Текст книги "Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Юлия Фирсанова

Глава 27
О сплетнях, искусстве самозащиты и долге

В зале курс разделился на два ручейка, каждый из которых влился в свою раздевалку. Парни гоготали, обсуждая что-то свое, девчонки большей частью заранее стонали, предвкушая непомерные нагрузки и новую порцию сломанных ногтей. Янка переодевалась молча. Хрен ли жаловаться, если ничего изменить нельзя?

В раздевалку проскользнула задержавшаяся Тита. Прижав ладошки к пухлым щечкам и округлив без того выпуклые глаза, девушка затараторила:

– Девчонки, что я сейчас видела!!! Ой, что видела!..

– Так что? – перебила болтушку после третьего повторения нетерпеливая Таата.

– Теобаль с Леорой сидят в преподавательской, а дверь сквозняком приоткрылась, они за руки держатся…

– Целовались? – деловито уточнила Ириаль.

– Нет, только за руку. И что он в ней нашел? Такой мужчина, а она самая обычная, – удивленно фыркнула пещерница.

– Леора милая, симпатичная и внимательная, – внесла лепту в обсуждение Юнина, меняя туфли на спортивные тапочки. – Не во внешней красоте следует искать прелесть!

– Ты все еще в сказки веришь? – фыркнула Тита, тряхнув кудряшками. – Тот принц свою кухарку заметил, лишь когда ей фея платье, туфли и драгоценную диадему подарила на именины.

– Эй, Ян, а ты чего молчишь? Чего скажешь? – попыталась найти поддержку в массах пещерница.

– Это их личное дело. Но в целом нам же лучше, если у них все будет хорошо, – отозвалась Янка.

– Почему? – наивно удивилась Таата.

– Счастливые в личной жизни преподаватели к ученикам снисходительнее. Спокойнее заниматься будет. А сплетничать за спиной некрасиво, – отрубила Донская.

– Вот-вот, девушки, – прозвучал в поддержку последнего мнения голос из приоткрытой двери. Скрестив руки и чуть склонив голову набок, студенток осматривала мастер Леора. При виде объекта сплетен Тита и Таата испуганно пискнули. Остальные странных звуков не издавали, но явственно смутились. Да и самой Янке стало неловко, будто она занималась чем-то некрасивым. А ведь занималась. Надо было сразу рот болтушке заткнуть, а не привычно пропускать сплетни мимо ушей.

– Выходите. Мастер Теобаль ждет студентов на построение, – невозмутимо промолвила учитель.

– Колокол вроде не звонил, – рассеянно отметила Ольса.

– Не звонил. Мастер хочет провести сортировку студентов до начала занятий, чтобы не терять времени даром, – подтвердила Леора, покидая раздевалку.

У дверей студенток ждал сам суровый эльф. Выглядел он, правда, совсем не сурово, скорее, чуть озабоченно, кивнул девушкам в знак приветствия и любезно уточнил у Леоры:

– Как массаж, помог? Спазм не повторяется?

– Нет, спасибо, – поблагодарила мастер и помахала для наглядности в воздухе рукой.

«Вот ведь, на пустом месте чуть сплетню не пустили, – мысленно ругнулась Яна. – У учителя руку свело, а эти болтушки уже невесть чего напридумывали».

Построившимся студентам мастер Теобаль объявил направление сегодняшнего занятия: «Бой и самозащита». Тем, кто обучался искусству сражаться, предложили остаться на месте, прочим велели отойти вправо, к мастеру Леоре. Ясное дело, Яна потопала к учительнице. Ольса тоже. Девушки очень удивились, когда из всей группы к ним присоединился лишь жутко недовольный Пит. Сирен, наверное, был бы и рад соврать насчет своих способностей, но даже такой самовлюбленный тип понимал – проблем, когда обман вскроется, не оберешься.

