290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Древние традиции атлантов (СИ) » Текст книги (страница 1)
Древние традиции атлантов (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 19:00

Текст книги "Древние традиции атлантов (СИ)"


Автор книги: orlando_sur






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 36 страниц)

====== Глава 1 ======

Гарри сидел в факультетской гостиной и старался отгородиться от звуков, не слышать ничего. Разговоры крутились вокруг бала дебютантов. Даже девчонки, которых это не касалось, обсуждали новости, а они были только о том, кто приобрел поклонника и что получил от него в подарок. Драко одним из первых пришел с дорогим бриллиантовым ожерельем. Поговаривали, оно от Лорда, а Малфой их не разубеждал. Все, все уже обзавелись поклонниками, даже… Рон. Пусть у него подарок был скромный, браслетик из черного дерева, но он означал, что друг вступит во взросление с ведущим. А Гарри… он шмыгнул. Откуда у него манеры? Для маглорожденных Министерство проводило подготовительные занятия по воскресеньям, но он, Поттер, никак туда не мог попасть, хотя и пытался, ходил даже к Дамблдору просить ходатайствовать об этом, но тот отмахнулся.

– Гарри, мальчик мой, такого, как ты, с руками оторвут. Да я и сам бы не отказался от тебя, но годы не те…

Гарри, честно говоря, тогда еще надеялся на директора, но тот не показывал свою благосклонность, и все его мечты увяли. Драко вчера появился с браслетом из черных вытянутых опалов, подтвердив догадки всех, что у него будет два ведущих. Два ведущих, у Гарри свело желудок от зависти… Законом допускалось максимум три. Кому-то несколько, а ему – ни одного. Два… Сила двух, которая позволит сильнее развить ядро юного волшебника.

Когда он попал в магическую школу, то был абсолютно уверен, что отношения между мужчинами постыдны и позорны. Но первое, что спросил у него Рон, заявивший о дружбе, присмотрела ли уже его семья поклонника для Гарри. Поттер тогда даже не понял, о чем речь, но юный Уизли с упоением объяснил все ему и Гермионе. Оба тогда сморщились и поплевались, но… уже через год поменяли свое мнение.

Древнейшая традиция атлантов – приводить мальчиков опытными мужами в мир сексуальных утех. Только маги заметили разницу между мальчиками развращенными и сохранившими чистоту. Потенциал отличался кратно. И тогда магические семейства начали практиковать старый обычай. Ведущий был очень важен для формирования волшебника. Именно для подготовки к этому шагу были предназначены крестные, они готовили ребенка, приучая к мужскому плечу рядом, иногда ласкали ребенка, но не целовали и исключали сексуальный контакт. И только если юный волшебник оставался обделенным поклонником, только тогда они сами занимали его место. Именно поэтому в крестные старались брать не просто друзей или приятелей, а магов с совместимой роду магией.

Теперь Гарри знал, что у него есть Сириус Блек, но где его носит, никто не мог сказать об этом. Ведь ведущий становился частью семьи и навсегда оказывался связан с мальчиком, а потом уже мужем. У каждого могла быть семья, но мужские связи не осуждались, не отрицались, а принимались как нечто обыденное. Женщина в браке несла созидающее начало, и потому их ценили. Очень редко заключались чисто мужские союзы, а если и так, то приходилось испрашивать разрешение магии. Когда она одобряла такой брак, то у супругов рождались дети, если же нет, то забирала у каждого один из родовых даров. Поэтому с каждым столетием становилось все меньше желающих рисковать, и мужские союзы сошли на нет, и все довольствовались зародившейся с юности связью.

Это уже второй бал 1995 года, после первого, во время бала после Тремудрого турнира Рон получил свой браслет. На их курсе все мальчики уже имели договоренность с поклонником. Даже маглорожденные. У них было еще проще, для того, чтобы предоставить не родовитым волшебникам равные права, после бала устраивались смотрины. Мальчики представали перед скрытыми от их глаз мужчинами в неглиже. Так Дину Томасу достался Грюм, Финнигану – Скримджер. Только Гарри светил своей неприкаянностью. И на балу к нему никто не подошел, не заговорил, кроме старшего Малфоя, посоветовавшего вести себя с бОльшим достоинством. И все.

