Текст книги "Старт корректора (СИ)"

Автор книги: Генрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

За столом, слева-сзади – сейф. Снова подбираю ключик. Опять папки с делами. Небрежно выкидываю их на пол. О, а это что? Достаю стопочку бумаг знакомого вида. Векселя!

Подхожу к валяющемуся глисту, трясу пачкой перед его лицом. Пару раз шлёпнуть по наглой морде тоже не забываю.

– Взятки таким хитрым образом вымогаешь? Служебным положением злоупотребляешь, с-скотина?

Обыскиваю его. Ничего нет, с досады приходится попинать. Зато на вешалке у двери в кармане тёплого плаща обнаруживаю кошелёк. Крона, горсть талеров и медяков. Не густо, но на извозчика и трактир хватит с изрядным избытком.

– Не сильно щедро вас тут кормят, господин дознаватель, – высыпаю добычу в карман.

Возвращаюсь к сейфу, там внутри ещё маленький ящичек под замком. Каким-то хитрым, похожим на кодовый. Ну, огненная магия мне в помощь. Чего-то я и там умею. Точечным сгустком пламени вырезаю петли. О, а сюда я удачно зашёл! Здесь крон намного больше и пяток золотых есть. Кажется, жизнь налаживается.

– Экспроприация экспроприаторов! – объявляю громко.

Принюхиваюсь. Да он никак обмочился! Знакомый эффект, видел уже. Мышцы расслабляются, а давление мочевого пузыря такое же.

Я снова за столом. С огромным любопытством читаю своё дело. «Вступив в преступный сговор…», «желая подорвать благополучие королевства…», «задумал осуществить злонамеренные планы, путём…». Красиво излагает, собака!

– Возьму на память, – весело извещаю глиста.

Так, надо ещё что-нибудь сделать. Подстроить гадость, чтоб испытать радость. О, придумал! Потрошу все дела в большую бумажную кучу, варварски вырывая лист за листом и наслаждаясь тоскливым ужасом в глазах глиста.

– Разлёгся тут! – сначала пинаю, а затем прохожу прямо по могучему телу, валяющемуся у двери в коридоре.

Дверь оставляю открытой, разгорающемуся костру из кучи бумаги нужен приток воздуха. Напоследок бросаю туда и векселя.

Забираю у верзилы ключи, медной нищебродской мелочью брезгую. Пойдём дальше. Решётка на замке – не проблема, ключ есть. Дальше в конце коридора помещение, откуда слышатся негромкие голоса. Зелёная волна – голоса смолкают. Следую сложившемуся порядку: обыск, сортировка найденного, изъятие нужного.

Пришлось поплутать. Я ведь ещё возвращаюсь и открываю все камеры в своём коридоре. Делаю это не из соображений гуманизма, а из практических. Когда станут ловить целую кучу народа, на меня меньше сил останется.

Там, где прохожу, наступает тишина и покой. По пути цепляю куртку поприличнее. Длинные рукава очень в масть. Браслеты закрывают. На ногах-то они и так сапогами прикрыты.

Дверь наружу открываю не пинком, как хотелось бы, но аккуратно и неторопливо. Где это я? Какой-то внутренний дворик. Иду дальше. Выйти через сторожку тоже никаких трудностей. У меня есть универсальный способ.

Напоследок оглядываюсь. Из двери здания осторожно выглядывает кто-то потрёпанный, глядит неуверенно. Машу ему рукой, делаю приглашающий жест. «Свободу Юрию Деточкину!» – хохочет предок.

Триест, банк дома Мозерс.

Тот же день, после обеда.

– Ваша милость, ваш счёт уже закрыт, – глаза банковского приказчика выражают недоумение пополам с подозрением.

– Как «закрыт»? – каюсь, пропустил удар. Иначе не принял бы такой глупо растерянный вид.

Себя не похвалишь, никто не похвалит. Долго в этом состоянии я не нахожусь.

