Текст книги "Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Юлия Фирсанова

– Это и был тот мальчик, которого я хотел показать тебе, милая. Талантливый и очень симпатичный, такие глаза, девственник, кстати. Но ты уже нашла его для себя. Быть может, осмотришь остальных? Каждый по-своему оригинален.

Элия снова перевела взгляд на прозрачную стену, за которой менестрели бурно обсуждали происшедшее. Для такого дела они даже растолкали спящего собрата и теперь на три голоса в красках пересказывали ему случившееся чудо. Тот пока еще сонно моргал, но уже начал согласно кивать, чтобы его не слишком сильно трясли за плечи.

– Я бы вам посоветовал быть поаккуратнее с тем брюнетом, – задумчиво сказал Злат, кивнув в сторону указанного менестреля.

– А что такое? – иронично взметнулась бровь принца. – Он владеет великими тайными чарами или посвящен в братство Темных Рыцарей?

– Ничего столь ужасного. У него всего лишь демон в душе, – безразлично-вежливо пояснил Повелитель.

– Это исключено, – оскорбленно отрезал бог. – Мы проверяем рабов перед телепортацией в пределы Лоуленда. Санитарный и магический контроль здравия тонких структур и тела. Если чего-то не учуял охотник, найдут маги на таможне.

– Вам, конечно, виднее, только этого демона магией не засечь. Паразит не из заурядных, с очень высокого Уровня и редкий, можно сказать, вымирающий вид. Переплетается со струнами души, распускает их, питаясь выделяющейся энергией, и замещает своей сущностью, свитой в точном подобии прежних нитей, а потом покидает пустую оболочку и пускается на поиски новой жертвы, – иронично улыбнулся Злат. – Сейчас процесс в самом начале и совсем не заметен, но потом… Как правило, паразит не слишком далеко уходит от прежнего тела, хватает то, что первым подвернется под руку. Хотите держать его при себе?

– Уже раздумал, – поморщился Энтиор. – Благодарю за информацию.

– Большое спасибо, – мурлыкнула Элия и обратилась к брату: – Как ты думаешь, дорогой, посол Мэссленда нас, наверное, скоро покинет? Нехорошо отпускать такую высокопоставленную особу без дорогого подарка!

– Ты, как всегда, права, стради. – В глазах принца мелькнула искра понимания, тут же сменившаяся откровенным восхищением с некоторой, весьма изрядной, примесью благоговейного страха. – Все твои идеи восхитительно гениальны!

– А ты очень опасная стерва, любовь моя, – ласково сказал Злат, покачав головой.

– Я просто люблю животных. Ты же сказал, вымирающий вид, – невинно захлопала ресницами принцесса.

Мужчины дружно рассмеялись. Два очень опасных хищника, которым пока не пришлось делить добычу, и поэтому можно было вместе повеселиться.

– Какая забота о фауне миров и послах Мэссленда. Чувствуется, что ты просто в восторге от них, – иронично заметил Повелитель Межуровнья.

– О да, – подтвердила принцесса. – Эти очаровательные существа появляются у нас практически перед каждым праздником, горя желанием обсудить ряд совершенно неотложных и ужасно важных для равновесия в мирах проблем. А нам потом приходится гадать, зачем они приходили: пошпионить, прикрыть какую-то свою очередную авантюру, действительно решить проблемы или заложить под Лоуленд магическую бомбу.

– Вот-вот, – страдальчески поморщился принц и пожаловался. – Сплошная морока с этими послами, а убить нельзя…

– Какое горе, – подчеркнуто серьезно отметил Злат. – Но, кажется, вы нашли выход.

И все снова дружно засмеялись. Отсмеявшись, Энтиор откупорил одну из бутылок и, разлив по бокалам вино, провозгласил тост:

– За хорошие подарки и за тебя, дорогая!

Возражений не последовало. Пригубив вино, принцесса уже серьезно попросила Злата:

– Если можно, осмотри других рабов из партии.

– Хочешь собрать партию подарков для посла или у тебя имеются еще столь же горячо любимые «друзья»? – лукаво улыбнулся Повелитель.

