![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pod-provokatorom-si-378118.jpg)
Текст книги "Под провокатором (СИ)"
Автор книги: Яна Фортуна
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)
Все хором ахнули.
– Вирус?
– Что еще за вирус?
– Это заразно?!
– Если у вас есть какие-то доказательства, то предоставьте их суду, – сказал Верховный джудах.
Мелани явно волновалась, и дрожащими руками, быстро вызвала голографические сферы, и стала одну за другой показывать всю информацию, которую принесла. Эффект это определенно воздало неимоверный. Через какое-то время, кто-то даже начал кивать головой в знак согласия.
– Ваши факты приняты к сведению, мисс. Если вам больше нечего добавить, то вы можете покинуть трибуну.
Я окинул взглядом толпу, которая выглядела воодушевленной после ее слов. Конечно не все, но многие.
Когда Мел ушла и села на свободное место, Верховный джудах провозгласил начало голосования. Поднятая рука с открытой ладонью – оправдать, рука сжатая в кулак – признать виновным.
И вот тут я был шокирован.
Сначала провели подсчет голосов суда присяжных, которые неоднозначно разделились практически пополам, чем повергли меня в шок. Я ожидал, что все будут голосовать «за». Следующими, свои голоса отдали старшие члены нашего правления, которые тоже, на мое удивление – разнились. Неужели слова Мел действительно возымели такой колоссальный эффект? Когда очередь дошла до меня, я попросил воздержаться, и проголосовать последним. К концу голосования случилось самое худшее, что могло произойти…, мой голос был решающим.
Твою мать. Я посмотрел на сидящего в самом углу камеры заключенного. Мое слово решит его участь. Молящие глаза Мел говорили громче слов, звучали где-то на отголосках моего сознания. Я знал, что она даже не сомневалась в том, каков будет мой ответ. Она бесконечно, безгранично верила мне. В меня.
Я посмотрел на Патрика, вспомнив его слова.
****
– Джошуа не виноват в произошедшем, – сказал я.
– Я понимаю. Однако мой голос ты уже знаешь, ты должен будешь последовать моему примеру.
– А как же свобода выбора…? – спросил я Патрика.
– Не всегда получается так, как хочешь. Наши люди настроены крайне негативно. Они потеряли кров, многие потеряли семьи. И все по вине – одного человека. Как ты думаешь, что будет с нашим единством, пощади ты повинного в этом преступника?
– Оно развалится, – договорил я.
– Именно. Людям нужен козел отпущения, и им плевать, действовал он осознанно или нет. Если мы не дадим им спустить пар так, они найдут другой способ это сделать, который может оказаться в разы хуже. К сожалению «малая кровь», это наш гнет, сын. В одной нашей руке всегда будет зерно, а в другой меч палача. И этим мечом иногда приходится взмахивать, как, например, сейчас.
****
Какую руку сейчас подниму я? В словах Патрика был смысл. А Мел? Мог ли я так поступить с ней? Она не понимала глубины этого вопроса. Но всё же, она просила меня…
Я понимал, что пауза затянулась слишком долго. Все выжидающе смотрели на меня. Ждали моего голоса.
Однако, я принял решение, ещё до того, как переступил порог судебного зала, и ни Мел, ни Патрик на него не повлияли. Руководствовался я совсем иными соображениями…, теми, о которых знал только я. Почти.
Еще раз оглядел толпу, посмотрел на Джошуа, который пристально, не отрываясь смотрел на меня красными глазами, затем встретился взглядом с Мел, которая все так же, доверчиво смотрела на меня, и… прости девочка, вознес меч.
– Голос Вице-марла, – громко произнес я, поднимая сжатую в кулак руку вверх. – Виновен.
Руку – символизирующую орудие палача.
[1] Верховный джудах – должностное лицо, не подвластное ни единому ведомству повстанческого союза, лицо, участвующее исключительно в высших военных трибуналах. К гражданским судам отношения не имеет. Джудахи – занимаются военным судейством, а Верховный джудах – единственный на весь повстанческий союз регламентирует и выносит решения по казни.
