Текст книги "Сделка после развода. Исцелю тебя, генерал (СИ)"

Автор книги: Зена Тирс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Глава 20

Глава 20

Я вступаю на порог кабинета и замираю.

Там – Гаспар.

Он не уехал.

Он здесь, ждёт. На коленях – розы – большой букет, очень щедрый.

Неужели мне?

Нутро затапливает благодарность к этому мужчине. За то, что спас. За то, что не ушёл. Без него – я бы была уже на пути в монастырь.

Он смотрит на меня как на самую красивую женщину на свете, хоть на мне целительский халат, а лицо осунулось после последних суток.

Всё это так неожиданно, что сбивает с толку.

Он враг моего мужа.

Я же думала, что он использовал меня и теперь уйдёт. Но он здесь. Почему?

Гаспар смотрит прямо на меня, в глаза. В самую глубину.

Сердце резко сбивается с ритма.

Слишком…

Слишком сильно… на него реагирую.

Перед мысленным взором его руки, ласки. Страсть, обжигающая пожаром. Сплетённые тела, толчки быстрые, безумные. Голова кругом…

Тело мгновенно отзывается, реагирует быстрее, чем я могу взять это под контроль.

Пальцы невольно вздрагивают.

Гаспар смотрит на меня, и в его голубых глазах вспыхивают дикие звериные огоньки.

Я опускаю взгляд.

Закрываю дверь за спиной с тихим щелчком. Быстро моргаю и собираю волю в кулак.

Не хочу выглядеть перед ним слабой, нуждающейся в нём.

Скорее всего я нужна ему для чего-то – поэтому он здесь.

Я заставляю себя сделать шаг. Ещё один. К шкафу. Снимаю привычным движением халат.

– Не устал ждать? – произношу я.

Голос звучит слишком интимно в тишине.

Гаспар разворачивает коляску в моём направлении.

– Нисколько. Как прошла процедура с мальчиком?

Он запомнил, что я лечила мальчика. Даже если этот вопрос просто формальность – Сол никогда не интересовался.

Внутри что-то приятно сжимается.

– Всё хорошо. Он теперь будет слышать, – отвечаю и, повесив халат, медленно разворачиваюсь к Гаспару.

Он бледен. Слишком. Сердце делает тревожный удар – как же я за него опасаюсь. Этой ночью я держала его жизнь в своих руках, и теперь у меня странное чувство – желание присвоить себе его самого.

– Как твоё самочувствие после лихорадки? – произношу я. – Тебе нужно…

– Николь, – прерывает он.

Голос ровный. Чуть хрипловатый.

– Я хотел тебя поблагодарить. За ночь. За помощь. И я предлагаю тебе выйти за меня замуж.

Он подкатывается вперёд и открывает шкатулку, в которой сияет брачный браслет.

Сердце делает кульбит и взрывается фейерверком.

Я смотрю на драгоценность, потом – в глаза мужчине.

Пытаюсь понять, какая у него в этом выгода. После предательства мужа я не верю в любовь, тем более с первого взгляда. У всего есть своя причина.

И причину Гаспара – отомстить за что-то моему мужу. Он рвался на встречу в больнице, как взбесившийся зверь. И вышел бы на дуэль – если бы я не вмешалась.

Рядом с Гаспаром – у меня есть шанс. Но каким будет наш брак…

Отчаяние, как стальные тиски, сжимают грудь. Я медленно провожу пальцами по ключице, облегчая себе вдох.

Гаспар опускает голову и чуть заметно усмехается, словно сам себе.

– Ты боишься. Не доверяешь. Это разумно, – произносит он. – Не волнуйся, брак – это сделка, Николь. И ты в ней тоже выиграешь.

– Сделка? – не понимаю я.

– Просто будь рядом, продолжай быть моей. Взамен у тебя будет защита. Обеспечение. Я сделаю всё, чтобы твоя больница не закрылась.

