Текст книги "Вик Разрушитель 12 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 31 страниц)

Чуть поодаль виднелся кирпичный корпус будущей котельной, которая обеспечит теплом весь посёлок.

– Не ожидала такой быстроты, – призналась Арабелла. – У нас бюрократическая волокита длилась бы несколько месяцев. Пока дадут согласие различные инстанции, правозащитники природы и животных, можно поседеть от старости.

– В нашем случае повезло, – заметил я с улыбкой. – Строительство завода и посёлка находится под контролем Мстиславских. Вы должны понимать, Арабелла, что в таких случаях бюрократия обычно пасует и отступает.

– Я целиком и полностью поддерживаю такую позицию, – вернула мне улыбку молодая женщина. – Но лишь в самых крайних случаях, когда существует государственная необходимость.

– Можно возвращаться? – спросил я. – Убедился, что простоев нет, всё функционирует и приближает нас к заветному дню, когда мы может открыть завод. Сроки, надеюсь, не сместили вправо?

– Нет. Князь Владимир Данилович и вовсе оптимизмом лучится, – Стингрей задумчиво поглядела на строительную суету из окна машины. – Хочет, чтобы в августе уже были выпущены первые экземпляры «Бастиона».

– Нет-нет, ни в коем случае, – мне не понравился такой энтузиазм. – Лучше двигаться в графике. А если удастся сработать с опережением, то будет полезнее ещё раз всё внимательно проверить.

– Я ему говорила то же самое, но… Мне показалось, князю очень хочется преподнести сюрприз императору. Им движет… как бы правильнее высказаться… карьера. Наверное, от успеха «Бастиона» зависит его дальнейшая судьба при дворе вашего государя?

– В некотором смысле – да, – не стал отрицать я. – Но всё же основные вопросы решаются коллегиально теми, кто является хозяевами проекта.

– То есть Владимир Данилович – менеджер, – кивнула Арабелла. – Я так и поняла.

– Никанор, езжай в контору, – распорядился я, и пока водитель разворачивался, посмотрел на спутницу. – Мисс Стингрей, в России несколько иной принцип распределения обязанностей, особенно когда среди участников большинство – князья и высокородные аристократы. Ни в коем случае не демонстрируйте, что вы выше «менеджеров», если среди них числятся такие люди, как Владимир Данилович и его брат – Демьян Данилович. Когда будет сформирован Совет директоров, вот тогда станет ясно, как нам взаимодействовать друг с другом.

– Да, я понимаю, насколько в России сложная иерархическая система, – вздохнула Арабелла. – Мне пришлось сесть за изучение дворянского этикета. Дик меня всё время подзуживает, называет боярыней.

– Это правильное решение, – подбодрил я. – Кстати, когда у вас намечается свадьба?

– Решили осенью, после того, как запустим производство, – улыбнулась моя собеседница. – А медовый месяц проведём в Крыму. Всё равно меня в ближайшие годы в Европу не отпустят.

– Неплохо. Бархатный сезон, мало народу. Вам понравится.

Мы доехали до конторы, и Арабелла, попрощавшись, вылезла из машины, сама открыв дверцу. Ничего, скоро пообтешется, станет дворянкой, обзаведётся слугами и постепенно привыкнет к привычкам, что въелись в кровь потомственных аристо.

– Домой? – спросил сидящий рядом с Никанором Влад.

– Домой, – рассеянно ответил я, прокручивая в голове разговор с Арабеллой насчёт сенсорного комбинезона. Это прорывная технология, которая в случае удачной адаптации к «Бастиону» взорвёт рынок экзоскелетов. Для неодарённых и вовсе будет подарок. Армия получит сотни, а то и тысячи новых пилотов.

– Едем в Сокольники, – бросил в рацию Влад, и внедорожник сопровождения занял место впереди «Фаэтона».

Я уже второй день в Москве, а дел навалилось столько, что не успеваю вертеться. Даже со своими красавицами не могу встретиться в домашней обстановке, только в лицее. Понятно, что девушки тщательно скрывали свои эмоции, особенно Лида Мстиславская. Она-то знала гораздо больше о произошедшем на «Скандинавском экспрессе» благодаря отцу и деду. Конечно же, не утерпела и рассказала «сёстрам». Таких глаз, полных любви, гордости и переживаний за моё здоровье, я ещё никогда не видел.

