Текст книги "Князь Гиперборейский (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

Глава 10

Петербург

Марцио торопливо закидывал в чемодан свои вещи. Не так он хотел покинуть Петербург, в спешке и панике, разыгравшейся после звонка его агента, не участвовавшего в нападении на усадьбу барона Назарова. Он поднял комиссара Второй капитулы около шести утра и сухо доложил, что миссия провалена, отряд полностью разбит, оставшиеся в живых прячутся в лесах, но это лишь вопрос времени, когда их поймают. Вся Вологда перекрыта тройным кольцом. Армейские части проводят прочесывание окрестностей, ИСБ ловит боевиков в самом городе, на дорогах блокпосты, мышь не проскочит.

Боргезе не сожалел о погибших бойцах. Таких можно набрать на специализированных рынках труда в Риме, Неаполе, Мадриде, Женеве. Инквизиция платит щедро за возможность пролить кровь в ее пользу; дураков хватает, а вот идейных очень мало.

Опасность он почувствовал спиной, когда наклонился над чемоданом, лежащим на разобранной постели. Холодом потянуло от окна, хотя оно было плотно закрыто. Боргезе не любил русскую зиму, но и весна его тоже раздражала ночной прохладой.

Ему хватило буквально мгновения, чтобы выпрямиться с армейским тактическим ножом в руке. Он всегда лежал на дне чемодана, притянутый плотными резинками к днищу. Ножны остались на месте, а вот сверкающий клинок, которым комиссар умел пользоваться, уже готов был полететь в незваного гостя.

Но оторопело замер. В кого кидать-то? На середине комнаты вспухла серо-льдистая воронка, почему-то перевернутая вопреки всем законам физики. То, что это магия, понимание пришло еще через секунду. Воронка с шорохом распалась на клубящиеся дымки, от которых на полу появилась пленка инея.

Боргезе прыгнул навстречу молодому человеку в застегнутой камуфляжной куртке, пытаясь одним ударом покончить с ним. Он узнал парня и радостно осклабился. Как русские говорят? На ловца и зверь бежит?

Назаров оказался куда быстрее, чем предполагал Марцио. Неуловимый глазу шаг в сторону – и рука с ножом оказывается в жестком захвате, а потом и вовсе ушедшая куда-то вбок и вверх. Ключицу и локоть пронзила резкая боль, что-то хрустнуло – и Боргезе рухнул в кресло с вывернутой рукой, которой даже пошевелить не мог.

– Обыкновенный вывих, – спокойно произнес Никита, нависая над комиссаром. Нож каким-то непостижимым образом висел в воздухе в нескольких шагах от них в легком веретенообразном облачке, как будто поддерживаемый невидимой рукой. – Мог бы сломать руку, но ты же орать будешь от боли.

– Живучий ты, барон Назаров, – на русском языке откликнулся Боргезе. Его акцент нисколько не мешал его правильной и связной речи. – Другой на твоем месте и пару дней не прожил. Как тебе удается выбираться из этих передряг?

– Тебе уже незачем знать, сеньор Боргезе, – сухо откликнулся Никита. – Давай, облегчи душу. Кто лично давал приказ на уничтожение меня и моей семьи? Где сейчас находится Доменико Котез и какова его роль в этой суматохе?

– Думаешь, поставил меня в унижающее положение и теперь можешь задавать вопросы? А я не буду отвечать ни на один! Ты меня все равно живым не отпустишь.

– Не отпущу, – холодная улыбка слегка поколебала уверенность Боргезе, пытавшегося тянуть время и сбить решимость парня. – Но у тебя будет два варианта: умереть как подобает настоящему потомку первых римских патрициев или ощутить на себе, как демон выпивает твою душу. Поверь, лично я ни за что не согласился бы на подобную смерть.

– Ты запугиваешь!

– Дуарх! – коротко и непонятно произнес Никита.

Перед потрясенным Боргезе материализовался высокий, под два метра ростом мужчина в белом элегантном костюме и с характерными показателями демонической сущности на голове. Нет, не рога, а наросты на голом черепе, идущие от макушки до самой шеи. Это был самый настоящий демон, а не восточный джинн, что ввело комиссара в большое уныние. Демон держал в руке клинок и покручивал его в пальцах.

