Текст книги "Хранитель сердца моего (СИ)"

Автор книги: Варя Светлая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)

Глава 28

Меня разбудил резкий толчок. Открыв глаза, я увидела, что наша повозка стоит на месте. Близился рассвет, но небо было еще темным и мрачным.

Ни Дантара, ни Тэмми рядом не было. Позади фургона слышались тихие голоса. Я неуклюже поднялась на ноги и спрыгнула на землю. Крадучись и почти не дыша, заглянула за повозку да так и застыла. Позади фургона был Дантар, Тэмми нервно переминался с ноги на ногу, а напротив них стояли двое гвардейцев. Кого-кого, а их я узнаю в любое время суток. Я прислушалась к разговору.

–…переезжаете с семьей, – донесся до меня голос одного из гвардейцев. Что-то знакомое было в нем.

– Я это уже говорил одному из ваших, – раздался недовольный голос Дантара, – на кой черт вы нас остановили?

– Соблюдай приличия! Ты говоришь с людьми короля, – сказал тот же гвардеец. Где же я слышала этот голос?

– Прошу извинить, – сдержанным тоном ответил Дантар, – сказывается ночь без сна.

– Открывай фургон! – скомандовал гвардеец.

– Там одно старье и хлам, – ответил Дантар. В его голосе слышалось беспокойство.

– Открывай немедленно!

– Хорошо, – со вздохом сказал Дантар, – Тэмми, иди на свое место. Я скоро вернусь.

Послышалась какая-то возня и звук шагов. Я увидела Тэмми. Вид у него был напуганный. Но завидев меня, он широко улыбнулся и раскрыл рот для приветствия.

Нет, Тэмми, только не сейчас!

Я поднесла указательный палец к губам и покачала головой.

Тс-с… Тэмми, только ничего не говори, пожалуйста.

Он тоже преподнёс палец ко рту, засмеялся и закричал:

– Ли-я! Лия проснулась! Дантар, погляди! Лия проснулась и делает смешное лицо.

На секунду стало тихо.

Послышались чьи-то шаги. Один из гвардейцев подошел ко мне и, не говоря ни слова, грубо взял за локоть и подвел к Дантару и второму гвардейцу. Они стояли спиной к нам.

Второй гвардеец обернулся. Я узнала его. Он был одним из тех людей, что поймали меня в лесу, заковали в кандалы и привели к королю. Мысленно я молилась, чтобы он не узнал меня. В этом немного помогали темнота да надвинутый на глаза капюшон.

– А, вот и ваша супруга проснулась, – ехидно сказал он, оглядывая меня с ног до головы, – сударыня, не будете ли так любезны снять капюшон?

Я помедлила. Делать этого совсем не хотелось. Но, с другой стороны, моя медлительность могла вызвать лишние подозрения. Потому я уверенным жестом скинула капюшон и посмотрела гвардейцу прямо в глаза. Несколько секунд он, сощурившись, изучал меня. Затем подошел поближе и заглянул в мое лицо.

– Это лицо кажется мне знакомым, – задумчиво произнес он.

Внутри меня все сжалось в тугой узел. Я метнула быстрый взгляд на Дантара. Он стоял, нахмурившись и скрестив руки.

– Сударыня, вы не возражаете, если я проверю вашу метку?

«Все. Надо бежать. Сейчас же», – первая мысль, что пришла в голову.

«Сохранять спокойствие. И попытаться выкрутиться», – вторая и более здравая.

– Разве это так необходимо? – как можно более непринужденным тоном спросила я, искоса поглядывая на Дантара. Он стоял с совершенно каменным лицом, глядя то на меня, то на гвардейца.

– Это крайне необходимо, – елейным тоном сказал гвардеец, – сейчас в королевстве непростые времена, и мы обязаны проверять всех жителей.

Ничего не оставалось, как обреченно кивнуть. Через несколько минут это кончится. Гвардеец подошел ближе и обратился к своему товарищу:

– Я проверю метку, а ты посмотри, что в фургоне. Чем быстрее закончим с этим, тем скорее вернемся в гарнизон.

Не выпуская моего запястья, он отвел меня в сторону, ближе к лошадям.

– Вытяните левую руку, пожалуйста, – произнес гвардеец официальным тоном.

