Текст книги "Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 (СИ)"

Автор книги: Марика Полански

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

Глава 8.1 Последний рывок на пути к счастью

Даже после самой тёмной ночи

наступает рассвет…

В дверь затарабанили с такой силой, что даже ежу стало бы предельно понятно: если хозяева немедленно не откроют, то несчастную дверь не церемонясь снесут к чёртовой матери.

– Да чтоб вам всем на месте провалиться в Горнище! – сонно заворчал Брюзга откуда-то из глубин первого этажа. – Кого там нечистая принесла среди ночи?!

– Департамент Магической Безопасности! – холодный голос Эриха ауф Штрома прорезал ночную тишину спящего дома. – Открывайте! У нас есть все основания полагать, что в этом доме скрывается беглый преступник!

Послышался протяжный скрип входной двери.

– Беглый преступник?! – домовой так искренне возмутился, что я едва не фыркнула от нервного смеха, несмотря на весь ужас ситуации. – Да вы что, господин дознаватель! Здесь только миледи, я да горничная Минди. Больше никого!

– А это мы сейчас сами узнаем и проверим. Отойдите от двери.

Домовой нехотя отступил в сторону, освобождая проход, и по коридорам разнёсся грохот тяжёлых сапог. Ха-Арус не обманул – ауф Штром действительно привёл с собой целую команду вооружённых до зубов людей, готовых к схватке с опасным беглецом.

Я поспешно сунула пульсирующее ухо обратно демону, и тот бесшумно просочился сквозь пол.

Друг за другом громко захлопали двери. Сонное безмолвие дома разрывали десятки возбуждённых мужских голосов. Законники Департамента разбрелись по комнатам, словно муравьи по разорённому муравейнику. Кто-то грузно топал по коридору первого этажа, распахивая двери в столовую, гостиную, библиотеку. Кто-то, чертыхаясь на чём свет стоит, поднимался по лестнице на второй этаж.

– Обыщите всё до последнего угла! – командный голос Эриха гулко разносился по Дому. – Этот человек особо опасен!

Шаги приближались неумолимо, как надвигающаяся гроза. Вот с грохотом распахнулась дверь в мою спальню на втором этаже.

– Здесь никого нет! – крикнул чей-то грубый мужской голос.

А вот кто-то, проклиная под нос крутизну ступеней, затопал по узкой винтовой лестнице в башню, где находился мой кабинет.

– Здесь пусто, господин дознаватель! Только какие-то склянки и сушёная трава!

– Не трогайте ничего! Это магические артефакты! Можете навлечь на себя проклятие!

– Здесь тоже никого, господин дознаватель!

– Тут чисто!

– А это что за дверь? – раздражённо рявкнул Эрих.

Сердце болезненно сжалось. Боги, только не зачарованная комната с украшениями погибших! Если они туда войдут…

Однако вместо ответа послышался глухой удар – видимо, инквизиторы попытались открыть дверь силой. Затем – второй удар, третий. Дверь не поддавалась, оставаясь намертво запечатанной магией, которую когда-то наложила Айрэн.

– Заколдована, – пробормотал кто-то. – Печати старые. Лет двадцать, не меньше.

– Оставьте, – приказал Эрих после паузы. – Там явно никого нет. Идёмте дальше.

Я выдохнула с облегчением.

– А здесь что?

Однако вместо ответа дверь прогнулась от удара и распахнулась.

– Ванная комната, господин дознаватель, – Не отрываясь от книги, я лениво протянула руку и взяла чашку со столика, стоя́щего рядом с ванной. – Вы ко всем дамам города врываетесь в столь поздний час? Или только я удостоилась подобной чести?

Не дождавшись ответа, я всё же перевела взгляд на незваных визитёров.

На пороге ванной комнаты стоял Эрих ауф Штром в сопровождении двух рослых молодцев в тёмно-серых мундирах. Его долговязая фигура отбрасывала длинную тень на кафельный пол. Тёмные глаза оценивающе скользнули по мне, сидящей в ванне с розоватой пеной, по раскрытой книге и чашке с остывшим чаем в руке.

