Текст книги "Вик Разрушитель 12 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 31 страниц)

Мгновенная, полная, абсолютная пустота, сконцентрированная в одной ладони – и броня «Титана» не выдержала. Нет. Она не раскололась, как скорлупа ореха. Произошёл энергетический сбой. Встроенные усилители, сервоприводы, сенсоры – всё отключилось на секунду. Интегратор, как магический инструмент, продолжал работать, но Эрик не мог даже пошевелиться.

Со стороны могло показаться, что я нанёс всего лишь один удар. Но их было два, мгновенных и быстрых, как бросок кобры. После второго Эрик зашатался, и увлекаемый тяжестью обездвиженного бронекостюма, завалился на спину.

То, что это победа, я не сомневался. Дал команду поднять щиток и услышал тишину трибун. Понимаю, сейчас все переживают за поражение своего любимца. Но я честно устроил им шоу, хотя мог закончить бой за две-три минуты.

2

Олаф один из первых поднялся на ноги и зааплодировал, отдавая должное красивой и эффектной победе княжича Мамонова. Невесты Андрея, сдерживая эмоции, тоже присоединились к нему. Сияющая Астрид с гордостью взглянула на отца, бесстрастно взиравшего на арену, где сейчас русский антимаг помогал подняться поверженному Эрику.

Гости на королевской трибуне, не жалея ладоней, приветствовали столь красочный бой. Русский посол Зюзин что-то говорил военному атташе в мундире русской имперской армии, и тот медленно кивал в такт его словам.

– Он или талантливый актёр, или нечто другое, – усмехаясь, сказал Вигбьёрд, тем не менее аплодируя победе. – В любом случае, нам повезло, что этот парень будет на нашей стороне.

– Поясни, – услышал его Харальд. – Что ты принял за актёрскую игру?

– Ну… Андрей же мог за несколько минут размотать Эрика, но вместо тотального преимущества дал ему возможность сопротивляться, – уверенно ответил средний кронпринц. – Такое ощущение, что Мамонов то активировал свой Дар, то дрался без него, но применяя какие-то иные техники, которые никто и не видел. Он ими словно жонглировал…

– Помолчи, сын, – повелительным жестом поднял руку Харальд. – Свои рассуждения оставь для дома. Здесь не то место, чтобы раскрывать некоторые способности будущего родственника.

– Извини, отец, – Вигбьёрд принял к своему сведению разумное замечание и поглядел на Астрид, которая со сверкающими от гордости глазами следила за женихом, который о чём-то беседовал с Эриком, периодически показывая руками жесты, больше похожие на разбор некоторых приёмов.

«Ну вот, скоро сестрёнка покинет наш дом и войдёт одной из жён в дом княжича Мамонова, – подумал кронпринц. – Интересно, кого же Андрей выберет старшей супругой? Сообразно статусу Астрид должна быть первой. Она всё же дочь короля, а Лидия – всего лишь внучка императора. Но кто разберёт этих русских князей. Рациональность – не их конёк».

– Ярл Снорре, ваш племянник, вероятно, сегодня не выспался? – услышал Вигбъёрд ироничный голос отца. – Когда исход битвы уже был практически решён, Берсерк показал всю свою ярость. И «Удар Милосердия» оказался впечатляющим… только я впервые вижу, что противник Берсерка от него ушёл невредимым.

– Ваше Величество, я огорчён проигрышем Эрика, – покаянно опустил голову ярл Фолькунг, специально приехавший на встречу вместе с молодой баронессой Ингер фон Ашегер. – Увы, мои наставления прошли мимо ушей мальчика, почему-то уверовавшего в свою сегодняшнюю победу. Андрей Мамонов – непобедимый пилот, говорил я племяннику. Ты же не раз ему уступал. Этот факт должен отложиться на подкорке; выходя против русского княжича, ты должен помнить об этом. Но я уверен, что Эрик сейчас соберётся и отыграется.