– Прикиньте, Ваша светлость, они говорят, что у меня провалы в памяти.

Герцог неопределённо хмыкает, Варнак открывает в возмущении рот. Придавливаю ему пальцем челюсть снизу, не надо лишнего шума, дружище.

Да, я здесь с ними. Герцог любезно оказывает мне силовую поддержку, даже Хендрика с собой притащил. Вместе с охранением из дюжины всадников. Какой-никакой, а боевой маг. Асфанского можно смело записать в друзья, помогает именно в тяжёлую минуту. Смог даже бедного родственника запрячь из тех, которые могут помочь только жрать и деньги тратить.

Варнака я с собой не брал. Нет необходимости звать того, кто и так рядом крутится и кого отогнать невозможно. Только сейчас от сильно нехорошей новости чистое двадцатичетырёхкаратное сияние его лица меркнет.

Он непрерывно трындел полчаса без перерыва. Отдаю должное – только одну минуту, не больше, затратил на описание своих страшных переживаний по поводу исчезновения обожаемого милорда. Всё остальное: исключительно доклад по делу, подробно и толково. Мужчина!

– Управляющего сюда, – уже бесцветным тоном бросаю приказчику.

– Как можно быстрее, – герцог говорит абсолютно спокойно, но с таким нажимом, что парня, как ветром сдувает.

Является управляющий – осанистый и импозантный. Аккуратная короткая и сливающаяся с бакенбардами бородка ему явно идёт. Я – парнишка выше среднего, но он смотрит чуть сверху. На герцога он так глядеть не смог бы, даже если бы Асфанский уступал ему в росте.

– Что случилось, господа?

– Страшное случилось, уважаемый, – с некоторым усилием перехожу на свойственный мне лёгкий светский тон. – Меня обокрали. Ваш банк беспрепятственно отдал мои деньги какому-то жулику.

– Такого быть не может… – управляющий смотрит на меня в упор и продолжает после подсказки приказчика: – шевалье.

– Хорошо. Скажи, любезный, когда я закрыл счёт?

Приказчик даже в бумагах не роется:

– Вчера. Во второй половине дня.

– Замечательно, – усмехаюсь, в голове проклёвывается идейка. – Давайте немного подождём, мне есть что вам показать.

Отвожу Варнака в сторону, быстро нашёптываю инструкции, он опрометью бросается наружу. Управляющий любезно приглашает нас в отдельную комнату для важных клиентов. Показывает мне «моё» распоряжение банку о закрытии счёта и выдачи всех денег наличными. Рассматриваю. На обычный взгляд печать перстня точно моя. Подпись очень похожа, но…

– Подпись похожа на мою, но не моя, – отдаю бумагу, та переходит от управляющего приказчику.

– Печать тоже не ваша? – в голосе всё-таки улавливаю скрытый сарказм.

– Рисунок точно мой, но отпечаток ауры чужой. Если вы не в курсе, то я маг-целитель, поэтому могу ауру видеть.

Герцог кривит губы в насмешке, потому что управляющий начинает беспокойно ёрзать.

– У вас есть в штате маг-специалист, различающий отпечатки ауры? – смотрит Асфанский пристально.

– Увы, – управляющий мрачнеет.

– Ваша светлость, вы не в курсе, бывают такие артефакты? – мне становится интересно.

– Откуда же я знаю? – удивляется герцог. – Это вы маг, а не я.

Так и проводим время за практически светской беседой, пока не появляется Варнак. Бедного управляющего ждёт сокрушительный удар. Поди ещё докажи, что подпись и печать не мои. Но есть аргументы сильнее, чем мои голословные утверждения.

Глава 24
Прощай, немытая столица!

Триест, банк дома Мозерс.

Комната для важных клиентов.

Клянусь чем угодно, ничего такого я не предусматривал. Даже в мыслях не держал! Исключительно из шалости забрал своё дело из тюрьмы. На память – это правда! На долгую и добрую. Теперь ошарашенный управляющий его перелистывает.

