Текст книги "Чайный Мастер. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Ярослав Мечников

Соавторы: Росс Никулин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 10

Рау ещё несколько мгновений торчал в дверном проёме, принюхиваясь к Ровану, а потом бесшумно скользнул вдоль стены и исчез на кухне.

Никто, кроме нас двоих, этого не заметил.

Марвин склонился над Минком, собираясь утащить его в комнату Лиры и бормоча что-то о том, что нам вообще-то лавку открывать надо. Лира же сидела рядом на коленях и вытирала с лица парня кровь, которая текла у него из носа.

За окнами всё так же лил дождь, ветер бил в ставни и завывал в дымоходе так, что даже собственный голос приходилось повышать.

Рован медленно поставил пиалу, которую он крутил, обратно на место.

– Пройдём на кухню, – сказал он тихо и просто поднялся, первым пройдя за стойку.

Я, поняв, что он хочет поговорить один на один, а возможно, и посмотреть на Рау, который спрятался среди посуды под рабочим столом, задержался на мгновение.

Затем уверенно поднялся и пошёл следом за Рованом.

На кухне было душно. В очаге догорали поленья, от мокрых плащей тянуло сыростью, а на столе остались гайвань, нож и несколько баночек, которые я не успел убрать перед раскрытием Родника Минка.

Рован остановился у окна и посмотрел на меня.

– Духовный зверь из семейства рау, – произнёс он. – Молодой. Связанный с человеком. Твой?

Я опёрся ладонью о край стола, думая о том, что отпираться смысла нет. Рован не дурак. Он видел зверька, заметил нашу реакцию, а до этого несколько раз спрашивал, откуда Минк таскает хорошие травы.

– Мой, – вздохнул я, поглядывая краем глаза на алхимика.

Рован кивнул, словно услышал именно то, что ожидал.

– И как давно он к тебе привязался? Выглядит совсем ещё детёнышем.

– Почти месяц.

На его лице ничего не изменилось, но взгляд стал тяжелее.

– Почти месяц, – повторил он с явным осуждением в голосе. – Почти столько же я живу здесь и хожу к тебе. Приношу травы. Готовлю лекарства для твоей сестры. Теперь ещё рыжего взялся учить. А ты всё это время молчал.

– А что мне было делать? – вскинул я брови, не узнавая всегда весёлого Рована. – В первый же день посадить тебя за стол, налить чаю и сказать: «Здравствуй, Рован, у меня здесь духовный зверь прячется, только ты никому не рассказывай»?

– Можно было не в первый.

– Ты прожжённый торгаш, который печётся о своих алхимических рецептах больше жизни. Сам должен понимать, что чем больше людей знают тайну, тем быстрее она перестаёт быть тайной.

Рован мрачно усмехнулся.

– И кто знает?

Я помедлил, но честно ответил:

– Лира. Минк. Марвин. Хорк. И, возможно, лекарь Эрдан.

– Даже Хорк, – Рован потёр бороду. – Все знают, кроме меня.

– Да что с тобой? Я слышу в твоём голосе… – я замялся на миг, но так и не подобрал слов.

– Это ты у нас на старика похож своими повадками, словами и глазами, а я обычный парень. Мне и тридцати нет, если тебе интересно. И я что, не имею права расстроиться, когда тот, кого я уже считаю другом, скрывает от меня такую важную информацию? – вскинул он брови.

Я в ошеломлении покачал головой. Вот уж от кого, а от добродушного здоровяка Рована такой реакции я не ожидал. Думал даже, что он может броситься рассказывать обо мне Ищейкам, но вот такого… нет, не ожидал.

– Так, хватит этого, – поднял я руку. – Я говорил, что расскажу тебе, когда будет время. Считай, оно настало. Теперь ты знаешь, и я хочу знать, что ты планируешь теперь делать с этим знанием?

Во взгляде Рована что-то блеснуло – не обида и не злость. Там мелькнул какой-то огонёк. Опасный, неприятный. Такие глаза я часто видел у Рау, который что-то затевал.

А ещё так смотрит человек, который нашёл что-то, что давно искал. Мне этот взгляд не понравился.

– Я вижу взгляд торговца, почуявшего наживу, – усмехнулся я.

Только Рован сейчас думал явно не о деньгах.

В зале послышались шаги – Марвин отнёс Минка в комнату к Лире и начал расставлять столы на места, ругаясь под нос.

