Текст книги "Я отменяю казнь (СИ)"

Автор книги: Валерия Войнова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

ГЛАВА 11. Пыль и золото

(Среда, полдень. Архивы Административного корпуса)

Архив располагался в подвале, но это был «благородный» подвал. Здесь пахло не сыростью и крысами, а сухой бумагой, кожей старых переплетов и вечностью. Тишина здесь была густой, как мед. Сюда почти не долетали крики клерков с верхних этажей.

Я спускалась по узкой винтовой лестнице уверенно, придерживая юбку. За две недели это был мой шестой визит. К старым архивариусам нельзя врываться с требованиями. Их нужно приручать, как диких птиц – терпением, уважением и мелкими подношениями. Я начала с того, что просто слушала жалобы на ревматизм. Потом помогла рассортировать перепутанные реестры, пока ждала выдачи. А потом заметила, что старик едва держится на ногах от недосыпа.

Мэтр Тик сидел за своей высокой конторкой, похожий на нахохлившуюся сову в велюровой шапочке. Услышав шаги, он поднял голову от гроссбуха. В свете масляной лампы блеснули очки.

– А, леди Непоседа, – проскрипел он голосом, похожим на шорох страниц. – Снова сбежали от Дорна? Или вам опять нужна справка о налогах на шерсть за прошлый век?

– Магистр дал мне перерыв, мэтр, – я подошла к столу и положила на край небольшой, завернутый в вощеную бумагу сверток. – Но я пришла не за шерстью. Я помню, вы жаловались в понедельник, что ваша правнучка третью ночь кричит из-за режущихся зубов, и невестка совсем извелась.

Тик тяжело вздохнул, снимая очки и протирая глаза.

– Кричит, бедняжка. И жар у неё. Лекари говорят – терпеть, но в моем возрасте тишина ценится дороже золота.

– Терпеть не обязательно, – мягко сказала я. —В свертке мазь. Рецепт старой няни: вытяжка из сон-травы и успокаивающий сбор. Втирать совсем чуть-чуть. Ребенок будет спать, и вы тоже.

Я не стала говорить, что купила этот состав втридорога у мрачного аптекаря в Нижнем городе, который славился тем, что его снадобья работают, даже когда магия бессильна.

Тик посмотрел на сверток, как на величайшую драгоценность Империи. Его костлявая рука накрыла мой подарок.

– Если это сработает, леди Вессант… я даже не знаю. Я просто высплюсь. А для старика это лучший подарок.

– Рада помочь, – я улыбнулась. Не хищно, а тепло. Искренне. Мне действительно было жаль старика, но я также знала, что благодарность – это валюта.

Мы помолчали. Момент был идеальным. Он уже взял подарок, он чувствовал себя обязанным, но не настолько, чтобы это давило.

– Мэтр, – я понизила голос, делая шаг ближе к его столу. – Я могу попросить… совета? Не как сотрудник, а как дочь своего отца?

Тик насторожился, но сверток из рук не выпустил.

– Смотря какого совета. Если вы хотите узнать, как подделать печать, то я глух и слеп.

– Боги упаси. – Я сделала страшные глаза. – Отец хочет, чтобы я разбиралась в земельном праве. Он говорит: «Учись у лучших». А кто лучший юрист в Империи, если не Хранитель Печатей?

При упоминании титула Ансея лицо Тика скривилось, словно он разжевал лимон. Архивариусы не любили юристов. Юристы вечно требовали документы, чтобы извратить их смысл, а архивариусы хранили их, чтобы сберечь истину.

– Хранитель… – проворчал он. – Скажете тоже. Стервятник он, а не хранитель.

– Вот и я говорю отцу, что его методы… спорные. – Я доверительно наклонилась к нему. – Но чтобы понять логику, нужно видеть дела. Я хочу посмотреть старые акты отчуждения земель. Те, которые вел лично Ралмер Ансей, еще до того, как стал Хранителем. Или в первые годы.

