Текст книги "Горький шоколад (СИ)"
Автор книги: Валентина Щиброва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 43 (всего у книги 50 страниц)
Я отвернулась к окну, углубляясь в свои мысли.
– Я знаю, что ты хотела узнать, – ответила Марго. – Нравиться ли мне Рома. Но я не знаю, что и ответить. Наверно, да. Меня тянет к нему. Не могу ничем это объяснить, но тянет. И я не про физическую тягу. Да, я знаю, что нравлюсь ему.
– Так что тебя останавливает? Эти чертовы деньги? Или может хватит видеть смысл только в них? Тебе важнее быть богатой, но ненужной? Или жить пусть просто, без шика, но зато любимой? Знать, что о тебе будут заботиться, ухаживать, лелеять? Марго? Ответь. Что важнее?
– Стабильность мне тоже важна.
– Уверенна, что именно Рома дал бы тебе ее. Насколько бы он смог.
– Маша … есть еще один момент, если уж совсем честно, – замялась Марго, – Я по поводу Ромы. И до сих пор злюсь на себя за это. Пару лет назад Саша как – то попросил Рому забрать меня со дня рождения моей одноклассницы. Я была почти невменяемой. Блин, надо же было так напиться. И … я всего не помню … отрывки. И вообще думала, что это мне приснилось в пьяном угаре.
Марго как – то грустно посмеялась.
– В общем, – продолжила она, – Я пристала к Роме с поцелуем. Сама. Блин, сама полезла целоваться. И, похоже, настаивала и на другом. Нет, нам пить нельзя.
Марго покачала головой, вспоминая.
– И что? У вас все было? – с интересом слушала я.
– Нет, не было. Но если бы Рома захотел, то переспал со мной. Я узнала о том, что хотела интима в тот вечер с ним уже позже. Сашка потом мне сказал, чтобы поглумиться. Я … ты не представляешь, как позеленела от этой мысли. Пулей поехала к Роме, чтобы все узнать. И мне был не понятен тот факт, что он скрыл. Я же ничего не помню совсем. Только поцелуй. А он … улыбается мне, как ни в чем не бывало. Так прибить его хотелось за ту ухмылку, – Марго шумно выдохнула.
– Рома тебе рассказал в итоге?
– Да, сказал. Сказал, как я вешалась на него, как нагло приставала, говоря, что он очень хороший. Как просила взять меня …прямо там … в его машине. Кошмар, – Марго нервно потерла лоб. – А он знаешь, что ответил? Что он исполнит мое желание только тогда, когда я приду трезвой к нему. Когда захочу в здравом уме, а не в бессознательном от алкоголя состоянии. И еще добавил, что у меня язык не только острый, но и сладкий на вкус.
– Ого – го, – протянула, скрывая улыбку. – Вот оно что.
– И я после этого еще больше разозлилась на него, на себя.
– Но почему? Ты же не паришься по этому поводу?
– Мне вдруг … стало стыдно, представляешь? Стало стыдно за свое поведение. Что Рома повел себя, как настоящий мужик, а я как ненасытная, пьяная сучка.
– И ты снова будешь продолжать мне говорить, что Рома какой – то не такой? Ты не хочешь признаваться в том, что он тоже тебе нравится. И причем очень.
– Что? – вспылила Марго. – Вот не начинай свою песню снова. Это все в прошлом. Никто об это не вспоминает. Напилась, пристала. Был бы другой парень, не факт, что повела себя по – другому.
– И говорила бы ему, какой он хороший? – ухмыльнулась я.
– Маш! – сердилась Марго.
– Твоя реакция на мои слова говорит об обратном. Если бы тебе было все равно, ты бы не сердилась. Рома тебе нравится.
– Маша! – пригрозила Марго.
– Да. Да. Да, – повторяла я громко. – Нравится!
– Заткнись ты! – Марго ущипнула меня за ногу.
– Ай! Больно же, – простонала я, потирая то место, где она меня ущипнула. – Я даже больше скажу, ты чувствуешь себя спокойно, когда он находится рядом. Просто его присутствие. И тебе уже хорошо. Ты меня в этом не переубедишь. Рома нужен тебе. Пора в этом признаться для начала самой себе. И дать ему шанс.
– Умничаешь? – хмыкнула Марго. А потом слишком нежно улыбнулась самой себе. Радуясь ее мыслям о Роме, я довольно прикрыла глаза и положила голову на подголовник. У них все будет хорошо. Хотя бы у них все будет хорошо.
