![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pod-provokatorom-si-378118.jpg)
Текст книги "Под провокатором (СИ)"
Автор книги: Яна Фортуна
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц)
Глава 36. Карманный докторишка, лучший из людей
Когда я вернулся в научный центр Асдис и зашёл в её кабинет, был, мягко говоря, шокирован. За её рабочим местом сидела целая армия в белых халатах, и Патрик с Маркусом – в их числе.
– Что происходит? Что за собрание?
Все до единого повернули в мою сторону головы, при этом на каждом были черные круглые очки, которые я пару раз уже видал в лаборатории Патрика. Жуткое зрелище. Маркус первым подскочил ко мне, стягивая с лица не самый симпатичный медицинский аксессуар. Опередив всех, отвел меня в сторону, и начал шипеть на ухо.
– Твоя чокнутая подруга-докторша вчера, бесцеремонно ворвалась ко мне, обломала победу на турнире, потом…, сияла сиськами перед лицом, а затем напичкала лекарствами и обокрала, стащив провокаторы!
– У нее же вроде, твердая троечка, ну да, какой кошмар, когда таким мельтешат перед лицом. Звучит, действительно, ужасающе. И как ты только выжил.
– Тебе смешно, да?!
– Нет, – но мое лицо говорило об обратном.
– Но, что бы ни было, она просто чертов гений, – его глаза загорелись, и он так же шёпотом продолжил. – Ты просто не знаешь, что она придумала, сначала, я решил было, что она стянула провокаторы для тебя. Когда действие ее препаратов закончилось, а длилось оно, смею заметить, часов пять, я сразу отправился на ее поиски! Надо же было, как-то отстоять свою честь и попранное достоинство, она, как-никак, домогалась меня! Ну, так вот, я ее нашел, хотел устроить разбор полетов, так она мне сунула в лицо новый провокатор! Третьего поколения! А мы с Патриком над ним горбились последние четыре года!
– Знаю всю эту историю, правда, без подноготной, – подавив смеховой позыв, иронично протянул я.
– Ах ты сукин сын, так ты был в сговоре с ней?! Так ты теперь начал действовать?! Подсылая ко мне красоток?!!
Я пожал плечами.
– Что вы там шушукаетесь, – прокричала Асдис, прерывая наш любезный разговор. – Идите оба сюда, живо! Дюбон, садись в кресло, – она быстрым шагом сократила расстояние между нами, и грубо схватив за руку потащила к столу.
Я посмотрел на нелепое лицо Маркуса, который, вопреки гневным возмущениям, следил за Асдис с явным восхищением.
– Дюбон. У меня для тебя хорошая новость. Мои великим гением, был найден анти – мутаген. Мы сейчас доведём всё до ума, проведём пробу на всех образцах твоих тканей, и если всё будет хорошо, то…, наши поздравления.
– Поздравления с чем?
Я посмотрел на радостное лицо Патрика.
– У этих провокаторов не должно быть побочек!
__________________________
Я сидел в номере отеля, покручивая в руке «ловец душ», наблюдая за красотой тлеющего вдалеке, между каскадов гор – заката. Такого живописного и яркого. В Муравейнике у нас не было такой роскоши – как свежий воздух и открытое небо над головой. Династия Рош, на пару с Правящими, наслаждалась такими закатами каждый день своей жизни, когда мой народ ютился в недрах земли, желая лишь оставаться самими собой, оставаться свободными. Вернул нож обратно в чехол, взял со столика стакан с виски и закурил сигарету. Асдис, действительно, своё слово сдержала. Я опробовал любезно предоставленное мне снаряжение ещё в Зале Валькирии. Хельм Йохансон поставил мне в пару сначала двоих своих солдат, в том же снаряжении, что и я. Он, явно, меня недооценил, расправился с ними я меньше чем за десять секунд. В итоге на спарринг он вышел сам. Пришлось доказывать и ему, что генералы Муравейника не просто так генералы, и не наедятся на высококлассное снаряжение, а тренируются, полагаясь только на свои силы. Вот тебе и старая школа. Я хмыкнул.
Сделав большой глоток алкоголя, отложил стакан, закатил рукав водолазки, затянул на локте жгут и начал вводить блокатор. Стоило игле пройти под кожу, как в мой номер влетел запыхавшийся Маркус.
