Текст книги "Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Юлия Фирсанова

ГЛАВА 5
Проверки на прочность

Утро наступило как-то неожиданно быстро. Элька разлепила глаза, с удивлением ощущая, что почти выспалась, и, отодвинув полог балдахина, бросила взгляд на круглые настенные часы. Стрелки неумолимо показывали без семи минут восемь! Завтрак!!!

Элька во второй раз за текущие десять часов подпрыгнула на кровати, соскочила с нее и помчалась в ванную. Две минуты на умывание, полторы на прическу, еще полторы на то, чтобы влезть в футболку и шортики. Выскочив в коридор, девушка не торопясь, как будто так и задумывалось, прошла в столовую. У самых дверей ее нагнал запыхавшийся Макс и наскоро поздоровался:

– Привет!

– Привет! – доброжелательно откликнулась Элька, с интересом разглядывая сегодняшний наряд парня, представлявший собой обрезанные в районе колен линялые джинсовые шорты с бахромой и мятую растянутую футболку с некогда ярко-оранжевой молнией и надписью: «Не влезай, убьет!» Молния указывала куда-то в сторону правой пятки технаря, угрожая всем букашкам, вздумавшим покуситься на его конечность.

Без одной минуты восемь Элька приблизилась к столу и заняла свое законное место между вором и Галом. Фин лукаво подмигнул девушке и поинтересовался:

– Что снилось, не кошмары, часом?

– Это смотря с какой стороны поглядеть, – радостно ответила Элька, пояснив: – Ведь мне снился ты.

Потом она вспомнила старинную примету о том, что в первую ночь на новом месте положено видеть во сне будущего супруга, фыркнула, подумав, а не испортить ли настроение вору этим сообщением, но смилостивилась и решила поберечь нервную систему парня, хотя бы ради крыса.

– Я польщен, – фыркнул в ответ Фин и игриво уточнил интимным шепотом: – Чем же я занимался в твоем сновидении?

– Поливал капусту под руководством Гала, – громко и честно ответила Элька.

– Вряд ли этот сон можно считать вещим, – с видом знатока задумчиво протянул Лукас, делая донельзя серьезную физиономию и складывая руки на груди. – Как вы считаете, мадемуазель Мири?

Эльфийка включилась в игру, напустив на свою мордашку выражение томной загадочности:

– Сложно определить наверняка, сударь, но, принимая во внимание высказанную ранее точку зрения, я, пожалуй, тоже скажу, что образы этого сновидения не пророческие. Хотя все может быть…

– Эй, да вы надо мной издеваетесь, – сделав вид, что это только что до него дошло, возмущенно воскликнул Рэнд.

– Смотрите-ка, он догадался, – испуганно протянул Лукас. – Что же теперь будет?

Мири и Макс улыбнулись. А воин продолжал сидеть все с таким же непробиваемо серьезным лицом.

– Завтрак, – ответила Элька, и на этом шутливая пикировка завершилась, поскольку скатерть, не дожидаясь приказа, взялась за сервировку стола.

Перед девушкой в высоком фарфоровом бокале с темно-синим рисунком появился персиковый сок, у Рэнда какой-то напиток, по запаху напоминающий кофе, от лиловой жидкости в кружке Гала до девушки донесся причудливый аромат чая, сена и летнего луга.

– Кофе! – радостно констатировал Макс, с наслаждением понюхал свою коричневую бадью, отхлебнул порядочный глоток и непосредственно поинтересовался у эльфийки: – А что тебе налили?

– Сок грановики, – охотно удовлетворила его любопытство Мирей, поднимая хрустальный бокал с чем-то рдяным.

Оделив всех напитками, скатерть материализовала на столешнице блюдо с горячей сдобой, горшочки каш, масло, какое-то варенье или джем, крекеры, темные хлебцы, поджаренные ломтики колбасы, мяса, сыр, фрукты, несколько тарелок с листьями. Впрочем, листва у Эльки вдохновения не вызвала. Охотно признавая ее гипотетическую витаминную полезность, девушка потянулась к блюду со сдобой. Вежливо сказав: «Спасибо», Элька взяла булочку, обсыпанную корицей, и принялась за еду. А вот загадочный Гал действительно выбрал какую-то кашу-размазню, листья и хлебцы.