В Муром мы приехали поздним вечером. Дома нас с нетерпением ждали. Моя любимая бабулечка, увидев меня, как всегда, расплакалась. Разглядев с ног до головы, снова пожурила за мою худобу и сказала, чтобы сейчас же шла и ела пироги, которые она напекла к нашему приезду. Так соскучилась по ней. Крепко – крепко обнимала. Мама вся сияла. И я так рада видеть ее такой счастливой. Такой милой и прекрасной. Будто сразу и помолодела на десять лет. Хотя чего это я, она всегда была молодой и красивой.
Увидев своего родного дядюшку, тут же повисла на его шее от радости. Обняла Татьяну. По глазам дяди поняла, что он тоже не одобрил мое похудение. Но я сделала вид, что ничего не заметила.
Нас с Марго пригласили за накрытый стол по случаю всех собравшихся гостей. Так уютно снова быть у себя дома, в кругу своих родных. И Марго, которая стала мне родным человеком. Чувствовать приятную атмосферу, теплые беседы, искренний смех, слушать воспоминания и планы на будущее.
Мне становилось настолько спокойно и хорошо на душе, что казалось, что и ничего и не происходило со мной во Владимире: не было моего знакомства с Сашей; не было тех переживаний, которые доводили меня до отчаяния; не было прекрасных моментов с моими друзьями. И только Марго, которая сидела рядом со мной, охотно поддерживающая разговоры с моими родственниками, напоминала о моей реальности. В голове неожиданно возникла мысль вернуться обратно в Муром. Но я не стала больше думать об этом. Моя любовь не станет причиной отказа от моей мечты жить во Владимире. Не станет. Возможно, просто перееду в другой конец города, буду снимать квартиру там. Там же постараюсь и найти другую аптеку. Сейчас – это единственное, что будет лучшим для меня и правильным.
– Маша, о чем задумалась? – спросила меня мама, когда я вышла помыть руки в ванную. – Ты грустишь? Так и не помирилась со своим Сашей?
– Нет, – улыбнулась я, скрывая истинные эмоции. – Мы расстались.
– Вот как? – удивилась она. – Моя дочка страдает?
Она с заботой поправила мои волосы.
– Не страдаю, мама. Не переживай, – снова улыбнулась я, погладив ей плечо. – Это нормально, что люди не подходят друг другу. Да и не важно сейчас это. Важна ты, мамочка. Важно твое счастье.
– Милая моя, – мама с теплотой в глазах обняла меня. – Добрая моя девочка. По – настоящему я буду счастливой только тогда, когда ты будешь счастлива. Запомни, солнышко.
– Обязательно буду, но в следующей раз, – попыталась я пошутить. – Вы послезавтра рано утром выезжаете в свадебное путешествие?
Подмигнула я ей.
– Да. Рано. За бабушку немного переживаю. Оставлю на две недели, – нахмурилась мама.
– Тетя Ира же будет за ней присматривать. Я буду звонить. Почаще приезжать, – успокаивала я ее. – Пожалуйста, наслаждайся отдыхом со своим скоро новоиспеченным мужем.
– Ой, скажешь тоже, – посмеялась мама. – Надо позвонить ему. Чего они там делают? Придумал какие – то мужские посиделки.
Мама показала свое недовольство.
– Да пусть поболтают. Последняя же встреча холостого мужчины с друзьями, – развела я руками.
– Вот глупости. Уже живем вместе. А у него встречи последние, – поворчала мама.
– Ну ты же отказалась от девичника. И зря. Сейчас бы вызвали с подружками стриптизера. Вот бы оторвались.
– Чего? – мама чуть полотенце не уронила на пол от моих слов.
– Да шучу я, мама, – рассмеялась я в голос от маминого выражения лица.
– Ну и шутки у тебя, – покачала мама головой, вешая полотенце обратно. – Ладно, пойдем за стол. Кстати, хорошая твоя Марго. Видно, что воспитанная. А красивая какая.
– Да, Марго замечательная, – кивнула я в ответ.
– Ты заметила, как Паша смотрел на тебя? – прищурилась мама, подходя к двери. – Жди серьезный разговор.
– Ага, видела, – вздохнула я. И от его напора, похоже, мне не отвертеться будет.
Закрыв ванную, я последовала за мамой на кухню.