– Дружище! Я влюблён.
Я вскинул брови, отвлекаясь от своего занятия.
Маркус, порхая по комнате, как весенняя бабочка, подошёл ко мне, выхватил из моих зубов сигарету и закурил её. Мои брови поползли ещё выше. Он сделал затяжку, и, закашлявшись, со словами «гадость» сразу вернул сигарету на прежнее место, в мои зубы.
– Воу, ты давай это, по легче… – выходя из ступора сказал я.
Он плюхнулся на кресло.
– Она такая… такая… – я даже не сомневался, о ком идёт речь. Зная друга, ждал эпитетов касаемо её внешних данных, которым бесспорно могли бы позавидовать многие женщины, но Маркус меня, признаюсь, удивил. – Умная.
– Умная?
– У неё такие идеальные… большие… мозги… мозг.
– Ты уверен, что «лучший био-прогер Гипфеля» тебя не закодировал? – съязвил я, слушая его несвязный бред.
– Что? А? Нет, нет…,ты что. Она такая гениальная, талантливая, и умная, и… я никогда не встречал таких женщин.
Либо я слишком помешался на своей зеленоглазой девчонке, что перестал замечать кого-либо вокруг, либо помешанность Асдис на своей работе, не давала мне возможности по достоинству оценить её прелести.
– Ты мне скажешь, наконец, что должна была сделать Гипфелевская принцесса-гений, чтобы покорить твой профессиональный ум?
– Не ум Клауд …,сердце…, она покорила моё сердце, – я закатил глаза. – Она сделала то, над чем мы с Патриком ломали голову с момента смерти моего папы.
– Ты о провокаторах?
– Да. Все гениальное – просто. Всё гениальное – Асдис.
– Тогда я надеюсь, Патрик сейчас не вбежит сюда, подобно тебе, хватаясь за своё пронзённое стрелой Купидона сердце?
– Да ну, разве он может впустить хоть кого-то в него после твоей мамы?
– Эй, парень, полегче! Я вообще-то шутил.
Маркус вскинул руки вверх в сдающемся жесте.
– Ладно. В общем, я пришёл не с пустыми руками.
Я вопросительно посмотрел на него.
Маркус указал мне на застывшую иглу в моей руке. Я совсем позабыл про блокатор. Я ввёл иглу в вену, и сжал зубы, когда лекарство начало, обжигая, растекаться по моим венам.
– Мне жаль, что я ничего не могу поделать с этим, – поджав губы сказал Маркус.
Я стиснул челюсть, и уставился в городской пейзаж, пытаясь отвлечься от боли. Сдавленно произнес:
– Может, скажешь уже с чем ты пожаловал? Кроме новостей о своей внезапно-нагрянувшей любви?
Маркус, будто сразу вспомнив о чем-то, полез в карман своего халата, накинутого на ежедневную одежду и вытащил оттуда белую ампулу.
– Провокатор v3.0[1].
– И?
– Похож на предыдущий, эффект конечно предполагается по слабее, чем от прошлого, действует меньше по времени…
– И что же тогда в нём хорошего?
– Ну, как и обещали, побочки быть не должно. У Асдис на оборудовании всё настолько чётко видно, что мы сразу увидели мутаген. Знал бы я о её возможностях раньше…, эх. Патрик всего лишь не хотел, чтобы тебя теребили другие бункеры. С одной стороны, можно понять, почему он не воспользовался помощью Гипфеля. А с другой…, безмерно жаль упущенной возможности.
– А толку? – хмыкнул я. – Всё равно, люди шепчутся. После каждого нашего задания, когда мне приходилось погружаться, солдаты только об этом и трепались. В каждом бункере знают, что у Великого марла пасынок – искра.
– Согласен. Да и твоя мама тоже настаивала на конфиденциальности…, связывая тем самым Патрику руки. Мы бы вовремя обратились за помощью к Гипфелю, и ты бы с первого раза получил правильный провокатор. А сейчас эти слова «моему другу осталось жить 12 лет» снедают меня по ночам. А ведь, фактически, виноват в этом я.
– Забей, Маркус. Вся ответственность лежит только на мне. Не грузи себя этим, – настроение друга моментально испортилось, и я решил сменить тему. – Ты в курсе, что Мел знает, что это я убил Настасью?
