Текст книги "Вик Разрушитель 12 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 31 страниц)

Я влетаю в купол – и мой анти-Дар просто разбрасывает защитную оболочку по сторонам. Вокруг меня вспыхивают мириады серебристо-жёлтых искр и опадают вниз красивым дождём. Конечно, обычный человек не увидит столь захватывающего буйства магических флуктуаций, для него покажется просто странным, зачем человек, облачённый в бронекостюм, летит вниз головой к земле. Возможно, какие-то артефакты в виде искажения воздушного пространства, и получится рассмотреть.

Громкий хрустальный перезвон в ушах возвестил об уничтожении крупной магической аномалии. Перевожу «скелет» в вертикальное положение, гашу антимагическое поле и бросаю в микрофон:

– Защита пройдена. Атакуйте!

– Принято! – откликнулся Арбуз.

Я вижу, как мимо меня проносятся напарники, взбаламучивая воздушные потоки излучением магических движков. Пристраиваюсь следом за Вареником – он всегда находится слева от Арбуза, уже изучил его манеру боя – и проношусь над «базой».

– Внимание! Атака по секторам! – командир даёт указание и первым плавно уходит в свою зону ответственности.

Атака условная, без применения оружия. Сейчас на земле Жрец внимательно следит за нашими действиями, которые записываются на видеокамеры. Кстати, мои камеры тоже пишут всё, что сейчас происходит. Картинка идёт на планшет Гены Берга. Надо будет потом поделиться материалом с господином полковником, раз он курирует тренировочный процесс.

Через несколько минут, насладившись слаженными действиями нашей четвёрки, Жрец приказал собраться на КП. Там нас ждал «разбор полётов», после которого мы пообедали и отдохнули с часок. А потом снова взмыли в воздух. До вечерних сумерек мы успели провести ещё три «атаки», после чего полковник дал команду на завершение тренировки.

Я по аппарели протопал в фургон, где освободился от брони. Сегодня впервые удалось опробовать второй экземпляр «Бастиона» почти в боевых условиях. Судя по довольному лицу Гены, «скелет» удачно прошёл проверку. Оставив бронекостюм в специальной стойке, и закрыв пластины, я спустился вниз. И ощутил, как меня водит из стороны в сторону. Это был не откат, а обычная усталость после четырёх часов ношения железа на плечах.

Попрощавшись с напарниками, я залез во внедорожник и с облегчением откинулся на спинку дивана, ожидая, когда инженерная группа соберёт аппаратуру и погрузит в фургон. За «скелет» не волновался. Ребята закрепят его как надо. Даже не заметил, как задремал. Очнулся от того, что куда-то заваливаюсь. Упёрся в чьё-то плечо. Оказалось, во Влада. Он сидел рядом со мной. Дима Лель вёл машину, а Никанор что-то ему вполголоса рассказывал. Свет фар освещал дорогу и мелькающие по обочине деревья. Надо же, совсем темно стало.

– Да вы поспите, Андрей Георгиевич, – мягко проговорил Влад. – Можете даже на меня навалиться. Нам ещё час ехать.

– Потерплю до дома, – я зевнул и энергично потёр лицо, постепенно приходя в себя. Взял телефон и позвонил Нине.

– Привет, красавица!

– Ой, Андрюша! Ты уже приехал?

– Нет, пока в дороге. Не думал, что могу так устать, – немножко пожаловался я, чтобы получить порцию утешений. Нина справилась с этим хорошо. На сердце потеплело. – Лукомский не появлялся?

– Представляешь, был! Приехал лично, попросил прощения.

– Неужели? – я не верил своим ушам. – Как бы снег ночью не выпал!

Девушка рассмеялась.

– Да-да, извинился за своё поведение и заверил меня, что уважает мой выбор и больше ни за что не встанет на моём пути.

– А я думал, он самоубийца, – пробурчал я.

– Выглядел княжич не совсем здорово, – призналась Нина. – Ты сними блокаду, а то помрёт ненароком.

– Такие не помирают, – убеждённо произнёс я. – Но мне не звонили из дому, что Лукомский приезжал.

– Наверное, завтра примчится.

– Наверное… Ладно, спокойной ночи, милая. Извини, сил нет говорить.

– Ну что ты! Не извиняйся, пожалуйста. Я же понимаю… Встретимся завтра в лицее. Целую!

– И я тебя!

