Текст книги "Новая Жизнь. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: DANA Noctra

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

К третьему дню устали все.

Не так, как после тренировки у Нокта, когда тело просто отказывалось существовать. Это была другая усталость – тягучая, выматывающая. От постоянного поиска. От мокрой травы. От необходимости смотреть под ноги, под листья, в трещины камней. От того, что каждый час кажется: вот сейчас найдём, а потом снова ничего.

Меня спасали травы и отвары.

Утром – укрепляющий.

Днём – немного настоя от усталости.

Вечером – тёплый чай, чтобы не разболелось горло.

Я делилась с ребятами, и они уже перестали делать вид, что им не нужно. Даже Торв, который обычно молчал и терпел всё, как каменная стена, однажды сам протянул кружку.

– Ещё есть? – спросил он.

Я налила.

– Есть.

– Спасибо.

Для Торва это было почти длинной речью.

На четвёртый день стало совсем тяжело.

Мы снова поднялись затемно. Лес был холодный, влажный, окутанный молочным туманом. Капли воды висели на ветках и падали нам за шиворот, как маленькие издевательства природы. Где-то далеко ухала птица. Иногда между деревьями мелькали огоньки, но Каэрон запретил подходить к ним ещё в первый вечер.

– Фейские искры не трогать, – напоминал он. – Не звать. Не отвечать. Не идти следом.

– А если они сами идут за нами? – спросил Лис.

Каэрон посмотрел на него.

– Тогда особенно не отвечать.

После таких объяснений спалось плохо.

Мы искали до полудня.

Ничего.

После обеда снова искали.

Опять ничего.

Я стояла у подножия старого дерева, раздвигала влажный мох деревянной палочкой и чувствовала, как внутри поднимается отчаяние.

Мы ничего не найдём.

Вообще ничего.

Вокруг горы, деревья, лес, трава, камни, корни, цветы. Красивые, спокойные, будто из сказки. Но где среди всего этого искать тонкую кожу саламандры? Она могла быть под любым листом. В любой трещине. Её мог унести ветер, смыть дождь, съесть какое-нибудь местное существо, которое питается редкими магическими находками назло студентам.

– Это бессмысленно, – сказала я тихо.

Марен, стоявший неподалёку, услышал.

– Устала?

– Да. Но дело не только в этом. Мы ищем вслепую.

Он присел рядом и посмотрел на землю.

– Эдан говорит, место правильное.

– Может, место правильное, а способ нет.

Марен поднял на меня глаза.

Я замолчала.

Потому что мысль пришла внезапно.

Способ.

Мы ищем глазами.

А саламандра – магическое существо.

Её кожа, даже сброшенная, наверняка сохраняет след. Лунный. Холодный. Слабый, но всё же след.

Почему мы просто смотрим под кустами?

Я выпрямилась.

– Эдан!

Тот обернулся от карты.

– Что?

– У лунной саламандры кожа сохраняет магический отпечаток?

Он нахмурился.

– Должна. Слабый. Серебряно-водный спектр, если верить учебнику.

– А почему мы не ищем по отклику?

Лис, сидевший на камне, поднял голову.

– Потому что мы первый курс, а не архимаги?

– Нам не нужен сильный поиск. Только слабая сетка.

Эдан задумался.

Каэрон, который до этого стоял чуть в стороне, тоже посмотрел на меня внимательнее.

– Объясни, – сказал он.

Я вдруг почувствовала, как внутри всё сжалось.

Когда на меня смотрел куратор, ошибаться становилось страшнее.

Но мысль была хорошая.

Я это чувствовала.

– Если кожа сохраняет лунный след, можно не искать сам предмет. Можно искать место, где вода и свет ведут себя неправильно. Я могу дать слабый водный импульс по мху и камням. Не сильный, чтобы ничего не повредить. Просто как… как волна. Если где-то есть кожа, она откликнется иначе.

Эдан медленно кивнул.

– Теоретически возможно.

– Теоретически нас за это не убьёт? – спросил Лис.

Каэрон подошёл ближе.

– Риск?

Я честно ответила:

– Если я вложу слишком много силы, могу залить склон. Или разбудить что-нибудь. Но если Эдан поможет с расчётом круга, а Марен удержит границу, я смогу сделать слабее.

Марен сразу сказал:

– Сделаю.

Лис поднял руку.

– А я что?

– Будешь молчать и не мешать.

– Важная роль.

Каэрон несколько секунд смотрел на меня.

Потом кивнул.

– Попробуйте. Но медленно. Без героизма.

