Текст книги "Королевская охота (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)

На наше счастье в подвале никого не оказалось. Охранять какого-то мальчишку стража посчитала ненужным, когда неизвестный враг ломится во дворец. Сейчас большая часть бойцов и храбрых дворян занимают оборону на улице под разверзшимися небесами. Под полукруглым потолком, низко нависающим над головой, стоял полумрак, и только свет фонаря скудно освещал помещение, забитое разнообразным хозяйственным хламом.

– Клетки находятся в самом конце, – пояснил Тюлень и крикнул: – Тью! Ты живой?

– Я здесь! – завопил парень откуда из тёмного угла. Он увидел нас и едва не заплакал от радости. – Командор, простите меня!

– Не ори, – спокойно ответил я, облегчённо вздохнув. Шансов, что не увижу своего слугу-денщика живым, были малы. Герцог оказался не бесчеловечной тварью, не стал пытать пленника. Или не успел? – С тобой всё в порядке? Не ранен?

– Нет. Только жрать очень охота!

– Я накормлю тебя, малыш, – ласково пообещал я, ожидая, когда Тюлень собьёт замок рукоятью палаша. – Долго потом кушать не захочешь.

– Любое наказание приму! – всхлипнул Тью, и когда дверца клети распахнулась, бросился ко мне, крепко прижался и стал вздрагивать.

– Ну-ну, хорош, – я похлопал его по спине. – Ты же воин, плакать будешь на груди своей будущей жены, а меня нечего слезами обливать. Пошли. Нам ещё надо важного клиента к королю доставить.

– Где-то здесь есть выход на улицу, – обрадовал меня Тюлень. – Через окошко. Туда горючий камень сбрасывают, когда на зиму заготавливают. Если проберёмся через него, то есть шанс вырваться из Герцогского квартала.

Глава 8
Храбрые мыши в бегах

Наружу мы выбрались через узкое оконце, от которого в подвал шёл деревянный желоб, оббитый железным листом. Он был предназначен для сбрасывания горючего камня в большой короб. Ноги скользили по мелкому крошеву, пришлось хвататься за грубо сколоченные края, чтобы не улететь вниз, в грязную и остро пахнущую кучу. Наконец, Тюлень, первым добравшийся до оконца, вышиб ногой створку и вывалился на улицу.

– Здесь тихо, выходите, – сказал он негромко и помог сначала Тью, подав ему руку, а затем и меня вытянул.

Дождь утих, но продолжал нудно бить по крышам и брусчатке. Возле сараев, примыкавших к хозяйственному двору дворца образовалась большая лужа, маслянисто блестя в отсветах магических всполохов. Кажется, Озава всерьёз испугала местных магов. Не случилось бы с ней плохого, а то Рич потом не простит.

– Куда теперь? – я провёл рукой по лицу и посмотрел на ладонь. Она была чёрной от пыли, что мы подняли, барахтаясь в коробе. – Знаешь, где можно перелезть через забор, чтобы не прорываться через внутренний двор?

– У меня даже возможности на лавочке посидеть не было, – пожаловался Тюлень. – Я не знаю, есть ли здесь тайные ходы.

– Они должны быть. Слуги любят через потайные дверцы пробираться, чтобы хозяева не заметили, что они покидают рабочее место. Но у нас времени нет, придётся рисковать и идти напролом. У меня две бомбы, прорвёмся, – я сплюнул на землю тягучую слюну. – Тью, держишься за моей спиной, не вздумай своевольничать. Тюлень, идёшь первым.

– Есть, командор, – парень на глазах оживал. Видать, несладко ему пришлось за эти два дня в шкуре горничной. Весь грязный, в мокром платье с чёрными потёками, он зашлёпал башмаками по лужам, держа палаш наизготовку.

Тюлень уже собирался заворачивать за угол, как на него вывалился мужик с колуном. Взметнув его вверх, он зарычал:

– А, шлюха! Строишь из себя недотрогу, а сама шпионила за милордом герцогом! Зарублю!

И шагнул навстречу, опуская страшное оружие на голову штурмовика. Тюлень не стал вступать в заведомо проигрышный бой, а просто уступил ему дорогу и воткнул палаш в шею, разрезая её чуть ли не на половину. Незнакомый мужик пошатнулся, выронил топор и рухнул ничком в грязь.

