Текст книги "ВПЛАМ: Шрамы, что превратились в морщины (СИ)"

Автор книги: Ritoro Deikku

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 28 страниц)

[Босс: …]

Для всех он был кумиром, богом, иконой, легендой. Перед ним склонялись сотни и боялись тысячи.

[Босс: … ]

И ведь это была всего лишь его третья личность. Третья когда-то примеренная и уж сильно подошедшая маска.

[Босс: … ]

Теперь он не просто контролировал закон Пейрута.

[Босс: …]

Он контролировал и беззаконье Пейрута.

***

[???: НЕ НАДО, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ НАДО!!!]

[Луни: Заткни пасть!]

Тяжёлая мужская нога воткнулась в женскую челюсть, придавленную к ледяному каменному полу. Послышался хруст и приглушённое мычащее нытьё, смешивающиеся с харкающимся кровью хрипом.

[Луни: … ]

Человек в маске схватил девушку за волосы и высоко приподнял над землёй, пока она истерично дёргалась от невыносимой боли.

[Луни: Почему ты так дрожишь, крошка?]

Он приподнял свою маскировку и облизал женскую щеку, успевшую покрыться слезами и грязью.

[Луни: Мы же ещё даже не начали.]

[???: Нет, нет… Пожалуйста… ]

Луни, не слыша ничего, схватился за грудь девушки и рывком порвал её голубое платье, обнажив нежную розоватую кожу.

***

[Луни: … ]

Она уже была подвешена на цепи, изнасилованная и распотрошённая.

[Луни: …]

Луни сидел рядом и просто… Наслаждался видом. Да, здесь было до ужаса темно, но ему всё равно невероятно нравились эти манящие очертания, огранённые лунным светом.

[Луни: …]

Он ненавидел женщин.

[Луни: …]

Ненавидел их всем сердцем за их алчность, за их корысть, за их мягкотелость, за их принципиальность, за их похотливость, за их глупость, за их истеричность, но, что самое главное…

[Луни: … ]

Он ненавидел женский пол за его исключительную патологическую слабость и при этом поражающее самомнение. Они не добивались ничего, не имели ничего за спиной, ни в чём не превосходили других, но при этом были абсолютно уверенны в своей идеальности, исключительности и силе.

[Луни: … ]

А ведь Инул, даже Инул никогда не признавал себя сильным, никогда…

[Луни: … ]

А они, слабые и ничтожные, считали себя совершенными и достойными почестей со стороны мужчин.

[Луни: … ]

Он не мог представить себе большего зла.

[Луни: … ]

***

[Инул: Да?]

[Стражник: Ваше Превосходительство, снова убили девушку.]

[Инул: Где?!]

[Стражник: В доках. Её нашли подвешенной на цепях, совершенно… Господи боже… Распотрошённой…]

[Инул: Это опять дело рук того маньяка?! Этого грёбаного чудовища?!]

[Стражник: У нас нет оснований, чтобы так не думать. В этом снова замешан Линч.]

[Инул: Линч?]

[Стражник: Да, Ваше Превосходительство, так обозвали этого монстра в народе.]

[Инул: Хм… ]

[Стражник: Так что нам делать, Ваше Величество?]

[Инул: Проверьте каждый уголок Пейрута: возможно, он где-то скрывается.]

[Стражник: Будет исполнено!]

Закованный в латы боец развернулся и нелепо побежал в сторону выхода, громыхая своим доспехом.

[Инул: Подожди!]

[Стражник: А?]

Стражник остановился и уставился на задумчивое лицо своего господина.

[Инул: …]

[Стражник: … ]

[Инул: Обязательно проверьте кирпичную улицу на западе, дом между яблонями. Я в последнее время слышал, что там происходило что-то странное.]

[Стражник: Есть! ]

[Инул: … ]

Дверь захлопнулась и мужчина с прилизанными сенными волосами, миниатюрными золотистыми очками, острыми скулами и сухим лицом остался в одиночестве.

