Текст книги "Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Юлия Фирсанова

– Что ты здесь делаешь, Нрэн? – пряча за надменностью вполне оправданный страх и толику возбуждения, холодно поинтересовалась принцесса, выгибая тонкую бровь.

– Пришел проводить тебя к завтраку, дорогая супруга. Рейль, вон! – Легким намеком на кивок головы лорд указал брату на дверь.

Рик явственно понял, что словом «Рейль» именуют его, вскочил и попятился к выходу, ошалело глядя на кузена. В расширенных от страха зеленых глазах брата Элия прочла подтверждение свежепоставленному диагнозу. У великого воина крепко поехала крыша, впрочем, с влюбленными в принцессу такая беда время от времени случалась.

– Нрэн, – сказала Элия мягко, чтобы не спровоцировать сумасшедшего на какое-нибудь грозное деяние, – я не поняла, почему ты назвал меня женой?

– А я не понял, почему ты назвала меня Нрэном, – недоуменно приподнял бровь лорд, скрестив руки на груди.

– А как я должна тебя называть? – участливо поинтересовалась принцесса.

– Мое имя Брианэль. Увлекшись сменой любовников, ты забыла, как зовут твоего мужа? – в спокойном голосе лорда послышалась легкая ирония.

– Все может быть, прости. А как, в таком случае, зовут меня?

– Элина, прекрати! – Мужчине начала надоедать затянувшаяся игра в вопросы, в желтых глазах мелькнула искра раздражения.

– И давно мы с тобой женаты? – уяснив свое «настоящее» имя, снова спросила богиня, смутно начиная кое-что подозревать.

– Мне не смешно, дорогая. Вы с кузеном сговорились довести меня с утра глупыми розыгрышами? – раздраженно вопросил воитель, сузив глаза.

– Нет, что ты, милый, – ласково улыбаясь, поспешно заверила его Элия, опасаясь, что если Нрэн рассердится всерьез, то трапезничать придется на развалинах не только замка, но и всего Лоуленда.

– Тогда пойдем завтракать, – приказал лорд.

– Конечно, дорогой, – согласилась принцесса, от всей души надеясь, что Рик уже известил отца о «легких» странностях в поведении Нрэна.

Девушка встала и с некоторой опаской протянула кузену руку. Но воитель не стал выкручивать, ломать или отрывать конечности предполагаемой супруги. Слегка коснувшись кончиков ее пальцев губами в формальном поцелуе, он положил ладонь принцессы себе на локоть. Решившись на маленький эксперимент, Элия томно улыбнулась лорду и в ответ, взяв его ладонь, поцеловала ее тыльную сторону, слегка пощекотав языком. В почти спокойных глазах «мужа» мгновенно полыхнул расплавленный витарь, стальное кольцо рук сжалось вокруг тонкой талии принцессы. «Брианэль» склонился к открытым по-летнему плечам соблазнительницы и впился жарким поцелуем в ямочку под ключицей, спустившись ниже к области декольте, обжег шелковую кожу еще одним страстным поцелуем. Элия провела рукой по мягким как шелк длинным волосам Нрэна, ласкающим пальцы. Мужчина, на секунду прижавшись щекой к прохладной коже принцессы, поднял голову, в глазах его плескалось откровенное желание и страстный голод, утолить который можно было только одним способом. Глубоко вздохнув, лорд чуть отстранился от богини любви и глухо промолвил:

– Нам пора, но если ты так расположена принять меня, Элина, то после завтрака я отложу все дела.

– Только отложишь? – игриво побарабанив по массивной пряжке на брюках лорда, поинтересовалась принцесса, и сама с трудом переводя дыхание, но уже вовсе не из-за страха перед этим новым Нрэном.

– В Бездну Межуровнья все дела, – отрывисто бросил мужчина, тяжело дыша. – Я не уйду до тех пор, пока ты не попросишь меня уйти.

– Какое интригующее обещание, – серебристо рассмеялась богиня, откровенно наслаждаясь яростным излучением бешеных чувств Нрэна, и слегка коснулась кончиками пальцев его горячих губ. – Но ты прав, сначала завтрак.

Лорд кивнул, притушил неистовый огонь своих глаз, прячась за маской отстраненной холодности, и предложил «жене» руку. В полном молчании Нрэн повел богиню в Инистую гостиную на верхнем этаже замка. Там иногда в жаркие деньки любили трапезничать члены королевской семьи. Оформленная в белых и серо-голубых тонах зала навевала прохладу одним своим видом.