– В курсе, Урсула сказала. Эх, чувак, у тебя такая дерьмовая жизнь.
– Спасибо, что напомнил.
– Знаешь, внучка Патрика сейчас тоже сидит на блокаторах. Ребёнку всего пара месяцев. Джоанна волосы на себе рвёт, когда ей ставят инъекции. Младенец разрывается, плачет….
Я поморщился, вспоминая слёзы собственной матери, когда она так же плакала над моими инъекциями.
– Мне надо забрать Мел, и рассказать правду. Чёрт. А ведь я так хотел уберечь её от этого…, она могла бы прожить оставшуюся жизнь, так и не узнав ничего. Зачем ей это? Лишняя боль, лишние переживания. Это осталось бы в прошлом, умерло бы вместе с ублюдком Рошем, когда я бы его убил.
Маркус кинул мне в руки провокатор, отвлекая меня от мыслей.
– Не говори никому, что я его тебе дал. Патрик узнает, придушит меня. Оно не прошло клинические испытания, но Асдис уверена, что работать будет на 100 %.
– Как часто можно использовать?
– Не знаю, Асдис говорит, злоупотреблять нельзя. У тебя осталось двенадцать лет, так что давай без экспериментов, ладно? Только при крайней необходимости.
– Ты только что сокрушался по поводу того, что выдал мне провокатор своими руками. А сейчас даешь еще один?!
Плечи Маркуса опустились, а на лицо наползла грустная улыбка. Помедлив немного, он произнес:
– Просто…, я знаю…, что тебя не остановить, ты же упертый, как баран. И не смотря на все запреты, все равно поедешь за Мел. Я буду спать спокойней, зная, что у тебя в запасе козырь. Как никак, смерть от пули – вещь по опаснее провокатора. И да…, я поеду с тобой!
Какую же безмерную братскую любовь я сейчас испытывал к Маркусу.
– Зачем мне в бою карманный докторишка? – вяло улыбнулся я. – Лишний раз переживать за твою задницу? Ты же даже пистолета в руках не держал. Вот Урсула, другое дело.
– Ты возьмёшь её с собой?
– Поверь мне, она не меньше твоего рвется поехать, но я решил ехать один. Не хочу подвергать вас опасности.
– Клауд, если бы от меня был хоть какой-то толк я… – Маркус резко нахмурился, и указал на мою руку.
– Что такое? – я опустил взгляд, не понимая реакции друга, и замер.
Индикатор на Катарском наручнике вновь начал мигать.
– Мел… – я вскочил с кресла, позабыв обо всём на свете.
– Стой, погоди, не действуй необдуманно.
– Глушку отключили. Я поехал.
– Клауд, подожди, надо всё обдумать, не действуй сломя голову.
– От неё не было вестей столько дней, я места себе не находил. Она не была у отца дома, Урсулы каналы молчали, не могли её найти. Чёрт подери, – я выдохнул, открывая панель наручника.
Открылась карта, указывая её геолокацию, жизненные показатели, сердцебиение и прочее.
– Она в порядке…, а что это за место? Иди, посмотри, ты Бришалот знаешь, как свои пять пальцев.
Маркус подошёл ко мне, щурясь и всматриваясь в карту. Он почесал подбородок.
– Ну, элитный район, однозначно…, площадь дома огроменная… кто-то из Правящих. Вот соседний дом знаю, это Гонзалесы. А этот…, точно не скажу.
– Как быстро смогу туда добраться?
– На супербайке…, ну…, в пять утра будешь там, плюс-минус. У тебя он до скольки разгоняется?
– На спидометре максимум – 912 км/ч.
– Ну, если будешь держаться скорости 750–800, то в четыре часа с лишним, ты там.
– Все, я выдвигаюсь.
– Погоди, стой, чем я могу помочь.
– Ты итак помог, – я показал ему ампулу провокатора, и пулей выскочил из номера отеля.