А что выиграешь ты? – хочу спросить его. Но от догадки к лицу приливает кровь, и я молчу. Я согласилась один раз, почему же думаю, что не соглашусь второй? Но ведь он теперь… В кресле…

Это очень сильные обещания: больница, защита…

Согласиться – значит, вступить в игру, подписаться подо всем, что бы этот мужчина ни задумал и идти с ним рука об руку.

Отказаться – равно умереть.

Сердце делает глухой удар.

Я смотрю на цветы – и вдруг внутри мелькает, словно призрак, надежда. На хороший исход. На исцеление – его и моё.

– Я согласна, – произношу я.

Гаспар берёт меня за руку и застёгивает брачный браслет. Его пальцы тёплые, уверенные.

Закрыв замок, он подносит мою кисть к губам и целует.

По коже проносится разряд.

Галантный в каждом движении. Сильный. Настоящий мужчина.

Лёд внутри трескается, и в груди по-настоящему теплеет.

Гаспар держит меня за руку.

Мы глядим друг на друга в тишине комнаты.

Я хочу ему верить. Хочу довериться. Но я ничего не знаю о нём.

После предательства мужа – внутри трещина, заполненная страхом.

Теперь я должна думать о себе и не полагаться на веру слепо. Этот брак – сделка, сказал он. Он мне – защиту, я ему – себя.

– Цветы – это тебе, – хрипло произносит Гаспар, протягивая букет.

Наконец-то подарил.

Прижимаю цветы к груди. Сладкий аромат спелых роз почти пьянит.

Запах новой жизни.

Это слишком приятно, для такого формального слова, как «сделка».

Я только что связала себя с опасным человеком.

И самое страшное – мне это не противно. И даже… Даже необходимо.

– Спасибо, – вдохнув ещё раз аромат роз, опускаю букет и добавляю: – Но у меня есть условия.

Гаспар с интересом наклоняет голову.

– По вопросу твоего лечения. Я хочу этим заняться. Взять в свои руки полностью. Ты расскажешь мне всё?

Глава 21

Глава 21

Гаспар долго глядит на меня.

Ну же, ты со мной спал. Я имею право знать твою историю, – мысленно проговариваю я, не отводя взора и прижимая цветы к груди.

Он склоняет голову набок и чуть заметно кивает, словно решился.

– Ты сильная Николь. Целительница, – подчёркивает слово. – Ты должна это знать, – он смотрит на меня. Взгляд его спокойный. Очень спокойный. – Я неизлечимо болен. Паралич скоро доберётся до сердца, потом до мозга. В крови – яд демонов.

По спине пробегает леденящий холод. Я шире распахиваю глаза, а букет опускается сам.

Когда Гаспар был в лихорадке, я не исследовала его кровь. Увидела, что спина сломана и не стала проводить полные проверки… Я видела это на войне. Яд демонов выжигает дракона за часы. Потом – добивает тело.

Выживших не бывает.

– Яд выжег дракона. Звериная регенерация перестала работать, – произносит Гаспар глухим голосом.

В горле пересыхает от его слов. Я сглатываю.

– Я поняла. Я проверю твою кровь. Сама, – говорю я.

– Николь, – произносит Гаспар. – У меня было много целителей. Они уже искали. И нашли только один вариант лечения – нужен новый образец совместимой для меня крови от прямого родственника. Родители, братья или сёстры, дети. У меня – уже никого нет.

Он тяжело вздыхает и сжимает пальцами подлокотники.

– Если передумала идти за меня – скажи сейчас.

– Я не боюсь яда, Гаспар. Ты меня плохо знаешь, – отвечаю я.

Откладываю букет в сторону и тянусь к целительскому чемоданчику – мне нужен артефакт, способный выявить яд в крови. Я хочу проверить всё сама.

– Кто с тобой работал из целителей? Я могу с кем-то поговорить? – произношу, доставая кристалл.

– Гидеон Риммер. Мой целитель, – глухо произносит Гаспар, наблюдая за моими действиями.