– «Друзей» хватает у всех, – пожав плечами, с легкой грустинкой согласилась молодая женщина. – Но мне хотелось бы быть уверенной, что этот экземпляр с демоном был случайностью, а не закономерно-запланированной диверсией.

– Радость моя, управлять такими существами практически невозможно, а живут они на Уровнях столь высоких, что сюда забрести могут лишь случайно. Не слишком ли велика честь – комплектовать партию паразитов для семейки богов снизу и так трудиться с их переправой? – философски заметил Повелитель. – Гораздо проще воспользоваться менее затратным способом.

– Лучше знать наверняка, – рассудительно заметила принцесса. – Кроме того, если бы я хотела окончательно и незаметно уничтожить кого-нибудь внизу чужими руками, то сочла бы паразитов хорошей идеей. Так сказать, естественный фактор окружающей среды, не говоря уже о том, что эти милые зверьки распускают ткань душ, что надолго выталкивает врага из круговорота жизни.

– Похоже, ты слишком близко к сердцу восприняла фантазии своего юного менестреля, – несколько иронично, пытаясь скрыть собственную тревогу, хмыкнул Повелитель.

– Менестрели-посвященные очень чутки к любым воздействиям и могут оказаться опасными для их богини, – обосновала свои тревоги Элия. – Я не собираюсь пренебрегать предупреждением мальчика. Что же касается проверки, то вовсе не считаю, что сейчас мы обнаружим гнездо каких-нибудь тварей. Полагаю, очень трудно направить нити реальности так, чтобы привести к нам целую кучу подобных созданий, но мне интересно, насколько вообще велика вероятность того, что среди рабов могут затесаться больные.

– Ради твоих прекрасных глаз, моя любовь, я готов проверить даже целый рынок рабов. – Повелитель встал и слегка поклонился принцессе.

– Ловлю на слове, – промурлыкала богиня, тоже вставая и оправляя юбку. – После осмотра этой партии я как раз собиралась отправиться туда. В свете предостережений Солиэля кажется особенно необходимым приобретение нового учителя по воинскому искусству.

– А куда подевался Жертак? – полюбопытствовал Энтиор, включая заклинание просмотра на следующей двери. В комнате оказалась группа прелестных девушек разных рас: люди, эльфы, оборотни и даже суккубы.

– Я уже достигла его уровня, – констатировала принцесса со смешанным чувством гордости своими заслугами и сожалением о расставании с отличным преподавателем. – Он снова ушел в миры искать работу по душе.

– Вряд ли на рынке ты сможешь найти что-нибудь достойное твоего мастерства, дорогая, – галантно возразил принц. – Впрочем, вреда от попытки не вижу. Следует взглянуть на новые партии рабов, доставленных Нрэном.

– Чем я и собираюсь заняться, – энергично подтвердила принцесса. – Если не подыщу ничего подходящего, проверю черный рынок, там за деньги можно купить почти все. Коль не повезет и там, после праздников вывешу заявление о найме на Кочующем Базаре.

– Здесь все чисто, – бросил Злат, скользнув взглядом по девушкам, и заметил от души: – Хорошая коллекция, разнообразная.

– Это готовая партия для гарема, – пояснил принц, отвлекаясь от разговора с сестрой и тоже уделяя некоторое внимание рабыням.

Ничуть не угнетенные своей горькой участью, они занимались девичьими делами. Щебетали о какой-то ерунде, расчесывали волосы, прихорашивались у зеркал или купались в мелком, чтобы случайно не утонули, бассейне. После наложения заклинания покорности о более серьезных недоразумениях беспокоиться не стоило. Потом, на торгах, заклинание снимали, чтобы покупатели могли по достоинству оценить товар, зато на «хранении» он не портился.

Боги переходили от двери к двери, рассматривая превосходно подобранные женские и мужские компании разных возрастов, расцветок и рас. Каждый раз, бросая взгляд на рабов, Злат отрицательно качал головой, показывая: все чисто. К концу осмотра прибыл Роланд, доложил, что задание богини выполнено, и происходящее дополнилось его комментариями по поводу отличительных характеристик рабов и их умений.