Вот и получилось, что сегодня у меня была запланированная поездка на завод. Завтра Арабелла с Диком приедут в поместье для тестирования сенсорного комбинезона. Послезавтра заявятся чародеи из Магической Коллегии, будут осматривать будущий полигон, составлять план размещения спецоборудования. И в соответствии с ним сразу же начнутся земляные работы. Бульдозеры, самосвалы, бетономешалки, куча строителей – всё серьёзно.

А сегодня вечером я хочу побыть рядом с Источником. Нужно «познакомить» его с генетическим материалом Астрид. Зуд исследователя не даёт мне спать, подталкивает к экспериментам. Но в первую очередь я должен обеспечить безопасность моих будущих жён. Если за Арину и Нину мне уже спокойно, то принцесса Астрид и Великая княжна Лидия могут пострадать из-за всех изменений, что я внёс в структуру Алтаря. Нельзя забывать и о Веронике, чья генетическая матрица уже находится в Источнике. А по-хорошему, попозже надо проверить всех девушек, чтобы убедиться в безопасности их контактов с Алтарём. Проверить и подстроить структуру Источника под своих будущих жён и Веронику. Жизнь постоянно подкидывает сюрпризы. Кто знает, вдруг и княжна Елецкая однажды войдёт в мой дом хозяйкой.

Да, ещё нужно привязать нож, который мне подарил кузнец Стейн. Получится ли сделать его якорем в моей Яви, когда я уйду через портал в чужой мир?

Насчёт визитов к Мстиславским, Голицыным и Захарьиным с девушками я договорился. Для каждого нами согласована определённая дата. Как раз моим прелестницам хватит времени предупредить родителей и подготовиться к важному мероприятию. Понятно, что это дело небыстрое, учитывая мою занятость, но девушки меня не торопили, хотя им очень хотелось побыстрее перейти в статус невест. Лишь Нина Захарьина с лёгким беспокойством поглядела на меня. Для неё время играло очень большую роль с учётом давления отца, которого, в свою очередь, подталкивали Мстиславские. Кажется, без серьёзного разговора с Василием Романовичем не обойтись. И я не о просьбе руки его дочери. А о негласном договоре с императором.

Внедорожник и «Фаэтон» уже заехали во двор, а я всё сидел в машине, погрузившись в раздумья. Кто-то распахнул дверцу.

– Андрей Григорьевич, вы уже дома, – послышался голос Корня. – Можно выходить.

– Да, спасибо, – я вылез наружу и неторопливо зашагал к вольеру, где меня ждали подросшие щенки. Они встретили меня радостным повизгиванием. Теперь, когда я нечаянно обратил их в собак-антимагов, наше общение стало гораздо теснее. Даже кинолог признал, что животные уже не так тянутся к нему. Привыкли – да, общаются и слушаются, но появился какой-то непонятный фактор, отдаляющий их от него. Но свою работу обещал выполнить до конца. Скоро начнёт натаскивать их на охрану усадьбы.

– Андрей Георгиевич, когда будем испытывать комбинезон? – ко мне подошёл Гена с пакетом, в котором лежало новое изобретение Арабеллы.

– Часика через два загляну в мастерскую. Успеете протестировать сопряжение? – я дал полизать ладонь нахрапистому Атаману и поднялся, одёргивая куртку. – Наверное, нет смысла сразу же бегать в «скелете» по двору?

– Нет, сегодня достаточно будет того, что вы просто подвигаете руками и ногами, – Гена поправил очки. – Завтра устроим полноценное тестирование… Меня только одно беспокоит: каким образом сенсорная поверхность комбинезона будет воздействовать на сам бронекостюм. Теория-то хороша на словах и бумаге, а на деле может пшик получиться.

– Геннадий, не узнаю тебя, – я рассмеялся. – Ты же эту тему изучал и признал, что сенсорное управление на данный момент перспективно.