Глава 56. Мобилизация
КЛАУД ДЮБОН
Не могу не признать, суд над Джошуа пощекотал нервишки, и кроме того, оставил неприятный тягучий осадок внутри. Я изначально знал, каков будет мой голос. Все мешканья – были конфликтом простой банальной человечности и долга клятве. А я долгу верен – как никому. Однако, это горькое послевкусие – смыть невозможно. Джошуа был верным напарником и мне, отчасти, было его жаль, он действовал неосознанно, не под своей собственной волей. Когда-то и меня лишили такого выбора, заставив сделать то… от чего мне до сих пор по ночам снятся кошмары.
Особой же специей в этом всем была Мел. Моя Мел, которая верила в меня, доверяла, была убеждена, в том, что я поддержу ее. Она была такой решительной, стояла, гордо задрав голову. Я видел ее такой впервые, в этой девочке столько изменилось за такой короткий период. Она больше не была тем робким воробушком, которым я ее встретил впервые. Передо мной стояла уже женщина, сильная, уверенная в себе. Это был ее триумф. Вернее…, был бы. Скорее всего в ее голове существовали разные сценарии развития ее столь внезапного вторжения в Зал Джудов. И я более чем уверен, ни в одном из прогнозов на исход судебного заседания я не фигурировал так, как сегодня. Я, не то, что не поддержал ее, я был тем – кто свел все ее старания на нет.
Поганое чувство.
Я смотрел на нее в момент, когда вознес свою руку. Она затаила дыхание, я слышал это, а это означало то, что она все же не была уверена в том, какой ответ я дам. Сомневалась. И каким же правым было ее сомнение.
Когда моя рука сжалась в кулак, всем нутром ощутил, что в этот момент так же сжалось ее нежное сердце.
Не приди она на заседание, голосов «за виновность» было бы доминирующее большинство. Мой голос благополучно затерялся бы среди десятков других, не имея какого либо особого значения. Но она смогла переубедить большинство, склонить на свою сторону, добиться, может не перевеса, но равенства в голосах. Именно того равенства, которое поставило меня в это ужасающее положение.
И ведь это была ее победа, которая, наконец, подарила бы девочке, прожившей все двадцать лет в золотой клетке – крылья.
Крылья, которые я в ту же секунду обломал, не дав даже ощутить вкус победы.
Я не успел договорить слово «виновен», как она выбежала из Залы Джудов. А мне оставалось лишь смотреть в ее удаляющуюся спину.
Не все бывает в этой жизни так, как хочешь, милая. И справедливость не всегда торжествует. Пора уже усвоить этот урок.
Зал стремительно начал пустеть. Я встал со своего кресла, намереваясь последовать примеру большинства, как почувствовал руку на своем плече. Обернулся.
Пара уставших глаз смотрели на меня. Уставших не от возраста, а от гнета непомерной, бесконечной ноши в виде ответственности, за всех и вся.
Отец крепко сжал руку.
– Ты поступил правильно, сын.
Знал, что Патрик прекрасно понимает, какие я сейчас испытываю чувства. Уверен, он хотел поговорить о том, что у нас с Мел будет ребенок, и о нашей «женитьбе», но осознавал, что я не в том настроении. Я лишь коротко кивнул ему, и направился к выходу. Стоило переступить порог Залы джудов, как меня кто-то окликнул.
– Генерал, генерал Клауд Дюбон, сер!
Я пробежался взглядом по толпе, выделив среди нее взъерошенного молодого солдата, который протискивался через тесные группы людей. Парнишка двигался в моем направлении. Видел я его впервые, но по погонам и знакам принадлежности понял, что он из бункера Елена. Увидев, что я заметил рукой, он интенсивно замахал рукой, дабы привлечь еще большее внимание.
– Слушаю, – громко произнес я, пытаясь пересилить гул голосов и топот ног.
Что-то случилось, нутром чувствовал я.
– Свершилось, мой генерал!
«Свершилось», а не «случилось», и это уже хорошо.
– Говори, рядовой.
– Я Мелман Лерой, из шестого отряда, из…
– Да говори уже, – в нетерпении перебил его я.
