Текст книги "Князь Гиперборейский (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)

– Я думал про армейскую медицину, Василий Евсеевич, – подтвердил Никита. – И в планах есть такая возможность. Но только после того, как в моем Центре будут отработаны все методики и протоколы лечения. Потом, нужно открывать институты для обучения операторов биокапсул, медиков, техников, магов для изготовления «бульона». Как видите, господин полковник, работы непочатый край. Хорошо бы через пять лет выйти на поток, чтобы лечить особо тяжелые случаи без долгих задержек.

– Вы нашли золотое дно, Никита Анатольевич, – убежденно произнес полковник Палицын. – Развивайте это направление и дальше. Если в России будет хотя бы пять подобных Центров – вы обогатитесь неслыханно.

– Я не гонюсь за деньгами, – нахмурился Никита. – Вернее, это не первичная цель. Сначала нужно уверенно встать на ноги, наладить выпуск аппаратуры и биокапсул, а уже потом думать о прибыли. Она, конечно, придет, не сомневаюсь в этом. И сливки род Назаровых начнет снимать лет через десять, не раньше.

– Детей своих вы точно обеспечите, – Палицын встал, одернул халат. – И кто знает, может, они найдут применение своим талантам в этой сфере. Приятно было с вами познакомиться и поговорить, господин барон. Хочу вам одну идею подкинуть. Как насчет мобильных биокапсул, которые можно использовать в полевых условиях?

– Вы старательно идете к своей цели, Василий Евсеевич! – рассмеялся волхв, пожимая твердую руку полковника. – Чувствуется хватка. А если серьезно, я постараюсь найти резервы для разработки мобильных капсул. Если армия захочет вложиться в совместное предприятие – буду очень рад.

– Я поговорю со своим высоким начальством, – полковник оживился. – Кстати, мне будет дана возможность навещать больного хотя бы два раза в неделю? Нужно визуально определить, как обстоят дела после операции, нет ли осложнений.

– Предупрежу охрану, чтобы пропускала вас беспрепятственно, – пообещал Никита. – Но только одного.

– Мне достаточно. Всего хорошего, Никита Анатольевич. Ох, чуть не забыл. Давайте обменяемся телефонами. Для более быстрой коммуникации, так сказать.

Проводив хирурга, Никита покачал головой. Палицыну не медиком нужно работать, а коммерсантом. Подметки на ходу режет! С другой стороны, полковник подсказал верное направление в развитии биомагических технологий. Мобильные капсулы вряд ли качественно изменят принципы полевой хирургии. Ведь на войне раненый боец после эвакуации получает первичную помощь от Целителей. Легкие раны залечиваются быстро. Тяжелораненые транспортируются уже дальше, в стационарные госпитали, которые и нужно насыщать подобной техникой для повышения выживаемости пациентов.

Если донести эту мысль до князя Воротынского – нынешнего министра обороны – через Константина Михайловича, то вполне возможны новые вливания денег, с помощью которых Никита мог бы расширить производство и набрать специалистов. В общем, есть куда развиваться.

В медицинском блоке его встретил старший медицинской бригады, возрастом никак не меньше полковника Палицына. На коренастом, невысокого росточка мужчине белоснежный халат едва не расходился по швам. Любое движение плечами вызывало опасное потрескивание ткани. Шикарные пшеничные усы с завитушками на конце делали господина Богданова похожим на сказочного доброго гнома, хотя все знают, что подобные персонажи весьма склочные и недовольные натуры.

– Никита Анатольевич! – Богданов поправил на голове белую шапочку. – Я думал, вы вместе с полковником Палицыным уехали. Уже и сам собирался домой, надо дать распоряжение медсестре, которая останется здесь на ночь.

– Что у вас с халатом? – поинтересовался Никита.

– Свой отдал в стирку, – пояснил медик. – Я же присутствовал при операции, даже ассистировать пришлось. Вот кровью и заляпал. Пришлось накинуть первый попавшийся. Вы к Шубину?

– Хотел бы взглянуть, – кивнул волхв. – Как он?