Сейчас Гарри размышлял, неужели он такой непривлекательный, отвратительный и противный, что на его задницу никто не польстился? Даже Лорд? Гарри уже был доведен шепотками, сопровождавшими его, до крайности. Ведь если ученик оставался на год без ведущего, то сокращалось время объемного созревания ядра. Так Перси Уизли получил ведущего далеко после шестнадцатилетия и остался с посредственным уровнем магии. Молодой человек с отличием закончил школу, но будущее… оно не могло быть блестящим. Братья Рона, известные шутники, также не остались обделенными, Август Руквуд и Эммет Голстейн взяли над ними шефство. Только Поттером никто не заинтересовался, и это совсем выбивало Гарри из колеи. Он похудел, побледнел, выглядел изможденным от волнений, и это не красило его. Гарри часто повторял себе, что согласен на любого, хоть мерзкого Снейпа, хоть тошнотворного Люциуса Малфоя, да хоть безносого Тома Риддла в конце концов! Рон только сегодня признался, что его ведущий – Кингсли Шеклбот, а то Гарри мучился от догадок, почему у друга стали получаться заклинания, ранее недоступные ему.

– Гарри, прекрати мучить себя! – подсела к нему Гермиона. – Даже если никто не предложит тебе себя в этом году, у тебя все равно впечатляющий потенциал, ты не потеряешь ничего, если лишишься девственности через год.

– Ничего, кроме того, что стану общим посмешищем. Герой Англии никого не заинтересовал, Скитер с удовольствием разовьет эту тему, – глухо проворчал Гарри.

– А Дамблор? Он же к тебе по-доброму относился? Ты просил его? – девушка не могла остаться равнодушной.

Гарри покачал головой.

– Не вешай голову, я поищу в книгах, как интенсифицировать развитие ядра, – кивнула Гермиона.

– Если бы такое было, половина волшебников предпочла бы не подкладывать сыновей под взрослых мужиков, – тихонько фыркнул Гарри.

– И все же я поищу, – поставила точку в разговоре Грейнджер.

Гарри снова остался один. Каждый, кто начинал сексуальные отношения с ведущим, изменялся. Рон тоже стал другим, спокойнее, увереннее. А вот Драко, кажется, только готовился. Получается, его заберут на несколько дней из Хога для столь важного мероприятия. Уизли говорил, на следующий день не смог ходить, а на второй – хромал, уж очень внушительное достоинство оказалось у Шеклбота. После лета друг активизировал свои ухаживания за Мионой, и они уже стали парочкой.

Гарри посмотрел на Джинни, она старательно не обращала на него внимания, что очень обижало Гарри. Сегодня Поттер окончательно понял, что нужен ей как Герой, известный и популярный, а такой, жмущийся в углу, не интересен. Вспомнилось поведение «друзей» перед турниром, но теперь все выглядело гораздо хуже. Никому, кроме Гермионы, не было здесь дела до самого Гарри, но и то… Он чувствовал бОльшую близость с Томом Риддлом, чем со всеми, в том числе Роном и Гермионой. Гарри вздохнул и пошел в комнату. Завтра суббота, только и в Хогсмитт он пойдет снова один, закажет себе бутылочку сливочного пива, посидит в уголке, пройдется по поселку и вернется обратно.

На следующий день Поттер так и поступил, хотя и раньше, чем рассчитывал. Ранние заморозки, а он вырвался из Хога, не имея больше сил терпеть косые взгляды и насмешки. Сегодня Финниган начал открыто третировать его и называть слабеющим перестарком, гриффам понравилась шутка, и все громко засмеялись. Поэтому Гарри ринулся прочь из замка в тонкой рабочей мантии.