Я покорилась. Гвардеец снял с шеи синий камень на длинной цепочке и поднес его над моей рукой. От него исходили волнообразные круги, они пронизывали мою руку и предплечье. Я зажмурилась.

В отдалении послышались шорох и скрип. Внезапно стало тихо, очень тихо. Все звуки исчезли. Казалось, даже сам воздух застыл.

А затем произошло сразу несколько вещей.

– Метки нет! – зашипел первый гвардеец, хватая меня за руку, – ты! Я вспомнил тебя!

– ААА! – раздался крик второго гвардейца, – Ромен, сюда, срочно иди СЮДА! У него в фургоне…

Договорить он не успел. Послышался грохот и звуки борьбы. Кто-то бежал к фургону.

Первый гвардеец, не отпуская хватки, направился к повозке и потащил меня за собой. Перед фургоном лежало бездыханное тело его товарища.

Дантара поблизости не было. И куда он запропастился?

Где-то вдалеке тихо поскуливал Тэмми.

– Что здесь, черт возьми, происходит? – взревел гвардеец.

Ярость настолько переполняла его, что я чувствовала ее пульсацию. Я ожидала, что он сейчас отпустит руку и бросится на поиски Дантара, проверит фургон, осмотрит своего товарища…

Но неожиданно весь его гнев обрушился на меня.

– Ах ты, сука иноземная! Подстилка эльфийская! Где твой дружок?

– Понятия не имею, – спокойно ответила я, – как помните, я находилась все это время рядом с вами.

– Ты еще смеешь насмехаться надо мной, мразь! Я это быстро исправлю! Посмотрим, придет ли твой дружок на подмогу! – Выкрикнул он и наотмашь ударил меня по лицу.

От неожиданности я ахнула. Во рту появился соленый привкус. Губа была разбита. Он ударил еще. Настолько сильно, что я упала на пыльную дорогу. Острая боль заполонила собой все вокруг. В голове все плыло, обрывки мыслей хаотично сменяли друг друга.

Где же Дантар?

Где-то в небе шумно взлетела стая птиц.

Птицы…Следить за птицами…

«У меня же есть кинжал», – проникла в замутненное сознание мысль.

Слабой рукой обхватила я пояс и кое-как извлекла кинжал из ножен. Крепко зажала в руке и, вложив в руку все остатки силы, вонзила кинжал в ногу гвардейца. Он истошно закричал.

Я облокотилась руками о землю. Встала на ноги. Меня шатало в разные стороны. Перед глазами плыли круги. Ничего страшного. Надо просто идти. Я сделала несколько шагов, и резкий удар остановил меня. Проклятый гвардеец! Очередная пощечина – и я рухнула на землю.

Откуда-то издалека послышался голос Дантара. Он что-то говорил, но я не могла разобрать.

– Лия! – истошно вопил Тэмми, – ЛИЯ! Нет!

Тэмми подбежал к нам. Шляпа слетела с его головы. Волосы были взъерошены, в глазах слезы и неприкрытый ужас.

– Тэмми, нет, – слабым голосом, глотая собственную кровь, прошептала я, – не надо…

Тэмми налетел на гвардейца сзади и обхватил его руками.

– Не делай больно Лие! Не делай! – закричал Тэмми и неловко ударил того в грудь кулаком. Гвардеец оттолкнул его. Тэмми отшатнулся и чуть было не упал. И снова налетел на гвардейца.

– Убери свои руки, идиот! – крикнул гвардеец и ударил Тэмми кулаком.

Тот упал, распластавшись на спине. Я попыталась подползти ближе к Тэмми.Над головой что-то громко просвистело. Раздался удивленный стон.

Мерзавец затих.

Я подняла голову. Гвардеец лежал на земле, ноги и руки его были чем-то связаны. Он был без сознания. Со рта стекала тонкая струйка крови. Над ним высился разъяренный Дантар. В руках он держал ярко-красный хлыст.

– Никто не смеет называть моего брата идиотом! – отчеканил он.

Дантар подошел к брату и помог ему встать. Затем он присел на колени рядом со мной. Двумя пальцами откинул волосы с моего лица и тихо охнул.

– Чертов ублюдок! – сказал Дантар, – ничего…Мы тебя вылечим, Лия…Или как там тебя зовут. Сможешь подняться? Давай-ка облокотись на меня. Вот так…Хорошо.

