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 25 страниц)
Фил, словно боксера после тяжелого нокдауна, встряхнул Сашу и поставил его на ноги.
– Сука, – стирая кровь тыльной стороной ладони, добавил Холмогоров. – Братуха, что случилось? – пытался заглянуть в глаза Саше Фил.
Космос сплюнул кровавые слюни, вскочил, осознал, что…
– Варя в порядке? Варя! – он резко встряхнул друга за отвороты пиджака. – Где Варя? Где? Саша лишь бессмысленно кивал, обводя товарищей невидящим взглядом. – Ей в больницу надо кажется что-то с ребенком. – Бегом за ней, – приказал Филу Кос. – Сейчас менты понаедут, надо сваливать. Фил через пять ступенек рванул наверх.
В общем, все оказались в центре «Матери и ребенка». Варю сразу же увезли на осмотр. А в коридоре метались туда-сюда Космос, Фил и Саша. – Короче, братва. Раз вы здесь все такие тупые, то Космос Юрьевич Холмогоров все за вас уже решил. Ясно одно – крыса среди тех, кто знал о квартире. – То есть, среди нас, – уточнил Фил. – Не факт, – позволил себе не согласиться Космос. – Короче, Склифосовский. Идея, конечно, дурная, но чем черт не шутит. Фил, ты ж каскадер? – Участвую. Вот завтра – на съемки в Ялту с Иванычем. Космос понимающе кивнул и продолжил: – Собираем всех. И ты с Сашей едешь в Ялту. Ну, типа, каскадерить. – Ну и что? – как всегда, с первого раза не понял Фил. – Сань, ну до тебя-то хоть доперло? – воззвал к здравому смыслу вдохновленный своей идеей Космос. – Ладно, понятно все, – резко поднялся Саша со стула. – Фил, собирай всю братву. Завтра с утра едем в аэропорт. Сейчас – главное чтобы с Варей все нормально было и с ребёнком, – сказал он.
Ребята и не заметили, как из палаты вышла Катя.
– Саш, – позвала Белова племянника. Ребята подлетели к ней. – Кать, как Варя?
Екатерина глубоко вздохнула, было видно, что ее трясет:
– Я очень прошу тебя, Саша, успокойся только. И Варю поддержи главное. У вас будут ещё дети.
В глазах Саши появился испуг. Катерина продолжила:
– Стоял выбор либо спасать ребенка, либо мать. В таких случаях всегда спасают мать. С Варей всё в порядке, вы ещё молодые, у вас будут дети. – К ней можно? – казалось, Саша не узнавал своего голоса настолько, он был сиплый. – Да, только тихо.
Варя лежала на кушетке в больничной сорочке, светлые волосы разметались по подушке. Саша присел рядом с женой, провел по накрытым пледом плечам.
– Маленькая моя, – тихо позвал он девушку, но даже этот шепот показался ей оглушительно громким в царившей тишине. Родной любимый голос вывел ее из собственных неутешительных мыслей, и Варя вздрогнула. – Ты меня слышишь?
– Слышу, – охрипшим голосом отозвалась девушка.
– Повернись ко мне, – попросил нежно Белов.
– Не хочу.
Он вздохнул и, обогнув кровать, оказался с другой стороны девушки, перед ее лицом. Варя, поджав губы, спрятала голову в мягкой подушке, которая, как оказалась, была мокрой насквозь.
«Бедная моя», – подумал Саша, и сердце его стянулось в тугой узел. Мятая фата и платье печально свешивались со стула рядом с кушеткой.
– Бедная моя девочка, – уже вслух прошептал он, поправляя прядь волос на щеке любимой. – Я очень хотела, чтобы она родилась, – проговорила Пчелкина, не открывая глаз.
Саша с трудом проглотил комок, как колючий еж, застрявший в горле:
– Я… я не знаю, что ответить.
От этой фразы тело Вари пробила новая волна дрожи, и девушка, жалобно всхлипнув, тихо, еле слышно заскулила, прижимая к губам кулачок. Она кусала костяшки пальцев зубами, все сильнее и сильнее. Говорят, что физическая боль всегда заглушает душевную. Но так ли это?
Саша осторожно оторвал ее руки от лица и выпрямил скрюченные пальцы. Это требовало больших усилий. Он наконец настроил с ней зрительный контакт. На него смотрело ее красивое заплаканное лицо, а красные от слез глаза глядели холодно, будто обвиняли. Белов зарекался, что никогда не даст любимой женщине плакать, что на ее губах всегда будет царить улыбка, но они были сейчас искривлены, сжаты так плотно, что осталась лишь тонкая полоска, не дающая всхлипам вырываться наружу.