За широкой спиной дознавателя один из стражей покраснел до самых корней соломенных волос и уставился в потолок. Второй, со шрамом через бровь, поперхнулся воздухом и закашлялся, прикрывая рот кулаком.

Эрих же даже бровью не повёл. Только желваки заиграли на бледных, резко очерченных скулах, выдавая едва сдерживаемое раздражение.

– Госпожа Миррен, – вкрадчиво проговорил он, – мы ищем Карла Вальтона. У нас есть основания полагать, что он скрывается в вашем доме.

Я удивлённо приподняла одну бровь, изображая недоумение, смешанное с иронией:

– Боюсь, вы ошибаетесь, господин дознаватель. – Я хмыкнула и, вернувшись к книге, перевернула страницу. – Как видите, я совершенно одна. Если не считать вас и ваших людей, которые вломились в мой дом без предупреждения.

– Мы имеем полное право на обыск, – отрезал Эрих. – По ордеру министра Магической Безопасности.

– А разве вы не этим сейчас занимаетесь? – Я небрежно повела плечами, отчего вода плеснулась, обнажая ключицы и ложбинку между грудей. – Только предупреждаю: если разбудите мою горничную и она устроит вам скандал, я умываю руки.

Наклонив голову набок, Эрих прошёл в ванную комнату и огляделся, будто ожидал, что их тумбочки для мыла и полотенец на него выскочит возница.

– Вы не удивлены моим визитом.

– Удивлена, – возразила я, переворачивая очередную страницу. – Но не шокирована. Ещё с первой нашей встречи я подозревала, что у вас есть какие-то скрытые пристрастия. Но не ожидала, что они настолько специфические.

За спиной дознавателя молодой инквизитор издал звук, похожий на сдавленное хрюканье. Второй закашлялся ещё сильнее.

Эрих подошёл ближе. Начищенные до блеска ботинки слегка заскрипели на влажном кафеле. Он остановился в опасной близости от ванны, настолько, что при желании он мог протянуть руку и притопить меня.

– Где Вальтон?

Я наклонила голову набок, разглядывая его снизу вверх сквозь полуприкрытые ресницы.

– Понятия не имею, – мягко произнесла я, задержав взгляд на поджатых губах. – Я не видела его с того дня, когда вы его арестовали.

Его ноздри гневно раздулись.

– Он сбежал сегодня ночью, – процедил Эрих сквозь стиснутые зубы. – Использовал запрещённую боевую магию. Взорвал стену камеры, ранил двух охранников. И его магический след привёл прямиком сюда, к вашему дому.

– Ну это как раз-таки объяснимо. Карл жил и работал здесь почти год. Неудивительно, что след ведёт сюда. Но это не значит, что он здесь сейчас.

Пристальный взгляд Эриха скользнул на запотевшем зеркале над умывальником, затем – по стоя́щим на мраморной полке флаконах с благовониями, по смятому халату, брошенному поверх плетённой бельевой корзины.

– Вы всегда, госпожа Миррен, принимаете ванну в такое время? – неожиданный вопрос прозвучал скорее как обвинение.

– Бессонница, знаете ли, – невозмутимо согласилась я, отпивая остывший чай. – Когда верного слугу арестовывают по сфабрикованным обвинениям, спится не очень хорошо. Горячая ванна помогает успокоить нервы и расслабиться. – Я наклонила голову, и влажные пряди волос скользнули по обнажённому плечу. – А вы, господин дознаватель? Чем вы-то занимаетесь посреди ночи, кроме того, что преследуете невинных людей и врываетесь в чужие ванные?

Его глаза с подозрением сузились.

– Если вы сознательно укрываете преступника, госпожа Миррен, вас ожидает тюрьма.

– А если вы голословно обвиняете меня, – парировала я, – то это самая настоящая клевета. И вас ожидает неприятное разбирательство с вашим начальством. Лорду ван Кастеру будет интересно узнать, что вы продолжаете преследовать его подопечную без каких-либо веских оснований. Полагаю, ему это очень не понравится.

