Текст книги "Солдаты Оборотня (СИ)"

Автор книги: Владимир Чихирев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 34 страниц)

Первым погиб молодой парень из взвода Икли. Стрела настигла его, как только он сделал первый шаг на чердак. Тело с пробитой грудью с грохотом полетело вниз по лестнице. Я метнулся в угол, сшибая какие-то корзинки и ящики. Ещё одна стрела прошила руку капралу второго взвода Гэйлесу. Он с рычанием бросился на мятежников, первым же выпадом пропоров живот одному из лучников. Хрип умирающего и чавканье вываливающихся внутренностей потонул в грохоте начавшейся рукопашной. Я выбрался из устроенного завала и активно включился в схватку.

Наверное, они были хорошими стрелками, но в мастерстве владения клинками мятежники здорово нам уступали. Уперевшись взглядом в своего противника и с трудом отбивая выпады наших солдат, они совершенно не смотрели по сторонам. Опыта сражений у них не было, чем не преминули воспользоваться мы с Грейстиром. Напав на столпившихся у чердачного проема мятежников со стороны, мы легко отправили в небытие троих противников меньше чем за минуту. Сильно поредевшая толпа атакующих попятились к выходу, но сзади подпирали те, кто ещё не понимал, что происходит наверху. Схватка превращалась в бойню. Паниковавшие мятежники первых рядов, всеми силами пятились назад, но их товарищи буквально толкали их вперед. Прямо на наши клинки. Икли был прав – это были необученные крестьяне и ремесленники немного научившиеся стрелять.

Крики, раздавшиеся снизу, принадлежали нашему бывшему проводнику. Похоже, он понимал, что его людей превращают в пищу для червей и все преимущество в людях тает на глазах. В конце концов, мы отбросили нападавших. Попытка захватить нас с ходу обошлась им в двенадцать жизней. Мы потеряли троих, последнего из них по глупости. Хотел посмеяться над отступавшими, и, выставив в проем свою геройскую морду, словил стрелу точно в глаз.

– Надеюсь, этот идиот послужит нам всем уроком. Как бы жалок, не выглядел противник, он может тебя прибить по случайности или по нашей же дури!

– Риттер, избавь от этих мудрых речей – проворчал Ларч – перед тобой не сосунки из сводных полков. Если и был один дурак, то это уже в прошлом.

Я почувствовал себя неуютно.

– Ладно, парни – тихо пробормотал я – это нервное, от….

– Все Риттер – остановил меня Нельджер – мы все понимаем. Давай на этом остановимся.

Я кивнул и уставился на проем, за которым наступала тьма.

– Что делать будем?

– Эту проклятую дырку, надо закрыть. Иначе эти придурки могут вновь сунуться.

– После того, как мы их покромсали?

– Никогда точно не знаешь, что ожидать от непрофессионалов – назидательным тоном проговорил Грейстир.

– Это точно.

– Давайте притащим стол снизу и приладим его. Кое– как дырку закроем и оставим тут нескольких часовых.

– Лучше вряд ли что-то придумаем.

Эта операция не заняла у нас много времени. Попыток помешать нам со стороны мятежников не было. После чего мы разместились по дому надеясь, что хоть немного удастся отдохнуть. День был сумасшедшим. Мне казалось, что с «Ледяным» мы расстались неделю назад, так много событий произошло за это время. Минтар растопил камин, пожелав мятежникам промерзнуть до костей, а заодно предохранить нас от какого-нибудь идиота, который захочет проникнуть через дымоход. Нельджер к этому времени смог вытащить стрелу, и кое-как, обработав рану, затянул ногу Икли поясным ремнем. Вокруг воцарилась тишина, только шум ветра и шипение сырых дров. Мои глаза слипались и, в конце концов, я уронил потяжелевшую голову на грудь.

Я проснулся от резких толчков. Кто-то трепал меня за плечо. Я вскочил, и некоторое время ошарашено оглядывался по сторонам, ничего не понимая. Большинство парней было на чердаке. Сквозь оконца в комнату проникали красные сполохи, и сильно пахло гарью. Моей первой мыслью было, что нас подожгли, и теперь будут выкуривать отсюда, под стрелы лучников.