– Что же ты с ним так неласково? – удивился я такому удару. – Чуть голову не отрезал.

– Знал бы ты, командор, как он мне все нервы вымотал домогательствами, – Тюлень взмахнул клинком, тягучие тёмные капли слетели с него. – Закхей дровосеком служил, всех девок застращал, и до меня добирался.

– А, ну тогда понятно, – я кивнул и показал ему знаком, что пора двигаться.

Крадучись, прижимаясь к стене, мы подобрались к углу крайнего крыла, из-за которого хорошо виднелась площадь перед дворцом. Два десятка человек стояли возле крыльца, перекрывая возможное проникновение противника внутрь, ещё пятеро торчали у закрытых ворот. По улицам то и дело неслись люди то в одну, то в другую сторону. От восточных ворот доносились крики, серебристо-фиолетовые вспышки то и дело освещали дома, отчего причудливые и изломанные тени набегали на стены дворца и уносились дальше. Что-то шипело и лопалось, взрывалось каскадом золотистых искр, взмывающих в мокрое небо. Мне показалось, что фронт магических атак медленно удаляется от Герцогского квартала.

– А где наши? – удивился Тюлень. – Судя по спокойствию охраны, здесь никаким прорывом не пахнет.

Я хлопнул себя по лбу. Надо же быть таким идиотом, чтобы заведомо бросать своих людей на хорошо укреплённые ворота. Конечно же, мои штурмовики сообразили гораздо быстрее как поступить. Прижавшись к стене, я осмотрелся более внимательно. В ста футах от нас темнела громада жилого дома, часть которого состояла из старинной крепостной стены. Окна выходили на внешнюю улицу, не принадлежащую Герцогскому кварталу. Чтобы выбраться наружу, надо было перелезть через эту стену высотой в четыре человеческих роста. Приглядевшись к узкой полоске апельсиновой рощицы, как раз находящейся между нами и домом-стеной, я решился:

– Бежим туда! – я ткнул пальцем в сторону деревьев.

Пока нас защищал угол здания, можно было не волноваться. Слуги сидят внутри, боясь высунуть нос на улицу, охрана бдительно следит за воротами. Нам сравнительно быстро удалось миновать открытое пространство и ввалиться под раскидистые кроны деревьев, пригнувшихся от тяжести наливающихся ярким оранжевым цветом плодов.

Дождь снова припустил, порывы ветра усилились, где-то загрохотала срываемая им черепица.

– Идём вдоль стены, смотрим внимательно, – поучал я своих бойцов. – Это часть бывшей фортификации, здесь должны быть лестницы или выступы. Наверное, наши тут перелезли. Но у них морионы, они могут прыгать через любое препятствие, а у нас только один.

– А как они перетащили герцога? – хмыкнул Тюлень.

– Поверь, этот вопрос меня тоже интересует, – я махнул рукой и первым перебежал к стене. Нужно торопиться. Скоро рассвет. Пусть непогода и разыгралась, но станет светлее, и мы не сможем пробраться к вилле Эскобето незамеченными.

Какое-то время нам пришлось идти вдоль выщербленной временем стены и тщательно осматривать каждый её фут, порой задирая голову. Удача продолжала поддерживать меня своими сюрпризами. Я обнаружил-таки остатки лестницы, которая вела наверх, но неожиданно обрывалась, разрушенными ступенями. Наверное, раньше она была предназначена для подъёма на самый гребень стены, но со временем её намеренно развалили, чтобы жильцы возведённого дома не имели желания проникать на территорию дворца. Осторожно поднявшись на самую вершину, я присмотрелся. Допрыгнуть, зацепиться за край, подтянуться – и мы уже практически на той стороне.

Я сжал морион и ощутил, как вокруг меня взвихрились потоки энергии, тело лишилось той тяжести, которая прижимала к земле. Прыжок – и я наверху. Замер, оценивая ситуацию. Там, где находятся западные ворота, тишина. Дон Ардио не смог отвлечь стражу или вообще решил не рисковать, потому что штурмовики вернулись с герцогом? Значит, умчались с ним на виллу? Правильно, я бы тоже так сделал.