Глава 47
Наблюдая за парами, которые вышли на медленный танец в центр зала, я любовалась самой главной, самой красивой и прекрасной парой в этом уютном ресторане – мамой и Антоном. Они кружились в танце, с обожанием глядя друг на друга. Теперь мама новоиспеченная жена. Кто бы мог подумать, что любимая мамочка, с осторожностью смотрящая на мужчин, встречавшихся в ее жизни, наконец, влюбится и доверит свое сердце своему любимому человеку. Сколько пришлось вытерпеть Антону, чтобы доказать ей, как он любит ее и заботится о ней. Но они достойны друг друга. И я очень рада их семейному счастью.
Взглянув на соседний столик, увидела Татьяну и тетю Иру, увлеченных своей беседой. Гости, которых было совсем немного, хорошо проводили время: веселились, поздравляли новобрачных, говорили тосты, кричали «горько», танцевали. Вот только бабушки не хватало здесь. Но она переживала за свое давление на радостях, поэтому съездила только с нами днем на регистрацию брака и осталась с Чернышом дома.
Оглядев повнимательней ресторан, не увидела Марго. Она явно уже где – то уединилась с одним из гостей, родственником Антона. Причем тот мужчина был обеспеченным человеком, какой – то свой бизнес. И весь вечер в прямом смысле слова пялился на мою Марго. На эту красивую девушку в темно – бордовом коротком платье с высокой элегантной прической. У меня сложилось впечатление, что именно такие мужчины – волевые, уверенные в себе притягиваются к Марго. К ее колдовскому очарованию, стальному стержню внутри, к немного холодным льдинкам во взгляде и сногсшибательной улыбке. Простые парни, видимо, боятся ее. Боятся быть отвергнутыми, боятся, что не потянут такую девушку с высокими запросами. Даже красота, истинная от природы, вселяет в них неуверенность в себе. Но Рома, точно, не такой. В нем я нисколько не сомневаюсь. Да и много из того, что показывает Марго – всего лишь внешняя оболочка, видимость для тех, кому она не хочет показывать себя настоящую. А она настоящая. Очень хорошая и я ее очень люблю.
– Леди скучает?
– Ой, напугал меня, – дернулась я, а затем улыбнулась своему дядюшке, который подошел незаметно сзади.
– Мечтаешь? – улыбнулся Павел.
– Да нет. За молодоженами наблюдаю, – тихонько посмеялась я. Почему – то это фраза меня насмешила.
– Можно вас пригласить на танец, милая леди? – дядя выставил передо мной ладонь.
– Я согласна, – улыбалась я, вложив свою ладонь в его. Дядя помог мне встать со стула.
– Как же вы красивы, милая принцесса, – продолжал дядя, обнимая одной рукой за талию, а другой так и держал мою ладонь. Я с улыбкой отвела взгляд в сторону, немного смущаясь. Уловив темп музыки, мы стали двигаться в ее такт. Дядюшка выглядел безупречно в своем темно – синем костюме и черной бабочкой.
– Спасибо. Ты настоящий кавалер, – хихикнула я, поднимая голову, чтобы смотреть ему в глаза.
– С вами, леди, по – другому нельзя, – он поцеловал тыльную сторону ладони. Я снова тихо посмеялась. – Соскучился по моей дорогой племяннице.
– Я тоже скучала по тебе, – честно ответила я. – Редко созваниваемся.
– Наверно, есть веские причины редко звонить. Стрелы Амура пронзили сердце Машуни. Я понимаю. И рад. Только есть небольшое «но», – Павел перестал улыбаться и внимательно оглядел мою фигуру. Я закатила глаза.
– Даже не начинай мне говорить то же самое, что мама и бабушка. Про мою худобу. Вот достали уже. Ну, правда, – обиженно сказала я. – Сколько можно то.
– Я не про твою худобу. Я вижу, что причина куда посерьезней. Ты совсем изменилась, моя дорогая. Я бы не хотел сомневаться в своем решении, купив тебе квартиру во Владимире.
– О, нет, – отвернулась я, сердясь. – Ты уже пожалел?
Хотела уйти, но дядя задержал, продолжая танцевать со мной. Краем взгляда заметила, как вернулась Марго с тем бизнесменом.
