Текст книги "Запретное путешествие 2: Реквием (СИ)"

Автор книги: Има-тян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 31 страниц)

– Да он налакался к’нтлипа в стельку! – высказалась откуда-то появившаяся Мармен, слегка испугав меня. И правда. В воздухе действительно чувствовались отголоски запаха алкоголя, щекочущие нос и вызывающие отвращение.

В это время Сор-зип уже успел подняться и с нескрываемой ненавистью взглянул на Хулт’аха, злобно скаля на него клыки и растопыривая жвала.

– Не лезь, папенькин прихвостень! – выплюнул Бурый и сделал шаг вперёд, словно намереваясь теперь смахнуться и с Шикло, что даже не шелохнулся, гордо глядя на пьяного сородича. – Это я должен был стать первым помощником Вожака! Я должен был быть его преемником, а не ты, отрепье!

Так вот оно чего. Как же он низко пал, раз так напился и устраивает дебоширства.

– Но мой отец выбрал именно тебя, – продолжил Сор-зип, разъярённо шипя на Хулт’аха. – Чем я хуже?!

– А может из-за твоего тщеславия и своенравства Вожак и не посмотрел в твою сторону? – изрёк Страж, и через мгновение Сор-зип побагровел от злости. Грозно рыкнув, он выпустил ки-чти’па и тотчас замахнулся на Хулт’аха. Я даже не успела ахнуть, как смуглый молниеносно перехватил его руку и со всего маху врезал в челюсть, от чего она клацнула, издав определённый звук, а следом Сор-зип уже в бессознательном состоянии рухнул на землю, больше не шелохнувшись. Ничего себе! Даже не успела заметить движения Смуглёныша. Настолько всё быстро произошло. Да и с одного удара сразу вырубил этого бугая. Впечатляет и одновременно пугает.

Спустя несколько минут все зеваки мирно и спокойно разошлись по своим делам, видимо побаиваясь попасться под горячую руку Первого помощника. По приказу Хулт’аха Сор-зипа подняли и потащили в его покои, чтобы он хорошо отоспался и подумал о своём поступке. Хотя уверена, что толку от этого не будет. Этот аттури просто не исправим и слишком горд. Скорее он ещё больше будет вне себя от ярости, точа зуб на Хулт’аха.

Только я вознамерилась отправиться к себе, как меня остановила сильная когтистая рука, схватив под локоть, и мне пришлось обернуться, чтобы посмотреть на наглеца. И этим наглецом оказался никто иной как Хулт’ах, грозно возвышаясь надо мной и глядя прямо в глаза уничтожающим взором багровых омутов. Я сначала даже испугалась, но сразу взяла себя в руки и вернула былую решимость и храбрость.

– Нам надо поговорить. Через час придёшь в мои покои, – заявил он в приказном тоне, чем вызвал небывалое негодование. – Не придёшь, самолично приволоку тебя.

Изрядно растерявшись после таких слов, я в смятении захлопала ресницами, нервно сглотнув. А затем просто кивнула, не в силах произнести и звука. Ведь он не шутит. И я это прекрасно знаю. Спустя минуту Хулт’ах отпустил меня и ушёл, оставив в глубоких и тревожных раздумьях. Но вывело меня из этих раздумий новое прикосновение, после чего я вздрогнула и повернулась в сторону, увидев Тодинда. И сразу как-то полегчало. Скорее всего, Хулт’ах догадался. Но только как? Интуиция у него, что ли, сильная, или каким-то образом залез в мои воспоминания через телепатию и увидел всё своими глазами? К’жит поймёшь этого плута.

Вернувшись в свои покои, я застала там Манулу и Вайлур, о чём-то разговаривающих. Но их встревоженные выражения лица настораживали. Сделав вид, что ничего не заметила, я плюхнулась на своё ложе и уставилась в потолок, предаваясь новым размышлениям.

– Значит, это правда? – вдруг спросила Манула, и я чуть не зарычала от того, что снова не дают спокойно подумать.

– Что именно? – любопытствую с проскользнувшим раздражением в голосе.

– Что после Сезона Вожак хочет устроить рейд на берсеркеров.