Взоры всех находящихся там богов, чинно, но не без скрытого напряжения рассевшихся за общим столом под бледно-голубой скатертью, уже были обращены к двери белого дерева с синеватыми прожилками. Семья настороженно ждала явления безумца. Мужчины, прекрасно знакомые с колоссальной силой Нрэна, не разбежались только потому, что, во-первых, просто умирали от любопытства, а во-вторых, надеялись в крайнем случае скрутить обезумевшего родственника, навалившись на него гуртом. На худой конец, если не получится утихомирить бушующего воителя оглушающими и парализующими заклинаниями (бог войны почти не поддавался атакующей магии), принцы собирались выручить сестру и, позвав на помощь Источник Лоуленда, телепортироваться из замка куда подальше. Строения восстанавливаются с большей легкостью, чем сломанные или перерубленные кости, особенно кости, поврежденные великим Нрэном.

Войдя, воитель посадил «жену» на вырезанный из серебристо-серой кости стул и опустился рядом (добрые братья «великодушно» оставили Элии единственное свободное место рядом с Нрэном). После этого лорд оглядел всех присутствующих и с легким недоумением в голосе обратился к принцу Моувэллю, своему родителю:

– Отец, ты воскрес?

– А я… э-э-э… еще не умирал… – оторопело отозвался тот, удивившись настолько, что выронил вилку и вышел из состояния обыкновенно глубокой меланхолической задумчивости.

– Как? – спокойно осведомился лорд.

Поперхнувшись воздухом, Моувэлль спросил:

– А что, должен был?

– Да, – отрезал Нрэн, начиная медленно звереть. Все еще сдерживая себя, лорд обернулся к Лейму и сухо поинтересовался у паренька:

– Эллар, что они сделали с тобой?

– Ничего, брат, не волнуйся, со мной все в порядке, – поспешно заверил его подросток, серьезно переживая за состояние любимого старшего брата.

– Ты тоже решил поиздеваться надо мной? – недобро нахмурился воитель.

Лейм съежился и отрицательно замотал головой.

С грохотом отодвинув стул, Нрэн встал, рявкнул:

– Надоело! – и стукнул кулаком по столу.

Тот с треском переломился пополам, посуда со всем ее вкуснейшим содержимым, к глубокой скорби принца Кэлера, со звоном посыпалась на пол. Семейный завтрак был безнадежно испорчен.

– Ну зачем ты так?! – укоризненно пробасил Кэлер.

Боги вскочили и приготовились по первому сигналу короля вязать безумца. Слуги тихо, но очень споро скользнули к выходу из зала.

– Милый, – раздался мелодичный голос принцессы, – тебе что-то не нравится?

Девушка положила изящную ручку ему на локоть. Мужчина резко обернулся к богине и, слегка успокоившись, значительно тише пояснил:

– Весь этот бред! Что здесь происходит, демоны побери?!

– А что тебе кажется странным, любовь моя? – участливо, как врач тяжелобольного, спросила принцесса.

– То, что ты не помнишь ни моего, ни своего имени или притворяешься, что не помнишь, что спрашиваешь, давно ли мы женаты, то, что они сделали с Элларом, повернув его возраст вспять, и сотворили фантом отца, который мертв уже лет десять, – обстоятельно перечислил Нрэн. Бог мог спокойно вынести очень многое, но при мысли о том, что над ним насмехаются родичи, готов был разозлиться всерьез.

– Папа, ты тоже понимаешь? – обратилась принцесса к отцу, подразумевая происшедшее с кузеном.

Лимбер кивнул и попросил Рика:

– Сынок, повтори, что там было написано на той плите, которую ты скинул на Нрэна?

– «Познай же вновь, что было прежде», – процитировал рыжий, добавив для перестраховки: – И я вовсе не скидывал ее, она сама… А на другой стороне…

– А вот это касается только тебя, – оборвал его король, имея в виду фразу о кратчайшем пути в могилу – весьма вероятной дороге для неугомонного сплетника.

– Не пора ли прекратить нелепую шутку? – процедил воитель, скрестив руки.

– Милый, это не шутка, – попыталась объяснить Элия. – На тебя воздействует сильное заклятие, поэтому все, что происходит, и кажется тебе таким странным.

– Хватит! – в сердцах бросил лорд и развернулся, чтобы уйти. Более участвовать в идиотском спектакле он был не намерен.

– Нрэн! Тьфу, Брианэль! Остановись, пожалуйста! – в сердцах воскликнула девушка.

– Да? – Бог нехотя повернулся к принцессе. Нрэн был зол, но ведь остановиться его просила «любимая супруга».

– Я сказала тебе правду! – решительно объявила богиня.