– Дядюшка, вы излишне строги к Эрику, – баронесса с бесстрастным выражением на лице всё же пыталась защитить жениха. – Княжич Мамонов владеет какой-то уникальной техникой. У него магия совмещена с восточными духовными практиками. Я одно время увлекалась чем-то подобным, и могу отличить стойку для пестования магоформы от стойки, применяемой в Дим-мак вай или Дим-мак нэй. Но сейчас я увидела «чистый» Дим-мак.

Король с интересом поглядел на баронессу, кивнул в знак того, что понял высказанную мысль.

– Я охотно послушаю вашу лекцию об иноземных духовных практиках, милая Ингер, – проговорил он спустя несколько секунд молчания. – Пожалуй, ярл Снорре, приглашу вас с племянником и его невестой на обед, когда русские гости уедут, и ажиотаж немного спадёт.

– С радостью, Ваше Величество, – поклонился Фолькунг, то же самое сделала баронесса. Кажется, укор со стороны короля его нисколько не обидел, или же мужчина очень хорошо владел собой. Все знали, что Харальд Свирепый требовал от своих подданных невозможного. И откровенно жаждал увидеть победу Берсерка. При том, что уже знал, кто одержит верх в этом мини-соревновании.

Вигбъёрд подумал, что отец не так уж и сердился, когда выговаривал ярлу Снорре за Берсерка. Формально-то победил пилот, который вскоре станет мужем принцессы, а значит, в нём живёт дух викинга. Развеселившись от столь парадоксальной мысли, кронпринц забрал с подноса проходившего мимо стюарда бокал шампанского, после чего присоединился к русским гостьям и Астрид. Девушки решили размять ноги перед третьим раундом, и в ожидании, когда работники стадиона подготовят мишени разных размеров, о чём-то весело переговаривались в сторонке.

– Можно вас поздравить, леди, с заслуженной победой Андрея? – улыбнулся он, подняв бокал. – Честно говоря, до сего момента я сомневался, насколько хорош княжич в бою экзоскелетов.

– Вас ввели в заблуждение, Ваше Высочество, – улыбнулась уголками губ Великая княжна Лидия. – Какие могут быть сомнения, если Андрей Мамонов не проиграл ни одного боя, как в официальных встречах, так и товарищеских. Единственный случай, который я помню, где была ничья – это спарринг с князем Оболенским.

Она деликатно умолчала о своей победе над Андреем в Лужниках. Вряд ли кто из присутствующих знает об этом эпизоде… То была их первая встреча.

– По обоюдному согласию, – уточнила Арина.

– А в чём секрет? – полюбопытствовал Вигбъёрд. – Высокотехнологичное оборудование? Особая магия? Или ещё что-то новенькое из разработок русских инженеров?

– Это не заводской экзоскелет, – сжала губы Лида. – Андрей вместе со своим инженером и механиками несколько лет собирал его, начиная с чертежей. Свои станки, мастерская, различные компоненты…

– Такого не может быть, – удивился кронпринц. – По экстерьеру видно, что броня – не самоделка. И она очень похожа на американский «Арморекс». Кстати, тот почему-то не вышел на рынок, хотя анонсировался. И госпожа Стингрей вдруг объявилась в России. Интересное совпадение.

– Госпожа Стингрей сама признала, что «Арморекс» и «Бастион» схожи только внешне, но у последнего всё оснащение и программное обеспечение – русское, – Лида не хотела раскрывать некоторые тайны бронекостюма, в котором выступал Андрей.

– Сейчас почти любая модель имеет то или иное сходство, – примиряюще сказала Астрид, поняв, что любопытство Вигбьёрда неслучайно. Его тоже задело поражение Берсерка, и почему так произошло, он и хотел выяснить опосредованно, через тех, кто хорошо знает княжича Мамонова. А вдруг девушки могут выболтать какой-нибудь интересный факт? Со стороны брата такое поведение выглядело странно, даже неприлично. – Не вижу причин спорить по этому поводу.

Недовольство принцессы Вигбъёрд уловил прекрасно и улыбнулся, взяв её за руку.

– Прости, ты права. Не тот случай, чтобы обсуждать технические детали, когда можно поздравить наших прекрасных гостий с победой Андрея.