Я опустилась на колени у влажного мха.

Сердце билось быстрее.

Не от страха даже.

От надежды.

Мы столько дней ходили кругами, что возможность сделать хоть что-то иначе казалась почти чудом.

Эдан начертил на земле тонкий круг поиска, используя палочку и серебристый мел. Марен встал справа, положив ладонь на рукоять меча – не потому что ожидал врага, а потому что так ему было спокойнее. Лис, как ни странно, действительно замолчал.

Я положила ладони на мох.

Холодная влага впиталась в кожу.

– Только слабая волна, – тихо напомнил Каэрон.

– Да, мастер.

Я закрыла глаза.

Внутри поднялась вода.

Не бурная. Не река. Не поток.

Капля.

Потом ещё одна.

Тонкая линия силы прошла от ладоней в землю. Мох под пальцами дрогнул. Где-то рядом тихо зазвенели травинки.

Я представила, как вода уходит по корням, по влажной земле, по камням. Не ломает. Не давит. Просто касается.

И слушает.

Сначала ничего.

Только холод земли.

Мелкие корни.

Камни.

Насекомые.

Пустота.

Потом где-то слева что-то ответило.

Слабое.

Серебряное.

Как лунный луч под водой.

Я резко открыла глаза.

– Там.

– Где? – Эдан уже поднялся.

Я указала на склон между двумя старыми деревьями.

– Под корнями. Что-то есть.

Мы подошли осторожно.

Место выглядело совершенно обычным. Мох, камни, влажная земля, переплетённые корни. Я бы прошла мимо сто раз.

Марен аккуратно раздвинул мох ножом.

Эдан посветил маленьким кристаллом.

И там, в тени корней, лежала тонкая серебристая плёнка.

Почти прозрачная.

С мягким лунным блеском.

Лис выдохнул:

– Нашли…

Я не сразу поверила.

Мы действительно нашли.

После четырёх дней поисков.

После усталости, злости, мокрой травы и бесконечного “ничего”.

Нашли.

Эдан аккуратно достал кожу щипцами и положил в зачарованную коробку.

– Целая, – сказал он. – Почти без повреждений.

Каэрон посмотрел на меня.

В его глазах была та самая редкая, сдержанная похвала, которую он не разбрасывал просто так.

– Хорошая мысль, Аяйвира.

Я почувствовала, как щёки становятся горячими.

– Спасибо, мастер.

Лис хлопнул меня по плечу так, что я чуть не упала.

– Всё. Теперь ты официально полезная.

– Я была полезная и раньше.

– Суп не считается?

– Суп считается всегда.

Даже Марен улыбнулся.

Совсем немного, но я заметила.

Мы продолжили поиск уже новым способом. Не быстро. Осторожно. Я не могла повторять волну часто – резерв уставал, да и Каэрон следил, чтобы я не переусердствовала. Но теперь мы хотя бы знали, что ищем не зря.

К вечеру нашли ещё два небольших фрагмента.

Не целые, но пригодные.

Когда мы вернулись к месту ночёвки, я была измучена. Голова гудела от магии, пальцы пахли мхом и сырой землёй, колени болели от того, что я весь день ползала среди корней.

Но внутри было светло.

Я не была самой сильной.

Не была самой быстрой.

Не была лучшей с мечом.

Но сегодня именно моя мысль помогла нам найти то, что искали все.

И это было важно.

Очень.

Когда лагерь погрузился в вечернюю тишину, я сидела у своего шатра с кружкой горячего чая и смотрела на фейский лес. Между деревьями мерцали огоньки. Они двигались медленно, будто кто-то невидимый нёс свечи среди стволов.

Красиво.

Слишком красиво.

Лис, сидевший рядом с миской супа, тихо сказал:

– Ты как поняла?

– Что?

– Про воду. Про отклик.

Я пожала плечами.

– Не знаю. Просто подумала.

Эдан поднял взгляд от карты.

– Это не “просто”. Это хороший полевой подход. Ты не искала предмет. Ты искала его след.

Я сделала глоток чая, чтобы скрыть улыбку.

– Звучит умнее, чем я себя чувствовала.

– Так часто бывает, – сказал Марен.

Мы сидели молча.

Не друзья ещё.

Нет.

До дружбы было далеко.

Но уже не чужие.

И это ощущалось странно приятно.

Вдалеке фейский лес шептал на своём языке. Ветер трогал листья, огоньки мерцали между деревьями, а где-то в темноте, возможно, ползали лунные саламандры, сбрасывая свою драгоценную кожу там, где ни один уставший адепт не догадается искать глазами.

