Текст книги "Запретное путешествие 2: Реквием (СИ)"

Автор книги: Има-тян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 31 страниц)

– Спасибо, Тодинд, – на бегу обращаюсь к аттурианцу, что находится по правую руку. – Я обязана тебе жизнью.

– Сочтёмся!

И снова слышу привычные нотки веселья в его голосе. Воистину, не зря ему дали такое имя. Извечный оптимист в любой ситуации.

Добежав до нужной двери, я открываю её и вижу испуганную подругу, яро сжимающую своё чадо.

– Слава Богам, Эврид! – пискляво пролепетала она, подлетая ко мне.

Сбивчиво объясняю причину внезапного переполоха, после чего она заметно задрожала. По моему настоянию Манула собрала необходимые вещи, и мы гурьбой почесали по направлению к спасательным капсулам, как того велел Хулт’ах. По пути снова попадается надоедливый каинде, и Манула визжит на всю округу, не в силах сдержать эмоции. Прячу свой страх куда подальше, потому как не время для паники, после чего снова приготавливаю копьё для атаки, глядя на чёрного демона, неминуемо приближающегося к нам. Но снова вижу знакомую голубую вспышку, и каинде отлетает назад, уже более не поднимаясь. Оборачиваюсь и вижу, как дымится плазмо-пушка на плече Тодинда.

– Нет времени на пляски, – объясняет он скороспело и подталкивает двигаться дальше.

Через некоторое время мы достигаем цели, видя, как капсула за капсулой выскальзывает из корабля, унося с собой жителей Атолла. А что же будет с судном? Не время об этом волноваться. Я помогаю Мануле взобраться в одну из туйо-ти, и Весельчак подталкивает меня навстречу ей. Но я даже не планировала трусливо покидать поле битвы. Не могу. Не позволит совесть и порыв отстоять свою честь.

– Позволь пойти с тобой! – заявляю с великим рвением, удивляя аттурианца, но через мгновение, словно поняв меня, он коротко кивает. – Береги себя, Манула, – оборачиваюсь к подруге и вижу её испуганное выражение лица. – Пойми, я не могу так просто уйти.

– Пообещай, что мы снова встретимся, – почти плача, молит Манула и на глазах её сверкают слёзы. – И не дай Бакуубу погибнуть.

– Постараюсь, – улыбаюсь я и закрываю дверь туйо-ти, а Тодинд тем временем набирает код и координаты, после чего запускаются реактивные двигатели маленького челнока, а уже через минуту он выныривает в продолговатую трубу, что вела к выходу из корабля. Вот и всё! Нет путей назад.

Когда Эврид повернулась к аттури, он сразу подал сигнал следовать за ним, после чего яутка подчиняется, срывается с места и бежит рядом в известном только Тодинду направлении.

– Куда мы? – поинтересовалась самка, когда они вышли в коридор.

– Сражение с берсеркерами берёт начало от ангара в самом низу корабля, – отвечает тот незамедлительно, копошась в данных портативного компьютера. – Нам туда уже путь заказан.

– Надеюсь, Хулт’ах не позволит отправить его несносную задницу к праотцам, – с очевидным волнением проговаривает Эврид, потупив взор.

– Уж он-то явно нет. И кстати! Почему от тебя очень чётко исходит его запах? – решил полюбопытствовать Тодинд, не прекращая бег. – Чем вы таким занимались, когда прозвучала сирена?

– А тебе всё скажи и доложи, юнец, – отвечает самка, иронично скривившись.

– Просто раньше ты пахла по-другому.

– Нечего ко мне принюхиваться! – раздражённо загорланила Эврид, фыркнув на аттурианца.

– Хочу сказать одно, – начал Тодинд, и его голос приобрёл небывалую серьёзность. – Если твой Шекл погибнет, я с превеликим удовольствием возьму тебя под свою опеку, яутка.

– Не смей так говорить! – резко останавливается Эврид, ударяя самца в плечо ладонью. – И не надо таких красноречивых обещаний. Знай, я не продажна! И верна только своему Шикло. С чего вдруг такое проявление милости к моей персоне?