– Ввели в состояние магического сна, – Богданов распахнул двустворчатую дверь, пропуская Никиту в большую комнату, переделанную специально под палату с биокапсулой. Здесь, помимо нее самой находилась поддерживающая аппаратура и баллоны с жидкими магическими компонентами, которые в случае необходимости впрыскивались через шланги в капсулу, если на мониторе появлялось предупреждение о снижение концентрации какого-либо состава.

Их встретила молоденькая медсестра, которая с робостью поздоровалась с Никитой, но довольно четко доложила Бородину о состоянии пациента. Пока они оба тихо переговаривались между собой, волхв подошел к капсуле и всмотрелся в лицо Шубина, бледное после пережитого, с отчетливо проявившимися морщинками на лбу, как будто Антон о чем-то размышлял. Все его тело было погружено в зеленовато-синюю субстанцию, а голову поддерживал специальный мягкий хомут, не позволяющий соскользнуть ей в жидкость, иначе человек попросту захлебнулся бы.

Сквозь мутноватую жидкость разглядеть повреждения тела было довольно сложно, да и зачем, если Бородин мог дать исчерпывающую информацию.

– С ожогами магическая смесь справится быстро. Думаю, через неделю и следа не останется, – тихо сказал медик, подойдя к капсуле. – А вот с ногами придется повозиться. Нужно раз в несколько дней проверять, как восстанавливаются раздробленные участки костей. Пока существует риск неправильного сращивания, придется сливать жидкость из капсулы и проводить мониторинг ног.

– Но это и к лучшему, – заметил Никита. – Когда ожоги исчезнут, можно слегка изменить состав магической жидкости, усилить компоненты для роста и заживления костей.

– Да, мы и планировали подобную тактику с полковником Палицыным, – подтвердил Бородин.

– Хорошо, – Никита посмотрел на часы. – Езжайте домой, Юрий Аристархович. А как вас зовут, прелестная незнакомка? Вы новенькая?

– Рита, – покраснела медсестра. – Я здесь уже полгода работаю. Меня сразу поставили оператором на биокапсулы, так что можете не волноваться.

– Хм, – задумался Никита. Отдел персонала мог сам принимать некоторые категории работников без его согласования. Право подписи у Золотаревой было. – В таком случае, Маргарита, осваивайте в полной мере весь комплекс. Вдруг да вы мне понравитесь, и я переведу вас в новый Центр. Операторы будут нужны.

– Я не подведу, Никита Анатольевич, – судя по вспыхнувшему взгляду, девушка не ожидала такого подарка, пусть даже и неосязаемого. Сказанное Хозяином слово – это веская заявка на карьеру.

– Не сомневаюсь, – улыбнулся Никита. Попрощавшись с медсестрой, он вместе с Бородиным вышел из реабилитационного блока. – Вас не подвезти до дома, Юрий Аристархович?

– Не стоит так беспокоиться, Никита Анатольевич. Я на машине.

– В таком случае держите меня в курсе. Не стесняйтесь звонить даже ночью.

– Я уже дал распоряжения сотруднице. Она знает, что делать в подобных случаях.

– Тогда до свидания.

На выходе они разошлись в разные стороны. Никита сел во внедорожник, рядом с ним тут же занял место молчаливый Нагаец. Слон дал какие-то указания парням из первой машины и поспешил обратно.

– Можно ехать, – сказал он, рухнув на многострадальное переднее кресло. Водитель даже поморщился, услышав жалобный хруст кожи.

– Орех на связь не выходил? – поинтересовался Никита.

– Час назад, – обернулся назад личник. – Сказал, что пока ничего интересного не нашли. Сейчас уже темно, вряд ли уже что отыщут.

– Ничего, с утра поэнергичнее за дело возьмутся, – у Никиты не возникло ни малейшего сочувствия к оплошавшим бойцам сопровождения. Это даже на наказание не тянет. Зато в тонусе будут. Пусть продолжают землю рыть. Интуиция прямо вопила, что боевик инквизиции обязательно должен был сбросить грязную одежду где-то неподалеку, чтобы в городе не привлекать к себе внимание. Если не дурак, то должен сжечь все, что на нем было напялено.

