Текст книги "Хозяйка скандального салона "Огонек" 3 (СИ)"

Автор книги: Марика Полански

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 6.3

Помяни чёрта, – и он обязательно нарисуется.

Поднявшись с кресла, я подошла к зеркалу над камином и критически оглядела себя. Бледное лицо, растрёпанные волосы, измятое платье. Выглядела я так, будто меня только что вытащили из могилы.

Я недовольно поправила выпавшую прядь и саркастично улыбнулась своему отражению. Получилось жутковато. Что ж, надеюсь, Рэйвен увидит эту гримасу и сбежит к себе домой, позабыв, зачем пришел.

Из коридора донеслись тяжёлые, уверенные шаги. Я развернулась как раз в тот момент, когда в библиотеку вошёл Рэйвен.

Он остановился на пороге, окидывая взглядом комнату, потом перевёл взгляд на меня. Серо-зелёные глаза с вертикальными зрачками скользнули по моему лицу, задержались на тёмных кругах под глазами и на сжатых в тонкую линию губах.

– Выглядишь ужасно, – констатировал он без обиняков.

– Спасибо, – сухо отозвалась я. – Вы тоже сегодня особенно очаровательны. Чем обязана визиту вашей светлости?

Рэйвен прошёл в библиотеку, и дверь за ним закрылась с тихим щелчком. Книги на полках испуганно притихли. Даже огонь в камине перестал потрескивать.

– Я слышал о постановлении Теплтон, – сказал он, останавливаясь у камина. Засунул руки в карманы чёрного сюртука и посмотрел на меня. – И о том, что твой салон испытывает трудности.

– Трудности, – повторила я с кривой усмешкой. – Какое деликатное слово. Полагаю, твои верные стражи донесли о нынешнем положении дел.

– Наивно было бы полагать, что они просто отгоняют любопытных и выкидывают особо прытких. С этим ты и без Гретисона и Ферса справилась бы.

– Ну да. – Я скрестила руки на груди, чувствуя, как внутри закипает злость. – Не за мускулы же ты им платишь. А за шпионаж за мной.

Рэйвен молчал, глядя на меня с непроницаемым выражением лица.

В библиотеку вплыла Минди с подносом. Руки её слегка дрожали, когда она расставляла чашки на столике. Она бросила на Рэйвена быстрый, полный плохо скрываемой неприязни взгляд и поспешно вышла.

Я опустилась в кресло, не приглашая Рэйвена присесть. Я не горела желанием общаться с ним. Рэйвен, однако, устроился в кресле напротив, закинув ногу на ногу с непринуждённостью человека, привыкшего чувствовать себя комфортно в любой обстановке.

– Я пришёл с предложением, – спокойно сказал он, взяв чашку с чаем.

– Какое трогательное совпадение. – Я наклонила голову набок, изображая заинтересованность. – Ваша жена тоже приходила с предложением. Правда, её идея стать вашей официальной любовницей показалась мне несколько экстравагантной.

Рэйвен поперхнулся чаем. Он поставил чашку на блюдце с таким грохотом, что фарфор жалобно звякнул.

– Лорелея что сделала?! – выдавил он, и на скулах проступили алые пятна.

– Ах, так вы не в курсе? – Я невинно заломила бровь и потянулась к своей чашке. – Занятно. Видимо, ваша супруга решила взять семейное благополучие в свои руки. Весьма предприимчивая женщина, должна заметить. Жаль только, что её план провалился из-за моих устаревших представлений о морали.

– Эвелин, – Рэйвен потёр переносицу пальцами, – мы поговорим об этом позже. А сейчас…

– О нет-нет, милорд! – Я подняла руку, останавливая его. – Давайте сразу определимся. Вы пришли предложить мне деньги? Или работу? Или, может, хотите выкупить мой салон по бросовой цене, пока он окончательно не загнулся?

Его глаза сузились:

– Раньше ты не была такой подозрительной.

– Пытаюсь просчитать все варианты, – парировала я и сделала глоток.

Горячий чай обожег язык, но я и бровью не повела. Хотя – чего уж греха таить? – хотелось выплюнуть его с воплем.

