Текст книги "Князь Гиперборейский (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 26 страниц)

– «Паук» в норме, – а это уже Тагир, который восполнил пробел в командном составе из-за отсутствия Шубина. Фоном идет беспрерывная трескотня. У старого потайника самый протяженный участок обороны, и там, кстати, действуют маги. – Пытаются пробить щит с помощью каких-то артефактов. Уже два взрыва было. Половину панелей снесли. Пока держимся. Прием!

– Запускаю «зажигалку» и «морозильник», – решился Никита. Его встревожили слова Тагира о неизвестных артефактах. Скорее всего, боевики Инквизиции используют магические мины, которые могут наделать бед. Слышал он о таких. В защитный купол или сферу после подрыва запускается вирус и разрушает защитный конструкт. Странно, что до сих пор эти маги не догадались вручную запустить «троянского коня», упорно показывая свою некомпетентность. А может, в этом и заключается задумка? Завязать бой на узком пятачке, собрав всех магов клана, при этом оголив остальные участки.

И тут – бабах! В пролом рвутся озверевшие от затянувшегося боя псы Инквизиции. Дальше и додумывать не нужно. Сколько парней поляжет, защищая «Гнездо», одному Перуну известно. Но теперь понятно, что атакующие вводят последние резервы и аргументы. Вот теперь можно и пошалить.

Кивнув Яне, неотрывно глядящего на него, Никита мысленно вызвал Дуарха и показал ему, где нужно провести зачистку. Такой же приказ пошел к Ульмаху. Оба демона, чтобы не мешать друг другу, выскочили из Инферно с разных сторон, и раскручивая маховик жутких воронок – огненной и ледяной – стали сближаться.

****

Именно это буйство Стихий и заметил Великий князь Константин, стоя на балконе особняка Городецких. Патриарх рода князь Леонид Сергеевич, еще хранивший стать, молча наблюдал за происходящим, опираясь на лакированные перила узловатыми руками.

– Не пора ли, Константин Михайлович? – кивнул он на жуткое сочетание ало-багряного и фиолетово-синего цветов, вспыхнувших в разных местах и медленно двинувшихся навстречу друг другу. – Меня даже здесь корежит от магии.

– Да, чувствуется, серьезные силы вступили в бой, – странно усмехнулся Меньшиков. – Значит, не врали чертовы Иерархи, когда шептали императору насчет второй статуэтки. Не врали.

– О чем речь, Ваше Высочество? Если, конечно, дозволено узнать.

– Да мой зятюшка эксперименты разные проводил со Стихиями, старинные артефакты исследовал, и что-то там интересное обнаружил.

Помолчав, он добавил:

– А я думал, не хватит ему смелости использовать…

Городецкий понял, что ему намекнули не совать нос куда не следует. Пространное объяснение подошло бы волхву-первогодку, а такого матерого зверя не провести. Пытливый и аналитический ум старика сразу выстроил нужную картину после этих слов. У Назарова в руках появилось какое-то оружие разрушительной силы. Именно его действие сейчас наблюдалось в небе над родовым поместьем молодого соседа.

До них донеслись отголоски магических излучений. В лицо толкнуло спрессованным теплым воздухом с примесью гари и острой морозной свежести.

– Полковник Раевский! – не поворачивая головы, произнес Константин Михайлович.

– Слушаю, Ваше Высочество! – откуда-то сбоку из зыбкой предрассветной тьмы вынырнула кряжистая фигура в меховой камуфляжной куртке.

– Дайте приказ выдвигаться к трассе и усилить блокпосты. Любая машина, идущая со стороны «Гнезда» или в ее сторону, должна быть остановлена, все находящиеся в ней – подвергнуться проверке. Никого не отпускать до особого распоряжения. Женщины, старики, дети – без исключения. Особое внимание людям, плохо разговаривающим на русском, с акцентом, иностранцы, и вообще все подозрительные, с оружием. При оказании сопротивления – уничтожать. Вам ясно?

– Так точно, Ваше Высочество! Разрешите идти? – вытянулся Раевский, а глаза его оживленно забегали. Наконец-то кончилось безделье, когда где-то рядом происходят нешуточные события. Есть шанс отличиться и рвануть вверх по служебной лестнице, возможно, и в дворцовую гвардию!