– Да, – коротко проговариваю и снова гляжу на потолок. – Только я не собираюсь участвовать в этом твеепролитии. Йейинде в опасности, поэтому я хочу что-нибудь предпринять и предупредить его.

– И как ты собираешься это сделать, Эврид? Снова хочешь на себя беду навлечь? – неожиданно разбушевалась подруга, поглаживая сопящего детёныша по голове.

– Беда – моё второе имя, Манула, данное аттурианцем, – ухмыляюсь, повернувшись к ней. – Но сидеть, сложа руки, я тоже не намерена. Я что-нибудь придумаю… А пока мне нужно отправляться к Хулт’аху, – с некой грустью вздохнув, поднимаюсь и смотрю на робкую аттурианку. – Вайлур, ты знаешь, где находятся его покои?

– Да! – кротко пробормотала самка и закивала, выдавая смущение.

– Тогда, веди, – вновь вздохнула я и окончательно поднялась с кровати.

Стоило войти в огромное здание, находящееся на другом конце поселения от нашего, как моя челюсть чуть не помахала ручкой на прощание. Убранство коридоров впечатляло и изумляло. Но также казалось мрачноватым из-за того, что на каждой стене висели различные головы убитых противников. Хоть на улице всё ещё было светло, и время только-только приближалось к закату, здесь царил всепоглощающий полумрак, создавая впечатление, словно ты попал в логово каких-то твеежадных маньяков и убийц. В принципе, так оно и есть. Но было действительно жутко. Воображение услужливо стало подкидывать картинки триллерного характера, будто эти головы сейчас оживут, обретут бывалые формы тела и нападут со всех сторон. Ух, аж мурашки по телу.

Остановились мы только возле металлической двери, сделанной аркой, и Вайлур отошла на шаг назад, давая мне возможность приблизиться к входу. Буквально через секунду дверь с резким шипением вошла в верхние пазы, заставив невольно вздрогнуть и с любопытством посмотреть внутрь, откуда лился приглушённый свет факелов на стенах с барельефами. Даже не оглянувшись на аттурианку, я решилась войти и остановилась, как вкопанная, глядя на просторные покои, с правой стороны которых было огромное окно на всю стену, завешанное тяжёлыми на вид портьерами коричневого цвета. Сзади снова послышалось шипение, и дверь неожиданно захлопнулась, снова заставив содрогнуться.

– Добро пожаловать, – прогремел на всё помещение знакомый басистый голос, и я испуганно обернулась в сторону окна, увидев в самом дальнем углу комнаты очертания высокой фигуры, скрытой под покровом полумрака. Лишь пару угольков, отражающих свет факелов, горели в этой тьме, завораживая и одновременно пугая.

– Я знаю, что произошло между тобой и этим мальцом, – высокая фигура двинулась и сделала несколько шагов в середину комнаты, где я только сейчас успела заметить небольшой трон из рыжего камня, по бокам которого горело пару факелов. – От тебя на километр разит его запахом.

– И что с того? – совершенно не растерялась я, замечая, как аттури медленно усаживается на трон и поднимает на меня свои глаза-угольки, поместив руки на подлокотники.

– Я готов простить тебе эту ошибку.

Какие мы снисходительные, однако.

– Но взамен ты останешься здесь, в моих покоях.

– И ты думаешь, я соглашусь на это? – сощуриваюсь, сдерживая желание подойти и врезать наглецу по морде. – Только мне дали свободу, как ты спешишь её скорее забрать. Но в мои планы не входило всю оставшуюся жизнь пресмыкаться в ногах эгоистичного аттурианца, для которого я всего лишь вещь. Трофей. И не более.

– И что ты хочешь, пойти против своего Шикло? Против того, кто не раз спасал твою шкуру, Квей?

– Но и оставаться здесь, рядом с тобой, не горю желанием, – гордо заявила я, скрестив руки на груди.

– Ясно, – буркнул в ответ Хулт’ах и шаркнул когтем по подлокотнику. – Хочешь остаться с этим юнцом?

Видит Кетану, его мышление меня забавляет с каждой секундой. С другой стороны можно и подыграть на этой ноте, чтобы неповадно было, заодно выяснить истинное отношение ко мне.