– Переживаю, что не получится, – признался Берг и протянул мне пакет. – Вот, вам лучше надеть его дома. Всё-таки придётся полностью обнажаться, и не дело на это смотреть механикам.

– Да, спасибо, что напомнил, – я забрал комбинезон и, уже никуда не заглядывая, направился домой.

Пока топтался в парадном, раздеваясь, подошла Маринка и спросила, когда подавать ужин.

– Через полчаса, – я хотел принять душ и немного отдохнуть. Ведь сразу с лицея я поехал на встречу с Арабеллой. Почти всю вторую половину дня использовал для инспекции завода и посёлка, если так можно сказать. А что будет, когда я возьму на себя функции Главы Рода? Не пора ли обзаводиться верными помощниками по разным направлениям?

Решив, что такой глобальный вопрос поднимать рано, я поднялся в свои апартаменты и без спешки принял душ. Переоделся в домашний костюм, оценил себя, глядя в зеркало. Не найдя ни одной морщинки на лице (шутка-шутка!), с довольным видом уселся в кресло и мысленно пробежался по своим планам. Впереди маячили выпускные экзамены и поступление в ВУЗ. Кстати, куда? В военный или гражданский? Военный в плане перспектив очень притягателен. Цесаревич расписал всё красочно, да и я сам собрал кое-какую информацию о Подольском ВВКУ. Но ведь это армия с уставами, дисциплиной, чётким распорядком дня. Никто не даст мне поблажки, и из казармы придётся вырываться по случаю. В таком случае какая мне женитьба? Такой подход к семейной жизни несерьёзен. Молодые жёны взбунтуются, если их супруг будет отсутствовать неделями. Они же меня на лоскутки рвать начнут, когда я в увольнение домой приду.

Гражданский университет предпочтительнее. У меня будет гораздо больше возможностей для манёвров. Да, материальная база слабовата, больше превалируют теоретические изыскания, эту проблему тоже нужно учитывать. В конце концов, кто мне мешает после получения диплома поступить на военную службу? Пусть даже в качестве вольнонаёмного. Но дадут ли мне в таком случае допуск к секретным разработкам?

Единственное, что сейчас я точно знал, несколько предстоящих месяцев будут насыщенными, придётся вертеться как белке в колесе. Тяжело вздохнув, я поглядел на часы. Пора идти ужинать. Дел ещё по горло помимо изучения учебного материала. Ничего-ничего, зато я сам волен выбирать свою судьбу. Согласен, есть положительные моменты, когда чья-то крепкая и властная рука корректирует и указывает дорогу, но ведь не настолько, чтобы подчиняться полностью диктату взрослых.

Звякнул колокольчик входящего сообщения. Я поднялся на ноги и подошёл к столу, где лежал телефон. Прочитал:

«Дорогой, у тебя в июне день рождения, не забыл, надеюсь? Зная твою занятость, я могу вместе с девочками взять на себя организацию вечеринки. Как смотришь на то, чтобы пригласить „Скоморохов“, „Эхо Валькирий“, Анжелику и ещё парочку групп, довольно известных в Москве?»

Я улыбнулся. На сердце стало тепло и приятно от такой заботы. Насчёт своего дня рождения, на котором мне исполнится восемнадцать лет, я даже и не думал. А вот княжна Голицына заранее беспокоится. Здорово, если она займётся подготовкой к торжеству.

«Нисколько не возражаю, милая. Буду очень благодарен за такую помощь. Список приглашённых родственников и друзей предоставлю позже», отбил я ответ.

«В таком случае я возьму на себя „нужных“ людей, вроде партнёров по бизнесу, спонсоров, рекламных агентов. Позже этот список согласуем. Вдруг ты не захочешь видеть кого-то из них».

«Отличная идея насчёт „нужных“ людей».

Странно, что Арина не позвонила, а общается именно таким способом. Наверное, сейчас где-нибудь едет или находится в гостях, где особо по телефону не посекретничаешь. Она попрощалась со мной, «стократно целуя», и я пошёл на ужин. Куан, Петрович, Эд, Гена Берг, Виктор Олегович уже ждали меня, и как только я занял своё место за столом, они опустились на стулья. Общий ужин со своими людьми сближает, а заодно позволяет решать те вопросы, которые (вроде бы) второстепенные, но тоже требуют обсуждения.