Тик замер. Взгляд его выцветших глаз стал острым.

– Дела об отчуждении? Это «Особый фонд», леди. Туда нужен допуск уровня Советника.

– Я не прошу оригиналы с собой, – быстро сказала я. – Я хочу просто посидеть в читальном зале. Полчаса. Только посмотреть географию. Отец хочет купить землю на севере, и я боюсь, как бы мы не наступили на хвост… интересам Хранителя. Вы же знаете, как опасно переходить ему дорогу.

Это был аргумент. Тик знал. И он, как многие «маленькие люди» в этой системе, тихо ненавидел Ансея за его высокомерие и новые порядки. Помочь кому-то не вляпаться в схемы Ансея – это маленькая, безопасная месть.

Он пожевал губами, глядя на мазь. Потом на меня.

– Только здесь. В дальнем углу. И никаких чернил – только карандаш.

– Вы мой спаситель, мэтр.

Через пять минут я сидела за пыльным столом в глубине зала, скрытая стеллажами. Передо мной лежала стопка папок, пахнущих плесенью.

«Дело рода Крей. Измена. Конфискация».

«Дело баронов Торн. Бунт. Конфискация».

«Дело графов Виллер. Нарушение вассальной клятвы».

Я открывала карты, приложенные к делам. Мои пальцы, перепачканные графитом, скользили по пожелтевшей бумаге. Искала не юридические казусы. Искала географию.

Ансей уничтожал роды методично. Раз в три-пять лет. Всегда по закону. Всегда с конфискацией родовых земель в пользу Короны (а по факту – под свое управление).

Я развернула свою карту – обычную, школьную, которую принесла с собой. И начала ставить крестики.

Двадцать лет назад: Северные горы. Род Крей.

Пятнадцать лет назад: Долина Гейзеров. Бароны Торн.

Восемь лет назад: Побережье у Синих Скал. Графы Виллер.

Я соединила крестики линиями. Получился треугольник. Неровный, разорванный. Чего-то не хватало.

Центра. Или замыкающего звена.

Я вспомнила слова отца: «Он хочет Северную Рощу». Я поставила крестик там, где были наши земли. Линии сошлись. Фигура замкнулась.

У меня пересохло в горле. Я смотрела на карту и видела не горы и леса. Я видела схему.

В детстве дед показывал мне старые трактаты по мировой магии. «Земля – это живой организм, Лиада. У неё есть вены – реки, и есть нервы – силовые линии. Там, где нервы выходят на поверхность, стоят Источники».

Северные горы. Долина. Скалы. Роща. Это были не просто богатые угодья. Это были узловые точки Магического Контура – древней системы защиты, которая, как считалось, уснула триста лет назад после падения Старой Династии.

Но если она не уснула?

Если кто-то нашел способ разбудить её?

Тот, кто контролирует Контур, держит за горло всю страну. Он может отключить защиту столицы от Глубинных тварей. Может вызвать засуху. Может сделать так, что ни один маг в армии Короля не сможет зажечь даже лучину.

Это абсолютная власть. Выше Короля. Выше Совета.

Ансей не просто вор или карьерист. Он собирает ключи от абсолютной власти.

Три ключа у него уже есть. Земли Креев, Торнов и Виллеров под его контролем.

Остался последний. Четвертый.

Северная Роща. Мой дом. Колыбель Рода Вессант.

Вот почему он полез в грязь лично. Вот почему он так торопится. Ему нужен этот Источник, чтобы замкнуть цепь. И пока мы живы, пока наша кровь связана с землей, он не может получить над ней полный контроль. Ему нужно не просто купить землю. Ему нужно вырезать нас под корень, чтобы Источник «осиротел» и принял нового хозяина.

Я закрыла папку. Руки дрожали.

Я шла искать мотив убийцы, а нашла план государственного переворота, растянутый на двадцать лет.