– Так что мы сегодня делаем? – полюбопытствовал Рэнд, выкладывая перед Рэтом сыр, видимо, крыс любил его не меньше Тэлина, кусок колбасы и нарезанное дольками яблоко.

Зверек благосклонно принял подношение и чинно принялся за еду.

– Сразу после завтрака со мной и Галом двое направятся в подвал, а оставшаяся пара подойдет где-нибудь через час-полтора, – предложил Лукас. – Таким образом, до обеда мы успеем провести проверку и поделиться с вами результатами.

– Чур, я первый. Пойдем, Элька? – тут же азартно заявил Фин.

Поскольку девушке было совершенно безразлично, в какой очереди она окажется – не за колбасой стоять, – спокойно кивнула, подтверждая согласие. Мири и Макс, по природе чуждые спорам, тоже не стали возражать Рэнду.

Так что, поев, Элька и ее сосед спустились вниз за господами проверяющими.

– Ну я пошел являть свои выдающиеся магические таланты, – пообещал Фин, махнул рукой Эльке и последовал за Лукасом.

Она же пошла направо, ориентируясь на спину молчаливого Гала. Тот, видно, уже загодя облачился в необходимую одежду: светлую рубашку с коротким рукавом и темные штаны. Перешагивая порог зала и закрывая за собой дверь, Элька не удержалась от ехидного комментария:

– Оставь надежду всяк сюда входящий!

Гал все-таки обернулся к девушке, чуть вскинув бровь.

– Цитата из одного причудливого мрачного произведения, названного комедией, – ухмыльнувшись, пояснила Элька. – Судя по твоей хмурой физиономии, в тему.

– Я не хмурый, – покачал головой воин.

– А очень хмурый, – подхватила Элька. – Ты что, никогда не улыбаешься?

– Зачем? Не вижу ничего смешного, – спокойно ответил Эсгал, продолжая стоять и смотреть на нее так, как, наверное, медведь смотрит на надоедливо жужжащую у его носа муху: отмахнуться бы лапой, да лень из-за такой мелкоты шевелиться.

– Ну ладно, может, в твоей профессии серьезность и уместна, – вынужденно согласилась Элька, покачав головой. – Но как же ты тогда с девушками общаешься?

– Я с ними не общаюсь, я им плачу, – ответил Гал, и на сей раз на его хмуром лице проступила быстрая, может, чуть горьковатая ироничная улыбка.

– Логично, – рассмеялась Элька и перестала донимать воина, подумав, что он хоть и выглядит непробиваемым, тоже способен комплексовать из-за пустяков, типа белой полоски шрама на лице, а шутить все-таки может. Главное – как следует его растормошить!

Пока шел разговор, Гал завязал волосы черным кожаным ремешком, который достал из кармана штанов. Потом бегло оглядел наряд Эльки и кивнул, в целом найдя его подходящим, а вот обувь забраковал.

– Твои шлепанцы не годятся для занятий, можешь вывихнуть ногу, – сказал воин, давая понять, что шутки кончились. – В следующий раз надень что-нибудь, мягко фиксирующее щиколотку.

– Слушаюсь, командир, я их и сейчас могу снять. – Элька с готовностью скинула с ног шлепанцы и загнала их правой ногой под скамейку у стенки. – Надо так надо.

Впрочем, особого дискомфорта она не ощутила, покрытие пола было достаточно упругим и даже каким-то чуть теплым на ощупь.

– Владеешь ли ты каким-нибудь видом оружия или стилем борьбы? – для проформы поинтересовался Гал, очевидно не надеясь на положительный ответ.

– Нет, – честно призналась девушка. – Дралась только в детстве и не в целях изучения какого-нибудь стиля, а ради возмездия обидчикам, до победы и в таком помутившемся состоянии сознания, что в себя приходила только над поверженным врагом.

– Ты что, берсерк? – На сей раз, кажется, воин удивился всерьез и окинул Эльку повторным изучающим взглядом.