Сегодня, в основном, речь шла о системе безопасности, которую нужно пересмотреть с учётом расширения усадьбы. Петрович попросил ещё один внедорожник. Бойцов стало больше на несколько человек. Новичков пока обкатывают, не допуская до сопровождения. Но рано или поздно машина понадобится. Управляющий заметил, что нужно расширять штат прислуги, как бы я не старался оттянуть этот момент, когда в доме станет не провернуться от горничных и прочих дворецких. Ладно, насчёт горничных, автомехаников и садовников я особо не спорил. Они всегда должны быть под рукой. А все остальные услуги пока решили оставить в прежнем варианте: через краткосрочный контракт.

Такое общение под вкусные блюда очень сближают. Да, спорили, порой не соглашались друг с другом, но искали и находили приемлемые варианты.

– Андрюша, – после ужина ко мне подошла Оксана, смущённо теребя фартук, накинутый поверх платья. – Мне бы ещё одну помощницу. Маринка уже невестится, то и дело отпрашивается по каким-то своим сердечным делам. Я могу её поварёшкой по заду отшлёпать за такие вольности, но сам понимаешь, крутыми мерами только разозлишь девчонку.

– Конечно, Оксана, – я изобразил досаду на свою слепоту. – Надо было сразу эту проблему решить. А зачем одну? Давай, сразу двух. Пусть посменно работают, да и у тебя появится время в свет выйти. Застряла среди кастрюль, неправильно же.

– Две – хорошо, – задумчиво кивнула кухарка. – Такой вариант устраивает. Сама хотела предложить, но скромность победила.

Мы негромко посмеялись. Я пообещал поговорить с Казаковым. Когда он будет искать прислугу через биржу, заодно и помощниц для Оксаны подберёт.

– Или у тебя есть кандидатуры?

– Конечно есть, – почему-то поморщилась женщина. – Но не хочу всех знакомых тащить в ваш дом. Кумовство ни к чему хорошему не приводит. Да и рука у меня тяжёлая. Могу осерчать и как следует приложить. А зачем мне портить с ними отношения? Нет уж, пусть Виктор Олегович через биржу нанимает.

Логика Оксаны была проста и незамысловата. Она хотела остаться здесь старшей кухаркой, а конкурентки ей ни к чему. Пусть лучше ассистируют. Я не возражал. Человек, доказавший свой профессионализм на деле, всегда будет в моём приоритете.

– Хорошо, найдём тебе помощниц, – успокоил я разволновавшуюся Оксану.

– Спасибо, Андрюша! Вечерком плюшек свеженьких настряпаю! Обязательно попробуй!

– Кто же откажется от такого угощения? – я улыбнулся и направился к себе. Пора испытать новшество Арабеллы. Что же она сотворила?

Скинув с себя всю одежду, осторожно натянул на голое тело тончайшую ткань, на ощупь не совсем мягкую, а как будто пропитанную какой-то смесью, да ещё чем-то пахнущей, смолой, что ли? Попрыгал, поприседал, помахал руками. Вроде бы ничего не сковывает движения. А это важно, когда ведёшь бой. Малейший затык в управлении, переведённом на сенсорные датчики, и можно эпитафию на надгробие заказывать.

Я взглянул на себя в зеркале. Забавно, конечно. Комбинезон напоминал гибрид обычного термобелья, гоночного скелетона и высокотехнологичного медицинского корсета, да ещё с этими загадочными зажимами, соединяющими костюм с капюшоном. Ткань серебристо-матовая, с едва проглядываемыми дорожками-проводниками, похожими на синто-волокна, только распущенными, а не собранными в пучки, как в бронекостюме. Мелькнула мысль, что Арабелла слукавила. Технология напыления на ткань достаточно сложная. Во-первых, внутренний слой – это терморегулирующая мембрана с наночастицами ванадия (об этом сама госпожа Стингрей утверждала в разговорах с Бергом). Этот элемент меняет теплопроводность в зависимости от температуры тела пилота. Во-вторых, сам «сенсорный» слой в виде графеновой пропитки с неизвестными мне добавками. Просто невозможно в тех условиях, что сейчас предоставлены Арабелле, создать такой высокотехнологичный комбинезон. Или эта женщина дьявольски талантлива. Ведь у нас ещё нет микроэлектронной линии, о которой американка говорила. Получается, Арабелла – теоретически – может предоставить минимум две варианта создания подобных костюмов?