Интересно, в Ордо Маллеус учат, как сбивать преследователей со следа? Не хотелось бы попасть на такого боевика. Мину подложил просто ювелирно. Только возникает вопрос: а каким образом вычислили маршрут Антона? Как-то не сходится результат. С момента приезда Никиты в Новохолмогорск прошла почти неделя. В Вологде его не было четыре дня. Как за такое время агенты Инквизиции смогли просчитать, куда и зачем ездит Шубин? Если они импровизировали на ходу – тогда эту группу просто так не поймать. Это профессионалы, которые не оставят следов.

Если бы Никита мог знать, что ошибался в некоторых моментах своего размышления, ему бы стало легче. Но сейчас тяжелые размышления только усугубляли головную боль. Попытка убрать Шубина – логична. Людей, предающих своего хозяина, никто не щадит. Отработал свое – получи билет на два метра под землю. Тогда еще вопрос: где следует ждать очередного удара? Будут ли наемники и дальше выбивать ближайшее окружение Назарова или тихо свалят из страны? Значит ли это, что покушение на императорскую фамилию сорвалось?

Самое тяжелое сейчас – позвонить Алене и рассказать о случившемся. Она пока ничего не знает, и судя по тому, что не обрывает ему телефон, почему Шубин не отвечает – не звонила своему мужу. Надо Тамару попросить, пусть со своей женской участливостью успокоит девушку. Тем более, она ведь тоже в положении.

Встречали Никиту его жены в полном составе, включая Юлю, на освещенном яркими фонарями крыльце. Как они узнали о приезде мужа – оставалось загадкой. Хотя, нет. Полина могла настроиться на ауру отца и объявить, что «папа рядом».

– Что с Антоном? – чуть ли не хором спросили молодые женщины, когда Никита наскоро перецеловал всех.

– Вытащили, но состояние еще тяжелое, – волхв не стал интересоваться, откуда им известно о Шубине. – Эти несколько дней будут решающими.

– Неужели ничего не закончилось? – воскликнула Юля.

– Думаю, в Вологде действует какая-то диверсионная группа, не более того, – проходя в дом в окружении своих красавиц, ответил Никита. Раздевшись, направился в гостиную, с облегчением рухнул в кресло.

Даша тут же исчезла на кухне, давая распоряжение подавать ужин.

– Милая, позвони Алене, – попросил он присевшую на подлокотник Тамару, и осторожно обхватил ее за располневшую талию. – Начнется истерика, слезы… а я этого не люблю.

– Можно подумать, мне удастся лучше обойти острые углы, – фыркнула жена.

– Ну, ты хотя бы за все время нашей семейной жизни никогда не показывала подобные эмоции, – слабо пошутил Никита.

– Откуда тебе известно, о чем я думаю, когда тебя не бывает рядом? – свела брови Тамара, показывая, что она слегка заволновалась. – Твой авантюризм не стоит мокрой подушки любимой жены.

Юля едва заметно покраснела и отвернулась, старательно разглядывая интерьер гостиной. За простыми словами Тамары скрывалась настоящая любовь и переживания за своего мужчину.

– Пожалуйста, – попросил Никита и положил руку на живот Тамары, осторожно погладил его.

– Ладно, нахальный мальчишка, – вздохнула она и слезла с подлокотника. – Поднимусь наверх, чтобы крики Аленки не тревожили твой нежный слух.

Любимая валькирия умела язвить, в этом ей не откажешь. Никита про себя улыбнулся и расслабился. В гостиную заглянула Даша и объявила, что ужин будет через полчаса.

– Ну что, тогда я, пожалуй, приму душ, – решил волхв. Все равно Орех со своей командой раньше утра не заявится. Он уже настроился, что парни ничего не найдут, а значит, нужно действовать по иной тактике и опять усилить охрану при поездках в Вологду.

Плохо, когда хозяин не верит в удачу и в силы своих подчиненных. Орех, Рябой и остальные парни перерыли всю промзону и вернулись в «Гнездо» поздней ночью с хорошей новостью. Они-таки нашли одежду неизвестного мужика, подложившего мину под «Ладогу» Антона Шубина.