– Как видишь, Марцио, я не запугиваю и не шучу. Это мой слуга, выполняющий каждую прихоть хозяина. Прикажу ему сейчас развесить твои кишки на потолке, но, чтобы ты еще был жив, когда тебя обнаружат – и он сделает это с радостью. Кстати, душу твою он готов пить в течение долгих дней и ночей. Месяца два-три.

– Годы, Хозяин, – пробасил демон. – Я могу истязать, умерщвлять и снова возрождать эту жалкую кучу дерьма пока не станет скучно.

– Ну вот, даже годы, – удовлетворенно кивнул Никита и жестом показал, чтобы Дуарх исчез на время из виду потрясенного происходящим Боргезе. Инквизитор испугался; его страх чувствовался в остром запахе пота и лихорадочно блестящих глазах. – Год беспрерывных мук в ледяных пустынях и жарких подземельях Инферно. Я там был, и скажу, не самое приятное место для вечного страдания. Поверь, Марцио, это не христианская догма, которой оболванивают миллионы людей. А самый настоящий ужас.

– Тебе важно знать заказчика и где Котез? – выдавил из себя Боргезе, лихорадочно ища выход из создавшейся ситуации. Кричать? Вряд ли удастся поднять шум. Назаров напряжен и смотрит за каждым его движением.

– Давай сначала разберемся с этими двумя вопросами, – кивнул барон.

– Котеза здесь нет. Он еще позавчера уехал из Петербурга. Где сейчас – не имею информации.

– Ладно, сделаю вид, что поверил, – равнодушно произнес Никита. – Кто в Инквизиции решал вопрос о моей смерти?

– Святая Инквизиция объединяет три орденских сообщества, – стал тянуть время Марцио, постоянно облизывая сохнущие от страха и напряжения губы. – Ордо Маллеус, Ордо Еретикус и Ордо Ксенос. Последние занимаются нахождением ведьм и колдуний. Магия, еретики и ведьмы – вот основная деятельность Инквизиции. Мы абсолютно независимы от Святой церкви, но Папа имеет право голоса и подписи в особо важных случаях, когда нужно огласить приговор по ликвидации серьезных и опасных для Инквизиции людей.

– И я вошел в этот список?

– Да, после того как ты уничтожил штаб-квартиру Ордо Маллеус. Такие вещи не прощаются.

– Я не уничтожал ваше гнездовище, – усмехнулся Никита. – Там произошел незапланированный выход огненного джина. Вот и взлетело все в небо. Печать на крышках надо проверять почаще.

– Смешно видеть, как враг пытается глупой шуткой завуалировать свое участие в акции, – поморщился Боргезе. – В том пожаре погибли несколько высокопоставленных лиц Ордо Маллеус. Мы уже через месяц знали, чьих рук дело.

– Учитывая, что в похищении ребенка моего слуги участвовала ваша организация – удивительная нерасторопность, – уколол Никита. – Давай уж, Марцио, фамилии тех, кто подписал мне приговор. С Папой понятно – ширма, хоть и очень неудобная для нас.

– Тебе до них не добраться, – злорадно рассмеялся Боргезе, на миг забыв о боли в неестественно вывернутой руке.

Но тут же пожалел о своем поступке. Жесткие пальцы обхватили руку и сделали легкое движение, отчего адская боль прошила от плеча до кончиков пальцев. Из глаз полились слезы.

– Я ведь могу и руку оторвать, – опять в голосе Назарова холодная безучастность. – Она все равно тебе не понадобится в Ледяной Пустыне.

– Ты чудовище, Назаров, – с тоской произнес Боргезе, понимая, что из создавшейся ситуации возможен только один выход: через окно. Пятый этаж, внизу козырек-крыша. Если повезет упасть на него, а не на асфальт – можно устроить такой шум, что имперская служба безопасности набежит, не даст врагу утащить его в преисподнюю.