[Инул: … ]

Он посмотрел на свои бумаги и улыбнулся.

[Инул: … ]

Он направил стражу в логово банды «Север». В последнее время они ужасно взбаламутились и перестали считаться со Сбором.

[Инул: …]

Это было гениально. Использовать Линча, чтобы устранять ненужных Луни людей посредством приказов Инула.

[Инул: ... ]

Граф наклонился и достал из-под стола бутылку вина.

[Инул: «Линч», говорят…]

Он откупорил напиток и жадно припал губами к горлышку.

[Инул: А что… Звучит.]

***

[Инул: Нет… Нет… ]

Дрожа и потрясываясь, граф ворвался в собственный кабинет и толчком ноги повалил шкаф на пол.

[Инул: Сука, сука, СУКА!!! ]

Он был весь не в себе: на его лбу вылезли морщины, а ногти так и елозили по ладони.

[Инул: Как он узнал… Как Зинга узнал… Ну не мог… Не мог я провалиться, как?!..]

Инул сел за стол и начал рыться в бумагах…

[Инул: Кто… Кто его убьёт?! Мне нужен кто-то, чтоб его убили, кто, ну кто?!]

[???: Извиняюсь, можно войти? ]

[Инул: … ]

Граф услышал чей-то голос из-за двери и панически убрал бумаги, хоть это вообще и не требовалось.

[Инул: Входите! ]

Дверь распахнулась и внутрь вошёл какой-то лилововолосый юноша.

[Вигир: Прошу прощения за столь поздний визит…]

[Инул: Не переживайте, у меня не настолько плотный график.]

Инул сначала совершенно не понял, кто это был, но, наконец, он вспомнил, где он уже слышал об этом юноше.

[Инул: Так зачем вы ко мне пожаловали, Вигир Фаль?]

[Вигир: Сир Кеерфаген, я крайне польщён, что вы меня знаете.]

[Инул: Можно обойтись и без «сиров». В конце концов, мы с вами одной крови. Вы так не думаете?]

На этих словах он улыбнулся. Так же притворно и фальшиво, как и Вигир.

Инул вытянул ладонь и пригласил юношу присесть.

[Вигир: Нет, спасибо, я к вам ненадолго.]

[Инул: Что-то срочное?]

[Вигир: К моему глубочайшему сожалению, да… В общем, я потерял здесь мою дорогую спутницу и спутника. Если первая просто исчезла, то второй вёл себя подозрительно неадекватно, будто он находился в некой неосознанности.]

[Инул: И чем же я могу вам помочь?]

[Вигир: Я слышал, что есть некое дело, которое не оглашается в массах, но имеет отношение к моему делу.]

[Инул: …]

Лицо Инула помрачнело. Неужели это знал не только Зинга? Что если абсолютно каждый в графстве теперь знал его ужасную тайну.

[Инул: Где же вы это слышали?]

[Вигир: Как ни удивительно, но далеко за пределами Пейрута. В Рибле.]

[Инул: …]

[Вигир: …]

[Инул: …]

[Вигир: …]

Нет, всё-таки у гостя не было ничего кроме слухов.

Граф подуспокоился.

[Инул: Что ж… Раз это вы… Пожалуй, вам можно об этом рассказать… Быть может вы сможете поспособствовать делу.]

[Вигир: Слушаю.]

[Инул: Тут нечего долго рассказывать. В графстве орудует жестокий убийца, зверски убивающий женщин. Стража и в том числе я ищем его уже несколько месяцев, но, к сожалению, этот зверь крайне хитроумен и умело скрывает улики.]

[Вигир: Господи… Надеюсь, он ничего не сделал с моей спутницей…]

[Инул: Множество женщин просто не находят. Весьма вероятно, что некоторых он держит в неволе.]

[Вигир: Я дико извиняюсь за такую наглость с моей стороны, но не могли мы вы доверить мне какую-нибудь из наводок, дабы я имел хоть шанс на разрешение этого дела?]