– Нет, наверное, – на секунду оторопев (в ее представлении берсерками были какие-то древние викинги, закусывающие мухоморами и собственными щитами), ответила девушка. – Когда я поняла, что посмеяться над оскорбителем лучше, чем стукнуть, драться перестала. А насчет владения видами оружия тоже полный ноль! Совсем маленькая стреляла из игрушечного лука, рогатки и плевательной трубочки, подростком, бывало, ходила в тир. Там из винтовки по мишеням била. Но последний раз была в тире лет пять назад.

Гал снова внимательно оглядел Эльку, на сей раз оценивая не специфическую одежду, а телосложение. «Как какой-нибудь фрукт на базаре или собачку на выставке», – опять пришли в голову девушке сравнения. Последнее было совсем обидно. Протянув руку, воин придирчиво ощупал мускулы на руках жертвы, потом дал очередную команду:

– Подними руки и держи их перед собой. Я буду нажимать на них, потом отпущу, постарайся, чтобы они не двинулись.

– Играем в «Форт Байяр», – хмыкнула девушка, вспоминая один из конкурсов прославленной телеигры, но инструкции исполнила в точности.

Теплая, в кожухе жестких мозолей от рукояти меча и постоянных тренировок ладонь легла на ее запястья, и непреодолимая сила потянула конечности к земле. Закусив губу, Элька напрягла мускулы, не собираясь сдаваться без сопротивления. А Гал даже не прилагал сколько-нибудь серьезных усилий. Спустя несколько секунд плавным, но очень быстрым движением, таким, что девушка видела, как рука воина почти смазалась в воздухе, он убрал ладонь. Чуть дрожащие руки Эльки дернулись вверх.

– Теперь следующее упражнение. Закрой глаза и внимательно слушай. Когда я щелкну пальцами, вот так, – Гал продемонстрировал звучный щелчок, – как можно быстрее хлопай в ладоши. – Завершив краткое объяснение, воин на всякий случай уточнил: – Понятно?

– Да, о великий сенсей, – улыбнувшись, поклонилась Элька, покорно закрыла глаза и подумала: «Хорошо еще, что не вечером проверяют, а то могла бы и стоя задремать». Почему-то в обществе Гала было странно спокойно.

Несколько секунд в зале раздавались только щелчки и хлопки, потом Эсгал объявил:

– Достаточно, теперь я зайду тебе за спину. Как только ты почувствуешь, что я коснулся тебя, топай левой ногой.

Элька захихикала, почему-то в голове закрутились строчки старинной песенки ямщика «Тпру, кобылка верная!..». Гал вздохнул, не понимая, что забавного нашла эта странная девица в его словах, но терпеливо переждал вспышку веселья, дабы не нарушать чистоты эксперимента, и только после этого возобновил проверку реакции на слух, зрение и осязание. Девушке еще пришлось хлопать в ладоши и ловить падающие из рук Гала цепочки. Потом воин принес корзинку с маленькими мячиками и принялся объяснять Эльке правила игры в «вышибалы»: «Я кидаю, ты уворачиваешься».

– А ты меня этими мячиками не пришибешь? – скептически уточнила она, вспоминая огромный меч Гала, который она бы, наверное, и подняла не без труда.

– Я умею соизмерять силу, – ободрил девушку воин и прибавил в утешение: – В крайнем случае, если неудачно подставишься, заработаешь несколько синяков.

– Надеюсь, не на лице. – Элька снова вспомнила детские годы, когда пару недель ей пришлось ходить в школу с выдающимся фонарем под глазом. Причем, что обидно, сей трофей был получен вовсе не в честной драке, а в процессе игры в пятнашки в раздевалке. Ну та вешалка, ей-богу, сама выпрыгнула из-за угла! Так, завидев Элькину дивную мордашку с подсветкой, мамаши всех младших школьников хватали своих чад и утаскивали подальше от «страшной забияки», пока та не покалечила их.

– Туда целиться не буду, – пообещал воин, и, кажется, по его губам снова проскользнула мимолетная улыбка.

– Тогда давай кидайся! – согласилась Элька и еще несколько минут добросовестно пыталась увернуться от вездесущих мячиков, летящих, кажется, со всех сторон разом. Бил он прицельно, но, как и обещал, аккуратно и не по лицу, кажется, даже синяков не оставил.