Барон стоял как раз на пути между креслом и окном. Там же, вымораживая комнату, вяло крутилась поземка, что выглядело несколько сюрреалистично. Нет, не получится даже дернуться. Ну что ж, к этому все шло. Боргезе не испытывал никаких иллюзий, что доживет до возраста Папы Феликса, учитывая специфику своей службы. Поэтому нужно всего лишь быстро сжать зубами левый лацкан пиджака, в котором зашита ампула с ядом, гарантированно убивающая за две-три секунды. Главное – проглотить быстро.

Он так и сделал, не глядя на рванувшегося к нему Назарова. Раскусив ампулу, Боргезе ощутил миндальный привкус цианида, и с трудом сдерживая рвотный позыв, проглотил яд. Попытка разжать челюсти ни к чему не привела. Истинная мертвая хватка бульдога.

– Болван, – Никита озадаченно глянул на мертвого Боргезе с вытекающей изо рта слюной. – Это же надо было не догадаться проверить закладку на яд!

Он с видимым разочарованием дернул руку комиссара, возвращая ее в правильное положение.

– Мне его забрать? – демон неслышно материализовался за его спиной.

– Пусть здесь остается, – сразу же сообразил Никита насчет будущей выгоды. – Начнут проверять номер, обнаружат инквизитора. Отравился, решил свести счеты с жизнью. А нас как бы и не было.

Он вернул клинок в ножны, огляделся по сторонам, отмечая, нет ли чего-то такого, что бросилось бы следователям в глаза, намекая на драку, потом тщательно прощупал оба кресла, разыскивая перламутровую пуговицу, сыгравшая роль маячка. Хотел убедиться, что она полностью утратила материальную сущность. Уничтожил остатки аурных следов и удовлетворенно кивнул. Теперь нужно спасать Антона.

Его маячок уверенно пульсировал в астральном поле совсем рядом. Значит, он находится совсем близко. Сориентировавшись, Никита понял, что Боргезе снял две комнаты, и вторая, скорее всего, предназначалась для охраны.

Словно подтверждая его выводы, в дверь требовательно постучали. Тревожные всполохи чужой ауры принадлежали одному из телохранителей. Никита принял решение быстро, на каком-то интуитивном уровне. Боргезе был одной комплекции с волхвом, поэтому грех не воспользоваться его личиной.

– Все в порядке, шеф? – на итальянском спросил коренастый мужчина в плотном твидовом костюме. Он настороженным взглядом ощупал Никиту с ног до головы, держа при этом руку на уровне груди. Под пиджаком явно тактическая кобура с пистолетом.

Конечно, его смутила странная одежда, в которую был облачен «Боргезе» – не цивильный костюм, а какая-то камуфляжная куртка; конечно же, попытка не пускать в номер – такие вещи опытные телохранители чувствуют на зверином уровне.

Рука только успела нырнуть за пазуху, но вытащить оружие Никита не дал. Короткий и точный удар в нужную точку – и охранник замертво повалился прямо в его руки. Чего жалеть супостатов? Оттащив грузное тело в глубины номера, он бросил его на пол, закрыл дверь и задумался на мгновение.

Накинуть новую личину не составило труда. А вот полностью скопировать одежду и сложной иллюзией превратить себя в лежащего громилу – потребовалось исхитриться. В этом случае Никита задействовал целый ряд магоформ, цепляющихся друг за друга как во время вязания спицами. Результат того стоил. Посмотревшись в зеркало, волхв хмыкнул. Красавец! Ничем не отличишь, если не разговаривать и не делать лишние движения.

Обшарив карманы лежащего в беспамятстве охранника, нашел в одном из них магнитную карту, с помощью которой открывалась дверь в соседний номер, если только изнутри она не блокировалась защелкой. В «Рице» уже давно использовали подобную систему.

– Да здравствует технологический прогресс, – пробормотал Никита.

Он вышел из номера Боргезе, закрыл дверь и приложил руку к полотну. Нужный скрипт у него уже давно был заготовлен, и действовал не как «взломщик». Щелкнул фиксатор, закрывая номер изнутри. Пусть теперь следователи выстраивают свои версии из увиденного.

