Текст книги "Хроники Тириса. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Василий Маханенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Глава 10

– Итак, главный вопрос жизни, вселенной и всего прочего, – я развернул над выростом стола проекцию Кхатар-Прайма с указанием точки «контакта». Местом, где находился тайный бункер пиратов. – Как вашему любимому и, не побоюсь сказать этого слова, замечательному владельцу пережить собственную гениальность? Если кто-то забыл, напомню условие задачи. Контроль над кораблём должен сохраняться до самого удара, иначе Сердце получит свободу раньше времени и успеет отправить сообщение верховным ксорхам. Допустить мы этого, конечно же, не можем. Так что я до последнего должен находиться на корабле, но в момент удара каким-то образом должен оттуда сбежать. Это даже не миллисекунды – таких значений времени просто не придумали. Как по мне, то совместить эти два требования нельзя, но я в вас верю. Дерзайте, готов выслушать любой безумный план.

– Трос, – тут же предложил Рорк. – Делаем лебёдку на другой стороне врат, прицепляем тебя туда и держим тебя на корабле до зелёного сигнала. Потом механизм сработает и тебя выдернет через врата с такой силой, что станет вопрос в том, как бы тебя не разорвало пополам.

– Нерационально, – произнёс Векс. – На скорости контакта сердцевика с планетой рывок разорвёт либо трос, либо Ксорха. Скорее всего, обоих. Как я понял задачу, Ксорх должен выжить. Зачем-то.

Это что, была шутка от Векса? Куда мы катимся? Глядишь, дойдёт до того, что Зорина перестанет поминать грувак к месту и ни к месту. А Ториан с Орином перестанут драться за Элиссандру. Хотя в последнее верится с трудом, потому что предложение нашего громилы расставило всё по своим местам. Нет, «Малыши» не меняются.

– А почему мы не можем позволить работать автоматике? – предложил Ториан. – Направим корабль вниз и будем ждать результат на другой стороне врат! Это же просто!

Вид у него был такой, словно он предложил невероятно гениальную мысль.

– Ты чем, тупорылая грувака, слушал? – спросила Зорина. – Тебе же, жертве анаболиков, человеческим языком сказали – Ксорху нельзя покидать корабль до последнего! Мускул, ты бы мозги начал прокачивать, что ли! Я же даже начинаю понимать, почему Кукла вас со Следопытом динамит постоянно. С вами же трахаться не о чём!

Повисла тишина – все пытались понять смысл последней фразы Зорины. Девушка наверняка закладывала в свои слова что-то важное, но осознать это лично у меня не получалось. Ладно, хрен с ней, у меня сейчас есть дела поважней.

– Мускул, вариант хороший, но не рабочий, – произнёс я, возвращая всех в рабочее русло. – Давайте дальше.

– Что дальше? – набычился Ториан. Видимо, всё же Зорина умудрилась его зацепить. – Должен находиться на корабле? Ну и хрен с ним, пусть находится. Только вопрос – он там весь должен находиться или достаточно какой-то части?

Мысль, брошенная словно мимоходом, была такой гениальной, что мне даже стало неуютно, почему мы с Эхо до неё сами не додумались.

«Слушай, мы не обязаны быть самыми продуманными существами!» – тут же оправдался Эхо. – «Главное найти людей, которые будут умнее или мудрее нас. Идея мне нравится. Технически, если снаружи врат останется только голова, то нити не оборвутся. Так что ты можешь находиться во вратах почти целиком, высунув наружу только голову».

– А ведь может сработать, – озвучил я наши с Эхо мысли. – На корабле нужна только моя голова. Всё остальное может находиться сразу во вратах.

– Это вполне реализуемо, – поддержал Векс, на несколько секунд завис, явно формируя план на успех, после чего продолжил: – Решение весьма элегантное. Врата разворачиваем в глубине корабля и наклоняем створками навстречу вектору удара. Ксорх проходит на мёртвую планету, оставляя в створке врат только голову. В момент удара корабль резко затормозит, а голова по инерции продолжит движение. Так что теоретически её выбросит в створки, без тросов, лебёдок, прохождения по ссылкам и регистрации. Физика делает всю работу.