Инул поразился настырностью лилововолосого псилактика. Почему же он настолько сильно хотел взяться за это дело…

Впрочем, это же был идеальный выход из ситуации, да! Пусть маг разбирается с Зингой: надо всего лишь указать ему до него дорогу, и всё! Всё!

[Инул: Ищите улики в трущобах на востоке, у строек. Большинство преступлений происходит там.]

[Вигир: Премного вас благодарю, сир Кеерфаген.]

Мужчина в кресле вновь ухмыльнулся.

[Инул: Говорю же вам, можно без «сир». Я буду сам очень признателен, если вы поспособствуете поиску этого монстра.]

[Вигир: Я вас не подведу, будьте в этом уверена. Прошу удалиться.]

[Инул: Конечно, не смею боле вас задерживать.]

[Вигир: Премного благодарен. Всего вам наилучшего.]

[Инул: И вам, Фаль.]

Вигир развернулся и быстро направился к двери, скоропостижно покинув дворец.

[Инул: …]

Инул расслабил лицо и слегка откинулся на спинку, прижав ладонь к подбородку.

[Инул: Интересно…]

Его взгляд упал на часы, а после на белую дверь.

[Инул: Всё разворачивается более чем успешно…]

«На удивление», – добавил он у себя в уме.

[Инул: …]

Инул поднялся с места и вышел вон, отправившись к себе в покои.

Глава 20

[Ияков: Так получается… Босс… То есть Луни – то есть Инул… Он сказал трактирщику местоположение логова, чтобы те, кто про него не знают, просто пришли бы на место, а те, кто знает, подумали на Зингу… Он, судя по всему, слишком много знал. Возможно даже больше, чем я знаю сейчас… То, что граф является по совместительству ещё и бандитом, это, конечно, очень круто, но я до сих пор не знаю, кто такой Линч.]

Всю эту реплику Ияков произносил, пока мутузил остальных посетителей трактира, набросившихся на него из-за его покушения на Боро.

[Ияков: Надо срочно к нему.]

Ияков задумчиво уставился на дверь и широко распахнул её, вывалившись из бревенчатого домика, переполненного скопищем побитых пьяных людей.

[Ияков: …]

Надо было срочно двигаться к графу. Сейчас было только утро, так что он вряд ли занимался какими-либо криминальными делишками, больше приемлимыми для ночи.

[Ияков: …]

[Ияков: …]

До этой псевдо-церквушки, которая здесь по неведомой причине прослыла дворцом, шагать было довольно далеко, да и то Ияков банально не знал, где она находилась и спрашивал об этом у прохожих. Они ему описали всё верно, да вот только ему было ну очень тяжело поверить, что это маленькое белокаменное зданьице могло являться дворцом правителя такого богатого графства, как Пейрут.

[Ияков: …]

Тем не менее, юноша был не из тех, кто шёл на попятную.

Он пару раз вонзил свой кулак в дверь, но она, как назло, не открывалась.

[Ияков: …]

Внутри что-то ворошилось и даже гремело: Ияков чётко это слышал. Однако дверь была до ужаса плотной и крепкой, так что пытаться её выломать не имело никакого смысла.

[Ияков: Сука…]

Ияков приставил палец к подбородку, пытаясь придумать выход из этой ситуации, как вдруг…

[Ияков: Точно, я же мог менять разум… Не, бля, не разум… Авагар же говорил какую-ту хуйню по этому поводу… Мозг?.. Ум?.. Голова?... Не-не-не… …Аа! Сознание!]

Мускулистый мужчина прислонил ладонь к двери и сконцентрировался на своих скудных мыслях.

[Ияков: …]

Основным предназначением двери, очевидно, было впускать хозяина и не впускать чужака.

[Ияков: …]

Ияков понимал это, но ему каким-то образом надо было внушить двери, что она должна была впустить чужака.

[Ияков: …]

Неожиданно его пронзило очень странное, невероятное и совершенно необъяснимое чувство. Он будто читал мысли… Двери.