– Ладно, допустим, это не шутка, тогда что? Я тебя слушаю. – Он выжидательно уставился на короля.

Пока шел разговор, по одному движению густой брови Лимбера из зала исчезли все родственники, кроме Рика, Элии и самого короля, причем сделали они это с явным облегчением: кому охота подставлять свою шею под горячую руку взбешенного Нрэна. Сестру, конечно, жалко, но она стерва хитрая и все равно выкрутится. Одной улыбочкой с Нрэном управится! Вот и отец так считает, иначе бы не отослал их прочь.

– На каком Уровне и где мы, по-твоему, находимся? – спросил монарх Лоуленда, решив бить Нрэна на его же поле – с позиции логики.

– На двести шестьдесят втором, в Альвионе, Мире Узла, разумеется, – удивился лорд столь дурацкому вопросу.

– Проверь, так ли это, – посоветовал король.

Родичи посмотрели на воина. Он пожал плечами, закрыл глаза, расслабившись внешне и сосредоточившись на своей божественной сути, потянулся к Источнику… Через пару секунд лорд нахмурился и недоуменно констатировал:

– На двести пятьдесят седьмом. Странно…

– На двести шестьдесят втором прошла одна из твоих прошлых инкарнаций. После того как тебя э-э-э… заколдовали, ты вспомнил часть ее, причем настолько явно, что она перемешалась у тебя с памятью об этой и почти заместила ее.

– Почему я должен верить, что правда такова и это не дурацкая шутка Рика, дядя? – подозрительно спросил Нрэн, кладя руку на рукоять массивного меча. – Насколько я знаю, души богов, совершенствуясь с каждой инкарнацией, поднимаются лишь выше, а не спускаются вниз.

Поняв, что обстановка снова накаляется, принцесса подошла к кузену и погладила его по руке. Из кипящего котелка бога словно выпустили излишний пар. Он «великодушно» разрешил королю:

– Рассказывай.

– Бывает всякое, – дипломатично начал Лимбер. – Иногда души опускаются вниз, сами желая этого или с чьей-то «бескорыстной» помощью, а может быть, мы слишком много грешили даже по меркам Сил или нарушили один из Законов Великого Равновесия, тогда нас понизили на основании приговора. И еще, заметь, судя по твоему восприятию, мы путешествуем по инкарнациям все вместе. Это тоже крайне интересный и редкий случай.

– Ни разу не слышал ни о чем подобном, – крайне холодно и недоверчиво ответил Нрэн. – Очень странно это звучит и слишком похоже на глупый розыгрыш. Слишком.

– Мы же не идиоты, Нрэн. Если бы хотели тебя разыграть, придумали бы что-нибудь более реалистичное, не так ли? Даю тебе слово бога, что говорю правду. Возможно, я ошибаюсь, но не лгу намеренно, – устало отозвался король.

– Теперь я так и останусь жить в прошлом? – спокойно полюбопытствовал Нрэн, убедившись, что дядя не лжет, ибо слово бога, если уж он дал его, нерушимо.

– Я думаю, мы найдем способ восстановить твою память. Ведь она не исчезла полностью, ты узнал нас, ориентируешься в замке, только воспринимаешь себя и других через призму прежней памяти.

Нрэн согласно кивнул и обратился к кузине, желая выяснить главный беспокоящий его в данный момент вопрос:

– А ты моя жена?

– Нет, – покачала головой девушка, прибавив мысленно: «К счастью».

– Тогда давай поженимся, – безапелляционно заявил воин.

– Не хочу тебя расстраивать, кузен, но я не собираюсь в ближайшее время выходить замуж. Вообще, – несколько натянуто отозвалась принцесса.

– Я подожду, – «успокоил» ее лорд.

Богиня «несказанно обрадовалась». Соблазнить Нрэна и поразвлечься с ним она была бы совсем не против, но оформлять отношения с таким ревнивцем и занудой официально? Благодарю покорно! В радужных мечтах о подобной перспективе она отправила телепатический крик отцу: «Папа, что делать?! Я не хочу снова замуж за эту статую! Зачем повторять старые глупости?! Может, еще раз его этой плитой шибануть, чтобы он забыл свои идиотские причуды? По-моему, стоит попробовать. Хоть какой-то выход. Если не вернется прежний кузен, начну долбиться головой о булыжники я!»

«Не бойся, малышка! Надо будет – шарахнем! Только кто бы его подержал в это время?» – успокаивающе ответил ей Лимбер, от безнадеги одобрив идею дочки.

«Подержу! Готовьте в холле ловушку», – уже бодрее откликнулась обнадеженная принцесса.