– Сарай горит – развеял мои предположения один из солдат.

– Они подожгли сарай?

– Судя по крикам мятежников, это сделали наши парни.

– Какого черта?!

В ответ он лишь пожал плечами. Спешно нацепив ремни, я поднялся наверх.

– Пламя перекинется на нас. Это лишь дело времени – авторитетно заверил Икли наблюдая в щели за полыхающем сараем. Я ему верил. Даже здесь чувствовался жар.

– Значит надо готовиться к прорыву? – спросил Минтар.

– Куда прорываться-то?

– Интересно, долго ещё до рассвета? – спросил я.

– Уже светает – ответил Нельджер, не отрываясь, наблюдая за суетой мятежников – но если и нападать на них, то сейчас самое время.

– Тогда нечего ждать – согласился я – Ларч! Икли! отдирайте стол и начинайте обстреливать их, а мы сделаем вылазку. Как только в них полетят первые стрелы, и они начнут реагировать, мы рискнем и атакуем их.

У нас не было других вариантов, кроме как воспользоваться некоторой растерянностью в стане врага. По крайней мере, это дает нам хоть какой-то шанс.

Мы стопились у двери, ожидая команды от Икли. Наверху послышался грохот и через мгновение сквозь гул пламени послышались крики мятежников. Стрелы нашли свои жертвы. Кто-то пробежал мимо двери к торцу дома.

– Давай – заорал Икли.

Мы откинули засов, и один за другим вывалили на улицу. Я сходу налетел на мятежника. Рот открыт в изумленном крике, лицо все в саже. Даже и не помню, было ли при нем оружие. Я со всего маху рубанул его прямо по голове. Кровь брызнула во все стороны, заливая лицо мятежника. В пляске огненных теней я увидел, как стрела пронзила шею ещё одного мятежника. Но в следующий миг ослепительный белый шар ударил, точно в, то место, откуда вели стрельбу Икли и Ларч и сразу за вспышкой белым огнем заполыхал чердак. Я поискал взглядом того, кто выпустил заряд, но вокруг уже шел беспорядочный бой. Крики и звон клинков оглушали. На меня налетели ещё двое мятежников. Напали резво и слаженно. Один достал меня, пропоров кожаную броню и оставив кровоточащий порез на груди. Меня теснили к горящему сараю.

– Что, псина? Зад уже поджаривается – произнес один из них.

Как же он был прав! Мне стало казаться, что моя спина дымиться. Я попытался рвануть в сторону, но они не позволили мне этого сделать, оставив на моем теле ещё один шрам. Вот проклятье! Сдохнуть от рук крестьян! Я слабел. Новая рана на руке оказалась чертовски болезненной. Один из них пошел в новую атаку, примериваясь к моей раненной руке. Сделал шаг вперед, я неуклюже отбил ещё немного отступив назад, но жар вытолкнул меня вперед. Тот, что пристроился с моей правой стороны занес руку, и получил арбалетный болт точно под руку! Хрюкнув, как поросенок он удивленно оглянулся и рухнул на землю. Его товарищ ошарашено смотрел на убитого и дал мне шанс. Изо всех оставшихся сил я воткнул клинок ему в живот.

– Нет – прошептал он – мы так не хотели.

– А я то, как не хотел – устало произнес я, выпуская из рук меч, и падая на землю.

Очнулся я от того, что холодная вода текла у меня по щекам, попадая за ворот, заставляя тело покрываться мурашками. С трудом, разлепив глаза, я увидел перед собой «Ледяного».

– Ну вот – удовлетворенно кивнул он – а то я признаться начал беспокоиться.

– Где я?

– Там же где и был. На лесопилке.

Я тихо застонал.

– Но среди своих парней. А это важно.

– Ещё как – я попытался улыбнуться.

– Досталось тебе, Риттер – покачал лейтенант головой.

– Точно – к нам хромая подошел Икли – порезан и поджарен!

Я невольно улыбнулся.

– Как тебе удалось так быстро добраться до нас?

– Быстро? Вовсе нет. Ты знаешь, что эта самая лесопилка находится всего в получасе ходьбы от дороги на Мельницу?

– Получаса!?