– Уважаемый, настоятельно прошу само дело не читать. Всё равно это клевета. Вам надо смотреть только даты протоколов допросов и общие данные.

Общих данных хватает. Всяких служебных штампов, грифов допуска, гербовых печатей с устрашающей надписью «Королевская служба тайного надзора». Так она официально называется.

Наконец он закрывает папку и откидывается на стуле, потрясённый убойностью моих доказательств. Печати, подписи. Не только моего дознавателя Гердиса Брона – оказывается, так глиста зовут. Интересно, как он там? Жив ли? Здоров ли?

– Итак, – слов управляющий не находит, зато у меня их большая котомка. – Из этих документов совершенно ясно, где я находился три дня до сегодня. Из них же понятно, где находился и до сих пор находится мой перстень. Прискорбно сознавать: мы с моим перстнем разлучены уже четвёртый день, поэтому я никак не мог поставить им печать и взять деньги.

– Но если вас отпустили, то должны были вернуть всё обратно, – управляющий окидывает меня внимательным взглядом.

– Им пришлось это сделать под сильным нажимом, – прежде чем послать, какое-то объяснение ему надо дать. – Они были очень недовольны, поэтому нарушили процедуру. Сам возмущён. Но мои дела с королевскими службами вас никак не касаются.

– Гх-р-м, – так многозначительно поправляет меня герцог.

Чего это он?

– Вернее, касаются, но особым образом, – догадываюсь и поправляюсь. – Ведь это не меня обокрали, это ваш банк обокрали. И кто это сделал, вы только посмотрите⁈ Тайная стража Его Величества! Подумать только! Уважаемый, куда катится этот мир⁈ Куда, я вас спрашиваю?

Растерянность управляющего приближается к панике.

– Эти документы… – косится на папку. – Не хочу сказать, что они ничего не значат, но… шевалье, давайте мы вам выплатим компенсацию? Скажем, в сто, нет, в двести соверенов и закроем этот вопрос?

Смотрит на меня с величайшей надеждой, которая, натолкнувшись на мою насмешку, неохотно тает.

– Давайте, – вдруг опережает меня герцог. – Только тогда давайте закроем и мой счёт. Сегодня и немедленно. У меня больше трёхсот империалов в вашем банке. Всем знакомым и друзьям скажу, что с вами лучше дела не иметь. Уйдём в Северный банк.

Не успевшая окончательно исчезнуть надежда мгновенно сменяется ужасом:

– Господа, ну зачем же так сразу…

– Не понимаю, уважаемый, чего вы так переживаете? – снова вступаю я. – Всё можно решить. Давайте сделаем так. Вы восстанавливаете мой счёт, все пятьсот два соверена. – Он пытается открыть рот. – Нет, постойте! Я беру на себя обязательство не прикасаться к этим деньгам три месяца…

– Полгода, – поправляет управляющий.

– Три месяца не пользуюсь счётом и беру обязательство не закрывать его полгода.

Соглашается. Собственно, мой вопрос на этом исчерпан. Деньги у меня есть: наличными больше трёхсот соверенов. Хватит надолго, даже если не зарабатывать.

– Вам не обязательно прощать эти деньги Тайной страже, – вижу, что он настроился сделать именно так. – Наверняка многие работники этой организации держат у вас свои средства. Возможно, сам экселенц Каннис. Вы просто подайте жалобу королю. Ведь и члены королевской семьи могут иметь у вас счета.

– Мы работаем с королевским казначейством, – управляющий начинает мыслить в конструктивном направлении.

Рад за него.

– А я помогу вам пробиться на приём к королю, – бросает свою гирьку герцог.

Уговорили, поэтому приходится задержаться. Штатный стряпчий банка помогает нам оформить кое-какие бумаги.

Триест, особняк Стэнарда ди Гревиса.

Следующий день.