Я надел поверх комбинезона спортивный костюм, захватил с собой телефон и спустился в гостиную. Предупредил резавшихся в шахматы Никанора и Эда, что буду в мастерской.

На улице только сгущались сумерки, но светящиеся фонари уже освещали площадку перед воротами и дорожки. Возле сторожки маячил Горох и разговаривал с кем-то из «молодых» бойцов. Я с ними еще не со всеми познакомился, времени не хватает.

В мастерской привычно пахло припоем и разогретым железом; тихо гудели ЭВЦ, помаргивали светодиоды на тестовой аппаратуре; осциллографы чертили свои кривые; негромко переговаривались о чём-то Ворон и Ваня Гончар, распутывая тонкие провода.

– И что мне нужно делать? – спросил я, снимая с себя спортивный костюм. – Влезать в «скелет»?

– Андрей Георгиевич, сначала мы проведём тестирование прямо на вас, – Гена снял очки и помассировал веки. – Я поздно сообразил, что надо было комбинезон на манекен повесить, а не вам отдавать. Ребята давно бы прощупали его мультиметром.

– Если это не опасно, то щупайте его на мне, – пошутил я, вставая посреди мастерской на резиновый коврик. – Не будем терять времени. Его у нас и так нет. К запуску завода вся технология должна быть отработана.

– Тогда начнём, – кивнул Берг, напялив очки обратно. – Ворон, Ваня, подсоединяйте кабели к различным точкам тела.

Провода, которыми меня стали опутывать, были обычными, но на концах у них были микроскопические зацепы, которые крепко впивались в ткань комбинезона. Через несколько минут я стал похож на муху, попавшую в паутину.

– Готово, шеф, – весело ответил Ворон. – Можно начинать.

– Ну, теперь придётся потерпеть, – предупредил меня Гена. – Калибровка – процедура нудная, но необходимая. Алексей, запускай «Танец».

– Что за зверь такой? – поинтересовался я.

– Программа первичной калибровки, – пояснил Берг, подходя к сидящему за монитором механику. – Арабелла поделилась. Это её спецы писали под «Арморекс», но применить не успели… Так, Андрей Георгиевич, вам нужно будет выполнить серию движений, чтобы система поняла, что где находится, каков диапазон подвижности суставов, мышц, сухожилий. Как напрягаете мышцы перед ударом, с какой скоростью наносите его. Без этого линейные движки «Бастиона» будут отставать от ваших движений, либо, что хуже, наступит рассинхронизация.

Следующие два часа действительно стали настоящим мучением. Я стоял на коврике посреди помещения, окружённый камерами и какими-то приборами, похожими на лазерные дальномеры. Гена лично подсказывал мне, какие действия совершать. Сначала было забавно…

– Движение 47: подъём правой руки в сторону на 90 градусов. Медленно. Ещё медленнее. Зафиксировано. Движение 48: сгибание локтя, максимальная амплитуда. Остановитесь. Так…княжич, на пределе вы инстинктивно напрягаете трапециевидную мышцу. Система ловит это как команду на ускорение. Поднимаем порог чувствительности на десять процентов.

Эта подсказка уже для механиков.

– Понял, шеф, – Алексей внёс поправки в код.

– Ещё раз, Андрей Георгиевич.

Я выдохнул и выполнил указание инженера. Но потом спросил:

– А не проще ли записать стандартный профиль, а потом подогнать?