– А даже если бы и так… что с того? – ехидно усмехнулась я, наблюдая за реакцией аттури, который в ту же минуту угрожающе прищурился, глядя исподлобья, а в воздухе почувствовался запах горькой злобы и ненависти.

Эффект слов дал свои результаты. Но вот, что случится далее, я никак не смогла предугадать, ибо самец тотчас поднялся с трона и тяжёлой поступью стал приближаться ко мне. По мере его приближения, мои глаза постепенно округлялись от нахлынувшего ужаса, но я не сдвинулась с места, лишь слегка прогнулась назад, когда аттури подошёл вплотную и навис угрожающей тенью.

– А не слишком зазнаёшься, Квей? – удивительно спокойно поинтересовался он, глядя глаза в глаза. – Храбрости вдруг набралась и уверенности в себе?

– Просто надоело молчать и бояться.

Где-то с минуту Хулт’ах молчал и словно о чём-то размышлял, не сводя взгляда. Я же ждала, что он предпримет в следующий миг, готовясь к различным исходам этой ситуации. Но спустя мгновение он хмыкнул и отвернулся, сделав несколько шагов в обратном направлении. И это ещё больше насторожило.

– Ну, так иди, – внезапно изрёк он, и дверь позади меня сразу отворилась, ввергая в ещё больший шок. Но чуяла моя пятая точка, что здесь что-то не чисто. Слишком всё просто.

– Вот так просто отпустишь? – решила я удостовериться в искомом, невольно делая шаг навстречу выходу, при этом не оборачиваясь спиной к аттурианцу. И в этот момент он повернулся, посмотрев на меня через плечо, и я могла поклясться, что увидела хитрый блеск в его багровых глазах.

– А ты действительно не так глупа! – прорычал Хулт’ах, а затем резко дёрнул рукой. В ту же секунду острые шипы хлыста обвили моё тело и безжалостно впились в кожу, принося неимоверную и неожиданную боль. Страх в одночасье накрыл с головой, заставляя сердце биться об костяную клетку рёбер. И в следующий миг меня отбросило в дальний угол помещения. Не успела я очухаться, как горло схватили в удушающие тиски, полностью пригвоздив к полу, а взор уловил расплывчатую тёмную фигуру Хулт’аха, что восседал на мне и грозно рычал.

– Пусти, гад! – прохрипела я, хватаясь за его руку и пытаясь оттянуть от себя.

– Вот какова твоя благодарность, после всего, что я для тебя сделал?

– Ошибаешься, Смуглёныш! Как раз сейчас время для благодарностей, – будучи уже взбешённой на полную катушку, я ощутила, как злость красной пеленой затмила глаза. – С меня довольно! – и эта злоба дала силы на то, чтобы выполнить один манёвр, дабы освободиться: подняв правую руку, я расположила её между собой и аттури, после чего отвожу влево и с размаху ударяю с локтя прямо по жвалам. Пока замешкался, бью ещё раз, а затем левой рукой отпихиваю самца напасом в грудину. Тот явно растерялся, отлетев назад, но быстро пришёл в себя и разъярённо загорланил на всё помещение, пытаясь таким способом припугнуть. Да только я теперь настроена решительно, до умопомрачения желая накостылять этому засранцу по его аттурианской жопе.

На глаза тут же попадается хлыст, лежащий на полу, и я мгновенно хватаю его, сразу замахиваясь, заставляя Смуглёныша отпрыгнуть назад. Но следом наношу резкий удар по предплечью, слыша в ответ ещё более яростное рокотание, а затем раздаётся металлический щелчок, и я понимаю, что это может быть за звук. Да только я ничуть не испугалась. Поздно отступать. Делаю замах и снова пускаю хлыст в атаку, но меня настигает облом. Этот с’йюит-де за доли секунд смог всё же просчитать, когда кончик хлыста окажется возле него, после чего молниеносно намотал его себе на наручный клинок. И в этот миг я замечаю хитрый блеск в глазах аттури, от чего моё сердце пропустило удар, готовясь к худшему. Когда же он резко дёрнул плеть на себя, моё тело по инерции потянуло вперёд. Чувство самосохранения, осмысление того, что я вот-вот могу напороться на длиннющий клинок, что пройдёт насквозь, а также верно сработавшие инстинкты автоматически провели стратегические расчёты в голове. Вспомнив очередной приём, которому, кстати, обучил именно мой теперешний противник, сгруппировываюсь, переворачиваясь в воздухе, и с ноги атакую смуглого прямо в живот. Коротко рявкнув, Хулт’ах отлетает на пару метров и приземляется на спину.