Мужское сердце окатила холодная волна разочарования и обиды. Саша никогда не показывал слабости, но все произошедшее за сегодня было словно удар под дых. Того, что они с Варей оберегали все это время, чему радовалась и чего так желала девушка, больше нет. Ребенок.
Может быть, жизнь специально уготовила им этот удар, чтобы проверить на прочность их чувства? Мама всегда говорила: «Желающий увидеть солнце должен переждать бурю». И они должны ее переждать. Что бы не случилось.
– Саша, зло возвращается злом. – Варя уткнулась носом в его плечо и тяжело задышала. – Мы не делаем зла, мы живем. Я живу, – тихо ответил он. Не столько ей, сколько себе самому. – Наша жизнь – зло, – спокойно пояснила она. Саша упрямо молчал. Варя все-таки открыла глаза и смотрела на него так, будто жалела. Его. И себя. И нерожденную дочь. – Варя, мне так стыдно. Прости меня, – опустил он виновато голову. – Тс-с, милый, – погладила она его по волосам. – Я же знаю, кто ты. Кто я. Кто мы. Просто я люблю тебя так – больше жизни. Саша опустил голову еще ниже, чтобы скрыть подступившие слезы. Он легонько и нежно коснулся губами запястья любимой. – Варенька моя, Варюша, – бормотал он, уже не скрывая слез, – будь со мной. Верь мне. У нас еще будут дети. Обещаю тебе. Слышишь? Много детей. Правда. Она обнимала его все крепче, стараясь, стать еще ближе, ближе: – Муж мой, любимый мой.
====== Часть 18 ======
Комментарий к Часть 18 Telegram channel фанфика
https://t.me/brigada_bonni
ВЕСНА-ЛЕТ0 1991 ГОДА
«Начинается посадка на самолет рейса двадцать три семнадцать до Симферополя. Повторяю…» – голос дикторши разносился под сводами зала ожидания аэропорта «Внуково». Возле выхода на посадку, с дорожными сумками в руках, стояли Саша с Филам. Рядом с ними – Космос и несколько бойцов. – Ну, все, Кос, мы полетели. – Саша помахал другу. – Осторожнее здесь, – назидательно посоветовал Фил, легко забрасывая на плечо тяжеленую сумку. Космос снисходительно похлопал его по плечу: – Разберемся, не волнуйся. – Космос, береги себя, – поддел напоследок друга Саша. И обнял: – Брат, прости меня. Я тогда обезумел совсем. – Проехали, – пожал плечами Космос и несколько вымученно улыбнулся. – Но я еще не отошел, если честно, – тем не менее, добавил он. Шутка ли – изрядно помятые бока и ссадина под глазом. – Ты прав. Не держи зла, ладно? – И Саша, крепко пожав ему руку добавил: – За Варей смотри, прошу тебя. Она сейчас в таком состоянии, что мне за неё очень страшно. Виду она, конечно, не падает… держится, но я то все понимаю… Космос едва заметно кивнул. – Кос, живот прихватило, – подскочил к Космосу белобрысый Миша. – Я в туалет, потом сразу к машине. – Да конечно, пожалуйста. Саша и Фил двинули на посадку. – Фил, билеты у тебя? – полуобернувшись, спросил Саша. – У меня, у меня, – успокоил его Фил, помахивая билетами. – Банзай! – махнул он Космосу. – Банзай! – вскинул руку повеселевший Космос. Слева от выхода из аэропорта Миша обнаружил работающий телефон. Поминутно оглядываясь, он быстро набрал номер: – Але, это я. Облом… Слушай, я все сделал, не свезло… В аэропорту… Да не мог раньше. Он вылетает… И тут чья-то рука выхватила у него трубку. Это был Космос. Он приложил трубку к уху, но услышал лишь гудки отбоя. Миша с ужасом смотрел на пацанов, окруживших его. Он, конечно, не надеялся найти у них сочувствие. Но никогда не думал, что его будут так ненавидеть. – Ошибся, тупоголовый, – смотрел на него в упор Белый. – Никуда я не вылетаю.
Квартира была огромной. Это впечатление создавали в первую очередь высокие, в три с половиной метра потолки. Оконные двери имели выходы прямо на Яузу. А дальше открывался прямо-таки открыточный вид на старую Москву. Меж двух крыш даже была видна звездочка на одной из кремлевских башен.