– Мэтр Тик, – позвала я, возвращая папки на стол архивариуса. Голос мой был пугающе спокойным.

– Нашли, что искали? – он поднял голову, уже пряча мазь в карман.

– Нашла. Спасибо вам. Вы спасли нас от большой ошибки.

– Ну и славно. Бегите, пока Дорн вас не хватился.

Я вышла из архива. В коридоре было прохладно, но меня бросало в жар.

Я знала «Кто».

Я знала «Как».

Теперь я знала «Зачем».

Осталось понять, как маленькой стажерке остановить человека, который без пяти минут бог.

***

(Спустя полчаса. Столовая Канцелярии)

Я вернулась в мир живых. Столовая Канцелярии встретила меня гулом голосов, звоном дешевых приборов и запахом тушеной капусты. После мертвой, пыльной тишины архива этот шум оглушал, но он же и возвращал к реальности. Здесь не делили мир и не чертили магические контуры. Здесь обсуждали, дадут ли премию к Празднику Урожая и у кого из советников самая сварливая любовница.

Я нашла Риэл за нашим привычным столиком у окна. Она с аппетитом расправлялась с рагу, одновременно читая чей-то забытый на столе черновик.

– Ты долго, – сказала она с набитым ртом, отодвигая ногой свободный стул для меня. – Я уж думала, Тик запер тебя в хранилище как редкий экспонат. Ты бледная. Там что, привидения?

– Там пыль, – я села, не притронувшись к еде. Аппетита не было. Перед глазами все еще пульсировали красные крестики на карте. – Много старой, въедливой пыли. И реестры.

– Скука, – вынесла вердикт Риэл. – Лучше скажи, что с твоей лавкой? Я вчера проходила мимо улицы Ткачей. Народу – тьма. Очередь аж на улице стояла. Твой старик-управляющий там, наверное, не успевает чернила подливать.

Я посмотрела на неё.

Риэл Астар. Баронесса без поместья. Девушка, которая пробилась сюда зубами и локтями. Она была умна, цинична и голодна до денег. Именно то, что мне нужно.

– Очередь стоит, – кивнула я. – Кризис в городе играет нам на руку. Люди напуганы, пишут жалобы, прошения о защите, завещания. Бреон едва справляется.

– Тебе нужно расширяться, – тут же включилась Риэл. В её глазах зажегся профессиональный интерес. – Нанять еще пару писцов-студентов. Пусть строчат за медяки.

– Мне не нужны студенты, Риэл. Мне нужны клиенты другого уровня.

Я наклонилась к ней через стол, понизив голос.

– На переписывании жалоб для кухарок много не заработаешь. Это медяки на хлеб. Настоящее золото там, где нужно составить сложное прошение в Совет. Или оформить торговую сделку так, чтобы налоговая не нашла, к чему придраться. Или ускорить выдачу патента.

Риэл перестала жевать. Она отложила вилку и посмотрела на меня внимательно, хищно.

– Ты говоришь о посредничестве, Лиада. О серых ходатаях.

– Я говорю о грамотном сопровождении, – поправила я мягко. – Бреон знает законы и формуляры лучше любого юриста. Но он сидит в лавке. К нему не придет купец первой гильдии, потому что для купца это «просто лавка».

– А я знаю купцов, – медленно произнесла Риэл, уловив мысль. – И знаю клерков в Торговом департаменте, которые стонут от безграмотных бумаг. И знаю секретарей в приемных, которые за малую долю могут «посоветовать» просителю надежного человека, который составит документ так, что его подпишут сразу.

– Именно.

Я смотрела ей в глаза.

– Мне нужен партнер, Риэл. Тот, кто будет поставлять «дорогих» клиентов. Тот, кто знает ходы здесь, в Канцелярии и во Дворце.

– И что мне с этого? – она не жеманилась. Вопрос был прямым, как выстрел.