За доли секунд в мозг поступает информация, что стоит найти новое оружие, и мои глаза напарываются на арбалет, что висел на другой стене комнаты, в той зоне, где его полностью скрывал полумрак. Мгновенно среагировав, при этом заметив, что аттури уже успел подняться, подлетаю к стрелковому оружию, хватаю и успеваю в развороте перевести его в боевой режим, обернувшись и встретив Стража прицелом прямо в область сердца. Это смогло остановить его и даже удивить. Встав, как вкопанный, Хулт’ах тяжело дышал и с явным неверием глядел то на меня, то на наконечник стрелы.

– Стреляй. Если кишка не тонка, – уверенно изрёк аттурианец, с серьёзным видом глядя на меня.

– Открывай дверь. Живо! Ты ведь снова её закрыл, – для убеждения украдкой смотрю на металлическую преграду и возвращаю взор на противника, не спуская его с прицела.

– И что ты задумала?

– Я не собираюсь подчиняться тебе и тем более твоему грёбанному Вожаку! Я намереваюсь спасти сына.

– Хочешь лететь к берсеркерам? – вопрошает тут же Хулт’ах, фыркая. – Они тебя сразу убьют.

– Не убьют! Потому что я владею информацией о том, что аттурианское войско хочет в скором времени уничтожить их охотничьи угодья. И это я хочу рассказать их Лидеру. Думаю, они захотят выслушать.

– Предательница! – словно ножом по сердцу, высказывает Страж, и в груди заметно защемило от этого слова.

– Это прозвище уже давно можно привязать ко мне, – продолжаю я с грустью в голосе. – С того самого момента, как очутилась в рядах тех, кто полностью истребил мой клан. А также после того, как отдалась аттурианцу, что стоит передо мной… Поэтому допустить смерть сына, того, кто выжил в этой резне, я не собираюсь. И ты должен меня понять. Так что открывай дверь.

Нависшее молчание в эту минуту угнетало, настораживало и заставляло нервы натягиваться, словно струны. Секунды длились целую вечность, пока Хулт’ах, молча, стоял и глядел на меня, будто взвешивая дальнейшие действия в своей голове. Но я не намеренна отступать. Здесь действует правило пан или пропал. Поэтому я терпеливо ждала. И уже спустя, как показалось вечность, Хулт’ах, не делая резких движений, нажал кнопку на левом наручи, после чего дверь со знакомым шипением отворилась, давая возможность выйти наружу.

Всё так же, не снимая аттури с прицела, я двинулась на выход, делая медленные шаги. А Страж просто стоял и с неким укором во взгляде смотрел на меня. И в этот момент я могла поклясться, что почувствовала угрызения совести, выразившиеся уколом в сердце. Хотелось тут же попросить прощения, да только гордость не позволяла.

– И не надо преследовать меня. Прошу, – обратилась я с последней просьбой к смуглому аттури, а затем кинулась наутёк.

По пути я решила быстренько заглянуть в свои покои и забрать копьё и два кинжала, которые не подвели меня во время сражения с той тварью на арене. Заодно попрощаться с Манулой. Но её я не застала. Комната была пуста. Собрав всё необходимое и вернув оружие на свои законные места, я схватила трофейный арбалет и вылетела в коридор, сразу столкнувшись с Вайлур и своей подругой.

– Эврид? Что случилось? – сразу насторожилась она, сделав шаг навстречу и осматривая с головы до ног.

– Если Кетану даст возможность, ещё свидимся, – коротко изрекла я, тем самым ввергая яутку в ещё большую растерянность. А после обогнула её и последовала вдоль коридора.

– Ты о чём? Ты куда собралась? – крикнула вдогонку подруга, невольно останавливая меня.

– Собираюсь свалить с этой поганой планеты!