Нет, Векс определённо решил превратиться в человека. Вторая шутка за неполные десять минут. Либо наш живой компьютер постепенно оживает, либо он использовал весь лимит шуток на ближайший год.

– А мою хитрозадую груваку не расплющит? – неожиданно озвучила мудрую мысль Зорина. – Может, корпус сердцевика деформируется раньше, чем инерция закинет Ксорха во врата. Я, конечно, понимаю, что там в голове ничего полезного нет, но я привыкла к нему целому. По частям мне его не нужно.

– Делаем усилители, – поддержал Рорк. – Металла много. Сформируем прочную оболочку, которая примет на себя первый удар. Калькулятор, твой прогноз по времени между ударом и вылетом Ксорха через врата?

– Три десятых секунды, – ответил Векс. – Да, оболочка с усилителями всё решит. Ксорх, сможешь её закрепить якорями?

– Вы не забыли о том, что мы немного по времени ограничены? – напомнил я. – У меня так-то встреча с Латтом скоро.

– Полчаса ни на что не повлияют, – отрезал Райн. – Техник, Калькулятор, начинайте установку. Ксорх – переноси врата в хвост сердцевика и закрепляй их там так, чтобы от удара они не улетели, оставив твою голову отдельно от туловища. Всё, «Малыши», за работу! Времени нет!

План был безумен настолько, насколько положено планам «Малышей». Причём возражений ни у кого не было. Все воспринимали план как нечто само собой разумеющееся. Да мы каждый день в планеты на сердцевиках врезаемся! Тоже мне, нашли проблему.

Приготовления заняли чуть больше времени, чем мы планировали. Оказалось, у Рорка не всё было под рукой, так что ему пришлось лететь на «Груваку», а оттуда уже на нашу базу, где и находилось всё необходимое. Так что там, где мы планировали потратить полчаса, ушло целых два, что вызывало у меня лишь зубовный скрежет. До встречи с Латтом осталось восемь часов, а у меня ещё даже права на посещение Инвикты-Прайм нет. Пришлось запрашивать, а «Груваку» отправлять к планете Соларионов, не дожидаясь ответа. Если верить расчётам, на полёт уйдёт почти шесть часов. Как же я ненавижу жить в цейтноте!

Управлять кораблём, находясь в нём только головой, оказалось на удивление просто. Созданная Рорком конструкция полностью закрывала обзор, но мне он и не был нужен – я смотрел на происходящее «глазами» корабля. Даже интересно стало, о чём думали пираты, когда сердцевик неожиданно для всех развернулся в сторону планеты и начал набирать скорость, не думая сворачивать. Боюсь, об этом я никогда не узнаю, потому что все, кто мне мог бы быть интересен, наверняка спрятался в главном бункере. Ещё бы – самое защищённое место планеты! Ни одни ксорхи туда не пролезут. Ксорхи – нет. Ксорх – запросто!

Обшивка вспыхнула, когда я вошёл в атмосферу. Тут же начались чудовищные деформации корпуса, молотом отдавая по моему сознанию. Эхо даже пришлось приглушать боль. Сердцевик не был предназначен для полётов над поверхностью планеты, поэтому он начал разваливаться ещё в воздухе. Неприятно, но прогнозируемо. Векс предусмотрел даже это.

«Контакт через десять», – начал отсчёт Эхо. – «Девять. Восемь…»

Туша сердцевика рвалась на части, теряя огромные куски. Атмосфера сдирала с «меня» горящую плоть, а где-то в глубине корабля беспокойно полыхал кристалл, до которого начали доходить обрывки происходящего. Вот только на то, чтобы отреагировать на эти обрывки, у него просто не осталось времени.

«Три. Два. Один», – продолжил отсчёт Эхо. – «Контакт!»