– Работайте, полковник, – кивнул Меньшиков и проводил взглядом офицера, к которому присоединился какой-то молодой капитан: заместитель или адъютант.

– А как вообще вышло, что в русской глубинке безнаказанно гуляют подданные чужих стран, да еще с оружием? – прервал недолгое молчание Городецкий, угрюмо уткнувшись носом в теплый воротник шубы. – И связано ли это с делом Бельских?

– У Бельских иная вина, – проворчал Константин Михайлович, – сам же знаешь, Леонид Сергеевич, что казнокрадством занимались, особенно младший.

– То мне неведомо, конечно, – не стал спорить Патриарх, с прищуром глядя на далекие вспышки в виде ветвистых «молний». – Только что-то много событий в последнее время, связанных с Назаровыми. Думаешь, княже, я окончательно в нору уполз и ничего не вижу? Возня какая-то идет нездоровая с моим соседом. А мне не безразлично. Мы же не только конкуренты, но в большей мере – компаньоны. Вдруг завтра за мной придут?

– Скажу кое-что, Леонид Сергеевич, – Великий князь щелкнул пальцем, и раскрывшийся «купол тишины» на мгновение сдавил барабанные перепонки. – Решено на высшем уровне менять подход к некоторым внешнеполитическим доктринам. Некоторые организации с вековыми традициями стоят на нашем пути и очень серьезно мешают амбициозным планам. И мы тут вспомнили, что в России есть люди, готовые закопать эти организации глубоко под землю.

– Не о гипербореях ли речь идет? – понятливо хмыкнул Городецкий. – А где они – там и Святая Инквизиция. Теперь понятно, кто там зубы ломает о «Гнездо». Рискованно, Константин Михайлович, очень рискованно. За дочь не страшно?

– У меня все внутри заледенело от страха, – признался Меньшиков. – Но иначе нельзя. Если сегодня не вцепимся в загривок этим ублюдкам – уползут в свое подземелье, залижут раны, а через десять лет мы снова будем в кровь хлестаться с ними. Плохая перспектива.

– Опасное дело вы затеяли, – покачал головой Патриарх. – Верхушка Инквизиции – очень мстительные и своенравные люди. Они даже Папу за причинное место держат, нисколько не стесняясь показывать свое могущество.

– В любом случае проблему надо решать, – медленно проговорил Великий князь и щелкнул пальцем снова, снимая «купол».

– А почему ты, княже, решил со мной пооткровенничать? Я-то в ваших делах человек посторонний. Доживаю свое спокойно, никого не трогаю, столичная круговерть меня совсем не трогает…

– Чтобы не возникло чувства злорадства, – честно признался Меньшиков. – Дескать, соседа лупят – а я потом подберу, что вывалилось из чужих карманов.

– Мне чужого не надо, – ответил Городецкий так, словно оскорбился.

– И это правильно, Леонид Сергеевич. Вам же делить нечего в этом уютном городишке. Каждый имеет свою нишу, никто никому не мешает. А вот был бы у вас военный союз, такого бы сейчас не наблюдали, – последовал кивок в сторону поместья Назаровых. – Какова численность боевого крыла Городецких? Двести с хвостиком человек? Да у Никиты – около того, а то и больше. Представляешь, княже, какая сила? Эта Инквизиция летала бы с визгом по окрестностям.

– Никита Анатольевич ко мне с таким предложением не приходил, – усмехнулся Патриарх. – Значит, не столь ему необходимы союзники из числа соседей.

– Ну, барон скромен по молодости, еще много выгод не различает перед носом, – Меньшиков поежился. – Глядишь, после этих событий что-то и сдвинется с места. Так что не вставай в позу, Леонид Сергеевич, когда последует подобное предложение. И государь спать спокойнее будет.

– Учту, Ваше Высочество, – изобразил легкий поклон Городецкий. – Пойдем, княже, я тебя кофейком угощу. Дела можно и в тепле обсудить.