– Да сер, простите сер, контрольная консоль искр выдвинулась из Кадмуса сер. Генерал-командующий объявил срочный созыв войск. По шесть дивизионных отря…
Я его уже не слушал и быстрым шагом направился прочь из Залы джудов[1].
____________________
– Генерал, ваш отряд полностью подготовлен. Осталось оснастить оставшиеся два, и мы готовы, – сказал Хельм Йохансон.
У нас планировался перехват центральной консоли управления искрами. Мы решили делать это диверсионными группами. Отрядов будет шесть открытых, шесть под инвизорами, и один мой – блиц отряд. Задача первых – отвлекать врагов в открытую, задача вторых – защищать мой отряд при диверсии. Моя же группа будет атаковать напрямую консоль.
Дальние бункеры не успеют стянуть свои войска к консоли, так что будут вовлечены лишь солдаты ближайших бункеров, и Гипфеля в том числе. Мы вообще были удивлены, что независимый полис Гипфель решил таки принять участие в открытом конфликте.
– Сколько у нас есть времени? Какие координаты столкновения? Есть просчет траекторий?
– Работаем над этим, выдвигаемся сразу после мобилизации. Пока, примерный ориентир, если выдвинуться в течение часа, то мы настигнем их ориентировочно в 900 километрах от столицы.
– Генерал, ваш мотоцикл готов.
Я кивнул солдату, занимающемуся моим супер-байком, отошёл в сторону и позвонил Асдис.
– Четырнадцатая.
– Здороваться тебя не учили? Слушаю тебя.
– Что по провокатору? Не получилось доработать?
– Нет. И…, ты хоть представляешь, в какое положение меня поставили ты и Маркус? Да когда все всплывет, меня могут лишить лицензии, да что уж там…, ты сам то…
– Хреново, раз новостей нет. Ладно, не бери в голову, Асдис. Значит таков мой путь. Буду действовать своими силами, – о провокаторах и погружениях можно теперь забыть, – Кстати, ты видела Мел?
– Да, она приходила ко мне сразу после заседания, такая злая была, попросилась увидеться с Джошуа.
Я негодующе цокнул языком. Головой понимал, что не об этом мне сейчас стоит думать. Да и, ей самой, возможно, необходимо сделать это, развеяться, однако моим инстинктам, разумным человеческим языком это не объяснить.
– Он уже у тебя в боксе?
– Ну да…, раз ко мне изначально попал, тут и будем держать. Тюрем то нет…, тем более, ты же сам знаешь, что лучше ему быть под наблюдением.
– А он… не навредит Мел?
– Нее… не думаю. Капельница вчера только была, для заседания же решили сделать в последний раз.
– То есть, ты не исключаешь, что такое «может быть?». Где сейчас Мел? – процедил сквозь зубы я. – У нее коммуникатор не работает. Почему ты пустила ее?!
– Я что, нянечка ей? Ну, внизу, в боксе должна быть. Может связь плохо ловит. Там охрана, если что! Что ты сразу злишься?!
– Я и есть злость, черт возьми!
– Ууу, очень страшно, я вся дрожу. Не переживай, найду я твою строптивицу. Можешь не переживать за нее. Кстати, краем уха услышала, что у вас мобилизация? Ты тоже участвуешь?
– Конечно.
– Поняла, береги себя, искорка.
– Пригляди за Мел пока меня нет.
– Хорошо. Пойду, поищу ее чуть позже, дела только закончу.
– Спасибо Асдис, за все что делаешь, – оттарабанил, и не дожидаясь ответа, отключился.
Я направился в сторону мотоцикла, на мне была военная экипировка Нордов. На голове шлем – с виртуальным визором и кучей голосовых помощников, учиться пользоваться которым придется прямо находу.
– Система, свяжись с командным центром, скидывай каждые 30 секунд новую геопозицию контрольной консоли искр.
– Будет выполнено, сер.
– Система, включи антирадары на мотоцикл и активируй инвизоры.
– Принято, сер.
Я сел на супербайк, наблюдая, как мое тело, вместе с мотоциклом, становятся прозрачными. Положил ногу на газ, на что двигатель оглушающе пророкотал. Главное не забыть включить подавители звука, когда я буду слишком близко к консоли.
