Текст книги "Плач кукушонка"

Автор книги: Вольдемар Грилелави

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Он часто включал поиск зеленых, хотя в таком режиме экран вспыхнет только при появлении в зоне действия искомого субъекта. Поэтому Влад даже вздрогнул от кратковременного всплеска. И что это могло быть, ведь в этом районе искомых объектов не должно находиться. Мало того, что он ежедневно проезжает по одному и тому же маршруту с постоянно включенной системой поиска, так он в первый день весь город проверил, исколесив все самые заброшенные и отдаленные улочки.

– Стоп, – скомандовал Влад и задумался, пока машина стояла.

– Что-нибудь случилось? – удивленно спросил таксист после непродолжительной непонятной паузы.

– Сам не знаю, – глупо ответил Влад. – Но предлагаю совершить маневр. Давайте договоримся так: в театр мы уже не попадаем, поэтому сейчас вы выполняете, в пределах разумного, любые причуды, какие я заказываю. В конце предъявите счет. Все оплачу. Договорились?

– Любой каприз за ваши деньги, – бесшабашно согласился таксист, зная щедрость клиента.

– Тогда командую: разворот, и обратно до моей команды и на очень малой скорости.

Таксист развернулся, и на скорости до 40 км в час повел машину в обратную сторону. Проезжая мимо знакомой точки, экран вновь выдал слабый всплеск.

– Стоп. А вот теперь каприз. Мне необходимо вращение вокруг этой точки с увеличением диаметра. Полет по горизонтальной спирали.

– Понял, не дурак. Объехать все улочки вокруг.

– Легко работать с сообразительным рулевым.

– А вы у нас за штурмана?

– Что-то рядом. Летчик-штурман. Совмещаю две профессии.

– Поехали, – согласился таксист и свернул в проулок. Где-то минуты через две-три экран вспыхнул и горел уже устойчиво, показывая сближение с объектом.

Владу даже стало любопытно: кто же это там может быть? Он, она, маленькое, большое? Когда зеленое облачко засветилось максимально устойчиво и с максимальным увеличением, Влад остановил такси и, вложив водителю в руки 25 рублей, просил ждать здесь.

– Отправляюсь на поиски пешком, – сообщил он таксисту.

– Ну и что мы потеряли? Если не секрет, конечно, – полюбопытствовал водитель. – Может я смогу помочь, подсказать? Я этот район хорошо знаю. Сразу за углом отделение милиции, если что.

Влад решил успокоить водителя красивой, придуманной на ходу, сказкой, немного близкой к реальности.

– Небось, слыхали что-нибудь про экстрасенсов?

– Сейчас в газетах такого дерьма навалом.

– Ну, так я не хочу сказать, что экстрасенс, и этой ерундой не занимаюсь. Но случается, что на расстоянии чувствую чужую беду. С другими, не с собой. Вот и сейчас ощущаю опасность, нависшую над кем-то. Если успею, то предотвращу.

– А! Ну, тогда поспешите. Нынче беды скоры на руку. А я обязательно дождусь, вы не волнуйтесь, – пообещал таксист.

Влад решил начать с отделения милиции. Уже вечер окутал мраком город, рабочий день завершился, поэтому народу в отделении было мало. В дежурке сидел пожилой капитан, который сразу же, как только Влад представился лейтенантом КГБ и предъявил удостоверение, пропустил его в дежурку и поинтересовался проблемами.

– Служебных нет, но немного личного, капитан, – Влад решил сразу по-простому на "ты", почувствовав его тяжелое состояние и огромное желание на халяву, после исчезновения начальства, выпить. А Влад, для налаживания контакта, сразу намекнул о такой возможности.

– Только я здесь новичок, ничего не знаю, где и сколько, и почем.

– Это не проблема. Сейчас звякну, и на место доставят, – обрадовался капитан, набирая на телефоне номер. Он с минуту с кем-то перебрасывался пустыми фразами, и попросил занести ему товар в дежурку. Оплатим, мол, на месте. Глядя на Влада, спросил, молча на пальцах, сколько брать. Влад показал три пальца. Он уже видел за решеткой в обезьяннике трех взрослых девиц определенного поведения и среди них маленькую девочку лет восьми. Зелененькая, ласково называл он ее. И, присмотревшись, обнаружил поразительное сходство со Светланой. Как будто не просто сестра, а даже близнец. Только немного младше.