– Это самая большая комната в доме? – оторвавшись от окна, спросила Варю мать. – Ну да, гостиная, – равнодушно ответила Варя. – Мам, тебе чай или кофе? – Чай… – крикнула мать, перемещаясь в другую комнату. На прикрытых мешковиной коробках лежало несколько сабель. Некоторые – в богато украшенных ножнах, другие – просто так, наголо. – Хорошо живите, молодежь!
Анна Сергеевна осторожно потрогала острие одной из сабель. А потом, воровато оглянувшись на дверь, взяла в руку саблю, оказавшуюся легкой, и несколько раз молодцевато взмахнула ею над головой. Прямо красный командир в юбке.
– А здесь что будет? – вернулась она к мирной жизни. – Не знаю, может, кабинет, – из кухни крикнула Варя. – Спальня-то! Зачем такая огромная? – Анну Сергеевну здесь удивляло решительно все. – Нормальная. Воздуха много… Иди, остынет, – умоляюще позвала ее Варя, которая уже обалдела от всех этих маминых вопросов. Но та никуда не торопилась. Она достала монетку из портмоне и, наклонившись, засунула денежку в щель между двумя паркетинами. На счастье. Замечательная все-таки у Вари с Сашей квартира. Просто роскошная. И кухня какая… Большая! Аккуратно расправив подол юбки, мать присела напротив дочери. – Ох, Варюша, я так рада, что у вас есть свой дом… Я все вспоминаю, как мы с твоим отцом по углам кочевали… Когда только поженились. – Сахар класть? – Нет, я с конфетами… – И Анна Сергеевна задумалась. Посмотрев на дочку повлажневшими глазами, она принялась за сладости в вазе, попутно рассуждая:– Нет, все-таки Саша юноша хороший у тебя, по-своему порядочный. И друзья вас уважают. Такую квартиру подарили… – А мы, может, переедем отсюда, – неожиданно вырвалось у Вари. – Вот те на! – всплеснула руками мать. – А что случилось? Варя поняла, что погорячилась. Вот уж с кем не стоило обсуждать эту тему, так это с мамой, для нее выкидыш случился из-за проблем с почками Вари с самого детства. – Да… Не, я так, брякнула мысли в слух.
В густом еловом лесу было сумрачно. Из неглубоких овражков поднимался слоистый туман. День уже близился к закату. Красноватые лучи солнца пробивались меж еловых стволов и ветвей, подсвечивали туманный воздух, придавая ему бледно-розовый оттенок. Остро пахло смолой и почему-то дымом – видимо, на ближних дачах жгли костры.
Было тихо до звона в ушах. Городские звуки до этой чащобы не долетали. Кто бы мог подумать, что до кольцевой дороги всего каких-то пять километров! И только голос кукушки вдруг тревожно ворвался в тишину. – Семь, – загибая пальцы, считал Космос. – Мало что-то, – невесело подытожил Фил. – А такой жизни год за два. – Космос подтолкнул плечом мрачного Фила. Но тот почему-то не развеселился: – Один черт, мало. Бригада в полном составе выходила из леса на опушку. Впереди – Белый, за ним Космос, Фил. Следом – бойцы, их маленькая грозная армия. Варю посвящать в их планы по вычислению “крысы” ребята посвящать не собирались, и так девушка натерпелась – подарок на свадьбу, так подарок, называется. Со всеми вытекающими – получите, распишитесь. До сих пор молчавший Белый обернулся. Вгляделся в лица пацанов: – Фил, я только сейчас въехал, а где Скиппи с Гошкой? Фил ответил не сразу. Ему совсем не хотелось поднимать эту тему именно сейчас. Но вопрос был задан. – У Скипона сотрясуха… – И он немного виновато пожал плечами. – А у Гохи нос загнулся, как клюшка Кохо Революшн, – пояснил Космос. – А что такое-то? – напрягся Саша. – На рынке с залетной братвой схватились. Саша нахмурился. Что за хрень? Во-первых, почему вовремя не доложили? Во-вторых, до каких пор его люди будут отгребать там, где вроде бы все схвачено? – Говорят, с Сибири каждую неделю новые бригады подтягиваются. – Космос со злостью пнул подвернувшуюся еловую шишку. Набросали тут, козлы! – Не знаю насчет Сибири, – задумчиво проговорил Фил. – По-моему, так из Шаолиня. Скиппи говорит, даже отмахнуться не смог. Белый ускорил шаг. Расстояние между ним и остальной бригадой неуловимо увеличивалось. Сегодня был его, Сашин, день. Но это ему почему-то совсем не нравилось. Конечно, все знали, зачем они поперлись в этот лес и что должны