Мы, не мигая, смотрели друг на друга долго. Невольно мне почудилось, что воздух вот-вот, и заискрится от невысказанного напряжения.

– Идите, – наконец резко бросил Эрих через плечо инквизиторам. – Вальтон где-то здесь. Я это чувствую.

Те поспешно удалились, явно обрадовавшись возможности сбежать от этой неловкой сцены.

Эрих же остался. В тяжёлом взгляде читалось нечто большее, чем просто профессиональный интерес дознавателя к подозреваемой. Я же нарочито медленно отложила книгу на столик. Фарфоровая чашка со звоном опустилась на блюдце. Вода тихо плеснулась, когда я выпрямилась.

– Если вы, господин ауф Штром, намерены остаться здесь, то будьте столь любезны хотя бы закрыть за собой дверь. – Я шагнула из ванны и подошла к тумбочке, на котором лежало полотенце. – Иначе ваши подчинённые разнесут по всему Департаменту пикантные подробности о том, как их начальник потерял остатки самообладания при виде обнажённой ведьмы. Устанете потом отмываться от грязи.

На прохладных плитках пола остались влажные следы ног. Кожа мгновенно покрылась мурашками – то ли от прохлады воздуха, то ли от собственной дерзости.

Эрих словно окаменел. На миг в его глазах мелькнуло что-то похожее на подавленную похоть. Однако он быстро взял себя в руки.

– Вы играете с огнём, госпожа Миррен, – хрипло произнёс он. – И это крайне опасная игра для хрупкой женщины.

Неспешно вытершись, я принялась надевать халат.

– Вы пришли сюда с ордером на обыск. – Я подошла настолько близко, что заметила, как напряжённо дёрнулся его кадык. – Отлично. Переверните весь дом вверх дном, если хотите. Но Карла вы здесь не найдёте. Потому что его здесь нет. – Я поднялась на цыпочки, почти касаясь губами его уха: – А угрозы, Эрих, на меня не действуют. Совсем.

Его дыхание сбилось. Тело напряглось, а руки дёрнулись, словно он боролся с почти непреодолимым желанием схватить меня и притянуть к себе, вовремя сдержался.

– Вы пожалеете об этом, – сдавленно прошипел ауф Штром и шумно втянул воздух.

На виске бешено пульсировала венка. Казалось, дознаватель балансировал на грани. Ещё мгновение – и он сорвётся.

– Возможно, – улыбнулась я и отступила, освобождая его из невидимой ловушки близости. – Но не сегодня.

Снизу донеслись голоса, перекрикивающие друг друга:

– Господин ауф Штром! Мы обыскали весь дом! Никого!

– Проверили кладовые и чулан! Пусто!

– На чердаке тоже никого! Только старая мебель да пыль!

Эрих дёрнул головой, стряхивая наваждение. В глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление. Но оно тотчас погасло под привычной маской холодной сдержанности.

– Это ещё не конец, госпожа Миррен, – едва слышно произнёс он. – Я вернусь. И в следующий раз вам не помогут ни ваши чары, ни покровительство дракона.

– Буду ждать с нетерпением, – сладко улыбнулась я. – Может, в следующий раз предупредите? Я подготовлю что-нибудь более интересное, чем просто ванна.

Эрих развернулся и вышел из комнаты не оглядываясь.

Едва за ним закрылась дверь, как я обессиленно опустилась на пол. От волнения ноги не слушались, а сердце, казалось, колотилось где-то в горле. Несмотря на влажную духоту, тело пробрал озноб, будто меня выкинули в сугроб.

«Боги, боги, боги», – повторяла я про себя, как мантру. Скорее бы они ушли… Скорее бы…

Секунды тянулись, как растопленная сосновая смола. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышала раздражённый голос Эриха:

– Уходим. Здесь его нет.

– Но след, господин дознаватель…

– Я сказал, уходим!

Разочарованное ворчание смешалось с топотом сапог инквизиторов. А затем хлопнула дверь в прихожей, заставив меня вздрогнуть.