Комната, где держали Антона, находилась справа. Никита с помощью ключа открыл дверь и вошел в ярко освещенную прихожую, откуда хорошо просматривалась большая комната. Увидел сидящего к нему боком Антона на стуле, да еще связанного по рукам и ногам, он не стал бросаться к нему, а замер на месте, выискивая второго телохранителя. Тот, оказывается, находился в маленьком закутке, где стоял холодильник и небольшой мини-бар, и делал себе бутерброд. Затолкав его в рот, он пошел в гостиную и замер на месте, увидев своего «товарища».

– Что там у шефа, все в порядке? – спросил напарник, не успев откусить.

– Да, – коротко по-итальянски ответил Никита и направленной «сонной» магоформой отправил охранника спать. Опять пришлось подхватывать непослушное тело и аккуратно положить его на пол. Почему не убил? А пусть на него всех собак вешают, идя по ложному следу. И Хованскому развлечение со своим отделом какое-никакое.

– Никита! – Шубин уловил какую-то возню за своей спиной и развернулся, широко улыбаясь. – Я думал, обо мне забыли!

– Скажешь тоже – забыли, – проворчал волхв, руками разрывая пластиковые путы, чуть-чуть используя Силу. – Просто решил дать тебе отдых. Вижу, он тебе на пользу пошел. Порозовел, усталости на лице словно и не было.

Антон рассмеялся, скрывая боль в запястьях, и стал активно их разминать, восстанавливая кровоток.

– Да и ты, гляжу, не в печали, – ответил он. – Как дела в «Гнезде»?

– Все в порядке. Банду Боргезе уничтожили, остатки сейчас вылавливают по лесам. «Родники» тоже отбились без серьезных потерь. Только Немца немного покорежило под магической атакой, – доложил Никита. – Выживет, он мужик сильный.

Пора было возвращаться на Обводный. Девушек надо успокоить, а то уже завалили сообщениями с вопросами, избегая прямых звонков на его телефон. Умницы, что тут скажешь.

Насчет Доменико Котеза, скорее, правда, чем какая-то игра. Ведь шла информация из Мезени, что там идет непонятная возня с приезжими. Замечали в лесах и тундре подозрительных вооруженных людей. А если Котез обнаружил храм Перуна и готовит нападение? Вряд ли им удастся захватить серьезно укрепленный Алтарь, там одни смотрители-волхвы играючи отобьются, но дело-то не в этом. Нужно сделать так, чтобы ни один враг не ушел, чтобы никто не смог донести до своих командиров, где находится Храм гипербореев. Или же нанести еще один удар, обезглавливающий всю верхушку Инквизиции. То, что Боргезе не назвал имена трех Великих Инквизиторов, еще ничего не значит. Русская агентура Житина через своих осведомителей найдет даже их заместителей, иначе называемых комендантами. Доживи Марцио до преклонных лет, он бы мог стать одним из них. Почетная должность для тех, кто полжизни воевал в чужих землях, рискуя собой.

Для полного уничтожения Инквизиции нужна воля государства, а не одного человека, идущего по пути мщения. У Никиты уже возникали мысли, что Меньшиковы затеяли какую-то игру. Почему спецназ, ИСБ и прочие хваленые волкодавы не пришли на помощь Назаровым сегодня ночью? Ведь в имении шла не межклановая война! Туда приехали иностранцы с оружием, чтобы убивать не только охранников, но и мирных людей! Обнаглевшая Инквизиция уже плевать готова на русского императора?

Нет, такого Александр Михайлович не мог допустить! Его принципы совершенно другие, в корне отличающиеся от вегетарианского поведения! А если сегодня не был нанесен удар по Инквизиции, то завтра всякие преступные синдикаты начнут творить на твоих землях все, что взбредет в голову! Неужели Меньшиковы этого не понимают? получается, они плетут какую-то хитрую комбинацию за спиной Никиты!?

Нужно встретиться с тестем и выжать из него всю информацию по Инквизиции! А то хорошо устроился Великий князь, минимум ответственности за свою дочь и внуков, но с желанием снять самые жирные сливки! Так не пойдет!

Прикинув на мгновенье план своих действий, он вызвал Дуарха, и войдя с Антоном в набирающуюся силу воронку, исчез из номера.