были сделать. Но окончательного решения ждали от него. И он отдал приказ. И еще он заметил, что многие отвернулись. Он же заставил себя смотреть до конца. Теперь они все были повязаны. Одним делом. Одной кровью. Этим вот еловым лесом. И все! Бардака больше не будет. За это он, Саша Белый, отвечает. Саша резко остановился и обернулся к бригаде. Все замерли. – У нас не безопасность, а хор мальчиков-зайчиков, – заводясь с пол-оборота и глядя исподлобья на Фила, бросил он. – Белый, ты же знаешь, всяко бывает, – попытался замять тему Фил. – На каждого бойца всегда найдется покруче. Я-то знаю. Но Саша уже рассвирепел: – А что еще ты знаешь? – глаза его были совершенно ледяными. – Что из-за твоей оплошности в безопасности мы с Варей потеряли ребенка. Что человек, которого ты привел, мне гранату подложил? Это твои люди, Валера. За их подготовку я с тебя спрошу. Это, кстати, всех касается! – Белый обвел взглядом притихших бойцов. Машины ждали их на берегу водохранилища. – Ну, поехали, зайчики! – скомандовал Саша, подходя к «линкольну». Космос, глядя на простор воды, остановился и негромко сказал: – Пусть земля ему будет пухом. И всем было ясно, что сегодняшний день они не забудут. Никогда.
====== Часть 19 ======
Комментарий к Часть 19 Telegram channel фанфика
https://t.me/brigada_bonni
Саша встряхнул кожаный плащ и повесил его на плечики. На пол посыпались еловые иголки. В квартире было почти темно, только в дальнем конце коридора, из кухни, падал свет. Наверное, Варя уже легла. Это было совсем некстати. Саша был страшно голоден. Сейчас ему меньше всего хотелось ужинать в одиночестве. Однако он ошибался. Варя даже и не думала ложиться:
– Мрачный муж пришел, – вышла она из кухни. – Ужинать будешь? Мясо. – Привет. Мясо буду. – Еще горячее. А ты что, за грибами ходил? – она смахнула иголку, застрявшую в обшлаге плаща. – Ну, типа да, – устало согласился Саша. Он притянул Варю к себе и легко поцеловал в щеку. Но когда он потянулся к ее губам, она отстранилась. На мгновение. И тут же приникла к нему. От Саши пахло лесом и немного дымом. Они прошли в комнату, и Саша тяжело опустился в кресло, зачем-то прихватив со стола гитару и тронув струны. – Ты мебель смотрела? – крикнул ей Саша. – Обставляться надо как-то. – Смысл? – донеслось до него. – Переедем – будем обставляться. – Куда переедем? – не понял Саша. – Тебе что, здесь не нравится? – спросил он уже на пороге кухни. Варя, не оборачиваясь, что-то колдовала над кастрюлей. – Не нравится? – Она недоуменно пожала плечами. – Нет, мне все нравится, даже очень. – Иронии она почти не скрывала. – А в чем тогда проблема? – Саша ее иронию принимать не желал. – Ни в чем. Все чудесно, – мерзко спокойным тоном ответила Варя, накладывая в тарелку тушеное мясо. Саша сдерживался уже с трудом. Что ж за день такой гребаный! – Пчелкина, вот это плохая политика – капать на мозги, – ссориться ему совсем не хотелось. – Все улажено. Что ты начинаешь-то? – Саша, надо съезжать отсюда. – Варя резко сбросила обороты: ирония уступила место усталости. – Это все, чего я прошу. Не хочу вздрагивать каждый раз, когда подхожу к дверям. – А ты не вздрагивай. – Почувствовав, что переборщил, Саша постарался сгладить: – Варюш, квартира – подарок пацанов наших, они старались, нашли алкашей этих, расселяли… – Блин! – вспыхнула Пчелкина. – Да с кем тебе жить в этой квартире?! С женой или пацанами нашими? – Не задавай тупых вопросов сейчас. Варя же эти слова приняла почему-то слишком близко к сердцу. – Тупых? А ты, с каких пор таким умным стал? Может ты забыл, что я из-за этой квартиры ребенка потеряла? – Варя уже чуть не плакала. – И не надо со мной так обращаться! – прикрикнула она. – Варь, я все понимаю, но и ты пойми… – перевел дух Саша. – Да что я должна, черт возьми, понять… – по инерции продолжала Варя. Но это была уже лишняя капля. – Короче! – перебил он ее. – Запомни, я такой, какой есть. И если за много лет ты это так и не поняла, то чем скорее ты это поймешь, тем лучше для нас обоих. Все, базар окончен. Варя, ни слова не говоря, выскочила, как ошпаренная, из кухни.