– Именно твоя смелость и верность ещё больше восхищают меня, – не скрывая, прорычал Тодинд, глядя на яутку. – Ты не такая, как остальные самки твоего племени, которые лягут под любого аттури, лишь бы сохранить свою шкуру.

Изумившись и придя в смятение от подобных правдивых высказываний, Эврид в растерянности захлопала ресницами, не зная, что ответить. Уж не ожидала она услышать ТАКОЕ от аттурианца. И когда она успела завоевать столько доверия у представителей этой расы? Но спустя мгновение, не проронив больше и слова, Тодинд разворачивается и продолжает свой путь, и Эврид остаётся лишь последовать за ним, мысленно готовясь к тому, что скоро придётся столкнуться с врагом, не знающим, что такое пощада и честность в сражении.

Комментарий к Глава 12. *туйо-ти – спасательная капсула.

====== Глава 13. ======

«Страху и сомнению не место в бою!»

С врагом они столкнулись как раз в коридоре, что вёл прямиком к ангару. Было тесно, несколько аттурианцев уже резво сражались с угольно-чёрными воинами, немного худощавого телосложения, чем аттури, и слегка выше их. Один такой Черныш шустро справился с противником и, заприметив новоприбывших, с рыком сорвался с места и понёсся прямиком на Тодинда. Юнец же не растерялся, высвободил ки’чти-па и бросился на врага, напарываясь на блок. Борьба сразу начинает набирать обороты, а Эврид стоит в сторонке, наблюдая за всем процессом. Сердце бешено колотится в груди у яутки, разнося адреналин по жилам, дыхание сбивчивое, руки до побеления костяшек сжали древко нераскрытого копья. И тут ей приходит озарение, что она просто стоит и бездействует в данной ситуации. Решение пришло моментально, сначала разлившись волнением в животе, а затем самка делает глубокий вздох, тем самым переводя дыхание и утихомиривая разбушевавшуюся бурю эмоций внутри. Приведя копьё в боеготовность, мельком замечая, как на самом деле выглядит оружие (раньше просто было не до этого), Эврид стремглав полетела на только что вывернувшего из ангара берсеркера. М-ди х’чак, м-ди х-длак! (Без пощады, без страха!) Страху и сомнению просто не место в бою. Уклонившись от заряда плазмы, при этом изумляясь своей проворности, она сходу сбивает пушку с плеча противника, а затем бьёт по морде с кулака, от чего становится ужасно больно. А то! Маска ведь не из мягкого материала. Тряхнув запястьем, яутка замахивается копьём и распарывает брюхо берсеркеру. Сдавленно прорычав, он подносит руку к ранению и, глядя на ту, что с лёгкостью победила его, медленно падает на пол.

– Шустро ты с ним, – внезапно услышала Эврид голос Тодинда за спиной и вздрогнула, мигом обернувшись.

– Ты тоже, смотрю, не промах, – проговорила она, заметив убитого берса за его спиной, что сполз по стене, оставив на ней флюоресцирующее пятно от твея.

– Не время болтать!

Кивком подтвердив слова Тодинда, самка, без промедления, срывается и направляется следом за ним, выскакивая в ангар, где вовсю развернулось сражение. Лязг металла эхом разносится по просторному помещению, рык и предсмертный вой представителей науду раздаётся то тут, то там, один побеждает другого, выбирая новую жертву и затевая с ней танец смерти. Везде царит кромешный хаос. И враги, и аттури не уступают, ведя борьбу до последней капли твея.

Где-то в середине всей этой заварухи, размахивая копьём и выстреливая в противника из плазмопушки, сражается смуглый аттури, оправдывая своё имя, однажды данное ему Вожаком. Пусть его тело уже изрядно изрезано и изранено клинками и мечами врага, Страж продолжает исполнять свой долг, не замечая боли. Берсеркеры один за другим, рыча, настигают его, намереваясь отрубить голову, или того хуже – беспощадно расчленить. Но Хулт’ах яростно отбивается, вертясь волчком, отрубая конечности захватчикам и рассекая их на части то копьём, то саблей с широким острым полотном, на котором выгравированы иероглифы и линии, изображающие восходящее солнце, будто обозначающее, что кромешная мгла будет развеяна первым лучом рассвета, предзнаменуя начало нового дня и нового витка истории расы аттури.