Похлопав по скамье рядом с собой, Леора предложила троице неумех подождать и послушать мастера Теобаля, быстро и четко допра… нет, все-таки расспрашивающего студентов об их талантах. Оказывается, не только парни умели драться с оружием, части названий которого Яна не знала, хоть и постаралась запомнить, что ее напарник Хаг бьется большим и малым топорами, как со щитом, так и без, а Лис легким мечом и драконьим когтем. Постоять за себя могли даже девушки. Юнина умела стрелять из лука и обращаться с кинжалом, Таата владела пращой, Тита топориком. Наверное, Ириаль тоже могла поразить врага чем-то, кроме ядовитого языка. Хотя с такими клыками и когтями у нее даже особой нужды в дополнительном оружии не было.

Яна покосилась на свои ровные, аккуратно подстриженные ноготки, поцарапать ими кого-то не представлялось возможным. Все, что могла обычная земная девушка, – это долбануть вражину в нос или в кадык. Где-то слышала, что хорошо действует удар по лодыжке, правда, проверять не приходилось. Как-то в более-менее сознательном возрасте на Яну никто не нападал.

В поселке, где слухами земля полнится, рослую девушку задевать опасались. А то она, не разобравшись, и двинуть могла, не рассчитав силы, как когда-то бедного учителя истории, вздумавшего дернуть задумавшуюся ученицу за косу. Рефлекторно развернувшись, Яночка-семиклассница так залепила молодому педагогу под дых, что он еще долго морщился при одном взгляде на девчонку и обходил ее по широкой дуге. Зато всегда, вне зависимости от того, насколько хорошо отвечала школьница, ставил ей пятерки. Может, опасался, что Яна его стукнет за четверку, изобьет за тройку, а за двойку вообще замочит в сортире?

Теобаль увел всех, хоть что-то умеющих, на второй этаж корпуса, к учителям-специалистам, а Леора осталась с тремя неучами. Или, будем точнее, с двумя неучами и одной пацифисткой. Ольса, виновато моргая чудесными длинными ресничками, объяснила, что не способна причинить боль живым созданиям в силу особенностей своего дара. Все, что она может, – это удержать растениями или усыпить. Мастер Леора пошла навстречу миролюбивой дриаде. Поколдовав над макетом, который Янка позавчера видела в преподавательской, настроила для девушки запасной полигон с движущимися мишенями и отправила прилежную ученицу, наказав оттачивать скорость и надежность фиксации на разнокалиберных болванках.

Пит и Яна так легко не отделались. Слабосильный сирен и человеческая девушка были признаны условно годными к «военному делу». Ясное дело, учить их с азов обращаться с оружием ближнего боя никто не собирался. На такое натаскивают с младых ногтей, но подобрать что-то для дальнего и приучить худо-бедно использовать Леора торжественно пообещала. В результате Цицелиру как сирену с неслабыми легкими достались духовая трубка и отравленные колючки, а Яне – рогатка. Оказывается, штуковина эта ни в коем случае не считалась детской игрушкой, при некоторой сноровке била сравнительно кучно, а заряды для нее бывали весьма специфическими – от чихательного порошка до взрывающихся шаров. Конечно, тренировать меткость и контролировать дальность запуска снарядов предстояло не один десяток занятий, но становилось ясно главное – безоружной перед потенциальной опасностью блюстительница не останется. Мастер Леора подобрала для землянки идеальное оружие, применяемое в любых мирах.

Разведя жертвы по противоположным сторонам зала, Леора потрогала какие-то выступы на стене, будто набирала код на клавиатуре, и Яна с Питом получили в свое распоряжение ряд персональных мишеней. На первых порах они находились довольно близко от стрелков. Леора бдительно контролировала процесс стрельбы, поправляя постановку рук, ног, головы, корпуса, и даже дыхание меткими фразами или несильными тычками. Мастер любезно пояснила неучам, что мало-помалу расстояние до мишеней будет изменяться, а сдавать зачет по подготовке ученик должен в кругу, отбиваясь имеющимся оружием от надвигающихся на него с разной скоростью «врагов» разнообразных форм и размеров.