****

Хованский, положа руку на сердце, не понимал смысла его приглашения на совещание, устроенное самим императором. Ладно бы, если глава МВД Волынский Андриан Иванович – младший брат князя Леонида – лично вызвал в кабинет и устроил расспросы о происшествии в «Ритце». Но нет – они оба в парадных кителях ровно в два часа дня уже стояли в секретариате. Адъютант тут же доложил об их прибытии и пригласил в кабинет.

Аниславу Радиславичу и вовсе стало плохо. Великий князь Константин, цесаревич Владислав, министр МИДа Суворов, вся силовая верхушка от Житина до министра обороны Воротынского. Правда, кроме них были менее значимые фигуры с погонами полковников и подполковников, которых лично Хованский не знал. Ну, так и должность у него такая, что с военными не пересекается.

– Андриан Иванович, Анислав Радиславич, наконец-то! – воскликнул Меньшиков, показывая жестом, что они могут присесть. – Я намеренно не затрагивал до сей минуты ситуацию с Ордо Маллеус, ожидая приезда господина Хованского. Но давайте уже выслушаем министра внутренних дел, а некоторые подробности дополнит старший следователь магического отдела.

– Сегодня в восемь-тридцать из отеля «Ритц» поступило сообщение о смерти одного постояльца, – по традиции во время крупных совещаний докладчик оставался сидеть, и Волынский об этом прекрасно знал. – Группа следователей, в том числе и господин Хованский, срочно выехали туда для дознания. Оказывается, в одном из номеров обнаружили труп Марцио Боргезе, старшего аудитора Трибунала Священной Римской Роты и одного из своих телохранителей. В Петербурге они находились уже довольно продолжительное время, не меньше двух недель, и уже собирались возвращаться домой. Билеты забронированы на третье апреля.

– А кто их обнаружил? – поинтересовался Великий князь Константин, старательно борясь с зевотой, прикрывая рот ладонью.

– Еще один охранник. Он жил в соседнем номере. Обеспокоился, якобы, почему Боргезе не выходит из номера, да и отсутствие напарника тоже не способствовало хорошему настроению. Обычно комиссар в восемь утра обязательно требует доклад от своих людей. В назначенное время второй охранник постучал в дверь, но никто не открыл. Через десять минут повторил попытку. Теперь уже настойчивее. Ну, со всяким бывает, бессонная ночь, под утро сморило, не слышит ничего. Даже с такими педантами, как старший аудитор. Тоже ведь человек, – Волынский на мгновение замолчал, собираясь с мыслями, чтобы доложить их кратко и по существу. – Еще десять минут ему понадобилось, чтобы найти администратора по этажу и на ломаном русском объяснить проблему. Запасной ключ проблему не решил. Заперто изнутри. Сломали замок и увидели два трупа. Только потом информация поступила на полицейский участок района, где находится отель.

– Боргезе убили? – простучал пальцами по столу Александр, и Хованский заметил во взгляде императора удовлетворение от такой вести. Уж такие-то эмоции Анислав Радиславич научился различать во всем их разнообразии.

– Самоубийство, отравление, – огорошил всех собравшихся Волынский.

– То есть? – не понял Александр. – Боргезе сожрал яд в номере петербургского отеля «Ритц»? А причина?

– Ваше Величество, он действительно принял яд, раскусив ампулу, зашитую в лацкан пиджака. Но это не значит, что картина самоубийства настолько явственная. Скорее всего, это был акт отчаяния от безвыходности ситуации, которая для него стала неожиданной.

– Я же говорил, что с этим Орденом магов не все столь однозначно! – император от избытка чувств прихлопнул по столу тяжелой ладонью. – Боргезе был вынужден съесть яд, чтобы не выдать какую-то важную информацию неизвестному посетителю. Что известно об этом?

– Государь, позвольте господину Хованскому дополнить картину следствия, – генерал Волынский умело перекинул внимание на своего сотрудника. Впрочем, для этого его и вызвали.