– Можешь отправлять товар на рынок, – на прощание бросил приказ охотнику Энтиор, когда осмотр был завершен и все вернулись к комнате телепортации. – Передашь под ответственность торговца Микаса. Он сейчас свободен.

Роланд молча кивнул, перевел дух. Деньги за рабов вампир получил сразу после доставки, и теперь, после казуса с личным менестрелем сестры хозяина, всерьез опасался, что Энтиор может наложить на него штраф, который съест большую часть трудового гонорара за доставленную партию. А ведь на ее сбор он потратил почти луну. Вообще-то принц всегда щедро оплачивал труд своих охотников, но просчетов очень не любил и мог жестоко рассчитаться с неудачником.

Накинув плащ, Элия отдала мысленную команду звездочкам, и на голове у принцессы появилась легкая серебристая вуаль, прикрывающая глаза. Энтиор покосился на сестру и, спохватившись, протянул:

– Ах да!

Принц лениво провел рукой вдоль лица, и его накрыла полумаска живописно клубящейся тьмы.

– Это конспирация? – небрежно поинтересовался Злат.

– Почти, – согласилась принцесса и пояснила: – Это символ того, что мы идем на рынок инкогнито.

– Так удобнее, – кокетливо уточнил Энтиор, поправляя манжеты. – Не придется тратить время на церемонии приветствия и официальные формулы обращения. Иногда это так надоедает.

– Понятно, – хмыкнул Злат.

И компания телепортировалась на площадь перед рынком рабов, здание которого было одним из самых часто посещаемых заведений в центре города. Громадное восьмиугольное каменное сооружение без окон возвышалось над площадью. Массивные ворота – единственный официальный вход в здание – были открыты, но в дверях мерцала силовая завеса. Она не пропускала холодный воздух с улицы внутрь, а заодно препятствовала выходу наружу любого существа с коэффициентом силы ниже половины среднелоулендского без клейма хозяина. Для большей надежности у входа стояла стража. На другом конце площади находилось общегородское Управление охраны порядка.

Войдя в здание, Злат прислушался к легкому гулу голосов и огляделся. Изнутри помещение казалось еще огромнее, чем снаружи. Оно делилось на два яруса: нижний и верхний, которые в свою очередь разбивались на равные секторы, отделявшиеся друг от друга деревянными съемными перегородками. В каждом секторе располагались группа рабов определенной специфики, прикованных ножными кандалами к скамье, тянущейся вдоль стены, и продавец – мужчина или женщина с декоративной брошью-цепочкой на груди – символом торговца рабами. Везде стояла стража с мечами, арбалетами и многозарядными жезлами парализующих заклятий. Прохаживались и маги-охранники. От сектора к сектору бродили пестрые группы немногочисленных покупателей, которые приценивались, рассматривали, ощупывали рабов, беседовали с торговцами. Видно, основной наплыв жаждущих обзавестись свежей рабочей силой пришелся на утро.

На первом ярусе в основном, как заметил Злат, продавались все те же мальчики и девочки для постельных забав. Сразу бросались в глаза их короткие легкомысленные одежды из полупрозрачной ткани, которые не столько прикрывали, сколько открывали взорам покупателей красивые свежие тела. Впрочем, тут же в следующих секторах продавали и других рабов – мастеров, прислугу…

– Нам на второй ярус, – кивком головы принцесса указала на лестницу и начала подниматься. Двое мужчин с тремя купленными рабами посторонились, давая дорогу прекрасной даме.

– Хорошо. Здесь нет пораженных тварями или одержимых. У вас действительно качественно проверяют здоровье рабов, – отозвался Повелитель, не забывший о своем обещании, и последовал за Элией.