Несколько минут я сидела неподвижно, прислушиваясь к собственному неровному дыханию. Потом кое-как поднялась и, подхватив трость, спустилась в гостиную.

– Наконец-то они ушли, – из-под пола донеслось недовольное ворчание подвала. – А то собрались тут! Топают, грохочут! Покоя нет даже ночью! Раньше в приличных домах по ночам спали, а не бегали как угорелые!

– Спасибо, господин подвал, – устало проговорила я, опускаясь в кресло. – Вы очень нам помогли.

– Ну раз спасибо сказали, то ладно уж. Только чтобы в следующий раз предупреждали! И проветрите меня на днях, а то совсем заплесневел.

– Обещаю, – кивнула я.

В комнату зашла Минди с подносом, на котором дымилось зеленоватая жидкость.

– Боги! Вот страху-то натерпелись! – тараторила она. Я отрицательно покачала головой на предложение выпить успокоительное. Она одним махом опустошила рюмку, крякнула и продолжила: – Нет, ну каков мерзавец, этот дознаватель! Вламываться ночью в дом к приличным людям…

Я провела ладонью по закрытым глазам, стараясь не выдать раздражения и усталости.

– Миледи, – из пола вылезла голова Ха-Аруса, – с Карлом всё в порядке. Он без сознания, но выглядит лучше. Полагаю, через недельку окончательно выздоровеет.

– Это хорошо, – сказала я. – Жаль, что у нас нет этой недельки. Ауф Штром не дурак. Он наверняка оставил своих людей присматривать за домом. Он может снова вломиться в любой момент. Не будет же Карл сидеть в подвале до скончания веков?

Брюзга вошёл в гостиную, теребя в лапах полосатый ночной колпак.

– Что мы будем делать, миледи?

Вопрос повис в тишине. И правда – что мы будем делать?

Я сложила сплетённые пальцы на коленях. В голове хаотично метались мысли, но все они, увы, казались глупыми и бесполезными.

– Не знаю, – призналась я. – Но что-то придумаем. Рэйвен вернётся только через месяц. Тогда он нас поможет. А пока Карлу придётся месяц просидеть в подвале.

– А если не успеет? – тихо спросила Минди.

Уставившись на часы, будто они могли подсказать ответ, я задумчиво почесала подбородок и неуверенно протянула:

– Есть один вариант. Но его следует хорошенько обдумать.*************************Ну что ж, дорогие читатели, осталась последняя глава истории и эпилог. Надеюсь, до конца следующей недели закончить ее (*добавляет шепотом*: но никто не отменял проклятие последних прод).А пока дописываю свою историю, я хотела бы поделиться с вами новинкой от Софии Руд. "(Не)любимая жена короля":

– Ты лично выберешь для меня наложницу, – приказал грозный король драконов своей нелюбимой жене да еще и обвинил в преступлении без разбирательств.

Но теперь в ее теле я – следователь по особо важным делам Марина Царева. И в новой жизни я хочу свободы и счастья, а не борьбы за сердце черствого красавца. Так что, присаживайтесь, Величество, с преступлением мы разберемся, а потом  “ваша” королева начнет вершить свои  великие дела!

Глава 8.2

Особняк ван Кастеров возвышался над домами Прибрежной аллеи, словно великан из серого гранита с вкраплениями тёмно-синего мрамора. Высокие стрельчатые окна, обрамлённые витиеватой каменной резьбой, смотрели на улицу с холодным высокомерием. Над главным входом высился балкон с коваными перилами в виде морских драконов, сплетённых в причудливом танце. Их глаза, казалось, следили за каждым, кто осмеливался подняться по широким ступеням к дубовой двери, украшенной серебряными накладками.

Сад перед особняком напоминал декорацию к спектаклю о древних временах. Мраморные статуи богов и мифических существ высились на постаментах вдоль дорожек, посыпанных белым гравием. В центре сада – фонтан с мраморными драконами, припорошённый остатками мартовского снега.