[1] V – это аббревиатура «версия». /достоверно/
Глава 37. Осиное гнездо
КЛАУД ДЮБОН
Ровно в одиннадцать ночи следующего дня я был в Бришалоте. Когда заехал в столицу, то брал ориентир исключительно по наручнику. На мне была Гипфелевская военная экипировка, с новейшим инвизером. Стоило признать должное – снаряжение у Нордов, действительно, на голову, если не на две выше не только чем у нас, но и у Конфедерации. Я активировал инвизер на своей униформе и точно такой же на супербайке. Конечно звук его мотора, скрыть – было невозможно. Пришлось припарковать его в пол километре от геолокации Мел, и дальше идти пешком.
Чем больше я использовал новое снаряжение, тем больше испытывал чувство благодарности к Асдис. Просто чудо-техника. В этой униформе меня не видели даже тепловизоры. Докурив сигарету, выкинул бычок, затушив ногой, подошёл к высокой ограде особняка. Воистину, живущий здесь Правящий – настоящий параноик. Даже у Роша забор ниже. Надо было попасть внутрь без лишнего шума, а греметь в ночной тишине мне совсем не хотелось,
Попытка не пытка. Отошёл на большое расстояние, взял разгон и побежал к ограждению, в самый последний момент сделал рывок вверх, упираясь одной ногой в стену. Рассчитывал допрыгнуть до края, зацепиться и подтянуться на верхушку, но был повержен в шок, потому что силы прыжка хватило до самой кромки. Костюмчик что надо, зря грешил.
Поймал равновесие, выпрямился, стоя на ограждении, осмотрелся.
Признаюсь, я ожидал немного другого. Тут была целая армия охраны, и, несмотря на глухую ночь, на территории особняка сновала целая куча людей, занимающихся какими-то приготовлениями и… декорациями. Я не совсем понимал, что происходит. Глянул на часы. Меня запоздало осенило, седьмое февраля – у Мел день рождения. Ей исполнилось двадцать. А какого чёрта она не у себя дома? Правящие устраивают праздник для Мелани, не в особняке Роша? Почему-то шестое чувство шептало, что ничего хорошего в этом нет.
Я бесшумно спрыгнул вниз, приземляясь с глухим звуком, и направился в сторону двухэтажного, но невероятно длинного дома. Чем ближе я подходил, тем интенсивней мигал маячок на наручнике.
Когда я подошёл к стене дома, чертыхнулся. Идеально ровная, даже балконов нет. Я обошёл бесконечное здание по периметру и не нашёл ни одной малейшей бреши, что бы попасть внутрь. Бенедикт Рош, в, отличие от владельца этого дома, явно был больше озабочен антуражем своего особняка, чем его безопасностью.
Единственная возможность попасть внутрь – через парадные двери. Приблизившись ко входу, я отметил, что гостей внутри действительно очень много, хотя итак понял это по количеству припаркованных аэрокаров премиум класса.
Где мне искать девчонку в таком огромном доме?
Ответ нашелся сам по себе.
Еще даже не успел попасть внутрь, как изнутри послышались выстрелы. Какого черта?!
В эту же секунду мой мозг переклинило. Я не думал ни о маскировке, ни о безопасности, ни о чем либо еще, понимал лишь одно, моя Мел в опасности! Двери центрального входа отварились практически перед самым моим лицом, и меня чуть не сбила визжащая толпа в окровавленных белых одеждах. Помимо физического воздействия, меня начал затапливать их массовый адреналин. В понимании моего животного чутья, они выглядели как стадо напуганных ланей, убегающих от хищника. И их было так много, что я не мог сосредоточиться на чем либо.
Чудом отпрыгнул, и миновал участи быть затоптанным.
Укрывшись за колонной открыл панель наручника. Индикатор, указывающий на нахождение Мел говорил о том, что она не двигалась, находилась примерно в ста метрах от меня, внутри здания. Показатели ее здоровья были идеальными, не считая учащенного сердцебиения, что не удивительно в такой ситуации. Это немного успокаивло.
Я все еще не понимал, что происходит. Правящие убегали от кого-то. Но повстанцы не планировали атаку…. За головами не было видно происходящего, видел лишь, что внутрь вбегали солдаты Конфедерации.
Времени нельзя было терять, каждая секунда может стоить жизни Мел, а с остальным разберусь потом. Я начал протискиваться внутрь, отталкивая от себя одичавших Правящих. Чуть не упал, споткнувшись об затоптанное тело. Пол был скользким от крови, что так же усложняло мое передвижение.