– Так что же вы хотите, милорд? Говорите прямо. У меня, как вы верно заметили, дела идут не блестяще. А время – деньги.

Рэйвен откинулся на спинку кресла и сплёл пальцы на животе. В его позе читалось что-то хищное, как у кота, готового к прыжку. Или как у змеи. Пожалуй, змея тут даже ближе к дракону. Ввиду своей холоднокровности и чешуйчатости.

– Хочу предложить тебе сделку.

– Ещё одну? – Я театрально всплеснула руками. – Милорд, у меня уже есть с вами договор о попечительстве, который душит меня эффективнее любого корсета. Зачем мне ещё одна петля на шею?

– Потому что без этой петли, – холодно произнёс он, – ты протянешь максимум два месяца. А потом что? Будешь просить милостыню у ворот храма? Или вернёшься к папочке на коленях?

Удар пришёлся точно в цель. Я стиснула чашку так, что побелели костяшки.

– Спасибо за трогательную заботу о моём будущем, – процедила я сквозь зубы. – Прямо слёзы наворачиваются. Но, знаете, я как-нибудь сама разберусь со своими проблемами. Без вашей драконьей благотворительности.

– Правда? – Он приподнял бровь. – И как именно? Устроишь ещё один ночной дебош в порту? Или на этот раз решишь спалить дом президентши? Весьма эффективное решение проблем, ничего не скажешь.

Я вскочила с кресла так резко, что левая нога взорвалась болью. Но я не обратила внимания, вся дрожа от ярости:

– Вон из моего дома!

Рэйвен не пошевелился. Только усмехнулся, и ухмылка вышла кривой, почти жалостливой:

– Твоего дома? Напомнить, кто оплачивает счета этого дома? Кто покрыл ущерб за твои пьяные выходки? Кто вытаскивает тебя из неприятностей раз за разом?

– Я бы справилась сама!

– Да-да, конечно. Ты прекрасно справляешься. Салон разваливается, клиенты разбегаются, а ты сидишь и делаешь вид, что всё под контролем. Браво, Эвелин. Впечатляющее зрелище.

Ладони вспыхнули предупреждающим жаром магии. Искры забегали по кончикам пальцев, грозя сорваться и спалить всё вокруг.

– Если вы пришли только для того, чтобы потешиться над моими неудачами, – прошипела я, – то можете идти к чёрту. Вместе со своей сделкой, женой и сестрой, которую вы продали, как скотину на ярмарке!

Воздух между нами затрещал. Глаза Рэйвена полыхнули сине-зелёным огнём, а вокруг его сжатых в кулаки рук заклубился пар.

Несколько долгих секунд Рэйвен смотрел на меня снизу вверх. Внезапно я отчётливо ощутила, как на плечи обвалилась тяжесть, от которой задрожали колени.

– Садись, Эвелин, – тихо сказал он. – Пожалуйста.

Тело внезапно опутала вязкая, противная слабость, и я буквально рухнула мешком картошки в кресло. «Ну спасибо, что хоть не лицом по ковру», – угрюмо вспомнила я прошлый визит Рэйвена.

– Я пришёл не издеваться, – устало произнёс Рэйвен. – И не злорадствовать. Я пришёл помочь.

– Помочь, – повторила я скептически. – Из доброты душевной? Или у вас, как всегда, есть свой интерес?

– Разумеется, есть. Я же дракон. Мы ничего не делаем бескорыстно. Разве ты ещё не усвоила этот урок?

– Усвоила. Причём на собственной шкуре. Так какой у вас интерес на этот раз, милорд?

Рэйвен помолчал, разглядывая свои ногти.

– Не хочу, чтобы моя подопечная сдохла с голоду или от отчаяния, – наконец сказал он. – Плохо для репутации. Люди подумают, что я не умею заботиться о тех, кто под моим крылом.

– Ах, репутация! – Я откинулась на спинку кресла. – Как я могла забыть? Ваша драгоценная репутация важнее всего.

– Именно, – невозмутимо согласился он. – И твоя тоже, между прочим. Или ты думаешь, что слухи о том, что покровитель бросил тебя на произвол судьбы, пойдут тебе на пользу?