Как мне удалось заметить движение в непроглядной тьме, сам удивляюсь. Рука сама выдернула из петли «Уничтожитель», а я развернулся на пятках, едва не упав вниз…

– Это я, командор! – голос Рича я ни с кем не спутаю.

– Давно меня ждёшь? – мне хватило самообладания не спустить курок.

– Даже заскучал, – отшутился пластун. – Ты один?

– Внизу Тюлень и Тью, – я снял свесил голову вниз и окликнул парней. – Эй, не заснули? Я сейчас сброшу вам морион, поднимайтесь наверх.

Спустя несколько минут мы сидели в сухом помещении, куда пробрались через окно. Наби-Син и Гусь были тут же. Как я и предполагал, им пришла в голову та же мысль, что и мне. Они поняли, что через ворота прорываться смерти подобно и решили перебираться через стену, тем более, морионы позволяли брать и не такую высоту. Как справились с герцогом? Наби-Син предложил взять его с двух сторон под руки, и активировав «хавзу» артефактов, затянуть довольно грузного Петрика Тенгроуза наверх. Милорд был в настоящем шоке, столкнувшись с таким невероятным чудом левитации человека, а не боевого корабля с гравитонами.

Потом они обнаружили пустое помещение в доме и залезли в него через окошко. Гусь выбрался наружу и побежал за лошадьми. Дон Ардио, к счастью, не стал поднимать шум и закидывать стражу ручными бомбами. Что-то его остановило. Предчувствие? Кто знает, какие удивительные вещи порой происходят с человеком в минуту наивысшего напряжения?

Леон в эмоциональном порыве сжал меня в объятиях, и не говоря ни слова, кивнул на лежащего поперёк седла Тенгроуза.

– Я его привязал, надеюсь, не упадёт. Поспеши, командор.

Я запрыгнул на лошадь, без всякого сожаления взял за шкирку герцога, промокшего до нитки в своих кальсонах и ночной сорочке, слегка отодвинул его, чтобы самому устроиться поудобнее, и оглянулся в нетерпении. Рич, Наби-Син, Тюлень и Тью уже были верхом, остальные молча стояли у дома. Дону Ардио и остальным штурмовикам предстояло пробираться по ночному городу к вилле донны Асунты на своих двоих, рискуя нарваться на патрули. Но как бывает на войне, кому-то выпадает тяжёлый жребий, который нужно тянуть до конца.

– Долго не задерживайтесь, – посоветовал я. – Пока ночь, уходите окольными путями к точке сбора. В стычки не вступайте, если таковой необходимости нет. За дело, штурмовики!

– Марра! – тихо рявкнули мои бойцы.

Стукнув каблуками сапог по бокам лошадки, я тронулся с места. Рич и Наби-Син, который, оказывается, неплохо держался в седле, обогнали меня, чтобы прикрывать в случае столкновения с городской стражей. Копыта приглушённо зацокали по брусчатке, и вскоре отряд дона Ардио остался далеко за нашими спинами.

На улице продолжало громыхать, но непогода уходила на север, в сторону Спящих Пещер. Дождь продолжался, и обращать на него внимание стало как-то неприлично. Все и так были мокрыми с ног до головы. Узкие улочки, по которым мы пробирались к спасительной вилле, заставили ехать цепочкой. Нашу маленькую группу по-прежнему возглавляли пластун и халь-фаюмец. Тью и Тюлень прикрывали мою спину. Я одной рукой держал герцога за ворот сорочки, другой – направлял лошадь и размышлял. Скоро суматоха уляжется, обнаружат исчезновение Тенгроуза – и начнётся охота. Выезды из города перекроют, начнут прочёсывать каждый уголок, опрашивать жителей Герцогского квартала и прилегающих к нему домов. Хотелось верить, что мы не оставили явных следов, по которым могут нагрянуть на виллу донны Асунты. Очень хотелось, иначе на эту семью я навлеку беду. Ригольди не простит мне такого предательства, лучше погибнуть героически в прекрасном, но мятежном Фарисе.

Впрочем, помирать столь рано я не собирался.