****

Своеобразная тактика Дуарха не сводилась к мгновенному уничтожению противника – у него были свои мысли насчет десятков людей, пришедших убивать Хозяина и его семью. Зыбкая многометровая тень, почти невидимая на фоне леса, внезапно навалилась на фланг растерявшихся боевиков. Трудно сохранять спокойствие, когда монотонно гудящая воронка грязно-серого цвета начинает обволакивать тебя, постепенно погружая в странное состояние, в котором нельзя двинуть ни рукой, ни ногой. Крики ужаса осознавших свое положение бойцов Инквизиции, замерзали на стынущих губах. Кровь перестала двигаться по венам, превращаясь в ледяную кашицу. А потом вспыхнул огонь. Сквозь стенки гигантской воронки обороняющиеся видели отблески буро-желтого инфернального пламени.

Проще говоря, любой демон, независимо от своей «спецификации», мог работать с Огнем и Водой, а также с различными их атрибутами. Это восточные джинны строго классифицировались и не могли перейти в иную категорию. Ифриты, мариды, гули и силаты были хороши каждый в своей Стихии, а Дуарх и Ульмах принадлежали к касте Высших, что позволяло им с пренебрежением смотреть даже на самых свирепых джиннов. Чтобы сбить с демонов спесь, Никита иногда напоминал им о конфузе на Гиссарском плато, где их долго возил «мордой по столу» всего лишь один ифрит.

Ходившие среди бойцов назаровского клана разговоры о подчиненных Хозяину тварях считались некой байкой, призванной вселить в души людей уверенность в абсолютной силе барона. Никто ведь не видел, кроме Слона, Лязгуна, Москита и еще нескольких приближенных Никите Анатольевичу людей, что демоны и в самом деле существуют, а парни сразу замолкали, если кто-то проявлял любопытство насчет демонов.

Сейчас им всем повезло воочию увидеть, на что способна одна инфернальная тварь. Она крушила и ломала боевые порядки, ввергала в ужас боевиков Инквизиции, бросавших оружие и разбегавшихся по кустам. Можно с невероятным упорством и стойкостью воевать против превосходящих сил противника, но бездушная сила, наплевав на все физические законы природы, играючи уничтожала слабую человеческую плоть.

А когда с другой стороны стала надвигаться снежно-ледяная стена, погребая под собой оставшихся в живых орденских воинов, невзирая на сопротивление магов, дрогнули даже самые бывалые и опытные.

Жалкая попытка магов-инквизиторов сдержать Ульмаха с помощью демона, получившего свободу в обмен на уничтожение врага, не принесла успеха. Ульмах Тор Аз просто сожрал перепуганного коллегу, понявшего, в какую беду он попал, и сыто проурчав, захохотал, обрушив на чародеев огромный водопад, тут же превратившийся в ледяной курган.

Под хруст льдинок, засыпавших часть парка с обгоревшими кронами деревьев, Никита вместе с присоединившимся к нему Ильясом в сопровождении десятка настороженных бойцов прошли вдоль периметра. Вдыхая в себя гарь с легкой кислинкой алхимических выделений, волхв задумчиво остановился, разглядывая посверкивающий в предрассветных сумерках пирамидальный холм, под которым оказались погребены маги.

– Будем брать пленников? – поинтересовался Бекешев. – Тагир докладывал, человек десять боевиков разбежались по лесу и сейчас пробираются к трассе.

– Ими займется СБ, – отмахнулся Никита. – Они и так полночи баклуши били, пусть попотеют.

– А откуда тебе известно про ИСБ? – полюбопытствовал Ильяс. – Ни одна сволочь даже на помощь не пришла. Даже местное отделение не пошевелилось.

– Тамаре перед нападением звонил отец, и я понял, что Константин Михайлович находится в Вологде. А раз он здесь, то все службы и военный гарнизон подняты по тревоге. Инквизиторы никуда не уйдут, всех переловят. А магов я отдам своим помощникам.

Никита замолчал, оглянулся по сторонам и сделал жест пальцем, как будто призывал Ильяса подойти поближе, и прошептал ему в ухо:

– Мне кажется, Дуарх и Ульмах после таких жертв становятся умнее. Как там? Коэффициент умственного развития? Вот, повышается он у них.