– Этот мошенник водил вас кругами. Мы остановились на ночлег, но вы устроили такой фейерверк, что трудно было не заметить.

– Ты же должен был спешить! Какой ночлег?

– Я решил им дать возможность угодить в вашу засаду, а потом ударить по ним с тыла.

– Предупреждать надо. Мы тебя ждали.

– Извини. Моя ошибка. Я никак не мог ожидать, что ваш проводник – мятежник. Теперь после моего доклада кому-то в тайной службе не поздоровиться.

– Ты его взял?

– Да – кивнул «Ледяной» – пришлось прожарить его как следует на вертеле, чтобы выложил то, что знает.

– Много знал?

– По крайней мере, предположение нашего штаба о там, что мятежники не успели подтянуть к Мельнице боеспособные части он подтвердил. Оборона города слаба. Так что мы возьмем его с хода. Сомнений быть не может.

Я кивнул. Говорить становилось все тяжелее.

– Сколько наших погибло?

– Чуть меньше половины.

– Бертир и ещё несколько ребят?

– Сгорели – покачал головой «Ледяной».

– Вот черт!

Мы, молча, смотрели на окутанные туманом ели.

– Сегодня повезло тебе. Так что будь этим доволен.

– Буду.

– Вот и отлично. Через час выходим. Надеюсь, ты возьмешь себя в руки. Наш врач подлатал тебя и заверил, что все заживет очень быстро.

– Не в первый раз.

– Вот и хорошо – он крепко сжал меня за плечо и, развернувшись, вышел на улицу.

Глава 11. Мельница

Когда мы вышли к передовым линиям войск, перед нами предстала картина горящего города. Обуглившиеся сторожевые башни торчали черными скелетами. В нескольких местах деревянные стены были разрушены почти до основания. Через зиявшие бреши были видны изуродованные дома. Бросив взгляд на наши линии, я увидел, что досталось и нам. Во многих местах дымились глубокие воронки. Одна катапульта была разрушена полностью. Кровавые лужи на земле указывали, что без потерь расчет осадной машины не обошелся.

Как и предполагалось «Оборотень» решил брать город без долгих проволочек. В лоб, не применяя своих умений. Забросав защитников города горящими бомбами, а затем, окружив его со всех сторон, он начал сжимать кольцо блокады штурмовыми частями. Я знал, что «Ледяной» доложил в штаб, о малочисленном гарнизоне не имеющего тяжелого вооружения. Знал я и того, кто скормил нам эту информацию. Чертов ублюдок! Надо было его притащить к нашему генералу! Пусть бы он сам с ним разбирался. Чем нам теперь аукнутся неверные данные о составе защитников города, и думать не хотелось!

В воздухе послышался гул. Подняв голову, я увидел, как на наши порядки летят три горящих шара. Размеры и цвет пламени не оставлял сомнений, что над снарядами поработал маг. Удары сотрясли землю. Шары, оглушительно шипя, расплескали в радиусе нескольких метров расплавленную жижу. Едкий запах заставил меня зажать нос. Залп мятежников разметал взвод арбалетчиков, пытавшихся выстроить стрелковую позицию, с которой обстреливался сектор одного из стенных провалов.

Полку «Ворон» тут крепко доставалось. Командовавший им полковник Дюнарт старался свести потери к минимуму, отведя штурмовую пехоту к лесу и рассеяв отряды стрелков по всему периметру своей зоны. Но убийственно точный огонь оборонявшихся все равно наносил ощутимый урон полку.

– Мы вынуждены плясать тут по всему полю, скармливая наших стрелков в ожидании пока остальные части выйдут на исходные позиции – позади меня оказался лейтенант штурмовиков «Ворона».

– Почему вы не отведете стрелков?

– И отвели бы, но эти проклятые мятежники тут, же карабкаются на стены и ведут по нам огонь из тяжелых осадных арбалетов, пробивающих повезы! Приходится, держать несколько позиций, чтобы они не слишком высовывались. Но чего это нам стоит, сам видишь.

– Наверное, у них готовые точки оборудованы – добавил лейтенант, со злостью переломив ветку – ещё и огонь катапульт на нас наводят!

– Заряды у них любопытные – ответил я.