Мы уже миновали половину пути, оставив за спиной центральную площадь, ратушу и здание магистрата, дважды вовремя ускользнув от двигающихся навстречу патрулей, но когда показалось, что удача и в этот раз явила свою благосклонность, нарвались на какую-то странную группу людей, стоявших на перекрёстке улиц, одна из которых выходила на побережье. Сердце ёкнуло. Неужели виконту Агосто не удалось уйти от погони, а люди герцога сообразили, где нас можно перехватить? Нет, не могли они так быстро отреагировать. Скорее всего, это местный отряд самообороны, составленный из горожан. И было их не меньше дюжины. В лужах отражались отблески светло-жёлтых огней магических фонарей, которые держали за их спинами ещё двое участников ночной встречи.

Я без сожаления врезал по затылку милорда в кальсонах, и тот мгновенно вырубился. Хоть у него во рту кляп, но хотелось исключить все риски. Начнёт мычать, переполошит пикет. А то, что это он и есть, не приходилось сомневаться.

– Господа! Именем милорда герцога остановитесь! – воскликнул один из людей, закутанный в плащ. Поникшие от дождя полы шляпы, добротные сапоги – неужели дворянский отряд наместника? Ничего не понимаю, как они здесь оказались?

Тут же в нашу сторону были наставлены мушкеты в количестве четырёх стволов. Шутить эти ребята не собирались.

– Назовите ваши имена и кого вы везёте в седле? – а говоривший ещё и очень зоркий.

– Барашка, сударь, – ответил я, доставая из-за пазухи два глиняных шара-бомбы. – Хочу угостить своих друзей отменным мясом, жаренном на огне.

– Если это шутка, то неудачная, – настороженно откликнулся мужчина, а остальные, кроме тех, кто держал мушкеты, обнажили шпаги. – Попрошу вас спешиться и показать свои лица.

– К сожалению, у нас нет времени на знакомство, – я дёрнул зубами хвостик-запал бомбы, ощутил нагрев глиняных боков от магической реакции, швырнул прямо в середину пикета. Туда же последовал второй шар. Заорал: – Вспышка!

Мои парни были обучены такому приёму, поэтому сразу же пригнулись, закрыв глаза. Грохнуло, полыхнуло и плеснуло жидким огнём на мостовую и стены, глиняные осколки посекли людей. Страшно завопили те, кому досталось больше всего. Весь строй вооружённых мушкетами людей просто смело с дороги.

– Ходу! – рявкнул я, вбивая каблуки в бока лошади.

Мы промчались сквозь пикет как горячий нож входит в масло, топча и раскидывая орущих от боли и ярости людей. Наби-Син что-то гортанно крича, свесился с седла и широко размахивая тальваром, полосовал каждого, кто попадал под тускло блестящую полосу клинка. Упавшие на дорогу фонари разбились, разливая вокруг себя мертвенно-белое свечение. Амулеты, поддерживавшие жизнь в закрытых колбах, оказавшись на открытом воздухе, медленно умирали, но мы этого не видели, давно оставив позади себя разгромленный пикет и вспыхнувший пожар на улице, который не в силах был потушить даже льющийся с неба дождь. Жуткая алхимия вперемешку с магическим зельем – страшная вещь.

Чтобы сбить преследователей – если таковые остались после взрывов ручных бомб – с толку, мы не сразу рванули в сторону прибрежных вилл, а какое-то время мотались по окраинам Фариса, и когда ночь уже с трудом удерживала свои позиции, мы заехали на виллу донны Асунты, где нас ждали. Лошадей слуги сразу же спрятали на конюшем дворе, а Эстеван с каким-то угрюмым мужчиной (по виду, управляющий или верный вассал) помогли с комнатами, где предстояло жить несколько дней, пока не уляжется суматоха. Герцога поместили в маленькую комнатушку со столь узким оконцем, что в него вряд ли пролезла бы голова взрослого человека. Тем более, она выходила на внутренний двор виллы и была надёжно прикрыта деревянной ставней с улицы. Воздух пропускает, значит, герцог не задохнётся. Для его проживания здесь уже стояла кровать с матрасом и одеялом, ночной горшок и столик с креслом. Ну и магический фонарь, куда же без него. Какой-никакой, но комфорт.

Рич и Тюлень завели Тенгроуза, пришедшего в себя, но шатающегося как после пьянки, в комнату, и не снимая повязку с глаз и не развязывая руки, вытащили только кляп изо рта, после чего вышли вон. Сеньора Эскобето уверила меня, что стены её виллы не пропускают громких звуков, герцог может орать сколько угодно.