Бекешев не понял, шутит сейчас Никита или говорит серьезно. Вообще-то такими подробностями предпочитают не разбрасываться. Может, переволновался барон, нервы таким образом пытается успокоить?

– От Шубина нет известий? – спросил он напряженным голосом.

– Нет, – коротко ответил Никита, и через какое-то время решил объяснить. – У меня подозрение, что Боргезе его не отпустил и держит в заложниках до окончания операции.

– А если… – Ильяс не хотел озвучивать плохую мысль, но молодой волхв его хорошо понял.

– Антона не тронут даже в том случае, если до Боргезе весть о разгроме отряда дойдет быстрее, чем я появлюсь в его берлоге, – успокоил друга Никита. – Шубин – это залог безопасности обоих комиссаров. Да и не задержусь я надолго. Сейчас закончим обход, и я навещу «клятых друзей». А с остальными пусть император разбирается. Подготовь доклад о потерях, через полчаса жду.

Ильяс кивнул и быстрым шагом направился к казармам, ярко освещенным фонарями. Бой закончился, часть охранников с Тагиром на внедорожниках выехали за пределы поместья и теперь объезжали периметр. Никита собрался уже обрадовать женщин, сидящих в подвале, что самое опасное закончилось, как увидел топчущихся на веранде Слона, Лязгуна и Москита. Положив шлемы на перила, они дружно дымили сигаретами.

– Не понял, – удивился волхв. – Вы же некурящие, что вдруг на табак потянуло?

– Да разволновались чутка, – признался Слон. – Такого представления никогда в жизни не видели. Ладно, Фрол Пантелеевич удержал нас, а то бы попали под раздачу.

– Лирику в сторону, – жестко произнес Никита. – Докладывай.

– Есть доклад! – Слон без сожаления смял горящую сигарету в своей лопатообразной ручище и высыпал табачную труху на улицу. – Когда мы подъехали к реке, заметили идущую по льду группу вооруженных людей. Фрол Пантелеевич с помощью магических плетений уничтожил ее, вскрыв ледяное поле и утопив всех, кто там был, а потом заморозил полынью. Через несколько минут с помощью ПНВ обнаружили вторую группу, продвигавшуюся к «Гнезду» под прикрытием береговой линии. Волхв создал иллюзию, которая помогла нам вскрыть магическую защиту и уничтожить врага. Вступили в огневой бой. Потерь нет, оружие привезли с собой, а трупы остались на берегу. Надо будет прибрать их.

– Молодцы, – кивнул Никита. – Дальше что?

– Поступил приказ продвигаться к центральным воротам и атаковать противника с тыла. Мы поехали по старой дороге, оставили машины в кустах, но тут волхв удержал нас, сказав, что нам не стоит сейчас соваться в бой. И буквально через минуту неподалеку от КПП возникла жуткая воронка, которая бритвой прошлась по флангам инквизиторов.

– Все же была вторая диверсионная команда, – раздумчиво произнес Никита. – Сколько боевиков привлекли для нападения? Явно больше сотни. Ладно, пока не расслабляйтесь. Возьмите Нагайца, чтобы не скучал, и на квадроциклах проверьте ограждение.

– Есть! – парни оживились и надели шлемы.

– А где дед Фрол?

– В дом зашел, устал старик, – ответил Слон.

Никита застал чародея сидящим в кресле в пустой гостиной. Он опирался на свою массивную трость и с задумчивым видом разглядывал мокрые валенки. Скинув куртку, Никита пристроился на диване.

– Парни мне рассказали о двух ДРГ, – нарушил молчание молодой волхв.

– Там была только одна группа, – неожиданно признался дед Фрол. – Через реку шли фантомы, которых создал всего один маг, он и вел их. Нужно быть идиотом, чтобы в это время устраивать пешеходные прогулки по льду. Я чувствовал подвох, но не смог сразу определить иллюзорные плетения. Есть у инквизиторов сильные маги… точнее, были. Утопил я его, а для верности закрыл полынью льдом приличной толщины. Что скажу… с помощью иллюзии враг хотел выявить возможные места засад или огневых точек. Старому дураку пора на пасеку пчел разводить.