– Куда уж любопытнее – проворчал в ответ лейтенант, – какого черта «наш» делает?! Ждет, пока нас тут всех перемелют!?

Поняв, что болтнул лишнее он бросил обеспокоенный взгляд на меня, но, увидев мои нашивки, успокоился.

– А что тут «Тихая вода» болтается? Я думал вы уже где-нибудь под Рабле рыщите!

– Похоже, нам не дадут пропустить это представление – кисло проговорил я, глядя, как расчет катапульты оттягивает машину ближе к лесу.

– Что они делают?

– Похоже, что наши командиры более не собираются беречь укрепления Мельницы.

В это время на переднем крае ожили арбалетные расчеты. Мятежники, как и говорил лейтенант, заняли места на стенах и вновь открыли огонь по всей площади, где располагались имперские солдаты. Пять наших расчетов открыли ответный огонь, но новые удары вражеских катапульт заставили их пятится к тыловой линии. Мятежники перенесли весь огонь на отступавших стрелков. Свист арбалетных болтов на миг перекрыл крики людей. Дюнарт, видя, что может потерять всех своих стрелков, отдал приказ пехоте выдвигаться навстречу отступавшим расчетам, в надежде прикрыть их осадными щитами штурмовиков.

– Риттер!

Я оглянулся и увидел «Ледяного». Тот с мрачным видом направлялся от командирских палаток к месту, где расположилась наша рота.

– Хватит пялится, пора принять участие.

– Так и знал – вздохнул я – мы же вроде разведка! Какого черта!?

– Не хочется? – зло улыбнулся лейтенант.

– А есть такие, кому нравится штурмовать города?

– Полно – «Ледяной» кивнул в сторону бодро маршировавших штурмовых колонн.

– Сомневаюсь – хмыкнул я.

Огромный пылающий заряд, выпущенный из мятежной катапульты, с гулом пронесся над стенами города и с чавкающим звуком зарылся в землю прямо перед центральной линией наших наступавших войск. Через мгновение он лопнул, разбрасывая ядовитую жижу вокруг себя. Пехоту спасли тяжелые осадные щиты. Они приняли на себя удары зеленой мерзости. Едкий дым и шипение окутал марширующие колонны. Многие из солдат побросали щиты, избавляясь от ставшим опасным тяжелого снаряжения, но залп вражеских арбалетчиков собрал богатый урожай смертей. Строй нарушился и ротные командиры дали приказ на остановку марша. Под непрерывным огнем арбалетчиков нашим отрядам все же удалось перестроиться и возобновить движение. Меня удивляла скорострельность вражеских расчетов. Похоже, что эти парни хорошо подготовились к нашей встрече.

Наконец первые ряды пехоты достигли наших потрепанных стрелков, но к моему удивлению они и не думали останавливаться. Неужели им отдали приказ проникнуть в город через несколько узких брешей в стене!? Если это так, то от «Ворона» мало что останется.

Когда мы с «Ледяным» дошли до леса, заработала наша катапульта. Рискованно. Можно запросто покосить своих же людей. Но в этот раз инженеры были на высоте. Жуткий треск и грохот обозначил рухнувшую стену. Пыль плотным одеялом окутала ту часть стены, что рухнула, не выдержав прямого попадания заряда. Стрельба прекратилась, а наши штурмовые отряды ждали, когда осядет пылевое облако.

На этом гостинцы для мятежников не закончились. Наши маги, наконец, то напомнили о себе. Справа и слева от сгоревших сторожевых башен появилось два жирных огненных столба. С низким гулом они двинулись по галерее лучников, вызывая панику и гибель оборонявшихся. Осевшая к тому времени пыль открыла для наших штурмовиков роскошную, не менее тридцати метров пробоину в стене Мельницы. С ревом атакующие колонны ринулись в образовавшуюся брешь. Я отвернулся и поспешил за идущим впереди меня лейтенантом.