Да, денек, что и говорить, выдался на славу.
Генерал Чуйков ценил опера Каверина. Конечно, старый милицейский лис на голубом глазу видел, что этот Володя Каверин далеко не так прост. Более того – этот опер был явно из тех, кто мать родную ни за понюшку табака продаст. Однако сыскарь он был классный. От бога или от дьявола – кому что больше нравится. Поэтому Чуйков взял за обыкновение вызывать Каверина непосредственно к себе, в кабинет в Главке. И поручал ему те дела, которыми, будь он помоложе, занялся бы сам. – Да, по поводу этих бриллиантов, – говорил он, прихлебывая горячий чай с лимоном. – Свяжись с прокуратурой и возьми показания с потерпевшего. – Хорошо, беру на контроль, – с готовностью отозвался Каверин, аккуратно фиксируя в блокноте приказ генерала. – Еще что-нибудь, Петр Ильич? – с готовностью, но без подобострастия спросил опер. – Еще?.. – Чуйков задумчиво пополировал ладонью лысину. – Еще один глухарь, вот глянь. Взяв со стола несколько черно-белых фотографий, генерал протянул снимки Каверину. Каверин сначала перетасовал их быстро, но потом, вглядевшись, начал перекладывать фото все медленнее и медленнее. Генерал оседлал любимую тему про птичек-глухарей и не обратил внимания, что Каверин аж с лица спал и заметно побледнел. – Грибники обнаружили. В ельнике. Сволочи. И чего им дома не сидится? Расхлебывай теперь… – Откуда? – не по чину перебил его Каверин. Чуйков не придал значения нарушению субординации: – Утром из области прислали. – Вы дайте мне, я проверю. Может, и не глухарь вовсе, – собирая фотографии в папочку, попросил Каверин. – Орел! – генералу нравилась такая наглая и здоровая самоуверенность. Через полчаса Каверин был уже в офисе «Курс-Ин-Веста». Бросив на стол Артура фотографии, он по-хозяйски уселся на вертящийся стул. И дал Артуру время полюбоваться на одутловатое лицо покойника Михи – ибо это именно он был запечатлен на фото, явно не предназначенном для семейного альбома. – Вот этот пацан, должник мой. Должен был Белова грохнуть. Но что-то там не срослось. – Каверин состроил гримасу сожаления и развел руками. – Что наша жизнь – игра, – деланно вздохнул он и добавил: – Случая. – Так подожди, подожди… – остановил его сбледнувший с лица Артур. – А какой-то он неживой, парнишка-то твой на фотографии… – Есть маленько, – не мог не признать Каверин. – Так это ж… – раздулся от возмущения Артур… – его грохнули! Слушай, ты ж урод просто, понимаешь? – заорал он, потрясая фотографиями. – Ты ж меня подставил. Ты мне что обещал? Я тебе бабки давал? – Давал, давал, – успокоил его Каверин. – Акелла промахнулся. – Каверин побарабанил по столу пальцами. – Да ты не трясись так. Он не знал, кто, что… Все через посредников. Артур, ничего не говоря, лишь посмотрел на опера полным ненависти взглядом и достал из шкафа литровую бутылку водки. Налил себе рюмку и залпом выпил. – Белый что, идиот? – вытер он ладонью влажный рот. – Сам не доедет, кому надо было? – Есть такое дело, – согласился Каверин. И то ли в шутку, то ли серьезно предложил вдруг: – А ты не хочешь, пока такое дело, уехать куда-нибудь? В Монголию там? В Улан-Батор? – Да пошел ты! – огрызнулся Артур. – Я, – стукнул себя кулаком в грудь Каверин, – могу его устранить. Есть у меня еще один казачок на примете. – Ты уже один раз устранил, терминатор херов. – Теперь вот с этим, – он схватил со стола фотографии, – я его совершенно официально закрою. Сядет, а на этапах с зэками разное случается… Но это уже немножко другое вознаграждение, – Каверин набрал цифру на калькуляторе и развернул его к Артуру. На дисплее мерцала цифра 10 000. – Вот ты его сначала посади, а там поговорим насчет вознаграждения, – ответил Артур, лишь мельком глянув на цифру. – А у тебя выхода нет – масляно улыбнулся Каверин. – Белый – парень жесткий, ломом подпоясанный. Если я тебе не помогу, то кто ж тебе поможет? Артур задумался. Каверин положил перед ним чистый лист бумаги: – В общем, так. Вот тебе бумага, перо. Пиши заяву, как