– Если магический контроль на рынке находит больного раба, то выясняют, какой пост дал санкцию на пропуск этой партии в город. Всех магов поста допрашивают в Управлении охраны порядка. В особо серьезных случаях вызывают для допроса принца Энтиора. Если выясняется, что в поступке не было злого умысла, то на весь состав поста накладывают крупный денежный штраф и отправляют на переподготовку за собственный счет.

– Сурово, – хмыкнул Повелитель, взирая с высоты лестницы на суету первого яруса.

– Но действенно, – заметил Энтиор, припоминая с довольной улыбкой собственные подвиги на ниве запугивания проштрафившихся стражей.

– О да, дорогой, после общения с тобой у них появляется просто бешеное рвение к работе, – похвалила брата принцесса.

– Когда надо, я могу быть очень убедительным, – самодовольно похвастался вампир. От его хищной улыбки шарахнулась в сторону какая-то расфранченная дама с маленькой пушистой собачкой на руках. Собачка жалобно взвизгнула.

На втором ярусе каждая сторона была разбита на три сектора, вместо двухсекторного разделения нижнего. За счет того, что здесь не было внутренних комнат, в которых ночью содержались рабы, высвобождалась лишняя площадь, которую занимали торговые места. Поднявшись наверх, компания направилась направо, игнорируя все попытки торговцев секторов привлечь их внимание к своему наилучшему товару.

Принцессе нужна была сторона, вмещавшая три сектора, где продавали рабов, взятых в походах принца Нрэна, – контрибуция того злополучного мира, которому не повезло стать очередной целью завоевательной кампании великого бога войны. Последнюю добычу брата – рабов из Кара-Висты – выставили на торгах лишь сегодня. Жертвы таланта великого воителя, бывшие воины великой и несокрушимой армии Кара-Висты, а ныне потенциальные охранники, стражники и телохранители в избытке сидели на скамьях, стояли поодаль или ходили, звеня ножными и ручными кандалами. Легкие и прочные цепи не были необходимостью при такой охране и магических мерах предосторожности, но создавали определенный психологический эффект, поэтому ими и пользовались до сих пор. Именно здесь, на рынке, раб начинал в полной мере понимать, что он – раб.

Остановившись перед первым сектором, богиня стала внимательно разглядывать невольников. Заметив группу покупателей, торговец – крупный мужчина средних лет с простой железной цепочкой на груди – тут же оказался рядом и, поклонившись, вежливо осведомился:

– Чего желают лорды и леди?

– Леди выбирает, – высокомерно ответил Энтиор, удостоив торговца ледяным взглядом, и коснулся пальцами рукояти стилета.

– Мне не нужна помощь, я предпочитаю смотреть сама, – спокойно пояснила богиня и двинулась вдоль сектора, разглядывая предлагаемый товар.

– Как вам будет угодно, – поклонившись, торговец направился к зовущему его покупателю, какому-то жирному купцу, решившему раскошелиться на раба-телохранителя с заклинанием преданности.

Принцесса внимательно рассматривала невольников, прислушиваясь к интуиции и чутью, которые и подкинули хозяйке задачу: найти достойного учителя. Пока они молчали. Среди рабов этой партии было много сильных рослых мужчин – совсем юных, молодых, зрелых, умеющих обращаться с оружием, тех, из которых вышел бы неплохой телохранитель или сторож, но единственного, нужного ей, богиня пока не нашла. Медленно двигаясь вдоль ряда невольников, Элия скользила по их лицам почти невидящим взглядом, слегка касалась их сознаний и думала, что, наверное, все-таки придется отправляться на черный рынок. Она уже миновала первый сектор, второй, третий…

Следуя за целеустремленно шагающей вперед принцессой, Злат поинтересовался у Энтиора, покорно, без лишних комментариев следовавшего за сестрой:

– Она всегда так стремительно воплощает в жизнь свои решения?

– Если Элия чего-то хочет, то не успокоится, пока не добьется своего. С этим лучше смириться и не становиться у нее на пути. Выйдет себе дороже, – спокойно отозвался принц. – Если ее интуиция подсказывает, что срочно нужно найти и купить раба, значит, так и есть.

– Упрямая женщина, – хмыкнул Повелитель.