– Двадцать процентов от каждого клиента, пришедшего по твоей рекомендации. И десять процентов от общей прибыли лавки, если ты поможешь нам получить лицензию «Особого статуса» в Гильдии, чтобы нас не душили проверками.

Риэл присвистнула.

– Щедро. Даже слишком щедро для дочери графа. В чем подвох, Вессант? Ты собираешь тайную казну?

– Я собираю капитал, – жестко ответила я. – Деньги дают свободу, Риэл. Я не хочу зависеть от удачи отца или щедрости будущего мужа. Я хочу иметь свой кошелек. Тяжелый.

Она усмехнулась. В этой усмешке было понимание.

– Мне нравится твой подход. К черту романтику, да здравствует золото.

Она протянула мне руку через стол.

– Я в деле. У меня как раз есть на примете один поставщик сукна, который уже месяц бьется головой о стену с продлением патента. Я отправлю его к твоему Бреону сегодня же. Но учти: если старик ошибется в формулировке, я потеряю лицо.

– Он не ошибется. Он писал речи для моего деда.

– Тогда по рукам.

Риэл вернулась к рагу, но теперь она ела быстро, деловито.

– Кстати, – бросила она между ложками. – Раз уж мы заговорили о бумагах. Слышала новость? У Ансея в ведомстве чистки. Говорят, он уволил половину штата курьеров вчера. Ищет утечку.

Я замерла, стараясь не выдать напряжения.

– Какую утечку?

– Говорят, какая-то информация ушла на сторону. Или документы пропали. Он в бешенстве. Его ищейки сейчас проверяют всех, кто имел доступ к архивам или почте. Так что… – она многозначительно посмотрела на меня. – Ты там поосторожнее со своим любопытством. Я видела, ты к Тику зачастила. Если люди Ансея узнают, что ты копаешься в старых делах, могут задать вопросы. Просто потому, что они сейчас всех подозревают.

– Я… учту, – тихо сказала я. – Я ищу только историю налогов. Это безобидно.

– Для Ансея сейчас нет ничего безобидного, – фыркнула Риэл. – У него паранойя обострилась. Ладно, мне пора. Пойду ловить твоего суконщика.

Она подхватила поднос и упорхнула. Я осталась сидеть, глядя в остывшую тарелку.

Риэл была права, даже не зная насколько. Ансей ищет не просто утечку. Он чувствовал, что кто-то играет против него, и начал зачистку.

Я получила союзника. Но кольцо вокруг нас сжималось. И теперь любой мой визит в архив мог стать последним.

***

Военный совет

(Вечер среды. Лавка «Тихое Перо»)

Улица Ткачей к вечеру затихала. Мастерские закрывались, рабочие разбредались по тавернам, и только в окнах «Тихого Пера» горел теплый, уютный свет.

Я вошла, когда Бреон уже запирал кассу. В лавке пахло сургучом и хорошим чаем. Старый писец, аккуратный в новом бархатном жилете, что-то вписывал в гроссбух.

– Добрый вечер, госпожа, – он приветливо кивнул. – День был плодотворным. Три прошения, одно завещание и жалоба на соседа, который ворует кур. Люди охотно платят за грамотные слова.

– Это хорошо, Бреон. Но я здесь по другому делу. Где Ривен?

– В подсобке. Точит ножи и скучает. Говорит, охранять чернильницы – работа не для его нервов.

Я прошла в заднюю комнату. Ривен сидел на ящике, подбрасывая и ловя монетку. Увидев меня, он спрятал золото в кулак и встал.

– Есть работа? – спросил он с надеждой. – А то я начинаю забывать, с какой стороны браться за меч.

– Есть. И работа грязная.

Я плотно прикрыла дверь.

– Зови Бреона. Мне нужно, чтобы вы оба это услышали.

Когда старик, кряхтя, устроился на единственном стуле, а Ривен прислонился к стене, я выложила на стол свою карту – ту самую, с крестиками, которую я разрисовала в Архиве.