Сирен застонал, Яна лишь вздохнула и покрепче перехватила удобную рукоятку рогатки. Чего ныть-то? Стрелять – это не зубрить какую-нибудь ахинею. Все объяснили, в процессе тренировки подскажут, поправят, знай только тренируйся. Она не первая и не последняя. Если раньше у других получалось, так почему у Янки не выйдет? И вообще, стрелять оказалось интересно. Азарт так захватил девушку, что она очнулась лишь от удара колокола и поняла, что вспотела почище, чем на полосе препятствий, дышит как загнанная кобыла, и руки подрагивают от усталости.

– Молодец, – похвалила старания ученицы Леора и даже потрепала девушку по плечу.

А вот сирен похвалы не удостоился. Ему мастер строго объявила:

– Ты ленился. Если на следующем занятии по обороне не будешь достаточно стараться, придется заниматься дополнительно.

– У меня запутались волосы и сломалось два ногтя, – обиженно простонал Пит.

– А-я-яй, – фальшиво посочувствовала Леора, уперев руки в бока и опасно прищурившись. – Чем же тебе помочь? Может, назначить отработку на площади? Там, говорят, плиты грязные, немытые. Обломаешь весь маникюр, и ни о чем больше переживать не придется.

– Не надо, мастер, – окончательно разобиделся непонятый красавец, сложив губки бантиком. – Я буду стараться.

– Надеюсь, – усмехнулась мастер, ничуть не задетая обидой самовлюбленного сирена.

А Янке в этот раз было совершенно плевать на все справедливости и несправедливости мира, самым важным для нее сейчас оказалось попасть в душ, пока однокурсницы не вернулись с занятий. Первые парни, не бегущие шумной гурьбой, как обычно, а чуть ли не плетущиеся нога за ногу, как столетние старички, уже показались у входа в зал. Кажется, тренировки владеющих оружием студентов похлеще, чем занятия неучей. Лис вот хоть и двигался более проворно, чем остальные, был мокр от пота, как мышь, пытавшаяся утопиться в унитазе. Хаг же раскачивался из стороны в сторону, подобно медведю-шатуну, и потирал бок. Это с какой же силой и чем надо звездануть толстокожего тролля, чтобы отбить что-то ему, а не собственную руку? Напарники кивнули Янке и скрылись в мужской раздевалке.

Леора о чем-то толковала с Ольсой, поэтому в женской раздевалке пока не было никого, не считая Ириаль. Вампирша тихо материлась сквозь клыки, разглядывая обломанный алый ноготь, вполне годный на то, чтобы величаться когтем. Исходя из того, каким прочным даже на вид казался маникюр красотки, Янка и представлять не хотела, чем таким пришлось заниматься Шойтарэль.

То ли увидев, то ли почуяв постороннее присутствие, вампирша ругаться перестала и уставилась на растрепанную и взмокшую девушку.

– Чего ты? – Яна не стала даже гадать о причинах столь пристального внимания и просто задала вопрос.

Ириаль, раздувая ноздри, постояла, покачиваясь с пятки на носок, и выдала:

– Я не буду мстить. Ловушка была в твоей комнате, но ты расплатилась: поговорила с деканом, туфли передала. Мастер Лесариус сказал, это твоя идея была – водой ногу мне облить. Мы в расчете.

– Странные вы создания, вампиры. Ну да кто там наверху за вами присматривает, пусть он тебя и судит, не мое это дело, – призналась Яна, вообще-то помогавшая пострадавшей потому, что считала это правильным, а уж от речей о мести вовсе опешила. Махнув рукой на злобную девицу, Донская пошла в душ и не видела, как после ее слов толстый черненый браслет на руке Ириаль вдруг сжался, на нем выступили абрисы летучей мыши, ворона и ровного круга, а вампирша едва сдержала крик боли и вытаращилась на своевольное украшение. Побледнела и выдавила из себя, чуть ли не кровью харкнув в спину Яне:

– Я буду должна.

Потом поднесла запястье к губам и коснулась рукой груди у сердца. Лишь после завершения странного действа картинки на браслете потускнели, сливаясь с фоном.