Арина чуть-чуть сощурилась, переводя взгляд с Астрид на кронпринца, но в разговор родственников вмешиваться не стала. Но свои выводы из услышанного сделала.

– Сейчас начнётся третий раунд! – воскликнула Нина. – Давайте смотреть!

Девушки расселись по своим местам. Лида призналась:

– Мне не совсем понятно, зачем после таких зрелищных раундов нужно разрушать мишени? Это же скучно!

– Поверь, тебе будет интересно, – улыбнулась Астрид, сидевшая по правую сторону от Великой княжны.

Над стадионом прозвучал усиленный с помощью микрофонов гонг. На экранах крупным планом показали обоих пилотов, ждущих какого-то сигнала. В это же время раздался голос диктора. Он несколько минут что-то говорил, и Астрид пришлось переводить его речь подругам:

– Дамы и господа! Схватка пилотов в воздухе и на земле показала нам их силу и дух. Они не просто сражаются, но и мыслят, реагируют на хитрость друг друга, преодолевают силу магии! Но кто из наших героев достоин звания Истинного Воина Севера? Встречайте – «Испытание Стихиями»! Правила таковы: из-под арены, управляемой сложной системой гидравлики и магических конструктов, будут подниматься препятствия. За каждым из них находится мишень. Задача – поразить цель любым способом, но только после того, как препятствие будет преодолено. Засчитываются попадания, скорость, и, что важнее всего – стиль.

– Оригинально и интересно, – Лида всё равно источала равнодушие. Ей было достаточно того, что Андрей дважды победил Берсерка в бою, а не разрушая мишени. Скорее всего, княжич «вежливо» проиграет, чтобы Эрику не было так обидно. Но будет довольно странно, если именно Биргерссону присвоят звание «Истинного Воина Севера».

– А стартовать они будут одновременно? – спросила Нина. – Или каждый по одиночке, но по времени?

– Честно, я не знаю, – покачала головой Астрид. – Мероприятие готовили братья, но мне они ничего не сказали, только загадочно улыбались. В любом случае, будет интересно.

Снова прозвучал гонг. Диктор объявил имя Эрика Биргерссона, и тот шагнул вперёд, поднимая руки для приветствия. Трибуны яростно рукоплескали ему и скандировали имя, как будто давая Берсерку необходимый заряд к победе. На одном из табло появились цифры отсчёта. На противоположном, во весь экран – тёмное стекло шлема, яркие блики на броневых пластинах. Фигура Эрика стала похожа на сжатую пружину, ждущую момента, чтобы освободить чудовищную мощь энергии, смести с пути любое препятствие.

– Varsågod[1]! – раздался рык диктора.

И Берсерк, набирая скорость, зашагал навстречу первой мишени, учащая ход, но не срываясь на бег. Он словно чего-то ждал. И в этот момент из земли с шипением и рёвом взметнулась высокая стена из огня. Жар оказался настолько силён, что, казалось, расплавит броню «Титана». Защитные панели заработали на всю катушку, отражая магические флуктуации Стихии. Пламя переливалось синим и алым, жадно шевелило своими щупальцами, ожидая, когда смельчак подойдёт ближе, чтобы сожрать его.

Эрик не стал раздумывать. Он просто попёр сквозь огненную стену. Его бронекостюм раскалился докрасна, но встроенные охладители и его собственная ярость позволили прорваться на другую сторону. Сгоревшее напыление едко дымилось, но не обращая на это внимания, пилот выбросил вперёд руку с раскрытой ладонью. Огромный ледяной серп, крутясь, развалил первую мишень пополам. Трибуны заревели, поддерживая чистую и дикую мощь Берсерка.

С гулким шумом середина поля разошлась по сторонам, выдвигая платформу, на которой возвышался лабиринт из прозрачных, как стекло, ледяных стен, толщиной сантиметров сорок-пятьдесят, абсолютно гладких, без единой щели. Но самое неприятное – они постоянно двигались и перестраивались, как в калейдоскопе, как только Эрик делал шаг в какой-нибудь коридор. Зрителям хорошо была видна мишень – маленький, быстро вращающийся шар в центре лабиринта. Для Берсерка появившееся препятствие подходило как нельзя лучше – он владел Стихией Воды и мог манипулировать атрибутом Льда.