– Секундочку посиди здесь, – капитан вышел из дежурки и прошелся по коридорам взад вперед. – Все, никого. Только мой помощник и работящий молодой следак. Ему домой не хочется, вот и сидит до полуночи.

– А эти? – Влад указал на обезьянник.

– Так, мелкота. За распитие в песочнице.

– И ребенок?

– Вот за ребенка я этому придурку надеру задницу. Надо будет в детскую комнату позвонить, пусть заберут, – капитан еще выдал несколько грубых раз в адрес того придурка, что вместе с девицами притащил девчонку. И теперь он не знает, куда ее деть.

– Давай я ее домой отведу, – предложил Влад.

– А это? – капитан понятливо щелкнул пальцем по горлу.

– Назад вернусь, у меня машина за углом. Мухой туда – сюда. – Влад выложил на стол 50 рублей. – А ты тут сам расплатишься.

– Лады, – обрадовался капитан.

Он подошел к решетке и, открыв дверь, поманил ребенка. Но девочка забилась в угол и испуганно смотрела на Влада, словно от него исходила опасность.

– Это зачем ребенок понадобился вам? – возмутились девицы. – Баб не хватает, что ли?

– Да вы что, с ума сошли здесь! – разозлился капитан. – Да я вот лейтенанту. Он ее домой отведет. Нельзя ребенку находиться у нас.

– Знаем, какой дом, – не сдавались девицы. – Не надо нам лейтенанта. Мы сами утром отведем ее. Ей все равно здесь даже лучше, чем дома.

Влад понял, что девицам хорошо известен ребенок с его проблемами. Поэтому он подошел к решетке и разговорился с ними. Как выяснилось, первое мнение об их нравах оказалось ошибочным. Никакие они не путаны, а простые любители зажигать. Решили перед танцами раззадориться винцом. А тут подошла эта девочка Юля. Имя у нее такое. Она часто подходила, когда они выпивают. Хлеба попросить или еще чего из съестного. Видно, что голодает. Она немая, но все слышит. Знакомы они с ней давно, где-то с полгода. А вот так попались первый раз. Стуканул кто-то.

Девочка уже без опаски смотрела на Влада.

– А зачем она тебе? – спросила одна из девиц.

– Собираю я вот таких, как она. Спасаю от родителей уродов подонков. Ведь, до гибели доводят их. Или сами убивают, или вынуждают умереть от такой скотской жизни. Вот и ее увидал и сразу понял, что ребенок в беде. Ладно, девчата, погодите малость. Видать, оборону вы заняли мощную. Хорошая у нее защита.

Влад подошел к капитану и положил на стол 200 рублей.

– Штраф за всех, и они со мной.

– Уже курьер мчится, сейчас топливо будет, – уговаривал капитан Влада, но 200 рублей забрал. – Может, они ее сами отведут?

– У тебя с напарником, я думаю, проблем не будет, сами с моим топливом разберетесь.

– Ну ладно, дела личные, как пожелаешь, – капитан не очень огорчил отказ Влада, если не наоборот. И выпивка халявная, и приработок приличный. Какой-то лейтенант придурковатый попался. Но не бедный и щедрый. Он проводил всю компанию до самой калитки и дружно со всеми попрощался.

– Влад, ты серьезно хочешь забрать с собой Юльку? – спросили девчата.

– Да, на полном серьезе. Ребенок нуждается в серьезном лечении. Только давайте зайдем к ней в дом за документом. Свидетельство о рождении мне понадобиться.

И Влад рассказал про Светланку, чем ужасно заинтересовал девиц.

– Ой, мне бы такого мужчинку! – томно застонала одна из девиц.

– Нет, – хмуро ответил ей Влад. – Мамаша из тебя некудышняя получится. Ты еще не нагулялась, не перебесилась.

– Это ты в точку. Детей я не очень. А по тебе, так принудишь каждый год по одному выстреливать.

Девчата и Влад расхохотались.

Всей компанией они поднялись на третий этаж пятиэтажного типового дома. Дверь в квартиру была приоткрыта, и из ее глубины доносились пьяные голоса и прогорклая вонь. Девицы скривились и притормозили у входа.