Анислав Радиславич дождался, пока император разрешит ему продолжить доклад, не вставая из-за стола, и только потом заговорил:

– В таких сложных случаях магическое следствие ведется первым. Мы проверили все аурные следы, оставшиеся в номере, чтобы быть уверенными, что кроме Боргезе там были еще люди. Кроме ауры самого хозяина и исчезающих аур его охранников, мы ничего не обнаружили.

– Исчезающая аура – это что? – поинтересовался Великий князь.

– Аурный след держится максимум сутки, потом начинает распадаться. Было бы удивительным, если бы ауры телохранителей не были обнаружены. Свежих не нашли. В помещении нет намека на ссору, мебель стоит на месте, посуда не разбита. Картина стала ясна после часового осмотра. Боргезе действительно покончил жизнь самоубийством. Только лично я не вижу логики в произошедшем.

– Что именно вас насторожило? – с интересом спросил император.

– Произошла какая-то ситуативная встреча с неизвестным человеком, после которой важный в иерархии Трибунала чиновник раскусил ампулу с ядом. Или, наоборот, его принудили к этому.

– Как можно принудить человека самому съесть отраву? – удивился цесаревич.

– Угроза семье, шантаж на почве каких-то склок в организации, – пожал плечами Анислав Радиславич. – Конкуренция, чему я, честно говоря, не удивлюсь, если версия окажется единственно верной. Кто-то из коллег прилетел в Петербург, встретился с Боргезе и заставил того сделать страшный выбор. Но тогда я вынужден признать, что в номере находился очень сильный маг, умеющий тщательно затирать все следы: обычные физические и магические на всех уровнях. А еще он ловко подстроил смерть охранника, чтобы направить следствие по ложному следу. Другая странность: второй охранник уверяет, что его напарник вернулся обратно и сказал, что с комиссаром все в порядке. А на деле выходит труп рядом с Боргезе. Интересная ситуация.

– Хорошо, Анислав, Радиславич, мы еще обсудим этот момент, – кивнул император и обратился к министру МИДа. – Владимир Андреевич, а вы знали Боргезе?

Суворов не стал торопиться с ответом, хотя по выражению лица было понятно, что имя это ему известно.

– Лично или через кого-то – нет. Но то, что он является комиссаром Второй капитулы сектора Ориент – знал. Его должность в Трибунале – фикция. Боргезе почти никогда не присутствовал на заседаниях, занимаясь свой прямой обязанностью – зачистками неугодных Инквизиции людей на территории Российской Империи.

– Вы хорошо осведомлены о роли Боргезе, – улыбнулся император.

– Так у нас в каждом дипломатическом корпусе есть люди Самуила Петровича, с которыми мы плотно работаем в одной связке, – посмотрел на Житина Суворов, и тот лишь кивнул стриженной головой, подтверждая слова министра иностранных дел.

– Резюмируйте, Анислав Радиславич, – попросил Александр.

– В смерти инквизитора присутствуют две версии: его убили свои же из-за каких-то разногласий, и исполнителем был один из охранников. Второй лишь контролировал и, вероятно, вскоре признается в своем участии, чтобы отвлечь внимание от более крупной рыбы. Или же кто-то из русских подданных, имеющих зуб на Ордо Маллеус, ловко расправился с ним чужими руками, – отчеканил Хованский, надеясь, что скрытый посыл дошел до императора. Собственно, на это он и намекал несколькими минутами ранее. Анислав Радиславич знал, основываясь на интуиции и многих сопутствующих произошедшему факторов, кто посетил Боргезе. Какова будет реакция государя? Если тот прикроет глаза – придумаем нужную версию для Ватикана. Если нет – возникает проблема для Назарова. Значит, пока нужно молчать.

– Спасибо, Анислав Радиславич, мы вас больше не задерживаем. Можете идти.

Хованский встал, четко кивнул, и скрывая удивление, вышел из кабинета. Получается, что его притащили сюда лишь с одной целью: озвучить нужную для Кабинета историю. А дальше все пойдет без него. Ладно, попозже у Волынского узнает, чем дело закончилось.

– Что у нас по контактам с кандидатами в Папы? – продолжил спрашивать Суворова император.