– У нас появилось имя, – сказала я тихо. – Ралмер Ансей. Хранитель Судебных Печатей.

Бреон побледнел и снял очки, словно они мешали ему слышать.

– Ансей? – переспросил он шепотом. – Госпожа, это… это очень высоко. Это человек, который ужинает с Королем. Зачем мы ему?

– Ему нужны не мы. Ему нужна земля.

Я ткнула пальцем в карту.

– Сегодня в Архиве я нашла закономерность. За последние двадцать лет Ансей конфисковал земли трех старых родов. Все они лежат на одной дуге. Четвертая точка в этой схеме – наша Северная Роща.

Ривен подошел к столу, глядя на карту.

– Он хочет собрать коллекцию?

– Он хочет замкнуть магический контур, – пояснила я, стараясь говорить просто. – Не важно зачем. Важно, что он не остановится. Авария на мосту сорвала его тщательно продуманный и выверенный план незаметного для остальных захвата через обвинение в измене. Теперь он пойдет другим путем. И я даже предположить не могу каким.

Я посмотрела на наемника.

– Ривен, мне нужны твои глаза и ноги.

– Кого убить? – деловито спросил он.

– Никого. Мне нужно знать, что происходит вокруг наших границ. Ансей не может забрать землю силой, пока мы живы и привязаны кровью к земле. Значит, он будет пытаться нас душить. Или выкупать земли соседей, чтобы взять нас в кольцо.

Я обвела пальцем территорию вокруг поместья Вессантов.

– Здесь – земли барона Корфа. Он весь в долгах. Здесь – старая вырубка Лесного цеха. Здесь – хутора вольных арендаторов.

– Я понял, – кивнул Ривен. – Вы хотите знать, не скупает ли кто-то эти участки.

– Именно. Ищи любые странные сделки. Посредников, которые предлагают тройную цену. Людей в серых плащах, которые околачиваются у долговых тюрем, выкупая векселя наших соседей. Мне нужно знать, кто и как сжимает кольцо.

– Это работа не на один день, – Ривен потер подбородок. – Придется потрясти маклеров и нотариусов.

– Тряси. Денег не жалей. Бреон выпишет сколько нужно.

Я повернулась к старику.

– А вы, Бреон… Вспомните молодость. Вы знаете почерк канцелярии Ансея?

– Как свои пять пальцев, – старик нахмурился. – Сухой, острый стиль. Они любят сложные формулировки, чтобы запутать суть.

– Мне нужно, чтобы вы следили за каждым новым указом, который выходит из его ведомства. Особенно за теми, что касаются «Клятв Крови» и статуса «Измены».

Я понизила голос, глядя старику в глаза.

– Вы знаете Закон Земли, Бреон. Ансей не может просто конфисковать Северную Рощу за долги или неуплату налогов. Источник связан с нашей кровью. Пока жив хоть один Вессант, земля будет отторгать чужака. Магия не подчинится ему.

Бреон медленно кивнул. Его лицо стало серьезным, даже испуганным.

– Верно. Чтобы новый владелец вошел в права, связь должна быть разорвана. А разорвать её можно только одним способом.

– Смертью Рода, – жестко закончила я. – Или обвинением в Высшей Измене, когда палач перерубает не только шею, но и магическую привязку. Именно это он пытался сделать с помощью ящика на мосту. Он хотел подвести нас под статью, которая гарантирует казнь и разрыв уз.

Ривен, стоявший у стены, перестал подбрасывать монетку. Звон металла в тишине прозвучал резко.

– То есть, они хотят не просто вас ограбить, – медленно произнес он. – Им нужно вас вырезать. Юридически обоснованно.

– Именно. Поэтому, Бреон, ищите любые поправки к законам. Если Ансей попытается расширить понятие «Измены», упростить процедуру разрыва уз или найти лазейку, чтобы объявить нашу кровь «порченой» – я должна знать об этом первой. Это будет сигналом, что он готовит новый удар.