Северус разговаривал с Филчем, когда мимо него пронесся Поттер, злой, как стадо гиппогрифов, и практически раздетый. Быстро закончив беседу с завхозом, Снейп поспешил за своей головной болью и проклятием. Его обещание Лили вылилось в кое-что похуже, чем следить за шебутным подростком. Он влюбился в него. Сразу, разом, едва взглянув в эти колдовские зеленые омуты. С того момента Северус не из-за долга спасал его задницу, вовсе нет, он хранил ее для себя. Снейп мечтал и отсчитывал минуты, когда станет его ведущим, но… Как всегда, вмешалось вечное но. На кладбище Лорд тоже хорошенько рассмотрел Гарри и запретил Пожирателям приближаться к мальчишке, тем самым нарушив мно-о-о-о-о-о-гие планы. Дамблдор дал аналогичный приказ, и Северус ужаснулся: неужели этот старый пердун тоже претендует на место Ведущего мальчишки? Именно поэтому Шеклбот удовольствовался Роном. Как и Люпин, считавший себя обязанным помочь Поттеру, как и Грюм. Летом Гарри исполнилось пятнадцать, и Снейп терялся в догадках, почему тянет Альбус. Захотел присвоить Героя, так давай, не медли, он и так привязан к бородатому козлу. Была, конечно, догадка… Ведь после появления Ведущего их связь фиксировалась в Министерстве, юный маг с этого момента считался условно совершеннолетним. Сирота получал наследство, надевал перстни рода, только решения его должен был подтверждать ведущий. Министерство четко контролировало и вело учет заключенных связей, и берегло юношей. Бывало, после этого в детях вылезали такие наследия!!! Потому многие века пользовалась популярностью связь с несовершеннолетними, особенно в чистокровных родах. Снейп вспомнил себя… О нем позаботился Люциус и его отец, Абраксас, успевший до своей смерти договориться с Лионеллом Розье. Такой подарок Снейп не смог забыть и теперь считал себя обязанным Малфоям, да что там, это семейство стало для него семьей. А Лионелл Розье после двадцати лет интимных отношений превратился в надежного друга.

Гарри пёр вперед слишком быстро, слишком деревянно размахивал руками, чтобы не понять, что у него не все в порядке. Дул северный ветер, и Северус даже в теплой мантии продрог, а уж как Гарри…

Когда Поттер заскочил к мадам Розмерте, Северус выдохнул. В нем и так дух непонятно как держится, а он еще полуголым по морозцу рысит. Снейп подождал немного на улице и зашел в «Три метлы», накинув иллюзию. Быстро осмотрев зал, он заметил Гарри, съежившегося за столиком в углу с бутылкой сливочного пива. За соседним столиком сидели семикурсники-гриффы и громко потешались над Поттером.

Северус заказал большую чашку черного кофе, на диво здесь неплохого, и присел за крошечный столик недалеко от бара, с этого места ему был отлично виден Гарри, а одно мало известное заклинание позволяло слышать все реплики, направленные на мальчишку.

– Гарри, хочешь, я сам вскрою тебя? Только с тебя 1000 галеонов. У тебя же есть, я помню, за турнир премию получил! – развязно предложил гриффиндорец, вызвав гомерический хохот приятелей.

Поттер от его слов побледнел и постарался сделаться как можно меньше.

– Грей, его никто не хочет, зачем тебе пачкаться? Скоро он перестанет быть Героем Британии, силенок не будет, – произнес парень, сидевший спиной к Снейпу.

– Я потому и прошу 1000 галеонов за работу, – упрямо махнул рукой захмелевший юноша.

– А я… – мечтательно произнес другой. – Я прямо сейчас опробую его упругую задницу… Бесплатно!!!

Северус не успел глазом моргнуть, а Гарри уже не было в зале, вышел в туалет, сбежал, скорее, но туда же теперь направились два парня-семикурсника. Снейп досчитал до тридцати, хотя выпущенные когти погрузились в стол. Он оставил деньги на столе и применил дезиллюминационные чары, не то дружки отморозков в туалете всполошатся. Профессор успел вовремя, один из юнцов уже постукивал готовым членом по аккуратным ягодицам Гарри, второй же зажал голову подростка между колен. Красная пелена пыталась заволочь разум Снейпа, но он справился с ней. Северус, наложив Конфундус на них, изъял их палочки, снял заклинание с парней и мгновенно наложил его снова теперь собственными палочками юношей. После этого зельевар наградил подонков Империо и приказал активу, спешившему обесчестить Гарри, подставить зад своему другу, а потом поменяться ролями и не сдерживаться, а показать всю молодецкую силушку.

Северус, подхватив Гарри, определил, что тот тоже под Конфундусом, понимая, как эти ублюдки хотели раскурочить мальчишку, сардонически улыбнулся, он отплатил им той же монетой. Друзья придут к ним не позднее, чем через полчаса, и либо захотят поучаствовать, либо совесть проснется, но к тому моменту оба молодчика будут уже растраханы по самое горло.