– Тургенев наладил контакты с кардиналами Контарини и Строцци. Легкое прощупывание намерений, завуалированный интерес к их дальнейшей карьере, – министр иностранных дел открыл папку и бегло пробежался по своим записям. – Выяснилось, что большая часть кардиналов и в самом деле недовольна действиями Святой Инквизиции, уже давно превратившейся в независимую структуру, ее лидеры – невероятно своенравные люди, даже умудряющиеся драться между собой за влияние над Папой. Может, смерть Боргезе действительно дело рук неких противоборствующих сил.

– Все равно нам это в копилку, – усмехнулся Великий князь Константин. – Сейчас в Ватикане начнется грызня, где каждый будет обвинять друг друга в разгроме целого Сектора. Нужно уже сейчас вбивать клин между ними.

– Сектор не весь разгромлен, – заявил Житин. – Где-то на просторах России затерялся Доменико Котез, еще один одиозный комиссар. Его капитула еще жива, в отличие от группы Боргезе. Спасибо барону Назарову. Взял на себя опасную миссию, теперь наш долг – защитить его семью от вендетты.

Волынский нахмурился. Камень, выпущенный Житиным, прилетел в его огород, хотя, по логике, должен навести шороху в хозяйстве Возницына. Кстати, его сынок дал клятву Назарову и теперь служит молодому барону. Почему Федор Ильич не суетился? Он как бы невзначай мазнул взглядом по сидевшему напротив него Главе ИСБ. Н-да, Возницын-то и сам не рад, сидит с хмурым видом. Знает, чье мясо кошка сожрала?

– Мы разберемся, Самуил Петрович, – обрезал не в меру ретивого Главу разведки император. – Сейчас у нас иная задача: подготовить почву для переговоров с кардиналами, желающими стать следующим Папой. Работа предстоит активная, без проволочек. К июню-июлю – я обращаю внимание на сроки как самые крайние – все должно быть готово для следующего шага. Федор Ильич!

– Да, Ваше Величество!

– Обеспечьте охрану Тургенева самыми лучшими агентами СБ, действуйте в связке с Самуилом Петровичем. Глаз не спускайте с первого секретаря.

– Слушаюсь! Будет выполнено!

– Теперь по Назарову, – лицо Меньшикова внезапно окаменело, когда он провел взглядом по собравшимся. – Некоторым может показаться, что один из сильнейших Родов сознательно подставляет молодого барона под самые тяжелые молотки Инквизиции. Советую выбросить из головы подобные мысли и не озвучивать их где попало во избежание последствий. Назаров играет свою партию в оркестре, и чем меньше будет знать, что его прикрывают, тем лучше проявит все нужные для общего дела качества. Сам факт полного разгрома отряда инквизиторов в Вологде как нельзя лучше показывает, насколько барон Назаров может быть самостоятельной боевой единицей, применяя Силу, данную ему предками. Ну и клановый отряд, созданный им, тоже проявил отличную выучку. Ни одного убитого или тяжело раненного!

– Так у него «бризы» на всех бойцах, – улыбнулся Великий князь Константин. – Он же, в первую очередь, изготавливает комбинезоны для своего боевого крыла.

– По контракту с Министерством Обороны Назаров в полной мере обеспечивает войска «бризами», – заметил император. – Значит, изыскивает резервы для дополнительных комплектов, что не запрещается. И тем не менее, надень на дурака непробиваемую броню, он и в ней умудрится словить пулю.

Закончив совещание, Александр отпустил всех кроме сына и брата. Распахнув окно, он полной грудью вдохнул в себя свежесть весеннего дня, пахнущую прелью прошлогодних листьев и легкой солоноватостью с Залива.

– Вы внимательно выслушали Хованского? – спросил он, повернувшись спиной к окну и упершись руками в подоконник.

– Очень даже, – ответил цесаревич, переместившись на диван. – Я смотрел на твое заинтересованное лицо, когда Анислав Радиславич описывал, как осматривал номер Боргезе. Ты ожидал чего-то сенсационного?

– Не понял, – с легкой усмешкой произнес император. – Ну, а ты, братец?

– Есть подозрение, что в гостях у инквизитора побывал Никита. А это значит, у Назарова сейчас на руках есть какая-то информация, полученная от Боргезе.