– Юля, – обратился к ребенку Влад. – Ты знаешь, где лежат документы?

Юля кивнула, и они вошли. Девушки потоптались, но пошли следом. Любопытство и желание не пропустить чего-нибудь интересного победили брезгливость. За столом в центре большой комнаты на трех стульях сидела компания из мужчины и двух женщин, одна из которых, скорее всего, родительница Юлии. Они безразличным взглядом встретили компанию и жестом пригласили к столу.

– Если выпивка есть, садитесь рядом, а то у нас по нулям, все закончилось, – пробасил пропитым голосом мужчина.

– Ой! – заголосила вдруг одна из женщин. – Юлечка пришла, маме с папой кушать принесла. Выкладывай все на стол, зараза, – и женщина пошла на ребенка, который с перепугу попятился к выходу. Но Влад хлопком ладошки по лбу оттолкнул ее, и она грохнулась на пол.

– Ты что тут, падла, творишь? – заорал мужик, но Влад ткнул его кулаком в нос, и тот, брызгая кровью и соплями, улетел в дальний угол. Попытки заголосить типа: "убивают", Влад пресек сразу грозным рыком: – Всем, твари, молчать. Порву, как тузик тряпку!

– Чего надо, чего надо? – затараторил, утирая рукавом разбитый нос, мужчина.

– Я не могу в этом гадюшнике оставить ребенка, – грозно проговорил Влад властным голосом, не терпящим возражений и пререканий. – А посему я забираю ее с собой. Правда, Юля? – уже ласково и нежно, и ребенок с перепугу быстро и согласно закивал. – Вот. Давай, Юля, бумагу, какая есть, и пишущий инструмент. А вы, – он ткнул пальцем в родителей, – сейчас мне расписки писать будете, что она вам не нужна и вы мне ее отдаете.

– Даром не пойдет, – вдруг осмелела родительница. – Давай нам на выпивку.

Влад брезгливо бросил на стол кучку разнокалиберных купюр. Женщина торопливо пересчитала. Вышло 183 рубля. Ее попытку поторговаться и повысить сумму Влад пресек, вырвав у нее деньги.

– После расписки верну.

Это подстегнуло их к написанию под диктовку Влада отказа от дочери за 183 рубля. Владу, даже немножко смешно стало. Он так всех своих птенцов выкупать будет? Ладно, если потребуется, он не только заплатит, но ради них уничтожит любого, ставшего поперек цели.

Влад бросил на стол деньги, положил в карман вместе со свидетельством расписки и подошел к девушкам.

– Это мои документы, чтобы у вас не возникало сомнений, относительно моих искренних намерений, – он протянул одной из них удостоверение личности. Но при виде трех букв КГБ, она сразу вернула их и выразила доверие к его персоне.

– Ну и зверь ты, Влад, когда разозлить тебя, – только и сумели они охарактеризовать его.

Влад присел возле девочки.

– Ну что, милый ребенок. Пойдем ко мне на ручки. Теперь ты моя доченька, и все хлопоты заботы о тебе лежат на мне. Я так думаю, что мы с тобой сдружимся.

Возле такси он попрощался с девицами и сел с ребенком в машину на заднее сидение. Таксист несколько секунд с любопытством рассматривал их обоих.

– Успели?

– Как видите.

– Да, – покачал головой таксист. – Ребенок очень запущен. Худой, совсем голодный.

– Поэтому побыстрей возвращайте меня туда, откуда брали. Будем спасать дальше.

В гостиничном номере стоял шум, гам, звон посуды. Офицеры успели и подарки прикупить, и водкой запаслись на сдачу. И уже без всяких шулеров между собой на символические суммы разыгрались в карты, выпивая и закусывая в промежутках. А во время секи всегда много курят и ругаются.

Юля, увидав такое разгулье, вся сжалась и, испугавшись, попятилась к выходу. Влад присел рядом с ней и, как мог, успокоил:

– Это не мой дом. Домой ко мне мы полетим завтра. А это мои друзья. Они в командировке, поэтому слегка расслабились. И эту человеческую мужскую слабость мы им простим. Ты их не бойся, они все очень добрые и хорошие ребята.