Он помог мне встать. Все тело дрожало от боли, страха и чувства беспомощности. Тэмми подошел с другой стороны и по привычке схватился за мою юбку.

– Ли-я…Лия, – повторял он тихим и дрожащим голосом, – мы тебя вылечим. Вылечим.

Я выдавила из себя подобие улыбки.

– Нужно скорее уезжать отсюда, – произнес Дантар, оглядываясь по сторонам, – скоро настанет рассвет.

Мы поковыляли к передней части фургона. Тэмми шел впереди, мы – следом. Дантар усадил меня, откуда-то достал лоскутное одеяло и укутал им, как ребенка. Посадил Тэмми. Запрыгнул сам. Взял в руки вожжи…

– Подожди! – закричал Тэмми, – моя шляпа! Я потерял ее где-то там.

– Тэмми, мы должны уезжать. Я куплю тебе новую шляпу в городе, – хмурясь, ответил Дантар.

– Но ведь это моя счастливая шляпа! Ты знаешь! Так мама говорила, – голос Тэмми вновь задрожал, на глаза выступили слезы, – я…я знаю, где она. Я быстро!

Не дожидаясь одобрения брата, Тэмми спрыгнул с повозки и убежал. Прошло тридцать секунд…Минута…Две минуты…Я взволнованно смотрела по сторонам. Но, к счастью, Тэмми вернулся. Он победоносно размахивал шляпой и довольно улыбался.

– Там едут всадники, – с улыбкой сказал Тэмми, указывая рукой в обратном направлении.

Мы с Дантаром переглянулись. На дороге лежали два гвардейца, если кто-то сейчас проедет, у нас будут очень и очень большие неприятности. Послышался стук копыт вдалеке.

– Тэмми, быстро в повозку! – скомандовал Дантар. Тэмми послушно запрыгнул в фургон, и мы, наконец, тронулись.

Топот копыт позади становился все отчетливей и громче.

Все будет хорошо. Все обойдется.

А стук копыт все ближе и ближе.

Не обойдется…

– А ну стой! – крикнул чей-то властный голос, – стой! Иначе я применю разрушительную магию!

Нас нагнали. Я повернула голову. Справа ехали вооруженные всадники. Гвардейцы.

Не обошлось…

Дантар посмотрел мне в глаза и улыбнулся самой грустной улыбкой, которую я когда-либо видела на его лице.

– Сейчас я остановлюсь, – тихо сказал он, – и как только я это сделаю, беги.

– Что? – с изумлением прошептала я, – Дантар, а как же вы с Тэмми? Ты можешь отдать им меня, и сказать, что тела тех гвардейцев – моих рук дело. Вы легко отделаетесь, если повезет.

– Но ведь это не так, верно? – все еще улыбаясь, ответил Дантар, – за нас с Тэмми не беспокойся. Не впервой.

– Но почему? Почему ты мне помогаешь?

– Из-за любопытства. Обещай при следующей встрече рассказать мне свою историю.

Я едва заметно кивнула. Отчего-то захотелось плакать. Знакомое чувство потери обрушилось на меня.

Снова послышался приказ остановить фургон.

– Приготовься к прыжку, – сказал Дантар. Он подмигнул, натянул поводья, и лошади остановились.

– Беги, – шепнул мужчина.

Я обхватила двумя руками свой мешок и соскользнула с повозки. Ноги подкосились, но я не упала. Падать и стонать от боли буду позже.

Набрала побольше воздуха в легкие и побежала. Прямиком в лесную чащу, которая словно меня и ждала. Каждый шаг отдавался тупой болью в голове. Но я ни на секунду не снизила скорость. Я очень хотела жить. И свободной быть – тоже. Позади слышались голоса. Но прерывал их всех один, пронзительный голос.

– ЛИ-Я! ЛИЯ! – кричал Тэмми мне вслед. Кричал и плакал навзрыд.

Глава 29

И снова лес. И снова я убегаю.

Первое время я бежала, не оглядываясь. Мне мерещилась погоня и злые голоса позади. Каждый шаг отдавался мучительной болью. Левый глаз распух и непрерывно слезился. Руки и ноги саднили.