Глава 14

Петербург, апрель 2016 года

– Проходите, Святослав Бориславич, – подбодрил император вставшего на пороге квартиры мужчину в длинном двубортном пальто. На непокрытой голове отчетливо просматривались седые нити в темных, по-армейски стриженных волосах. Взгляд пятидесятилетнего мужчины пробежался по скромной обстановке небольшой гостиной, застыл на фигуре Великого князя Константина, еще раз оценил плотно задернутые шторы на окнах, и только потом сделал решительный шаг вперед, расстегивая пальто, но не снимая его. – Вы удивлены, что наша встреча проходит в таком непрезентабельном помещении?

– Нет, Ваше Императорское Величество, – человек, которого только что пригласили, застыл на середине комнаты, разглядывая цветочные узоры на ковре, застилавшем всю гостиную. Сам ковер не отличался богатством вышивки, сразу напоминая о дешевых интерьерах мещанских квартир, и это слегка напрягало вошедшего. – Удивления никакого. Судя по тому, с какой величайшей осторожностью везли меня сюда, несколько раз меняли направление движения и дважды пересаживали с одной машины на другую – у вас серьезные основания для подобной конспирации.

– Вы правы, граф Сумароков, – усмехнулся Александр, постукивая кончиком сигары по большому пальцу левой руки, но так и не решаясь закурить. – Ситуация на сегодняшний день такова, что даже императору приходится прятаться. Разговор будет предельно откровенный.

Он замолчал и кивнул двум широкоплечим стражам, торчавшим у дверей. Те беспрекословно вышли в тамбур, отсекавший две квартиры от общей лестничной площадки. Соединенные в одну, они предназначались для тайных встреч, на которых решались вопросы очень серьезного толка. И защищены были, соответственно, надежными магическими конструктами. Все стены покрыты многослойными плетениями, блокирующими любое воздействие извне.

– Присаживайтесь, – Меньшиков показал рукой на пустое соседнее кресло, придвинутое к столику, на котором красовалась бутылка «Шустовки» и три коньячных бокала. – Если желаете выпить – не отказывайте себе в удовольствии. Вот я, к сожалению, разрываюсь между «закурить» и «выпить».

– Да закури уже, государь, – с усмешкой заметил Константин Михайлович. – Полчаса мнешься. За тобой никто не следит, побалуй себя.

– Уговорил, – решительно произнес Александр и зажал сигару во рту. Щелкнув пальцами, вызвал на кончике одного из них трепещущий от дуновения воздуха огонек. Окутавшись дымом, он некоторое время сидел с закрытыми глазами.

Великий князь подмигнул Сумарокову и показал на бутылку. Граф намек понял и уверенно плеснул в бокалы янтарный напиток. Меньшиков с любопытством разглядывал его руки с короткими хваткими пальцами, и на которых не было вообще никаких украшений кроме родового перстня. Но его магическая аура ощущалась Константином Михайловичем даже на расстоянии.

– Итак, долго ходить вокруг да около не буду, – прервал молчание император и положил сигару на край пепельницы. – Времена нынче не те, чтобы разводить политесы. Граф, вы понимаете, почему приглашены мною?

– Вероятно, возникли некоторые трудности, которые разрешаются с помощью моей службы, – Сумароков покрутил в руках бокал, согревая коньяк. – Где и когда?

– У вас в Риме есть агентура?

– Уже довольно долго, – кивнул граф. – Я внедрял своих людей через третьи страны под видом коммерсантов и даже священнослужителей.

– Каков был интерес?

– С перспективой, – тут же ответил Сумароков. – Мы же прекрасно понимаем, кто в Европе мутит воду помимо британцев. Поэтому счел своим долгом насытить это направление качественно и количественно опытными агентами.

– У вас ведь свои счеты с Ватиканом? – улыбнулся Александр, пряча хитрую насмешку за бокалом, поднесенном к губам.

– Вы намекаете на слухи, что Сумароковы служат Ордену Гипербореев? – гость отпил из бокала и оценивающе покивал. – Ваше Величество, это все лишь домыслы и злые языки.