Но произошло неожиданное. Эрика, кажется, привело в ярость постоянное перемещение стен. Он попёр напрямик, просто сшибая, как тараном, стены. Его «Титан» благополучно выдержал разрушение нескольких ледяных перегородок. Но лабиринт оказался не так прост. Магия перестроила его, изменив конфигурацию коридоров, так что стало совсем непонятно, где находится выход. Пилот мог вместо него выйти ко входу, даже не поняв, что лабиринт его дурит. Это был знак для Берсерка: прохождение могло быть аннулировано. Тогда он замер на месте, словно прислушиваясь к чему, или анализируя следующий ход.

И, кажется, ему удалось поймать ритм перемещения стен. Он рванул вперёд в тот момент, когда между ними появился просвет, нырнул в коридор, промчался по нему, остановился снова, дождался следующего сдвига. И так раз за разом, рывками, приближаясь к цели. Почти прорвавшись к выходу, Эрик увидел крутящийся в воздухе шар и метнул в него «ледяной топор». Магоформа угодила точно в цель, рассыпая мишень на мириады льдинок.

Зрители оценили ход и наградили своего любимца шквалом аплодисментов.

Не успев перевести дух, Эрик увидел поднимающееся гигантское колесо с лопастями из зачарованной стали. Лопасти вращались с такой скоростью, что превратились в размытый круг, способный разрезать броню на металлические ленты. За колесом, в конце арены, загорелась финальная мишень – огромный голографический дракон, который ещё и двигался по сложной траектории.

Трибуны ахнули. Берсерк разогнался до предела и прыгнул прямо на колесо. На плечах бронекостюма выросли шипы, которыми он зацепился за одну из лопастей, подбросившую Эрика вверх как из катапульты. Шипы тут же исчезли, а пилот на какую-то долю секунды использовал инерцию двигателя, чтобы перелететь на другую сторону колеса. И ещё в полёте обрушил на дракона целую очередь «водных» серпов. Часть из них ушла в «молоко», но остальные поразили мишень. Голограмма рассыпалась голубыми искрами и погасла. На экране застыли цифры. Арбитры сейчас оценивали выступление пилота не только по времени, но и по мастерству исполнения. Через минуту-другую табло показало окончательную цифру, которую должен был побить русский княжич.

– Это хороший результат? – поинтересовалась Лида, увлёкшаяся зрелищем, которое оказалось не таким уж и унылым, у Астрид.

– Очень, – подтвердила принцесса. – Эрик побил собственный рекорд прошлого года на три балла.

– Боюсь, Андрей не сможет пройти так же быстро, как Берсерк, – прошептала на ухо Арине Нина Захарьина.

Княжна Голицына лишь улыбнулась уголками губ. Скорее, наоборот, Андрею предстоит потрудиться, чтобы этот рекорд не пал так легко.

Примечание:

[1] Вперёд! (швед)

Глава 2

1

Я внимательно следил не только за Эриком, но и за механикой препятствий. Первое можно пройти довольно быстро, а вот в лабиринте придётся «застрять», чтобы не вызвать разочарования у зрителей на мгновенное поражение мишени. Да и у арбитров возникнут подозрения, почему моя магия так легко сносит препятствия. И колесо… Самый опасный аттракцион. Ведь его нельзя просто перелететь, нужна фиксация контакта. Но у меня нет шипов и разных крючков; столь искусную технику нужно отрабатывать не один месяц. Справедливости ради, Эрик Биргерссон больше пилот-спортсмен, чем пилот-боец. Он уважение к себе и авторитет Скандии зарабатывает на многочисленных соревнованиях.

Прозвучал гонг к началу моего выступления. Я закрыл лицевой щиток и стал ждать, когда из-под земли рванёт стена пламени. Три, два, один… В небо с рёвом поднялось ярчайшее пламя, от которого защитное стекло шлема мгновенно перешло в затемнённый режим. Погнали!