Поодаль от смуглого воина оказывает ожесточённое сопротивление второй помощник Вожака, имя которого обозначает «Прямое копьё». И именно копьём он вгрызается в тела врагов и отправляет на суд к Чёрному Воину, защищая тылы своего собрата по оружию – лучшего лекаря Атолла. Этот серокожий к’жит уже давно не участвовал в подобных масштабных битвах, но, не смотря на это, не потерял сноровку, разрывая пространство своим яростным рыком и размахивая двумя обоюдоострыми топорами, размазывая противника по стенке с удивительной лёгкостью. На место павшего берсеркера из толпы на него выпрыгнул каинде амедха, взмахнув копьевидным хвостом. Обвив конечности Хирона, он резко дёргает на себя, и добыча теряет равновесие, падая на пол. Остаётся только вонзить в неё свои острые, как лезвия, клыки, но чёрное создание ада просчитывается, и серокожий аттури впечатывает топор в вытянутую голову, с хрустом проламывая хитиновый панцирь. Ещё одна победа, о которой оповещает остальных громогласный триумфальный рёв Хирона.

В это время Эврид, стоя спина к спине с Тодиндом, почти возле самого входа в ангар встречает очередную атаку нападающего берсеркера блоком двух кинжалов, которые до этого дремали в ножнах за спиной, и откидывает врага назад добротным ударом с ноги в живот. Молодой аттури, недавно вставший на Путь Войны, в это же мгновение яростно рычит и рассекает горло другому противнику, отправляя в иной мир.

Всё бы ничего, битва набирает обороты, твей самки и её напарника вскипает в жилах, и кажется, что эту отчаянную и смелую парочку ничто не в силах остановить, но в какой-то момент Эврид просчитывается, и один из берсеркеров заваливает её на пол, припечатывая когтистой ручищей за горло. Замечая это, Тодинд вознамеривается тотчас прийти на помощь, но вынужден отвлечься на то, чтобы самому не подставиться под удар настигнувшего каинде. Поняв, что помощи не видать, яутка всеми силами начала отбиваться, да только всё тщетно. Слишком силён оказался этот чёрный воин. И в голове самки проскальзывает паническая мысль о надвигающейся смерти, что капля за каплей забирает жизнь, вытягивая её через удушающие тиски. Но в последний момент берсеркер меняет своё решение и ослабляет натиск, тут же хватая яутку за валары и волоча за собой в неизвестном направлении. Визжа от испуга и боли, Эврид чувствует, как надежда на лучший исход угасает, словно меркнущая в темноте лучина света. Неужели именно так она должна погибнуть? Неужели нет выхода из сложившейся ситуации? Скорее всего, берсеркер вознамерился взять её в плен, а может решил оттащить от эпицентра битвы и, несомненно, позорно убить, лишив чести.

Уже плача навзрыд, яутка видела, как перед взором мелькают силуэты сражающихся между собой воинов двух рас. Никто не обращал ни малейшего внимания на неё и её захватчика. И самка начала вконец сдавать позиции, не надеясь уже ни на что. И именно в эту же секунду из толпы, словно из стены кромешного хаоса, выпрыгнул смуглый аттурианец, чьи линзы треугольной маски пылали синим светом. Сильная рука налету взмывает вверх, занося длинный клинок из наручи над головой. Мгновение, и тень воина обрушивается на берсеркера, пронзая насквозь остриём оружия. Хватка захватчика ослабляется и слышится надрывный вой боли. Распахнув глаза, которые до этого рефлекторно зажмурились, Эврид поднялась на локтях и увидела, как спаситель резко вытащил клинок из тела противника, сразу перерезая ему глотку, после чего берсеркер замертво падает навзничь, заливая флюоресцирующим твеем пол. Выпрямившись в полный рост, Хулт’ах резко оборачивается, взметнув валарами, и пронзает взглядом свою подопечную, что осмелилась нарушить его приказы.

– Какого к’жита ты здесь делаешь, Квей?! – мигом схватив яутку за горло и подняв вверх, прогорланил Страж, рыча в негодовании.