тебя злостно рэкетировала группа Белова. Не глядя, Артур скомкал лист и запустил им в урну. Надо же, попал. – Володя, а не пошел бы ты… – Артур не успел закончить, а Каверин – ответить. Из селектора раздался голос секретарши: – Артур Вениаминович! К вам Белов и Пчелкина. Товарищи по несчастью переглянулись. И, ровным счетом не зная, что делать, уселись друг напротив друга на подоконнике. Артур вытер рукавом пиджака лоб и отхлебнул водки прямо из бутылки. Каверин, как это у него обычно бывало в минуты волнения, по-утиному зашевелил губами, вытягивая их трубочкой. – Артур Вениаминович! – Людочка без стука ворвалась в кабинет. – Они уже поднимаются. Их там несколько машин приехало. Они же не спрашивают… Положение становилось критическим. Да что – становилось! Они были в полной заднице. Они пулей выскочили из кабинета. Правда, Каверин не забыл прихватить фотографии мертвого Миши, а Артур так и не расстался с бутылкой. – Быстро, быстро! – Каверин втащил за собой неповоротливого Артура в туалет и защелкнул задвижку. Уф! Успели! За дверью уже слышались приближающиеся шаги. Людочка тоже едва успела занять свою позицию. Принц Персии перешел уже на шестой уровень. За сегодня ему снова не повезло. Что и говорить – привходящие обстоятельства. В приемную уже ввалилась вся компания во главе с Пчелкиной и Космосом, которые приветливо лыбились. Как крокодилы. – Привет, Люда, Артур у себя? – спросила Варя и, не дождавшись ответа, заорала дурным голосом: – Артурчик! Секретарша изумленно подняла брови: – А вы его не встретили? Он только что уехал. – Ладно, подождем его. Белый с Космосом были уже в кабинете. – Извините, туда нельзя! – запоздало запричитала секретарша. – Я же соучредитель! – солидно напомнила ей Варя. – Люда! Сделай мне кофе! – крикнул Саша из глубин кабинета. Люда не тронулась с места, всем своим видом изображая глухонемую. – Ну, в чем дело? Тебя же попросили? Что, непонятно? Кофе. А мне – шампанского. Где это? Людочка поняла, что сопротивление бесполезно и бессмысленно: – Здесь, – указала она на дверь кухни. – Места много. Я там грушу повешу, – мечтательно проговорил Фил. – Нет, я здесь бильярд поставлю, – успокоил его Саша. – Варя, проверь эти текущие бумаги. Посмотри, может, там есть что-нибудь интересное. Космос, приватизировав бутылку марочного коньяка, уже приступил к дегустации: – А приличный конь. Рекомендую. У меня отец с конгресса астрофизиков привозил такой. Две бутылки. – Кос, кончай бухать! – Саша отнял у Космоса бутылку и сам отхлебнул глоток. – Что-то наш друг совсем пропал. Устроившийся у окна Фил разглядывал стоянку у офиса: – Вообще странно, – задумчиво протянул он. – На чем он уехал-то? Вон его «Волга» стоит. – А может, он и не уехал вовсе? – озвучил напрашивающийся вывод Космос. – Точно, точно, пойду, проверю, – радостно отложила бумаги Варя. Терпеть она не могла всю эту канцелярщину, да и выполнять просьбу мужа после вчерашний ссоры совершенно не было желания. – Только точно проверь, – предупредил Саша. Варя, казалось, распространилась по всему офису. Ее крики раздавались сразу отовсюду. Почему-то особенно хорошо их было слышно в туалете. – Артурка, выходи, подлый трус! – вопила Варя. – Где ты прячешься, радость моя? Маленький, я тебя все равно найду. Каждый ее выкрик Артур, сидя на крышке унитаза, запивал полноценным глотком водки. Каверин, с ненавистью оглядываясь на него, вытащил «Макаров» и взвел курок. Угораздило же его связаться с этим козлом. Который, вдобавок, все норовил то кашлять, то чихать, то сморкаться. И носит же земля таких уродов! – Артурка! Малыш, откликнись! Пчелкиной, похоже, надоели бесплодные поиски, и она снова прилипла к секретарше: – Людочка, что у нас с кофе? О! Строга, но справедлива. – Люда, ты же знаешь – Артур где-то здесь, – вкрадчиво сказал Саша, подойдя к девушке. – Скажи, где он? – голос его был ласков, но глаза оставались холодными. – Я же сказала. Он уехал, – монотонно повторила секретарша. Саша повернулся