Вот только Янка, пустившая воду мощной струей, уже ничего не услышала. Плескаться под теплыми струями было классно, даже мозоли на ладонях стали чуть меньше болеть, и усталость немного отступила, сменившись приступом голода. Вроде и обед был недавно, а все равно лопать хотелось неудержимо. Хорошо, что занятия для Янки на сегодня завершились. Остальные ребята торопились на обязательные магические факультативы, каковые выбирали в соответствии с имеющимися талантами. А бесталанная землянка могла просто поесть! А уж потом решать, стоит сегодня отправиться на заветное место в лесочке, чтобы помучить пустышку Игиды, пописать реферат или просто поваляться на диване в комнате и немножко полениться.

Глава 28
Судьба найдет

Столовая в неурочный час была почти пустой, за столиками сидело не больше десятка незнакомых ребят. Из дверей как раз выходил тот самый придурок, пытавшийся задеть Хага в первый день и огребший право трубить побудку от доброй ректора Шаортан. Судя по взъерошенному виду и синеватым следам на физиономии, наглого задиру уже успели поблагодарить несколько студентов. Донской достался злобный взгляд, но ничего лишнего, способного продлить наказание еще на семестр-другой или, в дополнение к имеющемуся, обрести почетное право на мытье плит площади, не прозвучало.

Повар встретил Янку добродушным ворчанием насчет вечно голодных студентов и, не дожидаясь заказа, навалил еды на поднос так щедро, что девушка крякнула, проседая под тяжестью, и потащила свою ношу за пустующий стол. Ела в одиночестве и, основательно подзаправившись, вышла на крылечко, пытаясь определиться с планами.

Лень шептала на ушко одно, совесть другое. Почесав в затылке, как это обычно делал Хаг, девушка решила действовать наобум: то есть посмотреть на дорогу и дождаться первого же пешехода. Если он направится в столовую – идти заниматься с пустышкой Игиды к речке, повернет к общаге – следовать туда же и валяться на диване. «Ну а присядет на скамейку, – мысленно усмехнулась Янка, – пойду к башне и вымою лестницу за напарников».

На дорожке показался какой-то запыхавшийся второкурсник-летописец. То ли он убегал от кого-то, то ли шел с тренировки. А сейчас плелся нога за ногу и, завидев лавку, с удовольствием плюхнулся на нее и вытянул длинные ноги. Янка ругнулась про себя. Но дав слово – держи, а не дав – крепись. Даже если давал лишь самому себе и в шутку. Девушка тайком потерла набитый животик и двинулась к башне. Время как раз приближалось к четырем часам, когда волшебное сооружение должно было изволить распахнуть свои врата перед студентами, обреченными на отработку.

На площади уже нес дежурство василиск – ухажер Иоле. Он сидел на скамейке у здания архива и читал какой-то учебник. Следил за объектом с пользой. С Янкой парень поздоровался вполне приветливо, хоть и не без удивления.

– Ясного вечера. Тебе отработку назначили?

– Нет, не назначили, – вздохнула Яна и поведала о договоре, заключенном с самой собой.

– Да, повезло, – развеселился Йорд.

– Сказочно, авось хоть парням отработку мою зачтут. Если Лис с Хагом появятся раньше, чем я закончу, ты им скажи, – мрачно, хотя в этой мрачности было больше наигранности, поддакнула девушка. Больших проблем в том, чтобы вымыть несколько лестничных пролетов, Яна не видела. В своей пятиэтажке часто мыла ступеньки и за себя, и за нескольких самых пожилых одиноких бабушек подъезда.

Ровно в четыре вечера, хоть часы проверяй, дверь в Башню Судьбы открылась – без скрипа, грохота и иных спецэффектов, почти бесшумно. Янка потопала исполнять договор с совестью. Хорошо еще ведро с водой тащить наверх нужды не было. Маленькая каморка-подсобка обеспечила ведро, воду и тряпки. Вспомнив о грозном демоне-надзирателе, студентка оглядела фронт работ, назначенный напарникам для отработки, и обстоятельно отчиталась:

– Я – Яна Донская, студентка первого курса факультета блюстителей. Хагорсон и Машьелис – мои напарники, которым назначена отработка, – в данный момент на факультативных занятиях. Я могу вымыть лестницу за ребят, им зачтется?