Мы закончили разговор, и я снова откинулся на мягкую спинку сиденья. Но глаза уже не закрывал, анализируя услышанное. В то, что Лукомский «сломался» после моего отказа разблокировать Дар, верилось с трудом. Скорее всего, на княжича повлиял отец. И очень сильно, если Витя сподобился приехать к Захарьиной и лично принести извинения. Павел Иванович оказался куда разумнее своего сыночка, когда сам убедился, что снять блокаду с помощью родового мага не получится. Хорошо, что проблема с Лукомским скоро закончится, и можно будет заняться другими делами. Неприятно, когда где-то ходит озлобленный человек и вынашивает опасные мысли. А Виктор мог пойти на необдуманный поступок, в этом я был уверен. Жаль только, что Рахимбек с Куаном не нашли тайное убежище княжича. Имея на руках такой компромат, можно крепко держать Виктора за одно интересное место. Значит, продолжим поиски. Чует моё сердце, такая информация ещё понадобится.

4

Петрович ещё со входа увидел её, как всегда красивую и с аристократической осанкой, в длинном зелёном платье с цветочным принтом. Открытые плечи показывали чудесный загар, полученный в солярии или же где-то на горячих пляжах Мальорки, а то и Капакабаны. Анна любила путешествовать по миру.

Каре из тёмно-русых волос обрамляло округлое лицо, на которое был умело наложен макияж. Бледно-вишнёвая помада очерчивала тонкую линию губ.

– С годами ты становишься ещё прекраснее, – улыбнулся Савелов, подходя к столику. Он поцеловал протянутую женщиной руку и вручил ей пышную розу на длинном толстом стебле. – Здравствуй, Анечка.

– Здравствуй, Тёма, – ответная улыбка была искренней. – Не ожидала тебя увидеть здесь. Это сюрприз, надо признать.

Петрович присел напротив и сделал заказ подошедшему официанту. Как только тот отошёл, с удовольствием поглядел на даму, которой на вид можно было дать лет тридцать, не больше. Но он точно знал, что ей гораздо больше. Магические процедуры и тщательный уход за собой делают чудеса.

– Семь лет назад я не смог проводить тебя, когда ты уезжала в Калифорнию, и даже не предполагал, что однажды увижу здесь, в Москве. Пусть и с опозданием, но приношу свои извинения.

– Пустяки, – Анна поднесла розу к лицу, ноздри изящного носа задвигались, вдыхая нежный запах бутона. – Я знаю, что такое служба у кланового князя. Но ждала тебя, признаюсь. Ждала долго, пока последние пассажиры не оказались на трапе лайнера.

– Я ведь тогда во Владивостоке не просто так находился, – Петрович не оправдывался за свой поступок, но счёл нужным рассказать этой женщине, почему не смог проводить её. – Георгий Яковлевич серьёзно сцепился с князем Собакиным… Там дело едва до войны не дошло.

Анна улыбнулась и ничего не сказала на этот счёт. Подошёл официант и поставил перед Савеловым рюмку коньяка и кофе. Пожелав приятного аппетита, оставил посетителей наедине.

– Как ты меня нашёл? – отпив из своей чашки ароматный напиток, с любопытством спросила женщина.

– Когда ты покинула Россию, я всё равно не переставал интересоваться, где ты находишься, – Петрович чуть-чуть пригубил из рюмки, запил кофе. – Меня очень хорошо научили добывать информацию любого толка. Так что твои путешествия не стали секретом. Калифорния, потом Гавайи, Индия. Странный маршрут, конечно. Даже любопытно было, куда ты дальше направишься. Зная твою натуру, предположил, что следующим пунктом будет Египет.

Анна рассмеялась так заразительно, что серёжки в виде спиралек закачались в такт её смеху.

– Я всегда поражалась твоему умению угадывать, где я бывала. А выходит, ты за мной следил с помощью своих друзей, – дама сложила руки на столике и подалась вперёд: – Думала, у тебя такой Дар…

– Я рад тебя видеть, Аня, – улыбнулся Петрович, уклоняясь от неудобной темы.

– И я тебя. Когда услышала твой голос в телефоне, едва дар речи не потеряла. Как ты в Москве-то оказался?

– Нахожусь на службе у одного человека.

– Дай подумать, – женщина слегка прикусила нижнюю губу, показав ровный ряд белоснежных зубов. – Твой хозяин – князь Мамонов, «золотой тойон». Знаю, что он до сих пор держит в руках Якутское княжество. Но ты почему-то здесь. Или тебя выгнали из клана, или кто-то из его детей сейчас живёт в столице. А ты ему служишь.