Наша рота располагалась в арьергарде полка «Эдельвейс». Мы были приданы полку для усиления, как понесшему наиболее значительные потери в битве у «Большой развилки». Наша задача состояла в том, чтобы выйти к восточной стене города, попутно ликвидируя возможные попытки прорыва со стороны мятежников. Я знал, что одновременно с нами у южной стороны должен выходить на исходные позиции «Молот». Когда штурмовые отряды «Ворона» вломились через бреши в стене и завязали рукопашный бой, нам последовала команда ускоренного марша. По-моему команда несколько запоздала, но это, признаться, меня не сильно огорчало. Когда мы начали обход города я ещё раз обернулся назад, и увидел, как на горящие пшеничные поля перед городом выходит мой родной полк – «Странник». Давление на защитников города возрастало.

– Сказать по правде меня больше волнуют не те, что сидят за стенами, а те, кто будет стрелять нам в спину, из леса – Нельджер с опаской посмотрел на лесные чащи.

– Но ведь наш информатор сказал нам, что войск тут немного – один из парней «Эдельвейса» попробовал возразить пессимистичным прогнозам капрала из третьего взвода.

– Да неужели? – ехидная улыбка сержанта перекосила его лицо – он мог ведь что-то и забыть. Спроси Риттера, насколько он теперь доверяет нашим агентам среди местных!? Кто забыл рассказать «Ледяному» про магов и тяжёлое вооружение тех ублюдков, что засели в городе? Лично я надеюсь только на Вэнмеля и его братишек. Может им удастся прикрыть наши задницы. Если они ещё живы.

– Может, хватит уже молоть языком!? – кто-то из третьего взвода все же не выдержал.

Я отвернулся, не имея ни малейшего желания вступать в разговоры, на тему «как нам сегодня не повезет». Мы с опаской поглядывали на стену «Мельницы», в ожидании какого-нибудь подозрительного движения, и, стараясь держаться подальше от стен, чтобы не стать целями для лучников, но если у этих парней найдется ещё несколько тяжелых арбалетов, у кого-то из нас могут появиться лишние дырки на теле. А после высказанных подозрений Нельджера у меня стал почесываться и левый бок. Я все чаще стал поглядывать на темные силуэты деревьев. Вся моя надежда на то, что Вэнмель и его парни не пропустят мимо своих глаз и ушей подкрепление для тех, кого мы мариновали в Мельнице.

Передовые роты «Эдельвейса» постепенно начали занимать позиции, откуда пойдут на штурм. Над Мельницей вновь взвились огненные шары. Теперь они летели в сторону южной стены.

– «Молот» пошёл на штурм – «Ледяной» задумчиво наблюдал за дымящейся траекторией шаров – скоро наша очередь.

– Я думал, что мы отделаемся только прикрытием – произнес я, поглядывая на пустынные стены.

– Если «Эдельвейс» не будет участвовать в штурме, нам срежут «боевые».

– Мы что, «Эдельвейс»? У нас свои задачи. И пока эти лежебоки топали к Мельнице мы уже рисковали своими задницами!

– Как выяснилось, мы плохо поработали.

– Это что значит?

– Сведения-то наполовину ложные. Мы же доложили, что войск мятежников тут немного и у них нет тяжелого вооружения.

«Ледяной» помолчал, вслушиваясь в шум нарастающего боя в западной части города.

– А тут не только тяжелое вооружение. Тут ещё и маги…

Мне в лицо ударила горячая струя крови. Я отшатнулся и невольно присел на корточки, пытаясь понять, что произошло. Подняв взгляд на все ещё стоявшего лейтенанта я увидел, что на месте лица у него кровавая каша, а там где был нос, торчит наконечник стрелы. В растерянности я оглянулся и увидел, как падают люди из четвертого взвода. Нас застали врасплох. Чертов Вэнмель!!

– Атака с тыла! К лесу! К лесу разворачивай строй!! – под конец фразы я уже сорвал голос.

Стрелы полетели сплошной стеной. Хуже того, ожили и пустынные до этого стены Мельницы. Нашлись таки для нас тяжелые арбалеты! И совсем не парочка!

– Первый, второй взвод! Обеспечьте прикрытие от арбалетов!! Быстрее, черт!!

Команда полетела в конец рассыпавшегося строя. В мой щит с глухим стуком впилось две стрелы. Ещё одна с чавканьем вошла глубоко в землю. Хорошие стрелы. Тяжелые. Зря я так разорался. Ублюдки приняли меня за командира роты. На наше всеполковое счастье первые подразделения, занявшие позиции, быстро сориентировавшись, открыли ответный огонь по стенам Мельницы силами своих стрелковых взводов.