В ответ на этот спич по контуру лестницы вспыхнула измерительная полоска. Демон дал согласие на замену.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила надзирателя Яна и приступила к мытью лестницы. Гладкие каменные ступеньки были куда чище затоптанных подъездных в поселковой пятиэтажке. Веник с совком для сбора мусора не понадобились. Небольшое количество пыли легко смывалось тряпкой. Даже вода в ведре сильно не замутилась после первого полоскания. Поэтому Янка решила вымыть все пролеты, а потом, сменив воду, начисто промыть еще разок.

С мытьем лестницы Башни Судьбы девушка справилась быстро. Лестница сияла чистотой, оставалось только прополоскать тряпку и вылить воду. Из тесной подсобки Янка пятилась задом и, наткнувшись на какое-то препятствие, на миг замерла от неожиданности, а потом резко развернулась.

Нахмурив брови, на студентку, толкнувшую ее кормой, взирала Леора.

– Ой, простите, мастер, – извинилась Яна. – Я не слышала, как вы подошли.

– Почему же ты мне все время мешаешь? – словно не слыша извинений, покачала головой учитель с самым искренним сожалением, разбавленным задумчивым интересом.

«Это когда?» – невольно удивилась девушка и округлила глаза, не припомнив за собой особых грехов по части вмешательства в жизнь преподавателей. Во всяком случае, женского пола. С мужским – Сатаной Феррумом (настоящее имя «жениха» Янка опять забыла) – вчера и правда неловко вышло.

– Почему же я не могу пройти в башню без того, чтобы не столкнуться с тобой, Яна Донская? – немного изменила вопрос Леора, коснувшись двумя пальцами подбородка.

– Я напарникам с отработкой помогаю, – оправдалась девушка.

– Значит ли это, что тебе суждено стать свидетелем того, что я желаю совершить? – светловолосая учительница закончила раздумья вслух энергичным кивком. – Да будет так. Идем.

– Куда, мастер? Я не понимаю, – чистосердечно удивилась Яна, машинально вытирая о форму мокрые после полоскания тряпки руки.

Вместо ответа Леора толкнула одну дверь, затем, быстро оглядевшись, приоткрыла левую створку другой двери и практически внесла студентку в комнату с волшебной прялкой. Ту самую, куда меньше чем цикладу назад – а казалось, прошла целая вечность – выбросило Янку, Хага и Лиса. Эх, как испуганно верещал дракончик! Да и Яне тогда было сильно не по себе.

С опаской поглядывая на опасное сооружение, тихо и мирно пристроившееся в углу как реквизит для фильма-сказки, землянка удивленно спросила:

– Вам здесь что-то надо сделать?

– Да, переписать свою судьбу, – провозгласила весьма странный лозунг Леора, подошла к магическому агрегату и вперила в него весьма грозный взгляд, полыхающий отчаянно-алчным огнем.

– Может, декана Гада позвать на помощь или ректора Шаортан? Я в этом ничего не понимаю, они лучше помогут, – от души предложила девушка.

– Нет, – мотнула головой мастер. – Отойди и стой. Попытаешься сбежать – оцепенеешь от взгляда!

Голубые глаза на миг стали двумя зеркалами бездушного серого ничто. Только Янка была твердо уверена в доброте Леоры, потому не испугалась до трясучки, лишь высказала догадку:

– Так вы тот самый василиск, который парализовал Картена с Максимусом?

– Горгона. Я зацепилась за тряпку, парни совершенно не умеют мыть полы. Движения невозможно было просчитать, даже под пологом василиска мимо пробраться не получилось, – немного смутилась «злодейка» и, коль пошла такая пьянка, сразу продолжила извиняться: – Никак не думала, что кто-то на лестнице ловушек понаставит. Случайно щеткой тебя ударила.