– Не подумайте, Святослав Бориславич, что я сейчас переступаю некую черту, вследствие чего вы можете вдруг оскорбиться… Скажите, когда вы женились в первый раз?

– В девятнадцать, – пожал плечами Сумароков, всем своим видом показывая, что нисколько не сердится на бесцеремонный вопрос. – Предвосхищая ваш вопрос, государь, вторую жену я привел под длань Лады в двадцать два, а третью – еще через год. К двадцати пяти годам у меня уже было пятеро детей…

– И вы упорно отрицаете, что живете по канонам Ордена Гипербореев? – развеселился император. – Право же, все настолько близко лежит, что я сам себя ругаю, насколько был слеп.

– В России полигамия не запрещена, – граф даже бровью не повел. – При чем здесь каноны гипербореев?

– Да, Меньшиковы почему-то страдают невероятной забывчивостью изменить этот пункт в законодательстве, – хмыкнул Александр. – Сейчас у вас двенадцать детей и два десятка внуков. Ваш путь поразительно напоминает историю одного молодого человека, идущего по такому же графику. И что-то подсказывает, что между вами есть нечто общее. Род Сумароковых изначально верой и правдой служил сначала Рюриковичам, потом Романовым, а теперь и Меньшиковым. История вашего рода, граф, теряется в глубинах древности, но вы всегда оставались приверженцам какой-то одной идеи.

– К чему эти исторические дебаты, государь? – в голосе Сумарокова не было и капли дерзости, скорее, призыв к действию. Зачем-то же его позвали на встречу?

– Я подвожу к тому моменту, что сейчас нужно провести одну изящную операцию, которая раз и навсегда изменит политику Ватикана по отношению к Ордену Гипербореев, да и к России в целом. Не пытайтесь со мной спорить, Святослав Бориславич. Я уже знаю, что в Мезени прошел сход Ордена, на котором выбрали Князя Гиперборейского, чей титул являлся бы странным, архаичным и даже потешным, если бы подобная структура не существовала априори. Но она есть, как и есть вражда между этим Орденом и Ватиканом, вернее – псами Ватикана, Инквизицией. Вы слышали о недавних событиях в Вологде?

– Да, государь, – Сумароков, как заметил Великий князь Константин, задумался. – И я следил за ними, удивляясь, почему вы не дали приказ на купирование проблемы.

– А это не входит в ваши задачи, граф. Поэтому только сейчас я решил встретиться с вами. Нужно устранить Папу. И как можно скорее.

– Почему? – нисколько не удивился Сумароков поставленной задаче. – В смысле, почему такая спешка?

– Потому что вовсю готовится замена Папе Феликсу, ставшему слишком зависимым от Инквизиции. Уже есть кандидаты, которые работают с выборными кардиналами. Нами принято решение уничтожить Инквизицию и заключить с Ватиканом мирный договор. Таким образом, Россия получит долгожданную передышку и займется купированием проблем, создаваемых Британией. Лишившись ситуативного союзника, островитяне начнут делать ошибки и уберутся, надеюсь, из южных регионов. А если посчитают, что готовы тягаться с медведем – пусть попробуют рискнуть.

– Игра на перспективу? – догадался Сумароков, но по глазам было видно, что думает он совершенно о другом.

– Именно, – подтвердил Александр, окуная кончик сигары в коньяк. – На долгие годы. Без Ватикана британцам понадобится куда больше времени для подготовки своих пакостей. Ну, а мы будем готовы.

– Государь, вы говорите об устранении Папы. Каким образом это должно произойти? Естественным образом или показательно?

– Папа Феликс страдает почечной недостаточностью, – вместо императора сказал Константин Михайлович. – Что дает нагрузку на сердце, которое девяностолетний человек должен оберегать всеми доступными средствами. В принципе, любое воздействие на эти органы приведет к нужному нам результату. Конечно же, все должно произойти естественно, чтобы никто не удивился печальному событию. Я еще раз хочу спросить вас, граф: есть ли в вашем отделе люди, способные провести ювелирную операцию, чтобы комар носа не подточил? Нельзя, чтобы расследование смерти Папы вывело на «русский след», как любят выражаться жалкие европейские политики.