Юля успокоилась, поверив своему покровителю, и, крепко ухватив его за руку, вместе с ним вошла в комнату. После некоторого молчания Иваныч заметил:

– Ну, Влад, как всегда в своем репертуаре. Еще себе одного ребенка где-то прикупил.

– За 183 рубля отдали, – сообщил Влад. – И очень прошу прекратить временно громко материться. Не пугать мне ребенка. Вопросов тоже не задавать. Ребенок еще не умеет разговаривать.

– Глухонемая, что ли? Тогда причем тут мат?

– Немая, но не глухая. Ну-ка, что у вас тут за закусь?

Влад снял с девочки старенькое потрепанное пальтишко и усадил к дальней стенке на кровать, подальше от пьяной компании. Рядом с ней поставил табурет и подобрал со стола на тарелку кусочки колбасы, сырка, хлеба. И принес большую кружку сладкого чая.

– Пока перекуси, а я сбегаю минут на десять. Смелее, никого не бойся, у них сейчас своих забот хватает.

Мужчины действительно вернулись к игре и забыли про ребенка. А Юля с жадностью, но не торопливо отщипывала кусочки хлеба, колбаски и запивала теплым сладким чаем. Аромат еды так с ума сводил, она, ведь, уже два дня ни крошки в рот не брала, что она тихо беззвучно расплакалась обильными слезами. Офицеры замолчали. Иваныч подошел к ребенку и предложил платочек. Другие тоже засуетились и положили на табуретку кто конфетку, кто печенье. Алексеев положил целую шоколадку "Аленка". Но от этого изобилия слезы потекли сильней. Она ела, запивая сладким чаем и солеными слезами.

А Влад пошел во двор, где видел при выходе из такси стайку играющих ребят, среди которых одна девочка ростом и по комплекции с Юльку.

– Девочка, здравствуй, – подошел к ней Влад. – Можно с тобой поговорить?

– Ой, а вы Вовка-вентилятор? Правда? – радостно и громко закричала девочка, чем привлекла внимание остальных, и вся компания набросилась на Влада с кучей вопросов и восторгов.

– Дети, можно, я поговорю с вашей подружкой? – попросил Влад. – Ты меня отведи к своей маме. У меня к ней просьба нижайшая.

– А вон она с тетей Леной и тетей Дашей. Идемте, я вас отведу, – она схватила Влада за руку и повела к женщинам. Вся стайка детей побежала вперед предупредить маму девочки о приближении гостя.

Когда Влад здоровался с женщинами, то они обо всем уже были проинформированы. Мать девочки внимательно и вопросительно смотрела на Влада, ожидая просьбу.

– Понимаете, как получилось. Вы будете долго смеяться, но я еще приобрел одного ребенка по сходной цене. Девочка, 8 лет, Юлька звать. Отдали за 183 рубля.

Женщины в ужасе заохали, загалдели с возмущениями и осуждениями.

– Вот я и приметил вашу дочь. Она по всем параметрам точно такая. Так вот, я бы хотел вас попросить об огромном одолжении. Хотя бы до Ушарала приодеть ребенка. В том рванье, в котором она мне досталась, просто немыслимо. И холодно и грязно.

– Конечно, конечно, – согласилась женщина и прямо ха руку поволокла Влада в дом.

Мужу, сидящему в кресле у телевизора, она в двух словах объяснила обстоятельства, а сама стала в спешке на стол вываливать одежду.

– Вот, выбирайте. Все, что понравится. А как там Света? Говорят, сильно болела? А сейчас все хорошо? У Юльки родители тоже алкаши? Ой, ну просто ужас какой-то. Ладно, один пьет, а то в пару. Совсем совести нет.

– Да не трещи ты так. У человека голова, поди, разболелась от твоего потока слов, – остановил ее муж, но ненадолго. Женщина возобновила кучу вопросов, не дожидаясь ответов. Ей просто хотелось все выговорить, а тут такой слушатель. И знаменитый и внимательный

Влад выбрал минимум необходимой одежды, поблагодарил, и вернулся в номер. Юлька уже наелась и клевала носом. Все лицо, руки и платье были перепачканы конфетами и шоколадом.

– Света дубль два – Юлька, – засмеялся Влад.