А затем кто-то постучал в дверь. Через несколько секунд послышался скрип, затем чужие голоса. Видимо, даже в такой дождь ходят по тракту путники.

Из зала донёсся голос Марвина:

– Тинг! Чайник Хвойного мотива! Да побольше!

Я не ответил, молча поставив воду греться над очагом.

– Тинг! – снова рявкнул старик. – Оглох, что ли?

– Сейчас! – ответил я.

Рован даже не обернулся и попросил:

– Покажи своего зверя. Посмотрю хоть нормально, – уточнил Рован, – а не на морду из-за косяка.

Мазнув по здоровяку взглядом, я взял с полки баночку с сушёными бутончиками терпкоцвета, разломил, роняя в чайник. Потянулся за веточкой золотарника, вспоминая первую встречу с этим здоровяком. Тогда Рован почти не знал меня, но отдал Настой Укрепления, который потом помог Лире пережить приступ. Да, не бесплатно. За услугу. Но без этого настоя всё могло закончиться куда хуже.

Он продолжал приносить травы, которые обычному алхимику были почти не нужны. Торговался за каждую монету, пытался выманить рецепты, но приносил. И Минка всё-таки взял.

Плохим человеком Рован не был. А вот опасным – вполне.

«Выходи», – позвал я через Связку, засыпая в чайник основу чая – жёлтый лист.

Под дальним краем стола что-то зашуршало. Рау высунул нос, прижал уши и недовольно посмотрел сначала на меня, потом на алхимика.

– Иди сюда, – позвал я уже вслух.

Зверёк выполз не сразу. Обошёл Рована по широкой дуге, прыгнул на полку, оттуда на моё плечо и уселся, обхватив хвостом шею. Через Связку шла настороженность, смешанная с любопытством.

Рован подошёл ближе, и сразу Рау оскалился.

– Тихо, – сказал я.

Зверёк не перестал скалиться, но хотя бы не зашипел.

Рован разглядывал его долго. Смотрел на серебристую шерсть, лапы, уши, потом перевёл взгляд на меня, будто сравнивая.

– Вторая ступень, я так понимаю? – спросил он.

Я хотел ответить, но в кухню влетел Марвин.

– Какого лешего ты здесь прохлаждаешься⁈ – рявкнул он с порога. – В зале двое продрогших путников, Хвойный мотив просят, а ты тут языком…

Старик осёкся, увидев Рау у меня на плече и Рована, который его разглядывал.

В тот же миг Марвин шагнул в проход и встал так, чтобы полностью перегородить выход. Руки у него ещё дрожали, пальцы были в повязках, но взгляд сделался таким, что даже Рау перестал скалиться и настороженно повёл ухом.

– Всё нормально, – произнёс Рован. – Не переживайте, Марвин. Сдавать его я никому не собираюсь.

– Ты, Рован, парень хороший, но умный больно, – ответил Марвин тихо. – Только чем докажешь свои слова?

Рован усмехнулся.

– Если бы я хотел сдать своего друга Ищейкам, то уже сделал бы это. И ни вы, ни сам Тинг, ни ватажники-волки за стеной меня не остановили бы.

От него коротко ударило силой. Но этого хватило с лихвой, чтобы воздух в кухне сгустился, пол качнулся под моими ногами, а на полках тихо звякнули баночки. Рау пискнул, вцепился лапами мне в плечо и прижался к шее, а его хвост заискрил. Меня повело к стене, а Марвин крякнул, согнулся, но остался в дверном проёме.

И тут же всё исчезло.

Рован стоял на прежнем месте, будто ничего не случилось.

– Вот и всё доказательство, – сказал он.

– Хватит, – процедил я, выпрямляясь. – Совсем дурные оба? Один аурой меряется, второй готов дверной косяк собой защищать. Чего вообще устроил⁈

Рау на моём плече стал надуваться, и до Рована дошло, что он только что сделал глупость. Он напрягся и даже сделал шаг от меня к Марвину. А я выждал ещё вдох, пока Рау надувал щёки для своего фирменного звукового удара, и только после этого сумел подавить в себе его ярость. И он медленно сдулся, после чего, пискнув, скользнул под стол, скрываясь среди утвари и продолжая оттуда следить за Рованом.

Марвин зло зыркнул на меня и наконец прошёл в кухню, освобождая проход.

– Ты мне тут не указывай, щенок.

– А вы не устраивайте драку на моей кухне, – не остался я в долгу. – Чуть что, сразу аурой давить. Языка ни у кого нет, что ли?