Пластун остался на страже снаружи, а я решил найти донну Асунту и объяснить, как нужно вести себя в эти дни.

Хозяйка ждала меня в гостиной вместе с сыном.

– Я распорядилась, чтобы вашим людям дали чистую и сухую одежду, – сказала женщина, когда я поприветствовал её. – Жить они будут в гостевых комнатах.

– Спасибо, донна Асунта, – я приложил руку к сердцу. – Вы невероятно храбрая женщина, что согласились помочь.

– И безрассудная, – отмахнулась хозяйка виллы. – Не представляю, как переживу эти дни. Надеюсь, за вами не шли по пятам агенты Эрмандады?

– Всего нельзя предусмотреть, сударыня, но я более чем уверен, что никого на своём хвосте не привёл к вашему дому, – устало присев на стул, чтобы не марать дорогую обивку дивана, я вытянул ноги. – Единственный момент, это соседи.

– Не помню, чтобы кого-то из моих соседей мучила бессонница, – грустно улыбнулась донна Асунта. – Вы в порядке, эрл? Не ранены?

– Не беспокойтесь. Всё хорошо. Хочу поговорить о пленнике. Ни в коем случае не заходите сами в его комнату, а слугам передайте, чтобы они молчали, когда будут приносить еду и ухаживать за милордом.

– Я их предупредила.

– Тем не менее каждого из них будет сопровождать мой человек. Герцог, вероятно, попытается заговорить с ними и склонить к сотрудничеству. Сами понимаете, чем это грозит. И да, ещё один момент. Слуги должны заходить к нему в масках или с платком на лице.

– Да, я об этом тоже подумала, – кивнула женщина. – Не переживайте. На вилле остались самые преданные мне люди… Эрл Игнат, вы говорили, что с вами будет много людей. Но я насчитала всего четверых. Остальные… погибли?

– Я не знаю, какова их судьба, – качаю головой. – Надеюсь, им удастся прорваться на побережье. Вы готовы принять ещё десять человек?

– Конечно, места всем хватит, – пожала плечами донна Асунта. – Я лишь беспокоюсь, что они приведут за собой людей герцога. «Хвост», как вы оригинально изволите выражаться.

– Им даны все необходимые приказы, – успокоил я её, чувствуя, как меня отпускает напряжение, а глаза начинают слипаться. – Если будет малейшая опасность, никто сюда не придёт. Думаю, надо ждать их завтра ночью.

– Эсти, мальчик мой, отведи эрла Игната в его комнату, – присмотревшись ко мне, донна Асунта положила руку на колено внука. – Пусть он поспит, а утром прикажи слугам приготовить ванну.

Поблагодарив хозяйку, я вместе с Эстеваном поднялся на второй этаж, и уже едва передвигая ноги, добрался до кровати.

– Сеньор Эскобето, – я сбросил амуницию, положил пистолеты в изголовье, и назидательно поднял палец, – все вопросы будут завтра, хорошо? И будьте готовы в любой момент покинуть родной дом. Мы побежим отсюда на всех парусах, как будто нас черти с раскалёнными вилами преследуют.

– У меня всё готово, – прерывающимся от восторга голосом ответил Эстеван, помогая мне снять мокрую куртку и рубашку, чему я был безмерно благодарен. – Шпага, пистолет, деньги, фамильные драгоценности, дорожная одежда.

– Ты молодец, Эстеван. Отец будет тобой гордиться.

– Если когда-нибудь встретимся, – опустил голову парень.

– Конечно, встретитесь, – я с трудом стянул сапоги, а за ними – и штаны. – Тем более…

Что я хотел сказать дальше, не помню. Мгновенно провалившись в сон, трудно удержать мысль. Зато утром встал свежим как огурчик. Распахнул окно, выходящее на крыши соседних вилл и широкую полосу взбудораженного моря. Погода ещё не наладилась; ветер баламутил водную гладь и ворошил пышные кроны деревьев. Солнце так и не появилось из-за низко плывущих туч. В гавань торопились несколько кораблей. По силуэтам двух из них узнал корветы. Видимо, во время шторма тоже уходили на открытую воду. «Тиры» среди них не было, хвала богам. Значит, Пегому удалось скрыться за дальним мысом.