– Ничего, уже все зажило, – понятливо согласилась Яна и уточнила: – Значит, вы хотели забраться в башню, чтобы переписать свою судьбу?

– Да, для этого и пришла в академию, – кивнула Леора, глубокомысленно изучая конструкцию прялки. – Только преподаватели АПП могут войти в башню и воспользоваться этим артефактом.

– А у вас инструкция к прибору есть? – осторожно вставила вопрос девушка, предусмотрительно отодвинувшись в самый дальний угол комнаты, подальше от опасного агрегата и дамы-василиска, почему-то именовавшейся горгоной.

– Нет. Разве можно спрясть новую судьбу по составленному заранее плану? Хватит цели, желания и силы, чтобы начать с чистого листа, – решила горгона, подходя к ящичкам с пластинками Игиды.

– А если вы младенцем сейчас станете, мне кому ребеночка отдавать? – на всякий случай участливо справилась Янка. – Может, все-таки кого-то из руководства для консультации позовете?

– Нет, да и не позволят мне судьбу переписывать, – с горечью отмахнулась Леора. – Виданное ли дело из-за таких пустяков, как судьба одной горгоны, узор Мироздания менять? А я больше не могу. Устала! Столетия одиночества, бесконечность предательства, разочарования… Ты не понимаешь, ребенок.

– Не понимаю, – покорно согласилась Яна и сочувственно предположила: – Вы любви хотите, да?

– А какая женщина не хочет? – грустно усмехнулась горгона. – Да только нам, первородным подлинным горгонам – властителям камня, тяжелее всего приходится. Лишь истинная любовь осмелится посмотреть в глаза. Лишь настоящий избранник не обратится навеки в камень, коль влагой тел, будь то слюна, кровь иль иная жидкость, соприкоснется с нами. Сколько раз я надеялась, сама от любви пылала, верила и потом разбивала вдребезги этих лживых окаменевших тварей…

– Всем свойственно ошибаться. Вашим избранникам просто не повезло. Фатально, – философски вздохнула землянка, перечитавшая прорву розово-слезоточивой макулатуры в то время, когда больше месяца валялась с тяжелейшим воспалением легких. – И все-таки вы не слишком… э-э-э… кардинально собираетесь решать проблему? Может, ваш избранник, настоящий, где-то рядом, просто пока вы не встретились? Надо только немного подождать. У нас на Земле даже поговорка такая есть: судьба и за печкой найдет.

– Судьба? Вряд ли, – кривовато усмехнулась Леора. – Если только твой подарок использовать? – Горгона расстегнула пуговицу и вытащила из-под рубашки медальон, очень похожий на тот, который подарила Янке соседка. Щелкнула, доставая подаренный Яной лист Игиды со знаком ЕЗУ. Продолжая иронично кривить губы, наполнила его силой и… даже надломить не успела, лист в пальцах женщины рассыпался искрящейся серебряной пылью.

В тот же миг или долю секунды спустя дверь распахнулась, и в помещении сразу стало откровенно тесно. В комнату ввалились декан Гад, ректор Шаортан, студент Йорд и мастер Теобаль. Причем декан с ходу расположился так, чтобы своей черной мантией загородить Янке весь обзор. Йорд же воскликнул:

– Вот, я же говорил, что тут горгона! Ой… – разглядев личность горгоны, парень осекся и уже тише растерянно добавил: – Мастер Леора.

А Леора лишь вздрогнула всем телом и, повернувшись, истерически захохотала:

– Изменила судьбу… О да! Измени-и-ила… Навсегда!

– Цела? – первым делом вполголоса уточнил Гад, прощупывая студентку взглядом.

– Конечно, мастер за последние дни мне несколько раз помогла: разработала график индивидуальных занятий, подсказала удачное место для тренировок с листом Игиды. – Яна повела плечами. – А здесь мы просто говорили о жизни, судьбе и мужчинах.