Снейп появился в Малфой-мэноре с Гарри на руках и быстро прошел в свою комнату. Он уложил мальчишку, наложил лечебное заклинание, сонные чары, запер дверь со всей тщательностью и почти бегом направился к Лорду.

Волдеморт развлекался, он сидел в широком шелковом балахоне на троне в бывшем раньше танцевальном зале и дирижировал палочкой. В помещении было морозно, Лорд любил холод, несмотря на босые ноги на ступеньке. Первый круг стоял на коленях с Люциусом во главе.

– Итак, мои ближайшие присспеш-ш-ш-ники, кого скормить моей девочке? Нагайна, кого хочеш-ш-ш-шь?

Последнюю фразу на серпентарго Северус предположил… Он с разбегу встал на колено, что даже проехался по полу в сторону Лорда.

– Мой нахальный зельевар, – растянул безгубый рот в улыбке Волдеморт. – Тебе есть, что сказать, раз ты так с-с-спешиш-ш-ш-шь, – констатировал он факт, и Снейп снова поразился его чутью.

– Да, мой Лорд, я с конфиденциальным известием. Уверен, вам оно понравится.

– Все вон. Люциус-с-с, ты куда? Ос-станься, мой с-с-с-скользс-ский друг.

– Говори, – приказал Лорд, когда все ушли.

– Мой Лорд, вы приказали не трогать Поттера, вас все послушали. Дамблдор со своей стороны тоже отдал такой приказ.

– Альбус-с-с? – уточнил Лорд, не более.

– Да. Но из-за этого у мальчишки неприятности. Нет, проблема! Над ним все смеются, избегают, бойкотируют, а сегодня я предотвратил жестокое изнасилование его двумя семикурсниками.

– Ты же работаешь там, раз-с-с-све не твоя работа ограждать учеников от нас-с-силия?

– Моя, но касающаяся моего факультета. Инцидент произошел между студентами Гриффиндора, мой Лорд.

– Гриффиндор, о да! Образец чес-с-сти, – зашелся в почти беззвучном смехе Волдеморт. – Северус-с-с-с-с, что ты хотел? На самом деле?

– Я… Я прошу у моего Лорда разрешения стать Ведущим Поттеру и…

– Нет!!! – рявкнул Лорд, перебив Снейпа. – Нет, – спокойнее повторил он. – Поттер мой партнер, и я не позволю никому коснуться моего жениха. Кроме таких же женихов, – Лорд подозрительно осмотрел присутствующих.

Снейп сжался, предчувствуя всю тщетность своих интересов, но не мог не спросить, склонившись в глубоком поклоне:

– Мой Лорд позволит и мне претендовать на его руку?

– И м-мою? – почти муркнул Волдеморт, заставив магов покрыться холодным потом.

– И вашу, – кивнул помертвевшими губами Снейп.

– Если ты, Северус-с-с-с-с-с, станешь Принцем, я не буду возражать. Ты то, что мне нужно.

– Мой Лорд, не сочтите за наглость, я тоже претендую на вашу руку и Гарри, – блеющим голоском изложил свои притязания Малфой.

– Мой с-скольз-с-с-ский друг, я не ошибс-с-ся в тебе… Зачем он тебе? – Лорд стремительно вскочил, наклонился и заглянул в глаза Люциуса.

– Он нравится мне, сильный маг, а после совершеннолетия станет еще сильнее. Отличное наследие. И состояние, – со вздохом добавил Малфой, не в силах выдержать взгляд Лорда.

– Итак, квартет, – согласно кивнул Волдеморт, поразив своим безмятежным настроением претендентов. – Как будем действовать, дорогие жени-с-с-с-шки?

– Нужно поговорить с ним и повесить на него ошейник или браслет, – озвучил вполне очевидный шаг Северус.

– Нужно, – кивнул Лорд.

– Сначала нужно отвести его к гоблинам, пусть определят его половое совершеннолетие, – вмешался Люциус, чувствуя, как поджимаются пальцы на ногах от страха.

– Ах, Люциус, дела подростков тебе знакомы не понаслышке. Кстати, разве Нарцисса тебе не жена?

– Мы уже начали бракоразводный процесс, она желает мне счастья.

– Кого она нашла? – резко спросил Лорд.