– Система, соедини меня с моим отрядом.
– Как прикажете, сер.
Мне понравилась ее адаптивность к живой человеческой речи. У нашего СЭЭк с этим были жуткие проблемы.
– Солдаты, слушать мои команды! Сели по машинам, как все будут готовы, оповестите меня идентификатором об этом. На сборы у вас десять минут, по моему сигналу, выдвигаемся.
Ну что ж. Я ударил кулаком по своему плечу, наблюдая за обратным отсчетом секундомера на визоре.
Три
Два
Один
«Из недр воспрянем под красным солнцем! Не забыто, не прощено!»
Вперед!
[1] Зала джудов – «дворец суда»
Глава 57. Все меняется вокруг, и с этим меняюсь и я
МЕЛАНИЯ РОШ
День суда – смело можно было назвать «американскими горками», прожитые эмоции именно так и ощущались. Моя душа то воспаряла до небес, то с ужасающей стремительностью проваливалась в тартарары.
Что сравнится с чувством, когда ты стоишь одна против всех, когда ты – чужая, и пришла отстаивать права, стоишь лицом к лицу к людям, по умолчанию ненавидящих тебя лишь за одно происхождение, и в этот момент твой мужчина становится плечом к плечу с тобой, укрывая от колких словесных стрел и нападок? Готовый, защитить тебя от целого мира – любой ценой. Который в довесок, заявляет что ты – его будущая жена, тем самым, оберегая силой своего имени, даруя неприкосновенность.
К довесок ко всему, после этого ты добиваешься поставленной цели, ради которой пришла, переворачиваешь мнение большинства на триста шестьдесят градусов. У тебя впервые за все время получается что-то действительно стоящее, значимое. Когда до этого твоя жизнь была лишь существованием, неспособным повлиять ни на один жизненно важный процесс, когда ты иллюзорно находилась на вершине мира, за счет своего происхождения, но при этом была никем. По факту, твоя фамилия была лишь пустым звуком. И несмотря ни на что – ТЫ СМОГЛА! Сама, своими силами.
Разве могло сравниться с этими двумя чувствами что-либо?
Могло, только кое-что полностью обратно пропорциональное, развивающееся со скоростью геометрической прогрессии. Вот и он – эффект американских горок во всей красе. Сегодня я доказала достоверность выражения – ни один взлет не бывает без падений.
И да, падать было больно. Очень больно. Однако…, будь на моем месте прежняя Мел, она бы разбилась, так и осталась лежать на дне раздробленными осколками, сокрушаясь о несправедливости жизни.
К счастью – та Мел умерла.
А новая Мел – будет действовать. Все меняется вокруг, и с этим меняюсь и я.
Глава 58. Консоль
КЛАУД ДЮБОН
– Мой отряд на месте. Ждем вашего приказа, командующий, – сказал я в свой наушник, по засекреченному каналу.
– Генерал, консоль движется к вам по траектории в 41 градус, после моей команды, двигаясь по прямому углу, вы пересечетесь с ними через четверть часа.
– Понял. Подсчет конвоя сделан?
– Да, четыре тяжеловесных с солдатами Конфедерации, военные Провиданс в отдельных тяжеловесах.
– Принято. Жду вашей команды, сер, – сказал я и принялся всматриваться вдаль.
Перевозились искры исключительно в усыпленном состоянии. Держать их все время под контроллерами нельзя. Все-таки, это живые люди, и у них тоже есть износ организма, а если они будут бодрствующими в одной кабине – поубивают друг друга. Оснащать каждого отдельным оборудованием для перевозки – накладно. Потому их всех усыпляли и перевозили на тяжеловесах, как обычных солдат.
Нашей же проблемой были солдаты Конфедерации.
Хельм с отрядом войдут с ними в открытый конфликт, а мы будем огибать по правому флангу и нападем сбоку сразу на контрольную консоль.