– Магистр Риммер, сейчас он министр целительной магии, – изумляюсь я.

Я читала его книги, когда училась целебному искусству. Знания и опыт этого человека не оставляют сомнений в компетенции.

– А он знает, что ты применяешь зелья с чёрной магией? – прищуриваюсь я.

– Он сам сделал их для меня.

– И ты называешь его целителем?

– Он мой друг.

– Устрой нам встречу, Гаспар. Я хочу обсудить твоё состояние.

Очередь Гаспара прищуриваться.

– Николь, это не лечится, – говорит он резко. Взгляд прямой, суровый. – Оставь это.

– Пока сама всё не проверю, не оставлю. Просто не смогу спать, зная, что сделала не всё, что в моих силах.

Я бросаю взгляд на дорогой красивый браслет на руке и осторожно его касаюсь.

– В прошлом браке я жила, как было удобно моему мужу. Больше я так не хочу. Я буду делать то, что считаю нужным.

Поднимаю взгляд на Гаспара.

– Если тебе не подходит такая жена, то остановимся сейчас, – произношу негромко.

Замираю.

Жду.

Он смотрит на меня так, словно только теперь впервые увидел. В глазах – искры.

И сердце ускоряет ритм.

– Я устрою тебе встречу, – произносит он. – А сейчас, – Гаспар бросает взгляд на карманные часы. – Мне нужно на совещание. У тебя есть ещё пациенты сегодня?

– Сегодня нет, но завтра – двое. Я беру сложных, более простыми случаями занимаются два других наших целителя.

– Хорошо, тогда я отвезу тебя домой.

– Подожди, сначала, проверим тебя.

Я подхожу к Гаспару с артефактом, и кристалл начинает светиться, как праздничная гирлянда.

В его крови яд. Много яда.

Возвращаемся домой в молчании.

– Может, мне поехать с тобой? Чтобы быть рядом, если повторится приступ, – произношу, когда карета останавливается у мрачного особняка на окраине города.

Здесь прошла наша ночь, и я не хочу ждать его одна в пустом доме.

– Я ненадолго, Николь. Решу несколько вопросов и приеду. Со мной всё в порядке.

Тяну руку и щупаю его лоб. Жест обычный для целительницы, но когда касаюсь сидящего напротив мужчины, по коже проносится сладкий разряд.

Тело слишком сильно реагирует.

– Жара нет.

– Я же сказал. Я провожу тебя до дома.

Слуга открывает дверцу, опускает помост.

Я выхожу первой и жду когда выберется Гаспар.

И вдруг раздаётся хлопок – звук магического выстрела.

Глава 22

Глава 22

В ту же долю секунды я чувствую удар. Тупой толчок. И вдруг перед глазами земля.

Я не успеваю сообразить, что произошло.

Только чувствую тяжесть на себе.

Гаспар.

Он накрыл меня собой, словно щитом.

И теперь я, придавленная мужским телом, лежу на земле.

Он слишком тяжёлый и пугающе неподвижный.

– Гаспар, – шепчу я.

Он не отзывается.

– Гаспар! – кричу громко, чувствуя, как накатывает паника.

Я стискиваю зубы, беру себя в руки.

В воздухе витает горький запах магии и смятых роз, которые я держала в руках.

Запах, от которого внутри всё сжимается.

Выстрел. Кто-то стрелял. Покушение. Мысль чёткая, как лезвие.

– Леди Николь, сейчас! – кричит кучер, приподнимая Гаспара за плечи.

– Господин!

Шаги. Звон оружия. Гаспара переворачивают сразу несколько мужчин в форме.

– Вы в порядке? – спрашивает мужчина с капитанскими эполетами, подавая мне руку.

– Да… – отвечаю я. И тут же кидаюсь к Гаспару: – Гаспар!

– Стреляли из-за угла – всё проверить! – приказывает капитан солдатам. – Лорда ван Райдена отнести в дом.

– Нет, не трогать! – жёстко бросаю я.