– Не сердись, Машуль, – дядя провел рукой по моему плечу. – Ты прекрасно знаешь, что я всегда за тебя. Чего бы ты не хотела. Но только если во благо тебе. А не во вред. Я тебя больше месяца не видел и сейчас просто не узнаю. Где та жизнерадостная девушка с лучезарной улыбкой? Сейчас я вижу грустную, словно помятую жизнью женщину. Что случилось, милая? Этот твой парень такое сотворил с тобой? Он обижает тебя? Или что – то серьезнее? Может проблемы какие?
– Нет! – резко ответила я, испугавшись его слов.
– Он! – серьезно кивнул Павел. – Может мне стоит съездить во Владимир и …
– Нет, не нужно! Не нужно лезть в мою жизнь! – сердито сказал я. – Мы расстались уже.
– Расстались? – недоверчиво переспросил он.
– Да. Это правда, – тяжело вздохнула я. – Я … поняла, что он не мой человек. Не тот мужчина, с которым я хочу быть. Любить.
– Ты же у меня умная девочка, – дядя прижался губами к моему виску, подбадривая меня. – Но и ввиду твоей молодости хочу дать тебе совет. Не терпи плохого отношения к себе. Вы, женщины, мягкие и нежные создания. Вы часто прощаете. Даете множество шансов нам. Терпите. Но, милая, если тебе плохо с мужчиной, если ни во что не ставит тебя, если засыхаешь сердцем, как цветок, – гони его прочь. А любовь пройдет. Любовь, она не только в постели должна быть и на свидании. Любовь – это и ценить друг друга, уважать, понимать, заботиться.
– Дядя, спасибо, я знаю, – дрожащим голосом ответила я. Непрошеные воспоминания полезли в голову. – Но … там вообще все сложно. С его характером. Он импульсивен, да и семья, когда он был подростком, распалась. Что тоже повлияло на него. Все из – за недоверия к женщинам. Все проблемы. Я устала. Вот и все.
– Машунь, не оправдывай его. Вот чего, а оправдывать кого – то совершенно не нужно. Если бы он нуждался в тебе, то был бы с тобой и берег. И верил. Он печется только о себе. И прошлое – отговорки. Поверь мне. Я представляю, что это за человек, – хмыкнул дядя. Мы не заметили, как закончился медленный танец, и снова заиграла веселая песня.
– Может и оправдываю, – согласилась я с ним. – Но хочется верить, что …
Я замолчала, потому что не знала, что хочу сказать. Во что теперь верить. И смысла больше нет обсуждать мое прошлое. Все, действительно, в прошлом.
– Не грусти, – дядя обнял меня. Чувствуя, как мама прожигает дыру в моей спине, я не подала виду, что заметила ее озадаченный взгляд, пока они с Антоном не вернулись за стол. – И не доводи себя. Ты слишком еще юна, чтобы так страдать. Выкинь из головы, слышишь? Ты достойна только лучшего. И, если что, ты знаешь, что твой родной дядюшка готов тебе помочь. Хорошо?
– Да. Я это знаю. Спасибо, – с грустью улыбнулась, прижимаясь к его груди.
– Твоя подруга эффектная девушка, – вдруг сказал дядя, посмотрев на Марго, которая изящно держала бокал с вином и улыбалась бизнесмену. Он не сводил с нее взгляда, всем видом показывая свою заинтересованность в ней. – Это ты для нее просила денег в долг? Все разрешилось?
– Да. Саша заплатил, что должен.
Когда произносила его имя, у меня что – то кольнуло в области сердца. Невыносимо говорить о нем, а думать тем более.
– Понятно, – кивнул он. – Пойдем за стол. Скоро наши молодожены уедут. Завтра рано выезжают.
– Ага. В свадебное путешествие, – с теплотой посмотрела на маму. Им снова кричали «горько». – Так счастлива за нее.
– Я тоже, – по – доброму ухмыльнулся Павел. – Теперь моя сестренка будет добрее и спокойнее.
– Она уже спокойнее стала. Меня больше так не допекает, как раньше. Вот за бабушку переживаю. Тетя Ира обещала за ней присматривать.
– Не переживай, наша бабушка – молодец. Я буду стараться каждый день ей звонить.
– И я почаще приезжать. В выходные свои.
– Вот и умница, – дядя тихонько щелкнул меня по носу. – Будешь на даче яблоки есть и бабушкины пироги. Тебе на пользу.
– Да, – от представленных мною вкусных пирогов я облизнулась.
– Пошли, – Павел взял мою руку и повел к гостям продолжать празднование свадьбы.