Наконец испытания завершились, и Эсгал спокойно, без упрека, вынес свой суровый вердикт:

– Даже для девушки мускулы слабые, реакция средняя. Нужно тренироваться. Я объясню тебе, какие упражнения, как регулярно и сколько делать.

В его словах не было намерения нанести оскорбление, лишь простая констатация факта. Элька кивнула, она и не ожидала другого вывода, и, разумеется, не обиделась, обижаться на правду – себя не уважать. А Гал тем временем продолжил:

– Теперь об оружии. Завтра подберем тебе в оружейной легкий лук, шпагу и кинжал по руке. Со временем тренировок определимся позднее. А пока не пришел Рэнд, можешь еще позаниматься. – Гал кивнул в сторону брусьев. – Я посмотрю на твою гибкость.

Это распоряжение Элька выполнила охотно. Улыбнувшись, подбежала к снарядам, под которыми было навалено достаточно мягких матов, и забралась на брусья. Ей всегда нравилось кувыркаться и лазить по канатам, деревьям, брусьям, лестницам. Все-таки, наверное, сэр Чарльз Дарвин, вопреки мнению креацианистов, был прав относительно происхождения человека, а может, первые люди слишком много общались с обезьянами, вот и нахватались лишнего.

Кстати, что особенно понравилось девушке, сам Гал тоже не стал бездельничать, прохаживаясь по залу с начальственным видом, как поступали многие известные Эльке в школьные годы учителя физкультуры. Сами походившие на шарики с ножками, эти горе-педагоги еще умудрялись устраивать разгон каким-нибудь бедолагам, у которых не получался обязательный для сдачи норматива «подъем с переворотом», и никак не желали понимать, что существуют на свете люди, боящиеся, скажем, высоты.

Да уж, Гал отличался от таких учителей, как небо от земли, или уж вернее, как орел от индюков! Воин подпрыгнул, почти взлетел, легко подтянулся и, зацепившись ногами за самую высокую поперечную планку брусьев, начал методично подымать тело к коленям. Что ж, кланялся потолку Гал очень умело. Спокойные, без нервных червеобразных рывков и усилий, плавные движения действовали на наблюдателей завораживающе. Моргнув, Элька отвернулась и переключилась на кувырки.

– Я пришел! Мосье Лукас уже поражен моими талантами, настала очередь Гала, – радостно объявил Рэнд, врываясь в зал, и с видом знатока заметил: – Хорошо смотритесь, господа! Может, и мне с вами повисеть?

– Что, всегда мечтал повисеть за компанию? – пряча улыбку, спросила Элька, спрыгивая на маты. – Что ж, теперь понятно, чем вызван твой выбор профессии.

Почти неслышно, как большой кот, приземляясь рядом с Элькой, насмешливо фыркнул Гал.

– Нет, решительно все меня сегодня обижают, – плюхаясь на скамейку у стены рядом с дверью, пожаловался Рэнд крысу, привычно восседающему на плече хозяина.

– У-у, тебя еще не начали обижать по-настоящему, – глумливо захихикала Элька, возвращаясь к своим покинутым на время проверки-разминки шлепанцам. – Ты это поймешь, когда будешь выползать из спортзала после занятий, если, конечно, будешь в состоянии ползти. Правда, Гал?

– Без сомнения, – совершенно серьезно ответил, как припечатал, воин, но в его зеленых глазах с вертикальными зрачками девушка снова углядела пару случайных смешинок и записала гордо в свою копилку очередной успех на ниве улучшения настроения воителя.

Рэнд опасливо передернул плечами.

– Я могу идти, учитель? – обратилась Элька с вопросом к Галу.

– Да. – Тот сдержанно кивнул, и девушка уловила его молчаливое одобрение того, что спросили его разрешения. В этом зале не было равноправных членов команды, зато присутствовали наставник и ученики.

– Пока, развлекайтесь! – Помахав ручкой, Элька удалилась.

Стукнув для порядка в дверь комнаты магии, она вошла внутрь. Мосье Лукас стоял перед большим столом и задумчиво поглаживал тот самый «гадательный» шарик на треножнике, который Элька углядела еще в свое первое посещение комнаты.