– Нет, – покачал головой Берг и привычным движением поправил очки. – Это же прототип. На стандартной программе он работает некорректно. Так как сейчас у нас имеются только два «Бастиона», и оба вы эксплуатируете, то для них нужно записать уникальный код, в котором будет сохранён каждый ваш чих, каждый миллиметр привычных движений.

Когда мы закончили калибровку, я думал, что сейчас залезу в бронекостюм и сопряжение пойдёт гораздо быстрее. Но у Берга были свои задумки. Порой мне кажется, что Гена упивается работой в небольшой мастерской и не жалеет средств для её модернизации. Откуда-то же появилась новая аппаратура разного назначения? Неужели свои деньги тратит?

– Нет, не будем спешить, – покачал головой Гена, когда я показал на экзоскелет. – Сначала протестируем дистанционно, во избежание проблем. Ворон, Иван, подключайте кабели к управляющему блоку «Бастиона».

Помощники перебросили кабели к процессору, который сразу зажужжал, просыпаясь. Стоявший на стапелях бронекостюм с шорохом самолично закрыл грудные бронеплиты.

– Включаю обратную связь, – объявил Алексей. – Теперь двигатели начнут повторять ваши движения, Андрей Георгиевич, но без нагрузки. Сделайте шаг правой ногой

Я выполнил просьбу Алексея. «Бастион» неожиданно для меня дёрнулся, словно пытался повторить то, что сделал я. Сервопривод на правой ноге тихо вжикнул, поднявшись и опустившись, и едва не слетел с платформы.

– Вот это и называется «нештатная ситуация», – Гена вытер тыльной стороной ладони влажный лоб. – Система увеличила ваш шаг в полтора раза. Датчики на бедре соврали. Алексей, смотри лог ошибок. Какой там канал?

– Третий блок сенсоров на правом бедре. Он перегрелся во время калибровки. Некорректное считывание. Поднимаем порог срабатывания?

– Подожди, – Берг задумчиво поглядел на меня, потирая подбородок. Решился: – Поднимаем. Андрей Георгиевич, не шевелитесь…

Настенные часы в мастерской показывали половину одиннадцатого вечера. Мы сидели за столом в каморке инженера и устало прихлёбывали горячий чай, заедая его шоколадными конфетами.

– То, что мы сегодня сделали – это чудо на костылях, если можно так сказать, – пояснил Гена. – Сенсорная сетка работает с задержкой в ноль целых три десятых секунды на сложные движения. Для боя это вечность, сами понимаете, Андрей Георгиевич. При активном движении процессор начинает перегреваться и воздействует на комбинезон. Соответственно, сенсорные блоки тоже разогреваются. Значит, систему вентиляции надо распределить по всему контуру «Бастиона». Иначе вы будете воевать не с противником, а со своим железом.

– Так в чём основная проблема? – я начал подозревать, что с комбинезоном придётся возиться очень долго, а значит, пока все усилия нужно направить на стандартные экзоскелеты с интеграторами и без оных.

– Основная проблема в корректном обмене сигналами комбинезона с процессором бронекостюма.

– Есть какие-то идеи, чтобы завтра озвучить их Арабелле?

Гена какое-то время молчал, сгибая обёртку конфеты в несколько раз.

– Возможно, придётся увеличить плотность сенсоров. Сейчас их сто пятьдесят точек на сантиметр. Нужно минимум триста, чтобы считывать движения без задержки. Желательно переписать алгоритм фильтрации шумов. Система ловит не только движение, но и микровибрации мышц. Нужно отсекать лишнее. Ну и поработать с процессором не помешает. Мне уже стало казаться, что он слишком медленный. Или я стал очень придирчивым к таким мелочам.

– Без сенсорного костюма процессор «Бастиона» вполне себе работоспособный.

– О чём я и говорю, – улыбнулся Гена. – У меня завышенные требования. Я же хорошо понимаю, в каких опасных мероприятиях вы участвуете. Бронекостюм должен работать идеально. А ещё нужен контроллер с параллельной архитектурой.

– Хорошо, я тебя понял, – кое-какие выводы я из этого разговора сделал. И похлопал по комбинезону. – Что ещё нужно для ускоренного ввода вот этого технологического чуда?