Я даже отключил инвизер, экономя его заряд. Никто не обращал внимание на повстанца, все думали лишь о своих шкурах и о неведомой угрозе, исходящей из…, как я позже понял, из-за массивных металлических дверей.
На задворках сознания метался мой зверь. Это был его пир. Толпы Правящих, солдат Конфедерации, я же мог просто истребить их десятками, прямо сейчас, оказать непомерную помощь своему сопротивлению. Они бежали в моем направлении, как мотыльки на огонь. Рука автоматически метнулась к ножу, но там и осталась лежать.
Понимал, что не могу терять время на расправу с ними. Я должен добраться до Мел и забрать ее, увезти в наш новый дом, в Гипфель. Слова Камиллы резко всплыли в моей памяти. Я действительно, перерасставил приоритеты, раз ставлю жизнь Мел выше, чем интересы моего народа. Но я ничего не мог поделать с собой. В высшей степени эгоизм, но…, наверное, впервые я делал что-то для себя, потому что хотел так. Плевать что будет, сейчас мне важна только она.
Да и с другой стороны…, я не получал удовольствия от банального убийства. Я не монстр, одно дело лишить жизни военного на поле сражения, другое устроить месиво из слюнтяев, не державших в руках ничего острее масляного ножа. Для таких существует суд. Сделай я это, и лишний раз докажу то, что я, действительно – не человек, а чудовище, каким меня считают. По сути, представителям дианстии Рош не мешало наличие исключительно человеческой ДНК на то, чтобы устроить геноцид в бункере Меркурий, а затем попытаться ещё и в Муравейнике.
Меня посетила философская мысль. А может, сотвори я такое, докажу, как раз обратное, что я человек? Забавно. Получается, что я со своей животной ДНК – человечнее людей. Ни одно животное не способно устроить геноцид. На это способны лишь люди. Обычные, не модифицированные, не изуродованные животной ДНК люди.
Гул множества голосов, выстрелы, крики, мешали мне сосредоточиться, и выловить хоть что-ни будь, что подскажет, где искать Мел. Я привык полагаться на слух, и сейчас, был растерян, полностью дизориентирован. Где ты девочка. Никак не мог выловить её голос. Она должна была быть примерно в этом периметре, я отчётливо помнил, куда указывала карта на наручнике. Глянув вновь на нее понял, что Мел начала движение в обратную от меня сторону, разрывая тем самым расстояние между нами.
Мое сердце бешено заколотилось. Я испытал настоящий страх за нее. Резко, послышался грохот, затем очередная порция криков и автоматная трель. Металлические двери раскрылись настежь, и только теперь я все понял и…, запутался еще больше.
Нападение было организовано военными «темной лошадки». Солдаты Конфедерации закрывали от выстрелов собой Правящих, как пушечное мясо. Груда тел перекрывала вход в помещение. Мне пришлось вскарабкаться по ней, чтобы попасть внутрь.
Мои инстинкты сработали молниеносно, и я неуловимым движением увернулся от пули, просвистевшей около моего виска.
Кубарем слетел вниз, и спрятался за монолитной подпоркой.
Волна ужаса захлестнула меня. Такого зверства даже я еще не видел в своей жизни. Военные в белой униформе были беспощадны, и было их несметное количество. Я окончательно понял, что, к сожалению, без помощи провокатора, не справлюсь.
Открыл панель наручника. Мел все так же отдалялась от меня.
Пора. Нет времени медлить.
Вытащил из кармана ампулу провокатора, засунул ее в иъектор и, оставляя все раздумья позади, даже не глядя, вколол себе в бедро. Была ни была, либо все пройдет без последствий, либо….
Сразу почувствовал, как резко повысился пульс, стуча в ушах барабанным маршем. Затем, как кровь ускорила свой бег в жилах. Как во мне моментально начала возрастать энергия.
Я чувствовал бесконечное воодушевление, эйфорию, сродню экстазу, оргазму, когда мой зверь выходил на свободу под провокатором. Ни с чем несравнимая психологическая кульминация.
Опережая разум, метнулся к чехлам, вытащил ножи, сделал молниеносный кувырок и воткнул холодное оружие, в ближайшее брюхо кого – то из Конфедератских солдат, а затем и в рядом стоящего «белого». Они синхронно взвыл от боли. Жутко оскалился в удовлетворении, и метнулся дальше.