– Лорда Нотта.

– Хорошо, остается в семье, – удовлетворился Волдеморт.

– Мой Лорд, – опять собрался с духом Снейп. – Я принес Гарри сюда, он был под Конфундусом.

– Гарри? Здесь? – всполошился Лорд и вскочил, взмахнув краями лиловой мантии. – Так что же ты молчал, Северусссс? Кру… Тьфу, родственник почти… Он.

– Спит, я наложил чары.

– Отлично. Нужно открыть ему глаза. Люциус, думосбор! Я – первый! Где его палочка?

Снейп вынул ее из кармана и показал.

– Отдай!

Лорд летящим шагом прошлепал босыми ногами мимо женихов, а Люциус повалился набок и начал биться головой о пол.

– Что я наделал! Кто тянул меня за язык!

– Люци, ты чего?

– Да не собирался я на суд магии как жених Гарри! Я только хотел Ведущим для него стать, мне бы хватило.

– Ну и ладно, станешь Ведущим, а мы с Лордом женимся на Гарри, – флегматично пожал плечами Снейп.

– Не поймет меня Лорд! – страшным шепотом возвестил Люциус и застонал.

– Замолчи, Люц, тут и так голова пухнет, как уговорить мальчишку, – скривился Снейп.

– А вы не говорите про брак. Пусть думает, что все хотят стать его ведущими, – предложил Малфой.

– Понимаешь, Люци… Магия тем лучше примет наш союз, если Гарри будет девственником на тот момент. Понимаешь?

– Понимаю, времени осталось в обрез. Только не думаю, что его так мало, как ты думаешь. Драко рос в сытости и уходе, а вон, поди же ты, не дозрел. Всё ждем его половой зрелости. А Гарри и выглядит заморышем, наверняка к шестнадцати только созреет для своих Ведущих. Сейчас ему едва минуло пятнадцать, так что год у нас есть, чтобы уговорить, убедить, заставить влюбиться в нас, – подвел итог Люциус, поднимаясь с пола.

– Но браслет его носить нужно заставить, – подтвердил Северус.

Лорд, почти пританцовывывая, шел к Гарри. Ах, этот сладкий мальчишка! Подумать только, так близко… Так похожий на обоих родителей, и тем не менее другой. Первый шаг к нормальному существованию сделан, Гарри рядом, а его уже не заволакивает пелена безумия. Все, как сказала Лили Поттер в том сне.

Гарри тяжело просыпался. Болела голова и вообще, он не хотел выползать из сонной темноты. Так бы и спал там, никому не нужный, в безопасности… Но сознание выбиралось из сна, не желая подчиняться трусливым эмоциям. Рядом кто-то был. Сонливость вмиг слетела с Гарри, он вспомнил… Застонав от бессилия, которое испытал тогда, он схватился за задницу – ничего не болело, а тот, кто сидел рядом, тихо засмеялся приятным бархатистым голосом.

– Гарри, открывай глаза, – услышал он мягкий приказ и распахнул веки.

Рядом с ним в кресле сидел Волдеморт, непозволительно рядом и… почти улыбался. Гарри выдохнул: первое желание сбежать исчезло, и теперь он начал рассматривать Лорда.

– Ты не боишься меня? – уточнил Волдеморт.

Гарри помотал головой.

– Почему?

Потому… Сны…

– Гарри, позволь, я взгляну на твои сны. Не бойся, я буду осторожен.

Гарри ухмыльнулся, Северус не спрашивал, хотя и его проникновение не приносило страданий, он сглотнул, вспомнив его красивые руки.

Через несколько минут Лорд откинулся назад, постукивая перламутровыми коготками по подлокотникам.

– В твоей голове каша. Кто-то весьма неаккуратно рылся в ней, ставил блоки и вкладывал модули.

– Профессор Снейп! – ужаснулся Гарри.

– Нет, малыш, руку Северуса я знаю. Снейп мастер и не будет так действовать. А вот Альбус…

– Директор тоже не стал бы так делать! – горячо возразил Гарри. – Я знаю его, мы с ним дружны.

– Дружны, значит? А что же он не стал твоим Ведущим? – хмыкнул Лорд.

На это Гарри нечего было сказать.

– Так, малыш, думаю, ты начал уже понимать, что не все так очевидно черно-бело?