Суматошный вчера денёк выдался. Надо бы в Гильдию заскочить, но боюсь, задержат меня там, а время дорого. Не верю я, что Тайная стража мне настолько жестокий афронт спустит. Очухиваться от моего «лечения» они будут больше суток, так что время до завтрашнего утра есть. Но, возможно, ошибаюсь. Целители какие-то у них наверняка имеются, кто-нибудь догадается, как людей в норму привести. Конечно, для этого энергии надо много вливать, но ведь есть накопители.

Данных для выводов маловато, поэтому считаю, что время у меня до утра, не больше. Так что сваливать надо срочно. Сегодня. Куда-нибудь подальше. Потому мои люди сейчас собираются в дальнюю дорогу. Без суеты, но и без проволочек. Ну и я сегодня даже в «Рапиру» не ходил, позанимался немного сам во дворе.

Отодвигаю заготовленную бумагу после тщательной проверки. Всё правильно и точно, а если что не так, то и демоны с ним.

– К вам баронесса Эзарт, – докладывает дворецкий.

– Очень вовремя. Проси.

Влетает Инесса. Не успев сесть, начинает трещать. Пропускаю мимо ушей вываливающийся на меня хаотический алфавит. Смысл ясен без слов. Что происходит? – не главный вопрос. Главное – что мне делать, как мне быть? Ответ, уже записанный, лежит передо мной, разберётся без обстоятельных разъяснений.

Но нет, пожалуй, бумагу я ей не отдам. Только что решил. Лишнее звено, которое может подвести.

– Ты продолжишь заниматься тем же самым, но уже с Гильдией. Я передам им рецепт зелья.

Из ящика стола достаю три флакона. Подумав, один убираю обратно.

– Мой прощальный подарок. Отдаю бесплатно. Далее работать будешь с Тацианом. Я поговорю с ним, чтобы он сохранил те же условия.

– О, Стэн! – баронесса заламывает руки, но флакончики прибрать не забывает. – А что будет с тобой?

Наконец-то обо мне заговорила.

– Если сможешь, то передай Имельде Фаргонской: моё требование сатисфакции откладывается на неопределённое время. Теперь всё. Возвращайся к Асфанским, я тебя провожу.

– Выгоняешь меня, – с долей обиды произносит в коридоре, – а ведь мы теперь долго не увидимся. А куда ты уезжаешь?

– Ты должна радоваться за меня, зная, что я на свободе. Так-то могла долго меня не видеть, потому что сидел бы в тюрьме. Куда ехать, пока не решил. Думаю.

Предок велел держать рот на замке.

Во дворе усаживаю её в карету. На прощанье сердечно целует меня в щёку. Мелочь, а приятно.

Подскакивает Варнак:

– Запасов овса маловато. Только на день пути.

– По дороге купим, – отмахиваюсь.

Кормами для лошадей можно разжиться, где угодно.

Почему-то переживаю душевный подъём, хотя жизнь резко ломается. Свойство возраста или характера?

После обеда прибывают герцог Асфанский и мессир Тациан. В таких случаях предок говорит: «То ни гроша, то вдруг алтын». Герцог так-сяк, а вот нобиль прямо удачно зашёл. Я слегка даже в ступор впал. Кому первому уделить внимание? И чтоб никто не ушёл обиженным.

– Оцените пока моих людей, Ваша светлость. Ну, вы знаете как. А я пока ненадолго отвлекусь на мессира.

Отвожу Тациана в свой кабинет, усаживаю за гостевой столик и кладу перед ним описание рецепта и технологии изготовления «Примы».

– Изучайте, мессир. Если что-то нужно, слуги подадут.

И спускаюсь к герцогу. Довольно долго обсуждаем детали отъезда. Затем Асфанский уезжает к себе. В моей карете. Мои люди и повозки отправляются за ним. Со мной только Варнак и касса.

Возвращаюсь к Тациану. Он начинает вытряхивать из меня подробности:

– Как ты отмеряешь сорок две сотых доли водной магии?