Существовала ощутимая разница между тем, когда я в погружении и, когда под провокаторами.
В случае с первым, мне глушат жажду. Я хочу лишь то, что мне приказывают хотеть, отключают всё лишнее, а под провокаторами… это нечто неописуемое, нечто стоящее – и девяти сожжённых препаратом лет и тридцати. Свобода, абсолютная свобода, при этом страх никуда не исчезал, так что, хоть и рассудок мой был слегка не в себе, но страх меня сдерживал от необдуманных действий.
Активировал инвизер. Надо было расчистить дорогу к техническому помещению. Единственному выходу, откуда Мел могла попасть наружу. С тоской подумав о том, что упускаю такую заварушку, нырнул внутрь технического помещения, застыл, ощерился. Минуя ветвистые коридоры оказался лицом к лицу с небольшой группой солдат Конфедерации.
Мне нельзя тормозить, надо выбираться. Глянул на часы…, мысленно прикинул, сколько времени понадобится на то, что бы разделаться с возникшими неудобствами. Три минуты – плюс минус. Девчонку с её скоростью передвижения догоню за четыре минуты. Конфедераты всё еще не видели меня, я вытащил из ножен «ловец душ», ну что ж, приятель, попробуем тебя в деле. Взял его обратным хватом, в другой руке сжал обычный клинок, бесшумно метнулся к ним. Полоснул, ничего не подозревающих мужчин по бокам.
В маленьком помещении моментально раздались вопли, как и запахло жаренным. Не риторически – буквально. Клинок имел раскаленное лезвие. Не знаю, как это работало, главное, что продуктивно. Другие солдаты не могли понять, что произошло. На меня завалилось тело, опять замызгивая меня кровью.
Вашу мать. Инвизер пришлось отключить.
Враги сразу увидели меня. Почуял их страх, а их сердцебиение слышал где-то внутри. Уже зверь, а не я, крутанул в руках нож, вспаривая глотки ещё двум конфедератам. Остальные ринулись на меня, понимая, что стрелять нет возможности, мы в узком кругу, где враг всего лишь один, а остальные – соратники. На меня посыпался град рук, но разве это соперники мне, под провокаторами?
Я увернулся от удара, нырнул под выпад, крутанул «ловец душ» в руке, меняя хват на передний, и полоснул кому то по икре, он моментально упал на пол. Воспользовался случаем, и выполнил серию ударов по противнику находящемуся сбоку, синхронно нанося удары обоими ножами. В паре они работали прекрасно.
Момент и жгучая боль, в области лопатки. Я развернулся, полоснув руку нападающего, на что она неестественно обвисла… Опять запах горелого мяса. Хочу сказать Хельм не обманул. Ловец душ рассекает кости, как масло. Я мимолётно глянул на время, пора выдвигаться.
Крутанулся, и вынырнул из – под оставшихся солдат, рывком вскочил на ноги, и навалился на дверь, открывая её под натиском своего веса.
Побежал. Противники не отставая, последовали за мной. Я вновь активировал инвизер, ускорился. Им, с их данными никогда не догнать меня. Надо оторваться от них как можно дальше, неизвестно, что ждёт впереди. Активировал наручник, девочка не так сильно удалилась от меня. Настигну ее через три минуты.
Бегло осмотрелся, был в каком-то парке, посмотрел на землю, на следы на толстом слое снега. Сначала, думал, она убегала одна…, но, выяснилось, что с ней была еще целая орава. Тревога нарастала все сильнее.
По мере того, как я приближался, начал отчетливее слышать топот ног впереди, вперемешку с хрустом снега под тяжелыми сапогами. Они ещё не попали в поле моего зрения, но я знал, что там солдаты, по меньшей мере – человек десять, затем услышал звук двигателя вертолёта. Сзади меня всё так же преследовали другие конфедераты.
Я ускорился, напрягая каждый мускул, выбежал на открытое поле, в центре которого была вертолётная площадка. Из-за работы двигателя образовывался вихрь, поднимая с пола снег.