– Слава Богам, что ты нашёл её, – появился внезапно Тодинд, при этом успев сократить количество захватчиков ещё на парочку.

– Так это ты её привёл, юнец?! – снова взбеленился Хулт’ах, переводя внимание на молодого аттури, а затем отпускает Эврид и с размаху впечатывает кулак в маску Весельчака. Тот коротко рявкает и от удара разворачивается в сторону. – Вы оба, после завершения битвы подвергнетесь наказанию. И надеюсь, каждый из вас знает за что, – адресовал смуглый последние слова уже Эврид, повернувшись. – Если конечно не сдохните!

И в этот момент, как по иронии судьбы, на троицу выскакивает пара ксеноморфов, визжа и растопыривая когти, в полёте раскрывая слюнявую челюсть с острейшим набором зубов. Один из них налетел на юнца, расцарапав грудь, другой же ринулся на безоружную в данный момент яутку, которая вмиг задохнулась от захлестнувшего ужаса. И вновь её шкуру спасает взмах копья смуглого аттурианца, что прямиком попадает по туловищу твари, откидывая в сторону. Тем не менее, каинде не растерялся, а снова предпринял нападение, только уже на своего обидчика, вонзаясь когтями в незащищённые доспехами предплечья. Видя ужасающую картину борьбы двух самцов с чёрными монстрами, Эврид в панике судорожно ищет глазами оружие на полу, напарываясь взглядом на длинный клинок, видимо принадлежащий раньше другому воину. Не теряя времени на раздумья, она хватает оружие и летит на помощь своему Шикло, как раз в тот момент, когда слюнявый гад уклоняется от атаки самца и заваливает его на пол, намереваясь выбить мозги второй челюстью. Но ксеноморфа настигает удар по туловищу, произведённый смелой самкой с ноги, после чего тот, взвизгнув, отлетел на пару метров, приземляясь и вертясь на полу волчком, пытаясь встать. Когда ему это удаётся, в визоре его зрения высвечивается зеленоватая фигура яутки, что с диким рёвом налетает на него, замахиваясь клинком, и в прыжке протыкает голову насквозь, входя остриём в клыкастый рот твари и выходя в области затылка. Через секунду тело каинде заметно обмякло, и Эврид брезгливо отпихнула его ногой.

А тем временем Тодинд успел разобраться со вторым ксеноморфом, с помощью ки’чти-па молниеносно располосовав противника, при этом улизнув от брызг кислотной крови, что упали на металлический пол и стали мгновенно растворять его на молекулы.

– Можно было догадаться, что я пойду наперекор твоим наставлениям, Хулт’ах, – отдышавшись, решительно заявила Эврид, посмотрев на аттурианца. – Я не хочу потом чувствовать себя трусихой, так просто сбегая с корабля в спасательной капсуле.

– Я уже сказал, что ты получишь своё, но позже, – гордо вскинул подбородок Страж, отвечая яутке, а затем перевёл взгляд на заметно редеющую толпу сражающихся в стороне воинов. – А пока не время болтать!

Тотчас сорвавшись с места, он ринулся в бушующую битву, активируя обе пушки, что как верные псы вскинули головы, и стал выпускать заряды один за другим, сметая каждого берсеркера, который попадался под тройной лазерный прицел. Его примеру последовали и Тодинд с Эврид, смело вступая в бой с захватчиками.