Этот вопрос ставит меня в глухой тупик. Я-то слежу за потоком из источника, но, видимо, Тациан так не умеет. И что делать?

После долгих раздумий и выматывающих душу расспросов Тациана, нахожу решение:

– Целительской энергии должно быть, как на диагностическое плетение. Водной – на два серпа пятого ранга.

– И как я их совмещу?

– Вливаете в накопитель целительскую энергию от себя. Затем водный маг пятого ранга вливает порцию своей энергии. Если накопитель достаточно ёмкий, хватит надолго. Будешь заряжать от него кристаллы кварца. О, чуть не забыл!

Вытаскиваю из шкафа мешок с сухим миртом. Кладу перед мессиром:

– Поставки осуществляет граф Фаркан. В конце лета – начале осени. Смотрите не прохлопайте. Учтите, стоит дорого. Здесь в мешке примерно на девяносто соверенов. Но хватит надолго. На год точно… – пустые флаконы и кольца тоже отдаю. – Ореховое масло сами купите. Инесса знает, у кого я покупаю.

Никогда бы не подумал, насколько утомительным окажется именно это дело. Тациан до вечера выпивает не меньше ведра моей крови. С огромным облегчением прекращаю это волевым усилием:

– Всё, мессир, время вышло.

– Мне не всё ясно, Стэн! – пробует возмутиться.

– Справитесь, вы опытный человек. Получиться чуть хуже, ничего страшного, всё равно работать будет.

Неохотно встаёт, помогаю ему вынести корзинку со всеми причиндалами. Вздыхает, но сердечно прощается, садясь в карету.

– Забыли договориться, Стэн. Какова твоя доля?

– С вас сто соверенов, – прикинуть мои расходы на мирт и всё остальное несложно. – А дальше, ну, пусть соверен с каждого пузырька. Огромная просьба: работайте только с Инессой. Вам самому удобнее, и девушку обижать не хочется.

– Ей сподручнее, – соглашается Тациан. – Возвращайся скорее, Стэн.

Машу рукой напоследок. Рядом возникает Хендрик. Он весь день болтается по двору как неприкаянный.

– Уезжаешь?

– Приходится.

– Я займу обратно свои комнаты, – то ли спрашивает, то ли сообщает.

– Так-то я тебе запрещаю, – не отказал себе в удовольствии полюбоваться его мрачнеющим лицом, – но ты же всё равно займёшь, а выгнать я тебя не смогу.

Неуверенно брат улыбается в ответ на мой жизнерадостный смех.

– Всё готово, милорд, – Варнак забрасывает в карету мои и свои пожитки.

– Будем прощаться, брат? Спасибо, что поддержал меня хоть немного.

– Да ничего… – очень необычно Хендрик смущается.

– Знаю, что ты меня ненавидишь, да и у меня рука не дрогнет прибить тебя, если что, – мои слова его не радуют, но терпит, – но ты всё же мой брат.

Мы не обнимаемся, нет, но объятия обозначаем.

– Чуть не забыл, – вдруг вскидывается Хендрик, – тот, из Тайной стражи, сказал, что особняк тебе не принадлежит.

– Да? – коротко задумываюсь. – Посылай всех в задницу. Свидетельство на право собственности у меня. Сейчас не успеваю, но при случае вышлю копию.

– А если…

– Силой могут выставить, но тогда бумагу с них обязательно возьми. Пригласи какого-нибудь законника. Ну, заплатишь ему пару крон.

Дворецкому я деньги оставил. На зиму хватит. Хендрику всё-таки говорить не буду.

Запрыгиваю в карету, братец поднимает руку в прощальном жесте.

– Смотри особняк без меня не сожги! – кричу ему напоследок.

Чего-то наверняка не сделал, о чём-то забыл, всегда так бывает. Разберёмся.

Триест, королевский дворец.

Спустя три дня. Вечер.

Зал Малого Совета.