Когда рассвело, я окончательно выбилась из сил и рухнула на землю. С трудом перевернулась на спину и устремила глаза в небо. Небо чужого и враждебного мира. Вокруг было тихо. Никакой погони, никаких злых голосов. Дантар задержал их. Но какой ценой? Что с ними теперь? Что с бедным Тэмми?

Лишь бы они были живы, лишь бы у них все было хорошо…Пожалуйста…Пожалуйста!

Почему это произошло именно сейчас? Когда я почти обрела покой и уверенность. Встретила хороших людей, которых хотела бы назвать друзьями. Словно неведомый рок повис надо мной, не давая ни завести друзей, ни быть с любимым человекам… Я со свистом вздохнула. Небо постепенно светлело. Без единого облачка, прозрачное, светло-голубое полотно. Холодное и бесконечное. Как глаза Морана.

– Моран…– прошептала я, обращаясь к небу, – мне горько без тебя…Я словно умираю…

Я не плакала. Какой в этом смысл? Душа моя рыдала, до одури, навзрыд. Но глаза оставались сухими. Я спрячу эту боль подальше от посторонних глаз. Подальше от самой себя. И пусть человека, вдохнувшего в меня жизнь, не было рядом, у меня все еще была любовь к нему. Болезненная, острая, невозможная…и в то же время спасительная любовь. Дарующая боль и силу одновременно. Я не сдамся. Не умру в этом лесу.

Неимоверными усилиями я заставила себя подняться на ноги. Одной рукой держась за влажный от росы валун, достала перо ворона.

– Помоги и в этот раз, пожалуйста, – прошептала я, касаясь пера губами.

Как и в первый раз, подула на него.

Перо взмыло в воздухе, пролетело чуть вперед и упало к моим ногам. Я спрятала его и снова отправилась в путь.

Сил на бег уже не было. С каждым пройденным шагом становилось все хуже. Слабость усиливалась. Перед глазами плыло. Губы пересохли. Я хотела пить, но боялась, что если остановлюсь, чтобы достать флягу с водой, то больше уже не смогу идти.

Я ковыляла, как дряхлая старуха. Из груди раздавался хрип. Тело било в ознобе.

Солнце поднималось все выше. Лес постепенно редел. Впереди виднелись густые заросли. Когда я подошла и раздвинула их, из моей груди вырвался облегченный вздох. Дантар был прав, говоря, что мы уже совсем близко. Я пришла на ту самую поляну, где была с Мораном.

Следующий отрезок пути был как в тумане. В болезненно-красном тумане. Было больно. Было горячо. Было холодно. Несколько раз я падала. Затем каким-то чудом находила в себе остатки сил и вставала на ноги.

Я подобрала прочную ветку и после шла, опираясь на нее. Мне везло – никто не встретился по дороге. Никто не заметил, как я подошла к дому старой травницы.

Моих сил хватило ровно на то, чтобы доплестись до крыльца дома. Подойдя к двери, я рухнула на колени и встать больше уже не смогла. Веткой, что была у меня в руке, постучала в дверь. И замерла.

Тишина. Постучала еще раз.

«А что, если ее нет здесь? Что, если она уже умерла?» – от этой мысли я ужаснулась. Нет, не надо так думать. Я закрыла глаза и опустила руки.

– Пожалуйста, – шептала я, – откройте, это я. Это я…

С тихим скрипом дверь отворилась. Я подняла голову. Старая Мэнни, в том же платке, возвышалась надо мной, скрестив руки. Но только увидев меня, она опустилась на колени рядом.

– О, свет! – сказала она, – что с тобой сделали, девочка?

– Помогите…пожалуйста, – успела я прошептать. Мои последние силы иссякли. Глаза закрылись, и я погрузилась во тьму.

* * *

Я пришла в себя, лежа на жесткой кровати в светлой комнате. Сквозь мутные стекла пробивались лучи солнца. По стенам были развешаны пучки сухой травы. Ноздри щекотал запах выпечки и пряностей.

Тело по-прежнему болело, но озноб прошел, и чувствовала я себя лучше. Ноги были перевязаны узкими полосками ткани, пропитанными какой-то травяной мазью. Травница позаботилась обо мне и обработала раны. Интересно, как ей удалось дотащить меня до кровати? Но сейчас это было неважно.

Я поднялась с постели и шаткой походкой направилась на кухню. Я знала, что Мэнни ждет меня там. Она сидела за кухонным столом и помешивала ложкой отвар.