– В Башне Судьбы, в комнате с прялкой? – скептически уточнила Шаортан, не очень-то поверившая наивной девушке.

– Думали, тут никто не помешает, – пояснила студентка, обвела ворвавшийся табун укоризненным взглядом и констатировала: – Ошиблись.

Может, Янке и удалось бы как-то заболтать и уговорить «команду спасения», если бы сама Леора, пребывавшая в состоянии сильнейшего нервного напряжения, не испортила ситуацию. Откуда-то (вот где только спрятать-то умудрилась?) она извлекла небольшой топорик и, то ли смеясь, то ли плача, объявила, тыча обухом в прялку:

– Не подходите, а не то я разрублю ее!

Впечатленный народ замер, будто играл в «Море волнуется раз». Они не могли приблизиться к террористке, но и та не могла освободить руки, чтобы взять знаки и воплотить на прялке задуманную судьбу. Пат!

Пытаясь заговорить горгоне зубы или, возможно, добиваясь каких-то иных целей, ректор спросила:

– Ты ведь не Леора ап Гевира?

– Нет, – неожиданно пошла на разговор женщина, впрочем, орудия не отпустила и от прялки не отвела. – Я Леора аэ Медагор. Встретила ее, ту Леору, которую приглашали в академию, в трактире на Дороге между Мирами. Как она, выпив лишка, хвасталась, что ее папенька – старый друг великого Теобаля, мастера Академии пророчеств и предсказаний – сосватал ей тепленькое местечко под крылышком у эльфа! Я ее слушала и понимала – вот он, мой единственный шанс стать счастливой. Отвела пьяную дуру в свой замок и погрузила в мир сладчайших видений, а сама отправилась с ее приглашением в академию. Ворота меня пропустили, а мастер Теобаль не знал в лицо будущую напарницу.

– Я рад тому, что пришла ты, – разомкнул уста мастер-эльф и, невозмутимо отодвинув в сторону ректора Шаортан, почти вплотную подошел к Леоре. Та, что бы ни собиралась делать, замерла, как околдованная, уставившись в глаза Теобалю. Тот поднял тонкую руку и погладил женщину по щеке – провел самыми кончиками пальцев – нежно-нежно. – Рад, – повторил мастер, улыбнулся кончиками губ, наклонился и трепетно поцеловал свою напарницу. Выглядел он при этом удивительно-прекрасным, несмотря на короткую стрижку, нетипичную для Дивного народа, и потрепанную удобную форму, ничуть не похожую на летящие одеяния из зеленых шелков.

– А вы говорили в статую… а он не превращается… – своевременно, пусть и не очень-то тактично подметила Яна.

– Не превращается, – завороженно согласилась Леора и тоже робко улыбнулась. – Судьба нашла!

– Пошли отсюда, пока и в самом деле прялку не сломали ненароком. Как преподаватель ты меня и АПП полностью устраиваешь. Потому, Тео, берешь ее под свое слово на поруки, – сварливо велела Шаортан. – И чтобы график занятий со своими амурами не нарушали.

– Беру, – машинально согласился мастер.

– А ты, горгона, чтобы девицу из оцепенения в ближайшую цикладу вывела. Я отпишу, что она не прошла перед отбором последние испытания на бдительность и осмотрительность, потому на место преподавателя АПП претендовать не может, – скомандовала дракесса, одним махом разруливая щекотливую ситуацию и создавая алиби для Леоры аэ Медагор.

Дружной толпой студенты и преподаватели покинули самую главную комнату Башни Судьбы. Последней спускалась дракесса, четко контролируя ситуацию, дабы не допустить иных вторжений в комнаты с Прялкой и Станком Судьбы. Конечно, дверь туда открывалась лишь преподавателям АПП, но, как оказалось, и это не являлось стопроцентной гарантией сохранения знаменитых артефактов. Первыми шли, даже, пожалуй, летели стремительным шагом, не замечая никого, кроме друг друга, Теобаль и Леора.