Каннис шёл на совещание почти как на казнь. Он только вчера осмелился доложить, что причина безобразий в Ховенте, резиденции Тайной стражи, побег шевалье ди Гревиса. До этого тлела надежда изловить его. Но слишком много времени потеряли. Выяснили, что произошло, только к утру. Тут же Каннис поручил главе столичной стражи взять под контроль выезды и организовать наблюдение за особняком Гревисов. Вечером получил доклад, что шевалье укрылся во дворце Асфанских, но сделать ничего не вышло. Наспех собранный боевой отряд экзекуторов только бессильно наблюдал на расстоянии за отъездом герцога. Тайная стража без прямого приказа короля не имела права не только нападать на герцогов, но даже останавливать их.

Силовую поддержку королю дают армия, гроссмейстеры и Тайная стража. Политическую – герцоги и суверенные графы, прямые вассалы короля.

Каннис был абсолютно уверен, что шевалье уехал с Асфанским. Птичка, посаженная в клетку, оказалась с такими когтями, что сорвала дверцу и вылетела наружу. Как теперь поймать шевалье, Каннис не имел ни малейшего представления. Удержать-то его он точно не сможет.

Главе тайной службы не к лицу робость, поэтому он решительно входит в распахнутые слугой массивные резные двери. Мельком бросает взгляд на дюжего парня в ливрее. Тоже его креатура. Если кто-то может подслушать короля, то пусть это будет его человек. Хотя это затруднительно сделать, впереди ещё одна двухстворчатая дверь, попроще. Сделано как раз по его настоянию, всё-таки не зря он жалованье получает.

– А вот и наш именинник! – добродушно встречает его король.

– Доброго вечера, Ваше Величество, – приветливость короля заставляет желудок заледенеть.

Ответно Каннису сдержанно кланяются гроссмейстеры, здесь все, кроме Харта. Кивает принц. И зачем-то присутствует королевский казначей.

– Фредерик? – король вопросительно глядит на принца.

– Я так понимаю, мы собрались обсудить случай чрезвычайной важности, – принц вроде разговаривает с отцом, но слушают все. – Новость настолько удивительная, что лично я не сразу поверил. Вдруг находится маг, которому антимагические браслеты не помешали применять заклинания.

Среди присутствующих происходит шевеление и безмолвный обмен взглядами: «Значит, это правда⁈»

– Продолжай, Фредерик, – король поддерживает наследника кивком.

– Некто шевалье ди Гревис, маг-целитель, посидел несколько дней в Ховенте, а затем просто ушёл. Он никого не убил, насколько я знаю, но вред Тайной страже нанёс. Какой именно, Каннис сам расскажет.

– Он расскажет, он нам всё расскажет, – король так сладко улыбнулся шефу тайной службы, что того пошатнуло от внезапной слабости в ногах.

– Докладывайте, экселенц, – принц находит нужным слегка сгладить нажим отца.

Каннис открывает папку. Текст он помнит наизусть, но так солиднее.

– Ваше Величество, Ваше Высочество, представить подробные сведения или в общих чертах?

– Как можно подробнее, – сухо отвечает король.

– Должен предупредить, Ваше Величество, что сведения основаны на докладах осведомителей. Собрали все слухи, по возможности проверенные. Итак. Шевалье Стэнард ди Гревис, второй сын графа ди Гревиса. Нелюбимый сын, – Каннис подчёркивает этот факт голосом. – Любимчик у графа старший, Хендрик. В настоящий момент учится на третьем курсе магической Академии. Дар целителя у Стэнарда открылся примерно два года назад, с тех пор стремительно растёт…

В зале разносится только голос Канниса, даже король с принцем слушают с напряжённым вниманием.

При упоминании свидетельства дознавателя Брона о сжигании и излечении мизинца шевалье, Картмейер вскидывается, но молчит.

– Почему дознаватель тогда не встревожился, увидев применение магии? – толковый вопрос задаёт принц.