Понял, что не ошибся, людей было много, солдаты. Я чётко видел по наручнику, что она там, среди них, в толпе. Звук двигателя мешал мне отчётливо расслышать голоса, но моё зрение – обмануть невозможно. Когда снег улегся, давая мне полный обзор, что-то внутри меня глухо ухнуло вниз, расшатывая нервные окончания. Кровь подступила к вискам молниеносно. Это была буря. Одна за другой начали накрывать эмоции, захлестывать, мешая соображать трезво. Ярость, ненависть, гнев, жажда убийства…, всепоглощающая, всепожирающая.
Он был там. Он держал её.
Мои глаза налились кровью, я рванул в их сторону, на ходу активируя другую функцию наручника…, иду ва – банк.
Знал, что не смогу выбраться живым, их было слишком много, когда еще и задние солдаты подтянутся, я буду в ловушке.
Мог бы…, мог убить Роша прямо сейчас, хватило бы на это сил. Заберу с собой еще как минимум с десяток его солдат…, но, что потом будет с Мел? Какая участь будет ждать ее?
Хотелось выть, до одури.
Я занял позицию, взвёл курок глока, моя рука задрожала, впервые за столько лет, дрогнула. Знал, что если пойду на поводу своего желания…, всё закончится плохо, для Мел.
Я не мог…, просто не мог. А ведь был так близок к своей цели, оскалился.
Черт.
Тряхнул головой. Ну что ж. Сегодня ты будешь жить. Но свою кровь возьму.
Я знал, куда бить, знал, что говорить, знал, каков будет эффект.
– Стоять! – срывисто, после долго бега, вырвалось из моих легких.
Дула двадцати солдат молниеносно взмыли в воздух, в невидимую цель. Инвизер все еще работал.
Я слышал, как топот сзади так же приближался, окружая меня. Но я знал, что будет.
Это подобие человека – замерло, как и замерла моя девочка. Он узнал мой голос, я чувствовал это всеми фибрами души. Я знал, какое сейчас у него лицо. Признаюсь, не слышал скрип его зубов, но знал, что он сейчас его издал, тот, который я воспроизводил в памяти, сотни раз. Мне не надо было смотреть, я просто знал.
Двигатель вертолёта замолк.
– Александр… – произнёс он ненавистное имя. Он знал, что я его ненавижу.
Но я тоже знал, что ненавидит он.
– Привет… папа, – так же медленно, произнёс я, чувствуя, как от этих слов, во рту появился привкус горечи. Хотелось сплюнуть, или помыть рот, но я знал, как он отнесётся к этому. Это того стоило.
Я скинул свой инвизер, давая возможность им увидеть меня.
Девочка обернулась на меня. Я поймал её взгляд. Знал, чего ждать в нём после этих шокирующих слов. В зелёных глазах, которые изучил до боли хорошо, в глазах, смотревших на меня за всё время по-разному – со страхом, гневом, ненавистью, любовью, страстью, всем. Я знал чего ждать.
Удивление, немой вопрос, осознание, приятие, боль.
Да, угадал, именно в той последовательности, как я и представлял. Прости, что не сказал. Красивые зелёные глаза налились столь ненавистной мне влагой.
Я метнул взгляд в другую сторону, на ледяные глаза. Такие же, какие были у меня до перековки, со слов мамы. От того, насколько я был с ним похож внешне, меня воротило.
– Не смей произносить эти слова, чудовище, – свирепо произнес Рош, затем поднял руку, которой до этого приказал отставить стрельбу, в новом жесте, готовый дать охране добро.
Но у меня тоже есть козырь в рукаве. Буквально…, в рукаве.
Я задрал его, показывая наручник, индикатор которого с планомерного свечения белым огоньком, сменился на интенсивное мерцание красным.
На полном отвращении лице Роша, расцвело еще большее презрение.
– Ты решил шантажировать меня моей дочерью? – выплюнул он слова, посмотрев на Катарский наручник. – Он в глушке. Так что плевать. Прикончите его.
– Уже нет, – быстро сказал я, на что Рош опять поднял руку, останавливая солдат.
Он сначала не поверил, но обернулся к Мел, взял её левую руку, рассматривая браслет наручника.
Уже воочию, я услышал скрип зубов, и довольно оскалился.
– Убьёшь меня, убьёшь её, – проворковал я.
Девчонка испуганно забегала глазами то по мне, то по выродку.