Консоль представляла из себя аппаратуру, похожую на мою, для погружения, только в разы больше. Перевозилась она на длинномере. Преимуществом на нашей стороне было то, что мы получали утечку данных из Провиданс. Знай Правящие, что мы имеем доступ к их данным, не оставили бы своих искр без тщательного присмотра. Достаточно было – не перевозить их спящими, и мы не смогли бы к ним приблизиться даже на йоту.
Я оглянулся на свой отряд. Крепкие, сильные ребята. Готовые к бою. Их ряды сильно опустели, после вторжения. Но иной участи у нас нет, как и иного выбора. Если все пойдет по плану, и искры окажутся в наших руках, мы привезем консоль в Гипфель, и сразу выдвинемся на Столицу. Все юниты конфедерации не успеют стянуться к ее границам, нападем молниеносно и неожиданно, застанем Бришалот врасплох. Хотя, полноценно врасплох не получится, о том, что мы захватили искр, им станет известно сразу.
Встал с мотоцикла, размялся и закурил сигарету, щурясь из-за света заходящего солнца. Отряда Хельма я не видел. Они были на другой стороне. Дальше, чем мог уловить мой усиленный слух.
Я уже успел перепроверить все свои обоймы, заточить ножи, каналы связи, как, наконец, в наушнике послышалось:
«Генерал, по боевым позициям, вперед!»
Я выкинул бычок, затушил его, сел обратно на супербайк, и, подняв руку, привлекая внимание своих солдат, показал жестом готовиться.
– По местам! Стартуем через сорок секунд, – сказал я по военному каналу, затем переключился на выделенный. – Камилла, у тебя все готово? Мы выдвигаемся!
– Да, генерал. Жду ваших приказов.
– Прекрасно. Ну что ж, вперед.
– Храни вас Бог, сын, – сказал Патрик, находящийся рядом с моим техником.
– Под красным солнцем воспрянем, отец.
___________________
Я отдал солдатам приказ активировать маскирующие устройства. Мы выдвинулись по прямой, почти перпендикулярно к траектории движения консоли. Я уже слышал шум их двигателей. Посмотрел на вереницу тяжеловесных машин, на длинномер и легковые сопроводители. Присвистнул. В инвизорах нас не могли засечь ни радары, ни тепловизоры, ни уж тем более, человеческий глаз. Мы поравнялись с конвоем, двигаясь параллельно, с той же скоростью, что и длинномер с консолью. Единственное, что могло нас выдать, это пыль, разлетающаяся из под магнитных подушек наших аэрокаров.
Спереди послышался первый взрыв. Затем второй. С моего обзора не было видно, что происходит, но я знал, что это Хельм со своими отрядами, атаковали первую эскортную машину. Так было решено действовать, еще до начала атаки.
Эскортные легковушки наших врагов моментально отделились от общего автокаравана машин, стягиваясь вперед, на помощь пострадавшим рядам. Хельм и его отряды решили атаковать с носа, что бы замедлить движение всех машин в рядах.
– Скажете, как выступать, сер, – обратился я тем временем к командующему.
– Ваша цель, не выдать себя, пока что, генерал. Ждите, что бы то ни было, ждите моего приказа. Ваши действия только после Хельма.
– Есть сер!
Мы продолжали движение.
Резко нас всех, что Конфедератов, что консоль повело от мощной ударной волны. Я еле удержал равновесие, с силой выровнял свой мотоцикл, прячась рукой от вихрем летящего песка. Похлопал по наушнику:
– Что за черт?! Хельм?! Что у вас? – говорить было сложно, песчинки так и норовились попасть в рот.
– Искры тут, искры! Не спят!
«Твою мать! Какого черта?!», мысленно выругался, но вслух сказал лишь:
– Командующий, жду ваших указаний! Позвольте вмешаться!
– Категорически запрещено! Ждите моего приказа генерал! Еще не весь эскорт стянулся к носу! У вас другая задача! Консоль в приоритете!
Черт!
Я считал каждую минуту, прикидывая, сколько могло погибнуть человек в то время, пока мы просто отсиживались в засаде. Ярость закипала во мне, я знал, что враги поблизости. Зверь рвался наружу, требуя их крови.
– Хельм, как вы?!