– Садись, – не глядя на меня, буркнула она. Я села напротив нее и некоторое время молча наблюдала за ее выверенными движениями.

– Спасибо, – наконец, вымолвила я.

– Не за что, – ответила она, – ты должна была прийти, и вот ты здесь.

– Да, – я обвела взглядом кухню, не зная, с чего начать, – мне нужна ваша помощь. Я надеюсь, вы меня просветите в кое-каких вопросах. Очень важных для меня.

Она прекратила помешивать отвар, отложила ложку в сторону и вперилась в меня цепким взглядом.

– Позже, девочка. Сначала Мэнни накормит тебя и исцелит раны, – сказала она. – У тебя много, очень много ран, – она поднесла руку и дотронулась до моей груди, – и там тоже болит. Но душевные раны исцелить я не в силах.

Мэнни подвинула ко мне чашку с отваром.

– На, выпей. Сейчас я принесу тебе поесть.

Я, не раздумывая, выпила горьковато-кислый отвар. В голове моментально прояснилось. Боль исчезла.

Затем с аппетитом съела овощной суп и хлеб, что приготовила Мэнни. Она заставила меня съесть и кусок пирога, уверяя, что от него поднимется настроение. То ли действительно пирог был волшебным, то ли подействовала ее сила убеждения, но после обильной трапезы чувствовала я себя так, словно никто не бил меня накануне.

– А теперь, – усаживаясь напротив, сказала Мэнни, – можем и поговорить.

Я сцепила руки в замок, чувствуя легкое волнение. Ведь сейчас многое зависело от Мэнни и того, что она скажет. Согласится ли на мою просьбу обучить своему дару. Надежда разгоралась в моем сердце. Надежда на то, что с меня снимут все обвинения. Надежда на мою свободу. Надежда на то, что я смогу хоть изредка, хоть издалека видеть Морана… Я решила не только развить свой дар видеть скрытые вещи, оправдать и доказать свою невиновность, но и остаться жить в этом мире. Ведь здесь живет он…

– Когда мы первый раз пришли к вам с Мо…с Хранителем, – начала я говорить, – вы сказали, что у меня очень необычная кровь.

– Ты любишь его, – резко прервала меня Мэнни.

От неожиданности я забыла, что хотела произнести.

– Что? – вырвалось у меня, – кого?

– Ты любишь его, – уверенно повторила Мэнни, – любишь Хранителя.

– Я…не…– я с глубоким вздохом тряхнула головой и посмотрела ей в глаза. – Да. Вы правы. Я люблю его.

– Я знала это уже тогда, – с печальной улыбкой сказала травница, – в нашу первую встречу. Мне жаль тебя, девочка. Ни одна женщина на свете не может любить Хранителя. Такая любовь не принесет ничего, кроме горечи и пепла. Хранитель стоит значительно выше простых смертных. Его призвание предопределено. Его жизнь посвящена свету и людям. В ней нет и никогда не было места для земной любви. И вы никогда, никогда не будете вместе. Вам даже находиться рядом друг с другом нельзя, девочка!

От ее слов пробежал холодок. Я закрыла уши руками, я не хотела это слышать! Каждое ее слово ударяло меня.

– Я знаю! Знаю! – воскликнула я, – прекратите!

Она удовлетворенно кивнула.

– Я рада, что ты это понимаешь. Но вот что, девочка. Твоя любовь противоестественна. Ты должна вырвать ее из своего сердца, как сорняк. Вырвать с корнем и выбросить. Иначе она иссушит тебя, лишит сил и разума, – травница перешла на шепот, – Мэнни может помочь тебе в этом. Я могу приготовить для тебя отвар. Особенный отвар…Всего несколько глотков – и твои воспоминания о нем развеются как дым. Ты забудешь все: его имя, его лицо, все, что с ним связано. И когда в следующий раз ты его увидишь, то уже не узнаешь. Ты исцелишься от этой любви.

Я пораженно молчала. Ее предложение казалось заманчивым. Забыть его… Не оплакивать мысленно больше будущего, которого у нас никогда не будет. Не вспоминать мгновения счастья, что были в прошлом. Не искать повсюду его глаза в настоящем.