Солдаты замирают.

Я кладу ладонь на шею Гаспара.

Пульс есть.

Слабый.

Неритмичный.

Но он жив.

Дальше я работаю с ледяным хладнокровием. Не как женщина, его невеста, а как военный целитель.

Вскрываю одежду на груди. Сильный ожёг на верхней части и задето плечо. Магический разряд прошёл насквозь, и судя по обуглившимся краям раны – очень сильный.

Я сжимаю зубы, закрываю глаза и ныряю глубоко в поток своей целительной магии.

Энергия вокруг раны злая, агрессивная, рвущая ткань дальше и глубже. Я фиксирую её и гашу. Возвращаю к жизни повреждённые ткани.

Выдыхаю и открываю глаза.

Тянусь к чемоданчику, лежащему рядом на земле, достаю целебный эликсир и умелым движением вливаю Гаспару в рот. Дальше – специальная мазь на рану. Осторожно наношу на обожжённую поверхность.

Гаспар не приходит в себя.

– Теперь его можно перенести в дом, – говорю, поднимая взгляд на капитана. – Только осторожно.

Он кивает двоим солдатам, и те осторожно поднимают Гаспара.

Капитан идёт вперёд, держит дверь.

Я хватаю свой лекарский чемоданчик и шагаю рядом на негнущихся ногах.

Не хочу верить, что он может умереть. Но всё очень серьёзно. Заряд армейский, рассчитанный на поражение высших демонов, и он прошёл сквозь тело Гаспара, у которого нет никакой магической защиты. Может начаться заражение крови, отказ органов.

Кто мог стрелять? Армейскими зарядами? Это мог сделать Сол. Разозлился за мой побег и решил убрать меня? Или Гаспара?

Кровь холодеет в жилах от осознания, что кого-то из нас хотели убить.

– Вы сможете выставить охрану у дома? – обращаюсь к капитану.

– Обязательно, леди… – он хмурится, не знает моего имени.

– Николь, – представляюсь я.

– Георг Метс, начальник охраны.

Навстречу выбегает седой повар в фартуке.

– Что с господином? – спрашивает он капитана.

– Стреляли, – отвечает Георг.

Гаспара укладывают в спальне на первом этаже.

Той самой, где мы провели ночь.

Кровать смята. Ещё недавно здесь были мы.

– Всем покинуть спальню, – приказываю я.

Оставшись с Гаспаром, я сама его раздеваю, накладываю повязку на рану.

– Ты обещал меня защищать. Не умирай, слышишь? – шепчу ему.

И накрываю одеялом.

Внутри с глухой болью бьётся сердце.

Несправедливый выстрел. Нужно найти того, кто это сделал. Нужно обратиться в полицию. Я не оставлю это так.

Выхожу в гостиную.

Дом гудит. Капитан, повар, кучер и солдаты.

Напряжение ощущается кожей.

– Он жив, – произношу я, обведя всех взглядом. – Состояние тяжёлое. Но стабильное.

– Нужно найти того, кто это сделал. Вы осмотрели место, откуда стреляли? – поворачиваюсь к капитану Метсу.

– От особняка отъехала карета, чёрная, без гербов.

– Опишите на бумаге всё до деталей. Вызовите полисмена.

– Есть, – отвечает капитан.

Гостиная пустеет.

– Может быть, сделать вам чаю, леди? – спрашивает повар.

– Можно, спасибо, – киваю я. – Я леди Николь.

Называю своё имя. Меня никто из людей Гаспара не знает. Но я теперь здесь хозяйка.

– Николас, начальник хозяйственной части, повар и прислуга по совместительству, – представляется в ответ мужчина. – Сейчас принесу чай. – И скрывается в кухне.

Тишина заполняет комнату.

Собираюсь вернуться к Гаспару, но взгляд натыкается на портрет над камином.