Потом, помедлив, добавил:

– Я тебе верю, Рован. Но в город сейчас не пойду. У меня гости, Минк едва живой, Лира на нервах. Если хочешь забрать свою услугу – говори здесь, что тебе нужно.

Рован прищурился.

– Говоришь, веришь, а сам боишься.

– Ты же торговец. Должен понимать разницу между страхом и осторожностью.

– Я алхимик.

– Вот не надо мне вот этого, – замахал я рукой в раздражении и повернулся к котелку, проверяя температуру.

Марвин недовольно фыркнул.

– Договорились? Вот и славно. А теперь завари чай. Люди ждут.

Я снял с полки баночку и достал серебристую цедру, бросил горсть в чайник к терпкоцвету и золотарнику.

Рован тем временем залез в свою сумку и достал узкую склянку с мутно-зелёной жидкостью.

– Это ещё что? – спросил Марвин.

– Сейчас увидите.

Рован вытащил пробку зубами и выпил всё разом.

Скривился. Несколько раз сглотнул, будто зелье застряло в горле, после чего убрал пустую склянку обратно.

– Дрянь, – выдохнул он.

Я залил смесь горячей водой и пустил в гайвань тонкую нить энергии. Запах хвои и терпкоцвета быстро заполнил кухню, напоминая, что мне и самому бы чаю выпить.

И тут из-под стола появился Рау.

Зверёк осторожно вытянул шею, втянул воздух и посмотрел на Рована. Настороженность через Связку ещё ощущалась, но уже совсем слабая. Рау сделал шаг. Потом ещё один.

– Ты чего? – спросил я.

Он меня будто не услышал.

Подошёл к сапогу алхимика, обнюхал. Рован не двигался. Тогда зверёк поставил передние лапы ему на колено и потянулся выше.

А через Связку пришло ощущение узнавания.

Не просто знакомый запах. Не просто человек, которого Рау видел раньше, а чувство, что он «свой». Будто Рован много раз ходил с ним в Лес, кормил, чесал за ушами и спал рядом возле очага. Так зверёк воспринимал Лиру. Почти так же – Минка.

– Вот оно что, – хмыкнул Марвин, расставляя чашки на поднос.

– Что ты выпил? – тихо спросил я, чувствуя некую злость в груди из-за того, что Рау повёлся на какую-то алхимию, приняв Рована за меня.

А алхимик только улыбнулся и протянул ладонь.

Рау принюхался, ткнулся в неё носом, после чего забрался к алхимику на плечо. Тот почесал его за ухом.

Я едва не поперхнулся воздухом.

Даже к Минку зверёк в первую встречу долго присматривался. А сейчас сидел у человека, которого ещё минуту назад готов был укусить, и довольно прикрывал глаза.

Марвин помедлил, держа поднос.

– Сам делал?

– Да, для Леса, – ответил Рован. – Звери перестают воспринимать меня чужаком. Ненадолго.

Словно услышав его, Рау распахнул глаза.

Резко оттолкнулся всеми лапами от шеи Рована, перелетел через половину кухни и приземлился ко мне на плечо. И недовольно зашипел.

Рован поправил рубаху.

– Вот. Минуты две-три. Иногда меньше.

Я постарался незаметно выдохнуть. Это просто трюк. Просто алхимия… Погладил Рау, успокаивая. У него всё ещё двоилось в голове, будто перед ним было два Тинга, но вот мой запах он ощущал хорошо.

– Это… интересное зелье, – сказал я наконец. – Но что ты хочешь от меня?

Рован посмотрел на меня, и в его глазах снова появился тот самый огонёк.

– Узнаешь.

Марвин покачал головой и пошёл в зал, забрав поднос.

– Ладно, – сказал я Ровану. – Ты меня заинтересовал. Да и, как известно, долг платежом красен. После закрытия лавки схожу с тобой.

Алхимик расплылся в довольной улыбке.

Вот теперь я окончательно понял, что за огонь увидел в его глазах. Не жадность, не злость, не обида и не что-то такое.

Так горят глаза ремесленника, который почти добрался до результата и теперь готов испортить десяток партий, лишь бы одиннадцатая получилась.

* * *

К вечеру Минк очнулся.

Сил у него почти не было. Лира посадила его у стены, подложила под спину свёрнутое одеяло и кормила жидкой кашей с ложки. Минк пытался забрать плошку себе, но руки дрожали так, что половина каши оказалась бы на рубахе.