Комментарий к Глава 16. Образ Вайлур: https://vk.com/photo55156363_372830465

====== Глава 17. ======

Моё состояние в данный момент было невозможно описать. Обида сжигала всё нутро, сердце кололо от грусти и одновременной злости. Злости на саму себя, на треклятого Хулт’аха, на свою судьбу. Но среди этого хаоса эмоций присутствовало чувство тревоги, что ничего не получится, что все мои старания могут полететь гхекуону под хвост в любой момент: будь это сейчас, на этой планете, или же на охотничьих угодьях берсеркеров. И сразу приходит мысль о том, когда же закончится этот кошмар, когда наступит конец жестоким шуткам судьбы? Действительно возникает чувство, что я проживаю чужую жизнь, словно я попала в другую реальность. Метаюсь от одного вражеского племени к другому, пытаюсь всеми силами преодолеть трудности, а затем молча проливаю слёзы из-за того, что наломала дров. И не могу найти того, кто действительно понял бы меня, поддержал и дал надежду на лучшее. Кто скажет, что всё получится преодолеть, что скоро всё благополучно закончится. Да, мне нужна истинная поддержка, а не пустые слова тех, кто думает только о собственной выгоде. Но отступать, как я говорила, уже поздно. Приходится двигаться дальше. Помоги мне, Кетану, достигнуть своей цели!

Задумавшись, даже не заметила, как приблизилась к посадочной площадке, где царственно возвышались небольшие челноки. Один из них я сразу узнала. На нём мы прибыли сюда с взорвавшегося Атолла. И только я подошла к судну, где уже был почему-то опущен трап, услышала отдалённые, странные всхлипы. Оглянувшись по сторонам, снова улавливаю эти звуки и решаюсь заглянуть туда, где находится шасси челнока. И каково было моё удивление, когда я обнаружила там сжавшуюся в комочек Секвеллу, горестно проливающую слёзы.

– Ты чего тут делаешь? – осмелилась поинтересоваться я, и аттурианка испуганно вздрогнула, уставившись округлёнными, заплаканными глазами на меня.

– Оставь меня. Не подходи! – дрогнувшим голосом запищала она, снова всхлипнув.

– А чего ты ревёшь? – приподнимаю в недоумении бровь, всё ещё находясь в полусогнутом состоянии.

– Не твоё дело, – гаркает Секвелла, недовольно хмурясь. – И вообще... что ты сама тут делаешь, да ещё и в полном обмундировании?

– Я хочу свалить отсюда, – коротко отвечаю, тем самым заметно удивляя самку. – А что всё-таки здесь делаешь ты?

– Я тоже хотела улететь, да только не знаю куда. Но мне помешал Сор-зип. Он ударил меня, – после этих слов замечаю зеленеющие потёки твея у неё на щеке. Добротно приложил коготками. – Сор-зип испугался, что я расскажу о том, что именно он является предателем и связным между берсеркерами. Ведь это он главный зачинщик, предавший всех нас. Но и я тоже виновата. По его приказу, я смогла выгадать код доступа в отсек управления Атоллом. Но я не хотела! Сор-зип угрожал мне.

– И теперь боишься, что тебя казнят, как предательницу, – пришла я к собственным выводам, которые тут же подтвердила кивком и сама Секвелла. – Так полетели со мной! Ты ведь хорошо знаешь, как управлять этой «птичкой», – бросаю беглый взгляд на челнок. – Тем более всё это дело скоро выльется наружу. Предателей поручено найти Хулт’аху. И первым подозреваемым являешься именно ты, Секвелла. А тебя он расколет в два счёта.

– Ты права, – спустя минуту раздумий, провозгласила аттурианка. – Но только куда мы полетим?

– К берсеркерам! – заявила я, и увидела, как расширились в ужасе и непонимании глаза самки. – У меня есть очень важная информация для их Лидера.

– Да эти твеежадные ублюдки сразу убьют нас и не захотят даже выслушать!

– Я буду надеяться на то, что они выслушают. Потому что здесь тоже не собираюсь оставаться. Мне нужно спасти одного яута в рядах этих суперхищников. Да и тебе грозит опасность… Ну так что, заводишь эту колымагу? – улыбнулась я, и Секвелла наконец решила выйти из своего укрытия, попутно вытирая слёзы. А затем молча кивнула и направилась внутрь челнока.