– Вот видишь, не так сложно сделать вывод, если владеешь даже минимумом информации. – Улыбнувшись, Савелов приподнял рюмку, словно салютуя аналитическим способностям Анны, и опрокинул в себя янтарного цвета напиток. – Но я не буду говорить, какой из вариантов правильный.

– Ах ты… негодник, – в глазах женщины плеснулись озорные искорки. – Так зачем я тебе понадобилась?

– Ты до сих пор изучаешь экзотические практики?

– Знаешь… однажды я поняла, что в мире гораздо больше интересного, чем предполагала. И меня на познание всех секретов не хватит. Решила, наконец, осесть на родине. Выбрала Москву. Здесь перспективы большие, хотя во Владивостоке тоже есть где развернуться. Ну и заодно открыла в столице школу для особых клиенток. Сначала ко мне относились с недоверием и откровенной злостью, думая, что я – очередная конкурентка. А когда разобрались в нюансах, то пошёл такой вал предложений, что времени совершенно не стало.

Анна поднесла к губам чашку и сделала глоток, на мгновение прикрыв глаза пушистыми ресницами. Петрович допил коньяк и тоже занялся кофе, пока тот окончательно не остыл.

– Ты даже не представляешь, какое изумление было у моих учениц, когда они стали узнавать тонкости женского обольщения. У меня своя методика, свои секреты, основанные на жизненном опыте и многообразии практик, – Анна говорила размеренным голосом с едва ощутимыми вибрациями, исходящими из груди. И Петровичу казалось, что эта женщина испытывает на нём как раз один из своих методов.

– Значит, ты нашла своё место в жизни, – усмехнулся Савелов. – Ты счастлива?

– Думаю, что вполне, – без колебаний ответила Анна. – За исключением личной жизни. Но за всё надо платить. Это аксиома… Предвосхищая твой вопрос, Тёма: нет, не жалею, нисколько.

Она переплела пальцы рук, демонстрируя весьма роскошные кольца с камешками, и с интересом поглядела на задумчивого мужчину.

– Давай, рассказывай, зачем я тебе вдруг понадобилась. Сразу скажу: не верю, что ты решил освежить наши отношения.

– Правильно не веришь, – усмехнулся Петрович. – У меня к тебе деловое предложение.

– Так-так, – заинтересовалась Анна – Уже необычно слышать такое… Подожди минутку.

Она открыла лежавший на краю столика клатч и извлекла из него серебристую плоскую вещицу, размерами напоминающую спичечный коробок, и сжала пальцами. Петрович ощутил неприятное давление в ушах, которое тут же исчезло. Зато наступила странная тишина. Все звуки в кафе – приглушённые разговоры, позвякивание ложечек, шаги – исчезли.

– Глушитель «Приват», новая версия, – пояснила Анна. – Всегда с собой ношу на случай деликатных разговоров. Мало ли где приходится встречаться. Кажется, он нам сейчас понадобится. Итак, слушаю тебя…

– Нужно обучить одного мальчика искусству любви, – без малейшего намёка на шутку проговорил Савелов. – У него скоро свадьба. А он очень боится разочаровать юную избранницу в самый нужный момент. Ты же понимаешь, что о таком не говорят открыто, не учат в школе. Улица – это совершенно другое. Теория там осваивается в скабрезной форме.

– У него нет родителей? Наставников? – ресницы собеседницы дрогнули. – Мальчик из богатой семьи? Аристо?

– Да, аристо. Так получилось, что его родители сейчас находятся далеко. Я же вместе со своей командой охраняю парня. Он сам подошёл ко мне с такой просьбой, как сын к отцу, понимаешь?

– И ты вспомнил обо мне? – улыбнулась дама.

– Да. Я ведь уже знал, что ты живёшь в Москве.

– Почему же раньше не пришёл?

– Боялся, что ты изменила своё мнение обо мне.

– Вот в этом вы, мужчины, одинаковы, – вздохнула Анна и подпёрла рукой подбородок. – Да, просьба весьма неожиданная. Я ведь не обучаю мужчин. Я делюсь специфическими знаниями с девочками, чтобы, овладев секретами обольщения, они приносили удовольствие мужчинам. Гораздо логичнее было бы устроить мою встречу с той самой барышней. Поверь, я бы сумела в кратчайший срок дать ей необходимые навыки.

– Увы, это невыполнимая задача, – Петрович открыто улыбнулся. – Её статус находится на запредельном уровне.

– Ого! – женщина оживилась, в глазах вспыхнули озорные огоньки. – Становится интересно!