В комнате повисла тишина. Тяжелая, как могильная плита. Мои люди переваривали информацию. Одно дело – помогать в интригах за землю. Другое – участвовать в войне за выживание целого рода.

– Госпожа, – тихо сказал Бреон, снимая очки и протирая их дрожащими руками. – Если ставки таковы… Ансей не остановится. Он уже начал охоту. Вы уверены, что мы сможем… устоять?

– Не уверена, – честно ответила я. – Но выбора у нас нет. Либо мы деремся, либо нас уничтожат по закону, который он сам и напишет.

Ривен хмыкнул. В его глазах загорелся злой, холодный огонек.

– Драка с Хранителем Печатей за право жить… Звучит как хороший способ умереть, но хотя бы не скучно. Я в деле. Займусь маклерами завтра же.

– Будь осторожен, – предупредила я. – Люди Ансея сейчас злые после провала в порту. Не попадись.

Я вышла из лавки в сгущающиеся сумерки. Задачи розданы. Механизм запущен. Теперь мне предстояло самое сложное. Разговор с отцом. Мне нужно было убедить его открыть старую библиотеку деда, не раскрывая при этом, что я знаю о его смерти в будущем больше, чем положено любящей дочери.

***

Семейные тайны

(Вечер среды. Малая столовая столичного особняка)

Ужин прошел в тишине, прерываемой лишь стуком приборов. Отец ел быстро, механически, не чувствуя вкуса. Рядом с его тарелкой лежал открытый гроссбух, и он то и дело вносил туда правки карандашом. Я ждала. Когда слуги убрали перемену блюд и вышли, оставив нас наедине с графином вина, отец наконец поднял голову.

– Ты сегодня слишком тихая, – заметил он, не закрывая книгу. – Дорн загнал?

– Дорн доволен. Мы получили пыль, город со светом. Я переведена в штат на полный оклад.

Отец хмыкнул, не выразив ни удивления, ни радости. Для него это было нормой: Вессанты должны быть эффективными.

– Полезно. Дополнительный доход не помешает, хотя на фоне прибыли от кристаллов это мелочь.

Он вернулся к цифрам.

– Я сегодня был в Архиве, – произнесла я ровно.

Карандаш в его руке замер.

– У тебя есть допуск к текущим делам, а не к истории, Лиада. Не трать время на пыль.

– Я изучала не историю. Я изучала карту рисков.

Отец медленно снял очки, положил их поверх страницы и посмотрел на меня своим тяжелым, «земельным» взглядом. В этом взгляде не было тепла. Только оценка.

– И что же ты нашла в карте рисков, что решила отвлечь меня от подсчета прибыли?

Я взяла солонку и с стуком поставила её на край стола.

– Род Крей. Северные горы.

Взяла перечницу.

– Бароны Торн. Долина Гейзеров.

Придвинула тяжелый серебряный соусник.

– Графы Виллер. Синие Скалы.

Отец поморщился.

– Я знаю географию, Лиада. И знаю историю. Это обанкротившиеся, уничтоженные роды. Предатели, бунтовщики, клятвопреступники. К чему этот урок?

– К тому, что их земли не были проданы. Они не ушли в казну. Они перешли в «Особый фонд» под личное управление Хранителя Печатей.

Лицо отца осталось бесстрастным.

– Ансей – государственный чиновник. Он управляет конфискатом. Это логично. Земля должна работать.

– Возможно. Но посмотрите на схему.

Я поставила свой бокал с темным вином в центр, замыкая фигуру.

– Если соединить эти точки, получается дуга. И мы – замок этого свода. Северная Роща.

Отец откинулся на спинку стула. Он не испугался. Он стал скептичным.