Он подхватил ее на руки и отнес в ванную. Здесь не надо было топить титан, так как в авиагородке горячая вода из крана текла круглосуточно. Всю ее одежду он сразу выбросил в урну. Юля провожала ее полет с сожалением и тоской. Эта, видать, ее последняя из целых и, более-менее, пригодная для носки. И она ее берегла. А Влад подписал такой беспощадный приговор. Но от горячей воды, душистого мыла и удивительно нежного шампуня стало так радостно и счастливо, что она даже позволила помыть себя полностью. А чего стесняться дядю Влада? Он же сказал, что теперь будет ее папой. Настоящим. Хотя, как выглядит настоящий папа, она еще не знает. Того, оставшегося в пьяной квартире, она никогда не называла таким словом. А чего называть, когда и звать было незачем. Хотелось вообще их не видеть и не слышать. Но деваться некуда за пределы общей квартиры, где все было видно, слышно и очень страшно.

А Влад при виде голенькой девочки ужаснулся не так от ее худобы, как от многочисленных следов ожога. Парочка была свежих. Он сразу понял их происхождение и понял немоту ребенка. Это точечные следы от сигарет. Когда укутал ее в простынку и отнес на свою кровать, расположенную во второй маленькой комнатке, по соседству с большой, где пьют и играют офицеры, он задал несколько наводящих вопросов для уточнения своей версии. Юля согласно кивала головой или отрицала. История получилась близкая и немного иная от биографии Светланы. Такие же алкаши-садисты, так же издевались и морили голодом. Только не было любимых бабушки с дедушкой, не было чердака и пустых бутылок, не было и доброго алабая. Все эти годы были только рядом пьяные и страшные, злые и жестокие, от которых бежать некуда. Не было удара лицом о стенку и топором по ноге, но искалечили ребенка по-иному. Забаву себе придумали. Ночью, когда ребенок уже спал, тушили на животике или спинке сигарету и радовались реакции. Вот прошлым летом после очередной садистской шутки и случился криз. Она престала говорить. Грамоту освоила с помощью соседской девочки, немного старшей ее. Вот и читала и писала все свободное время, так как в школу никто отдавать ее не собирался. Да и не в чем. Не в этом же рванье.

Заснула быстро и крепко, и Влад вышел к компании.

– Можете шуметь. Теперь ее и пушкой не разбудить.

– Влад, если ты с такой скоростью будешь обрастать детьми, то через пару лет героя еще одного получишь. Отец – герой, – пошутил Иваныч. – И охота тебе вот так собирать чужих? Пора своими обзаводиться. Чего не женишься, раз детей так любишь?

– Иваныч, вот глупость ляпнул, а не смешно. Почему? Женился уже один раз, хватило. А с детьми? Понимаешь, выбор вариантов небольшой – или, или. И второе или – только пристрелить, чтобы не мучились. Ведь, твари, не просто издеваются над детьми, а доводят их до смертельного края. И если не спасти, то гибнут. А девчонки то, заметь, умницы то какие, таланты, гении. А справиться с родителями-монстрами неспособны. Вот и думай теперь, что мне остается? Мимо пройти, не заметить, отвернуться?

И Влад кратко пересказал историю Юльки с сигаретными забавами. Мужчины мигом протрезвели, настолько потрясла их садистская изобретательность ее родителей-иродов. Поступили предложения – поехать и пристрелить их из табельного оружия. Но Влад их успокоил, попросил не горячиться, а налить и выпить за их упокой и за радостную жизнь Юльки. Это предложение им понравилось, так как внезапное протрезвление не доставляло наслаждения. Однако, согласились выпить лучше два раза подряд за здравие ребенка. Переводить драгоценные капли даже за упокой этих полудурков желания не было никакого.

Влад всю ночь караулил сон ребенка, сидя на краю кровати и держа ее вздрагивающую руку в своей ладошке. Он просканировал ее, сообщив обо всех изъянах в диспетчерский центр, обнаружив ряд сложных и простых заболеваний, и дал команду на медленный процесс исцеления, поскольку в ближайший момент угрозы безопасности не существовало.