Тяжело вздохнув и оглядев окрестности, заострив внимание на ступенчатой пирамиде прямо по курсу, я хотела уже последовать за аттурианкой, но меня внезапно окликнули сзади, изрядно испугав. Обернувшись, я увидела двух аттурианцев, приближающихся с каждым шагом.

– Хирон. Тодинд. Что вы тут забыли? – узнав их, слегка успокоилась я, но всё же была на стороже.

– То же самое хочу спросить и у тебя, Эврид, – добродушно проговорил лекарь, глядя на меня через линзы своей маски.

– Можете осуждать меня и бранить, но я сваливаю отсюда, чтобы спасти сына. И вам меня не переубедить.

– Значит, пошла против Хулт’аха? – подал голос Тодинд и сделал шаг вперёд.

– Пришлось, – с нескрываемой грустью выдаю я и опускаю взор. – Я пойду на любые жертвы ради спасения сына. Поймите меня!

– Я понимаю, – тихо и успокаивающе пророкотал Хирон и положил свою широкую ладонь мне на плечо. – Ты ведь с самого начала была гонима этой целью.

После такого добродушия и понимания со стороны серокожего аттурианца, я готова была расплакаться. Как же я была слепа и глупа, позабыв о единственном, кто поддерживал меня всё время, выслушивал, давал советы и относился как к собственной дочери. Так хотелось кинуться в объятья этому аттурианцу, рассказать всё, что скопилось на душе, поведать о своих переживаниях. Но я сдержала этот порыв, грустно и прерывисто вздохнув.

– Секвелла летит со мной, – решила сменить я тему и кивнула на челнок позади. – Долго объяснять почему.

– Значит, мы можем пожелать тебе только удачи, – проурчал лекарь и пристально оглядел меня с головы до ног, после чего неожиданно наклонился и приблизился, заставив напрячься. – И ещё, советую беречь то, что внутри тебя.

– В каком смысле? – не поняла я, в растерянности уставившись на аттури.

– Вскоре поймёшь, – кивнул он и отпрянул.

В ту же секунду за спиной ожили двигатели челнока, зажужжав так, что чуть уши не заложило. Пора. Слегка склонив голову в уважительном поклоне, я развернулась и забежала по трапу в салон судна, после чего вход сразу стал закрываться.

Оторвавшись от поверхности, судно подняло шасси и, неуклюже покачиваясь, поднялось вверх, а затем включило ускорители и понеслось ввысь, навстречу бесконечному и просторному космосу. Тодинд и Хирон наблюдали за всеми этими процессами сквозь линзы масок, где среди тьмы высвечивалось зелёное очертание челнока, ускользающего вдаль. Вслед за этим прибежали стражи, что блюдили порядок в округе, галдя о том, что произошёл несанкционированный взлёт, намереваясь уже сообщить Предводителю о случившемся.

– Не надо, – остановил их лекарь. – Это я послал Секвеллу на другую планету за редким растением для сыворотки.

– Почему не сообщили заранее? – грозно отпарировал один из стражей, рыча от негодования и самовольства сородичей.

– Забыл по рассеянности, – с некой усмешкой проговорил Хирон и пожал плечами. – Стар я стал, склероз у меня обостряется.

На такое изречение Тодинд отреагировал коротким смешком, отвернувшись от остальных, дабы не заметили. Ещё немного побухтев о том, что дисциплина распадается на глазах, главный страж отозвал остальных и приказал вернуться на свои посты.

– Надеюсь, эта отчаянная яутка знает, что делает, – глубокомысленно изрёк Тодинд, ещё раз взглянув на предзакатное небо.

– Не боись, юнец, выживет твоя Чи, – усмехнулся серокожий аттури, хлопнув собеседника по плечу. – Она уже прошла через многое, чтобы просто так погибнуть.