Как только яутка подоспела к общему сражению, её настиг очередной Черныш, занося топор над головой для атаки, и Эврид, не растерявшись, молниеносно поставила блок. Оскалившись и яростно прошипев, она умудрилась оттолкнуть противника, изумляясь внезапно появившейся силе. Пока берсеркер впал в минутную растерянность от того, что не ожидал такой мгновенной реакции от хрупкой на вид самки, Эврид слева замечает ещё один клинок на полу и сразу хватает его как раз в тот момент, когда к ней подлетел ещё один враг. Снова блок, лязг металла о металл. Боковым зрением замечает, как первый нападающий снова совершает выпад. Разум яутки соображает на полную катушку, включая все инстинкты и рефлексы, за доли секунды преподнося стратегические действия. И Эврид, ловко прогнувшись в спине, уходя от замаха топором, вспарывает пузо вражескому захватчику, приземляясь на колени и прокатываясь по полу, от чего кожу на ногах зажгло огнём. Но самка не обратила на это внимания, ибо второй берсеркер не терял времени и произвёл атаку ки’чти-па. Скрестив клинки, яутка снова поставила блок, ещё больше прогибаясь в спине и скалясь от злобы. Мгновенно изловчившись, благодаря своей гибкости, Эврид прогнулась влево и высунула из-под себя правую ногу, совершая подсечку, которой явно не ожидала эта «псина», гулко грохаясь всей тушей. Без промедления, яутка вскакивает и впечатывает остриё клинка прямо в грудь противника, слыша отчётливый хруст костей. Минус ещё один.

Прерывисто дыша, самка вытащила окровавленное оружие из убиенного, мысленно удивляясь своей проворности. Неужели на неё сказались тренировки Хулт’аха? Значит, не зря было потрачено столько сил и нервов в спаррингах с этим извергом. И тут Эврид вспоминает об остальных, оборачиваясь и видя Тодинда, а также дерущегося рядом с ним Смуглёныша. Битва ещё не окончена.

Всё смешалось в хаотичный клубок смерти. Пол устилался телами воинов аттури, чёрнокожих берсеркеров и ксеноморфов, что в предсмертной агонии разъедали своей кислотной кровью пол ангара. Поодаль, за полем битвы стояли раскуроченные челноки хозяев корабля, удачно выведенные из строя подопечными Лидера захватчиков, который в это время статным исполином возвышался над всеми с трапа украденного ранее аттурийского судна, наблюдая за происходящим и время от времени отбивая атаки нацелившихся на него вражеских воинов. Его мантия, закреплённая наплечными доспехами, волнами алой крови уманов струилась вниз до самого пола, взмывая в сторону при молниеносных движениях хозяина. Но не только в наблюдении состояла миссия Лидера, он также следил за тем, чтобы ксеноморфы не нападали на его соплеменников, убивая только тех, на кого были надрессированы. Да, именно так! Чтобы устроить такой рейд на самый крупный корабль аттурианцев, с целью захвата их технологий и новейших вооружений, Лидер берсеркеров заключил сделку с одной корпорацией учёных уманов, что промышляли экспериментами над инопланетными существами, а также пытались приручить ксеноморфов, держа, как домашних животных в клетках из кислотостойкого сплава. И на удивление, им это удалось. Взамен они попросили у Лидера образцы для опытов, которыми являлись представители расы науду. Но так как не было оговорено, к какому именно племени будут относиться эти жертвы, берсеркер отдал им несколько аттурианцев, корабль которых они успешно захватили, а также троицу яутов, что попалась им на просторах Харпеи, как живой товар. Один из них смог показать себя достойно и завоевал доверие Лидера, теперь находясь в его рядах беспощадных убийц в должности первого помощника и правой руки. Двое других же оплошали и попали в руки к уманам, как подопытные образцы. Зато взамен он получил два десятка прирученных каинде амедха, с помощью специального устройства, содержащего феромоны их Королевы, приказав убивать только аттурианцев и не трогать своих.

– Кар’клей! – окликнул благородного воина с алой мантией один из его подчинённых, привлекая внимание. – Мы достали то, за чем прибыли.

– Отлично! Погружайте всё на корабль, – незамедлительно скомандовал он, и воины приступили к исполнению поставленной задачи, занося украденные технологии аттурианцев на судно. – А я, наконец, положу конец этой битве, – добавил немного тише Лидер, видя, как редеют ряды берсеркеров под натиском уже совсем маленькой кучки противников.