***
– Ничего не забыла, Юленька, – бабушка с переживанием смотрела, как мама с Антоном укладывали последний маленький чемодан в багажник. – Еще раз просмотри вещи. Лекарства не забудь. Мало ли что по дороге может случиться. Долго же ехать. Укачать может. Солнце там жаркое, поменьше будь на воздухе.
– Мам, перестань, – улыбнулась мама бабушке, поправляя свою красивую шляпку. Утро предвещало сегодня солнечную, теплую погоду. – Ничего я не забыла. Ты же знаешь меня. Чтобы я что – то забыла, это не в моем случае.
– Я же волнуюсь, – бабушка нервно теребила свои пальцы. В глазах стояли слезы.
– Бабуль, – я подошла к ней и обняла. – Ну ты чего? Только не плачь. Все хорошо будет. Не в первый раз же едет мама на юг.
– Ну и что. У меня всегда за вас сердце болит. Вы молодые, ни о чем не думаете. Захотели уехали, куда пожелаете. А старики переживают и ночами не спят. Все ли хорошо у детей их и внуков. Только и знаете, бабуль перестань. Все будет хорошо, – бабушка вытерла слезы.
– Ну, ты чего? – с нежностью прижалась к ее щеке и крепко обняла. Мама тяжело вздохнула. И, подойдя к нам, обняла на обеих.
– Вы хотите, чтобы я осталась? Я могу остаться и никуда не ехать, ради вашего спокойствия, – тихо сказал мама.
– Ну нет, – тут же ответила я. – Не придумывай. У вас медовый месяц. Вернее, медовые две недели. Так что, отдыхайте. А я за бабушкой послежу. И тетя Ира.
– Да не слушай ты меня, старую, – запричитала бабушка. – Поворчу и брошу. Знаю, что очень хочешь туда. Езжайте.
– Мам, – подозрительно посмотрела на бабушку мама.
– Да все хорошо, – махнула бабушка рукой.
Мы с мамой посмеялись над ее смешным жестом и поцеловали в обе щеки. Она у нас такая. Сначала поворчит, потом улыбается, и все хорошо. Очень любим ее.
– Юля, пора выезжать, – к нам подошел Антон.
– Да, пора, – кивнула мама.
– Антон, будьте осторожны, – просила бабушка.
– Не переживайте. Как приедем, позвоним, – успокоил ее Антон. Бабушка лишь кивнула ему, соглашаясь.
– А ты, Маша, чтобы вела себя хорошо, – шутливо пригрозила мама. – А то с ума сойду из – за тебя. Сразу вот домой приеду, если что случится.
После последних слов мама перестала шутить, углубляясь в свои мысли.
– Вот только ты не начинай, – обняла ее. – Со мной точно все будет в порядке. Ни о чем не думай. Наслаждайтесь отдыхом. Ждем сувениров и вкусностей.
– Обязательно, привезем, – расслабилась мама, выпуская меня из своих объятий. – Ладно, мы поедем. Счастливо оставаться.
– Пусть бог вас хранит, – бабушка перекрестила маму с Антоном.
– Удачной дороги, – помахала я им, когда они сели в машину.
– Пошли домой, бабуль, – взяла ее за руку, когда машина Антона скрылась за поворотом. В квартире осталась Марго. Не стала ее будить. Она пришла позже. После свадьбы уехала с тем бизнесменом в ночной клуб моей подруги Веры.
Марго сидела на кухне в моем халате и пила кофе. Бабушка взяла Черныша и ушла в свою комнату.
– Доброе утро, соблазнительница Муромских мужчин, – посмеялась я, сев напротив нее. У Марго на голове был взлохмаченный куль из волос, а лицо заспанным.
– Доброе, – буркнула она, уставившись в одну точку.
– Что так невесело? – поддразнила я. – Твой ухажер мало денег на тебя спустил? Или не оправдала его ожиданий?
– Я не спала с ним. Так поразвлекалась, – пожала она беззаботно плечами. – Не выспалась просто.
– А что это? – облокотилась я о стол. – Чем он тебе не угодил? Вроде симпатичный. Не женатый.
– Не хотела просто. Отстань. Номерок оставил, – ухмыльнулась она. – Пусть будет. На всякий случай.
– На всякий? – вскинула я бровь, расплываясь в улыбке.
– Да. Вдруг пригодится. У Димы своя сеть ювелирных магазинов здесь и во Владимире. Он, если честно, душка. Правильный такой, не настойчивый.