Удар о планету я не увидел, так как экраны погасли раньше, чем мы достигли планеты. Оболочка сердцевика сгорела, а вместе с ней сгорели все чувствительные органы, отвечающие за «зрение». Так вот, удара я не увидел, просто осознал, что лечу. Созданная Рорком защита выдержала и подарила мне несколько нужных мгновений. Мою голову вышвырнуло из врат, тело послушно опрокинулось следом, и я въехал затылком в нагрудник Ториана. Хорошо, что Векс додумался сделать усилитель в виде обычной металлической рельсы, не став надеяться только на броню предтеч. Сила инерции была такой, что не выдержала бы ни броня, ни моя шея.

Зорина сузила врата, но даже так мы видели, как между створками всё замелькало. Созданную защиту смело, как лист бумаги, но всё это было уже неважно – я находился в безопасности. Ториан поставил меня на ноги, помог снять рельсу, после чего все «Малыши» наблюдали за чудовищной картиной ломающегося ксорхианского тела. Огня не было – в некогда живом организме ему было негде взяться, но оттого картина была ещё чудовищней.

– Ноль целых двадцать восемь сотых секунды, – сообщил Векс, сверившись с планшетом. – Даже лучше расчёта. Что с Сердцем? Успело отправить сообщение?

«Нет», – ответил Эхо, а я озвучил его слова. – «Я успел ощутить момент утраты управления. Буквально за сотую долю до гибели Сердце начало собирать пакет данных, но не успело. Ни собрать, ни отправить. Во всяком случае, такие данные на момент нашего вылета с сердцевика. Если через десять минут Кхатар-Прайм не исчезнет, уничтоженный верховными ксорхами, можно будет сказать, что у нас всё получилось. Ты по-прежнему мёртв для верховных».

Оставалось подождать положенный срок, который тянулся, казалось, вечность. «Грувака» находилась в гиперпространстве, Соларионы в доверенные отправители не входили, так что получим ответ о том, разрешён ли нам доступ в столицу или нет, уже по факту прилёта. Нас либо арестуют, либо мне дадут доступ. Склоняюсь ко второму варианту – советнику императора самому интересно разобраться, что за Латт такой и каким образом он получил доступ в столицу.

– Верховные не прилетели, – заявил я, глядя на сплошную стену биомассы, перегораживающей выход из врат. – Я пошёл.

Резать пришлось с первого же шага. За створками стояла спрессованная стена из камня, биомассы и рёбер каркаса, смятых в гармошку. Мало того, всё это ещё и дышало жаром! Пусть огня не было, но удар породил такое количество энергии, что плоть ксорхианского корабля нагрелась до непозволительных величин. Босыми ногами по такой не походишь.

План родился сам собой. Вырезаю мечом большой блок спрессованного «нечто», заталкиваю его в контейнер, берусь за следующий, и так до сообщения Эхо о пределе массы. Перетаскиваю врата на отвоёванный десяток метров, выхожу на Таркосе, вытряхиваю накопленное и лезу обратно. Эхо сканирует и ведёт меня зелёными направляющими, а «Малыши» обеспечивают моральную поддержку в виде комментариев о скорости моей работы. Всегда мечтал о подобной работе! Ещё с тех времён, как разбирал орбитальную станцию на границах своей родной системы.

Время сжалось в неприятный монотонный ритм. Боевой меч предтеч резал прекрасно, как ему и полагалось, но объёмы были такие, что даже подобная не самая пыльная работа превращалась в каторгу. Я прогрызался вперёд шаг за шагом, тонна за тонной, погружаясь в мёртвую тушу того, что ещё недавно было моим кораблём. Что странно, знания так и не выветрились с утратой контроля. Вот смятая в лепёшку камера вызревания. Вот обугленный жгут, по которому я когда-то перехватывал управление. Вот полость, в которой мы когда-то заседали. Теперь в неё не поместился бы и грувака. Я полз сквозь собственный труп, и Эхо, обычно не упускающий случая съязвить, всю дорогу тактично помалкивал.