Король кивнул и что-то быстро мысленно сказал Рику. Тот мгновенно исчез из комнаты, до глубины души сожалея о том, что ему не удастся продолжить мысленный конспект столь потрясающей беседы.

– Куда ты его послал? – не без основания заподозрив неладное в удалении бога магии, с угрозой спросил Нрэн, надвигаясь на короля.

– Чистить гальюны за то, что он уронил на тебя эту штуковину, – хмыкнул король. – Может, в дерьме повозившись, разучится всякую гадость в замок таскать.

Нисколько не поверив, Нрэн легко сбросил со своего локтя руку стоящей рядом кузины и двинулся к дяде, намереваясь, если понадобится, вытрясти из него подробности. Раздался жалобный вскрик Элии. Сразу утратив весь свой боевой пыл, лорд в тревоге обернулся, чтобы выяснить, что случилось. Элия стояла, баюкая руку. Пухлые губки обиженно дрожали. В прекрасных серых глазах стояли слезы.

– Ты сделал мне больно! – обвинительно бросила она бузотеру.

Лорд окончательно растерялся, не зная, что делать, и чувствуя себя донельзя виноватым. Опять он не соразмерил силы! Ни о каких дознаниях больше не могло быть и речи! Король спокойно смотрел на весь этот спектакль, восхищаясь актерским дарованием дочери. Мельком заметив ухмылку на его роже, девушка с легкой обидой подумала: «Ну, папочка, мог бы хоть для вида поволноваться!»

– Отнеси меня в мои покои, – потребовала принцесса у кузена.

Тот поспешно кивнул, бережно подхватил ее на руки и пошел к двери, даже не подумав воспользоваться телепортацией. На то и был расчет. Мысленно девушка обратилась к отцу: «Надеюсь, вы найдете время, чтобы скинуть на него камешек, пока мы будем путешествовать!»

«Не волнуйся, милая, все будет в порядке!» – отрапортовал Лимбер.

«Конечно, будет». – Элия мысленно улыбнулась.

Выйдя из зала, Нрэн со своей драгоценной ношей направился к только что починенному магическому лифту.

«Ну уж нет», – подумала принцесса и, скорчив болезненную гримаску, закричала:

– Нет! Только не на лифте! У меня кружится в нем голова. По лестнице, и медленнее.

– Конечно-конечно, дорогая, – торопливо заверил ее Нрэн и медленно пошел к лестнице.

При каждом его шаге принцесса страдальчески прикрывала глаза, а иногда тихо вскрикивала исполненным вселенской муки голосом, чтобы у воителя не осталось времени на осмотр окрестностей и какие-либо подозрения.

«Какой я идиот! Я причинил ей боль! О Силы! Как я сразу не догадался, что надо идти по лестнице?! Какой я неуклюжий, я снова причиняю ей страдания, – мучился Нрэн, бережно, как величайшую драгоценность, неся кузину. – Она такая нежная, хрупкая и изящная… От моих грубых прикосновений на ее коже могут остаться синяки. Ой, она опять вскрикнула! Я снова сделал ей больно! Какой я идиот! Любовь моя, но почему, почему я никогда не могу сделать хоть что-нибудь правильно? Так, как ты хочешь, чтобы тебе было хорошо! Какой я идиот! Грубый, безмозглый солдафон. А ты такая, такая…»

«Внимание! Мы кидаем булыжник! Сматывайся, дочурка!» – мысленно просигналил Лимбер.

«Кидайте», – дала отмашку Элия и тут же болезненно застонала:

– Остановись!

Нрэн послушно встал как вкопанный. Скинутая плита снова совершенно бесшумно завершила свой путь на его голове. Потом она с грохотом покатилась вниз по лестнице, распугивая затаившихся слуг, в который раз уже клявшихся себе, что дослуживают последний месяц в этом сумасшедшем доме, а потом уже их сюда никакими деньгами не заманишь. Испуганные рабы думали в это время о своей злой судьбе: уж им-то, хочешь не хочешь, податься из замка было некуда. Если только продадут… Даже на рудниках небось полегче и поспокойнее будет!

Когда грохот стих, к Нрэну телепортировались все братья, за исключением малыша Лейма, предусмотрительно отправленного на занятия, несмотря на громкие возмущенные протесты и заявления о взрослости и самостоятельности. Столпившись вокруг, мужчины озабоченно разглядывали воителя, думая: «Кидать еще раз, искать другой способ или подействовало?»

Лишь отец сообразил для проформы поинтересоваться состоянием принцессы:

– С тобой все в порядке, милая?