Я коснулась кулона с алым деревом.

– Видишь? – прошептала я почти беззвучно. – Мы не такие уж бесполезные.

Кулон стал тёплым.

И впервые за много дней я поверила: может быть, моё место здесь не потому, что так решил Лорган.

Не потому, что Академия не смогла меня выгнать.

Не потому, что у меня три стихии и опасное дерево на груди.

А потому, что я сама, шаг за шагом, начинаю находить способ быть нужной.

Как оказалось, пары кусков кожи лунной саламандры нам было мало.

Совсем мало.

Когда мы принесли найденные фрагменты мастеру Каэрону, я уже почти надеялась услышать: «Отлично, адепты, задание выполнено, можете возвращаться в лагерь, пить горячий чай и делать вид, что жизнь прекрасна».

Но нет.

Мастер только открыл зачарованную шкатулку, внимательно посмотрел на серебристые плёнки, которые мы добыли с таким трудом, и сказал:

– Этого недостаточно.

Я замерла.

– Простите?

Он поднял на меня спокойный взгляд.

– Для лечебного корпуса нужен запас. Не меньше десятка целых фрагментов. Лучше – двенадцать.

Лис, стоявший рядом, издал звук, похожий на предсмертный вздох.

– Двенадцать?..

Эдан поправил линзы и тоже выглядел не очень счастливо.

– Мастер, если искать обычным способом, мы можем провести здесь ещё неделю.

– Значит, ищите не обычным способом, – ответил Каэрон.

И всё.

Вот так просто.

Как будто мы не четыре дня ползали по мокрому мху, не раздвигали траву, не проверяли каждый корень, не ели почти на ходу и не засыпали так быстро, будто нас оглушали заклинанием.

Я отошла к ручью, присела на камень и закрыла лицо руками.

– Нет, ну это уже издевательство, – пробормотала я. – Мы здесь сгниём раньше, чем найдём эту кожу.

Лис сел рядом прямо на траву.

– Я тоже думал, что пары штук хватит.

– Ты вообще думал?

– Иногда. Когда не мешают.

– Поздравляю. Сегодня мешает весь мир.

Он хмыкнул, но без веселья.

Даже наша команда, которая до этого держалась лучше остальных, начала уставать. Не физически только – хотя и физически тоже. Устала голова. Устали глаза. Устало терпение. Слишком много одинаковых деревьев, одинакового мха, одинаковых серебристых отблесков, которые в итоге оказывались мокрыми листьями.

Фейский лес вокруг был по-прежнему красив.

И в этом была особая насмешка.

Он сиял, шептал, дышал тонкими ароматами цветов и влажной коры. Между деревьями висел лёгкий туман, по утрам на листьях блестели капли росы, а вечером над травой загорались маленькие огоньки. Всё казалось мягким, почти добрым.

Но мы уже знали: доброта этого леса обманчива.

Он не нападал.

Не рычал.

Не показывал клыки.

Он просто заставлял нас ходить кругами, уставать, сомневаться и терять время.

– Может, хватит? – буркнула я, когда мы снова развернули карту. – Серьёзно. Может, лечебный корпус как-нибудь проживёт без двенадцати шкурок?

Эдан посмотрел на меня поверх линз.

– Это кожа, не шкурка.

– Мне сейчас всё равно, как её благородно называть.

Марен, сидевший у костра и чистивший нож, спокойно сказал:

– Нам всё равно придётся собрать.

– Вот именно это меня и бесит, – вздохнула я.

Делать было нечего.

Мы снова пошли искать.

Теперь уже моим способом – по слабому водному отклику. Я пускала тонкую волну по мху и камням, Эдан следил за кругом, Марен держал границу, Лис отмечал найденные места на карте, а Торв собирал фрагменты в зачарованные мешочки.

Так мы нашли ещё несколько кусочков.

Не сразу.

Не быстро.

Но нашли.

К вечеру у нас было уже больше, чем у остальных групп вместе взятых, и всё равно – недостаточно.

Я чувствовала, как резерв внутри становится вязким и тяжёлым. Не пустым, нет. Просто уставшим. Как мышца после долгой нагрузки. Каждая новая поисковая волна давалась сложнее. Вода в земле отзывалась неохотно, а серебристый след саламандры путался с лунным светом, росой, отражениями фейских искр.

Когда мы наконец вернулись к лагерю, я почти не чувствовала ног.