– Нет, просто она всегда точно знает, что ей нужно, – мягко возразил вампир с неожиданно любящей для столь холодного и эгоистичного типа улыбкой.

И тут взгляд принцессы зацепился за одинокого человека, который сидел, прислонившись к каменной стене у самого края скамьи. Невысокий, светловолосый (причем волосы у него были столь светлы, что казались почти белыми) жилистый мужчина, одетый, как и все остальные, в плотную простую рубашку и темные штаны грубой ткани, смотрел в пространство невидящими мутно-зелеными глазами. В его голове мелькали отрывки несвязных мыслей, обрывки эмоций, и все снова погружалось в туман. Какие-то чары кружились вокруг него. Да, точно, кроме обычных чар-пут, не позволяющих рабу поднять руку на хозяина, причинить себе вред или сбежать, было еще что-то. А по руке, расслабленно свисающей вдоль тела, шли старые, настолько старые, что стали почти незаметными глазу, мозоли от различных видов оружия. Другие невольники, по большей части темноволосые, изредка перебрасывались между собой словами и казались одной группой, желтоволосый же был среди них одиночкой.

Богиня прищелкнула пальцами, и рядом с ней тут же возник продавец третьего сектора – огненно-рыжий великан с шикарными длинными усами, толстой золотой цепочкой на красной куртке и в огромных лиловых шароварах.

«Где только Нрэн выискивает таких колоритных типов?» – мелькнула у принцессы ироничная мысль.

– Леди сделала выбор? – поинтересовался продавец, взлохматив рукой волосы.

– Этот тоже из Кара-Висты? – Элия указала на заинтересовавшего ее раба.

– Да, его привезли в этой партии. Отличный экземпляр, спокойный, сильный, не болтлив, – подтвердил торговец подбоченившись. – Хотите рассмотреть получше, леди?

– Да, – кивнула принцесса. – Освободите его от оков.

Причуда покупателя – закон. Торговец снял с пояса простой черный жезл, направился к рабу и коснулся замков на его оковах концом магического предмета. Те со звоном упали на каменный пол. Продавец снова пристегнул жезл к поясу и отошел на всякий случай в сторону. Невольник будто и не заметил, что его освободили, только зеленые глаза на секунду глянули вниз и снова помутнели.

– Энтиор, проверь его, пожалуйста, – попросила богиня, подходя к странному невольнику поближе.

– Что ты хочешь, стради? – вежливо уточнил брат, гадая, почему Элии приглянулся этот странный тип.

– Ударь его, – ответила Элия.

Принц довольно улыбнулся, молча подошел к рабу и залепил ему оплеуху, вернее, попытался залепить. Его рука не смогла коснуться тела мужчины. С прежним безразличным выражением лица тот слегка отклонился назад, блокировал удар, отведя кисть противника от себя в сторону. Одна ладонь мужчины взметнулась ребром вверх и поставила блок-защиту, вторая сжалась в кулак, угрожая атакой. Невольник чуть слышно пробормотал:

– Следовало использовать отвлекающий удар по третьей уязвимой точке, ты сделал слишком длинный замах, и постановка руки неправильная. В следующий раз сломаю запястье…

Потом руки раба снова обвисли бессильными плетьми, и он безразлично уставился в пространство.

– Мои комплименты, милая, ты все-таки нашла то, что хотела. Он хорош, хотя и странный какой-то, – чуть оскорбленно заметил Энтиор, оставляя раба в покое.

Злат наблюдал за разворачивающимися событиями, предпочитая пока не вмешиваться и не комментировать их. Его интересовало, видит ли Элия то, что видит он сам, и если видит, что собирается предпринять.

– Я его покупаю, – резко бросила богиня рыжеволосому торговцу.

– О леди, ваш выбор очень удачен. Такой редкий экземпляр: мужчина сильный, быстрый и… – начал было набивать цену мужчина.

– Он болен, опоили какой-то дрянью, возможно, чтобы не сопротивлялся, – нахмурилась принцесса. – Придется готовить противоядие, лечить.