Я не стал прорываться сквозь огонь, а использовал антимагию точечно, как аккуратный разрез скальпелем в нужном месте. Для этого пришлось создать «воронку пустоты» прямо перед собой, точнее, некий конус, который пробил в стене пламени безопасный туннель. Теперь у меня несколько секунд, чтобы пройти по нему на другую сторону. И спокойно, демонстрируя, в первую очередь, для зрителей пассы руками, миную огненное заграждение. Пусть думают, что это такая магическая техника. Теперь остаётся выбросить руку вперёд, сформировать силовое поле и визуализировать его в виде летящего роя мелких и спрессованных огненных шариков. Получилось эффектно, расчётливо и красиво. Продырявленная мишень рухнула на землю, не загоревшись. Надеюсь, никто не задумается, почему так получилось.

Я не обращал внимания на табло, где мелькали цифры, отчитывая время прохождения. Мне было неважно, проиграю или выиграю. А вот поиграть с устроителями, которые вложили в препятствия свои силы и магические хитрости, хотелось неимоверно.

– Система в порядке, – прозвучал голос Гены Берга, продолжавшего следить за состоянием «Бастиона».

Дождавшись, когда передо мной возникнет сияющий на солнце ледяной лабиринт, я замер у входа, чтобы оценить его магическую структуру. Придётся потрудиться. Плетения очень прочные, с бесконечными дублированиями узлов. Значит, нужно найти основные из них, питающие всю конструкцию. Разогнав ядро до нужного состояния, я шагнул в лабиринт, выбрал для себя коридор и двинулся по нему, пока не уткнулся в стену. Найдя точку напряжения, создал «Разрыв Нити» и лёгким касанием «пустоты» нанёс силовой удар. Часть стены с грохотом обрушилась под ноги, открывая проход. Я перешагнул через ледяные обломки и устремился дальше. Но стены вдруг начали смыкаться, пытаясь раздавить меня своей тяжестью и массой. Чародеи обиделись, что ли? Так я не тупо ломаю преграду, как Эрик несколько минут назад, а действую по логике разрушения магических плетений.

Лабиринт меня не пугал. Находя всё новые и новые места, где узлы были слабее всего, я разрушал их точечными импульсами, пока не добрался до висящего в воздухе шара и не сбил его.

Судя по свисту и гулу, зрителям не особо понравилось, как я прорвался через лабиринт. Честно говоря, ожидал снятия с состязания. Как судьи отреагируют на мою технику? Сочтут ли её правильной, или же они не сообразили, что я продемонстрировал?

Скрежет и едва ощутимая в «скелете» дрожь под ногами стали ответом на мой вопрос. Состязание решили продолжить. И теперь передо мной выросло жуткое колесо с вращающимися лопастями. Издали эту конструкцию я не мог разглядеть как следует, а сейчас увидел воочию, что она из себя представляет. Оказывается, внутри самого колеса с невероятной скоростью крутились два ряда лопастей, причём, второй двигался асинхронно. Проскочить между ними совершенно невозможно, потому что препятствие не имеет магического наполнения. Это – инженерное сооружение, а значит, моя антимагия не поможет. Хотя… есть один вариант, но сработает ли он без наличия Источника? Придётся разогнать ядро до критического состояния, иначе не получится сделать то, что задумал.

Включённые звуковые фильтры погрузили меня в абсолютную тишину, мерный и шелестящий шум колёс куда-то пропал. Я опустился на одно колено, касаясь правой перчаткой земли, и закрыл глаза, входя в глубокий транс. Мне нужно создать «Раковину» – высшую форму антимагического умения, слившегося с энергией духовных практик. Техника, открытая мною, позволит построить идеальную траекторию, с помощью которой я пройду сквозь колесо. Проще говоря, я хочу физически замедлить время.

Погружение в транс помогло моему сознанию на миг синхронизироваться с вращением передних лопастей, и тут же воздействовать на внутренний ряд, находя в их движении микроскопическую паузу, разрыв, точку переключения фаз.