Он чувствовал, как его захлопывали, как по нему скрежетали, как по нему стучали, как его руки черствели и отваливались, как его тело хрустело и дробилось в мясо каждый раз, когда кто-то перебарщивал с силой закрытия.

[Ияков: …]

И нет, ему не было больно, просто теперь… Дверь казалась ему какой-то родной…

[Ияков: …]

Юноша встряхнул головой и отодвинулся от своего объекта размышлений.

[Ияков: …]

Дверь была всё такой же плотной, крепкой и неприступной.

[Ияков: …]

Вот только сейчас она была открыта.

[Ияков: Сп…]

Ияков захотел было сказать «Спасибо», но потом понял, что делать подобное с дверью было бы ну очень странно. Он молча кивнул головой и вошёл внутрь.

[Ияков: …]

Здесь был настоящий погром: книги разлетелись по полу, пергаменты были разорваны на части, один шкаф свален, а земля из-под горшков с цветами рассыпана по мраморному полу.

Посреди всего этого был и сам граф Пейрута. На нём уже не было его маленьких очков, его обычно прилизанные сенные волосы были растреплены, да и сам он сидел в какой-то кожаной клёпаной броне, а не в одеянии аристократа: судя по всему, он запутался в том, какую роль он играл сейчас.

[Инул: КТО ТЫ?! ГДЕ ЗИНГА?! ОН УБЬЁТ МЕНЯ!]

Его голос уже не был таким мягким и тягучим, каким его слышал Ияков в темнице. Он орал истерически, подхлипывая и скуля, как загнанная в угол дворовая псина.

[Ияков: Я не Зинга.]

[Инул: Господи… Господи, слава богу… Господи…]

Он весь жался от страха, притискиваясь к столу.

[Инул: Зингу уже давно никто не видел, а на днях он собирался устроить покушение на кого-то очень важного… Я не могу… Он охотиться за мной…]

Судя по всему, всё то время, что Зинга искал Инула, сам же он прятался в этой церквушке. Это прекрасно объясняло, почему он был сейчас в таком совершенно плачевном состоянии. Видимо, он уже больше суток ждал своей смерти и панически надеялся на своё спасение.

[Ияков: Я убил Зингу.]

[Инул: Правда?]

[Ияков: Да, его труп лежит в лесу в юге от Пейрута.]

[Инул: Ты серьёзно?]

Его глаза воссияли от счастья, а рот изогнулся в улыбке.

[Ияков: Да, я его убил.]

[Инул: Хе-ехе-хе… Молодец… Какой же ты молодец…]

Он медленно начал отходить от своего параноидального состояния, возвращаясь в более менее статное выражение лица. Будто пытаясь отдышаться, граф присел у своего стола, схватившись за грудь. Присел не на стул, правда, а на пол, выпятив свои ноги.

[Инул: А представляешь… Казалось бы, такой сильный… Я… Граф всё-таки… А боюсь… Ха… Потому что знаешь… Одно дело, когда тебе просто угрожают мечом или кулаком… Ну, ты, наверно, знаком с этим чувством…]

[Ияков: …]

[Инул: И вот тебя сейчас убьют… Понимаешь… Но ты не боишься… Потому что ещё есть козыри в рукаве… Или это судьба, и просто так сложились обстоятельства… Но… Совсем другое дело, когда враг знает о тебе всё.]

[Ияков: …]

[Инул: Он видит тебя наизнанку… Он… Он не оставляет тебе козырей, не питает иллюзиями насчёт судьбы и предопределённости… Нет… Он просто хочет тебя убить, потому что узнал всё, потому что выведал всё, потому что ты позволил ему это…]

[Ияков: …]

[Инул: Когда тебя разят стрелой, ты умираешь сильным… Когда тебя кромсают в схватке на мечах, ты умираешь сильным… Даже когда тебя пронзают ножом в подворотне, ты умираешь сильным… Но не когда ты на блюдечке у врага, и он знает все твои секреты, и ты для него теперь как навозный жук, лежащий на спине и беспомощно дёргающий озябшими лапками…]

[Ияков: …]

[Инул: Ты же понимаешь, о чём я говорю?]