– Думаю, пока рановато, – мягко произнес Никита, и наклонившись, похлопал по старческой руке. – Спасибо, Фрол Пантелеевич. Ты невероятно сильный Иерарх. Я уверен, что не показал и десятой доли всех своих умений.

– Ну, второй, истинный отряд я все же обнаружил, – усмехнулся старик. – Тщательно закрывались: «купол», блокировка эфира, тишина в астрале, а все равно попались на примитивном приеме. Я же заранее раскидал замороженные во времени «маячки», вот и словил сигнал. Что смотришь, Никитка? Думал, ты один умеешь такие фокусы вытворять?

Фрол Пантелеевич хрипло засмеялся, отчего его кадык, заросший седым волосом, запрыгал вверх-вниз.

– Огорошил, – нисколько не расстраиваясь, улыбнулся Никита. – Признаюсь, я про такой прием прочитал в гимназической библиотеке Албазина. Нашел какую-то старенькую книжицу… до сих пор название помню. «Теоретические размышления по использованию сигнальных маячков в хронопотоке».

Дед Фрол снова рассмеялся.

– Мой учитель, Гусельников Елизар Федорович, написал сей труд в тысяча восемьсот девяностом. Он свой бунтарский дух мне и передал по наследству. В Коллегию Иерархов его приняли перед самой смертью, и то со скрипом в зубах. Тогда в этом гадюшнике еще водились люди, умеющие давить личные пристрастия в пользу государственных интересов.

– Поэтому у вас и возник конфликт с Коллегией?

– Да не было никакого конфликта, – отмахнулся старый волхв. – Они знали, что я ученик Гусельникова, вот и гадили при каждом удобном случае. Сначала сильно задевало такое отношение, а потом плюнул и пошел в армию. И знаешь, никогда не жалел об этом шаге. Только военная экспедиция в Афганистан дала столько, сколько ни один учебник или полевые занятия не дают. Знаешь, почему ты в одиночку мог бы одолеть всю эту шушеру ватиканскую?

Он ткнул пальцем куда-то в направлении столовой.

– Почему? – стало любопытно Никите.

– Инквизиторы никогда не готовят магов по спецификации. Они дают всего и много, а в результате получается пшик. А тебя учили боевому магическому искусству, не забивая голову разным мусором. Как и меня, кстати. Настоящий боевой маг – это многофункциональная машина разрушения. А уж с твоим неисчерпаемым резервуаром Силы…

Опершись на трость, дед Фрол поднялся, и даже не закряхтел для видимости.

– Пойду к себе, отдохнуть надо. А ты, Никитка, припрячь понадежнее гостей. Негоже их там оставлять, хоть и душегубы.

– Разберемся, – пообещал Никита. – Иди, Фрол Пантелеевич, отдыхай. Может, чайку тебе сделать? Я сейчас кухарок позову.

– Не надо, – отмахнулся старик и зашаркал валенками по полу. – Иди к своим женкам, успокой их. Вроде, победили.

Мощная бронированная дверь, перекрывающая вход в подвал, распахнулась, как только Никита подошел к ней. Охрана, находившаяся по ту сторону, разглядела через видеокамеру жест, который был согласован заранее. Значит, все в порядке.

Трое бойцов в «бризах» – последний рубеж обороны. Их обязанность проста как восход солнца: держаться до последнего, но дать возможность женщинам и детям уйти через портал в Петербург. Никита заметил, как тщательно парни прячут тревогу в глазах.

– Все закончилось, – успокоил их волхв. – Нападение отбили, оставшихся в живых ловят по лесу.

Дверь в убежище оказалась заблокирована изнутри, поэтому Никита условным сигналом простучал по серебристому металлу, и дождавшись, когда она откроется, переступил через порог. И сразу попал в объятия Тамары и Даши. Юля занимала детей чтением какой-то книжки, поэтому свои эмоции старалась не проявлять. Главное, сам лично пришел. Значит, все в порядке. В ином случае он бы здесь не появился. Девушка лишь подняла голову, не скрывая счастливой улыбки.