– А, мадемуазель, присаживайтесь и устраивайтесь поудобнее, – приветливо улыбнулся маг посетительнице, поправил выбившийся из прически локон и кивнул в сторону кресла.

Поудобнее так поудобнее. Скинула шлепанцы и забралась в мягкое кресло, подобрав под себя ноги.

Лукас усмехнулся и, повернувшись к столу, аккуратно снял с подставки шар.

– Это и есть знаменитый шар Лахтера? – уточнила девушка.

– Я поражен точностью вашей памяти, мадемуазель, – галантно заметил маг. – Это тот самый предмет.

– Это просто у меня мозги не так, как у всех нормальных людей, работают – чем название интереснее, тем легче я его запоминаю, а что-то элементарное запросто из головы вылетает, фьють – и хоть убейся, не вспомнить, – оправдываясь, хихикнула Элька.

– Оригинальность встречается куда реже посредственности, – наставительно ответил Лукас. – Сейчас, мадемуазель, я дам вам этот магический инструмент, вы возьмете его в руки и, не напрягаясь, будете спокойно смотреть на него. Расслабьтесь, насколько сможете, позвольте мыслям легко скользить по граням сознания и поверхностям шара.

– Зачем? – въедливо спросила девушка.

– Таким образом вы настроитесь на шар. Он своего рода усилитель и демонстратор магических талантов; по тому, что будет происходить, я попытаюсь установить, каким даром вы обладаете. Если, конечно, у вас есть магический дар, – обстоятельно объяснил маг. – Эта процедура совершенно безболезненна.

– Давайте вашу игрушку, я не боюсь, – тут же заявила Элька, тряхнув головой. – Мне просто было интересно, как она работает.

Лукас понимающе улыбнулся, подразумевая, что робеть перед незнакомой магией не стыдно, и передал испытуемой шар. Отступив на пару шагов, присел на стул так, чтобы иметь возможность пристально наблюдать за состоянием шара и одновременно держать в поле зрения всю комнату, особенно стоящее на столе небольшое зеркало в изящной бронзовой оправе в виде двух женских ручек.

Элька обхватила ладонями шар, он оказался странно легким и ощутимо теплым, как нагретое солнцем яблоко. «Значит, это не обычный хрусталь», – подумала она, но тут же оборвала свои размышления, вспомнив пожелание Лукаса о максимальной расслабленности. Попыталась честно следовать всем указаниям мага. Это оказалось совсем несложно, может быть, волшебный предмет сам помогал нетренированному сознанию. Девушка показалась сама себе звонкой, прозрачной, как этот шар, и легкой, как пушинка. В голове словно открылись какие-то запертые давным-давно и совсем позабытые двери, словно свежий вихрь, пахнущий персиками, розами и грозой, пронесся сквозь замершую в предвкушении бури душу, заставил завибрировать каждую клеточку тела.

Маг тем временем внимательно следил за происходящим. В шаре сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее закружился цветной сияющий водоворот из мелких вихрей. Зеркало, стоящее на столе, треснуло и разлетелось на куски. На полках слева взметнулось высокое алое пламя. Лукас молниеносно выбросил в этом направлении руку, обволакивая огонь и преграждая к нему доступ воздуха. Язычки странного костра трепыхнулись и опали, оставив нетронутым дерево и пепел от трех стоявших рядом мешочков. Не успело утихнуть пламя, как в комнате неожиданно сгустился розовый туман, потом рассеялся, но пошел нежно-бирюзовый снег, похожий на пух, исчезающий не долетая до пола. Испуганно задребезжали хрупкие магические предметы и приспособления. Несколько ларцов выпрыгнули из ниш, один из них стремительно полетел и ударился в дверь, после чего упал на ковер, два закружились под потолком в причудливом вальсе, еще пара тихо поползла по полу в разные стороны, один исчез вовсе и проявился в соседней нише изрядно расплющенным.