Раз! Срываюсь с места, оставляя за собой глубокую колею выдранного дёрна. Два! Лопасть проносится в миллиметре от моего лица, но я уже проскользнул дальше, на полшага изменив движение, чтобы войти в более узкую щель между жуткими металлическими лезвиями смерти. Три! Тягучий скрежет лопасти, едва коснувшийся моего ранца с батареями, звучит как запоздалый рёв обманутого зверя. И я оказываюсь по другую сторону чёртовой карусели, чтобы во всей красе разглядеть голографического дракона. Такой красавец, жалко даже уничтожать. А снежный дракон и росомаха как будут глядеться на родовом гербе, интересно?

На моей ладони взбухает «сфера абсолютной пустоты». Теперь-то я могу использовать антимагическое оружие. Направляю его на дракона. Сфера подлетает к мечущейся твари, но не взрывается – она втянула голограмму в себя, искажая и ломая чёткие линии. А потом мишень аннигилировала с гулким хлопком, от которого по трибунам пронёсся ледяной ветер.

Цифры на табло застыли, знаменуя окончание состязания. Эрик, стоявший поодаль в ожидании моего финиша, подошёл ко мне. Подняв защитное стекло, я улыбнулся, ощущая, как по лицу катятся крупные капли пота.

– Ты – самоубийца, – заявил Берсерк, покачивая головой, тем не менее, протягивая руку в перчатке.

Я вложил в неё свою, крепко пожал.

– Это почему?

– Меня в ледяную дрожь бросило, когда ты в это адское колесо шагнул. Подумал, ну всё, пропал княжич. Сейчас полетят по сторонам металлические ошмётки. Если бы ты слышал, какая гробовая тишина установилась на трибунах – оценил бы трагизм ситуации.

– Всё было рассчитано, – я усмехнулся, радуясь своей прозорливости, когда оттачивал технику «Раковины», долгими вечерами пропадая на тренировочной площадке. Как будто знал, что пригодится. А если честно, за бравадой скрывался запоздалый страх. Я никогда не использовал этот приём в «полевых» условиях, и малейшая ошибка могла привести к непоправимому. Превратиться в фарш на глазах невест – хуже истории не придумаешь. Дурацкая смерть, от которой можно только покраснеть. Но мертвецы не умеют краснеть.

– Извини за прямоту, Андрей, – Эрик приложил руку к груди. – Надеюсь, не станешь меня на дуэль вызывать… Но ты сумасшедший.

– Как и ты. Такой прыжок тоже не из разряда легкодоступных.

Мы оба засмеялись и взглянули на табло, где застыли цифры моего забега.

– Чего они тянут? – удивился Бергерссон.

– Думают, аннулировать мой результат или оставить всё как есть, – предположил я. – Видел, как я проходил ледяной лабиринт?

– Видел. Всё чётко и по делу, – хмыкнул Эрик. – Ты же стены не просто так ломал, а бил по магическим узлам, разрушая схему.

– Ого, догадался! – а Берсерк-то умный малый!

– Обычная тактика, если попадаешь в подобную ситуацию, – Биргерссон пошевелил металлическими плечами. – Наши эрили частенько устраивают тренировки в ледяных лабиринтах. Тут что главное: быстро отыскать слабые узлы и методично их разрушить, нарушая магическую связку. Потому что иначе будешь плутать в коридорах до скончания века.

– И многие так умеют?

– Как ни странно – нет, – хмыкнул бывший соперник. – Оказывается, подобная мудрость не для всех доступна. Я вот внимательно своих учителей слушал, и не жалею, что тратил много сил на эту технику.

– А что же ты тогда, как слон, ломился вперёд, не используя такую технику? – удивился я.

– Понимаешь, я её и использую, но тут ты меня сильно разозлил, вот и полез напролом, несмотря ни на что. «Забрало упало», – весело оскалился парень. – Заодно захотел проверить, как отреагируют арбитры,

В это время трибуны взорвались восторженными криками. Но хватало свиста и недовольных воплей. Не знаю, что не понравилось зрителям. На табло загорелись цифры. Подсчёт закончился, и стало ясно, что Эрик опередил меня всего на один балл. Берсерк расплылся в улыбке и хлопнул по моему плечу тяжёлой ладонью.