– Дамы, мы победили, – сухо доложил Никита, выдержав шквал поцелуев. Эти слова предназначались всем, кто находился в помещении. Раздался общий вздох облегчения. – Только прошу пока никуда не выходить до утра, кроме кухонных работниц. Нужно накормить бойцов. Надя, – обратился он к главному человеку на кухне, – если нужна помощь, возьми добровольцев.

Вызвались несколько женщин, которым, видимо, слишком надоели бетонные стены и потолки. Тамара с Дашей тоже категорически отказались сидеть без дела. Оставив детей под присмотром Юли, они вместе с мужем поднялись наверх.

– Мы далеко от дома уходить не будем, – уверила его Тамара, решительно надевая пальто. – Если так беспокоишься, приставь к нам Нагайца и Слона.

– Интересно, а сколько времени понадобится вам освободиться, если я свяжу вас? – поинтересовался Никита, с улыбкой глядя в разгорающиеся гневом глаза старшей супруги.

– Никита, – вкрадчиво произнесла Тамара, – ты даже не пытайся избавиться от нас. Мы давали клятву быть вместе в горе и радости, защищать друг друга. Тогда, в Бухаре, я вместе с тобой дралась бок о бок, и ты что-то не волновался.

– Сейчас ты носишь нашего ребенка, – напомнил Никита, но жена даже не дрогнула.

– Не забывай, что я – Берегиня. Если на тебя «кольчужку» сплела, думаешь, ребенку защиту не поставила? Ну, что может сейчас случиться? Злодеев ты поубивал, «Гнездо» отстоял.

– Хорошо, прогуляйтесь, – сдался Никита. – Даша, пригляди за Тамарой, пожалуйста. Главное, не дай ей сигануть через заграждения.

– Я пригляжу, – рассмеялась Даша и на мгновение прильнула к плечу Никиты.

Проводив женщин на улицу и приказав Слону с Нагайцем следовать за ними по пятам, ни на что не отвлекаясь, он направился к казармам, где было излишне суетно. Там собрались почти все, кто участвовал в отражении нападения. Мелькнули платиновые волосы Яны. Ага, значит, и Ромка рядом. Оказывается, вернулся Арсений, преследовавший убегавших боевиков Инквизиции. Разгоряченный боем и погоней, он словно сбросил два десятка лет. И первым доложил о ситуации:

– Догнали только пятерых. Никого не стал вязать. Оказали сопротивление. Чтобы сохранить бойцов, дал приказ на уничтожение.

– Черт с ними, – махнул рукой Никита. – Есть потери?

– Нет. А вот у большинства «бризы» повреждены от интенсивного огня. Амулеты свое отработали, защитили от ранений.

– «Бризы» – дело наживное. Главное – люди. Ты всех проверил, брат?

– Так точно, – Арсений едва заметно подмигнул, но лицо его оставалось серьезным. Нужно же соблюдать субординацию. – Потерь нет, пятеро легких. Медицинскую помощь уже получили. Повезло, конечно, что ты всех магов на себя оттянул.

– На то и расчет был, – кивнул Никита, думая о чем-то своем. В этот момент к ним подошел Бекешев, и он все внимание обратил на него.

– Уничтожено два квадроцикла, на северном фасе просела магическая защита, нужно подлатать. Потерь среди личного состава нет, это уже точно с учетом вернувшейся группы Арсения, только несколько легких. Сгорел один дом прислуги. Семья жива, прятались в убежище, – доложил зам по охране.

– Ничего, отстроим. Пока переведем в общежитие, там у нас есть свободные комнаты, – волхв откинул рукав куртки, посмотрел на светящийся циферблат. – Через полчаса будет готов завтрак. Покормишь людей и распредели дежурство. Часть – на отдых, остальные на патрулирование периметра.

– Слушаюсь, – кивнул Ильяс.