– Я сам могу, – в третий раз пробормотал он.

– Ешь уже молча, – раздражённо сказала Лира и сунула ему в рот следующую ложку.

Марвин осмотрел его ещё раз и сказал, что всё идёт как надо. Родник успокаивался. До утра Минку следовало лежать, есть и не пытаться ощутить энергию.

А Рован… Рован весь день просидел в лавке.

Пил чай, разглядывал редких посетителей, иногда перекидывался парой слов с Марвином, споря об алхимии. Старик занимался травами у стойки, но постоянно косился на здоровяка, будто тот собирался стащить пиалу или похитить меня прямо из-за прилавка.

Ближе к закату дождь прекратился. Вода ещё стекала с крыши, тракт блестел в свете последних лучей, а ветер постепенно утих.

Я снял передник и заглянул к Лире. Минк снова спал. А она сидела рядом, придерживая его ладонь.

– Я ненадолго в город, – сказал я.

– Что он от тебя хочет? – Лира посмотрела в сторону зала.

– Да вроде как зелье какое-то проверить ему надо.

Она медленно подняла на меня упрямый взгляд.

– Ты уверен, брат?

Я лишь уверенно кивнул.

– Вернусь до ночи.

– Ты всегда так говоришь, – буркнула она, но удерживать не стала. Только добавила, как обычно: – Будь осторожен.

– Обязательно, – улыбнулся я ей.

Рау я посадил в плетёную корзину и накрыл такой же крышкой. Зверёк возмущался, царапал дно и пытался высунуть нос, поэтому пришлось сунуть ему пару листьев Холодянки. На некоторое время это помогло.

Марвин остался за стойкой с двумя поздними путниками и просто кивнул, когда мы вышли из лавки.

После дождя тракт превратился в грязь. Лужи доходили почти до щиколотки, в колеях стояла мутная вода, и несколько раз я едва не растянулся посреди дороги.

Рован шёл молча.

Я тоже, думая о своём. Корзина на спине время от времени дёргалась, а через Связку приходило недовольство Рау. Зверьку не нравилось сидеть взаперти, но тащить его по городу на плече было бы совсем уж глупо.

В мастеровых кварталах ещё горели светляки. Редкие прохожие торопились домой, лавочники закрывали ставни, от пекарни тянуло горячим хлебом.

Рован остановился возле узкого двухэтажного дома, зажатого между мастерской кожевника и складом тканей. Над дверью висела небольшая вывеска с нарисованной ступкой.

– Твоя? – спросил я.

– А чья ещё?

– Ты всё время выглядишь так, будто живёшь в Лесу, – подшутил я над ним.

– Было какое-то время, – улыбнулся он в ответ, отчего я едва челюсть не уронил.

Он отпер дверь и вошёл, а я запоздало спохватился.

– В смысле было? Ты что, и правда в Лесу жил?

Но здоровяк не ответил, закрывая за нами дверь.

На первом этаже располагалась лавка. Маленькая, но аккуратная и даже уютная. Узкая стойка, две стены с полками, заставленными баночками и тёмными склянками, сушёные пучки трав под потолком. В дальнем углу находился уголок мастерской, где стояла медная конструкция из котла, трубок и двух пузатых сосудов. Рядом – жаровня, ступки, весы, несколько ножей и железные щипцы странной формы.

А пахло тут горечью, спиртом (что удивительно), сушёной травой и чем-то едким, от чего защипало нос.

Рован запер дверь и повёл меня по лестнице.

Наверху оказалась жилая комната. Кровать у стены, шкаф, стол под окном с кучей исписанных тетрадей и пятнами от чернил. На подоконнике теснились горшки с растениями, а под потолком сушились корни – вот уже настоящий дом алхимика. Кучи книг лежали стопками прямо на полу, возле кровати валялась походная сумка, а рядом с ней – свёрнутый плащ.

Рован щёлкнул пальцами, и светляк под потолком разгорелся ярче.

Я поставил корзину на пол и приподнял крышку.

Рау выскочил сразу. Огляделся, принюхался, немного попривык и стал носиться по комнате, залезая во все углы. Залез на шкаф, едва не свалив оттуда колбу, потом спрыгнул на стол и попробовал засушенный лист. Тут же выплюнул, сморщился и громко чихнул.

– Не трогай, – приказал я.

Зверёк принялся обнюхивать чернильницу.