– Деньги, время и команда. Команда из трёх-четырёх инженеров. В идеале, из тех людей, что приехали с Арабеллой. Дик Трейси, кстати, вполне может тянуть часть работы в лаборатории, – Берг усмехнулся. – Хитрый тип, всё присматривается ко мне, пытается поймать на непрофессионализме.

– Как только мы запустим заводскую лабораторию, перейдёшь туда. Официальное трудоустройство, льготы, хорошая зарплата и финансирование со стороны Мстиславских и Мамоновых – всё это будет.

– А что с моими ребятами?

– Если они захотят работать на новых условиях – почему бы и нет? Тогда мастерскую закрою. Техническое обслуживание моих «скелетов» можно проводить и на заводе. Должен же я иметь хоть какие-то привилегии как хозяин проекта? – усмехаюсь и допиваю чай.

– Логично, – улыбнулся Гена. – Думаю, парни согласятся. В нормальной лаборатории можно прилично поднять свой уровень. Но подучиться им придётся.

– Кстати, а почему именно американские инженеры? В России нет достойных?

– Всех достойных и более-менее перспективных разобрали концерны.

– Уволенных оттуда – чем не вариант?

– Уволенные могут и обратно вернуться, когда поработают в «Бастионе». А заодно принесут в клювике своим хозяевам некоторые секреты наших разработок, – опасения Гены были разумными. – Так что пока только люди Арабеллы. Но своих тоже надо учить. Пусть не сразу, но лет через пять у будет подготовленная прослойка из русских инженеров.

– Да, своих надо готовить, – согласился я. – Но не просто готовить, а «привязывать» клятвой или каким-то особым договором о неразглашении. А вдруг им тоже захочется уйти по окончании контракта? Мне важно, чтобы они потом не стали источником важной информации для конкурентов. Это всё в будущем. Сейчас же мы зависим госпожи Стингрей. Арабелла сама понимает, что без её людей мы не сможем в кратчайшие сроки запустить производство. Поэтому придётся идти на некоторые уступки по оплате труда.

– Это не так обременительно для альянса, – улыбнулся Гена.

– Согласен, – я отставил пустую кружку в сторону и поднялся. – Ладно, не буду вам мешать. Только не засиживайтесь до глубокой ночи. Завтра вы мне свежие понадобитесь.

Вернувшись из мастерской домой, я первым делом принял душ. Всё-таки для нанесения сенсорной плёнки нужна иная технология, которая позволит ткани и дышать, и чутко реагировать на любое движение. Сейчас в таком комбинезоне не очень комфортно. Вспотел, кожа зудит. Если получится приобрести у немцев ту самую автоматизированную линию, то технология изготовления сенсорного костюма существенно облегчится. Отто Штауфен – мой должник. Я его спас от смерти на Болотном, и поэтому могу в любой момент потребовать свою плату. Почему бы и не высокотехнологичным оборудованием? Как в случае с ярлом Снорре Фолькунгом. Думаю, Штауфен охотно согласится. Это ведь не кровью долг возвращать. Только через кого выйти на графа? По линии МИДа? А чего я парюсь? Поговорю с цесаревичем, он поможет. Как-никак, Мстиславские тоже заинтересованы в оснащении «Бастиона» современным оборудованием.

После душа у меня уже не было никакого желания идти к Источнику. Да и время позднее. Ещё часок почитаю учебники – и спать. А привязкой завтра займусь. Ещё одна загадка мучила меня: сон в поезде. Вернее, вопрос нужно задать по-другому. Что это было? Действительно ли с помощью сна или особой медитации мне удалось прорваться в Явь, где живут Назаровы? Если было сновидение – то вряд ли стоит ожидать скорого прибытия Ярика. На самом ли деле написано послание? Или это всего лишь игры разума? А вот астральное путешествие даёт гораздо больше пищи для размышления.