Борьба с захватчиками продолжалась полным ходом, многие аттури полегли от рук беспощадных берсеркеров, остались лишь лучшие и стойкие, включая первого и второго помощника Вожака, лекаря, молодого воина и отважную яутку, не сдающую своих позиций. Круговорот смерти не снижал оборотов, своей когтистой лапой забирая жизнь за жизнью. Вспышки плазменных зарядов тут и там проносились по ангару, достигая цели, лязг металла и рык сражавшихся не смолкали ни на секунду. Всё также бок о бок дрались Тодинд и Эврид, всё в той же поре волчком крутился Бакууб, Хирон, словно дикий зверь, которого выпустили на свободу, отрубал головы врагам, а Хулт’ах отдавал приказы остальным аттурианцам, одновременно производя смертоносные атаки. Но в какой-то миг вверх взметнулся плазменный заряд, выпущенный со стороны разгромленных челноков, и все до единого вскинули головы, останавливая кровопролитие.

– Ки’кте! – прозвучал низкий гортанный голос с той же стороны, и толпа нападающих берсеркеров стала расступаться в стороны, создавая некий проход. В тот же миг оставшиеся защитники Атолла заметили фигуру статного воина, с плеч которого свисала мантия алого цвета. Лицо закрывала маска, украшенная спереди двумя клыками, а правую линзу пересекали глубокие царапины, доходя до середины лобной части. Его кожа имела иссиня-чёрный окрас, покрытая багровыми пятнами и слегка блестящая, словно смазанная маслом. Мощная грудь часто вздымалась, а сильная рука сжимала длинное копьё, похожее на алебарду. Осматривая воинов, что застыли на месте, он горделиво шёл вперёд, приближаясь к оставшимся аттурианцам. Тотчас в воздухе почувствовался запах превосходства и силы, и Эврид, глядя на этого незнакомого берсеркера, всего на мгновение успела изумиться его благородному образу, попутно замечая, как справа проносится Тодинд и летит на этого незнакомца, замахиваясь ки’чти-па. Даже секунды не прошло, как берсеркер приседает и рывком насаживает юнца на алебарду, с силой приподнимая его с помощью оружия вверх и опрокидывая назад. И Весельчак плашмя падает на пол, а на его животе пестреет огромная рана.

– Тодинд!!! – завизжала яутка в панике и хотела подбежать к нему, но путь преградило остриё алебарды, с которого каплями стекал зелёный твей, остановившись в нескольких сантиметрах от её горла. В ужасе округлив глаза, Эврид вперила взор в ставшего в боевую позицию горделивого берсеркера, прожигающего взглядом линз клыкастой маски. А затем он тихо проурчал, медленно опустив голову набок.

– Яутка?! – утробно прорычал он низким басом, и самка нервно сглотнула, не в силах пошевелиться. – И что ты делаешь среди аттури?

В этот миг справа промелькнула тень, и чёрный каинде совершил прыжок, визжа и растопыривая когти, мчась именно на самку. Она даже не успела пискнуть, как чьё-то копьё отбросило его назад, а заряд плазмы разорвал длинный череп. Ещё одно мгновение, и Эврид слышит гневный рык Хулт’аха возле самого уха, а то самое копьё, что защитило секунду назад, останавливается в нескольких сантиметрах от туловища берсеркера, держащего остриё своей алебарды возле горла самки.

– Ты, видимо, Лидер этих «псов»? – грозно прорычал Страж, вызвав табун мурашек по спине у своей подопечной. Снова этот леденящий твей голос, приводящий в ужас. Так мог говорить только он, вверяя в растерянность.

– Ты догадлив, смелый аттури, – с ехидством проговорил берсеркер, даже не шелохнувшись. – А где же ваш Вожак? Неужели трусливо сбежал, свалив всё на плечи своих отчаянных воинов?

– Не твоё дело, с’йюит-де! – рявкнул Хулт’ах, не опуская оружие. – Я вместо него веду здесь командование.

– Значит, ты его правая рука? Тогда тебе надо сразиться сначала не со мной… Гашинд!

И только берсеркер замолчал, как из-за его спины выскочил воин, намного отличающийся от остальных захватчиков светлым оттенком кожи, почти песочного цвета с мелкими тёмными вкраплениями, выделяющие каждый мускул на торсе и руках. Загадочный воин промелькнул, как молния, с помощью внезапности настигая Хулт’аха и отшвыривая ударом копья в сторону. Получив несколько порезов от древка, увенчанного острыми шипами, смуглый приземлился с грохотом на пол. А приспешник Лидера берсеркеров снова бросился на него, затевая не шуточный бой.