Маршрут он при этом строил мастерски, строя ломаную через трещины, полости в биомассе и рухнувшие коридоры пиратской цитадели. Но даже так проход превратился в постоянные побеги на Таркос, чтобы сбросить очередную тонну биомассы. К концу первого часа я даже перестал считать ходки, лишь отмечая, что гора, куда я скидывал «награбленное», становилась всё больше и больше.

Причём нельзя сказать, что всё шло идеально. Вырезав очередной кусок камней, я услышал истеричный крик Эхо.

«Назад!», – прокричал он.

Хорошо, что я был рядом с вратами. Прыжок назад вышел на совесть. Там, где я только что стоял, пласты сплавленного с камнями биоматериала поплыли, забивая проход. Останься я на месте, меня бы похоронило вместе с мечом, бронёй и мечтами о безоблачной жизни. Мёртвый сердцевик оседал и миллионы тонн, потревоженные моей работой, искали новое равновесие в режиме реального времени. Пришлось ждать минут десять, пока всё уляжется и перестанет шевелиться.

«Пласты будут оседать ещё сутки», – сообщил Эхо, перестраивая маршрут. – «Моя ошибка – не предусмотрел этот момент. Корректирую правила прокладывания пути.»

У меня даже мысли не возникло, чтобы как-то отреагировать на подобное заявление. Никто и никогда не вытворял подобное раньше, так что винить Эхо было не в чем. Единственное, что я предпринял – начал всё время таскать за собой врата предтеч. Сделал шаг – подтянул врата. Сделал два – врата притянул ещё ближе. Если бы во время обвала я находился далеко от врат, выпрыгнуть бы у меня не получилось.

Искомая стена появилась передо мной в конце второго часа работы. Бункер, как и показывал Эхо, выдержал удар. Огромная толстая стена усиленного бетона уходила вглубь на двадцать метров и какой-то сердцевик её повредить не смог. Наверно, стоило бы радоваться и резать дальше, но подобную глупость я сразу отмёл. Эхо давно прошёлся сканером по стене, показывая в толще бетона целую систему энергетических усилителей. Та часть защитной системы Кхатар-Прайма, которая, по словам Ланы, была «способна уничтожить любой рой». Внешний уровень я уничтожил, но автономный контур бункера пережил таран и терпеливо ждал, когда какой-то безумный червь ксорхианцев коснётся стены. Ему подобное точно не понравится.

– Хакер, твой выход, – позвал я.

Лана справилась за пару минут. Пока я резал, она ковырялась в скачанных архивах, выискивая нужные мне данные. Единственное, что потребовалось – организовать контакт её планшета со стеной, протягивая провода с Кхатар-Прайма на Таркос. Выходить под толщу биомассы Лана наотрез отказалась. Безумным, как она заявила, у нас работает только Ксорх. Вот и пусть работает. Ей и на Таркосе неплохо.

В общем, защита бункера мигнула и погасла, как только Лана закончила колдовать над своим планшетом. Я осторожно коснулся кончиком меча бетона, ожидая сокрушительного удара, но его не последовало. Бункер был мёртв.

Последние двадцать метров прошли на удивление легко – двигаться в плотной среде было даже приятно. Учитывая, что пираты не стали вживлять в стены биосеть ксорхов, усиленный бетон вообще не вызывал у меня каких-то негативных эмоций.

Наконец, очередной кусок бетона рухнул на меня, открывя белые волокна биосети. Финальная защита, не позволяющая сканерам смотреть, что находится внутри пиратского бункера. Протиснув лезвие меча через ячейки, я вырезал остатки стены, заставив рухнуть её внутрь и замер, ожидая выстрелов. Это был самый слабый момент моего плана. Если в бункере находятся главы пиратов, то они сразу откроют огонь по любому существу, которое пытается к ним продраться. Лучевым оружием сеть не пробьёшь, но обычный огнестрел с лёгкостью пройдёт в ячейки. А у меня такая броня, что мне страшен даже огнестрел. За удобство нужно платить.