Экипаж остановился у самого крыльца. Ха-Арус, натянувший на себя облик возницы, помог мне выбраться из кареты.

– Помнишь, как себя вести? – негромко спросила я, поправляя перчатки.

– Разумеется, миледи, – ответил лжевозница и едва слышно усмехнулся. – Буду ждать вас в экипаже и молчать, как рыба об лёд.

– Как рыба об лёд?

– Ну, или просто молчать, – пробурчал Ха-Арус и добавил вполголоса: – Хотя я мог бы войти с вами. Хотелось бы взглянуть на этого нового главу Дома.

– Даже не думай. Будешь сидеть в экипаже и ждать. И чтоб ни одной твоей туманной лапы за его пределами!

– Вы совсем не умеете веселиться. – Он с притворной горечью покачал головой.

Поднявшись по ступеням, я дёрнула за цепь колокольчика. Мелодичный перезвон разнёсся по внутренним покоям особняка. Почти сразу же массивная дверь бесшумно отворилась. Худощавый дворецкий с лицом, напоминающий выцветший пергамент, и такими же выцветшими глазами недоумённо воззрился на меня.

– Леди Миррен, – безэмоционально произнёс он. – Вас не ожидали.

– Знаю, – я натянуто улыбнулась. – Но мне необходимо встретиться с милордом Мартином ван Кастером. По срочному делу.

Дворецкий слегка нахмурился, словно обдумывая мои слова, а потом медленно кивнул:

– Прошу, следуйте за мной.

Глядя на него, я невольно подумала о том, что этот человек (или нечеловек), должно быть, служит семье ван Кастеров со времён первых драконов.

Вестибюль особняка дышал роскошью: высокие потолки с лепниной, изображающей морские волны и парящих над ними драконов; мраморный пол, отполированный до зеркального блеска; широкая лестница с резными перилами. На стенах висели портреты предков, взирающих на визитёров с холодным достоинством.

В отличие от моего дома, здесь царила тишина. Никто не шептался, не охал, не причитал. Портреты молчали, мебель стояла неподвижно. Даже часы в углу холла едва слышно тикали.

– Дом мёртв, – тихо прошелестел голос Ха-Аруса у меня за спиной.

Вздрогнув, я бросила быстрый взгляд через плечо. Демон скользил рядом едва различимой тенью на полу.

– Я же сказала ждать в экипаже! – прошипела я, покосившись на дворецкого.

Однако тот или не услышал меня или предпочёл сделать вид, что не слышит.

– Скучно, – беспечно отозвался Ха-Арус. – К тому же я же ваша тень. Куда вы, туда и я. А тень без хозяина, как и хозяин без тени – это подозрительно.

Сдержанно фыркнув, я промолчала. Чёрт с ним! В конце концов, лишняя поддержка мне не помешает. Неизвестно ещё, как Мартин отреагирует на мою просьбу. Может, он прикажет спустить меня с лестницы за оскорбления семьи и рода? Такого не стоило исключать. Особенно в свете двойных торгов и отказа Рэйвена от статуса главы Дома.

Тем временем дворецкий остановился перед дверью из красного дерева и объявил:

– Кабинет милорда Мартина, – и негромко постучал костяшками пальцев.

– Войдите, – донеслось изнутри.

Он распахнул дверь и отступил в сторону:

– Леди Миррен, милорд.

Когда дверь закрылась за моей спиной, я быстро огляделась. Стены кабинета были обиты тёмно-синими панелями. Между ними висели картины маслом: морские пейзажи, батальные сцены с драконами. Книжные шкафы вдоль стен ломились от фолиантов в кожаных переплётах с золотым тиснением. У камина, облицованного чёрным мрамором, стояли два кресла с высокими спинками, обитые алым бархатом. Между ними – низкий столик с шахматной доской, где фигуры застыли на середине партии.

Массивный письменный стол из чёрного дерева с золотыми инкрустациями занимал центральное место у окна. На нём аккуратными стопками лежали бумаги, стояла зелёная чернильница и подставка с перьями.