– Душка?
– Да. Напоминает доброго плюшевого медведя. Он похож чем – то на медвежонка, – рассмеялась она. – Большой и добрый. Интересно, там тоже?
– Тоже что? Большой? – засмеялась я. – Или плюшевый?
– Не скажу, – подмигнула она мне, смеясь вместе со мной. – Может быть и узнаю … когда – нибудь.
– Все в твоих руках, – развела я руки, не оспаривая ее слова.
– Слушай, Маш, – Марго перестала смеяться и с волнением крутила кружку в руках. – Мне что – то неспокойно на душе.
– В смысле? – я тоже перестала смеяться.
– Не знаю. Не могу объяснить, – покачала она головой. – Что – то тревожит.
– Ну хотя бы по поводу чего?
– Не знаю, Маш.
– Может, просто накручиваешь себя?
– Да скорей всего, – Марго перестала делать резкие движения кружкой и допила свое кофе. – Какие у нас планы?
– Погуляем по городу? На речку сходим. Потом поедем во Владимир. Завтра мне на работу.
– Давай.
У Марго зазвонил телефон. Пока она разговаривала, ее хорошее настроение стало спадать до нуля. Ей позвонили из общежития и сказали, что отцу очень плохо. А до Саши снова не дозвониться.
– Да что это такое! – Марго в злости швырнула телефон на стол. – И где его черти носят? Опять нажрался что ли?
Вспоминая из – за чего, вернее, из – за кого в прошлый раз он не приехал к отцу, мне снова стало очень неприятно.
– Позвони Роме, – предложила я ей.
– Не буду я ему звонить. Он уже живет нашими проблемами. Достали его, – сердилась Марго, встав со стула. Она набрала по телефону Саше, но тот не взял трубку. – Вот дебил! Получит разнос от меня. Маш, все отменяется. Я еду в город. Сейчас позвоню нашей медсестре, чтобы приехала к нему. По – любому, откапывать надо.
– Я с тобой.
– Зачем?
– Мало ли моя нужна будет помощь.
– Приедешь вечером на автобусе. Будто сама не справлюсь. Вон лучше с бабушкой побудь, кто – то обещал присматривать за ней.
– Еще Павел с Татьяной не уехали. Они увезут ее сегодня на дачу, – я последовала за Марго в ванную.
– Маш, ты чего такая упертая? – Марго взялась за ручку двери. – Упертая коза! Да!
– Нет! Через два дня сюда вернусь же, – настаивала я. Марго молча хлопнула дверью перед моим носом. – Ты моя лучшая подруга! Подруг я не бросаю!
– Иди тогда мне спинку потри, подруга. Не достану же, – усмехнулась она за дверью. – Не оставь меня в беде здесь. Прошу тебя.
– А вот и потру! – крикнула я ей через дверь. Марго засмеялась и включила воду. Я развернулась и пошла в свою комнату собираться в город. Все равно поеду с ней.
– Куда ты меня везешь? – спросила я. Марго завернула в наш район. Мы уже ехали по Владимиру.
– Как куда? Домой, – она затормозила перед пешеходным переходом – пропустить женщину с коляской.
– Но нам в общежитие нужно.
– Я и поеду туда, но сначала тебя завезу домой.
– Марго! – возмутилась я. – Всю дорогу спорили, и ты все равно делаешь по – своему?
– Я не люблю нянек. Не собираюсь тебя везде таскать. Особенно на пьяного папашу смотреть. На этот цирк, – раздражалась Марго все сильнее. – И рот свой не открывай! Ничего не собираюсь слушать. Свою жалость засунь куда подальше!
– Да что с тобой сегодня? – обидно было слышать от нее такие слова. – Ты знаешь, почему я такая. Ты мне родная.
– Уф, – закатила она глаза. – Маш, хватит, а? Люблю я тебя. Чего еще тебе надо? Мне тоже нужно каждый раз сопли пускать, как ты мне дорога? Заладила!
– Почему сопли? Я считаю, что говорить о чувствах близкому человеку это нормально. По – человечески и нужно, – нахмурилась я, скрещивая руки на груди.
– Твои чувства порой – это что – то с чем – то! – фыркнула Марго, заворачивая на нашу улицу. – Похлеще атомной бомбы.
– Не нравится, буду молчать! – насупилась я, отворачиваясь к окну. – После звонка ты заведенная и отыгрываешься на мне. Я не виновата в том, что твой отец в запои уходит.