– Ты всегда была любопытной ко всякого рода тайнам, – усмехнулся Савелов. – Так возьмёшься вышколить мальчика под романтического любовника для юной девушки? Заодно и новый опыт приобретёшь.

– Да я уже и забыла, что такое юная девушка, – Анна кокетничала. Но Петрович видел, что предложение её заинтересовало.

– У тебя получится, я знаю.

– Не совсем уверена, что одного раза будет достаточно.

– Никаких ограничений по срокам. Десять сеансов, так десять. Надо больше – продолжишь.

– Боюсь, тогда он ко мне начнёт бегать, а о своей невесте забудет! – рассмеялась Анна. Её щёки, на удивление, покрылись нежным румянцем.

– Да, ты прекрасно выглядишь. А это очень опасно для молодого юноши, чьё сердце ещё не покрылось коркой цинизма, – поддержал шутку Петрович.

– А ты уверен, что он захочет приобрести такой опыт? Что придёт ко мне такой весь влюблённый?

– Более чем уверен. Мой подопечный – скромный и порядочный юноша. Даже удивительно, что до сих пор его никто не соблазнил.

– А он хорошенький? Сколько ему лет?

– Стану я тебе урода сватать, – хмыкнул Петрович. – Восемнадцать.

– Н-да, случай ещё не такой запущенный. Самый возраст, когда страх перед женщиной начинает отступать перед её привлекательностью и желанием попробовать неизведанное, – в глазах Анны появилась поволока.

– Уверен, ты получишь удовольствие не только от теории.

– Ой, всё бы ты заботился о моих удовольствиях! – отмахнулась женщина. – А я могу рассчитывать на что-то более материальное?

– Назови свою цену. Я же не знаю, сколько стоят услуги подобного рода в твоей школе.

Она сказала. Петрович удивлённо приподнял брови. Кашлянул.

– Однако! И что, никто не отказывается?

– Поверь, даже приплатить рвутся, – с довольным видом улыбнулась Анна. – Потянет твой мальчик?

– Платить буду я. Не переживай, деньги есть. Получишь сполна. А если постараешься, то и мальчик тебя отблагодарит.

– Кто же он такой?

– Захочет, сам скажет.

– Я догадываюсь, но кое-какие детали не сходятся, – прищурилась Анна. – Ладно, уговорил ты меня. Как будем оформлять договор?

– Никак. Я тебе доверяю, – Петрович достал из внутреннего кармана пиджака бумажник, открыл его и извлёк банковскую карточку. Положил перед Анной. – Полная предоплата. Карту после обучения отдашь моему подопечному. Код активации такой…

– Хорошо, – запомнив цифры, женщина положила карту в сумочку. Отключила глушилку и отправила её следом. – Пусть приезжает по этому адресу.

В руки Савелова перекочевала бархатистая визитка нежно-розового цвета, на которой золотом были выдавлены контактные данные этой удивительной дамы, с коей его связывало почти двадцать лет дружбы.

– Предупреди его, что буду ждать с девяти часов вечера по вторникам, средам и четвергам, – предупредила она. – Так что уже завтра твоему таинственному юноше предстоит первый визит. Постараюсь не задерживать его долго, но пусть заранее настраивается минимум на два часа занятий. Тёма, скажи честно: почему я? Ты просто воспользовался случаем, чтобы встретиться со мной?

– Потому что ты профессионалка, Аня, – улыбнувшись, Петрович протянул руку и легонько сжал тонкие, но очень сильные пальцы женщины. – Я не хотел отдавать своего молодого хозяина в цепкие и похотливые лапки жриц любви. И благодарю Рода, что ты в этот момент оказалась в Москве.

5

Предложение Петровича для меня оказалось настолько неожиданным, что я ещё добрых несколько часов ходил по дому, как оглушённый пыльным мешком. Даже попробовал помедитировать, пытаясь заглушить нарастающую панику. В какой-то момент хотел найти своего верного коменданта и отказаться от предстоящей поездки. Одно дело, когда всё происходит спонтанно, когда ни о чём не думаешь, только подчиняешься страсти, толкающей тебя в волны наслаждения. Совсем иначе смотришь на такие вещи, когда кто-то берётся обучать разным любовным хитростям. Неправильно это.

Но Петрович, помимо своих боевых навыков, умел и кое-что другое. Он внимательно посматривал на меня во время ужина, на котором я больше молчал, погружённый в тяжёлые мысли, пытаясь сделать правильный выбор. Все, кто сидел за столом, сначала удивлялись моей мрачности, но потом перестали обращать внимание. Хватало иных тем, начиная от хозяйственных и заканчивая проблемами обороноспособности усадьбы.