Выстрелов не было. Я просунул голову через ячейки, позволяя Эхо просканировать пространство. Живых не было. Мёртвых, впрочем, тоже. Вернувшись обратно, я спрятал врата и протиснулся через ячейки, попадая в святая святых «Чёрного норка». В тайный бункер, куда они стаскивали награбленное много поколений. Полагаю, здесь далеко не все капитаны линкоров бывали, только самые доверенные лица. И «Малыши», куда же без нас. Мы, если так разобраться, вообще самые доверенные лица нашего мира.

На удивление помещение оказалось не самым большим. Метров двадцать в поперечнике, с рёбрами силовых конструкций и автономной вентиляцией, гоняющей стерильный воздух. Вдоль дальней стены тянулись серверные стойки, и, судя по мигающим огонькам, всё ещё живые. Гор золота или других драгоценностей здесь не было, зато было нечто другое – в центре зала стояли активные врата предтеч.

– Да вы издеваетесь⁈ – послышался выкрик Зорины, первой выбравшейся из врат. – Опять⁈

Сравнение с бункером Орвейнов напрашивалось само собой, но с одной принципиальной разницей – эти врата работали. Значит, сопряжённая пара на том конце жива и развёрнута. Получается, пять поколений капитанов таскали своё добро на Кхатар-Прайм, но настоящая сокровищница лежала где-то там, за створками. В месте, до которого не дотянутся ни империя, ни другие жадные пираты. Всё, что нужно сделать для защиты – спрятать куда-нибудь врата, навсегда закрывая проход. Орвейны успели это сделать, пираты – нет. На наше счастье.

Следом за Зориной вышли остальные «Малыши». Лана, едва её взгляд зацепился за серверные стойки, превратилась в статую.

– Это же рабочий резервный сервер, – прошептала она с такой теплотой, с которой другие говорят о первой любви. – Ксорх, это резервный узел. Сюда стекались копии со всей их сети. Можно я… я только подключусь… немного…

– Подключайся, – разрешил я. – Только без фанатизма, нам ещё…

Договаривал я уже в пустоту – Лана сидела у стойки, засовывая кабели во все разъёмы, какие только видела.

– Два часа семнадцать минут до выхода из гиперпространства, – произнёс Векс. – Либо мы стоим здесь, наблюдая за Хакером, либо двигаемся дальше. Меня смущает тьма во вратах. Нужно отправить туда дрон, чтобы провести разведку.

– Нет у нас времени на подобные глупости, – ответил я. – Иду первым. Мускул, Следопыт – за мной. Зорина – на тебе наши врата.

Тьма, которая смущала Векса, была вполне понятной – в помещении, куда я попал, свет включался автоматически. Стоило мне войти, как стало светло, словно днём. Какое-то время я стоял у входа, готовый прыгнуть назад, под прикрытие моих десантников, но этого не потребовалось. Эхо провёл сканирование и озадаченно хмыкнул. Увиденное ему точно понравилось. Впрочем, как и мне. Лишь толчок в спину заставил меня осознать, что я стою на месте уже долгое время, улыбаясь, как ребёнок, увидевший настоящее чудо.

Это был склад. Огромный комплекс, уходящий рядами на несколько сотен метров вперёд. И, что меня порадовало больше всего, эти ряды были заполнены. Чего здесь только не было! Например, штабеля золотых слитков. Кому вообще нужно золото? Но нет – его здесь было так много, что можно было отлить золотую статую «Груваки» в полный размер.

Дальше шли контейнеры с драгоценными камнями. Естественно, без каких-либо документов от Лиарданов. Слитки чистейшего фазового сплава, а также металлов, названия которым даже Эхо не сразу подобрал. Отдельными рядами шли произведения искусства, начиная от картин, заканчивая статуями. Ювелирные украшения, какое-то оружие, наличные кредиты. Опять же – целыми контейнерами! Видимо, не доверяли пираты банкам, предпочитая хранить наличные деньги в своей сокровищнице.