Я отвернулась к окну. Вот по той тропинке мы вместе шли. А за этим столом пили травяной чай с Мэнни и смеялись. Потом много чего произошло, но влюблена я была уже тогда. Наверное, я влюбилась уже в первый день нашей встречи. В первую же минуту. А теперь… Выпить – и забыть. Нет памяти – нет боли.

– И нет любви… – задумчиво произнесла я, поворачиваясь к Мэнни, – спасибо вам большое за помощь. За то, что предложили мне. Но я отказываюсь. Да, моя любовь болезненна и причиняет страдания. Но она не противоестественна! Она чистая! Моя любовь никогда не иссушит мой разум. Она меня наполняет. Она дает мне силы к борьбе. И пусть она несчастливая, но это самое ценное, что у меня есть. Не стоить пытаться отнять у меня и это.

Я замолчала, исподлобья глядя на Мэнни. Глаза ее ярко блеснули, а губы растянулись в улыбке. Она встала со стула и подошла к шкафу.

– Хорошо. Очень хорошо, – произнесла она, – боль способна не только истязать дух, но и придавать сил. Если ты сможешь справиться с этой болью, значит, сможешь справиться и со всем остальным.

Я ошарашенно взглянула на нее.

– Вы меня проверяли?

– Проверяла, – весело ответила Мэнни, усаживаясь на стул и протягивая мне тонкую веточку дерева, усеянную горстью оранжевых листьев, – возьми ее в руку. И не выпускай, пока не закончим разговор.

Она положила мне в ладонь ветку. Ничего необычного я не почувствовала. Ветка и ветка. Я зажала ее в руке и повторила свой первый вопрос:

– Мэнни, в прошлый раз вы сказали, что у меня какая-то интересная кровь. Что вы имели в виду?

Мэнни нахмурилась и сжала губы в тонкую полоску. Она ответила не сразу.

– Запах, что исходит от твоих вен и жил, я не встречала много лет, – сказала травница, – очень древняя кровь… Хранящая в себе память далеких предков и их историю. Историю, что погребли под руинами, засыпали прахом и затопили кровью.

– Я не понимаю… – прошептала я.

– Что же тут непонятного, девочка? – сказала Мэнни, – в твоих жилах течет кровь древних людей, которые тысячелетиями населяли эти земли.

Не может быть. Это не правда. Это очень злая шутка! Я уставилась на нее широко раскрытыми глазами.

– Это невозможно, – просипела я, – вы же увидели, что я из другого мира.

– А разве это мешает тебе иметь предков из этих краев? – с усмешкой спросила Мэнни.

Нет и нет. Я не верю. Это невозможно, невозможно!

Я поднялась со стула, не выпуская при этом ветки из рук, и заметалась по кухне. Мысли налетали одна на другую, я никак не могла сконцентрироваться. Это не может быть правдой, не может! Но что-то упорно подсказывало мне, что это так оно и есть.

– Предположим, – вслух начала я рассуждать, – что какая-то моя пра-пра-пра-прабабка удивительным образом попала в другой мир. То есть, в мой. Познакомилась с моим пра-пра-прадедом. У них родились дети, а затем у них дети. И так, спустя десятки или сотни поколений, родилась я. Хорошо, это возможно. Гипотетически…Я допускаю, что кто-то из моих далеких предков жил здесь, хотя это и кажется невероятным.

Я посмотрела на Мэнни и снова села за стол. Травница хитро улыбалась.

– Твои рассуждения ошибочны, – произнесла она, – твоя кровь чистая. Она не смешивалась с кровью иноземцев из других миров. Никогда. Именно поэтому ты понимаешь язык, на котором мы говорим. Это твой родной язык, что передался тебе с молоком матери.

У меня отвисла челюсть.

– Вы хотите сказать…– медленно произнесла я, – что мои родители…Родом отсюда⁈

Последние слова я выкрикнула. Эта информация не укладывалась в голове.

Мэнни в ответ лишь кивнула и внимательно следила за мной.

– Но почему они переместились? Кто они на самом деле? Кто они – мои предки? Я родилась в этом или в другом мире? Если в этом, то где моя метка⁈ – я буквально кричала, чувствуя, что вот-вот то ли рассмеюсь, то ли заплачу.

– А на эти вопросы тебе придется ответить самой. Я не знаю, – сказала Мэнни.