Я уже собирался лечь спать, когда услышал стук в дверь. Пошёл открывать. В какой-то миг показалось, что на меня смотрит Куан перед внеплановой тренировкой. Дескать, никуда ты не денешься. Собирайся и топай на тренажёры.

– Нужно поговорить, – сказал Савелов и сделал шаг вперёд, невзирая на мою недовольную физиономию. Аккуратно и с тем же настойчиво сдвинул меня с места и вошёл в комнату.

Мне ничего не оставалось, как закрыть дверь и сесть в кресло.

– Я тебя понимаю, княжич, – Петрович пристроился на диване. – Ты думаешь, что задуманное мною – разврат и пошлость. Что запятнав себя связью с проституткой, ты не будешь иметь права прикасаться к своим девочкам. Но это не так. Анна свой опыт получала не в борделях, а в дворцовых палатах богдыхана, чьи люди похитили её во время набега на русское приграничье. Да, это почти такая же история, что случилась со мной. Девочка потеряла родителей и в семь лет оказалась наложницей. Но ей повезло. Аня уже в детском возрасте отличалась редкой красотой, что отмечали все придворные Сюэ Циня, того самого богдыхана. Особенно она приглянулась младшей принцессе Лю Ши, которая и взяла её в прислужницы. Увы, произошёл дворцовый переворот, каковые в Китае не редкость. К власти пришёл брат Сюэ Циня, уже не помню его имени. Почти всех детей бывшего правителя убили. Лю Ши тоже не повезло. А вот Аня понравилась новому богдыхану. Её расцветшая красота стала спасением, хотя можно и поспорить, что лучше… – Петрович замолчал, сжимая руками колени. Его взгляд был устремлён в пол. – Девушку «определили» в наложницы и стали обучать искусству любви. Это не было её выбором, княжич. Так сложились обстоятельства.

– А как она спаслась?

– Однажды в Цицикар приехало русское посольство. Я не знаю, с какой целью. Возможно, как раз для того, чтобы выкупить пленников, разными путями попавших в Китай. Анне повезло. Невероятно повезло, что её заметил один из чиновников. Да и трудно не заметить русскую девушку во дворце богдыхана. Чиновнику удалось поговорить с ней, узнать, откуда она. И после этого он поднял шум. В общем, Анна стоила посольству очень больших денег, – Петрович грустно усмехнулся. – И эти-то денежки ей пришлось отрабатывать, грубо говоря. Чиновник оказался непростым господином. Из Конторы. Но я подозреваю, что он работал на разведку. Анна приехала с ним во Владивосток и вскоре открыла женский салон. Подобрала персонал под определённые задачи и стала собирать информацию. Владивосток – наш форпост на Дальнем Востоке, и ничего удивительного, что там крутилось огромное количество агентов из разных стран: американцев, китайцев, японцев, даже индусы отметились.

– А как ты с ней познакомился? – меня история заинтересовала, позволила ощутить сопричастность к тем событиям, осознать боль потери родных, отчизны маленькой девочки. Да, у неё не было выбора.

– Так я сопровождал посольство в составе охраны, когда оно пересекло границу, – усмехнулся Петрович. – Самое забавное, что познакомился я с Анной только во Владивостоке, а до этого её тщательно прятали, как и других бывших рабов. Меня приставили охранять девушку. Ну, как охранять? Скорее, присматривать, чтобы никто не обижал.

– Ты с ней спал? – напрямую спросил я.

– Для тебя это важно? – комендант цепко взглянул на меня.

– Не то чтобы… – я помялся, в самом деле не зная, что именно хотел услышать от Петровича.

– Не спал, – жёстко ответил тот. – Так иногда бывает, княжич. Анна считала меня братом, да и я не смог переступить невидимый порог, за которым рушатся отношения. У нас разница в возрасте была в двадцать лет. Может быть, Анна и стыдилась своего ремесла, но мне было плевать. Красивая молодая женщина умела обольщать так, что её внимания стали добиваться не только иностранцы, но и местная элита: аристо, дворяне, служащие на государственных постах. Представляешь, какой поток информации пошёл в Контору? В любой момент девушку могли разоблачить и даже избавиться от неё. Мне дважды пришлось спасать её. И я нисколько не жалею, что выпустил кишки ублюдкам, поднявшим на Аню руку.

– Самураи бывшими не бывают? – улыбнулся я.