– Конспирология, – бросил он пренебрежительно. – Ты начиталась дешевых газет. У Ансея нет причин атаковать нас. Мы лояльны, мы платим налоги, мы полезны. И главное – он не может просто забрать Рощу.

Он постучал пальцем по столу.

– Я Маг Земли, Лиада. Я чувствую жилы не только в наших шахтах. Я знаю, как работает привязка. Пока мы живы, земля будет отторгать чужака. Источник не даст себя выпить. Это безумие – пытаться захватить старый Род.

– Именно, – кивнула я. – Захватить нельзя. Можно только очистить.

Я подалась вперед.

– Вы говорите как хозяйственник. «Это невыгодно, это сложно». Но посмотрите на Виллеров. Они тоже думали, что защищены Кровью. Их казнили по обвинению в Высшей Измене. Палач разрубил связь. И земля стала ничьей.

Отец молчал. Желваки на его скулах дрогнули.

– Ты намекаешь, что проверка Дознания…

– Это не проверка. Это поиск повода для статьи «Измена». Им не нужны штрафы, отец. Им не нужны ваши связи или деньги. Им нужна юридически чистая процедура ликвидации владельцев.

Граф встал. Он прошелся по комнате, заложив руки за спину. Подошел к окну, глядя на туманный город.

– Ты сгущаешь краски, – сказал он, не оборачиваясь. Но в его голосе уже не было прежней уверенности. – Ансей жесткий, но он законник. Он не станет фабриковать дело такого масштаба на пустом месте. Это риск бунта всей аристократии.

– Он уже сфабриковал дело Крея. И Торна. Кто бунтовал? Никто. Все радовались, что забрали не их.

Отец резко повернулся ко мне.

– Допустим. Допустим, ты права, и он хочет собрать коллекцию стратегических земель. Что ты предлагаешь? Бежать? Продавать активы?

– Нет. Я предлагаю перестать думать, что мы можем договориться.

– Вы ищете компромисс. Вы думаете: «Если прижмут, я отдам часть шахт». Но они не возьмут часть. Им нужен труп.

В комнате повисла тишина. Тяжелая, душная. Арен Вессант был кем угодно, но не дураком. И сейчас, глядя на карту из посуды, он складывал в уме факты: внезапный аудит, странные вопросы о наследниках, активность в порту. Картина выходила скверная.

Он вернулся к столу, сел и закрыл гроссбух. Резко, с хлопком.

– Я переведу резервный фонд в гномьи банки, – произнес он сухо, без эмоций. – В активы на предъявителя. Если наши счета здесь арестуют, у нас должен быть доступ к золоту за границей.

Это было признание. Он принял угрозу. Не как отец, а как финансист.

– И усильте охрану Поместья, – добавила я. – Не наемниками. Своими. Теми, кто связан клятвой с землей.

– Я уже отправил приказ, как только Тиан уехал, – отрезал он. – Я не ждал твоих советов, чтобы понять, что в доме бардак. Красс… – он поморщился. – Этот крысеныш ответит, если я его найду.

Он посмотрел на меня. Взгляд был колючим, холодным.

– Ты стала полезной, Лиада. Но и опасной. Ты приносишь в дом вести, от которых пахнет плахой.

– Я приношу ясность.

– Ясность иногда убивает надежду. – Он снял очки и устало потер переносицу. – Иди. Занимайся своей Канцелярией. Следи за бумагами. Если увидишь, что они готовят новый ордер – мне плевать на твою карьеру, ты должна сообщить мне немедленно.

– Конечно.

– И не лезь в Архив без нужды. Если Ансей действительно собирает земли, он не любит свидетелей.

– Я буду осторожна.

Я встала и вышла. Никаких объятий. Никаких «доченька». Мы заключили новый контракт. Он прячет деньги, я слежу за врагом. Мы оба знаем, что нас хотят уничтожить, и мы будем защищаться. Каждый своими методами. Это было лучше, чем любовь. Это была надёжность.