Ей оказалось намного сложней Светланы, так как не существовало чердака и пустыря с пустыми бутылками. Пришлось все годы бок обок с врагом бороться за существование. И удалось ведь выжить. С каким трудом и потерями, но выжила и уцелела. Светлана досталась ему в гораздо более плачевном состоянии. Зачем же цивилизация так напористо избавляется от них? Изощренно, жестоко, целенаправленно, не зная жалости, не оставляя ни единого шанса на выживание, калеча, уродуя и, в конечном итоге, убивая.

8

Пробуждение командировочного офицера чаще всего сопровождается стоном, рвотными позывами и прикуриванием в кровати еще с закрытыми глазами. Чтобы легче и быстрей вырвало соседа по койке. И, как обычно, ни в одной бутылке, ни капли. Словно, не только выпили, но еще насухо вымакали. Повод для мата в адрес других. Мол, могли бы и припрятать. И так было лишним. Зачем последнюю открывали?

Вышел Влад и достал из-под матраса Алексеева запечатанную бутылку водки. Очень полную и желанную.

– Влад, ты наш бог, – простонал народ, без команды скучиваясь возле стола.

Юлька резко открыла глаза и первые мгновения испуганно, не понимая обстановки, смотрела на Влада. Затем вдруг скинула одеяло и сильно обхватила Влада за шею, вспомнив весь вчерашний вечер.

– Ну вот, я и стал многодетным папой, – довольный и счастливый улыбался Влад.

Он принес целую стопку подаренной одежды и положил на кровать рядом с ребенком.

– Одеваемся, умываемся и идем в столовую на завтрак. А затем летим домой. Как раз к нам собрался вертолет. Он всех нас и прихватит.

Офицеры предложили Владу с Юлькой съесть завтрак за них тоже, так как они чудесно перекусят в номере. А затем вместе пойдут на аэродром.

Слухи всегда распространяются быстрей скорости света, и в столовой офицеры и обслуживающий персонал с пониманием отнеслись к Владу с ребенком. Официантка принесла им на стол все самое вкусное, имеющееся в запасе. Проходящие мимо офицеры доставали, невесть откуда взявшиеся в кармане, конфеты и клали на стол, словно они всю жизнь ходят с конфетой в кармане. Даже начальник штаба подполковник Столяров подошел к ним и передал Владу, что он распорядился насчет авто и их доставки на аэродром прямо к вертолету. Пораженная таким количеством офицеров и их вниманием, Юля сияла от гордости за своего папу и за себя, что он выбрал ее своей дочкой. И если бы она умела говорить, то громко объявила на всю столовую, что это ее папа. Но глаза и так обо всем сказали. Единственная печаль, что все это богатство со стола не унести с собой. И повариха, словно поняла страдания ребенка, принесла им пакет, куда все сама и сложила.

– В дороге проголодаетесь, покушаете.

Юля только и смогла благодарно улыбнуться.

Автомобиль действительно стоял у входа, и водитель, словно поджидал их, пригласил в салон. Заехали в гостиницу за вещами и уже бодрыми выздоровевшими офицерами, затем на стоянку вертолетов, где шла подготовка Ми-8 к вылету. В салоне Влад взял ребенка на руки, так как новизна слегка пугала, а на коленках, прижавшись к теплому папе, совсем не страшно.

Минут через десять после взлета командир позвал Влада и, уступив место летчиков ему и Юльке, экипаж ушел в салон играть в карты. Перепуганная девочка с надеждой смотрела на Влада, не понимая безрассудства экипажа.

– Все в порядке, – крикнул он ей на ухо, перекрикивая гул турбин. – Справимся.

Маршрут для Влада знакомый, а пилотирует машину автопилот. Экипаж установил заданный режим, и теперь никакая сила, кроме их самих, не свернет аппарат с курса. Влад одел на голову ребенку гарнитур и предложил самой поруководить. Сначала Юля пыталась объяснить, что такие действия ей желательно не предлагать, мол, страшно и рискованно. Но потом, поняв, что вертолет и так хорошо без их участия летит, осмелилась и уцепилась руками в рычаги управления. Она – летчик, самый настоящий. От избытка чувств хотелось петь, кричать, но получалось только беззвучно смеяться.

При подлете к Ушаралу в кабину вошли настоящие хозяева вертолета и отправили Юлю с Владом в салон.