Приоткрыв в удивлении рот, маг восхищенно наблюдал за этим светопреставлением. В волнении зашелестели магические книги. Потом небеса, вернее, потолок разверзся, и на комнату обрушился настоящий дождь из ярко-красных, желтых, зеленых и совершенно полосатых яблок, испускающих одуряющий аромат спелости. Три яблока не нашли мишени лучше, чем макушка Лукаса. Ударившись о его пахнущие лавандовым шампунем волосы, они лопнули и соскользнули вниз, оставляя на голове и лице прекрасную витаминную маску. Это показалось несколько чересчур даже такому завзятому экспериментатору, как мосье Д'Агар. Он вскочил на относительно свободное от яблок пространство между своим стулом и креслом Эльки и завопил, размахивая руками:

– Достаточно, мадемуазель, достаточно!

– А? – Элька вышла из блаженного состояния, в которое погрузилась благодаря шару, и, оторвав от него взгляд, огляделась вокруг.

– Это поразительно! Charmant! – продолжал экспрессивно восклицать маг, пока Элька разглядывала царящий в комнате бедлам. – Ничего подобного прежде не видел!

– И что, все это я натворила? – восторженно воскликнула Элька, бережно отложив шарик, и, ухватив с пола особенно привлекательное огромное красное яблоко, впилась в него острыми зубками.

– Oui, – удовлетворенно вздохнул Лукас, на ощупь выбирая у себя из волос яблочную мякоть. Но это занятие ему быстро надоело, и мосье сплел чары очистки, избавившие от посторонних включений его великолепную прическу.

– Класс! А вкусно! – довольно констатировала хулиганка, продолжая с аппетитом уплетать сочное яблоко, а потом на мосье посыпались вопросы: – И что все это значит? У меня есть какой-нибудь магический талант?

– Разумеется, и феноменальный, мадемуазель, – кивнул маг, осторожно отодвигая шар подальше от подопытной, пока ей, чего доброго, снова не вздумалось его ухватить. Вихрики – творения Лахтера – окончательно улеглись. – Обычно дар испытуемого определяется по изменению цветовых характеристик шара и видений, что проецируются из его глубин в зеркало, связанное заклятьем с шаром. – Маг кивнул на пустую оправу, все еще стоящую на столе. – Но в исключительных случаях происходящее выходит из установленных магом рамок. В специальной литературе по шару Лахтера перечислено несколько видов таких исключений из общего правила. Одним из них является проявление стихийной магии, не подчиняющейся уложениям. Совпадают все признаки. У меня не осталось никаких сомнений! Поздравляю вас, мадемуазель Элька, вы хаотическая колдунья! Я счастлив, что мне удалось выявить такой уникальный талант!

– Ну ладно хоть не повелительница яблок, – фыркнула Элька, метко забрасывая огрызок в стоящую под столом корзину для мусора. – А что значит «хаотическая колдунья», Лукас?

Маг вернулся к своему стулу, уселся поудобнее, закинул ногу на ногу и довольно пояснил:

– Хаотическая колдунья – не маг в общепринятом смысле этого слова, ее нельзя обучить заклинаниям, вернее, не рекомендуется, слишком непрогнозируемым может быть результат наложения стандартных магических приемов на волну хаотической силы. Талант проявляется сам в специфических ситуациях, повинуясь сильным чувствам хозяйки, и сам же выбирает характер своего проявления, которые могут быть совершенно разнообразными! – Лукас невольно обвел взглядом пострадавшую от хаотических экспериментов комнату. – Обычно стихийная магия проявляет себя очень рано, но, вероятно, тот мир, в котором обитала мадемуазель, не был благоприятной средой для развития ее таланта. Сейчас же, когда шар стимулировал этот процесс, вы очень быстро станете чрезвычайно сильной хаотической колдуньей. Поначалу, я думаю, возможны некоторые недоразумения, но в конце концов все образуется. Хаотическая магия поистине уникальна и зачастую способна действовать там, где всякая другая абсолютно бессильна, к тому же позволяет устоять практически против любой другой школы магии. Проще говоря, заклинания, направленные на мадемуазель и подсознательно оцененные ее чувствами как негативные, будут подвергаться хаотическому преобразованию ее магией.

– Греза лодыря, – хмыкнула Элька, беря еще одно, на сей раз желтое, яблочко в ядовито синюю крапинку. – Все происходит само собой, и ничему не надо учиться.