– Поздравляю с победой, брат! Я впервые не расстраиваюсь, что проиграл. И знаешь, подумал вот о чём: дядюшка Снорре поступил очень мудро, подарив тебе перстень. Чёрт возьми, я рад, что мы никогда не будем врагами! Хочу надеяться на это, – исправился он.

– Я тоже надеюсь, брат, – с размаху опускаю свою длань на плечо Эрика.

А потом мы по-дружески обнялись, улыбаясь, с лязгом соприкоснувшись броневыми пластинами. Этот момент схватили операторы, и теперь вовсю крутили его на экранах. Невидимый диктор что-то восторженно вопил, в воздухе с гулкими хлопками расцвели огни фейерверка. И мы с чувством выполненного долга пошли через всё поле под трибуны, не забыв поприветствовать короля и гостей в ложе. Я же отыскал взглядом своих невест и послал им воздушный поцелуй.

2

– В чём дело? – хмуря брови, спросил Харальд, глядя на табло, где уже некоторое время застыло время, отмечавшее окончание раунда княжичем Мамоновым. – Почему не объявляют победителя?

– Дорогой, не переживай, – погладила его руку королева Ранди, сидевшая справа. – Может, я чего-то не понимаю в спортивных расчётах, но по времени молодые люди закончили соревнование почти одинаково. Наш пилот всё равно проиграл, но выступил достойно. Надо его чем-то поощрить.

– Ваше Величество, позвольте объяснить, – раздался за спиной негромкий голос распорядителя королевской ложи. – Насколько я понимаю, у судей разногласия. И вопрос стоит о полном аннулировании результатов русского пилота после прохождения ледяного лабиринта.

– Это скандал! – вырвалось у Сиггрид. – Вы понимаете, чем грозит подобное заявление?

– Я понимаю, дротскона, – в голосе распорядителя появились нотки сожаления. – Но приглашённые судьи пользуются правом на собственное мнение, как и любой человек в нашем прекрасном королевстве. Для них конъюнктура не имеет никакого значения.

– А в чём проблема? – Харальд чуть-чуть повернул голову, показывая, что ему не нравится долгое ожидание. – Русский пилот прошёл лабиринт, используя свои магические техники. Опытный человек сразу определит, что он бил по узловым точкам, а не просто делал проход в стенах. В ином случае система сама бы определила, используется ли просто физическая сила, или игрок действует правильно. Раз Мамонов вышел невредимым из лабиринта, система посчитала, что воздействие на препятствия было приемлемым.

– Нисколько не сомневаюсь в справедливом мнении Его Величества, – низко поклонился распорядитель. – Будем надеяться, что арбитры примут правильное решение.

В это время Олаф и Вигбъёрд, сидя во втором ряду сразу за девушками, слушали их взволнованные голоса. Гости же в своём большинстве проявляли спокойствие, переговаривались друг с другом. У военных были свои интересы, у послов – совершенно иные. В ожидании вердикта судей почему бы не обсудить сторонние вопросы?

– Проход через адское колесо был явным безумием! – горячилась Великая княжна Лидия, держа в руке стакан с холодным лимонадом, и изо всех сил сдерживалась, чтобы ненароком не вскипятить его. С таким-то Даром! – У меня сердце едва не выскочило из груди! Разве можно так рисковать собой?

Заметив заинтересованных кронпринцев, наклонившихся к их ряду, сразу замолчала, сердито отвернувшись в сторону арены. На её щеках полыхал румянец.

– А мне понравился этот финт! – заявил Олаф. – Как и Его Величеству. Вы бы видели его лицо, когда Андрей просочился между лопастями колеса!

– Какой «просочился»? – удивлённо воскликнул Вигбъёрд. – Это же была пространственная телепортация в чистом виде! Неужели никто не понял, что там произошло? Княжич сделал шаг к колесу – и через мгновение был на другой стороне!