По сравнению со сплетнями о природе наших отношений эти были цветочками. И ведь самое обидное, что в том вранье не было ни слова правды.

Но я предпочла благоразумно прикусить язык.

– Что вы предлагаете? – сдержанно поинтересовалась я, лихорадочно ища повод выпроводить ван Кастера за пределы Дома.

Рэйвен достал из внутреннего кармана сюртука сложенный лист бумаги и положил на столик между нами.

– Контракт. Ты становишься официальным консультантом по магическим вопросам в моей компании. Фиксированное жалованье, офис в «Дракарион-Астер», официальный статус.

Я уставилась на бумагу, как будто она могла ожить и искусать меня.

– И что я должна делать взамен? Гадать вашим капитанам на ракушках? Или заколдовывать конкурентов, чтобы их суда тонули?

– Консультировать моих людей, – спокойно пояснил Рэйвен. – Многие моряки суеверны. Они верят в приметы, в проклятия, в морских духов. Иногда им нужен кто-то, кто развеет их страхи. Или подтвердит опасения. Ты будешь этим кем-то.

Я медленно покачала головой:

– Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Где подвох, милорд?

– Подвох? Подвох в том, что ты будешь работать на меня и под моим контролем. И делать то, что я скажу. Без истерик, скандалов и поджогов складов.

– Заманчиво, – я скривилась. – Из упрямой ведьмы с собственным салоном превратиться в ручную гадалку на окладе. Нет, спасибо. Я как-нибудь обойдусь.

Рэйвен наклонился вперёд, опираясь локтями на колени:

– Обойдёшься? Правда? – В его голосе зазвучала сталь. – Списки твоих посетителей таят на глазах, Эвелин. И с каждым днём становится всё больше тех, кто боится к тебе подходить. А те, кто всё же приходят, крадутся через чёрный ход, как воры. Сколько ты протянешь в таком положении?

Каждое слово било, как плеть. Но я сжала зубы, стараясь не выдать своей потерянности.

– Достаточно долго.

– Врёшь, – холодно отрезал он. – И мы оба это знаем.

Он взял контракт и протянул мне:

– Перестань упрямиться. Прочитай и подумай. Условия более чем щедрые.

Но бумагу я не взяла. Где-то в глубине сознания рассудок буквально орал, чтобы я хваталась за этот шанс всеми руками и ногами. Но страх перед полной зависимостью от настроения и желаний ван Кастера страшил больше, чем полное разорение и перспектива стать изгоем общества.

– Вы хотите купить меня?

– Хочу спасти тебя от твоего же упрямства, – парировал Рэйвен. – Есть разница.

– Для меня – нет.

В глазах ван Кастера плескались золотистые искры – то ли раздражения, то ли другой эмоции, которую я не могла распознать.

– Почему ты так боишься принять помощь?

– Потому что ваша помощь выходит мне боком, – негромко ответила я. – Я уже один раз попалась на этот крючок, милорд. Не собираюсь повторять.

Рэйвен помолчал, потом неожиданно усмехнулся – коротко, без веселья. Поднявшись, он подошёл к окну и посмотрел туда, где за покрытым инеем стеклом простирался заснеженный сад.

– Знаешь, Эвелин, в чём твоя проблема? – произнёс он не оборачиваясь. – Ты слишком гордая. Ты предпочтёшь сдохнуть в нищете, но не примешь помощь от того, кого считаешь врагом.

– А в чём ваша проблема, милорд? – парировала я. – Вы не можете смириться с тем, что кто-то не желает плясать под вашу дудку. Вам нужен контроль. Всегда. Над всем и всеми.

Он обернулся, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на боль:

– Может, и так. Но хотя бы я признаю́ свои недостатки. А ты продолжаешь упрямо твердить, что справишься сама, даже когда тонешь.

Я поднялась, опираясь на трость.

– Лучше утонуть само́й, чем цепляться за руку того, кто потом скажет: «Видишь? Ты ничего не стоишь без меня».

Слова повисли в воздухе между нами.