[Ияков: Да… Вот только я пришёл за другим…]

[Инул: Ты хочешь вознаграждение за убийство преступника? Я выделю тебе средства, назначу в графскую гвардию, одарю почестями – всё, что угодно.]

[Ияков: Нет, я здесь для того, чтобы узнать, кто такой Линч.]

[Инул: И почему же ты пришёл именно ко мне?]

[Ияков: Потому что мы уже встречались с тобой.]

[Инул: Не припомню такого…]

[Ияков: В темнице… Вместе с Гротом… Тогда я не мог разглядеть твоего лица, но ты, видимо, и не собирался его кому-то показывать…]

[Инул: …]

[Ияков: …]

Лицо графа вдруг приняло очень странное, совершенно не совместимое со спокойствием или беспокойностью выражение.

[Инул: …]

Он поднялся на ноги и, не моргая, не дыша, не двигая ни единым мускулом лица. Его серые глаза замерли точками, сузившись до каких-то бледных клякс. Его волосы взметнулись в воздух и легли сзади, из-за чего его лоб остался открытым.

[Инул: Так ты тоже знаешь…]

[Ияков: …]

[Инул: Он рассказал тебе…]

[Ияков: Я хочу лишь узнать, кто такой Линч. Мне не интересно то, что граф является преступником, да и…]

Инул уже не слушал его, на его лице играла беспомощность, отчаяние и печаль вперемешку с гневом, яростью и невероятной злобой.

Его сенные тонкие брови сощурились, рот сжался в оскал, а руки задрожали.

[Ияков: Да просто…]

Мужчина стрелой метнулся в мускулистого юношу и вонзил кулак ему в голову.

[Ияков: !!!]

Ияков даже не успел увернуться. Костяшки вонзились ему в щеку, и его голова инстинктивно опустилась вниз, а рот открылся, выплеснув брызги слюны.

Инул тут же вонзил очередной кулак в подбородок, из-за чего юношу откинуло в сторону.

[Ияков: …]

Ияков был в полном замешательстве. Как минимум, он не понимал, почему граф вообще на него накинулся, ведь он даже не обвинял его толком ни в чём. Хотя, возможно, он как-то плохо сформулировал свою мысль…

Не суть. Главной проблемой для него сейчас было то, что его противник, не смотря на свой чиновнический внешний вид, был до ужаса быстрый и сильный – гораздо сильнее Зинги, хотя тот был не много, не мало, а самым сильным убийцей во всём криминальном мире.

[Ияков: Грххх…]

Парень поднялся с пола и рывком сделал прыжок, с огромной скоростью направив ногу в лицо графа.

[Инул: …]

Но тот, держа руки у ног после удара, каким-то образом умудрился молниеносно поднять их вверх и… Просто схватиться за голень Иякова.

[Ияков: …]

Он просто впечатал его в пол и принялся колотить ногой по затылку. Зубы Иякова подробились, нос разбился, а бровь рассеклась от столь сокрушительного удара.

С каждым ударом в его черепушке отзвенивала ужасная боль, скулы трещали, а виски скрипели.

[Ияков: Сука…]

Юноша провернулся боком и отскочил в сторону, наконец-то набрав между ними дистанцию. Ему надо было хоть немного восстановиться и обдумать тактику.

[Инул: …]

Тем не менее, Инул не собирался давать ему передышки. Он метнулся за ним и впечатал носок своего ботинка в юношескую щетинистую челюсть.

Изо рта хлынула кровь, и Иякова окончательно отбросило к мраморной стене.

[Ияков: Ааа…]

В голове всё было туманно. К нему по белоснежному полу с разбрызганной кровью и раскиданной землёй приближался силуэт Кеерфагена.

Ияков был разбит и уничтожен: он не мог ожидать, что граф окажется настолько сильным. Он буквально не давал ему ни шанса, обрушивая один удар за другим.