Подросток кивнул. То, что он спокойно и разумно беседует с Лордом, с тем безумным маньяком, которого знал, Гарри мог объяснить только последствиями шока и Конфундуса.

– Я принес думосбор, хочу, чтобы ты увидел несколько воспоминаний.

Дом родителей в Годриковой впадине, Гарри запомнил его по воспоминанию Дамблдора. На пороге стоит Лорд, постукивая тростью по рукам в перчатках. Он не молод, но привлекателен, солиден и спокоен. Холодно, темно, моросит мелкий дождь.

Дверь открыл Джеймс, сдержанно улыбнулся и пригласил внутрь. Через несколько минут гость и хозяева расположились в небольшой гостиной, куда через минуту вошла Лили с подносом. Она принесла полный чайник чая, чашки и блюдо с бисквитами.

– Горячий чай, то, что нужно после холода на улице, – улыбнулась она, расставляя чашки.

Хотя в воздухе не витала напряженность, но и дружеского тепла тоже не было.

– Джеймс, Лили, благодарю за приглашение. Я пришел сюда поговорить о вашем сыне и о вас. В последние годы разом умерло поразительное количество вполне молодых представителей древних родов. Малфои, Блеки, Поттеры, Лейстрендж, Принц, Мальсибер, Эйвери, Розье… В этом чувствуется суровая рука судьбы… Так я думал, пока не свел все смерти в таблицу. Посмотрите, – Волдеморт передал Джеймсу свиток.

Лили тоже склонилась над написанным, а Лорд продолжал.

– Многие рода на грани исчезновения, потомков нет или они малы, слабы… Я давно, из-за понимания важности сохранения древних традиций, начал принимать в свой круг молодых неоперившихся аристократов. Меня объявили Темным Лордом. Странно, не кажется ли вам? Наш Светоч Магического мира, победитель Гриндевальда, тоже не бездействовал, аналогично начал собирать вокруг себя молодых аристократов. И они поразительно быстро стали исчезать. Смотрите, – передал он еще один свиток, – вы и Лонгботтомы еще живы, но вас постараются убрать. Я пришел предупредить.

– Откуда такая забота? – язвительно спросил Джеймс. – Лили вообще маглорожденная, которых вы не терпите.

– Ничего подобного. Я не терплю тех маглорожденных, которые приходят к нам и не принимают наши традиции и культуру. Именно таких я презираю. Лили же не маглорожденная. Посмотрите фотографию.

Лили дрожащими руками взяла фотографию, на которой молодой волшебник с милыми ямочками на щеках открыто и тепло улыбался, обнимая огненноволосую девушку с изумительно белой фарфоровой кожей и яркими синими глазами. Она зажала рот рукой. Голубоглазый блондин с вытянутым лицом и девушка с лицом в форме сердечка… Они были похожи на отца Лили.

– Папа… – предположила она.

– Именно, Лили. Ты урожденная Лилиана Гриндевальд, наследница рода. Геллерт был из младшей ветви, что его не устраивало. Его кузен, Максимиллиан Харральд Гриндевальд, унаследовал графский титул и уже родил наследника, Леонхарда Амадеуса. Во время одной прогулки на карету напали, графиню убили, самого Максимиллиана серьезно ранили, а мальчика похитили. Граф через пять лет умер, оставив четкие распоряжения и успев выжечь Геллерта из рода. Все имущество законсервировалось и ждало потомков. Максимиллиан до конца не верил в гибель сына и искал, но калеке, которым он стал после нападения, это было трудно. Геллерту остались только имя и материнский замок. Лили, вы графиня Гриндевальд. Думаю, Альбус узнал в вас кровь Гриндевальда. В то время газеты всей Европы пестрели рассказами о трагедии Гриндевальдов и фотографиями супругов, а потом уже начал свое восхождение Геллерт.

– Не понимаю! Маглорожденная, полукровка, какая разница? Она все равно не чистокровная.

– Ошибаетесь. Гриндевальды очень архаичный род, каждому новорожденному ставилась печать чистой крови, практиковались такие в средние века. Мальчик тянулся к чистокровным сверстникам и искал среди них такую же. Так называемый Зов крови. Ваша мама, Лили, не могла быть ни маглой, ни полукровкой, скорее всего, она была сквибом какого-то рода или потомком двух сквибов. Ваши родители живы?