А я вдруг вспомнил слова Хорка. Если Рау навредит хоть одному жителю города, старик сам придёт за нами. И доберётся. Его седому зверю хватит сил разнести эту лавку вместе со стенами.

– Так что за опыт? – спросил я, когда Рован скинул с себя плащ и положил сумку в угол.

Затем он отодвинул стопку книг и сел за стол.

– Я же говорил, что стал алхимиком из-за друга, – произнёс он неожиданно.

– Да, говорил, – кивнул я, беря одну пыльную книгу и начиная её листать. Какие-то закорючки и куча формул. Отложил её и уточнил: – Но к чему это ты?

Рау сунул нос в открытую баночку, но Рован, не глядя, закрыл её ладонью.

– Лекарство не нашёл, – продолжил он, смотря на зверька, который уже привыкал к нему. – Его и нет. Есть способы удерживать Трещину. Гасить жар. Укреплять стенки. Выравнивать потоки. Но срастить Родник обратно… – Он покачал головой. – Не умеет никто.

– Но при этом у тебя свои рецепты, как тот же Настой Укрепления, – сказал я, листая очередную книгу.

– Да. Это один из многих. Работает хорошо, но ненадолго.

Рован помолчал, наблюдая, как Рау перебрался на подоконник и начал рыть землю в одном из горшков.

– Друга я не спас. А алхимию бросить уже не смог. Понравилось. Лес. Травы. Эксперименты. Момент, когда десять раз выходит дрянь, а на одиннадцатый получаешь то, что хотел.

– Знакомо, – сказал я искренне.

На что он усмехнулся по-доброму.

– Зелье, которое я выпил у тебя, тоже моё. Я называю его Звериным следом. Оно меняет запах энергии. Духовные звери какое-то время считают меня знакомым.

– Ты сказал, что действует пару минут, вроде.

– Раньше было три вдоха, – поймал он зверька, когда тот попытался стащить у него магическое перо.

– В Лесу проверял?

– А как же? – широко улыбнулся он.

Рован поднялся и открыл шкаф. Достал оттуда плоскую склянку с густой, почти чёрной жидкостью.

– Но не ради этого я тебя позвал. У меня есть кое-что более интересное.

Я посмотрел на зелье с подозрением и перевёл взгляд на довольного Рована.

– И что оно делает?

– А вот это ты должен проверить на себе.

Отложив книгу, я не скрываясь потёр переносицу.

– Ты предлагаешь мне выпить неизвестную дрянь, выступив твоим подопытным, – потом пощёлкал пальцами, смотря вбок, будто что-то вспоминая. – Дай-ка угадаю. Оно как-то влияет на Связку? Не так ли?

Рован поставил склянку на стол.

– Связка держится на двух ритмах. Человеческом и зверином. На второй ступени они уже сцеплены, но это не предел слияния Родников. Ты чувствуешь голод Рау, страх, боль. Он чувствует твоё. Когда зверь возбуждён, твои команды для него как комариный писк.

Я вспомнил, как Рау убегал в Лес, игнорируя приказы. Как вытянул энергию из моего Родника во время драки. Как его страх сбивал мне дыхание во время готовки чая.

– По идее, – замялся Рован, – зелье должно усилить вашу связь.

– Слушай, а может, ты проверишь это дело на том, кто уже пожил?

Рован уставился на меня в недоумении.

– Ну, я про Хорка. Ты же его знаешь? Он тоже Связный, старый, опытный. Он лучше подойдёт на роль того, кого… – я не стал говорить «кого не жалко потерять», хотя так не считал, просто пробовать экспериментальное зелье не очень хотелось.

– А, ты про него, – усмехнулся Рован. – Я проверил бы, если бы он согласился. Но на третьей ступени его Родник и Родник зверя почти одно целое. Там нечего выравнивать. Мне нужен был Связный на второй. А таких мало, сам знаешь.

Я посмотрел на склянку и на Рау, который уже крутился вокруг неё.

– Я же не умру?

– Не должен.

– Рован, – попытался я испепелить его взглядом за такие шутки.

– Не умрёшь, – улыбнулся он. – Дозу я рассчитал. Но может быть больно. Может затошнить, поведёт пространство. Возможно, потеряешь сознание.

– А Рау? Он так-то сильный зверь. Может делов устроить.

– Ему тоже достанется. Но о нём не переживай. Я чудищ и посильнее успокаивал.

Глядя на его медвежье тело и зная, что у него третий ранг Развития, я ему верил.