Инул не просто дрался, он дрался, как загнанный в угол зверь – ему не было важно его лицо, сила, эпичность, монструозность – он просто хотел убить своего оппонента как можно скорее, он хотел защитить свою жизнь.

[Ияков: …]

Ияков ничего не мог сделать ему руками и ногами: он был гибче, сильнее, ловчее, быстрее. Несмотря на то, что граф был псилактиком, он по физической силе и своей боевой подготовке значительно превосходил лысого юношу, потратившего на это чуть ли не всю свою, видимо, подходящую к концу жизнь.

[Ияков: Грр…]

Но он всё ещё готов был бороться.

[Инул: …]

Да и к тому же у него в арсенале были не только руки и ноги.

[Ияков: ГРХХХААА!!!]

Ияков схватил один из листов белоснежной бумаги, валяющейся на полу, и бросил его в Инула.

Граф даже не обратил внимание на это внимание и сделал рывок вперёд, чтобы с воздуха вонзиться в череп юноши и окончательно покончить с ним.

[Инул: …]

Но, как ни странно, находясь в прыжке, Инул врезался в лист бумаги… И его откинуло в сторону, из-за чего он аж впечатался в стену.

[Ияков: Хе…]

Ияков заставил лист бумаги стать твёрдым и совершенно не гнущимся, придав ему очень много силы. Именно поэтому он ощутился для графа как бетонный блок, брошенный катапультой, а не кусок пергамента.

[Ияков: …]

Юноша наконец-то начал сражаться по-крупному.

[Инул: …]

Впрочем, понял это и Инул. Он оторвался от земли и вытер свой рот от грязи. Он до сих пор выглядел запуганно и отчуждённо. На его лице не появилось ни уверенности, ни какого-то превосходства. Судя по всему, он ни секунду не недооценивал своего противника.

[Инул: Магия… Как я и думал…]

Граф покрепче стиснул зубы и снова пустился в атаку, причём гораздо резвее прежнего. Ияков только и успел, что поднять ещё листок и взметнуть его в воздух.

[Инул: …]

Инул снова сделал прыжок: казалось, он совсем не научился на своих ошибках. Тем не менее, он просто впечатался обеими стопами в лист, и он полетел обратно в Иякова.

[Ияков: А?]

Листок вонзился в мраморную стену, и по всей комнате разлетелась побелка с кусочками фундамента.

[Ияков: …]

Слава богу, юноша успел отпрыгнуть в сторону, потому как его бы размозжило в кашицу от такого удара.

[Инул: …]

Граф, не раздумывая, ринулся за ним и впечатался кулаком ему в солнечное сплетение.

[Ияков: Эгх…]

Ияков с болью выдохнул, но тут же выдернул что-то из кармана. Это была трубка, он купил её совсем недавно, когда искал капкан для Зинги (ну не смог удержаться).

[Ияков: …]

Время, казалось, остановилось. Юноша поднёс мундштук к своим губам и вдохнул в себя дым. Да, его не должно было сейчас быть, но многое сейчас мало соответствовало здравому смыслу.

[Ияков: Фху…]

Инул был где-то в метре от Иякова, в тот момент, как он выдохнул из своего рта кольцо серого дымка.

[Инул: ...]

Граф остановился и встал, как вкопанный…

[Инул: …]

Его взгляд полностью опустел и медленно передвинулся на его правую руку.

[Инул: …]

Её не было. Дым оторвал её и откинул в сторону.

[Инул: …]

[Ияков: …]

[Инул: …]

[Ияков: …]

[Инул: Хахах…]

[Ияков: ..?]

[Инул: Хахахаххахах…]

[Ияков: …]

[Инул: Ты… Ты убил меня… Всего немного, и я умру… Инул Кеерфаген… Луни… Линч… Линч умрёт! Ты представляешь?]

Животный страх пропал с его лица, теперь оно было маниакально счастливым.

[Ияков: Так ты и есть Линч?!]