Раздав указания, Никита отошел к чаше бассейна, сел на край бортика и стал смотреть на серую полоску горизонта, постепенно наливающуюся лилово-алыми цветами. Он раздумывал о произошедшем не больше, чем о выпитом кофе за завтраком. Перед Никитой вставал острый вопрос ликвидации комиссара Второй капитулы, который сейчас находился в своем номере отеля «Ритц». Его нужно брать немедленно. Скорее всего, Боргезе уже получил сигнал о разгроме отряда и спешно собирается покидать Петербург. А вот будет ли с ним Котез? Или его надо искать на Мезени? Главное на этот момент – спасти Антона. Об остальном подумаем потом.

«Ульмах, приберись на берегу реки, – дал мысленный приказ Никита. – Спрячь их в надежном месте. Дуарх, мы идем в гости».

Петербург

Ранний гость на пороге – к суетливому дню, – так рассуждал Александр IV, попивая очередную чашку кофе, когда полковник Сизарев постучал в дверь и доложил о прибытии графа Возницына. Получив приказ пустить Главу ИСБ в кабинет, император с хрустом потянулся, пока никто не видел его гимнастических упражнений. Хорошо, что после суматошной ночи успел надеть свежую рубашку.

Возницын излучал невероятную бодрость. Гладко выбритый, чуть ли не до синевы, с аккуратно подстриженными седоватыми усами и в отутюженном мундире он замер возле двери, вытянувшись как молодой выпускник-офицер перед отцом-командиром.

– Да проходи уже, Федор Ильич, – махнул рукой император, – присаживайся поближе. Судя по твоим ярко полыхающим глазам, дела идут великолепно.

– Так точно, государь, – Глава ИСБ сел почти рядом с рабочим столом Меньшикова. В руках у него не было никаких документов, но это ничего не значило. – Разрешите доложить?

– Давай, радуй.

– В Вологде все закончилось. Отряд Святой Инквизиции полностью разгромлен силами боевого крыла клана Назарова. Даже помощь не понадобилась. Большая часть нападавших уничтожена, человек двадцать разбежалось по округе. Некоторых в результате преследования догнали, но живьем взять не смогли. Скорее всего, ментальная программа, заложенная в голову каждому из боевиков, заставляла их драться до последнего и не сдаваться в плен.

– Жаль, мы могли бы с ними поработать, чтобы составить общую картину происходящего, – задумчиво простучал пальцами по столу Александр.

– Согласен. Но ведь не мы одни такие умные. Тот, кто ставил ментальные закладки, прекрасно понимал, с кем имеет дело… Государь, нам известно, что в Петербурге сейчас находятся два очень важных человека в структуре Инквизиции. Марцио Боргезе и Доменико Котез. Нужно их брать, пока не сбежали.

– А какие улики? – усмехнулся Меньшиков. – Якобы отряд Второй капитулы в Вологде устроил нападение на русского подданного? Так он разведет руками и еще будет вопить во весь голос, что Петербург ищет причину для обвинения Ватикана.

– Неужели задокументированные факты с трупами вооруженных бандитов и разрушенное поместье Назаровых не дают нам право задержать комиссаров сектора Ориент?

– Увы, нет, – покачал головой Александр. – Кстати, ваши люди уже работают в «Гнезде»?

– Да, как только рассвело, я сразу же дал команду губернскому отделению ИСБ начать расследование. Видео и фотофиксация, опрос всех, кто участвовал в отражении нападения и жильцов особняка.

– Великий князь Константин Михайлович дал разрешение на беседу со своей дочерью?

– Он лично предупредил Тамару Константиновну, – кивнул Возницын. – Никаких препятствий со стороны Назаровых не было.

– А что Никита Анатольевич? – полюбопытствовал император.

– А его не было, – пожал плечами Глава ИСБ.

– Как не было?

– Никто не знает, даже жены. Говорили, уехал в соседний поселок. Там тоже было нападение, к счастью, неудачное. Возможно, решил проверить, что там происходит.

– Н-да, – почесал переносицу Александр. – С размахом Ордо Маллеус решило покуролесить на моих землях.

– О чем и говорю, государь! Надо брать этих псов за кадык, пока не сбежали!

– Не надо, – осадил рвение Возницына. – На государственном уровне нам сейчас выгодно не тревожить Ватикан. А если какой-то верноподданный Российской империи захотел разобраться с бандитской шайкой из Ордо Маллеус, так мы здесь не при чем. Всего лишь вендетта, кровная месть.