– Нет, я виновата! Я виновата, что смотрю, как он подыхает каждый раз. И думаешь, как бы вообще не отошел в мир иной. К черту это все! – в сердцах выпалила Марго.
– Останови машину.
– Что? – Марго повернулась ко мне.
– Машину останови. Я не буду больше разговаривать с тобой в таком тоне. Остынешь, позвонишь! – сжала я губы.
– Ой, какие мы нежные и обидчивые! – скривилась Марго, махая в воздухе рукой.
– Останови! – требовала я.
– Да пожалуйста! Птица важная какая нашлась! – злилась Марго, останавливая машину возле обочины.
– Важная не важная, а на меня орать нечего. Я просто волнуюсь за тебя. А ты на меня орешь.
– Я не ору!
– Нет орешь. Все, пока, – открыв дверь, я тут же вышла из машины.
– Ну и чао! – послышалось сзади. Я только фыркнула в ответ, направляясь по тротуару в сторону своего дома. Отойдет – созвонимся. Потому что знаю – будет придираться ко всему, пока злая. Надеюсь, не все так плачевно с ее папой.
В течение двадцати минут добиралась до дома. Солнце палило так, что очень хотелось пить, а с собой воды не было. Поправив небольшую спортивную сумку на плече с бабушкиными продуктами, что надавала мне с собой из огорода, как обычно в общем, я открыла подъездную дверь. На лифте поднялась на свой этаж и вынула ключи из сумочки.
Неожиданно по позвоночнику пробежали мурашки. Не понимая своей реакции и на что именно, я открыла дверь. Позади раскрылись двери лифта. Я спокойно зашла домой, и сразу же скинула с плеча увесистую сумку. В тот же момент повернулась закрыть за собой дверь, но только мне ее не дали закрыть.
Я стояла как вкопанная, не в силах что – то сказать. В мою квартиру нагло вошли те люди, которых я уже меньше всего ожидала увидеть. И не могла поверить собственным глазам, что они сейчас переступили мой порог, вежливо закрывая за собой дверь.
– Привет, – оскалился длинноволосый, прислоняясь спиной к двери. – Что молчишь? Незваные гости пожаловали?
– Что вам надо? – собрав всю свою волю в кулак, чтобы не показать виду, как напугалась до безумия, я смотрела то на длинноволосого, то на Леру. – Вы что следили за мной?
– Ну что ты! Случайно проезжали, – цокнул довольно Игорь. – Дай – ка думаем наведаемся в гости к одной девушке Марии, которая, наверно, забыла, где она сегодня должна находится.
– Вы о чем? – прикинулась я дурочкой.
– А ты забыла? – поводил бровями Игорь. – Ты должна была еще утром явиться к Нику в клуб. Через несколько часов приезжает уважаемый гость. Ты и еще одна девочка едите в загородный дом развлекать его.
– Вы что серьезно? – от его слов меня начинала бить дрожь.
Я же поверила в то, что Стас врет, что он просто брал меня на испуг, чтобы морально поиздеваться. А теперь передо мной стоят два человека из их компании и велят ехать куда – то?
– Еще как серьезно, – обошла меня сзади Лера. – За тобой всю неделю наблюдали, чтобы ты не проболталась никому.
– А …если бы я рассказала? – все – таки мой голос дрогнул.
– О, тебе лучше и не знать, солнышко, что было бы с тобой, – противно засмеялась Лера своим грубым голосом. – Собирайся.
– Куда? – опешила я.
– С нами сейчас поедешь, – снова оскалился длинноволосый. – Ник тебя ждет.
– Я … я … никуда не поеду с вами, – замотала я головой, пятясь назад. – Уходите отсюда … уходите и не лезьте ко мне.
– Да кто тебя спрашивать будет! – дернула меня за руку Лера, приближая свое лицо ко мне. – М-м-м, какая сладкая … шоколадная. Гость будет доволен и хорошо заплатит за тебя.
– Отпусти меня! – вырывалась я.
– Собирайся я сказала! – рявкнула Лера, отпуская мою руку. – Ты все равно никуда не денешься. Ник не упустит такую наживку, как ты, чтобы полакомиться уловом. Наш клиент сразу на тебя показал. Что хочет именно тебя.
– Вы все сумасшедшие, – нервничала я, не зная, что мне делать. – Вы ненормальные. Кто вам дал право так поступать с людьми, будто они для вас всего лишь марионетки? Кто?