Взбодрённый после сна, я обнаружил, что моя одежда высушена и приведена в хоть какой-то порядок. Однако! Кто-то из слуг заходил в спальню, а я даже не ухом не повёл! Вздумай кому перерезать мне глотку, он бы эту попытку осуществил с необычайной лёгкостью. Однако подобное доверие со стороны слуг донны Асунты навевало на приятные мысли. Здесь нет предателей.

Я спустился вниз и направился к каморке, где сейчас томился герцог. Спавшего возле двери Тью пихнул ногой. Денщик вскочил с маленькой банкетки испуганным кроликом.

– Солдат не должен спать на посту, – строго сказал я. – Это вторая твоя оплошность. За третью просто выгоню к чертям собачьим из штурмовиков.

– Простите, командор, – глаза Тью набухли влагой. – Больше себе не позволю глупостей.

– Надеюсь, – сухо бросил я. – Как там наш пленник?

– Сидит тихо, не буйствует.

– Его кормили?

– Да, недавно приходил слуга с завтраком, я лично проследил, чтобы на его лице был платок, – доложил парень. – Никаких вилок и ножей, только ложка.

– Сам давно на посту?

– На рассвете Наби-Сина сменил.

– Ладно, посиди ещё немного, потом передашь вахту Ричу.

– Есть, командор, – Тью заметно повеселел.

Я вошёл в комнату, освещённую магическим фонарём, плотно закрыл дверь. Лицо закрывать не стал. Лишняя конспирация ни к чему. Рано или поздно герцогу пришлось бы со мной познакомиться.

– Доброе утро, милорд, – встав посреди комнаты, скрестил руки на груди. – Как вы себя чувствуете?

Тенгроуз сидел в кресле и медленно тянул из оловянного стакана то ли воду, то ли вино. Непохоже было, чтобы он нервничал, попав в неподходящие для себя условия. Повязки на глазах уже не было, как и веревки на запястьях.

– Отвратительно, – ответил он спокойным голосом, оторвавшись от стакана. – Зачем вы меня били по голове? Неужели столь жёсткое действие являлось необходимостью?

– Вы могли закричать и испортить всё дело.

– Какое? В чём причина моего похищения?

– Король приказал доставить вас к нему на аудиенцию.

– Хм, что-то такое я и предполагал, когда попал в эту клетку. И кто вы для короля, молодой человек? Никогда не видел вас.

– Эрл Игнат Сирота-Толессо.

– О Толессо я слышал, – Петрик внимательно взглянул на меня. – Старинный аристократический род из Скайдры. Но, насколько мне известно, у старика Эррандо осталась внучка. Вы женились на леди Тире, поэтому у вас двойная фамилия?

– Нет, не поэтому, – счёл необходимым уточнить я. – Я законный наследник эрла Эррандо, был им усыновлён и вступил в права, после чего женился на его внучке. Можно сказать, мы оба имеем официальное право пользоваться всеми активами рода.

– Презабавная ситуация, – хмыкнул герцог. – А вы не промах, молодой человек. Ответьте мне, что вам пообещал король за мою голову? Хочу знать, ради чего вы так рисковали жизнью?

– Извините, милорд, но мой договор с королём останется между нами, – ага, так я сейчас перед тобой и распахнул душу. – Поэтому даже не пытайтесь склонить меня к сотрудничеству или предлагать несметные богатства, чтобы я вас отпустил.

– Предлагать Толессо деньги? – фыркнул герцог, расслабленно развалившись в кресле. – Не знаю, откуда вы появились, из каких тёмных глубин, но между аристократами все вопросы решаются без денег. На будущее, кстати.

– Спасибо, я учту ваш совет.

– Что с моей женой? – поинтересовался Тенгроуз, медленно покручивая стакан в руке.

– Она жива и здорова, не переживайте. Мы действовали аккуратно, чтобы не причинить герцогине вреда, исключая, конечно, охрану и верных вам людей.

– Вы авантюрист, эрл Толессо. Провернуть такое дельце не каждому под силу. Сеньор Котрил о вас отзывался крайне негативно, а мне показалось, в душе от вами восхищается.

– Ага, обо мне вы наслышаны.