– Всё, – сказала я, падая на подстилку у костра. – Если завтра мне скажут искать ещё одну кожу, я сама стану саламандрой и сброшу им что-нибудь.

Лис устало засмеялся.

– Желательно целый мешок.

– За отдельную плату.

Парни уже почти поправились после простуды. Мои отвары, тёплый шатёр и нормальная еда сделали своё дело. Теперь они больше не спали у меня на полу: свою палатку они тоже переделали – с моей помощью, конечно. Мы поставили им руны тепла, укрепили края от ветра, сделали простой защитный круг и небольшой ларец для горячей еды.

Наша команда стала самой подготовленной.

Я это понимала.

И, кажется, остальные тоже.

У нас была горячая еда. Сухие вещи. Лекарства. Нормальное укрытие. Карта с нашими пометками. И, что самое странное, мы начали действовать как настоящая команда, а не как случайно собранные адепты, которые терпят друг друга ради задания.

Хотя с другими группами был сам декан факультета.

Мастер Нокт.

Почему он пошёл не с нами, я не знала. Может, ему нужно было следить за самыми проблемными. Может, он не доверял им после истории с золотыми цветами. А может, просто судьба решила, что мне на сегодня хватит одного строгого мастера.

Не моё дело.

Моё дело – лечь и уснуть до того, как кто-нибудь придумает новое задание.

Я доползла до своего шатра, быстро умылась тёплой водой, выпила укрепляющий отвар и рухнула на одеяло.

– Завтра, – прошептала я алому кулону на груди, – мы обязательно найдём всё. А потом я буду спать сутки. Или двое. Или до следующей жизни.

Кулон едва заметно потеплел.

Я положила голову на подушку.

И сразу провалилась в сон.

Сны пришли странные.

Не такие, как обычные.

Не обрывки прошлого, не Академия, не полигон, не Риан с его вечным раздражающим лицом.

Сначала была темнота.

Потом голоса.

Мужские.

Низкие.

Глухие.

Будто звучали не рядом, а из глубины колодца.

– Она демон.

– Нет. Человеческая оболочка. Но корень уже связан с ней.

– Значит, хуже.

Я не могла пошевелиться.

Не понимала, где нахожусь. Тело было тяжёлым, как после зелья сна. Вокруг пахло сырой землёй, дымом и чем-то горьким.

– Её нужно убить, пока она не посадила дьявольский плод в нашей земле.

Сердце ударило.

Дьявольский плод.

Они говорили о моём дереве.

Обо мне.

Я попыталась открыть глаза, но веки не слушались.

Где-то рядом зашуршала ткань.

– Быстрее. Пока защита не сработала.

– Она ребёнок.

– Она сосуд.

Внутри поднялся страх.

Холодный.

Парализующий.

Я хотела закричать. Позвать Каэрона. Лоргана. Хоть кого-нибудь. Но голос не выходил.

Потом над мной мелькнуло лезвие.

Я почувствовала его не глазами – кожей. Холодная тонкая угроза, направленная прямо в грудь.

И в следующий миг что-то вспыхнуло.

Не огонь.

Свет.

Резкий, бело-алый, ослепительный.

Волна силы ударила наружу. Кто-то вскрикнул. Воздух вокруг меня дрогнул, будто натянутая струна лопнула. Тела отлетели в стороны. Ткань шатра хлопнула. Земля подо мной содрогнулась.

– На ней защитные чары!

– Я же говорил, брат!

– Нужно забрать её. Уничтожить корень отдельно.

– Хорошо, брат.

Чьи-то руки подняли меня.

Я не могла сопротивляться.

Тело не слушалось. Сон держал крепко, будто меня опутали невидимыми нитями. Я чувствовала только движение: меня несут. Быстро. Осторожно. Куда-то прочь от лагеря.

Кулон на груди жёг кожу.

Не больно.

Тревожно.

Будто дерево кричало без голоса.

Потом сон оборвался.

И дальше была только темнота.

В ту же ночь над лагерем взорвалось небо.

Так потом рассказывали те, кто успел это увидеть.

Сначала воздух стал ледяным.

Не просто холодным, как в горах, а мёртвенно-холодным. Костры вспыхнули синим, потом пригнулись к земле. Фейские огоньки между деревьями исчезли разом, будто кто-то приказал им спрятаться.

Потом над лагерем раскрылся разрыв.

Не портал Академии – ровный, круглый, безопасный.

Нет.

Это была трещина в пространстве.

Рваная.

Тёмная по краям, с алым светом внутри.

Из неё вышел Лорган Раск.

Он не шагнул.