Торговец нервно сглотнул, смекнув, что дело пахнет скандалом. Женщина говорила очень серьезно. Стоит этим высоким лордам (а простолюдины такими масками не балуются) кликнуть сейчас магов для проверки здоровья всей партии рабов – и плакали проценты с продажи, да и как минимум половина базарного дня пойдет демону под хвост. А уж если в деле начнет разбираться сам принц Нрэн…

– Пять корон, и этот хиляк ваш, – в сердцах бросил рыжий мужик, решив, что в его же интересах поскорее избавиться от странного раба, и предложил: – Позвать мага, чтобы поставил печать хозяина?

– Нет, я все сделаю сама, ключ от чар-пут мне тоже не нужен, – отозвалась Элия и, достав из кошелька деньги, рассчиталась с торговцем. Серебряные монетки тут же исчезли в беспредельных глубинах его лиловых карманов. Потом богиня подошла к невольнику и, взяв его левую руку, приложила к тыльной стороне ладони свой перстень-печатку. Сверкнула вспышка, на секунду на коже раба проявилось личное клеймо богини – и исчезло, оставшись видимым лишь для магического зрения. Прикоснувшись к мужчине, принцесса почувствовала тугие жгуты тренированных мускулов под кожей.

– Встань, подойди ко мне, – приказала госпожа своему невольнику.

Повинуясь чарам-путам, он автоматически выполнил указания хозяйки и приблизился к ней. Принцесса положила руку на локоть почти не ориентирующегося в пространстве и мало что понимающего мужчины, решительно сказала:

– Теперь можно отправляться домой.

– Согласен, милая, – поддержал сестру принц, капризно заметив: – Иначе не успеем переодеться к ужину.

Злат скрыл улыбку, он уже начинал привыкать к экстравагантному поведению элегантного принца. Покинув шумный рынок рабов, все перенеслись в замок, к покоям, которые прежде занимал учитель Элии – Жертак.

– Встретимся на семейной трапезе, дорогой, – проронила принцесса, обращаясь к брату.

– Стради, я наслаждался каждой секундой, проведенной в твоем обществе. До ужина, – вежливо попрощался с обожаемой сестрой принц, коснулся поцелуем ее запястья и направился к своим покоям. Чтобы успеть принять ванну после пребывания в пыльном помещении рынка, сделать прическу и переодеться, следовало поторопиться – ведь в его распоряжении оставались каких-то жалких два часа.

– Элия, у меня тоже есть кое-какие дела, правда, не такие важные, как смена туалета к ужину, но тем не менее я вынужден ненадолго отлучиться, – промолвил Злат.

– Конечно, – рассеянно отозвалась принцесса, все внимание которой было сосредоточено на новой игрушке – странном рабе, тело которого стояло рядом с ней, а сознание бродило в заоблачных далях.

Задумчиво улыбнувшись, Повелитель шагнул к большому коридорному зеркалу и, слившись с его поверхностью, исчез. Злат собирался без помех понаблюдать за тем, что богиня будет делать с одурманенным рабом. Она не обратилась к нему за советом, значит, рассчитывала справиться сама. Действо обещало быть занимательным. Возможно, если Элии, переоценившей свои силы, понадобится помощь, Злат будет готов ее оказать, но не раньше, чем богиня попросит об этом сама и назначит цену. Повелитель уже знал, что потребовать в уплату. Соткав зеркало из первозданного Тумана Межуровнья, он настроился поразвлечься. Приняв одну из своих истинных форм, Дракон Тьмы, еще несколько секунд назад бывший мужчиной, самодовольно улыбнулся и, свернувшись клубком в озере Черной Воды, впился взглядом в зеркало.

Принцесса посмотрела на закрытую дверь, потом на одурманенного раба и тряхнула головой:

– Нет, сначала нужно разобраться, что с ним произошло, вылечить, а потом уже требовать у управляющего ключи от комнат.