– Никому не вмешиваться! – вдруг приказал Лидер, обращаясь к вознамерившимся помочь собрату аттурианцам, стоящим позади разворачивающейся битвы с участием незнакомого воина и Стража. И те, на удивление, подчинились, услышав подтверждение слов берсеркера уже от самого Хулт’аха.

– Яут? – вдруг распознаёт Эврид в приспешнике своего сородича, изрядно удивляясь.

– Знаком тебе? – спрашивает Лидер и тут же хватает самку, прижимая к своему телу, пока она опрометчиво отвлекается. Завизжав, Эврид начала яро вырываться из стальных тисков, но сразу замерла, ощутив холод металла возле горла, заметив свой же клинок перед собой, который успел выхватить захватчик. – В целях своей сохранности, рекомендую не рыпаться, а просто наблюдать за битвой.

И не найдя больше достойных решений, просто оказавшись в ловушке, Эврид подняла глаза, рассматривая воина своего племени. На вид он был очень молод, но опытен в ведении боя, оказывая достойное сопротивление даже её Шикло, ловко уворачиваясь от выпадов и в свою очередь проворно атакуя копьём, нанося многочисленные ранения оппоненту. Маска юного яута лобной частью напоминала гребень Матриарха каинде, острыми зубцами уходя вверх, тем самым визуально удлиняя её, а место, где должны быть жвала, похоже на два клыка, выточенных в металле и выступающих вперёд. Мощную грудь крест на крест пересекали кожаные ремни, коричневый пояс с металлическими вставками и такого же цвета обрывки юсы, поверх которой доспех, прикрывающий паховую область. Чёрные валары, золотые унтары, набедренные доспехи и ки’чти-па на левой наручи, нательная сетка, – стандартная аву’аса тех, кто относится к отряду Не окроплённых. А затем взгляд Эврид улавливает иероглифы на левом предплечье воина в тот момент, когда он на миг остановился, готовясь к новой атаке, и яутку прошибает холодный пот, когда она распознаёт выжженную на коже надпись, чувствуя, как её охватывает оцепенение и шок. Сердце ухает куда-то вниз и увеличивает ритм, пронося по жилам леденящее волнение.

– Йейинде?! – в неверии прошептала яутка имя дрожащими губами, а на глаза навернулись слёзы. – Не может быть!

– Даже знаешь его прежнее имя? – усмехнулся Лидер, тихо проурчав, и самка решает сделать ещё одну попытку высвободиться из лап врага.

– Пусти! – завизжала она, сопротивляясь, тем самым на мгновение привлекая внимание того, кого она узнала. И этого хватило, чтобы Хулт’ах совершил очередную атаку, отшвыривая юного яута назад добротным ударом по маске, после чего тот опрокинулся спиной на пол, потеряв равновесие. – Нет, Хулт’ах! Остановись!!! – закричала Эврид, вновь вырываясь из тисков.

Но аттури даже не обратил внимания на просьбы подопечной, а затем совершил прыжок, занося руку с клинком вверх, неминуемо приближаясь к цели. Всего лишь миг, и глаза самки расширяются от холодящего душу ужаса, когда клинок Шикло вонзается в тело яута немного ниже левого плеча возле ключицы.

– НЕЕЕЕЕЕТ!!! – завизжала она, напрягая связки, и её крик потонул в вое её сына, полного боли. – Это мой сын! Хулт’ах!

– Что?! – в недоумении обернулся к ней Страж, вглядываясь в силуэт подопечной и видя, как отчаянно колотится её сердце. В тот же миг он ощутил, как боль обожгла область левого бока. В непонимании склонив голову, Хулт’ах увидел ки’чти-па молодого воина, которые воткнулись в его тело.

– Вот я и отомстил тебе, проклятый разведчик, – прошипел яут с ликованием и тотчас отшвырнул аттурианца ударом ноги.

Взвыв, Хулт’ах приземлился на спину, и его тут же подхватили Хирон и Бакууб.