Рэйвен смотрел на меня долго. Потом медленно кивнул:

– Понятно. Значит, ты отказываешься?

– Именно.

– Упрямая дура, – он качнул головой и направился к двери.

– Циничный негодяй, – отозвалась я ему в спину.

Он остановился на пороге, но не обернулся. Пальцы сжали дверную ручку так, что та жалобно скрипнула.

– Когда всё рухнет окончательно, – произнёс он тихо, – а это произойдёт, даже не сомневайся, – не приходи ко мне. Потому что я уже не протяну руку. Не во второй раз.

– Ну прекрасно, – выдавила я, чувствуя, как перехватывает горло. – Я и не собиралась.

Дверь закрылась за ним с глухим щелчком.

Несколько секунд я стояла неподвижно, вслушиваясь в удаляющиеся тяжёлые шаги по коридору. Потом услышала, как хлопнула входная дверь внизу. Затем – цоканье копыт, удаляющихся по заснеженной мостовой.

Только тогда я позволила себе рухнуть обратно в кресло.

Глава 6.4

– Приехали, миледи! – Карл широко распахнул дверцу экипажа и выжидающе протянул мне руку.

Несколько долгих секунд я боролась с неуверенностью и сопротивлением, охватившем меня. Где-то в глубине души всё ещё бурлил неприятный осадок после вчерашнего разговора, и то, что я собиралась сделать, виделось мне по меньшей мере преступлением.

После того как Рэйвен уехал, меня пробрала дрожь. То ли от ярости, то ли от страха, то ли от того и другого сразу – поди разбери! Обхватив плечи руками, я зажмурилась.

– Идиотка! – Обхватив плечи руками, я зажмурилась. – Упрямая, гордая идиотка.

Рэйвен предложил выход. Работу, деньги, стабильность. Всё, что мне было нужно в тот момент. Но я отказалась из принципа и из страха снова оказаться в зависимости от него.

«Но разве ты уже не в зависимости? – ядовито прошептал внутренний голос. – Разве попечительство – это не зависимость? То, что ты ещё не плясала под дудку ван Кастера, это не твоя заслуга, а его недоработка».

Или его порядочность, мать её! Великодушие честного дракона по отношению к особо сомнительной репутации. Как бы мне ни хотелось демонизировать Рэйвена за все его предыдущие прегрешения, но сейчас он повёл себя благородно. И это цепляло и уязвляло ещё больше, чем любая изощрённая насмешка.

Судорожно вдохнув, я медленно выдохнула и открыла глаза.

На столике по-прежнему лежал контракт. Я была готова побиться об заклад, что, уходя, Рэйвен специально оставил его.

Бумага тихо зашелестела под моими пальцами. Прописанные условия оказались действительно щедрыми. Условия действительно были щедрыми. Жалованье в две тысячи сорренов в месяц – больше, чем я зарабатывала в лучшие времена салона. Кабинет, оборудованный всем необходимым. Официальный статус магического консультанта крупнейшей судоходной компании Норстрии. И в самом низу, мелким шрифтом: «Срок контракта – один год. С правом расторжения в любой момент по инициативе одной из сторон».

Я перечитала эту строчку дважды, не веря глазам.

Всего один год. Это не вечная кабала, а всего год. За это время я смогу накопить достаточно, чтобы переждать бурю. Тогда салон не загнётся окончательно, и мне не придётся распускать слуг или продавать последнее.

Но тогда я снова окажусь в его руках и снова буду ему должна.

Перед глазами встал образ печальной Лили на снимке в статье. А вслед за этим память услужливо напомнило о треснувшем зеркале. Всего этого могло бы и не быть, не прими я тогда помощь от Рэйвена в открытии салона.

Я отбросила контракт на столик, словно он обжёг пальцы.

– Гордость – штука забавная, – донеслось из угла. Ха-Арус материализовался из тени, присев на корточки возле камина. – Она согревает душу, когда всё остальное рушится. Но вот только сытости она не приносит. Как и денег на оплату счетов.

– Заткнись.

– Не заткнусь, – он покачал головой. – Я наблюдаю за твоей медленным разложением уже который день. И знаешь, что самое печальное? Ты даже не пытаешься бороться. Ты просто сидишь и ждёшь, пока всё развалится само собой.