– Нет. Они погибли два года назад из-за нападения Пожирателей, – ее голос дрожал от неприкрытой ярости.

– Я проповедую идеи чистоты крови, но не убиваю людей, Лили. Магией клянусь! – вскинул Лорд руку, и голубая вспышка подтвердила клятву. – Люмос. Нокс.

Джеймс и Лили растерялись. То, что произошло, не укладывалось в голове, а тут еще эта клятва…

– Зачем вы это мне рассказали?

– Альбус ведет свою линию, играет судьбами. Я обвиняю его в жертвах. Он не умеет чисто бороться, любит грязные игры. Ваши родители погибли, сестра не может наследовать род, так как магла, а вы – урожденная Гриндевальд. У вас сын, вот цель Альбуса. Думаю, он постарается убрать вас и стать опекуном, а потом… кто помешает ему стать ведущим, а потом взять младшим мужем наследника двух древних и богатых родов?

– Альбус не сделает такого, – словно не веря себе, сказал Джеймс. – Что мы можем сделать?

– Бежать, прятаться, беречь сына. А вы записались на войну…

– Вольдемар, могу я просить вас об одолжении? – поднялся Джеймс с истинно аристократичной величавостью.

– Конечно.

– Пообещайте мне… Пожалуйста. Если произойдет все так, как вы и сказали… Пожалуйста, сберегите мальчика, заключите с ним союз. Равный. Воспитайте его в древних традициях.

– Я постараюсь, – кивнул Лорд.

– Нет, не так, – резко возразила Лили. – Я настаиваю на магической помолвке. Прямо сейчас.

Джеймс выступал за сына, а Лили читала какой-то древний обряд на странном языке. Гарри заметил удивление, промелькнувшее у Волдеморта, когда его мама начала произносить наизусть зубодробительный текст. В конце они смешали кровь Гарри и Лорда, и окутавшее их сияние завершило помолвку.

Второе воспоминание было, когда молодой Снейп прибежал к Лорду, умоляя не убивать сына Лили. Он сбивчиво пересказал предсказание, но Волдеморт отмахнулся, они и так связаны древней клятвой.

Новое воспоминание. Вечер, Волдеморт сидит над древним фолиантом, рядом дымится кружка с чаем, Нагайна положила голову ему на плечо. В комнату ворвался Снейп, бледный, нервно раздувающий ноздри.

– Мой Лорд, вы же не тронете ее? Не тронете Лили?

– Мальчишка, она мне не нужна. Идем, проверим твою Лили… и моего жениха, – тихо добавил Лорд.

Они аппарировали на улицу, редкий снежок срывался с серого низкого неба.

Северус остался на улице, а Лорд… толкнул незапертую дверь и наткнулся на мертвого Джеймса, который лежал с палочкой в руке и выражением крайнего удивления на лице.

– Глупец, не поверил, – прошипел Лорд.

Он легко взбежал наверх неслышными шагами и наткнулся на Альбуса, почти физически ощутив, как в этот момент тяжело упало тело Лили.

– Лили?

– Да, Том, Лили. Не стоило ей надеяться на тебя. Инсендио!

– Протего Максима. Редукто!

– Протего Дуо. Конфундус!..

Гарри смотрел, как легко Альбус разбрасывался непростительными. Градус заклинаний повышался, когда Дамблдор произнес:

– Авада Кедавра!

Лорд отпрыгнул от луча и ответил аналогичным, но во время произнесения заклинания попал под вторую волну от Альбуса и покачнулся: зеленый луч полетел в Дамблдора, успевшего трансгрессировать, и заклятие попало в Гарри, с расширенными глазенками следившего за сражением. Гарри услышал только выдох Лорда: «нет!», и зеленая молния отрикошетила от младенца и попала в Волдеморта.

Гарри сидел, закрыв глаза. Сейчас у него разрушилась вся система ценностей, тщательно выстраиваемая Альбусом Дамблдором. Во что теперь верить? Он стал вспоминать все встречи с Волдемортом. Но вот же, он грозился убить его… Он схватился за виски и начал трясти головой.

– Гарри, успокойся, – сказал Волдеморт и обнял мальчишку.