– Йейинде! – вновь воскликнула яутка и ощутила, как хватка Лидера неожиданно ослабла. Даже не задумываясь об обстоятельствах, Эврид сорвалась с места и вмиг оказалась возле молодого яута, в то время как Страж и остальные аттури в недоумении и удивлении посмотрели на неё.

Придя в шоковое состояние от того, как самка, всхлипывая и рыдая, склонилась над этим яутом, дрожащей рукой прикасаясь к часто вздымающейся груди юнца, совсем не обратив внимания на то, что Шикло так ужасно ранили, Страж потерял дар речи. И в голове аттурианца в одночасье всплыли воспоминания первой встречи с этим храбрым яутом, что подчинялся Лидеру берсеркеров и смог понять о слежке. Вот почему его запах показался Хулт’аху до боли знакомым! Именно такой же исходил от яутки до того, как он овладел ею. И этот самый отважный яут – приспешник берсеркеров – оказался тем сыном, которого самка так порывалась найти. А сейчас, наплевав на всё и вся, она рыдала в голос, шепча имя юнца и поглаживая его чёрные валары, вовсе позабыв о том, кто спас её от лап тех самых берсеркеров, кто принял её, как родную, кто заботился о ней в течение нескольких месяцев и защищал. И вот её благодарность за всё! Без зазрения совести она стремглав кинулась именно к тому, кто ранил его. Понимание этого факта вызвало всплеск внезапной обиды, разочарования и злобы, разливаясь горячей жижей в груди.

– Мама?! – не веря глазам, проговорил Гашинд, стараясь заглушить боль от ранения. И Эврид, плача, счастливо улыбнулась, убедившись, что сын узнал её. – Что ты делаешь среди этих убийц, которые уничтожили наш клан? – внезапно посерьёзнел голос яута, и улыбка самки исчезла с лица, ввергая её в растерянность.

– Это долгая история, – тихо и хрипло проговорила Эврид спустя минуту раздумий и проглотила горький ком, ставший в горле. – Но что ты делаешь в рядах берсеркеров?

– Надо же! Как трогательно, – неожиданно прозвучал ехидный голос Лидера за спиной, и Эврид с Гашиндом, а также остальные аттурианцы, посмотрели в его сторону. – Воссоединение матери и сына. Не ожидал!.. Но вот и правда… что делает яутка среди аттурианцев?

Разглагольствуя, Лидер медленно, шаг за шагом подходил всё ближе к ним, всё так же держа оружие наготове, а позади него доблестной стражей выстраивались его чёрные воины, фырча и грозно рыча.

– Неужели так просто предала своих сородичей? – и снова в голосе Лидера мелькнули язвительные нотки, раздражающие и одновременно приводящие в смятение, заставляющие чувствовать вину. От этого сердце яутки непроизвольно сжалось в груди, и она опасливо взглянула на сына.

– На то были причины, Йейинде, – пролепетала она, моля, чтобы он понял, но в ответ яут резко оттолкнул её и шустро поднялся, рыкнув и схватившись за рану.

– Могу ответить то же самое! – рявкнул он грубо, и Эврид всеми фибрами тела почувствовала исходящую от него ненависть. И не к кому-то, а именно к ней. – Как ты могла?! Они же разорили наш клан. Убили отца!

– Йейинде, – совсем растерявшись, прошептала самка, не веря тому, что сын ополчился на неё.

– Достаточно этих слезливых сцен, – как гром среди ясного неба, проголосил Лидер берсеркеров, коротко рыкнув. – Аттури! Вы явно проиграли в этой битве.

– Что?! – ощетинился вдруг Хирон, делая шаг вперёд. – Это с какого к’жита?

– А с такого… Мы забрали то, за чем сюда прибыли. И теперь можем спокойно удалиться.

– Да кто вас отпустит живыми?! – вмешался Хулт’ах и хотел было подняться, чтобы вновь сразиться с врагом, но тут же осел, зарычав от боли.

– Не стоит, – попросил его Бакууб, положив ладонь на плечо.

– Слушайте сюда, доблестные воины аттури, – снова начал Лидер, горделиво вскинув подбородок. – Вы изрядно потешили меня и смогли заслужить малую долю уважения за свою храбрость… В награду я дам вам возможность уйти живыми и покинуть этот корабль.