к пацанам: – Кос, тебе Люда нравится? – голос его не предвещал ничего хорошего. – Ты, обалдел, что ли, Саш? – попыталась вразумить его Варя. – Нравится. – Кос, похоже, не был столь сентиментален. Саша молча кивнул. Космос и Фил приблизились к Люде, демонстрируя полную решимость. Фил сзади обхватил Люду за шею, а Холмогоров деловито принялся задирать ей юбку. Девица заорала, будто ее уже насиловала толпа нанюхавшихся коки негров. – Стоп! Хватит! – прервал заигравшихся друзей Саша. – Ты козел, Белов, – коса глядя на него, рыкнула Варя. – Я тоже люблю тебя, маленькая, – улыбнулся как-то вальяжно Саша. – Да пошел ты, любимый, – скривилась Пчелкина, от такой обстановки срочно хотелось курить. Было, как-то мерзко, противно… – С Артуром будем решать в рабочем порядке. – Да что с ним решать? – легко бросил несостоявшуюся жертву Фил. – Голову отрезать на хер – и все! Затрезвонил телефон. Учредитель Пчелкина взяла трубку: – Але… – внимательно послушав, Варя зажала ладонью микрофон, и перевела Саше: – Саш, звонит какой-то чебурек. Говорит, Артур не проплатил вторую часть за алюминий. Саша на мгновение задумался. Решение созрело само собой. Может, и не правильное, зато прикольное: – Пошли его на хер, дорогая, – беззаботно ляпнул он. – Слышь, друг, – охотно ретранслировала Варя, – тут сидят влиятельные люди, они говорят, чтоб ты шел на хер… Что?.. – Положив трубку, она передала ответ с того конца провода: – Сказал, завтра они в Москву вылетают, а нас с Артуром на куски порежут. Пора было сваливать. – Людочка, ты испугалась, что ли? Да мы пошутили, – улыбнулся Саша. – Извини, Люда, – неожиданно серьезно наклонился к ней Космос. Фил, уходя последним, дернул несколько раз запертую дверь туалета. И пару раз своим кулачищем долбанул в нее. Каверин в очередной раз взял наизготовку «Макаров», а уже в стельку пьяный Артур громко глотнул из бутылки. Уф, кажется, пронесло. – Людочка, ты, умница, – осторожно выходя из туалета, облегченно вздохнул Каверин. Крупные капли пота катились по его вискам. – Тот, – большим пальцем он ткнул за спину, – тебе по гроб жизни обязан. Забирай его. Верная Людочка отправилась за шефом. Вернее, за его телом. Артур был пьян абсолютно – литровая бутылка практически опустела. Сидя на кафельном полу, он размахивал пустой тарой и по привычке выражал недовольство: – А где мы ходим?.. Бумаги нет… Пол холодный… Каверин понял, что толку от Артура сегодня как от козла молока. Но ситуацией надо было воспользоваться сполна. Пока Артур тепленький. Практически горячий. С Людочкиного стола он взял стандартный лист бумаги и написал: «Заявление». Секретарша, наконец, справилась с шефом и выволокла его из места общего пользования. – Подпиши, – распорядился Каверин. – Легко, – пробормотал Артур, не глядя, подмахивая бумагу. Все, теперь Белова можно было гасить. Официально. С возбуждением уголовного дела. И всеми прибамбасами. Впору было плясать.
====== Часть 20 ======
Комментарий к Часть 20 Telegram channel фанфика:
https://t.me/brigada_bonni
Пора было наводить порядок в своем хозяйстве. Иначе ситуация выйдет из-под контроля.
Москва стала действительно слишком лакомым куском, и со всех сторон необъятной родины в царствующий град полезли голодные крепкие парни без лишних извилин в мозгу, зато с крепкими кулаками. Это ж только подумать! На законной территории Бригады ее же бойцов мочат по-черному! Саша твердо понял: уж если они ввязались в этот своеобразный бизнес, то заниматься им надо профессионально. Прежде чем двигаться вперед, следует создать крепкие тылы и подготовить бойцов. Настоящих. Пока же все это было дилетантством. Еще немного – и их начнут задвигать по всем пунктам. А задвигать должны не их, а они. Своими соображениями Саша поделился с друзьями. – Киншаков классный тренер, вот ты с ним и потрещи, – выслушав Белова, предложил Фил. Правда, получалось немного смешно. К Александру-каскадеру Фила устроил Саша, теперь же, к Александру-каратисту, Сашу вел Фил.