– Вы полагаете…, – замер Глава службы безопасности от догадки, пришедшей в голову.

– Такой человек у нас есть, и скоро он решит нашу общую проблему, – легкая улыбка тронула губы Меньшикова и тут же исчезла. – А с Ватиканом мы будем разговаривать на иные темы, более приятные нашему политическому курсу.

– Насколько я понял, государь, дана команда на уничтожение одиозного Ордена? – Возницын мгновенно сложил кусочки мозаики из недомолвок императора, хотя и раньше такие разговоры возникали в кулуарах Кабинета. – Может, нам стоит все-таки помочь «одному верноподданному»? Вернее, подстраховать его со спины.

– Хилков уже задействует часть службы для подстраховки, но вы обязательно дайте команду, чтобы никто не мешал Назарову. Я уверен, через несколько часов нам придется готовить коммюнике по поводу произошедшего в Вологде, и слать Ватикану ноту протеста. Это уже дело Владимира Андреевича и его министерского аппарата. Вы же, Федор Ильич, постарайтесь не допустить в Петербурге беспорядков. Особенное внимание – столичным ВУЗам. Все студенческие мероприятия, запланированные или стихийные должны быть запрещены под веским предлогом.

– Насчет стихийных и предлог не нужен, – усмехнулся Возницын.

Запиликал интерком. Сигнал шел из секретариата. Император поднял трубку, выслушал Сизарева и коротко бросил:

– Соединяйте.

Возницын привстал, показывая своим жестом, что может покинуть кабинет, но Меньшиков, в свою очередь, приказал ему оставаться на месте, покачав ладонью.

– Когда выезжаешь из Вологды? – спросил он. – Не задерживайся, завтра утром совещание Кабинета, доложишь о ситуации. А то у нас некоторые министры недопонимают, с чем столкнулись. Назарова так и не видел? Ха-ха! Вот же прохвост! Лично я думаю, он уже в Петербурге. Ну, все, тогда до завтра. Хочешь, чтобы я Наденьке позвонил сам? Будешь должен…

Усмехнувшись, император положил трубку на базу, и тут же затрещал очередной вызов, только с другого телефона. Снова короткие рубленые фразы, снова усмешка на лице.

– Сохраняйте спокойствие и не мешайте ему, – бросил он напоследок, и только потом решил объяснить Возницыну. – Хилков уже копытом бьет, нагнал к «Ритцу» своих людей, хочет взять Боргезе. Я думаю, мой приказ не будет проигнорирован?

– Никак нет, Ваше Величество. Сейчас лично позвоню и продублирую.

– Работайте, Федор Ильич, – кивнул Александр и проводил Главу СБ до дверей. – Охрану с особняка на Обводном пока не снимайте. Подождем до вечера, вдруг и Котез со своими головорезами появится.

Возницын на мгновение замер в дверях, выслушав повеление императора, и быстрым шагом пересек секретариат. Меньшиков вздохнул. Тяжелая ночь, давившая невероятным напряжением, когда еще ничего неизвестно, плавно перетекала в суетное утро, но сейчас, хотя бы, появилась какая-то определенность. Осталось пережить небольшой тарарам в «Ритце», куда сейчас, скорее всего, уже рвется Назаров.

Александр еще раз просчитал некоторые неудобные моменты, могущие возникнуть при переговорах с Ватиканом. Скорее всего, кардиналы потребуют от Меньшиковых наказать не в меру разбушевавшегося подданного. Ну что ж, на такую жертву можно пойти. Наказание, оно ведь разным бывает. Кого-то в казематы Шлиссельбурга засаживают, а кому-то приходится подальше от столицы свою службу нести. Если Папа – новый, а не нынешний доходяга – будет настаивать, чтобы барона Назарова наказать подобающим способом, что ж…. Есть одно местечко, уже проторенное Никитой. На пару месяцев можно будет отправить его туда в помощь князю Тарковскому. Там у мальчишки уже давно сложились серьезные связи, грех которые не использовать.

Остается только ждать, чем закончится противостояние Назарова с Боргезе.