– О, это совсем не верно, мадемуазель. Конечно, никто не в состоянии обучить хаотической магии. Вам надо будет постигнуть на самом глубинном уровне зависимость магии и чувств и уметь разграничивать эти две сливающиеся воедино силы, если вы не желаете постоянных магических эффектов, – возразил Лукас, – поскольку разные эмоции вызывают и различные хаотические реакции. А мы пока еще даже не знаем, какие именно чувства будут наиболее сильно стимулировать проявления вашего дара.

– Когда я держала шар, то была почти спокойна, думала о легкости, о полете, о том, что он немного похож на яблоко. Вот и результат… А в принципе хаотическая магия должна быть чем-то типа рефлекса, – задумчиво протянула Элька, почесывая носик.

– Что? – слегка нахмурился мосье, уязвленный тем, что девушка употребила незнакомое ему – магу широкого профиля – слово.

– Ее проявления не контролируются сознательно, но можно приучить магию проявляться при определенных условиях, – пояснила свою версию девушка.

– Совершенно верно, – согласился Лукас. – Я читал, что некоторые хаотические маги выпускают свой талант благодаря исполнению различных по настроению мелодий.

– Эта информация мне ничем не поможет, – скорбно вздохнула Элька. – У меня нет музыкального слуха.

– Значит, мадемуазель изобретет свой личный способ владения хаотической магией, только и всего, – уверенно заявил Д'Агар.

– Постараюсь. Жалко только, что утилитарного назначения у моих способностей нет и не будет, – согласилась Элька, вспоминая о детских мечтах мгновенно оказываться там, где хочешь, говорить мысленно, летать. – Зато оригинально! Проверка закончена?

– Конечно, повторный эксперимент делать не будем. Мне и после первого долго наводить порядок придется, – усмехнулся Лукас, припоминая подходящие заклинания. – Можете идти, мадемуазель Стихийное Бедствие! Надеюсь, сегодня в меня больше не будут кидаться крупными снарядами!

– Это уж как повезет, – хихикнула девушка. – Только все яблоки сразу не испаряй. Я в кладовке рядом с кухней пару подходящих корзин видела. Хоть немного собрать, ребят фруктами угостить. Уж больно вкусные!

Элька быстро доела второе яблоко, выбросила огрызок и осторожно, чтобы не растоптать яблочный ковер, выскользнула за дверь.

Корзины нашлись именно там, где она их вчера и видела. Забрав две самые большие, Элька снова побежала в подвал. Проносясь мимо столовой, где все еще о чем-то беседовали Мири и Макс – видно, безобидный технарь пришелся целительнице по сердцу, – Элька сунула в дверь голову и спросила:

– Ребята, скажите честно, вы яблоки любите?

– Я все фрукты люблю, – улыбнулась Мирей. – Хотя виноград, землянику и грановику больше.

– Ага, – согласился Шпильман, слегка оторопев от неожиданного вопроса. – А что?

– Тогда будете помогать есть, пока не посинеете! У нас нынче урожай! Минут через двадцать спускайтесь вниз, мы с Лукасом закончили. Наверное, скоро и Гал Рэнда отпустит.

Закончив таким образом разговор с так ничего и не понявшими собеседниками, Элька вернулась в подвал. Там она споро сложила лучшие яблоки из магической комнаты в две здоровенные, плетенные из какой-то темной с коричневым отливом лозы корзины и оставила в углу, договорившись с Лукасом, что тот, когда закончит проверки, попросит Гала помочь поднять корзины наверх, в кухню, не Максу же с Мирей этим заниматься.

Разобравшись с яблоками, девушка направилась к спортзалу. Рэнду пора было бы тоже вернуться с испытаний. А за компанию шляться по дому, есть яблоки и исследовать окрестности куда интереснее! Заглянув в зал, Элька увидела Фина, тихо беседующего с Галом. Причем в интонациях вора совсем не было привычной насмешки, и выглядел он, прямо сказать, весьма измученным и мокрым как мышь. Голубая рубашка стала синей, капли текли по лицу и падали с его острого носа. Воин же был свеж, как весенний рассвет, ни одна прядка волос не выбилась из-под ремешка.