– Говоришь, Связку укрепляет, – пробормотал я, а Рау, получив мой мысленный приказ, тут же оказался у меня на плече с этим зельем в лапке.

– По идее, – уточнил Рован. – Ты со своими чаями экспериментируешь, а я с зельями. Будь это что-то опасное, я бы не стал рисковать.

Я долго смотрел на густую жидкость в склянке, взяв её из лап зверька.

Долг и правда был мой. И отдавать его было надо. Рован мог потребовать услугу куда хуже. К тому же непослушание Рау становилось опасным. Сегодня он украл Холодянку, завтра мог вылезти к Ищейкам или полезть за «вкусным» растением на Вторую Границу.

– Если что-то пойдёт не так… – начал я, но Рован меня перебил.

– У меня есть нейтрализующий состав.

– Ладно, – я уселся прямо в центре комнаты на деревянный пол среди книг.

Откупорил зелье, которое пахло мокрой корой и железом, и сделал первый глоток безвкусной жидкости, которая оказалась вязкой и холодной. Буквально прилипая к языку, она протиснулась в горло и тяжёлым комом провалилась в желудок.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом Родник дрогнул. И меня согнуло пополам. Склянка выскользнула из руки, но Рован успел её поймать.

В груди что-то рванулось, словно два потока одновременно пошли в разные стороны. Один был моим. Второй – Рау.

Зверёк завизжал.

Он сорвался с плеча, ударился о пол и попытался убежать, но Рован перехватил его обеими руками. Рау выгнулся, царапая рукава, а боль через Связку полоснула меня по нервам раскалённым железом.

Я зарычал, чувствуя, как внутри всё горит и бешено колотится. В тот миг пол ушёл из-под ног, и я рухнул на бок, прижал ладони к груди и попытался вдохнуть. Не получилось. Комната перевернулась, кровать оказалась на стене, окно – под ногами.

В голове запоздало мелькнула глупая мысль, что, может быть, Рован сам из Ищеек и он давно ощутил что-то неладное, а теперь, убедившись, что я Связный, решил меня прикончить?

– Рован… – выдохнул я. – Ублюдок…

– Терпи, – рявкнул он, удерживая бьющегося зверька в своих огромных руках. – Не сопротивляйся!

Легко сказать.

Родник колотился вразнобой. Каждый его удар отзывался в костях. Рау скрёб когтями по коже здоровяка, а я чувствовал его ужас так, будто сам оказался зажат в чужих руках.

Потом ритмы столкнулись.

Бум.

Бум.

Один мой. Второй звериный.

Между нами, помимо первой нити, словно протянулась тугая вторая. Затем третья, сплетаясь с другими. Они натянулись так, что у меня потемнело перед глазами. Мир пропал.

Я попытался позвать Рау. Потянулся к нему всем нутром, чувствуя его где-то очень далеко. Словно мы были в тёмном пространстве, и нас разделяли тысячи метров. Постарался передать ему, что я рядом. Я здесь, и всё будет хорошо.

Связующие нас нити натянулись, дрогнули, и Рау оказался передо мной, а в следующий миг тьма отступила.

Боль исчезла мгновенно. Раз – и будто её никогда и не было. Будто она мне просто приснилась. На миг мне даже показалось, что так оно и было. Просто сон. Кошмар…

Но нет, я ощутил себя лежащим на полу, тяжело втягивая воздух. Рау выскользнул из рук Рована и мягко опустился рядом. Несколько секунд мы оба не двигались.

Казалось, ничего не было. Ни боли, ни крика, ни ощущения, будто Родник вырывают из груди.

Только комната всё ещё медленно вращалась.

Рован присел рядом и заглянул мне в лицо.

– Слышишь меня?

Я попытался отмахнуться от его противной бородатой морды, но рука не поднялась даже на половину.

А затем перед глазами появились строки.

[Связка: вторая стадия]

[Синхронизация Родников усилена]

[Контроль над эмоциональным откликом духовного зверя повышен]

[Предупреждение: требуется закрепление через совместную медитацию]

[Побочный эффект: временная пространственная дезориентация]

– Да иди ты… – пробормотал я вяло, наблюдая, как вся комната идёт кругом.

Рован выдохнул и расплылся в такой довольной улыбке, что мне сразу захотелось чем-нибудь в него бросить.

– Значит, сработало, – произнёс он. – «Зелье Согласования». Неплохое название, как думаешь?