Он словно ворвался в мир.

Плащ за его спиной бился, будто от ветра, которого не было. Лицо было бледным, жёстким, глаза – слишком светлыми. Он сразу направился к моему шатру.

– Аяйвира!

Голос разнёсся по лагерю так, что проснулись все.

Адепты выскакивали из палаток, кто-то хватал меч, кто-то падал, запутавшись в одеяле. Каэрон выбежал из своего шатра первым, уже с клинком в руке.

Лорган даже не посмотрел на него.

Он распахнул мой шатёр.

Пусто.

Тёплая постель. Развернутое одеяло. Кружка с недопитым отваром. Светлячок под потолком.

И никого.

На несколько мгновений всё вокруг стало слишком тихим.

Потом Лорган медленно повернулся.

– Каэрон.

Мастер Каэрон застыл.

– Милорд?

Лорган оказался рядом так быстро, что никто не успел увидеть движения.

Следующей секунды хватило, чтобы шатёр Каэрона сорвало с креплений и швырнуло в сторону ударом ледяной силы.

Адепты отшатнулись.

– Где Аяйвира? – голос Лоргана был тихим.

От этого стало страшнее, чем если бы он кричал.

Каэрон побледнел.

– Она должна быть у себя.

– Её там нет.

– Что?..

– Её пытались убить.

Эти слова ударили по лагерю сильнее грома.

Лис, стоявший у костра, выронил кружку. Эдан застыл с картой в руках. Марен медленно потянулся к мечу, хотя сам, наверное, не понимал зачем. Риан стоял чуть дальше, бледный, с широко открытыми глазами.

Лорган сделал шаг вперёд.

И воздух вокруг него изменился.

Кожа на его лице начала темнеть – не как от тени, а будто под ней проступала другая сущность. Глаза наливались красным. Сначала по краю радужки, потом глубже, ярче. Из волос у висков начали выступать тёмные рога – медленно, пугающе естественно, словно всегда были частью него, просто скрывались.

Холод усилился.

Трава покрылась инеем.

Один из младших адептов вскрикнул, когда его фляга треснула от мороза.

– Я просил вас следить за ней, – произнёс Лорган.

Каждое слово падало тяжело.

– Учить. Направлять. Беречь.

Каэрон опустил голову.

– Милорд…

– А вы не уберегли.

Где-то в стороне появилась фигура мастера Нокта. Он вернулся из соседнего лагеря, привлечённый вспышкой портала. Обычно непоколебимый декан сейчас выглядел напряжённым до предела.

– Лорган, – сказал он осторожно. – Мы найдём её.

Лорган повернул голову.

Медленно.

И даже Нокт замолчал.

– Я найду её.

В этих словах не было угрозы.

Только обещание.

Страшное своей уверенностью.

Холодная сила закрутилась вокруг него, поднимая листья, пепел, обрывки ткани. Алый свет в его глазах стал ярче. На миг всем показалось, что перед ними стоит уже не человек, не маг, не опекун ребёнка.

А нечто древнее.

Голодное.

Разъярённое.

То, что слишком долго держало себя в цепях.

Лорган Раск впервые за двести лет потерял контроль.

Потому что кто-то посмел поднять руку на того, кого он назвал своим человеком.

Каэрон опустился на одно колено.

– Прикажите, милорд.

Лорган закрыл глаза.

Всего на миг.

Когда открыл, они всё ещё были красными, но взгляд стал острее. Собраннее.

– Поднять всех. Закрыть лагерь защитным кругом. Никого не выпускать. Никого не впускать. Проверить следы, сонные чары, остатки портальной магии. Нокт – со мной.

– Да, – коротко ответил декан.

Лорган повернулся в сторону леса.

Туда, где за деревьями пряталась темнота фейских земель.

Его голос стал почти шёпотом:

– Держись, Ая.

Ветер поднялся снова.

Где-то далеко, в темноте, едва заметно вспыхнул алый свет.

Лорган увидел его.

И улыбнулся.

Не радостно.

Страшно.

– Нашёл.

А потом тьма перед ним раскрылась, и он шагнул в неё так, будто сам лес должен был расступиться.

И лес расступился.

Улыбнись ты самый лучший человек и подпишись мяу

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Дорогие читатели! ❤️ История Аяйвиры продолжается во второй книге – «Аяйвира. Под защитой демона». Там вас ждут Академия драконов, Лорган, тайна чёрного огня и новые испытания. Добавляйте вторую книгу в библиотеку, чтобы не потерять продолжение ✨