Света не стала дожидаться возле ворот вертодрома и, при виде Влада, побежала по рулевой дорожке к нему в объятия. Без остановки подпрыгнула, обвила шею руками, посыпая его лицо поцелуями.

– Еще чуть-чуть и умерла бы, – сказала она, наконец, вдоволь, нацеловавшись с папочкой. – Какая самая длинная неделя в моей жизни. Не смей так надолго больше покидать своего ребенка, пропадет ведь, – она болтала без умолку, закрыв глаза от счастья. – И сказки читать некому, никто личико на ночь не помоет. Ты же знаешь, как я постоянно пачкаюсь, будто это норма. Часто так и засыпаю, что утром просто стыдно в зеркало смотреться. Сегодня утром тете Гале отдала в стирку постельное белье со следами какао. Больше не уедешь? – спросила она, открыв, наконец, глаза, и увидела метрах в двух сзади от папы девочку ростом почти с нее, может на пару сантиметров ниже, и кого-то сильно напоминающую ей. – Ой, папа, кто это? Вот только не говори, что случайно по дешевке приобрел там в командировке.

– 183 рубля отдал. Не шаляй-валяй.

– Папа! – воскликнула возмущенная Света и слезла с рук. – Ну, это же не честно. За меня так всего 71 рубль, а тут такие сумасшедшие деньги. Она чем лучше то?

– Милый ребенок, – Влад подвел ее к Юльке и обнял обоих. – А инфляция? А галопирующий рост цен? И потом в сравнении с теми дефектами, с которыми ты мне досталась, так мы еще очень удачно приобрели. Смотри, какой чудесный ребенок! А главное – немая. Одно это чего стоит.

Юлия не понимала, почему они так некрасиво, вроде и несерьезно, но так обидно говорят. И от обиды она готова была расплакаться. Но папа взял ее на руки и нежно прижал.

– За такую милую девочку все отдал бы, ничего не пожалел.

И на душе стало сразу легко и радостно, но слезы все равно потекли.

– Сестренка, не надо плакать, мы с тобой подружимся, – Света взяла Юлькину руку и поднесла к губам. Но эта нежность, вдруг объявившейся сестрички, и ласка папы вызвали еще больший поток слез. И Света тоже разревелась.

Вот так, размазывая слезы по щекам, они шли по летному полю втроем. Папа и две его дочурки.

– Ну, ты хоть догадалась, – спросил Влад Свету, – на кого похожа Юлька?

– Пока нет. Вот голову ломаю, – пожала плечами Света. – Вроде, в нашем городке нет такой.

– Одна, все же, есть, – усмехнулся Влад.

– Да? – Свету уже распирало любопытство, и она еще раз внимательно осмотрела новоявленную сестренку.

Тогда Влад поставил сумку и зашел за спину Юльки. Снял с нее шапочку и сложил волосы в подобие прически, как у Светы. Света от неожиданности вздрогнула.

– Так не бывает.

– А вот получилось. Я и сам удивлен. Вроде, пути ваших родителей нигде не пересекались. Им из-за водки некогда было.

Тут все поняла Юля и беззвучно рассмеялась, став рядом с сестренкой. Шедший им навстречу рядовой Исмаилов даже подпрыгнул с перепугу.

– Совсем водка в рот не брал, а два похожих девочка вижу?

– Кто тебе поверит, Сардар? Со спиртом работаешь и трезвый?

– Водка плохо, не пью, товарищ лейтенант. Это где же вы нашли для Светы похожий сестра?

От радости сестренки обнялись, и одна из них завизжала от счастья.

Дома Влад не успел распаковать сумку, как вбежала Лариса.

– Влад, народ треплет черт знает что! Здравствуй Света! – поздоровалась она с вышедшей из спальни Юлькой.

– Здравствуйте, тетя Лариса! – крикнула Света, выбежав из кухни.

– Ой, мамочки! – побледнела Лариса. – Пойду я домой, – потом, задержавшись у выхода, помахала Владу пальцем. – Не треплется народ. От тебя можно ожидать чего угодно.

Все трое весело хохотали, а Юлька, с трудом выдавливая слова, тихо, но внятно произнесла:

– Па-по-чка! – и протянула Владу руки, просясь на ручки.