Для Иякова это, и правда, было открытием. Он то пришёл сюда просто спросить об этом у графа, потому что знал, что он был замешен в этом, вот и всё. А, как оказалось, он случайно вышел на того самого маньяка, которого боялся и искал весь Пейрут.

[Инул: Притворяйся и дальше… Только в этом нет никакого смысла… Я ведь труп… Хахха…]

Кровь из тела графа текла ручьём. Не понятно было, почему он тратил время на разговоры.

[Ияков: Я убью тебя.]

[Инул: Ты идиот… Я же об этом тебе и говорю… Ты убийца…]

[Ияков: …]

[Инул: Знаешь эту загадку?.. Кто гибнет во вершине над всеми остальными?]

[Ияков: Мне плевать.]

[Инул: Тот, кто перестаёт карабкаться вверх.]

Мужчина с сенными волосами выставил вперёд свою руку.

[Ияков: Что ты делаешь?]

[Инул: Тот, кто перестаёт карабкаться вверх.]

В ладони графа начала скапливаться какая-та энергия жгуче-лилового цвета.

[Ияков: Убери руку… Это может…]

[Инул: Я ВСЕГДА БУДУ КАРАБКАТЬСЯ ВВЕРХ!!!]

[Ияков: !!!!!!!!!!!]

Знаете, псилактика, как и любое другое явление в организме имеет очень странную черту: она умеет накапливаться.

Да, это звучит странно, так как непонятно, как это вообще возможно, и контролирует ли кто-то подобное, но поговаривают, что так оно и есть.

Сила копится, копится, копится, копится, а потом выпускаются в катастрофическом количестве.

Месяц воздержания – следующее использование силы становится мощнее в два раза. Два месяца – в три раза, и так далее.

Так вот…

[Инул: …]

Инул не пользовался способностями двадцать три года.

[Инул: …]

Огромная лиловая волна громадным пульсирующим импульсом начала разрывать всё, что только было рядом, кромсая всё на уровне атомов, перебирая саму материю на мелкие частички.

[Ияков: !!!]

Этот импульс рвался к Иякову. От него невозможно было увернуться, он распространялся, как взрыв, почти мгновенно, полностью стирая всё на своём пути.

Юноша не мог умереть тут вот так просто.

[Ияков: …]

Время как будто замерло. Ияков думал о том, как ему выжить, но в голову, как назло, не лезло ничего не путного.

[Ияков: …]

Вокруг него было так много предметов, но они были абсолютно бесполезны, потому что он бы и не успел бы до них толком дотянуться

Влиять на разум Инула было поздно, он уже успел использовать заклинание.

[Ияков: …]

Волна всё приближалась, и было решительно непонятно что делать…

[Ияков: …]

Ияков закрыл глаза – это было единственное, что он точно успел бы сделать в такой ситуации. Умирать с открытым взором было неприятно.

[Ияков: …]

От церквушки уже практически ничего не осталось: крошки мрамора подгинались уже у самых ног Иякова.

[Ияков: !!!]

Как вдруг его осенило. За мгновение, за микроскопический миг до собственной смерти.

[Ияков: …]

Его кожа. Его тело. Он, как и всё сущее, был рождён, чтобы касаться чего-то, контактировать с чем-то… Сама физическая оболочка ведь подразумевала то, что нечто извне могло с ней контактировать, менять её и деформировать.

[Ияков: …]

Значит это и было его предназначением… Его сознанием…

[Ияков: …]

Ияков открыл глаза.

[Ияков: Так пусть моё тело будет не впитывать, а отражать.]

Катастрофическая волна вонзилась в кожу, волосы, глаза, рот и уши Иякова, смертельной мощью впитываясь в саму его сущность, как вдруг…

Её просто понесло в другую сторону, и…

[Инул: …]

Инула Кеерфагена, его маленького дворца, неприметного садика, через который, к слову, Луни и пробирался в здание, становлясь Инулом, а также половины половины Пейрута…

[Ияков: …]

Просто не стало.