– Но вы сказали что-то про то, что история моих предков в руинах, покрыта пеплом и так далее. Значит, вы знаете, о ком именно идет речь? – нетерпеливо произнесла я, стараясь успокоиться и взять себя в руки.

– Я сказала тебе все, что могла, – спокойно ответила Мэнни, – больше ничего не скажу. Какой твой следующий вопрос.

– Еще вы говорили, – сказала я, поглаживая пальцами веточку, – что я такая же, как и вы…

– Это так, – произнесла Мэнни, вставая из-за стола, – а не выпить ли нам чаю?

– Хорошо, но…

– Сначала я приготовлю чай, – прервала меня травница, – тебе нужно немного расслабиться, а мне, наоборот взбодриться.

Она захлопотала за столом, напевая под нос простенький мотив. Что-то сыпала в чашку, что-то резала ножом, что-то растирала ладонями и помешивала длинной ложкой. Словно ведьма, что готовит колдовское зелье.

Несколько минут приготовлений – и на столе стоят две чашки с ароматным травяным чаем. Я сделала первый глоток и моментально успокоилась.

– Ну что ж, – отхлебывая из своей чашки, произнесла Мэнни, – теперь можем продолжить наш разговор.

– Очень вкусный чай, Мэнни, – с благодарностью сказала я, – мы остановились на том, что я такая же, как вы. По крайней мере, так вы говорили.

– Верно. Такая же, как я, – повторила Мэнни, сделала глоток из чашки и блаженно прикрыла глаза.

Я молчала, ожидая, что сейчас последует продолжение, и травница расскажет все о моем даре, и как его развить.

Мысленно я уже предвкушала, как научусь всем премудростям и покажу свои умения во дворце короля. Докажу свою невиновность. Я почти наяву видела, как Пролан публично приносит свои извинения, моя репутация очищена, и я живу долго и счастливо. Где-нибудь неподалеку от Цитадели света. Конечно.

Я мечтательно вздохнула и взглянула на Мэнни, в ожидании ее рассказа. Но травница молчала и беспечно попивала чай.

– Мэнни, – вкрадчиво сказала я, – раз я такая же, как и вы…Значит, у меня тоже есть дар видеть скрытые от людских глаз вещи. Видеть будущее, прошлое… Или чьи-то воспоминания, к примеру. Так?

Она открыла глаза и с удивлением посмотрела на меня.

– Старая Мэнни в первую очередь травница, девочка, – ответила женщина, – дар провидицы во мне не так сильно развит, как дар слышать растения. Тем же даром обладаешь и ты. Ты – прирожденная травница. Та, что может говорить с травами и деревьями. Ты и сейчас слышишь их шепот, но пока неразборчивый.

– Но, – озадаченно сказала я, – как же дар провидицы? Разве не это вы имели в виду?

Мэнни засмеялась шелестящим, как осенние листья, смехом.

– Такого дара у тебя нет, девочка, – уверенно произнесла она, – и никогда не было.

Я часто заморгала. Это вовсе не то, что я ожидала услышать. Совершенно.

– Я не понимаю…– почти шепотом произнесла я, – я уверена, что у меня было видение. Я видела чье-то прошлое. Или воспоминание. Может, это был просто единичный случай, исключение из правил?

Я с надеждой смотрела на нее. Мэнни печально покачала головой.

– Но кто сказал тебе, что ты видела фантом? Часто люди внушают себе, что видят то, чего нет на самом деле. Обманываются сами, чтобы избежать мучительной правды, – твердо сказала Мэнни, – в тебе нет ни малейшей искры магии, ни зародыша дара провидицы. Тебе дано видеть лишь то, что показывают твои глаза. И не больше.

– Это значит, что я увидела то, чего никогда не было? Плод моего воображения? – сокрушенно сказала я, – дорого же мне этот мираж обходится…

– Я не говорила, что это был плод твоего воображения, – ответила Мэнни, – но ты вообразила, будто увидела прошлое, или будущее. А это не так. Ты ошиблась, девочка.

И судя по всему, фатально. Я вздохнула и стала разглядывать веточку, что держала в руке. Никакого шепота, как утверждала Мэнни, я не слышала.