Гаспар. В военной форме. Высокий, сильный и стоит на своих ногах. Глаза синие – живые, взгляд полный силы и решимости. Он очень красивый мужчина, настоящий – и кажется, что любая женщина приняла бы за счастье быть рядом.

На портрете с Гаспаром изображён юноша. Почти его копия: те же глаза, линия скул, губы.

Похож на сына.

Но Гаспар сказал, что у него никого нет.

На другом портрете Гаспар с женщиной. У неё светлые волосы. Спокойная, уверенная красота. Она смотрит прямо, как хозяйка.

– Это жена лорда ван Райдена. Элизабет, – тихо за спиной произносит Николас.

Слышу, как на чайный столик ставится поднос.

Медленно поворачиваюсь.

– Где теперь его жена?

Глава 23

Глава 23

– Леди Элизабет попросила развод, и господин ей его дал, – отвечает Николас. – А это, – показывает на первый портре, – сын господина – Калеб. Он погиб на войне.

Смотрю на лицо юноши на холсте.

Совсем молодой. Война пожирает детей.

Это огромный удар по родителям – я не представляю, как можно такое пережить.

Гаспар перенёс потери, потерял здоровье, но остаётся стойким, продолжает работать – у него должно было быть какое-то совещание…

Я перевожу взгляд на раскрытую дверь спальни.

В сердце что-то колышется, и я иду к нему.

Успеваю вовремя.

Кожа покраснела. Касаюсь лба и мгновенно понимаю – жар.

А через мгновение начинаются судороги.

Приди я чуть позднее, потеряла бы его.

Я открываю лекарский чемоданчик и берусь за дело.

Капитан Метс и Николас тревожатся, спрашивают.

Приезжает полисмен и допрашивает об обстоятельствах выстрела, с ним разбирается Метс.

Почти одновременно с ним приезжает ещё один человек.

Я слышу из гостиной приглушённый хрипловатый голос и понимаю, что это магистр Гидеон Риммер.

Значит, Метс вызвал его.

Правильно.

– Здравствуйте, как тут у нас? – раздаётся на пороге спальни добрый, с лёгкой хрипотцой голос.

Я поднимаю взгляд и вижу пожилого лорда невысокого роста с аккуратно подстриженной белой бородой и пенсне на переносице.

– Магистр Риммер? – произношу я. – Я Николь… – осекаюсь, по привычке чуть не назвав фамилию Сола. – Я невеста Гаспара и целительница. В него попал магический армейский заряд.

– Невеста? – Риммер внимательно смотрит на меня через пенсне. – Я знаю Гаспара двадцать лет. Последнее время вижу его почти каждый день – про вас он ничего не говорил.

Магистр решительно проходит ближе, ставя чемоданчик на стол.

– Введите в курс, целитель Николь.

Я рассказываю о состоянии и предпринятом лечении. Голос ровный и холодный. Но внутри всё дрожит от страха и несправедливости. Я вытащу Гаспара, чего бы мне это не стоило. Он заслуживает жизни, он не может умереть.

– Вы военный целитель? – смотрит поверх пенсне Риммер, словно хочет рассмотреть внимательнее.

– Да, я работала в госпиталях.

– Это заметно. Я когда-то тоже служил на передовой.

Риммер берётся за Гаспара, водит над ним артефактами.

– Жар сейчас начнёт отступать, – произносит он хрипловатым голосом. – Ваше лечение действует.

И поднимает на меня взгляд:

– Вы всё сделали правильно, целитель Николь. Не волнуйтесь так. Вижу, что он вам дорог. Расскажите же, где познакомились. Давно вы его невеста?

– Гаспар сделал предложение сегодня. Остальное пусть он сам вам расскажет, когда очнётся.

Перевожу тревожный взгляд на Гаспара, его грудь тяжёло, но ровно вздымается.

Поправляю простынь, покрывающую его тело. Провожу ладонью по лбу.

Лихорадка отступает.

Однако радоваться рано.