– А если нету? Если Боргезе успел умереть, прежде чем Никита вытряс его до донышка? Зашитая в лацкан пиджака ампула – это самый верный способ уйти от допроса.

– Можно ведь и ментата привлечь, – удивился Владислав. – Сколько там времени нужно, чтобы успеть снять информацию?

– Безнадежное дело – колупаться в мозгах умершего, – отмахнулся Великий князь. – Живой – еще куда ни шло, там никакой статичности, образы подвижны, картинки памяти меняются, можно много интересного узнать. Правильно, что не стал заморачиваться. Мне кажется, зять и без того доволен, что добрался до ублюдка. Теперь интересно, найдет ли он Котеза?

– Думаю, он этим сейчас и занимается, – кивнул император.

– Никита сейчас на Обводном, – усмехнулся Константин Михайлович. – Уже доложили. Пьет чаи и успокаивает свое женское царство. Девушки-то переволновались, ожидая нападения и на петербургский особняк. Что посоветуешь, брат, когда разъяренный зятек появится у меня? Сказать ему правду или продолжать увиливать?

– Ты к чему это? – удивился император.

– Я разговаривал с дочерью утром, она была очень зла на меня, что не прислал помощь, а просидел всю ночь в гостях у Городецкого. Думаю, Никита накрутил себя похлеще, чем Тамара. Поэтому и думаю, с каким настроением ожидать его визита.

– Может, тебе охрану увеличить? – не выдержав, расхохотался император, глядя в озабоченное лицо брата. – А то, боюсь, Назаров сильно осерчал за последние дни, лупит направо и налево.

Цесаревич кисло улыбнулся. Он ведь предупреждал, что закулисные игры приводят, обычно, к бурному выяснению обстоятельств. Ладно, если морду друг другу бить не начнут. Не завидует он дяде Косте.

– Разберемся по-семейному, – хмыкнул Великий князь. – Пусть еще побегает, Котеза поищет. Куда мог этот гаденыш спрятаться?

Вологда, «Гнездо»

Вернувшись в середине дня из Петербурга в вологодское поместье, Никита обнаружил небывалое оживление. На месте сгоревшего дома копошился мини-бульдозер, расчищая место для нового фундамента. Ловко подцепляя ножом мусор, он подъезжал к грузовику и с грохотом высыпал его в кузов.

Неподалеку возвышались штабели бруса и кирпича, возле которых крутились строители в темно-синих комбинезонах. В общем-то, Тамара была права, когда хотела найти подрядчика, готового за короткий срок построить погорельцам дом. Не дело семейным, уже обретшим свое жилье, снова перебираться в общежитие.

Мужчины из числа обслуживающего персонала занимались восстановлением забора с северной стороны, где шли наиболее интенсивный бой с применением магии. Все следы бурной ночи уже убрали. Только черные проплешины в парке и на лужайке напоминали о произошедшем.

Из Вологды по приказу Великого князя Константина пригнали несколько крытых фургонов, куда загрузили мертвые тела боевиков. Тамара потом интересовалась у отца, сколько же нападавших было у Инквизиции. Оказывается, городской морг оказался весь забит их телами, пришлось резервировать места еще в двух больницах. Насчитали восемьдесят девять человек вместе с теми, кто атаковал «Родники». Никита подозревал, что Дуарх и Ульмах – эти два спевшихся друг с другом демона – каким-то образом утащили в свои закрома несколько недобитых врагов, чтобы потом полакомиться их душами. Это, конечно, не красит слуг, хотя если откровенно – плевать на тех, кто хотел убить тебя самого. Но строго внушить придется, чтобы не своевольничали.

Погибших магов-инквизиторов забирали ушлые ребята из местного отделения Коллегии Иерархов. Их вотчина, ничего не поделаешь. Нравится возиться с трупами – их дело. Зато у Никиты руки развязаны, можно заняться перегонкой машин. Сейчас их появление в «Гнезде» как нельзя кстати. Девчонки хотя бы стресс сбросят. Это они на людях храбрятся, а наедине каждая из них хоть на мгновение, но прильнет к его крепкой груди, чтобы показать свою слабость и получить заряд бодрящей энергии.