– Я борюсь! – вспыхнула я.

– Правда? – Он округлил глаза и вывернул голову в своей привычной манере подбородком кверху, лбом вниз. – И как именно? Делаешь вид, что постановление Теплтон тебя не волнует? Считаешь убытки и прикидываешь, на чём бы ещё сэкономить? Отказываешься от помощи единственного, кто может реально что-то изменить?

Он поднялся и подплыл ближе:

– Это не борьба, моя дорогая. Это медленное самоубийство. Красивое, гордое, но самоубийство.

Я встретилась с его взглядом – чёрным, бездонным, в котором плясали серебристые искры.

– А что мне делать? – разозлилась я. – Скажи, раз ты такой умный. Что мне делать?

Ха-Арус присел на корточки рядом с моим креслом. Ледяные пальцы легли на мою руку, сжимающую подлокотник.

– Перестать бояться, – еле слышно проговорил он. – Перестать видеть в каждой протянутой руке ловушку. Иногда помощь – это просто помощь. Ничего больше.

– Ты веришь в это?

Он осклабился и фыркнул.

– Разумеется, нет. Но ты – не я. У тебя ещё есть шанс не превратиться в циничное чудовище. К тому же я не готов делаться с тобой этим гордым званием. Оно моё по праву рождения.

Он исчез, растворившись в воздухе.

Я осталась одна в библиотеке с контрактом на столике и тяжестью выбора на плечах. Смотрела на контракт и понимала: выбора, по сути, нет.

Гордость – это прекрасно. Но Ха-Арус был прав: она не оплатит счета, не прокормит слуг и не спасёт салон. А, значит, придётся наступить себе на горло.

– Миледи?

Я тряхнула головой, сбрасывая воспоминания вчерашнего дня, схватила Карла за руку и выбралась из экипажа.

Знакомое здание «Дракарион-Астер» высилось передо мной. Утреннее зимнее солнце пробивалось сквозь серые облака, ложась на запорошённые снегом крыши портовых складов бледными пятнами света.

Я поправила перчатки, расправила плечи и направилась к входу, стараясь не хромать слишком заметно. Спина прямая, голова высоко, трость – лишь элегантный аксессуар, а не жизненная необходимость.

Подписанный сегодня утром контракт лежал в ридикюле. Каждый шаг отдавался в груди глухим стуком: предательница. Предала свою гордость. Предала собственные принципы. Согласилась на помощь того, кого поклялась больше никогда не просить ни о чём.

«Но зато я выживу, – успокаивала я себя. – Небольшая передышка, чтобы привести свои дела в порядок. Это того сто́ит».

Я уже почти дошла до ступеней, ведущих к массивным дверям, когда из-за угла здания величественно выплыла фигура в тёмно-изумрудной пелерине с меховой оторочкой.

Брианна Теплтон.

Если боги решили испортить мне утро, то им это удалось с поистине извращённой фантазией.

Остановившись, президентша преградила мне путь. На губах играла холодная торжествующая улыбка, как у палача, наблюдающего за осуждённым на пути к эшафоту.

– Ах, леди Миррен, – протянула она, и в голосе её звенел плохо скрываемый яд. – Какая неожиданная встреча! И в столь пикантном месте.

Я остановилась в нескольких шагах от неё, опираясь на трость. Лицо моё оставалось безмятежным, хотя внутри всё сжалось в тугой узел от злости.

– О, Брианна, – также елейно ответила я, не без удовольствия отметив, как скривилось её лицо от фамильярного обращения. – Прогулка в портовом районе? Весьма необычный выбор для дамы вашего положения.

Брианна презрительно фыркнула:

– У меня деловая встреча с одним из компаньонов мужа. В отличие от некоторых, я здесь по вполне приличным причинам.

– О, разумеется! Кто же усомнится в приличности президентши Общества Добродетельных Жён?

– А вы, леди Миррен, полагаю, пришли умолять лорда ван Кастера о помощи? Как трогательно. Салон разваливается, клиенты разбежались, и вот вы здесь с протянутой рукой.