Да, я любила растения и деревья, обожала бывать в лесу, но ненамного более, чем любой другой человек. Так всегда считала. Больше всего меня волновал сейчас не дар травницы, которым я якобы обладаю, а мое видение эльфа. Не могла же я увидеть настоящего эльфа, просто не могла! Но раз это было не прошлое и не будущее, то что тогда?

Я была настолько уверена, что обладаю даром предвидения, что даже не рассматривала другие варианты. Я верила, что отправиться к Мэнни – прекрасная затея, которая решит мои проблемы.

Как же я ошиблась! И что делать теперь? Куда отправляться? Где искать доказательства своей невиновности? Просто сидеть и ждать, пока Моран разыщет настоящего предателя? Того, кто заключил сговор с эльфом, покушался на короля, и на мою жизнь тоже? На это могут уйти месяцы. Этот вариант мне не нравился.

Я взглянула в окно. Накрапывал дождь. Мелкие капли били по мутному стеклу, оставляя грязные подтеки. Трава и листья на деревьях взволнованно трепетали на ветру.

– Погода сменилась, – мрачно произнесла Мэнни, поднимаясь со стула, – тебе нужно отдохнуть. Отправляйся в постель.

– Но я не хочу спать, – запротестовала я.

– Хочешь. Как только твоя голова коснется подушки, ты погрузишься в сон. Мэнни позаботилась об этом, – она хитро улыбнулась, – да не забудь взять с собой веточку. Это поможет тебе.

– Для чего нужна эта ветка?

– У каждой травницы есть свое растение, созвучное ее душе. Оно оберегает ее и направляет при должном обращении. Я думаю, – помолчав немного, сказала Мэнни, – это – твое растение. Ты слышишь его шепот?

Я покачала головой и зевнула.

– Вы мне что-то подмешали в чай? Приготовили какой-то отвар для крепкого сна? – спросила я, мало что понимая из ее слов.

– Я приготовила то, что нужно сейчас твоей душе, – глядя пронзительным взглядом, ответила Мэнни, – к тому же, погода меняется. Значит, уже пора.

– Но я не…

– Довольно вопросов, девочка! Делай, что я говорю. Мэнни желает тебе добра, хотя и сама не понимаю, почему.

Она демонстративно развернулась и вышла из кухни. Догонять и расспрашивать ее было бесполезно. Ничего не оставалось, как поплестись в комнату. Спать совсем не хотелось. Голова гудела от навязчивых мыслей и бесконечных вопросов. Все так же крепко сжимая ветку в руке, я улеглась на кровать. Подушка пахла мятой и сиренью.

«Приятный запах», – успела подумать я и моментально уснула.

Мне снова снился этот сон…

Я стояла в черном коридоре. Сотни рук тянулись ко мне снизу. Они цепляли за ноги, жадно гладили мою кожу. От стен раздавался шепот. Манящий и сладкий, он звал меня идти вперед. Идти и подчиниться.

«Нет ничего слаще этой неизвестности», – говорили нараспев невидимые голоса.

«Нет ничего лучше этой судьбы», – шептали стены.

Шепот усиливался. Такой приятный, такой убаюкивающий, как шелест волн. Радостное предвкушение забилось в моем сердце.

Пора! Я раскинула руки, как птица, и сделала шаг в темноту. Навстречу рукам и голосам. Навстречу сладкой неизвестности. Впереди маячил светлый проход.

Эта дверь ждала меня. Ее открыли специально для меня. Потому что я особенная. Я с восторгом захихикала, с нетерпением ступая дальше. Чем ближе становилась дверь, тем громче звучали голоса и ласковее были руки.

Я рядом. До двери осталось несколько шагов. Шаг. Второй… Внезапно все голоса стихли. Руки исчезли. Остались темнота и дверь.

– Наконец-то, – услышала я властный голос.

Знакомые глаза сияли в темноте. Я иду, иду! Сделав два последних шага, я рывком прыгнула в проем и… открыла глаза.

В нос ударил запах сирени и чабреца. От сухих трав на стенах расползались тени. Руку что-то больно укололо. Я опустила глаза и увидела, что веточка сломана пополам. Одна половинка черная, обуглившаяся. Вторая – самая обычная.

Приближались сумерки. Я была по-прежнему в доме травницы Мэнни. Перед глазами пронесся мой сон. Коридор, руки, глаза…

Я резко подскочила с кровати. Я вспомнила! Вспомнила, кто привел меня в этот мир.