– О, милая, не нужно драматизировать, – Игорь отлип от двери и подошел ко мне ближе. Я сразу же увеличила между нами дистанцию, пока не уперлась в шкаф. – Нам за работу платят хорошие бабки. А почему Ник хочет именно тебя абсолютно по барабану. У тебя пятнадцать минут на сборы. Может тебе нужно переодеться, там шикарное нижнее белье, все дела.
Игорь засмеялся, когда от услышанного я прижалась еще сильнее к шкафу.
– Можешь не утруждаться. Тебе дадут шикарное и дорогое белье. У нас его навалом. Тем более клиент сообщил о своих пристрастиях, – приглушенно посмеялась Лера.
– Если вы сейчас не свалите отсюда, я закричу! – процедила я сквозь зубы.
– Попробуй, – усмехнулся Игорь, делая шаг еще ближе, словно его забавляла игра со мной.
– Стой, где стоишь! – пропищала я.
Голос выдавал мой страх. Игорь резко дернулся ко мне, хватая за руки, я сразу закричала, что есть мочи.
– Заткнись, я сказал! – одной рукой он прижал меня спиной к себе, а другой зажал мне рот. – Лер, сама не пойдет она. Нам еще через двор ее тащить к машине. Я же тебе говорил, что сразу надо было ей показать наш допинг для разгона.
Они вместе засмеялись не понятно над чем. А я не могла остановить свою дрожь. Мне становилось с каждой минутой страшнее. Что они задумали? Куда меня повезут? Кто этот гость, который вселял в меня жуткую боязнь? Я тяжело дышала. Широкая ладонь Игоря плотно сжала мои губы и, кроме мычания, я ничего не могла произнести. Я еще раз попыталась освободиться, но он только сильнее сжал мое хрупкое тело. Казалось, что еще чуть – чуть и мои ребра треснут от его силы. Я перестала вырываться.
– Показывай, – сказал Игорь.
Лера вытащила айфон и что – то стала в нем смотреть. Затем она повернула его экраном ко мне и включила видео. Через пелену слез, которые стояли в моих глазах, я, наконец, смогла рассмотреть, что происходило в том видео. Там что – то горело ночью. Слышался смех снимающего видео и кого – то еще, но видно никого не было. Горела машина. Да, машина, теперь я смогла увидеть. Непонимающим взглядом я уставилась на Леру. Зачем мне это все показывают?
– А теперь на это взгляни, – Лера выключила ролик и снова что – то искала. Потом развернула айфон ко мне и тыкнула чуть ли не в нос мне. – Смотри внимательно.
Я сощурила глаза, фокусируя взгляд на фотке. Там снова была эта машина, пылающая в огне. Что? Нет …нет …боже, нет. Номера я узнала. Господи, это Сашина Ауди. Сашина машина горит.
– М – м – м, – задергалась я в нереальном безумии в руках этого чудовища.
Боже, нет…. Саша … что с ним? Что? Меня раздирали такие невыносимые мучения и адская боль, что просто хотелось умереть прямо здесь, в своей квартире. Как сумасшедшая начала вырываться из лап Игоря, громко всхлипывая, стараясь его укусить. От страха, от тошноты, от осознания того, что Саша мог быть в машине, меня начинали бить конвульсии. Я хотела кричать. Громко и дико выть. Саши нет в живых? Нет! Господи, нет! Какие они сволочи! Твари! От злости и ярости я начала рычать, впиваясь ногтями в кожу на руке Игоря.
– Ах, сука! – Игорь зашипел и заломил мою руку мне за спину, делая очень больно. Я застонала, выгибаясь назад.
– Хватит истерить! – выкрикнула Лера и звонко ударила меня по щеке. Моя голова отклонилась в сторону, и щека начала неимоверно гореть. Я тут же обмякла, приходя в сознание. – Игорь отпустит тебя, если ты прекратишь свой скулеж, поняла? Ты поняла?
Обессиленная и опустошенная я еле кивнула головой. Как мне плохо … как плохо. Пожалуйста, пусть с Сашей будет все хорошо. Умоляю, господи.
Игорь с осторожностью выпустил меня, и я сразу же прижалась к шкафу спиной, съезжая по нему медленно вниз. Слезы текли сами по себе, душа рыдала, а сердце жгло тем самым огнем, что я видела на фотографии. Нет, Саша! Нет!