Простор космоса встретил нас своей неисчислимой россыпью звёзд, даря лишь безмолвную тишину. Туманность другой галактики белела по правому борту, находясь от нас в тысячи лашш-цекутах (световых лет). В самой середине этой туманности сверкала яркая звезда, что одаривала крутящиеся вокруг неё планеты теплом. Вселенная – сплошная загадка, которую не раскрыть и не облететь, даже если бы ты жил тысячелетьями. В каждой галактике своя жизнь, своя раса, свои законы. Но наш путь пролегает к другому концу нашей галактики, где плавает в просторах тёмно-синего космоса планета охотничьих угодий безжалостных берсеркеров. И я надеюсь, что они не прикончат нас до того момента, пока не поговорю с их Лидером. Надеюсь, они окажутся более благоразумными.

– Я была изрядно удивлена, когда ты беспрекословно доверилась мне и решилась лететь, – решаю наконец завести диалог с щёлкающей по панели приборов аттурианкой, что по иронии судьбы стала моим партнёром.

– У меня не оставалось выбора, – коротко бросает она, не отвлекаясь от своего занятия.

– Как, в принципе, и у меня, – усмехаюсь, откидываясь на спинку кресла второго пилота.

Немного погодя Секвелла встаёт и уходит вглубь челнока, откуда сразу слышатся странные лязганья металлом. Что-то звучно грохается на пол, и вслед летят красноречивые ругательства самки. А спустя время Секвелла возвращается обратно в рубку, держа в охапке нечто металлическое и округлое.

– Это что? – с интересом вытягиваю шею и присматриваюсь к тому, что расположила на своих коленях аттурианка, усевшись обратно в кресло.

– Подарки моих щедрых поклонников в касте Учёных, – с некой гордостью заявляет та, демонстрируя продолговатый металлический предмет, состоящий из двух спаянных вместе цилиндров с выемками, бороздами и рукоятью, возле которой мельком замечаю спусковой крючок. – Это мощное оружие не что иное, как улучшенная форма плазменной пушки, мобилизированная и немного уменьшенная её копия в виде пистолета. А вот это, – подняла она вверх ещё один странный предмет, – портативная маска, состоящая лишь из двух линз, мини-аккумулятора, подзаряжаемого солнечным светом, а также обладающая всеми нужными функциями, которые осуществляются с помощью мыслей носителя, что в виде нейронных излучений, словно разряды тока передаются на специальное устройство, крепящееся за ухом и воспринимающее сигналы мозга. В этих полезных «очках», созданных под заказ именно для самок-воинов, есть те визоры, что имеются в маске самцов. Так же есть автозахват цели, её поиск, функция проведения расчётов, переводчик речи.

– Ничего себе! – ошалела я от перечисления прелестей этих «очков», в изумлении приподняв бровь. – И ты хочешь сказать, что с помощью этого пистолета и мини-маски можно действовать подобно сочетанию нормальной маски и наплечной плазма-пушки?

– Вполне! – с очевидной гордостью подтвердила аттурианка, расплывшись в улыбке. – Это можно осуществить, если подсоединить вот этот провод к очкам, – в пример Секвелла выудила из недр плазменного пистолета, в области рукояти, провод средней толщины и подсоединила его к мини-маске в специальную выемку на одном из дужек, что, как я поняла, крепились непосредственно к голове, чтобы улавливать нужные сигналы мозга носителя.

– Далеко же аттурианцы зашли в своих инновациях, – присвистнула я, рассматривая безделушки в руках самки.

– Бери. Это тебе, – внезапно протянула она свою ношу, чем удивила ещё больше.

– Мне?!

– У меня ещё есть комплект в тайнике, – кивнула Секвелла в направлении, откуда припёрла эти полезные «побрякушки». – Да и подготовиться надо получше, раз летим на планету этих псов. Мало ли чего. Как говорится, быть в полном вооружении.

– Я поражена ещё больше, – усмехаюсь, в неверии хлопая ресницами. – Ты точно та самая стервозная и занудливая Секвелла, которую я знала ранее?

– Можно было и без колкостей, – тут же поменялась в настроении собеседница, нахмурившись. – Я уже говорила, у меня нет выбора. Так что придётся быть партнёром той, на кого зуб точила в первую очередь. А погибать так просто не собираюсь.

Снова удивляюсь новому образу этой аттурианки. Не зря говорят, что беда объединяет даже заядлых врагов. Я вдруг увидела Секвеллу с другого ракурса, где она представляется мне обиженной, обделённой самкой, что, возможно, как и я, успела хлебнуть немало горестей и предательства.