– Хреново, генерал. Очень хреново, долго не протянем, еще и конфедераты подтянулись. Искр немного, видать разбудили не всех…, как же мы облажались, с*ка, – послышался треск в его динамике.
Я взъерошился, ощерился, до боли сжимая ручки мотоцикла.
Да дайте мне чертов приказ ворваться на поле! Вашу мать!
– Генерал! – услышал я голос командующего. – Быстро, насколько можете, захватите консоль! На торпеде дела катастрофически плохи, с теми же темпами, они не продержатся и двадцати минут, тогда враги выйдут на вас! Марш генерал, марш!!!
– Солдаты, – взревел я, обращаясь к своему не очень большому отряду. – По позициям, прямиком на консоль, действуем, как и обговаривалось! Вперед!
Мы включили инвизоры и что есть мочи рванули к длинномеру.
Снега давно подтаяли, дышать было невозможно в этих, исходящих от магнитных импульсов массивных тяжеловесов, клубов мелкого песка. Обзор настолько был закрыт, что даже пришлось включить радары.
Мы подъехали к самому основанию консоли, я встал ногами на сиденье супер-байка, заранее зафиксировав себя к нему, что бы не упасть, все будет делаться на ходу. Взяв в руки, заранее подготовленную взрывчатку, прикрепил ее к дверным отсекам консоли. Сама консоль оказалась намного крупнее, чем мне казалось изначально, огромная движущаяся махина, так что для верности я добавил еще одну порцию тротила.
Как дело было сделано, слегка отшатнувшись, прыжком сел обратно на супер-байк и отъехал от консоли на приличное состояние, как раз туда, где меня ждал мой отряд.
Я нажал на кнопку и дверь отсека разлетелась на мелкие кусочки.
– Вперед! – заорал я.
Мы рванули в сторону прохода. Наши защитные отряды моментально начали стягивались за нами, захватывая нас в полукруг и защищая от тех, кто мог напасть на нас снаружи. В консоли включился вой сирены. Я уверен, сейчас дела на торпеде будут идти куда лучше, по тому, что искр, что солдат направят всех сюда, понимая, что торпедные войска – были лишь обманным маневром.
Тогда наши защитные отряды, и оставшиеся в живых торпедные замкнут в круг Конфедератов и искр, что многократно упростит нашу задачу.
Я подъехал к порогу двери, схватился за нее руками и рывком подтянул свое тело вверх. Мои солдаты мой трюк провернуть не смогут, так что они использовали осадное оружие, да и экипировка Нордов с их импульсаторами, сейчас оказалась очень даже кстати.
Я дождался первую часть своего отряда, вытащил из-за спины автомат и аккуратной поступью двинулся внутрь консоли. Первый отсек был грузовой, и мы его быстро миновали, во втором начались целые вихляния коридоров.
Мы коротким шагом передвигались из одного отсека в другой, как услышали впереди топот ног.
Искры, почувствовал я всеми своими инстинктами.
– По позициям, оружие к бою, тут искры! Их не много, главное не бойтесь, это поджигает их! На вас первоклассное снаряжение, не забывайте! Главное, берегите головы!
Я вытащил автомат, взвел его курок и встал в позицию, твердым хватом удерживая оружие наготове.
Каждый их шаг я слышал будто бы рядом. Знаю, что и они слышат нас, хотя они свободны, в отличие от меня, и определенно работают на максимуме своих возможностей.
Шаг, второй, третий.
Показались. Я выстрелил, раз, второй, в узком коридоре они прямиком попадали под открытый огонь, тут никто бы не выжил. Только потом понял, что они были без брони, просто…, только что вышедшие из сна, даже без контроллеров…, они бы разорвали друг друга, но прекрасно чуяли «млекопитающих» другой природы. И эта добыча им казалась интересней, чем хищники. Я понимал их так же, как себя.
Законченные мрази, твари в этой Провиданс, как пушечное мясо отправили искр защищать их холеные задницы. Вполне возможно где-то среди них мог бы быть и я. Я мимолетно глянул на своих солдат, отчетливо читая на их лицах ненависть, страх, злобу и удовольствие с которым они стреляли по искрам. Они ведь даже не знают, что искры – такие же жертвы системы, что и остальные люди. Но искоренить годами взращённую ненависть из сердец – невозможно. А я давно смирился с этим их восприятием вещей.