Странно, почему-то мне казалось очень важным разгадать тайну телепортации в иные миры как можно быстрее. Не знаю, с чем связана такая мысль, но она подталкивала к действию, заставляла мозг работать на пределе. И книги! Как можно больше книг не только по антимагии, но и по телепортации. А где их взять? В библиотеке Магической Коллегии, где же ещё (или у барона Назарова, как самый идеальный вариант. Ха-ха, как бы попасть к нему!). Ага, и сразу обращу на себя внимание Брюса. Чародей свяжет воедино недавний эксперимент, из-за которого получился переполох, и мой новый интерес. Картина сразу же сложится. Не то чтобы я сильно переживал за сохранение тайны своих увлечений – обо мне уже знают достаточно. Но не хотелось сидеть на большом и прочном крючке у влиятельных людей. «Так ты и сейчас сидишь, никакой разницы, прочный он или слабенький», ехидно прошептал внутренний голос. Ну да, есть такое. Только мне дают возможность трепыхаться, и даже поглаживают периодически, создавая видимость свободы. А если подумать, кто не на крючке? Воевода Иртеньев? Ха-ха два раза. Он – государев человек, и крючок на его губе куда прочнее моего. Брюс? Я бы не стал утверждать, что и главный чародей России свободен в своём выборе. У Александра Яковлевича есть сын, которого нужно пристроить в тёплое местечко, а потом поставить во главе МК. Без протекции Мстиславских ему вряд ли удастся провернуть такой финт. Чем не крючок?

Кто там ещё? Да возьми любого князя, высокородного аристократа – все в той или иной степени держат друг друга за горло различными методами. Неблаговидные поступки, тщательно замазанные вирой или взаимными договорённостями обычно являются очень крепким крючком. Вопрос в другом: насколько ты сам важен в системе, и какому количеству людей.

От таких мыслей голова нешуточно разболелась. Чтобы отвлечься, я взялся за учебники и добросовестно читал материал, пока не понял, что хочу спать. Но перед тем, как лечь в постель, зажёг свечку и помедитировал. До Источника дотянулся довольно быстро, и тот откликнулся с большой охотой. Значит, наша связь становится всё более прочной. И недавний откат от перенапряжения не повлиял на моё ядро.

Хорошо ведь!

2

Нина Захарьина и сама не ожидала, какое бурное ликование в её душе вызовет появление Андрея в лицее. Она вся извелась с того момента, как делегацию перевезли на военно-морскую базу, а княжич остался в Стокгольме. Только чуть позже Арина раскрыла некоторые подробности столь странного решения. И Нине стало страшно. Фактически Андрей подвергал себя опасности только лишь из-за того, что кто-то из влиятельных людей заставил его поехать на «Скандинавском экспрессе». И круг этих людей был ничтожно мал, угадать их имена не составит никакого труда. Император, цесаревич, король Харальд, возможно, кто-то из верхушки силовиков. Девушка не особо разбиралась в политических интригах – ей было важно знать, насколько безопасно для её любимого вернуться домой сухопутным путём. Судя по возне, устроенной королевской службой безопасности, что-то назревало.

Нина ревниво посматривала на Великую княжну Лидию и Арину Голицыну, и едва скрывала своё возмущение. Как можно быть такими спокойными, когда их жених, возможно, подвергается опасности? Вместо того, чтобы волноваться, переживать, всячески показывать свою сопричастность к происходящему, обе девушки ни единым намёком не показали своих эмоции. Они улыбались, перекидывались шутками с подругами и парнями.

Захарьина хотела подойти к господину Матвееву и узнать хоть что-то насчёт «Скандинавского экспресса». Ведь им запретили пользоваться телефонами, даже включать их. К тому же на территории базы работали глушилки. Но ведь есть же армейские рации, обычные проводные телефоны! Вдруг Кондрат Васильевич в курсе? Но потом девушка передумала. Здесь все находились в одинаковых условиях.

Потом было долгое плавание на военном корабле, встреча с русским эскортом, пересадка на корвет «Стремительный» – название Нина запомнила, как и тип судна, благодаря всезнающему Мишке Кочубею – и уже безопасное возвращение в портовую Усть-Лугу. Оттуда ребят сразу же повезли на аэродром, и в сопровождении двух юрких серебристых истребителей домчали до Остафьево, откуда до Москвы рукой подать.