– Конечно, папа! – ласково ответила девушка, высвободившись из рук ошарашенно моргающего Нрэна, и, встревоженно глядя на него, страстно вопросила: – Брианэль, любовь моя, с тобой все в порядке?

Принцесса нежно прильнула к кузену, тот шарахнулся от нее как от зачумленной и большими прыжками помчался в свои покои. «Что со мной было? Ничего не помню… Почему я держал ее в объятиях? Силы, что я мог натворить в таком состоянии? Нет, пора в поход, срочно пора в поход!!! Надеюсь, у Источника найдется для меня подходящее задание».

Лимбер побелел как полотно. Рик тихо застонал и сполз по стене, прикрывая рукой лицо. Энтиор заскрипел зубами от ярости. Остальные раскрыли рты и оторопело уставились на сестру. Донельзя довольная произведенным впечатлением, Элия обернулась к отцу.

– Что случилось, папочка? Почему ты на меня так смотришь? А что с Брианэлем? Почему он убежал? – В голосе девушки зазвенели слезы обиды.

– Ничего, доченька. Все в порядке, все в полном порядке… – мягко сказал король, тоскливо глядя в направлении укатившейся плиты.

– Ты только не волнуйся, сестра! – проныл Рик.

Глядя на растерянные физиономии родственников, принцесса решила кончать с шуткой, пока, не дай Силы, и ее не шарахнули по голове чем-нибудь тяжелым.

– Успокойся, папочка. Я в своем уме, – звонко рассмеявшись, заверила девушка. – Это была шутка.

– Ну и стерва же ты, милая. Вся в меня, – проворчал король.

Братья вздохнули с облегчением и дружно заржали. Лимбер обиженно похмурился с десяток секунд, но не выдержал и тоже рассмеялся.

– Кстати, пап, может, мы все-таки позавтракаем? – встрял Кэлер, у которого уже бурчало в животе, несмотря на то что он успел пару раз основательно подзакусить с утра.

– Пойдем, – согласился Лимбер, – заодно отметим избавление от Брианэля. Когда-то я думал, что хуже Нрэна ничего быть не может. Дети мои, я ошибался!

Полностью поддержав решение короля насчет завтрака, компания отправилась в Инистую гостиную. Помещение, несмотря на свою умиротворяющую расцветку, сегодня едва не стало сценой трагедии. Лимбер активизировал восстанавливающие заклинания и убрал следы буйства Нрэна – Брианэля. Под умиротворяющее журчание фонтанчика все уселись за стол, и слуги начали вносить новые порции блюд, опасливо косясь на королевскую семейку: «Что еще сегодня выкинут эти сумасшедшие боги?»

– Интересно, а чего это мы всей семьей по Уровням гуляем, пап? – завязал беседу любопытный Рик. – Я раньше не слыхал, чтобы скопом по жизням перекочевывало столько душ, сохраняя прежние родственные отношения.

– Очень хотелось бы выяснить… – задумчиво протянул Лимбер.

– А разве есть такая возможность? – включился в разговор Элтон. – То, что боги столь высокого Уровня не помнят хотя бы отрывочно многие свои предыдущие инкарнации, очень странно. К такой ситуации могли приложить руку какие-нибудь Силы более высокого порядка, нежели Двадцать и Одна. Можно, конечно, попробовать выудить что-нибудь у Источника Лоуленда, но полномочен ли он давать нам такую информацию?

– А я думаю, мы сможем что-то узнать, только если отправимся на тот Уровень, что упомянул Нрэн, – двести шестьдесят второй. Только ведь это почти нереально, – поддакнула Элия. – Слишком сложен и опасен путь наверх через Межуровнье, а результат непредсказуем.

– Есть более простой способ. Можно разобраться с заклинанием на плите и, воспользовавшись им как основой, сплести свое, нужной мощности, чтобы снять блоки с памяти прошлого, не подавляя воспоминаний об этой жизни. Раньше у нас не получалось, но теперь-то мы имеем эффективно сработавший образец чар. Значит, есть шанс узнать, как и почему переплетены наши судьбы и почему мы вместе спустились на пять Уровней, – принялся рассуждать Лимбер.

Сыновья и племянники серьезно слушали речь короля. Лишь принц Джей обеспокоенно поерзал на стуле, но ничего не сказал.

– Значит, после завтрака ищите плиту и тащите ее ко мне в кабинет, – завершил свою речь приказом король.

Мужчины согласно кивнули. Оставшаяся часть трапезы прошла в относительном молчании. Шел обмен незначащими фразами, раздавалось постукивание столовых приборов и звон бокалов. Боги размышляли…