Снова подхватив под руку безучастную жертву, которой предстояло подвергнуться магическим лечебным процедурам, богиня перенеслась в свои покои. Переодевшись и приказав пажам никого к ней не пускать, принцесса взялась за дело: усадила мужчину на широкий диван в гостиной и принялась снова, на сей раз более внимательно, разглядывать невольника. Тот сидел неподвижно, запрокинув голову на мягкую спинку, светлые волосы растрепались, глаза были полузакрыты, сознание по-прежнему пребывало во мраке, откликаясь только на простейшие команды чар-пут и инстинкты самосохранения. Да, вел он себя как одурманенный каким-то снадобьем, но в то же время богиня отчетливо улавливала воздействие чар, похожих на чары-путы, но совершенно другой структуры и цветности. Их плел искусный колдун, но не лоулендец, чувствовалась сила совсем другого Источника.

«Итак, или это было магическое снадобье, или его опоили и околдовали в несколько этапов, – вздохнула богиня, понимая, что ничего больше путем умозрительных умозаключений и наблюдения не установит, и продолжила рассуждать: – Пробовать разобраться с неизвестными чарами, накладывая собственные заклятия Опознания или Рассеивания, опасно. Можно вызвать случайную реакцию и убить раба. Вторгаться в его сознание, чтобы считать память о том, что произошло, тоже нельзя, если коэффициент силы высок и замаскирован чарами. Придется идти путем определения исходных ингредиентов».

Еще раз вздохнув, принцесса присела на диван рядом с невольником, сосредоточилась на некотором внутреннем преобразовании, потакая зову крови, взяла правую руку раба, поднесла к губам и… аккуратно взрезала кожу острыми клыками. Мужчина издал еле слышный сдавленный стон удовольствия и плотнее прижал руку ко рту прекрасной хищницы. Набрав немного крови в рот, Элия покатала ее языком, распознавая составляющие, и быстро сплюнула в бокал на маленьком столике. Потом лизнула ранку на руке невольника, залечивая надрез. Тот моментально затянулся.

– Сиди на месте, – скомандовала богиня рабу и, взяв бокал, ушла в магическую комнату. Теперь она знала, что делать.

Элия зажгла магические шары, поставила бокал на большой стол в правом углу комнаты и направилась к книжным шкафам своей магической библиотеки. Несколько секунд разглядывала корешки книг, ища нужную, наконец сняла с полки «Чаро-травник Ясмирка» – толстенный том в лиловом переплете. Только в этой книге она читала об использовании травы йушитка в сочетании с корнем сцевиря, ягодами целхены, корой гавира и семенами миакраны. Редкие сами по себе, эти растения были мало изучены магами и почти никогда не использовались в простом траволечении, или, уж вернее, травовредительстве. Но один из уже почти не практикуемых в Лоуленде разделов магии – чаро-травничество – активно применял растения, смертоносные по отдельности, но дающие в сочетании с чарами интересные эффекты. Насколько знала принцесса, в области чаро-травничества никто из ее братьев не работал, предпочитая если колдовать, так колдовать, если травить, так травить. Когда-то давно этим экзотическим видом магии некоторое время увлекался дедушка Леоранд, от его занятий и остался тот том, который сейчас держала в руках принцесса. Сама она испытывала к чаро-травничеству лишь чисто теоретический интерес, поскольку всегда предпочитала работать с чистой энергией, словом и жестом, а не рыться в сушеных корешках и настойках, когда требовалось срочно колдовать. Магия Ясмирка была несомненно эффективна, но требовала очень тщательной подготовки, длительного времени на сотворение, постоянной практики и экспериментов. Заранее предсказать эффект сочетания трав с чарами, руководствуясь логикой или интуицией, было практически невозможно. Поэтому чаро-травники и предпочитали проверенные веками рецепты.

Перенеся книгу на стол, к бокалу, богиня принялась листать желтоватые тонкие страницы, выбирая нужный раздел. Очень скоро она нашла то, что искала: чары, воздействующие на сознание. Рецептуру заклятия, как поняла принцесса, мысленно сверившись с перечнем ингредиентов, некий чаро-травник выполнил точно. Конечно, экспертом-вампиром Элия не была, но такие травы смогла учуять и распознать.