– В точку, княжич, – усмехнулся в ответ Петрович, уловив изменение в моём настроении. – Это та женщина, которая сумеет с деликатностью и профессионализмом научить тебя приносить радость и наслаждение своим избранницам. В конце концов никто не заставит тебя признаться, где ты получил такие знания, если сам не захочешь.

– Ни за что не захочу, – я поёжился. – Наверное, ты прав. Глупо сопротивляться тому, о чём подспудно фантазируешь чуть ли не каждую ночь.

– По ночам надо спать, а не фантазировать, – грубовато пошутил Петрович, но именно это меня и встряхнуло, заставило по-другому взглянуть на ситуацию. – Вон, некоторые мажоры в твоём возрасте не одну девицу попробовали до свадьбы, и ничего, не рефлексируют.

– А ты за ними следишь, что ли?

– Профессиональная деформация, – хмыкнул комендант. – Поверь, тебе пригодятся досье на некоторых из них.

– Опасный ты человек, Сыч.

– Только не для тебя, княжич, и не для твоих друзей. Я князю Георгию клятву на крови давал. А ты его сын, его кровь.

– А если я создам полноценный новый Род, ты сменишь клятву верности именно на верность мне? – задал я важный вопрос.

– Хочешь удержать меня при себе? – после недолгого молчания поинтересовался комендант. – А нужны ли тебе старики?

– Нашёл старика, – фыркнул я. – Да таких, как ваша банда, днём с огнём не сыщешь.

Вместо ответа Петрович хлопнул ладонями по коленям и встал.

– Ложись спать, Андрей Георгиевич. И ни о чём не думай. А с завтрашнего дня у тебя начнётся совсем другая жизнь.

… К назначенному времени «Фаэтон» подъехал к дому, который был указан на визитке. Никанор остался за рулём, а Яким и Вася, которых сменили Игорь с Владом (я пока не решился снять охрану Нины), вышли наружу, огляделись по сторонам и направились к подъезду.

Анна жила в одной из высотных новостроек на юго-западе Москвы, в Филях. Красивый двор, весь в зазеленевших деревьях и кустарниках, с большой детской площадкой, уютными беседками был сейчас подсвечен уличными фонарями. Где-то бренчала гитара, слышался задорный смех.

– Можно выходить, Андрей Георгиевич, – к открытому окошку наклонился Вася. – Всё чисто. Яким ждёт в подъезде.

Он открыл дверцу, и я с бьющимся от волнения сердцем и странным ощущением, что прикасаюсь к чему-то запретному, вылез наружу, не забыв захватить букет бордовых роз. Кем бы ни была женщина, к которой я иду в первый раз, цветы – это беспроигрышный вариант.

Анна жила на десятом этаже, поэтому мы воспользовались лифтом. Яким встретил нас возле нужной двери.

– Ждите меня в машине. Когда освобожусь, позвоню, – сказал я, с силой сжимая букет. – Как выгляжу? Нормально?

Сахаляры посмотрели на меня и синхронно кивнули.

– Тогда я пошёл.

Василий поднялся на один пролёт вверх, а Яким – занял позицию внизу. Пока я не зайду в квартиру и не отзвонюсь, они будут находиться здесь. Мой палец нажал на кнопку звонка. Дверь с хорошей звукоизоляцией, никаких звуков не слышно. Я снова потянулся к звонку, но тут раздался щелчок запорного язычка – и створка медленно открылась больше чем наполовину. Я машинально дёрнул кадыком, проглатывая комок. Женщина в приталенном длинном платье бежевого цвета с улыбкой смотрела на меня, застывшего столбом с букетом роз.

– Здравствуйте, Анна, – унимая бешеное биение сердца, выдавил я.

– А ты действительно красавчик, – приятным грудным голосом проговорила она. – Проходи, не стесняйся. Я не кусаюсь.

Я сделал несколько шагов в просторную прихожую, залитую электрическим светом. И ощутил тонкий, в меру возбуждающий аромат каких-то духов, которыми пахла Анна. Услышав щелчок закрываемой двери, обернулся. И с лёгкой долей нахальства, чтобы перебороть робость, произнёс в ответ:

– Петрович был прав: вы очень красивая женщина.

И протянул ей букет.

– Спасибо, – улыбнулась Анна. С яркими цветами на фоне светлого платья она выглядела обворожительно. – Петрович ошибается редко в своих оценках. Но и моя интуиция мне подсказывает, что мы быстро найдём общий язык друг с другом.

Конец двенадцатой книги