Повреждения от выстрела очень сильны, драконья регенерация не работает. Восстановление будет долгим и тяжёлым. Если Гаспар, конечно, вообще очнётся. Разряд и последующая лихорадка могли повредить мозг.

– Нужно сменить повязку и наложить новую мазь, – произношу я и тянусь к своему чемоданчику.

– Вы позволите, если я это сделаю? А вы отдохните немного, Николь, присядьте, – произносит Риммер.

– Хорошо, спасибо.

Я присаживаюсь на край постели и бросаю взгляд на стол, где у Гаспара расставлены целые батареи эликсиров, рассматриваю.

Половина из них обезболивающие разной направленности, часть разжижающие кровь – для тех, кто мало двигается очень нужные. Есть ещё от внутренних отёков и кровоочищающие. И эликсиры чёрной магии – от них фонит злой энергией, которую я чувствую на расстоянии.

Повреждённые ноги – это только вершина всех его травм.

Какие же звери те, кто его искалечил.

– Магистр Риммер, – произношу, наблюдая за тем, как он ловко накладывает маль. – Гаспар сказал, что вы искали способ исцелить его. Расскажите мне всё, что вам известно. Пожалуйста, – прошу тихо.

Магистр смотрит на меня поверх пенсне.

– Расскажу, отчего же не рассказать, – говорит он.

И делится со мной, оперируя сложными терминами. Как целитель я его хорошо понимаю.

Риммер описывает ритуал, который очистит кровь от яда. И главным элементом служит кровь близкого родственника.

Как и говорил Гаспар.

Я тяжело вздыхаю. Безнадёжность стискивает грудь.

– Я поняла, спасибо, – произношу.

Взгляд возвращается к эликсиру чёрной магии.

– Я хочу попросить вас об одной вещи, магистр.

– Слушаю, Николь.

– Не готовьте для него больше это, – поднимаю пузырёк. – Сегодня это чуть не убило его.

Магистр Риммер забирает у меня из рук пузырёк.

– За это можно лишиться головы, Николь. Забудьте, что видели это.

Глава 24

Глава 24

Маршал Сол Бекфорд

Тишина кабинета давила. Он ждал новостей о смерти, но весь день стояло гробовое молчание.

Бокал крепкого, сигара.

Бекфорд медленно пил в одиночестве и думал.

Кайзер.

Севидж.

Убиты в пытках.

– Он не мог сделать это один, он калека, – хрипло произносит Бекфорд в темноту. – Значит, есть ещё кто-то, кто работал на него. Кому всё известно.

Медленно втягивает в себя дым. Выдыхает через нос.

– Увёл мою жену. Собака.

Опрокидывает остатки горького напитка в рот и морщится.

Сегодня Бекфорд был у королевы, запланированный приём, на котором они должны были появиться вместе с Николь.

Пришлось сказать, что жена приболела.

На столе лежат бумаги на развод, на которых ещё не иссохли чернила – осталось только подписать. Он всё подготовил. Но история о побеге Николь не должна выйти наружу. Она сделает заявление перед королевой о болезни и отправится в монастырь.

Он заставит её.

Поэтому Сол приказал прикончить ван Райдена.

Такое дело не доверишь чужому, поэтому он поручил исполнение Уинстону – самому меткому стрелку из них всех.

Уинстон поклялся, что попал.

Армейский демонический заряд должен был уложить ван Райдена в могилу, даже слегка задев. Это слишком мощная магия для калеки. Он даже не дракон. Не маг. Кусок мяса. Калека.

За домом ван Райдена сразу же выставил наблюдение. Приезжал знаменитый лекарь, министр Риммер. У Райдена сильные связи – Сол этого не учёл.

Раздаётся стук в дверь.

– Ваша светлость, прибыла полиция, – докладывает слуга.

Бекфорд тушит сигару, размазывая её по пепельнице. Внутри поднимается что-то дикое, звериное.

Полиция не смела приходить к нему.

К НЕМУ.

Он – маршал королевства, занимает политический пост.