– Жалкий подонок. Ты же шёл за ней, не за мной?
– Сегодня, да, считай, тебе повезло..
– Зачем она тебе?
– Тебя это не касается.
Он выжидательно посмотрел на меня, а затем его брови удивленно поползли вверх.
– Нет…, ну уж нет, Александр… – он рассмеялся отвратительным смехом. – Не говори мне, что… – он посмотрел на Мел, которая стояла, как всегда обнимая себя руками, и с ужасом переводя взгляд с меня на Роша и обратно.
– Я её заберу, и мы просто уйдем. А прикончу я тебя в следующий раз.
Сзади уже начали подбегать другие солдаты с подмогой. Я обернулся посчитать их. Около тридцати человек. Начали так же направлять на меня дуло. Рош нехотя поднял руку и громко произнёс:
– Отставить, – он засунул руки в карманы. Опустил голову и потёр переносицу. – У нас пат[1], да?
– Видимо так.
– Жалкий ублюдок[2].
– Вовсе нет. Законнорожденный, – в моем голосе явно читалась ирония.
– Заткнись.
– Не тяни резину, отдай её.
Рош начал смеяться.
– Знаешь, ты даже не догадываешься, как на руку ты мне сейчас сыграл.
– Не понял, – нахмурился я.
– Тебе и не надо понимать. Ты не сможешь уйти с ней через центральные ворота. Идите вон туда, – он указал на дальнюю часть территории. – Там есть слепая зона, через восемьсот ярдов. Сможете выбраться там.
Я, откровенно говоря, не понимал, что он несёт. Ломал голову, как выбраться из этой заварушки вместе с Мел, живыми, и последнее, чего ожидал, так того, что Рош будет подсказывать, как мне это осуществить. Вот так просто, он отдает дочь и даже помогает нам свалить отсюда? Что происходит? На моём лице расцвело недоумение.
– Может кто ни будь спросит меня, чего хочу я? Я не хочу никуда идти с ним! – завопила Мелани.
– Так надо, иди дочь. Я приду и заберу тебя, где бы ты ни была! – потом он посмотрел уже на меня. – Если с её головы упадёт хоть волосинка… – он сжал челюсть. – Давай, убирайся с глаз моих, пока я не передумал.
– У тебя нет возможности передумать, если она для тебя хоть что то значит. Признаюсь, я удивлён, что ты способен на чувства.
Он не ответил. Я медленным шагом подошёл к Мел, не отрывая взгляда от Роша, в любой момент ожидая подвоха. Мы испепеляли друг друга взглядом, его рука всё так же висела в воздухе, готовая в любой момент махнуть солдатам начать залп. Но и он, и я понимали, что у нас обоих связаны руки – у него за счёт нашей связи с Мел, через наручник. Я включил функцию – если убить доминант носителя, то носитель пленник так же умрёт. Я знал, что он не рискнёт жизнью дочери, раз уж он проделал такую работу и устроил вторжение в наш бункер ради нее. А я не мог убить его, потому, что на меня было направлено, как я успел посчитать ровно тридцать семь дул автоматов. Убью Роша, убьют меня, умрёт и Мел. Провокатор до чертиков сводил мышцы, захлестывая эмоциями, заставляя идти на поводу у своих желаний, отключая разум, но благо, это была слабая версия прежней инъекции.
Меня не покидали его слова, что значит, что «я сыграл ему на руку»? Почему он сам отдал дочь мне. Это стоило хорошенько обдумать, и конечно под провокаторами это было сделать нереально.
Черт.
Я переключил всё свое внимание на девчонку, стараясь сменить гнев на другие эмоции. Она смотрела на меня с таким букетом чувств…, разумеется, там было все исключительно негативное. Другого я не ожидал. Но главное, что она цела, и сейчас будет рядом со мной.
Я взял ее под локоть, она стала отпихиваться, брыкаться. Выругался.
– Давай Мел, потом. Надо уходить.
– Я не пойду с тобой, лживое чудовище! Я хочу остаться с папой!
Меня переклинило. Я поджал губы, и потянул Мел за собой, которая пыталась со слезами вырвать у меня свою руку. Мы отошли на приличное расстояние в нужном направлении и, наконец, она прошипела.