Спортивный зал, где работал Киншаков, располагался на Соколе, недалеко от церкви, в глубине квартала.
Белов, в отличие от Фила, впервые попал в зал, где занимались восточными единоборствами. Он с интересом осматривался. У шведской стенки разминались парни, будто они какие-то гимнасты. В одном углу двое размахивали друг перед другом нунчаками. В другом сражались на деревянных мечах. В центре на жестких матах единоборцы самозабвенно колотили друг друга руками и ногами, время от времени издавая гортанные резкие звуки. В воздухе стоял смешанный запах крепкого мужского пота и каких-то восточных курений. К Филу и Саше, замершим в дверях, подошел широкоплечий парень в белом кимоно: – Вы к Учителю? – Ну да, – кивнул Фил. – По додзе только в ногах не ходите, ладно?
Тем не менее в зал Фил с Сашей войти постеснялись, остались у входа.
– Внимание, Учитель пришел, – хлопнув в ладоши, крикнул шкафообразный парень в белом кимоно с черным поясом. Из небольшой двери в противоположной стене вышел Александр Иванович. Все, кто был в зале, бросили свои занятия и дружно поклонились ему. Киншаков деловито оглядел зал и тут заметил Сашу с Филом: – О, тезка! Ты как здесь? Валера, привет. – Привет. – Здрасте, вот не ожидал… – пожал протянутую руку Саша. И сказал уважительно и немного удивленно. – Я слышу «учитель, учитель» – думаю, китаец какой-нибудь древний. Из раздевалки на середину зала вышел человек. Он поклонился всем присутствующим, а затем, куда ниже, Александру. У человека было невероятно знакомое лицо. Напрягшись, Саша вспомнил. Это был ведущий теленовостей с одного из центральных каналов. – Разные люди к вам ходят, – то ли поинтересовался, то ли просто отметил Саша. – Разные. Вон Басманов, он из МИДа. Валя, с усами, альпинист, на Эверест ходил. Володя Молокин, следователь Генпрокуратуры. А вон того разгильдяя, – Александр Иванович указал глазами на парня, который первым их встретил на входе, – недавно из МГУ выгнали… Киншаков взгянул на часы и крикнул «шкафу»: – Сергей, начинай разминку. Тот что-то прокричал то ли по-японски, то ли по-китайски, и спортсмены моментально выстроились в ровную шеренгу. «Вот это – нормальная организация», – с завистью подумал Саша. – А ты сам не хочешь попробовать? – подначил Сашу Александр. – Да надо как-нибудь выбрать время. А вот мои братья хотят позаниматься, попросили реального тренера найти. – Чего он гонит, какие братья? – с деланным удивлением Александр подмигнул Филу. – Какие, какие? У меня семья большая, – Саша мотнул головой куда-то в пространство. – Саш, у нас что, сроки увеличили за хранение огнестрелки? – усмехнулся Александр. – Да нет, – застенчиво улыбнулся Белов, – чисто для духовного развития. – Мутишь ты что-то, Санька, – вроде бы с иронией, но уже и серьезно сказал Киншаков. – И Валерку путаешь. Заблудитесь… Кстати, от пули, никакая физкультура не спасет. И еще, знаешь, у кого из живых тварей больше всех правил, ограничений? – Александр стал совсем серьезным. Перестал улыбаться и Саша. – У хищников. У них зубы слишком большие, поэтому природа дала им много законов, чтобы они не перегрызли друг друга. – Это вы к чему? – напрягся Саша. – А к тому, что все, кто здесь тренируется, должны жить по закону. Это тебе любой мастер скажет, не только я. Если б ты ко мне пришел за помощью, я б для тебя сделал все. А тренировать твоих быков… Не хочу. Извини. Насчет же духовной пищи – пусть твои товарищи в шахматы играют. Ну давайте, ребята, до встречи. – Аудиенция у Учителя была закончена. Но еще на несколько минут Саша с Филом задержались. Уж больно красиво Александр Иванович провел несколько мгновенных спарринг-встреч. Последним он уложил на лопатки шкафообразного владельца черного пояса. – Кинг-Конг мертв, – констатировал Саша. – Фил, надо оружие закупать. – Причем автоматическое, – на полном серьезе ответил Фил.