– Будьте уверены, государь, такие люди найдутся. Агентура ОСО (отдел спецопераций – прим.) в Ватикане одна из сильнейших, работает там давно, как я и говорил.

– Просто отлично. Сколько времени понадобится на разработку мероприятия и его исполнения?

– Я не могу сейчас точно сказать, – Сумароков был предельно честен, потому что, занимая пост Главы отдела спецопераций, знал: нельзя давать исключительно положительные ответы в угоду высшим лицам, не проконсультировавшись с людьми, которые будут задействованы в опасном мероприятии. – Разрешите дать точный ответ завтра?

– Конечно, – не стал настаивать император, но предпочел услышать хотя бы примерные сроки. О чем и спросил.

– Не меньше месяца.

– Я вас понял, Святослав Бориславич, – кивнул Александр и снова запыхтел сигарой.

Сумароков молча наслаждался напитком. Император даже не намекнул, что пора уходить, а значит, у него были еще вопросы. И он прозвучал:

– Граф, а почему вы не контактируете с бароном Назаровым?

– Простите, Ваше Величество, не совсем понял, – поставив на столик почти пустой бокал, Сумароков выпрямился в кресле.

– Чего ж непонятного? – усмехнулся Меньшиков и переглянулся со своим средним братом. – Вы великолепно играете роль честного и неподкупного служаки, государева человека, а сами тайно посещаете Храм Перуна в Пулково. Мы знаем, что вы там встречаетесь со служителями не ради принесения жертвы своему прямому покровителю. Но не знаем, о чем именно говорите. Это нас нисколько не интересует, сразу вас успокою.

Сумароков молчал, и Великий князь Константин про себя восхитился, как граф великолепно держит удар. Ни одной эмоции, хотя мог бы и возмутиться, что все это слухи и чьи-то сплетни, направленные непосредственно его недоброжелателями или врагами. Ну да, ну да. Пост Главы ОСО – невероятно сладкое местечко! Все прямо туда и стремятся! Как же! Потому и незыблемы позиции графа Сумарокова уже несколько десятков лет, что никому не сдалась такая должность!

– Я к чему веду эти окольные разговоры, Святослав Бориславич… Орден Гипербореев, считавшийся некой мифической организацией, существует. И это та реальность, с которой нам приходится считаться. К тому же масла в огонь яростных дискуссий в узком кругу людей, отвечающих за безопасность страны, подлил некий молодой и перспективный юноша, являющийся носителем дара Пяти Стихий. И вы о его способностях давно знали, граф, благодаря общению с Патриархом рода Назаровых Анатолием Архиповичем. Меня все время гложет вопрос, почему вы не поддерживали мальчишку с того момента, когда он после смерти прадеда взвалил на себя тяжесть родового герба. Пришлось взять на себя ваши обязанности.

Скользнувшая по губам императора улыбка показала, что все сказанное не стоит принимать как недовольство или упрек. Так, дружеский укол.

– Так вот почему вы разрешили Назарову создать новый клан! – бесстрастно произнес Сумароков и как-то обмяк. – А я все гадал, в чем подоплека сего события, взбудоражившего Петербург.

– В мое решение вложено много смыслов, – лицо императора снова скрылось за дымной завесой.

Константин Михайлович про себя усмехнулся. Дед графа, а потом и отец почти двадцать лет намекали Меньшиковым, что их Род является чуть ли не идеальным для создания клана. Но молодой тогда Александр раз за разом отклонял их просьбу. А вот когда во главе Рода встал Святослав, он ни разу не обратился к императору. Обида или иные обстоятельства стали тому причиной – никто так и не узнал.

– Вы знали, что Анатолий Архипович видел в правнуке будущего Князя Гиперборейского? – Сумароков решил слегка приоткрыть свою позицию.

– Нет, никто об этом не знал, даже покойный ныне Патриарх, – отрицательно качнул головой Александр. – Мальчишка самостоятельно искал выход на Орден, и как ни странно, нашел его. Каким образом, кто ему помог – не знаю. Но явно не вы, граф.