– Шевалье объяснил, что браслеты не мешают ему применять магию к себе. Дескать, они не позволяют выпускать плетения наружу, а на тело он их применять может беспрепятственно.

Все оборачиваются к Кримсону, главному специалисту по артефактам.

– Не знаю, – пожимает тот плечами. – Никому и в голову не приходило проверять. Да и представьте себе огненного мага, лупящего по себе молниями или огненными копьями.

– Возможно, это только целители могут делать, – вступает Картмейер. – Но прошу, Ваше Величество, не пробовать на мне. Найдите кого-нибудь помоложе.

– Уже нашли, – мрачно изрекает Солтер, – на свою голову.

– Каннис, вы уверены, что он восьмого ранга? – сухо вопрошает король.

– Не уверен, – Каннис решает, что настал момент для осторожного самооправдания. – Сейчас я уверен, что не ниже восьмого, но, вполне возможно, ди Гревис уже гроссмейстер.

– Скажите ещё, архимаг! – нервно смеётся Солтер.

Но никто его не поддерживает, а Каннис многозначительно пожимает плечами.

– У нас нет опыта содержания под стражей гроссмейстеров. Можно попросить кого-то из вас…

– Не вижу смысла, – отрезает Кримсон. – Никто не может изменить плетение, заключённое в артефакт!

– Даже архимаг? – принц снова проявляет уместное любопытство.

– Об архимагах нам мало что известно. Если только архимаг-артефактор. Я могу ещё представить, что он уничтожит плетение и сами браслеты, но изменить его…

– Да, а что с браслетами? – принц смотрит на докладчика.

– Остались на шевалье, – Каннис порадовался, что может ответить. – Чтобы их снять, нужен ключ-артефакт.

Все замолкают. Новости, свалившиеся на голову настолько объёмны и необычны, что требуется время, чтобы разместить их в голове. Паузой решает воспользоваться казначей:

– Экселенц, а что произошло со счётом шевалье в банке Мозерсов?

Под вопросительными взглядами венценосных особ увиливать, а тем более лгать, не принято. Время подумать снова даёт казначей:

– Дело в том, что приходил управляющий банка, показал документы, из которых ясно, что деньги забрали ваши люди. Шевалье как раз в это время находился в вашей тюрьме, а его именной перстень, наверное, до сих пор у вас.

– Да, мы хотели на него надавить. Дать на выбор два варианта: либо даёшь клятву верности королю, и у тебя будет всё, либо отказываешься и всего лишаешься.

– Деньги надо вернуть, – сухо извещает казначей. – Шевалье сумел доказать управляющему, что счёт закрыл не он. Теперь банк должен шевалье пятьсот два соверена.

– Какой зажиточный молодой человек, – негромкое высказывание Солтера заглушает голос короля:

– Он вернёт, не волнуйтесь.

Канниса отпускают. Он не удерживается от того, чтобы присесть на стул в приёмной. Два часа на ногах – нагрузка не для его возраста.

«Хорошо ещё, что не всплыл вопрос о праве собственности на особняк Гревисов, – думает он. – Тоже придётся возвращать».

Через полчаса. В комнате остались только король с принцем.

– Убил бы, если б было кем заменить, – цедит король по адресу Канниса.

– Положим, предвидеть такое никто не сможет, – принц всегда брал на себя роль оппонента.

Король некоторое время размышляет. При желании у провалившего дело подчинённого всегда можно найти ошибки. Их легко обнаружить даже у победителя. Успеха ведь тоже можно добиться разной ценой. И король быстро находит:

– Нельзя так жёстко прижимать к стенке. Шевалье поставили перед выбором – всё или ничего. Надо было по-другому делать.

– Как?

– Мягко. За согласие присягнуть трону – положение фаворита короля. За отказ – никаких угроз, живи себе дальше, как обычный подданный. В таком случае имелась бы возможность повторить предложение, уговорить на согласие.

– Отец, а какой приказ вы отдали Каннису?