Уголки губ у принцессы Астрид дрогнули в улыбке. Да, она заметила применение Андреем техники «джампинга». Может, для других всё выглядело по-другому; большинство людей воспринимает мгновенное перемещение иначе, как размазанную картинку перед глазами. Астрид же умела раскладывать процесс движения на части, такая у неё была способность. Увиденное потрясло её. Мало того, что жених – антимаг, так он ещё и телепортироваться умеет. А это ведь чистейшая магия! Именно за счёт большого объёма маны можно пробить пространственный тоннель из одной точки в другую. Но магической энергии априори не может быть у Антимага. Как же тогда он это сделал? Загадок меньше не становилось, и Астрид вдруг захотела, чтобы свадьба состоялась как можно быстрее. Супруга имеет полное право получить допуск к семейным тайнам. И принцесса воспользуется этим правом сразу же! Не ради отца, нет! Ему не следует знать родовых секретов Мамоновых, которые она, став женой Андрея, рассчитывает постигнуть. Просто… Астрид своим аналитическим умом пришла к выводу, что у её избранника хватает и иных сюрпризов!

Трибуны заревели и зарукоплескали появившемуся итоговому результату. Судьи всё же разобрались в ситуации с ледяным лабиринтом (которые Астрид ненавидела всеми фибрами души) и приняли решение не аннулировать прохождение русским пилотом полосу препятствия. Но перевес Эрика в раунде был незначительным, и принцесса заподозрила, что Андрей победил и здесь, но при подсчёте баллов ему филигранно их понизили.

– Ура! – не сдерживаясь, крикнула Нина, хлопая в ладоши. – Мы победили!

Такая наивность изрядно повеселила молодых кронпринцев, но они сдержанно улыбнулись и подозвали стюарда с подносом. Девушки не стали отказываться от шампанского.

– Предлагаю выпить за русское мощное оружие, появившееся у императора Ивана! – провозгласил Олаф, поднимая бокал, и все его дружно поддержали.

Кронпринц по своей воле такими словами разбрасываться не мог, а значит, это была некая заготовка для иностранных гостей, многие из которых очень внимательно слушали милую болтовню молодёжи и делали выводы. Великая княжна Лидия, наученная отцом замечать подобные оговорки, сделала зарубку на память.

– Всё-таки Эрик очень благородный юноша, – проговорила Арина, когда увидела дружеские объятия двух пилотов. – Он ни разу не побеждал Андрея, а всё равно приятно наблюдать за их дружбой.

О том, что ярл Фолькунг предложил княжичу Мамонову гостеприимство своего клана, которое могло запросто перерасти в союзнические отношения, многие аристократические кланы уже знали. Ведомо это стало и королю Харальду. Но его реакция Фолькунгов не интересовала. Каждый род Скандии мог поступить так же с кем-то из чужестранцев, не требуя разрешения у сюзерена. Однако Харальд Свирепый поставил в уме зарубку следить за этой ситуацией. А если случится так, что Фолькунги, вздумав выступить против короля, попросят помощи у Андрея Мамонова? Правитель Скандии никогда не отметал даже самые сумасшедшие варианты, могущие привести к его низложению с трона. Ведь он сам стал править благодаря древнему обычаю: выйти с мечом против неугодного конунга и занять его место как более достойный.

А Фолькунги, на минуточку, когда-то правили Скандией. У десяти последних поколений течёт королевская кровь… пусть даже чуточку разбавленная. Да у кого она сейчас чистейшая? Харальд вынужден держать в уме подобные расклады, нравится ему или претит идея ярла Снорре подарить перстень гостеприимства Андрею Мамонову. Он политик, игрок и воин, защищающий своё королевство.

– Берсерку не суждено победить Андрея никогда, – с ухмылкой проговорил Вигбъёрд.

– Это почему? – удивился Олаф. – Нет такого оружия, на которое не найдётся более эффективное. Стоит Эрику понять, как действовать против Мамонова, тот проиграет.

– Поспорим, что такого не случится при нашей жизни? – улыбнулся младший брат.

– Не провоцируй меня, – сделав вид, что рассердился, наследник повернулся в сторону арены, по которой уходили оба пилота. – Ты же знаешь, я не люблю пари.

– Те не пари не любишь, а боишься проигрыша, – Вигбъёрд подмигнул Астрид, и та с непередаваемым выражением лица покачала головой. Всё-таки братец – та ещё заноза в мягком месте Олафа!