Я уставилась на неё, как на набитую дуру. Впрочем, почему «как»?

– Ну в отличие от вас мне точно нечего скрывать. А вот партнёрам вашего мужа будет весьма интересно узнать, что некая небезызвестная леди ведёт грязные игры за спиной, прикрываясь добродетелью. Интересно, если я покопаюсь как следует, то смогу ли найти достаточное количество недовольных вашим правлением Общества? По вашему лицу вижу что смогу.

Румянец пятнами проступил на щеках Брианны:

– Не льстите себе. Я просто слежу за тем, чтобы опасные элементы не навредили приличному обществу.

– Опасные элементы, – повторила я задумчиво. – То есть хромая ведьма с тростью представляет для вас бо́льшую опасность, чем, скажем, пьяницы в портовых тавернах или воры на рынке? Занятно.

– Не прикидывайтесь дурочкой, – отрезала Теплтон. – Вы прекрасно знаете, о чём я. Магия в неправильных руках – оружие. А ваши руки, госпожа Миррен, более чем неправильные.

Она подалась ближе, и от её удушающих духов заложило нос:

– Думаете, покровительство лорда ван Кастера спасёт вас? – голос её понизился до злорадного шёпота. – Как наивно. Драконы используют людей, пока те полезны. А когда полезность кончается… – она щёлкнула пальцами в перчатке, – выбрасывают, как использованный платок.

– Боги, сколько пафоса! – я саркастично осклабилась. – Признайтесь, вы просто злитесь, что вас обиходил не влиятельный дракон, а мужичонка, который ссыться от любого шороха.

На лице Теплтон застыло выражение, будто её хватил инсульт.

– Учтите, леди Миррен, – зло зашипела она, придя в себя, – даже помощь дракона не спасёт вас от последствий ваших действий. Рано или поздно вам придётся ответить. За всё.

Она прошествовала мимо к ожидающему её экипажу, оставив за собой шлейф духов и невысказанных угроз.

Я проводила её взглядом, пока изумрудная фигура не скрылась за дверцей кареты.

Только тогда я позволила себе выдохнуть. Руки в перчатках дрожали от едва сдерживаемой ярости.

«Опасные элементы. Неправильные руки. Последствия».

Я крепче сжала трость и незаметным движением ударила набалдашником по собственной тени, растянувшейся на снегу.

– Хочешь погулять?

Тень дрогнула, словно по воде прошла рябь.

– Заманчивое предложение, – послышался насмешливый голос Ха-Аруса, неразличимый за цокотом копыт и гвалта, доносящегося с пристаней. – Хотите, чтобы я сожрал Теплтон?

– Это лишнее, – прошептала я оглядываясь. Несколько прохожих спешили мимо, не обращая на меня никакого внимания. – Но я хочу, чтобы ты устроил ей весёлую жизнь. Очень весёлую. Но так, чтобы никто не догадался, чьих это рук дело.

Тень забурлила, и на безликом лице расцвела острозубая хищная улыбка:

– Определяйтесь, моя дорогая. Весёлую или очень весёлую? Это принципиально разные вещи. В первом случае – мелкие неприятности: потерянные ключи, пролитый чай на любимое платье, случайно порванные чулки. Во втором… – он выразительно умолк, и в улыбке на миг проскользнуло что-то древнее и очень опасное.

– Разумеется, очень весёлую, – наконец решила я. – Так, чтобы она собственным ядом захлебнулась. И чтобы никто, слышишь, никто не мог доказать мою причастность. И никаких тарталеток.

– С вами приятно иметь дело, миледи – Ха-Арус паскудно хихикнул. – Только свежие, оригинальные идеи.

Тень разделилась надвое, и та, что была Ха-Арусом, молниеносно заскользила по той части улице, которая была скрыта от солнца.

Я не знала, что такого устроит Ха-Арус, но не сомневалась, что он сделает всё в лучшем виде. Не пройдёт и трёх дней, как над городом будут сотрясать вопли бессильной ярости президентши.