Ладно. Посмотрим, что представляют из себя эти очешуенные очки. Не успеваю надеть их, как тут же восторженно восклицаю, чувствуя, как обе дужки, словно оснащённые липучками, прикрепляются к голове за ушами, а затем перед глазами промелькивает немного раздражающая синяя рябь иероглифов и вычислений. Спустя минуту всё прекращается и выявляются странные вычисления, когда я посмотрела на панель приборов челнока. Будто эти очки показывали и подсказывали, как управлять судном. Полезная вещица, однако! Тихо усмехаюсь своим мыслям и ехидно улыбаюсь. В голову приходит идея взглянуть на Секвеллу, после чего поворачиваюсь к ней, и перед глазами возникает красный треугольник, который тотчас уменьшился, остановившись на лице аттурианки. Я готова была истерично ржать от передоза восторга. Вот это да! Так вот как выглядит автозахват цели. Вволю восхитившись этой функцией, собираюсь проверить остальные, мысленно вспоминая визоры в маске самцов. В ту же секунду перед глазами сменяется картинка, приобретая синие оттенки, а Секвелла выглядела в виде красно-зелёного очертания фигуры с мало распознаваемыми чертами телосложения. Ага, тепловизор. Снова задумываюсь, и вид меняется на серо-оранжевый. Взглянув на пол, замечаю расплывчатые ярко-жёлтые пятна, похожие на мои же следы. Электрорецепция. Или, как ещё называют у нас в простонародье, «следопыт». Отлично! Но вслед за этим чувствую, как начинают болеть глазницы, словно на них оказывают давление, и боль с каждой секундой начинает распространяться на виски.

– У меня от них голова разболелась, – заявляю, снимая очки, и начинаю часто моргать, чтобы привести зрение в норму.

– Это нормально. В первый раз. Привыкнуть к ним надо, – объясняет тут же аттурианка, снимая свою мини-маску.

– Но вещица определённо просто отличная, – восклицаю я, вертя в руках названный предмет амуниции.

– А то! Не только же самцам довольствоваться такой прелестью. Теперь берсам будет не просто скрыться от нас, – после этих слов Секвелла радостно рассмеялась, что аж весёлый блеск заиграл в её карих раскосых глазах. И не побоюсь это признать, но меня восхитило поведение аттурианки не менее, чем новая полезная безделушка в моих руках. Посмотрим, к чему приведёт наш внезапный союз, но держать с ней ухо востро не перестану. Мало ли что.

Примерно через три кларта мы добираемся до цели полёта, замечая небольшую зелёную планету, которая выглядела, словно спутник возле планеты побольше, что величественно пестрела синими, серыми и белыми продольными полосами за той планеткой, к которой мы постепенно приближались. Изящные пальцы аттурианки легко заскользили по панели управления, будто действовали на уровне рефлексов, зная куда нажимать, и челнок пошёл на снижение, приготавливаясь войти в первые слои атмосферы. Заметно затрясло. Значит, попали в турбулентность.

Спустя минут десять мы уже летели над высокими деревьями, что принадлежали нескончаемым джунглям, растянувшимся по всему полушарию. На глаза попадается маленькая опушка с небольшим озерцом, и Секвелла решает приземлиться именно здесь. Надеваем очки, распределяем оружие по местам. Успеваю заметить, что аттурианка принарядилась, одевшись более поудобней*. И выглядела она весьма воинственно. Но больше всего удивила повязка на лице с красным аттурианским иероглифом. Да только спрашивать, зачем она её напялила, не стала. Ей даже идёт.

Не успела я выйти из челнока, как перед глазами заиграли синие краски в инфракрасном зрении мини-маски. Не привычно до ужаса! Вычисления показали, где поблизости находились формы жизни, мельтешащие между зарослями и папоротником. Хорошо осмотревшись, мы двинулись в путь, туда, где голограмма судна показала наличие поселения берсеркеров, вернее их лагерь. По пути попадались странные проржавевшие клетки с комканными и грязными парашютами. Порой натыкались на следы, которые были не похожи на следы берсеркеров. Но неизвестное существо было явно немалых размеров и имело добротный вес.