– Говорю же, ваше имя было на слуху. Да. Ведь именно вы доставили письмо и Котрила к королю, после чего, вероятно, получили приказ похитить меня. Знаю, знаю. Поэтому, когда очутился здесь, долго думал, кто бы мог пойти на такой дерзкий шаг. И среди кандидатов была ваша фамилия, эрл. Подозреваю, мы всё ещё в Фарисе?

Я промолчал, тщательно разглядывая комнату. Герцог негромко рассмеялся.

– На вашем лице всё написано. Конечно же, мы никуда не уезжали. Но кто вам помогает? Можете и дальше молчать, рано или поздно за мной придут по следу. Магия способна творить чудеса. Пусть вы предусмотрительно сняли с меня все вещи, хранящие мою ауру, заставили своих людей и слуг не открывать рта, полностью изолировали от внешнего мира – похвально, эрл Толессо, очень похвально! – но вам не удастся вырваться из города. Чем дольше мы будем находиться в одном месте, тем быстрее чародеи из Эрмандады выйдут на похитителей. Поэтому позвольте всё же предложить вам перейти на мою сторону. Люди вашего склада характера мне нужны. Когда я сяду на престол, вы получите такие привилегии, что ни одному смертному не снились. Станете не просто богатейшим человеком в Дарсии, а невероятно и безобразно богатым.

– Ну вот, деньги всё-таки проявили свою сущность, – улыбнулся я.

– Без них никуда, молодой человек, – развёл руки Тенгроуз. – Даю вам шанс принять верное решение.

– Я уже его принял, милорд. И притом давно. Скажу откровенно: мне плевать на отношения между истинным королём, которым вы стремитесь стать, и ныне правящим. Хоть перережьте друг друга. Я предпочитаю смотреть, как Дарсия погружается в хаос, с высоты, не принимая ничью сторону.

– Так не получится, – нисколько не удивился моим словам герцог. – Многие пытались остаться вне политики, но политика рано или поздно засасывала всех в свою бездну. Или вы не связываете свою жизнь с королевством? Хотите его покинуть? Тогда ваши слова обретают логику. Однако есть один момент, который вы не учитываете в раскладывании пасьянса…

Тенгроуз встал, заложил руки за спину и стал расхаживать по маленькой комнатушке, не приближаясь ко мне.

– Как поведёт себя король, когда вы передадите меня в его руки? Аммар очень коварен, его обещания имеют двойное дно. Я могу предполагать, что вы запятнали себя каким-то преступлением, и чтобы очистить свою репутацию, согласились вмешаться в политическую игру, где на кону стоит высшая власть. Вы не думали, эрл, что можете поплатиться жизнью за свою услугу?

Да, в проницательности наместнику Фариса не откажешь. Ловко он нащупал болевую точку. Я пожал плечами:

– Думал. Не настолько же я наивен, чтобы вестись на зыбкое обещание короля, не подкреплённое официальной грамотой с его подписью. Да и то сомнительно, что она однажды спасёт меня.

– Браво, эрл Толессо. Но это лишь слова. Что вы предпримите, если почувствуете обман?

– Никто не способен заглянуть за горизонт. Я предпочитаю менять правила игры, когда она в самом разгаре.

– Точно, вы авантюрист, каких я редко встречал в жизни, – Тенгроуз остановился напротив меня и стал внимательно разглядывать как какую-то редкостную зверушку. – Нет в вас ещё пресыщенности, молодая кровь кипит, хочется что-то поменять, окунуться в опасности.

Его взгляд остановился на потёртых ножнах.

– Почему вы кортик предпочитаете шпаге? – заинтересовался он. – Вы моряк?

– Дворянин, моряк, торговец, воин, – я усмехнулся, прикрыв ладонью рукоять. – Выбирайте любую ипостась – не ошибётесь.

Герцог вернулся в кресло в глубокой задумчивости.

– Вы твёрдо решили доставить меня к королю?

– Да. Он видит в вашей фигуре опасного претендента на корону. Причём, с обоснованными доказательствами в виде артефакта Истинной крови.

– А вы знаете, эрл Игнат, что я не единственный потомок Норанов?

– Подозревал о подобном раскладе, – признался я. – Но что это меняет в вашей жизни? Думайте, как будете оправдываться перед королём. Мне он показался человеком, не лишённым здравомыслия.