– Не я, – согласился Святослав Бориславич. – Моей задачей не являлось быть нянькой молодому волхву. Так, приглядывал исподволь, убирал мелкие препятствия, которых он не замечал. Думаю, обо мне он до сих пор не знает. Иначе бы нашел способ связаться.

– Сколько вас, граф? – император решительно отложил сигару и допил коньяк. – Я не имею в виду количество боевых штыков в вашем Роде, хотя их предостаточно… Сколько еще Воинов Ордена прячутся на задворках империи? Ваш Князь ведет войну с жестоким врагом, а вы и пальцем не шевелите. Не поверю, что про Назарова никто из вас не знает. И про Мезень, где недавно прошел Собор, тоже достаточно осведомлены.

– В таком случае, Ваше Величество, нам бы пришлось выбирать: служить Империи или встать под знамена Князя Гиперборейского, – честно ответил Сумароков. – А это десятки тысяч подготовленных воинов. Вам захочется иметь под боком такую армию, подчиняющуюся только молодому мальчишке, пусть и талантливому в освоении Пяти Стихий? Орден изначально создавался для защиты русского Севера, а уж потом его влияние стало распространяться западнее, но только лишь для того, чтобы перекрыть крестоносцам путь на Русь. Гипербореи никогда не служили Великим князьям, царям и императорам. Они – отдельная военная сила, всегда державшаяся далеко от политики. Вот их доктрина.

– Да, согласен, – после небольшой заминки сказал Константин Михайлович. – Аргумент серьезный. Еще неизвестно, как на такую диспозицию отреагирует аристократия. Тут и до гражданской войны недалече.

– Поэтому каждый воинский Род отдельно служит отчизне, – продолжил Сумароков, а глаза его нешуточно заполыхали от скрытых эмоций. – Но, если нас позовет Князь встать под его стяги – мы обязаны будем подчиниться.

– Интересная ситуация, не знал таких тонкостей, – задумчиво произнес Александр и поднялся с кресла, чтобы размять ноги. А скорее всего, скрыть свою растерянность. – Хорошо, Святослав Бориславич, я вас услышал. Можете идти. Завтра жду вас с планом мероприятий.

– Всего доброго, Ваше Величество, Ваше Высочество, – Сумароков вскочил на ноги, по-военному кивнул и упругим уверенным шагом покинул квартиру.

Опять повисло молчание. Александр рассматривал в окно вечернюю иллюминацию и нескончаемые потоки машин. Константин не нашел иного развлечения, как наполнить бокалы коньяком.

– Получили мы с тобой, брат, головную боль на долгие годы, – заговорил император и вернулся в свое кресло.

– Лучшая таблетка от головной боли – топор палача, – хмыкнул Константин.

– Так себе шутка, – задумался Александр, вцепившись в бокал. – Делать-то что будем в свете новых откровений?

– Твой наследник Владислав уже дал рецепт, – пожал плечами брат. – Ты его продолжаешь игнорировать.

– Ты про альянс кланов?

– Самый лучший вариант, Сашка. Сам смотри. При создании альянса оба клана существенно укрепляют свои позиции в политическом и экономическом поле. В военном плане – несокрушимая мощь. Если Никита позовет под свой Княжий стяг всех оставшихся в живых гипербореев – это заставит недругов замолчать. Будут шипеть – вырвем клыки, но не допустим гражданской войны, если ты ее так боишься. Никита никогда не посягнет на трон, но охотно примет роль советника или серого кардинала. Владислав уже приблизил его к себе, позвал в Малый кабинет. Потому что видит перспективы.

– И какие они? – Александр, ни разу не перебивший брата, усмехнулся.

– Большинство сделает правильный выбор и встанет на нашу сторону. На сторону Меньшиковых и Назаровых. Мы уже старые, Сашка, и боимся изменений. Наши дети куда гибче и прозорливее. Они прекрасно видят, что клановая система изживает себя. Им на смену придут альянсы и корпорации. И если наши кланы станут первопроходцами, то и через сто лет мы никому не дадим поднять голову выше ботвы.

– Конфликты никуда не денутся, – Александр покатал во рту жгучий напиток, проглотил. – Это все те же пресловутые кланы, аристократические Роды и упертые бояре.