– Серьёзно заняться этим шевалье!

– Ну, вот он и занялся, – пожимает плечами принц. – Уж как умеет.

– Сильно умные все стали, как я погляжу… – королю не хочется признавать, что он промахнулся.

Герцогство Асфанское, город Дрезмон.

Герцогский замок Гауст.

Вечер того же дня.

– Во Дворце знают, куда ты поехал, – заявляет герцог.

Мы у него в кабинете сидим, обсуждаем будущее. Моё, в основном.

– Ты можешь только в Латардию сбежать или в северные княжества. Другие границы слишком далеко, перехватить могут. Если через северные ворота крупные отряды не проходили, то ясно, кто ушёл через западные.

– Так это вы ушли, – пожимаю плечами. – Да и не важно всё это. Всё равно меня уже не перехватят.

Первые сутки мы гнали на пределе. Моих лошадей никто не догонит, только своих коняшек запалит. Расстояние в один конный переход у нас в полтора раза больше. Скорее всего, организмы лошадей от моих подстёгиваний всё-таки изнашиваются. Но стараюсь не злоупотреблять, режим форсажа использую только в крайних случаях. Герцог искренне изумлялся скорости нашего марша.

До столицы герцогства мы добрались на исходе четвёртого дня. Асфанский же всегда считал, что Дрезмон в неделе конного пути от столицы.

– Перехватить могут, если есть голубиная почта до пограничной заставы. Тогда тебя остановят.

Широко улыбаюсь герцогу, тот приходит в лёгкое замешательство, но с вопросами не лезет. Стук в дверь, дворецкий:

– Милорд, к вам стряпчий Вентр.

Стряпчий нам нужен для составления копии свидетельства о праве собственности на особняк Гревисов. Как обещал Хендрику.

Западная граница Ардании.

Пограничная застава.

Спустя три дня.

– Что везёте? С какой целью выезжаете? – офицер пограничной стражи вежлив, но въедлив.

– Себя везём, – пожимаю плечами, – личное имущество, припасы.

– Если есть товары к продаже, полный реестр, пожалуйста.

– Нет. Торговлей не планирую заниматься. Хочу соседнее королевство посмотреть, говорят, там умелые артефакторы есть.

– Надо проверить, – офицер пристально смотрит в лицо. – На наличие запрещённых к вывозу предметов.

Вот служака! Морщусь:

– Это, наверное, долго? Давайте заплачу вам соверен, да и дело с концом.

– Взятку мне предлагаете? – служака приходит в возбуждение, глаза сужаются.

– Какую ещё взятку? – искренне (ну почти) изумляюсь. – Разве я не должен платить пошлину?

Некоторое время пытается высверлить брешь в моей непробиваемости. Напрасный труд.

– Пошлина с вас – три кроны за три повозки. Но проверить всё равно надо.

Три кроны забирает, что вселяет надежду на окончание утомительной процедуры. Выходим наружу, все трое. Ему ассистирует помощник.

Офицер с серьёзным видом осматривает весь наш табор. Моих людей мимоходом и не всех, его груз интересует. Наблюдаю с любопытством, до чего магическая техника дошла, он артефакт использует. Просто проводит им снаружи, внутрь никто не залезает. Судя по спокойному виду, ничего запрещённого не находит.

Стою, стоически терплю, когда же это кончится? Полчаса уже нас мурыжит. Прибывший вслед за нами небольшой купеческий караван привычно располагается на отдых. Ответом мне служит противный писк. Оборачиваюсь. На меня круглыми глазами смотрит старший стражник, в руке прекращает дребезжать цилиндрический амулет-контролёр.

– Эт-то что? – страшным шёпотом вопрошает офицер.

Стоящие рядом стражники кладут руки на эфесы мечей. Что – я сам хотел бы знать… «Браслеты!» – вспыхивает в голове. Если что запрещено, то наверняка они в том списке. Млять! Надо было контрабандными тропами идти.