А за столом сидел Мартин.

Младший ван Кастер был копией своего брата. Правда, у него волосы были золотистыми, да и черты лица были мягче, без хищной резкости, что была у Рэйвена. Отложив перо в сторону, Мартин медленно откинулся на спинку кресла. На губах заиграла улыбка, в которой не было ни капли тепла, а серо-зелёные глаза за очками смотрели на меня с плохо скрываемым раздражением

– Леди Миррен, – произнёс он с подчёркнутой вежливостью, за которой сквозил яд. – Чем обязан визиту будущей невестки в столь ранний час?

Я с трудом прошла в кабинет – левая нога ныла после бессонной ночи.

– Мне нужна ваша помощь, милорд, – в тон ему отозвалась я, останавливаясь перед столом. – По весьма деликатному вопросу.

Мартин приподнял одну бровь – точь-в-точь, как Рэйвен, когда его что-то удивляло или забавляло.

– Интересно. А почему вы решили, что я должен вам помогать?

– Потому что Рэйвен попросил вас присмотреть за мной, пока он в Велундоре.

Усмехнувшись, Мартин поднялся из-за стола и подошёл к окну, засунув руки в карманы брюк.

– Присмотреть, – проговорил он, глядя на сад, – это убедиться, что вы живы и не навлекли на себя новых неприятностей. А не решать за вас проблемы.

– Карл сбежал из Департамента, – выпалила я, решив не ходить вокруг да около. – Он ранен и прячется у меня. Вчера ночью ауф Штром устроил обыск в доме. Но он может вернуться в любой момент. К вам он вряд ли сунется – побоится навлечь на себя гнев драконьего общества. Поэтому я прошу вас спрятать Карла у себя. Хотя бы на то время, пока не вернётся Рэйвен. Ну или пока не придумаем, как переправить Карла в Хёльд. Там не преследуют ведьморожденных.

Мартин не ответил. Внутри царапнуло чувство, что он решил проигнорировать мою просьбу. Однако несмотря на то, что меня так и подмывало схватить его за плечи и хорошенько тряхнуть, я молча ждала его ответа.

– Хотите, чтобы спрятал беглого преступника? – наконец сказал он. – Вы серьёзно?

– Карл не преступник, – возразила я, чувствуя, как закипает злость. – Его арестовали по выдуманным обвинениям. А после пытали, чтобы он сознался в том, чего не совершал.

Мартин наконец обернулся. На его лице не было и тени сочувствия.

– Знаете, леди Миррен, – он медленно подошёл ко мне, и в каждом его движении читался сдерживаемый гнев, – все наши беды начались с вашего появления в жизни моего брата. До вас Рэйвен был уважаемым и влиятельным главой Дома. Он жил по законам нашего рода и чтил традиции. А потом появились вы. Хромая ведьма со скандальной репутацией и даром притягивать неприятности, как магнит – железные опилки.

Я стиснула набалдашник трости, сдерживая порыв стукнуть его по голове.

– И что же такого ужасного я натворила? – холодно поинтересовалась я.

– Действительно, – усмешка Мартина превратилась в угрожающий оскал. – Ничего такого. Разве что Рэйвен отказался от своего места главы и расходится с Лорелеей, запятнав репутацию семьи. А Лили чуть не погибла в той прокля́той беседке на балу у ауф Гросса. А так ничего. Однако вам этого мало. Теперь вы пришли сюда и просите укрыть беглеца!

– Я не просила Рэйвена отказываться от главенства, – прошелестела я, стараясь не выдать захлестнувшей меня обиды. – И не просила его разводиться с Лорелеей. И к пожару я не имею никакого отношения.

– Но это всё случилось из-за вас! – Он наклонился так близко, что его дыхание опалило мою щеку. – Вы как чума, леди Миррен. Разрушаете всё, к чему прикасаетесь. Рэйвен ослеп от страсти. Но я-то вижу, что вы готовы погубить всех вокруг ради собственной выгоды.