– У меня точно такие проблемы были после столкновения со стенкой, – философски заметила Света. – Вот только, как мы папочку делить будем, сестричка. Я, ведь, тоже постоянно на ручки хочу.

Влад нагнулся и подхватил второго ребенка.

– Я сильный, легко удержу обоих.

– Это успокаивает, – согласилась Света.

– Све-то-чка, – силясь, выговаривала Юлька.

– Папа, а что у нее за проблемы?

– Светик, вот научишь ее говорить и получишь из первых уст подробную информацию. А пока вкратце: восемь лет, в школу не ходит, и не ходила, но, думаю, в третий класс определим. Уговорю вашу Галину Ивановну. Образованности для третьего класса вполне достаточно. Да, самое веселое в этой истории, так это то, что у нее тоже день рождения 25 апреля. Весело, правда? А назавтра у нас план, идентичный с твоим прошлым: фотоателье, парикмахерская и универмаг. Помнишь, Светик, маршрут?

Влад после обеда позвонил Леману Эрнсту Йогоровичу и, заинтересовав новинками в технологии ремонтных и строительных работ, попросил срочно приехать к нему. Тот не заставил себя долго ждать, и уже через час был у него.

Влад выложил перед ним расписки родителей Юльки и свидетельство о рождении.

Найдите лучшего юриста. Пусть отправляется в столицу и выполнит акт отлучения. Ну, а затем вы с Татьяной Ивановной проделаете уже знакомую процедуру.

Влад достал из саквояжа толстую пачку сторублевок и положил на стол.

– Это на текущие расходы.

– Ну а с обещанной новинкой как? – заволновался строитель.

– Не волнуйтесь. Договоренность остается в силе. Просто эти деньги для ускорения процедуры. Там и тут немного подмазать, подтолкнуть. А новинка моя по отделки как внутренних, так и наружных стен.

И Влад выложил из того же саквояжа стопку бумаг со схемами и рисунками. Что-то вроде декоративной штукатурки.

– Вот. В командировке время было, немного порисовал. Хороший заменитель обоев в общественных местах, кабинетах.

Глаза Йогоровича при рассмотрении картинок и их расшифровки горели так, что можно было прикуривать. А пальцы шевелились и тряслись, как при подсчетах очень крупных сумм. Он уже прикидывал прибыли.

9

Деньги и новые технологии создали такое ускорение в процессе удочерения, что уже к началу школьных занятий Эрнест Йогорович привез прямо на дом новое свидетельство о рождении ребенка, где в графе родителя отцом значился Влад.

К этому времени Юлька свободно общалась и успела подробно рассказать о своей короткой, но полной трагедии, жизни. Однако, рассказ Светы ее настолько поразил и ужаснул, что свои беды она уже считала мелкими неприятностями.

Галина Ивановна согласилась взять Юльку в третий класс после краткого ознакомления с ее биографией. Уникальные способности и восприимчивый к знаниям ребенок к началу четверти поверхностно усвоила программу пропущенных двух лет. Ее знания грамоты и арифметики заслуживали похвалы. Отсутствие друзей по причине не только немоты, но и частой неопрятности по вине родительских запоев, просто подтолкнули к поиску развлечений в одиночестве среди книг. А читала она все подряд, что попадалось под руку. Старые брошенные газеты, редко попадающиеся книги, выброшенные в мусор. Еще чтение хорошо отвлекало от голода, который, казалось, в желудке у Юлии поселился надолго.

Первые дни Света бегала к сестренке на каждой переменке. Затем, поняв, что она освоилась, обзавелась подружками, уже реже навещала. Юлька всегда ждала на подоконнике первого этажа, так как у старшей сестры всегда на один-два урока больше. Но Юльке нравилось сидеть на подоконнике в тишине и читать.

В этот день Света просто бегала на переменке с подругами по коридору, когда столкнулась с младшей сестренкой. Вид у нее был не только печально-несчастным, но и трагически ужасающим. Первое впечатление, что случилось непоправимое горе. Она не только тряслась и всхлипывала, но и не в силах была выговорить хоть полслова. И никакие уговоры и просьбы не могли помочь выяснить трагедию. Света уже сама, чуть не плача, уговаривала сестренку признаться, но та бледнела, глотала слезы, невнятно мычала, но так и не произнесла ничего существенного.