Я шёл между рядами, мимоходом отмечая всё это, пока не подошёл к самому интересному. Эхо знал, куда меня вести! На отдельной площадке, огороженной силовыми стойками, стояли врата предтеч. Здесь находилось четыре пары, и эти пары были сдвоены. Всё, что требовалось – растащить врата по разным сторонам нашей многострадальной галактики, чтобы мгновенно перемешаться из одной точки в другую. Нам такое надо!

Но окончательно меня добил скромный стеллаж у одной из стен. Даже здесь, на тайном складе, пираты установили силовую защиту, явно не доверяя даже кладовщику. Потому что на стеллаже лежало тридцать пять универсальных кубов предтеч. Я даже сам пересчитал, не доверяя сканированию Эхо. Тридцать пять универсальных кубов. Учитывая, что на один доспех предтеч уходит семь кубов, «Малышей» ждут великие времена! Жаль, что кроме меня никто не понимает принципиального преимущества брони предтеч перед теми же «Призраками». Ибо выстрел в упор из любого оружия прошьёт дыру в броне предтеч, словно та сделана из бумаги. Но ведь её сила в другом!

Дальше началась работа, по сравнению с которой моё героическое копание было разминкой. Ибо копать может один человек, а вот вынести склад планетарного масштаба вдевятером нельзя даже теоретически. Векс прошёлся вдоль первых рядов, прикинул объёмы и озвучил время, после которого я сделал то, что давно напрашивалось – притащил в сокровищницу практически весь экипаж «Груваки». Сто сорок три человека, включая капитана Идриана Валка. Пришли все, оставив на корабле двоих людей на всякий случай. Да и то смысла в этом не было – пока корабль находится в гиперпространстве, с ним ничего не должно произойти. Если, конечно, кому-то не вздумается выдернуть нас ловушкой.

Когда первый шок прошёл, работали все, потому что понимали – это путь к безбедной старости. Хотя, где старость, а где «Малыши»? С такими приключениями до старости мы можем и не дожить. Зато не доживём весело!

Однако в любом идеальном моменте найдётся грувака, которая обязательно всё испортит. Нашлась такая и у нас. Когда до выхода из гипера осталось около десяти минут и весь экипаж вернулся на «Груваку», так и не закончив перетаскивать ценности, меня нашла Лана. И вид у неё был такой, что я сразу напрягся. Лана, которая пару часов назад светилась от счастья, получив доступ к серверам пиратов, сейчас была белой, как биосеть ксорхов.

– Каэль, есть проблема, – произнесла она, неожиданно обратившись ко мне по имени, а не по позывному. – Я разобрала сервер. Как я и думала, там находится всё. Описание сделок, заказчики, схемы. Всё, что «Чёрный норк» собирал десятилетиями. А ещё там есть записи встреч. Глава пиратов записывал все свои разговоры, видимо, страховался на будущее. Потому что там есть разговоры с советниками императора.

Я даже не удивился – о чём-то подобном я подозревал. Но Лана не закончила. Она, как оказалось, только начала!

– Я посмотрела последнюю запись. Станис Соларион недавно связался с главой «Чёрного норка» и назвал им систему, которую они превратят в полигон для идеальных людей. Они собираются уничтожить всех жителей планеты, заменив их на созданных. На территории «Чёрного норка» развёрнута лаборатория, где их и производят. Ты думал, что Основа находится у Соларионов? Она у пиратов! С её помощью они плодят совершенных.

– Ближе к делу, – попросил я, до сих пор не понимая, почему Лана так возбудилась.

– Всё дело в системе, которую они выбрали, – закончила Лана. – Эксперимент будет ставиться на фронтире. Система Агрис. Твой родной мир скоро уничтожат, Каэль…