– Итак, что мы имеем, – обратилась женщина сама к себе, постукивая пальчиками по столу, и ответила, еще раз сверившись с книгой: – Чары Цирефы, подавляющие волю и дурманящие сознание, маскирующие истинную силу. Применены в совокупности с туманом памяти. Да, структура чисто магического ряда полностью совпадает с тем, что я видела на жертве. Рецептура приготовления чрезвычайно сложна, но вкус настоя физически не ощущается. Конечно, его можно было разглядеть магическим зрением, но, похоже, мой потенциальный учитель не слишком силен в магии. Ах да, применение любых заклинаний для снятия действия чаро-травного напитка лишь провоцирует переход чар на новую стадию, смертельную для жертвы. Что ж, придется готовить противоядие по всем правилам. Заодно попробую свои силы в новой отрасли. В конце концов, этот опыт будет стоить мне всего пять корон, не так уж и много.

Принцесса перелистнула страницу и углубилась в изучение рецепта противоядия. Он оказался не таким уж и сложным, а нужные ингредиенты, благодаря увлечению Энтиора составлением ядов, нашлись у Элии в сундучках. Принц исправно пополнял запасы редких растений любимой сестры.

Покопавшись в пузырьках с экстрактами, в коробочках с сушеными и свежими (под заклятиями стабилизации) корешками, листиками, ягодками и прочей дребеденью, богиня отобрала с десяток составляющих, предписанных рецептом. Вытащила на стол из шкафа с магическим инвентарем спиртовую горелку, водрузила на нее небольшой котелок с чеканным растительным орнаментом, налила в него чистой воды из графина и, присев на стул с высокой спинкой, стала ждать. Процесс приготовления противоядия требовал взаимодействия строго определенных трав со строго определенными чарами, и магический подогрев воды мог свести на нет все старания. Возможно, и не свел бы, но плохо знакомая с чаро-травничеством Элия предпочла не рисковать.

Когда богине уже начало казаться, что вода напрочь забыла о том, что при нагревании ей положено кипеть, котелок забурлил. Она встала и начала проводить свое первое практическое занятие по чаро-травничеству. Когда капля сока миакраны из никак не желавшего открываться обычным путем флакона выплеснулась богине на юбку, от чего та в месте соприкосновения с жидкостью сменила синий цвет на ярко-оранжевый, Элия поклялась себе, что это занятие будет последним. Внятно и четко произнося над бурлящей водой слова, которые оплетали котелок сеткой силы, и бросая в него одну травку за другой, богиня наблюдала за тем, как сила вплеталась в структуру напитка, меняла его и сама становилась составляющей. Последней в воду попала кровь невольника. Напиток пошел синей волной, резко забурлил и тут же остыл. Принцесса сняла котелок с горелки. Все было готово, оставалось только проверить результат.

Взяв чистый стакан, богиня наполнила его настоем до половины, прибрала комнату, прекрасно понимая, что возвращаться сюда, чтобы расставить все по местам, потом захочется еще меньше, чем сейчас, и удалила чистящим заклятием пятно на одежде. Справившись с этими неприятными обязанностями, принцесса захватила противоядие, заперла комнату и вышла к рабу. Тот все еще неподвижно сидел на диване. «Пожелай мне удачи, Творец», – мысленно попросила Элия и, приблизившись к жертве, скомандовала, протягивая бокал:

– Пей!

Мужчина открыл глаза, безразлично глянул на богиню, взял бокал и в несколько глотков опорожнил его, потом поставил на стол и снова, откинувшись на спинку дивана, смежил веки. Элия присела в кресло и приготовилась наблюдать за последствиями. Структура заклятия, вплетенная в чаро-травный напиток отравителя, начала взаимодействие с противоядием. Туман, застилающий сознание, начал медленно отступать, расслабленное тело напряглось, ощущаемый коэффициент силы раба резко подскочил до среднего божественного уровня и пополз выше.