– Конечно, не денутся. Но в альянс можно будет набирать таланливую молодежь из простолюдинов, обучать их по разным направлениям, где будут нужны мозги. Преданные мальчишки и девчонки станут тем мясом, которое нарастет на костяке наших Родов.

– Тебе пора книги писать или статьи, – фыркнул император. – Давно крамольные мысли посещать стали?

– С тех пор, как Тамара ушла в семью Назаровых, – улыбнулся Константин. – И тогда я понял, что грядут новые времена. Если мы не пошевелимся, то на наше место придут те же Шереметевы и Волынские с замшелыми идеями, или Строгановы с Демидовыми, дерзкие до неприличия. Так что прислушайся к Владиславу.

– Мы решаем за Назарова; а нужен ли ему альянс? Опять проявит свою ершистость и запрется в Вологде.

– Придется найти правильные слова и аргументы в пользу новых веяний, – Великий князь пошевелил отекшими плечами. Слишком долго сидит. – Пусть цесаревич обрисует конфигурацию альянса. Молодые поймут друг друга лучше, а нам пока надо постоять в сторонке. Давай хоть раз в жизни не станем им мешать, но аккуратно присмотрим.

Вологда, «Гнездо»

– Прочесали все промзоны поблизости, откуда мог появиться закладчик мины, – докладывал Орех, поглядывая на пакет с какой-то бесформенной кучей, раньше называвшейся одеждой. Теперь от пакета разило паленой тканью. – Каждый закоулок исследовали. Пришлось выдумывать, что ищем грабителя, который спрятался где-то здесь. Заодно спрашивали, не видели ли кого-то подобного? Провозились до ночи, пока всю территорию не прошли насквозь. Последней оставалась кирпичная фабрика. Сторож уперся, ни в какую не пускает, даже ружьем грозить стал. Боевой старик.

– Ближе к делу! – рыкнул Ильяс, сидя рядом с Никитой. Сейчас они находились в его рабочей каморке в левом крыле казармы, и помимо них здесь столпилась вся группа, сопровождавшая Антона.

– За пять рублей старик рассказал, что часа два назад, сразу же после того, как территорию завода покинуло начальство и последние работники, он заметил какую-то странную тень за штабелями готовой продукции. Взял ружье и стал осторожно подкрадываться. Все-таки опасался, мало ли кто мог там быть. В общем, увидел только вспыхнувший огонь между поддонами с кирпичом. Бросился, чтобы потушить его. Ну, я и понял, о ком идет речь. Еле выпросил старика пустить меня одного и забрать сгоревшее тряпье.

– За пятерку он сам должен был тебе притащить, – хмыкнул Ильяс.

– Не-а, – протянул Орех. – Хозяин дал четкий приказ: не прикасаться к одежде, если найдем. Чтобы ауру чужую не сбить. Я сам сходил, аккуратно палочками поднял и в пакет положил.

Никита кивнул, поглядывая на обгорелые шмотки ткани. Остались там следы чужака или нет – вопрос серьезный. Смогут ли демоны учуять ауру на сожженной одежде?

– Ладно, парни, свое наказание вы отработали, – сказал он, взглянув на ободрившихся бойцов. – Можете быть свободны.

Дождавшись, когда из каморки выйдут лишние, Никита посмотрел на Ильяса и жестко произнес:

– Необходимо пересмотреть инструкции по сопровождению. Слишком беспечно стали вести себя. Не в том мы положении, чтобы терять опытных и нужных людей.

– Я все время прокручиваю в голове ситуацию с Антоном, – откликнулся Бекешев. – Ну, поехал бы он в сопровождении двух групп, все равно подобный трюк можно проделать ювелирно, что и доказал этот пьянчуга. Якобы споткнулся, упал под колеса и закинул магнитную мину под днище. Секунда, миг – и никто ничего не поймет. Такие вещи даже при большом скоплении народа проделываются на раз-два. Объективно говоря, операция почти идеальная, и, если бы не сторож, погасивший горящую одежду…. Надеюсь, демоны их найдут.