Выучка и опыт – великая вещь. Мы не запаниковали, по крайней мере, сильно, и смогли быстро выстроить фронт. Тяжелые осадные щиты первого ряда сомкнулись, и обстрел стал почти бессмысленным. Вскоре по линиям пролетела команда.

– Третьей и пятой роте начать наступление на предполагаемые позиции противника!

Я зло посмотрел на лейтенанта четвертой роты остановившегося в сорока метрах от нас. Пятой роты «Эдельвейс» лишился после ледяной атаки Доротеи на «Большой развилке». Судя по всему, эту дыру предлагалось заполнить «Тихой воде». Просто здорово!

Особенно мне понравилась формулировка «предполагаемые позиции противника»! Хотел бы я посмотреть на того, кто в подобной ситуации выдает такие витиеватые приказы. Если мне снова повезет – обязательно посмотрю на командира полка. Я должен знать таких людей. Вдалеке от нас третья рота двинулась, ощетинившись копьями. У нас взводов копейщиков не было. По определению. Я затравленно оглянулся и понял, что наши головорезы пялятся на меня в ожидании команды. «С повышением!» поздравил я себя.

– Четвертый взвод – прикроешь наши задницы! Остальные вперед. Мечи к бою! Всем понятно!?

– Риттер, двигай давай! – буркнул командир четвертого – раскомандовался!

– Могу предложить тебе – огрызнулся я.

– Кончай трепаться! Пошли! Риттер, по крайней мере, ты был офицером! – Грейстир бросил бешеный взгляд на офицера «Эдельвейса».

Передовая линия послушно лязгнула броней и медленно двинулась к лесу. Четвертый взвод, тем временем вытягивался на всю ширину строя и выставив перед собой щиты, стал пятиться вслед передовым рядам. Мы конечно перестраховывались. Огонь со стороны Мельницы был слабый и не прицельный. Наши арбалетчики демонстрировали свои лучшие качества, наглухо закрыв огневые точки мятежников.

Те, кто нас обстреляли, начали отступление. По крайней мере, треск веток был такой, словно по лесу брело с полсотни медведей. «Они от нас легко оторвутся» – подумалось мне. Мы со своими щитами ни на что не годимся в этом буреломе. А попробуем сбросить – они нас как куропаток перестреляют. Справа с грохотом и ревом вломилась в лес третья рота. Вскоре и мы вошли под развесистые кроны дубов. Как и следовало ожидать, нас ждала пустота. Мы продолжили продвигаться вглубь леса значительно сбавив скорость. Я надеялся соединиться с третьей ротой и совместно решить, что делать дальше. Но тут до нас донеслись звуки рукопашной схватки. Мы непонимающе переглянулись. Третья рота хрустела ветками правее меня и поэтому никак не могла быть участником неожиданно возникшей заварухи.

– Вэнмель!! – мысль молнией пронеслась у меня в голове – бросай щиты! Вперед на звук боя.

Парни уже и без моих команд поняли что делать. Мы неслись по лесу, с каждым шагом приближаясь к месту, где кипел бой. Вскоре мы оказались на берегу мелкой лесной речушки. Противоположный берег был чуть выше и чтобы подняться на него надо было пробраться через завалы трухлявых пней и намытых в этом месте веток. Здесь Вэнмель и встретил мятежников. Вернее наемников. Серые куртки с изображением секиры я запомнил надолго. Солдаты «Пепельных земель», как я и предполагал, были легко вооружены, для быстрого перемещения по лесу. Ни брони, ни щитов, ни шлемов. Только большие луки и мечи. Имея подавляющее численное преимущество, они, тем не менее, мало, что могли поделать с хорошо вооруженными пехотинцами гвардии. Но долго наши все равно не смогли бы их сдерживать. Думаю, что Вэнмель и рассчитывал на то, что подоспеем мы. Дрались наемники остервенело, прекрасно понимая, что наше появление для них равнозначно гибели. И когда мы с ревом и проклятиями вылетели из леса, часть наемников переключились на нас, ослабив давление на порядки лейтенанта.