Я с размаху влепила ему звонкую пощёчину. Алый отпечаток тотчас проступил на бледной щеке ван Кастера-младшего. Он уставился на меня с таким изумлением, будто статуя богини Лаэнтри внезапно ожила и стала танцевать канкан.

– Следите за словами, милорд, – прошипела я сквозь зубы. – Иначе я лично засуну вам в рот что-нибудь толстое, длинное и крайне неприятное. Например, кочергу из вашего камина.

Взгляд Мартина угрожающе потемнел. Воздух вокруг меня забурлил и раскалился. И быть мне сожжённой дотла, если бы в этот момент не распахнулась дверь, и в кабинет не влетела Лили.

Сестра Рэйвена выглядела значительно лучше, чем я предсталяла. Конечно, бледность не сошла с лица, но в её глазах горел огонь жизни, а не потухшая покорность избитой жены. Из небрежно заплетённой косы выбивались непокорные пряди. На правой скуле виднелся синяк, побледневший до желтовато-зелёного оттенка.

– Эвелин! – Лили бросилась ко мне, и я утонула в облаке розового аромата и ванильной пудры. – Как же я рада тебя видеть!

Чуть отстранившись, она окинула меня внимательным взглядом с ног до головы:

– Ты похудела и выглядишь уставшей. Работа в «Дракарионе» выматывает?

– Работа – нет, – сухо ответила я, бросив красноречивый взгляд в сторону Мартина. – А вот общение с некоторыми представителями вашей семьи – определённо да.

Прищурившись, Лили вопросительно воззрилась на брата:

– Мартин?

– Полагаю, мы с леди Миррен можем поговорить и без твоего участия, дорогая, – уголки губ ван Кастера-младшего недовольно дрогнули. – К тому же я уже всё сказал.

– Ваш брат отказал мне в помощи, – пояснила я и мягко улыбнулась. Потом перевела взгляд с Лили на Мартина и с холодной вежливостью добавила: – Но всё равно спасибо, что выслушали. Простите, что заняла ваше время.

С этими словами я развернулась и направилась к выходу.

– Надо было всё рассказать, – прошипел Ха-Арус из тени, когда я спускалась по лестнице.

– Нет, не надо, – устало произнесла я. – Неприятно осознавать, но Мартин отчасти прав: я действительно порой не знаю границ. Нужно придумать другой способ помочь Карлу.

– Твоей вины нет в том, что произошло с их семьёй. То, в какой ситуации они оказались, – это их выбор. Помни: вся ответственность за исполненное желание лежат на желающем.

Я кивнула, погрузившись в свои мысли. Да, теоретически Карла можно прятать в подвале месяц до возвращения Рэйвена. Но никто не давал никаких гарантий, что Эрих не вернётся завтра с более сильными поисковыми артефактами и снова не перевернёт дом вверх дном. Если Карла найдут, то его точно приговорят к смертной казни, а меня в лучшем случае отправят на пару десятилетий в Чёрные Топи.

Я уже занесла ногу над ступенькой, собираясь сесть в экипаж, как меня окликнул взволнованный голос Лили:

– Эвелин! Подожди! – Она бегом спустилась по лестнице и остановилась, переводя дыхание. – Ты прости Мартина. Порой он ведёт себя, как идиот, но…

– Не переживай, Лили, – поспешила успокоить я девушку. – Я всё прекрасно понимаю…

– Нет-нет, пойдём, – нетерпеливо перебила она и, схватив меня за руку, потянула обратно в дом. – Я поговорила с Мартином. Он обещал помочь.

Я удивлённо воззрилась на неё.

– Но как?

Лили лишь беззаботно рассмеялась.

– Напомнила ему про любовные стихи, которые он по ошибке отправил госпоже Нэнлин, которой тогда было глубоко за семьдесят. Бедняжка так обрадовалась, что считала Мартина своим тайным поклонником до самой смерти.

– А кому на самом деле предназначались стихи? – спросила я, хотя и так уже догадалась.

Она многозначительно хмыкнула и лукаво прищурилась.

– Лорелее, конечно же.