Эта мысль заставила меня улыбнуться. В конечном счёте хватит всё время быть доброй. Иногда нужно и больно укусить, чтобы у личностей, страдающих слабоумием и отвагой, не возникало даже позыва залезть на чужую территорию.

Я глубоко вдохнула морозный воздух, стараясь унять бешеное сердцебиение. Оставалось только идти вперёд и надеяться, что на этот раз зеркало не треснет ещё сильнее.

Выпрямив спину, я поднялась по ступеням. Тяжёлая дверь бесшумно распахнулась, и я шагнула внутрь.

Знакомый вестибюль встретил меня теплом, запахом кожи и табака. За стойкой сидел всё тот же служащий в тёмно-синем костюме. Увидев меня, он мгновенно поднялся:

– Добрый день, леди Миррен! Милорд ван Кастер ожидает вас. Четвёртый этаж, как обычно.

– Благодарю.

Я медленно поднялась по знакомой винтовой лестнице. Каждая ступенька давалась с трудом, а в голове назрел вопрос: «Какого чёрта ещё не придумали лифт?»

На четвёртом этаже коридор был пуст. Только приглушённый шум порта проникал сквозь высокие окна.

Я остановилась перед дверью кабинета Рэйвена и постучала.

– Войди, – донеслось изнутри.

Рэйвен стоял перед окном, засунув руки в карманы брюк. Утренний свет падал на его тёмные волосы, высвечивая отдельные пряди.

– Решила спустить ручного демона с поводка? – задумчиво поинтересовался он не оборачиваясь.

– Ха-Арус не демон, – возразила я. – Он сгусток непережитых чувств и эмоций. Так что ни к одному виду нечисти он не относится. К тому же этой высоконравственной и одухотворённой падали не помешает немного воспитания.

– Грубишь? – ван Кастер обернулся, и в его глазах мелькнула ирония.

– Констатирую факт. Падаль – она везде падаль, хоть добродетельной её назови, хоть в подарочную бумагу заверни. Мерзкий душок не спрячешь. Или хочешь сдать меня в особый отдел? Ауф Штром обрадуется. Лорд ван Кастер сдал свою подопечную. Ему это как именины сердца будут.

Рэйвен коротко рассмеялся.

Достав из ридикюля сложенный контракт, я подошла к нему.

– Держи. Надеюсь, вы довольны, милорд.

Рэйвен взял контракт, развернул, пробежал глазами по строчкам. Остановился на моей подписи внизу. Несколько долгих секунд он молчал. Потом медленно поднял на меня взгляд:

– Что заставило тебя передумать?

– А можно я не буду отвечать на этот вопрос? – скривилась я. – Не хочу утруждаться поиском красивых объяснений.

На его губах заиграла довольная улыбка, взгляд смягчился.

– Тогда добро пожаловать в «Дракарион-Астер», леди Миррен. Начнёшь завтра. Твой кабинет я покажу его позже. Рабочие часы – с девяти до пяти. Суббота и воскресенье – выходные.

Он говорил деловито, как будто принимал на работу обычного клерка, а не ведьму, которая вчера швырнула ему в лицо отказ.

– Хорошо, – кивнула я.

Повисла неловкая пауза. Мы смотрели друг на друга, словно никто не знал, что сказать дальше.

– Эвелин, – наконец произнёс Рэйвен тихо, – ты сделала правильный выбор.

– Надеюсь, – я криво усмехнулась. – Потому что если это окажется очередной ошибкой, то следующей у меня уже не будет. Зеркало рассыпется окончательно.

Я развернулась и направилась к выходу, но его голос остановил меня:

– Зеркало?

Я на миг зажмурилась. Чёрт! Язык мой – враг мой.

– Неважно, – бросила я через плечо, не оборачиваясь. – До завтра, милорд.

Выйдя из кабинета, я прислонилась к стене.

Ну всё! Теперь назад пути нет. Оставалось только надеяться, что на этот раз я не ошиблась. И что Ха-Арус не переусердствует с «очень весёлой жизнью» для президентши.

Я усмехнулась, представив, что ждёт Брианну Теплтон в ближайшие дни. В конце концов, не я начала эту войну. Но проигрывать в ней я не собиралась.