Мы перешли на шаг, и теперь перегруппировываясь, сближались с противником. Мне не понравилось спокойствие на их лицах. С таким выражением обычно ждешь кружку пива в кабаке. Эти люди приготовились умирать. Терять им нечего. Они рискнули и проиграли. Вот только лично мне терять было что. Поэтому азарт погони сменился жжением в груди и легкой дрожью в коленях. Теперь главное начать. Там уже будет не до переживаний.

Справа от меня зазвенели клинки. В следующий момент я кинулся на стоявшего в оборонительной стойке наемника. Мои раны все ещё болели, но близость новой драки, заглушила боль. Победить в лоб я его вряд ли смог бы, и вместо того, чтобы рубануть со всей силы я сделал резкий выпад вперёд! Почти достал. Острие уткнулось в бляху ремня. Наемник отшатнулся, едва не потеряв равновесие. Его губы тронула легкая улыбка. Сволочь! Резкий удар по мечу заставил меня отступить и уже самому занять оборону. Наемник умело провел сразу две атаки, целясь сначала мне в бедро, а потом нанеся удар в направлении головы. Мощно и сильно. Этим ударом он должен был меня убивать, или хотя бы опрокинуть на землю. Но я выдержал и, улучив момент, пнул раскрывшегося врага тяжелым сапогом в пах. Громко охнув, он невольно согнулся, позволив мне делать с ним, все, что мне вздумается. Я рубанул, особо никуда не целясь. Лезвие без труда распороло вареную кожу и вошло в плечо. Кровь мгновенно залила наемника. Закричав, он повалился ничком на землю. Я хотел его добить, но жуткий звон оглушил меня. Голова словно взорвалась, и я повалился следом за своим противником. С гудящей головой я схватился за шлем и чуть выше лицевого щитка нащупал углубление. С трудом, подняв голову, я осмотрелся. Схватка быстро продвигалась вперед. Мы уверенно теснили уступавших нам и по численности и по снаряжению наемников. Вступившая в бой третья рота окончательно перевела чашу весов на нашу сторону. Я мотнул головой и аккуратно стянул с себя шлем. По лбу струилась кровь. Нащупав пальцами лишь большую шишку со слегка содранной кожей, я облегченно вздохнул. Надо все-таки вязать на голову платок. Кожаные лоскуты защищают далеко не весь череп. Подобрав меч, я двинулся вслед за наступавшими парнями. Особой резвости я не проявлял. В голове все ещё звенело.

– Риттер, куда ты направился!? – меня схватил за плечо Ларч – хочешь схлопотать промеж глаз? Как ты?

– Да немного стукнулся – я еле ворочал языком.

– Видел я, как ты стукнулся – хмыкнул он – Я думал он тебе башку снес! С такого расстояния!

– Видишь? – показал я ему свою огромную шишку.

– В госпиталь тебя с этим не отправят – покачал он головой.

– А кто сказал, что я этого хочу!? – мой шаг постепенно замедлялся – Что же это такое! Я за месяц получаю уже четвертое ранение.

– Это не ранение – возразил Ларч.

– Стрелой в башку! Какое же это ранение!? Действительно!

– В шлем – поправил Ларч.

Я махнул рукой и присел на корягу, тем более, что торопиться нам было уже некуда.

Бой почти затих. Солдаты добивали раненных врагов. Когда я очухался окончательно и вспомнил, что нам положено брать пленных при каждом удобном случае, я счел случай удобным и стал искать «языка». Но передо мной только разводили руками. Мол, какие на хрен пленные из наемников. «Оборотень» ясно показал своим солдатам методу обращения с теми, кто пришёл сюда из «Пепельных земель». В конце концов, я махнул на это рукой.

Собрав оружие и кое-как, организовав переноску раненных мы поплелись к Мельнице, надеясь, что там тоже все подходит к концу. Уж больно огромным было наше преимущество.

Нашим надеждам не суждено было сбыться. Штурм продолжался. Южная часть города, где на штурм шел «Молот» была охвачена огнем. Как нам сказал сержант из первой роты, маг мятежников полностью сконцентрировался на том направлении. Ещё он добавил, что «Молот» отошел на исходные позиции с ощутимыми потерями. Недавно прибыл вестовой принесшие эти новости. Но не все было так плохо. «Странник» занял всю западную часть города. Остановившись недалеко от центра.