– Привет, вы закончили? – полюбопытствовала Элька, протягивая мужчинам по заранее припасенному яблоку.

Гал кивнул, принимая фрукт.

– Похоже, ты уже и искупаться успел, – «позавидовала» эта ехидна вору. – Только почему-то в одежде. Так интереснее? Надо будет попробовать! Наверное, удобно, заодно и шмотки стираются!

Рэнд слабо хихикнул, не найдя в себе сил для настоящей пикировки, и с наслаждением впился в сочное яблоко, явно испытывая сильную жажду. Рэт, восседавший на скамейке рядом с мужчинами, заводил носом, приподнявшись на задние лапки, потом шустро пробрался к хозяину и начал теребить его за штанину, требовательно попискивая. Фин откусил кусок побольше и пожертвовал его другу.

– Поплавать, а потом принять теплый душ – для тебя сейчас самое лучшее, – неожиданно заявил Эсгал, а потом великодушно предложил: – Если к вечеру мышцы будут сильно болеть, скажи, я их разомну.

– Если массаж будет таким же интенсивным, как тренировка, может, я лучше сразу сам себе горло перережу, – тихо и жалобно проскулил Рэнд, но только после того, как отошел от зала на достаточное расстояние, и, подмигнув Эльке, заявил: – А ты была права насчет того, что после его урока можно лишь ползти. Меня держит на ногах только гордость. Эсгал здорово дерется! В настоящем бою я против него и минуты бы не продержался! Настоящий мастер! – восхищенно покачал головой Фин и тут же самодовольно заметил: – Зато я куда лучший вор, чем он!

– Без вопросов, – хихикнула Элька, представляя высокую фигуру гордого воина, пытающуюся под покровом ночи протиснуться в форточку, и предложила: – Пошли в бассейн?

– Айда, – радостно согласился Рэнд. – Я только одежду на смену захвачу!

– Мне тоже нужно купальник и полотенце забрать, – подхватила Элька.

Быстро изъяв все необходимое из собственных комнат, парочка снова вернулась в подвал. Дверь в спортзал была немного приоткрыта, и вор, подмигнув девушке, попросил:

– Давай посмотрим, кого там сейчас Гал терзает? Никогда себе не прощу, если такое зрелище пропущу! Мы осторожно!

И наблюдатели тихонько подкрались к двери. Там, в зале, перед Эсгалом, потерянно озираясь по сторонам, стоял босой Макс и с явным недоумением крутил в руках тренировочную рапиру, словно не понимая, как у него в руках мог оказаться этот подозрительный и опасный предмет. Видно, воин позволил технарю осмотреть оружие и теперь терпеливо ждал, когда Шпильман закончит забавляться с тупой железкой.

– Ой, больно! – вдруг вскрикнул Макс, выронил рапиру, отпрыгнул и испуганно посмотрел на небольшой порез указательного пальца, стремительно наполняющийся кровью. Потом поспешно и совершенно по-детски сунул травмированный палец в рот.

– Как ты умудрился порезаться? – в недоумении вздернул бровь Гал, укоризненно осматривая бедолагу Шпильмана. – В первый раз такое вижу! Это же совершенно тупое оружие, им невозможно пораниться. Оно абсолютно безопасно.

– Ну я просто взял ее. – Макс снова опасливо, как ядовитую змею, поднял рапиру. – И потрогал пальцем вот здесь… Ой-ой!

На безымянном пальце уже пострадавшей конечности появился новый порез, выпущенная из рук рапира снова шмякнулась на пол.

– Достаточно! Это не твое оружие, – хмыкнул Гал, сам поднял оружие и вернул его на стойку. – Значит, будешь учиться работать посохом. Нормальным людям о него порезаться никак невозможно, так что, полагаю, и для тебя это будет затруднительно.

– Я такой неуклюжий, – скорбно вздохнул Шпильман.

– Значит, в твоих интересах изменить ситуацию, – жестко отрезал воин, считая, что проявление жалости к ученикам неуместно.

– Вот бедолага! – шепнул на ухо Эльке вор, когда они осторожно пятились от двери. – Сдается мне, Гал с ним еще помучается!