– Пригласи, – хрипло бросает Сол и откидывается на спинку массивного кожаного кресла.

В кабинет входит ссутуленный полисмен. Кланяется. Боится наступить на дорогой ковёр.

– Лорд Бекфорд, это правда, что сегодня утром вы хотели вызвать на дуэль лорда Гаспара ван Райдена? – спрашивает страж закона.

Бекфорд медленно поднимается.

Полисмен сильнее съёживается и отступает к двери, словно оказался с хищником в клетке.

Сол подходит к стражу закона вплотную, оказавшись выше его на целую голову, и вдавливает в его ладонь деньги.

– Убрать моё имя из подозреваемых. Написать в рапорте, что ван Райден сам себя подорвал от того, что обезумел в плену демонов.

Полисмен опускает взгляд на купюру в тысячу крон, украшенную золотым тиснением, и его лицо сразу делается понимающим.

– Так точно, маршал Бекфорд. Обезумел в плену демонов.

Сол сжимает зубы и чувствует, как верхняя губа подёргивается от напряжения.

Внутри разливается холодная ярость.

Проводив полисмена, Сол возвращается в спальню.

Тут всё иначе, даже пахнет по-другому. Не так, как было ещё вчера с женой.

Ему не нравится. Чужое.

В постели спит девушка. Она кажется чуждой, он привык к другой женщине в своём доме. Только одну он называл женой.

Это всё привычка. Пройдёт.

Николь шлюха и предательница.

Больше не вспоминать.

Бекфорд устало садится на постель, расстёгивает пуговицы на кителе.

Виктория просыпается, тянется к нему.

– Милый, – мурлычет. – Ты пришёл. Я соскучилась.

Бекфорд тянется к Виктории, кладёт на живот массивную ладонь. Загорелая кожа сильно выделяется на полупрозрачной ночнушке. Он гладит живот.

Его ребёнок. Наследник. Дракон.

Николь не могла родить ребёнка пятнадцать лет. Никчёмная. Шлюха. Всё правильно. Развод – это правильно.

Виктория тянется целовать его, но он направляет её вниз, к своим бёдрам.

– Займись делом.

Проходит две недели.

Новостей о смерти всё нет.

Докладывают, что вокруг дома ван Райдена зубастая охрана. Никто не проговаривается ни за какие деньги. К магистру не подступиться. Ничего не известно уже две недели. Это раздражает.

Но кое-что за это время сдвинулось.

Он закрыл больницу Николь.

Достаточно было одного разговора на охоте. Хорошо провели время и дела порешали.

На прошлой неделе из больницы вывезли последние медикаменты и лечебные артефакты, и там была Николь.

Его. Всё ещё его.

Он наблюдал за ней из кареты на противоположной стороне улицы.

Как будто осунулась и похудела.

Он едва сдержал порыв подойти и отволочь её домой – свою жену.

С ней была охрана. Отчаянные головорезы. Бекфорд не хотел скандала.

Тогда же на охоте Сол попросил мэра поднять арендную плату за особняк ван Райдена. Втрое. В надежде, что ван Райден, если жив, поедет разбираться, и тогда его можно будет добить.

Но ван Райден не показывался на люди.

Зато Николь устроилась на работу штатным лекарем в другую больницу, но принимает пациентов на дому, в отдельном крыле особняка.

Сол допрашивал всех, кто бывал в доме, но никто не видел внутри калеку. Тяжелобольного. Никого, кроме охранников.

Время играло против него.

Живот у Виктории скоро начнёт расти. Любопытные начнут задавать вопросы, сравнивать сроки женитьбы и возраст младенца.

Бекфорда это не устраивало.

И тогда он решил выяснить всё сам. Он знает Николь, как облупленную. По глазам поймёт больше, чем она ему скажет.

А повод навестить – вот он.

Бекфорд достаёт из стола чек за последние эликсиры от бесплодия на триста тысяч крон.

Он его не погасил, жадность давила.

Её долги – её проблемы.