– Эти мерзавцы каждый дом превратили в крепость. Болты летают по улице, словно пчелы на пасеке – вестовой жадно пил из моей фляги.

– Красиво сказал – кивнул я, глядя туда, где сейчас должен был сражаться Расмус – потери у них большие?

– Раненных много. Рукопашных почти нет. Мятежники словно привидения. Обстреливают из всех окон. Наши штурмуют дом, врываются внутрь – а там пусто. Они по крышам отступают. Дома там больно густо стоят! Только мирные, перепуганные на полу лежат, да дети визжат словно поросята.

Такое сравнение меня покоробило.

– Сам ты капрал….. поросенок.

– Чего ты так реагируешь? – удивился он – их же никто не трогает.

Я одарил его тяжелым взглядом.

– На кой хрен тебе что-то отвечать, если все равно не поймешь.

– Дело твое – он пожал плечами – спасибо за воду.

– Бывай – буркнул я и снова уставился на дымящийся город.

Долго бездельничать мне не дали. Не успел я прикинуть перспективы уличных боев, как получил вызов от командира «Эдельвейса» полковника Каэра. Я хотел посмотреть на него? Вот, пожалуйста, мечты иногда сбываются! Мне надлежало без промедления явится к нему. Надеюсь это не связано с докладом «Ледяного», или что ещё хуже с неверными данными по Мельнице, которую мы предоставили в штаб.

Когда я явился, полковник был один, но суета первой и второй роты, спешно выстраивавших оборонительные позиции у дороги ясно показывало, что у нас есть все шансы попасть между отступавшими защитниками Мельницы и спешащим к ним на помощь свежими силами противника. Вэнмеля я не встретил, у него было небольшое ранение и его отправили в тыл, но доложить о том, что все плохо он видимо успел. Неужели они решили дать нам отпор так далеко от Рабле!? Похоже, мы недооценили тех, кто нам противостоит.

– Господин полковник…

– Здравствуйте, сержант – Каэра жестом подозвал меня к импровизированному столу из пня и доски, на котором была разложена карта.

Подойдя, ближе я увидел, что это подробная карта Мельницы.

– Карта Мельницы – полковник перехватил мой изумленный взгляд – нашли её, при обыски наемников, которых вы прихлопнули у ручья.

Я кивнул, стараясь придать своему лицу сосредоточенный вид.

– Вэнмель сообщил мне, что они засекли войска мятежников чуть восточнее от этого места. Вполне возможно, что они попробуют пробиться к окруженным в городе. Наша задача не допустить этого. Тебя я назначаю командиром «Тихой воды». Временным.

– Понял, господин полковник.

– У твоих людей будет особенная задача. Как раз для таких как вы.

Нехорошее предчувствие вызвало у меня колики в животе.

– На стороне мятежников – маг и очень достойный. Наверное, ты заметил?

«Конечно, черт возьми, я заметил»!

– «Молоту» досталось от него. Крепко досталось! Но и маг получил свою порцию. Сейчас «Молот» смог занять несколько кварталов в восточной части города, в одном из них, как утверждают, укрылся этот проклятый колдун! – полковник ткнул пальцем в карту.

– Почему они сами его не дожмут? – мне очень не хотелось услышать продолжение. Охотник на колдунов из меня паршивый.

– У них большие потери, на том участке. И пойти в лоб они не могут, но если ты ударишь с тыла, то есть шанс.

– Нам ведь тоже придется продвигаться с боями. Я далек от мысли, что они нас не заметят.

– Ты войдешь в город, когда «Ворон» и «Странник» начнут новую атаку. Так что у мятежников будет, чем заняться. Вам все ясно, сержант? – тон Каэра стал надменно приказной.

– Да господин полковник.

– Через четверть часа твоя рота должна будет занять позицию перед восточными воротами Мельницы. Тебя поддержат два взвода тяжелой пехоты одной из наших рот.

Я шел к своим людям злой и испуганный. Уличные бои – это самое мерзкое, что может быть на войне. Весь мой опыт подобных боев ограничивался схваткой в Суме. Не самые радостные воспоминания.