– Знаете, эрл, вы сделали одну ошибку, которая может дорого вам обойтись, – неожиданно сказал герцог после недолгого молчания.

– Какую? Не взял в плен второго претендента?

– Артефакт Истинной крови остался в руках барона Шаттима, – Петрик Тенгроуз изогнул губы в улыбке. – Теперь, когда меня могут отправить на эшафот, этот безграмотный, грубый и не понимающий правил игры человек может взять в свои руки власть в южных провинциях и заявить открыто о своих притязаниях на трон. Королю не понравится такой поворот.

– Барон Шаттим? – я наморщил лоб, скрывая досаду на свой промах. Да и где бы я искал чёртов артефакт, когда на загривке висели враги. – Не из Шелкопадов ли он, случаем?

– О, вы его знаете? – оживился герцог.

– Слышал о нём, но не встречался.

Теперь разрозненные кусочки событий стали собираться в единую картину. Не просто так Шаттиму понадобились гравитоны с разбившегося корвета! Поставив их в трюм какого-нибудь корабля, он получал скоростное летающее судно. Допустим, так и произошло, после чего барон прибыл в Фарис в качестве запасного претендента на трон, имея великолепный козырь в рукаве. Интересно, когда он его извлечёт? И знает ли о гравитонах герцог? Хорошо бы эти кристаллы получить обратно в качестве приза для будущих новеньких кораблей, на которых я отправлюсь на поиски капитана Ригольди Эскобето и своего золота.

– Эрл Толессо, я предлагаю вам прислушаться к моему предложению, – Тенгроуз заметил мою задумчивость. – Подумайте, пока есть время. Когда сюда прибудут гарнизонный отряд, мои вассалы и чародеи, будет поздно переигрывать. Я хочу к тому моменту знать, что вы на моей стороне.

– Отдыхайте, милорд, – я решил прекратить ненужный разговор. Герцог мог раскрыть передо мной десяток причин, которые поколебали бы мою позицию и заставили принять предложение наместника. Справедливости ради, Тенгроуз сразу расставил приоритеты в нашем возможном договоре, и я ещё мог встать на сторону потомка Первых королей Дарсии. Мог бы, но я не знал истинной обстановки в южных провинциях. Лучше и в самом деле занять нейтральную позицию. – Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь, говорите.

– Благодарю, эрл Толессо, что вы проявили смелость, придя сюда с открытым лицом, и поговорили откровенно, – кивнул Тенгроуз. – Я ценю подобные проявления чести и достоинства.

Когда я вышел из комнаты, Тью уже сменил Рич. Он закрыл дверь на ключ.

– Ну что, не удалась герцогу рекрутировать тебя в свою армию? – усмехнулся пластун. – Что он предлагал?

– Горы золота и невероятную карьеру при дворе, – отмахнулся я. – Да мне и самому по силам достичь всего этого. Даже неинтересно. Плохо только, что артефакт Истинной крови не удалось захватить. Как доказать королю, что Тенгроуз – потомок Норанов? Скажет, я совершил ошибку, преданного короне человека оскорбил, взяв его в заложники. Как думаешь, где он хранит филактерий?

– Командор, даже не смей возвращаться туда, – побледнел Рич, впервые на моей памяти. – Мы чудом ускользнули из мышеловки, не прищемив свои хвосты. Дьявол с ним, с филактерием. Давай доставим герцога королю и закончим на этом. Неужели ты не скучаешь по Тире?

– Скучаю, – признался я и похлопал Рича по плечу. – Не для того я добивался её, чтобы расставаться на долгое время. И не переживай за свою чародейку. Уверен, вы скоро встретитесь.

– Конечно, – в глазах пластуна стояла печаль. В самом деле влюбился, переживает за девчонку. – Может, мне сходить в город? Покручусь там, послушаю о чём говорят люди. Без разведки сидеть на месте тоже не самый лучший вариант.

Рич был прав. Без ушей и глаз, спрятавшись на вилле, можно пропустить много интересного и нужного. Тем более пластун умеет смешиваться с толпой. Единственная опасность исходит от Котрила, но с последней встречи в Шелкопадах прошло довольно много времени, и вряд ли разноглазый гадёныш помнит Рича. «Но ведь Тью он узнал, – возразил я себе. – Значит, риск существует».