Да, мне было жаль, но никуда не денешься, я всегда буду на стороне своих.
Я заменил обойму и вновь начал стрелять. Выжившие искры уже подобрались вплотную, и перешли на ближний бой.
Я достал ножи. И невероятно быстро потерял счет времени, счет убийствам. Искры без контроллеров были не такими устрашающими противниками…, скорее как стадо диких зверей. Даже мои солдаты в экипировке Нордов, начали чувствовать себя уверенней.
– Зачем они выпустили их?
– Время тянут, как зачем…, если мы не успеем захватить консоль до того, как сюда придут экипированные искры под контроллерами, нам конец. Наши отряды не продержатся долго в обороне, – выпалил на одном дыхании я, укорачиваясь от нападавшей на меня искры.
– Хельм? – связался я с генералом по связи.
– Да, – не сразу прохрипел он
– Ты ранен?
– Есть немного.
– Хельм, как обстоят дела снаружи?
– Они уже стянулись к консоли, защитные отряды сдерживают их как могут. Мы тоже делаем, что в наших силах, но долго не протянем. На искр мы не рассчитывали.
– Держись, мы постараемся побыстрее справиться. У нас тоже тут произошла задержка.
– Поторапливайтесь!
Когда с искрами было покончено, мы, перешагивая трупы и оставляя за собой дорожку из алых отпечатков наших подошв, двинулись дальше. На пути больше никто не встретился. Мы оказались около запертого центрального отсека. Я заложил взрывчатку.
Мы отошли на расстояние. Стоило нам подорвать и его, как изнутри по нам открыли огонь. Я вовремя увернулся, а вот менее ловким, повезло меньше. Мы открыли пальбу в ответ.
Когда дым от взрыва улегся, а стрельба с их стороны утихла, увидел огромный центр управления. Консоль, и еще человек десять в белых халатах, трясущихся от страха, а так же несколько мертвых солдат. Позади них были подключенные к аппаратам генералы конфедерации, управляющие в данный момент искрами.
Я долго не думал, вытащил пистолет и поочередно отправил каждому из них по пуле в затылок. Они даже не поняли в своих симуляциях, как умерли.
– Консоль под контролем, – сказал я по связи командующему.
– Знаю, открой камеру.
Он открыл изображение, где велось сражение около консоли. Искры, стояли как вкопанные, просто замерли, падали лишь те, кого нечаянно задевал снаряд. Наши солдаты продолжали сражаться, но только с солдатами Конфедерации, но это мелочь.
Все получилось: раз убиты генералы – то искрами больше никто не управляет.
– Этих в плен. Проверить сперва на трекеры, изъять, – холодно сказал я, ткнув автоматом в докторишек, и подошел к пульту управления консолью.
Я цокнул языком в изумлении, это тебе не мое оборудование для погружения. Полез в карман, вытаскивая из него внешний накопитель.
– Камилла, как его подключать? – связался по каналу с техником.
– Поднеси к сенсорному датчику, дальше я сама.
Я последовал ее инструкциям.
– Сколько искр во сне?
– Почти шесть тысяч.
– Принято. Отключаюсь, – сразу же перезвонил командующему. – С нашей стороны все готово, генерал командующий, жду дальнейших указаний.
– Прекрасно сработано, генерал, пленных не оставлять, контроллер отправьте с конвоем в Гипфель, сами с искрами выдвигайтесь на столицу.
– Но тут в основном врачебная бригада, среди них, нет военных. Что делать с ними?
Ответа долго не было. Мой автомат был направлен на кучкующихся людей в белых халатах, которые жалобно поскуливали, при малейшем нашем движении. Их животный страх опьянял, что крайне мешало держать себя в руках. Наконец, послышался долгожданный треск динамика:
– В изолятор, я выдвигаюсь к вам сам.
Неожиданно. С чего бы вдруг? Но единственное, что я сказал:
– Принято, сер. Ждем.