Гарри дернулся и расслабился, Мордред, об этом он мечтал с первого курса, что хоть кто-то обнимет его просто ради поддержки. А Волдеморт вдруг ощутил, что стал мыслить яснее. Проклятие магии за нападение на своего магического партнера рядом с Гарри отступает…

– Идем, нужно показать тебя в Гринготтсе, заключить договор о намерении, подать заявку в Министерство. Гарри, тебе нравится Северус?

Гарри покраснел и опустил глаза, потом зажмурился и кивнул.

– Тогда ты не будешь возражать, против него в роли еще одного Ведущего?

– Как? – мальчик расширил глаза. – Разве он согласится?

– Да. Это он тебя спас от насилия и принес сюда. Как думаешь, как он к тебе относится?

– Не знаю. Он про маму что-то говорил.

– Мама твоя отдельно, ты отдельно. Не мешай мушиные глаза с их лапками, они все разные ингредиенты. Есть еще один претендент на твоего Ведущего.

Гарри затаил дыхание: два года мучений, и вот оно, торжество, только почему он не чувствует радости?

– Кто?

– Лорд Люциус Малфой. Ты согласен?

Гарри вспомнил аристократа. Тошнотворный? Приторный? Слишком красивый, чтобы обратить внимание на маленького оборванца Гарри Поттера, потому он запретил себе думать про него, кроме как о противном и скользком аристократе, а ведь тогда, впервые на Косой аллее, он забыл как дышать, мельком увидев прекрасное лицо.

– Не верю. Ему-то я зачем сдался, – нахмурился Гарри.

– Сейчас, сейчас… как он сказал… А! «Он нравится мне, сильный маг, а после совершеннолетия станет еще сильнее. Отличное наследие. И состояние». Как тебе? Мне кажется, прекрасное отношение Ведущего к подопечному, – Лорд никак не мог выпустить из объятий мальчика, пока их магии смешивались и завивались в радостные вихри.

– Ладно, – проворчал Гарри. – Я даже ни в одном показе не участвовал.

– Драко тоже не участвовал. Это компрометирует наследника рода. Замечательное известие. Так, идем в банк. Будь вежлив со своими будущими Ведущими. Меня можешь называть Вольдемар, так я привык представляться в мирное время.

Гарри казалось, что он спит. Идти, держась за руку с безносым уродом, и чувствовать себя защищенным… Они пришли в зал, где Малфой и Снейп поднялись и склонили головы перед Лордом.

– Северус, Люциус, мы в банк, вы с нами. Люциус, организуй нам безопасный путь, чтобы не было свидетелей, – Малфой быстро вышел. – Северус, в банке ты займешься принятием рода под свою руку. Яссссно?

– Да, мой Лорд.

Они попали в банк через камин. Лорд не отпускал Гарри, и это нравилось ему, как будто он больше не был один. Их сопровождали Долохов и Розье, и это добавило остроты моменту. Все шестеро попали через камин в кабинет служащего банка, достаточно высокого положения, судя по дорогой отделке комнаты красным деревом и серебряными предметами.

– Пусть не оскудеют потоки денег в хранилищах и будут талантливы ваши дети, – поприветствовал гоблина, сидящего на возвышении, Лорд.

– И вам обрести благословение магии и достичь желаемого, – кивнул старый чиновник. – Мистер Риддл, по какому поводу вы к нам?

– Вот, привел к вам моего нареченного, Гарри Поттера. Хотим провести проверку крови, определить физическую зрелость и составить договор о намерениях. Нас трое, желающих стать Ведущими мальчика. Также наследник Принц желает, – Волдеморт выделил последнее слово, – принять род Принц под свою руку.

– Минуту, – повеселел гоблин и нажал какую-то кнопку на столе.

Через минуту в комнату вошел гоблин в синем мундире с золотыми знаками отличия и увел Северуса.

– Люциусс, займись своим родом. Долохова с Розье прихвати, – приказал Лорд.

– Уважаемый, пригласите поверенного Гриндевальдов, я привел вероятного наследника, – сообщил Волдеморт гоблину, когда за ними закрылась дверь.

– Вы уверены? – привстал гоблин со своего места и начал яростно трясти колокольчик.

– Горан? – заглянул старенький сгорбленный гоблин в черном кителе.

Гоблин в кресле кивнул, улыбаясь весьма хищной улыбкой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю