Текст книги "Горький шоколад (СИ)"

Автор книги: Валентина Щиброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 50 страниц)

– Ты самая моя хорошая, самая лучшая, – прошептал он ласково. – Моя сладкая девочка. Моя жизнь.

Саша не договорил, прижимаясь губами к моим, ища во мне поддержку и ласку. Я крепко прижалась к нему, забирая его боль и тревогу, отдавая всю себя, свою любовь. Сминая мои губы в жестком поцелуе, он пытался отпустить свою ярость, а я терпела, даже когда почувствовала незначительную боль от его укуса. Не оттолкнула его, не сказала, что он груб. Все стерплю, лишь бы его отпустило, лишь бы он не корил себя, не злился на сестру. Наконец, Саша расслабился, и его губы перестали меня безумно терзать, зализывал языком свой жесткий напор.

– Прости! – с чувством прошептал он возле моих губ. – Ты мне нужна.

– Все нормально, Сашенька, – шепотом ответила я. – Я с тобой.

– Поехали домой? – Саша поймал мой взгляд.

– Поехали, – улыбнулась я.

Глава 34

– Именно на этом ресторане мы и остановились. Уютно, светло, хорошее меню. Еще три недели до свадьбы, а кажется, что я ничего не успеваю, – мама с восторгом осматривала помещение. – Машуль, ты меня слушаешь?

– Да, мам, слушаю. Мне тоже нравится ваш выбор, – искренне ответила я, опуская взгляд на кружку с кофе, принесенную официантом. – Ты волнуешься. Свадьба все – таки не просто праздник.

– Согласна. Хотя, знаешь, иногда думаю, что надо было просто расписаться без всяких торжеств. Зачем? С Антоном все равно живём вместе. Он второй раз женится, а я совершенно спокойна ко всему. Не двадцать лет уже.

– Ты опять за своё? Нет уж. Решили, что отметите с близкими, значит, отметим. Все заказано. Не отвертишься! – в шутку пригрозила я. – И, в конце концов, мама, это твоя свадьба, такое прекрасное событие в твоей жизни. Неужели не хочется побыть невестой? Какая разница, в каком возрасте ею быть?

– Ох, Маша, даже и не верится! – мама счастливо улыбнулась. – Сколько мучила меня совесть, сколько времени ему отказывала, показывая свою неуверенность. А он все терпел и ждал.

– И дождался. Он молодец. Достоин моей любимой мамочки.

– Скажешь тоже, – засмеялась она.

– Ну, если так и есть, – сказала я, отпив первый глоток остывшего кофе. И совсем не важно, по какой причине он развелся. Всякое может случиться у людей в жизни. Главное, я вижу, как он относится к моей маме.

– Дочка, мне кажется, ты чем – то расстроена. Уже второй день задумчивая, где – то витаешь в облаках, – мама внимательно разглядывала меня. – Эта из – за твоей новой подруги? Почему она не приехала?

– Не смогла, – вздохнула я, вспоминая наш последний разговор по телефону с Марго.

Она очень подавлена из – за ссоры с Сашей и не захотела ехать со мной. А он отказывался на любые попытки примирения с сестрой. Никак не мог простить ей за устроенное в автосервисе. Когда мы вернулись ко мне домой в тот вечер, Саша все не мог найти себе место. Очень долго просидел на кухне с бутылкой пива, которую не осиливал выпить, постоянно погружаясь в свои мысли. А я, видя его отрешенность, не была назойливой, ушла в комнату и включила какой – то фильм, что шел на одном из каналов, предоставив возможность побыть ему наедине с собой. Все зашло в такой тупик, что у Марго остается только один вариант – объясниться с братом без очередного обмана. И мысленно умоляю её поступить именно так, иначе неизвестно, чем закончится. Саша больше не станет слушать её придуманный бред. Он и на меня косо смотрит, пытаясь уличить в утаивании информации: почему Марго взбесилась, догадываясь, что она явно что – то скрывает. А это плохо. Плохо для нас обеих. Порой я задумываюсь над тем, чтобы поговорить с Ромой, но боюсь добавить масла в огонь, не зная, как отреагирует Рома, и что он предпримет. Он ведь тоже не лучшего мнения о Стасе. Как же он достал!

– Маша? Ты снова ушла в себя, – мама ласково потормошила мою ладонь. – Ну что за тайны у тебя?

– Прости. Не моя тайна. Не могу рассказать.

– Понимаю. На то она и есть тайна. Как твои дела с молодым человеком? Я уже хочу познакомиться с ним. Ты так изменилась, вся светишься от счастья. Моя доченька влюбилась. А мне так хочется увидеть человека из – за которого моя дочь так преобразилась и счастлива.

– Можно я не буду отвечать на твой вопрос? Боюсь сглазить. Я вас обязательно познакомлю. Он постоянно на работе. Я тебе уже рассказывала.

– Ну хорошо. Только не грусти. Не могу видеть твои печальные глаза. Ты так прикипела к своим друзьям.

– Мам, я рада, что они появились в моей жизни. За какой – то месяц они стали такими родными.

– Я с Ирой тоже быстро сдружилась, – улыбнулась мама. – Найти настоящего друга – редкая находка, к сожалению. Если вы и, правда, так сблизились, то цените, Маша, вашу дружбу, чтобы ни случилось. Какие бы испытания у вас не произошли. Друг познается в беде. Радоваться мы все умеем.

– Можно радоваться за друга, а можно просто завидовать у него за спиной, изображая поддельную радость, – хмыкнула я, отодвинув от себя кружку холодного напитка. Стал невкусным.

– Верно, – подметила мама. – Но давай не будем о неприятном. Надеюсь, что у твоей подруги все сложится благополучно.

– И я надеюсь, – посмотрела на часы. – Мам, я хочу … пораньше уехать во Владимир. Ты не против? Извини, я знаю, что ты меня так ждала, но я волнуюсь за Марго, ей нужна поддержка.

«Как и Саше», – подумала про себя. Но с ним находится постоянно Рома, а вот, что сейчас с Марго, не представляю.

– Сколько у нас времени в запасе? Мы с тобой хотели съездить еще в магазин? – подмигнула мне мама. Так благодарна ей за понимание.

– За два часа должны уложиться, если постараемся, – ответила я, вставая из – за стола.

– Тогда поехали.

Пока мы с мамой прогуливались по Торговому центру, балуя себя покупками, я немного отвлеклась от негативных мыслей, которые прочно засели во мне. Так переживаю за них. Саша в замешательстве от того, что сестра обвинила его в тупости и раздолбайстве, но больше задело его не это, а то, с каким пренебрежением она кричала, сколько злобы было в ее голосе, и что не смогла оценить подарок. Теперь Форд одиноко стоял в их сервисе, и Саша намеревался оформить его на себя.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ – Девушка, вы собираетесь выходить? Мы прибыли во Владимир! – обратилась ко мне женщина.

– Ой, извините! – тут же встала я, вытаскивая наушники из ушей. – Задремала.

Выйдя из автобуса, медленно осмотрелась по сторонам, безразлично разглядывая людей, которые, как букашки, расползлись по вокзалу. Разбредались в разных направлениях. Я же никуда не торопилась. Меня никто не встречал, потому что я не стала сообщать Саше о более раннем своем прибытии, чтобы не отвлекать его от работы. Сама доберусь. Планировала еще и к Марго попасть. Беспокоило, что она уже на третий звонок не отвечает в течение часа.

Подойдя к остановке, я стала ждать нужного мне номера автобуса. Перед моим носом сбавила скорость черная Хонда. Взглянув на водителя, я удивленно повела бровями, но тут же отвернулась. Вот с этим человеком у меня не было никакого желания встречаться. Объехав остановку, Хонда припарковалась в разрешенном месте. Парень, что вышел из нее, тут же направился в мою сторону. Вот, черт! Ну где же мой автобус?

– Привет! – услышала позади себя.

Я промолчала, намеренно игнорируя его присутствие. Подъехала маршрутка. Открылись двери и из нее повалился народ, нахально распихивая всех, кто приготовился быстрее зайти внутрь. Пришлось подвинуться на безопасное расстояние.

– Ты все еще в обиде?

– Что? – обернулась к нему, услышав идиотский вопрос. Выглядел он безупречно в джинсах и черной легкой рубашке без рукавов. – Ты зачем ко мне подошел? Мне кажется, я ясно дала понять, что ты для меня никто!

– Пройдемся? – кивнул он в сторону тротуара.

– Никуда я не хочу с тобой идти! – недоуменно покачала головой, поражаясь от его настырности. Как будто ничего и не было.

– Хорошо. Давай просто отойдем подальше, – спокойно попросил он, косясь на людей, которым абсолютно все равно было, о чем мы говорим.

– Господи, зачем? – спросила я, перестав сердиться. И с чего я так вспылила, если он ровным счетом уже давно ничего не значит для меня? Сделав несколько шагов по тротуару, развернулась лицом к нему и скрестила руки на груди, давая понять, что не настроена на светские беседы.

– Я хотел бы еще раз извиниться перед тобой. За свою несдержанность, за хамство. Я, правда, не хотел, чтобы у нас так все плохо закончилось. После нашей последней встречи, я много думал. Ты права, мне стоило быть …

– Погоди, Никита! – мои щеки вспыхнули на секунду, ведь последняя наша встреча закончилась сексом. – Мне не интересно слушать, что ты думал и что решил. Мы с тобой чужие. Даже не бывшие. Так что …

Я хотела было уйти, но Никита придержал мою руку.

– Все такая же бархатная на ощупь, – усмехнулся он. Я сразу выдернула свою ладонь.

– Никита! – нахмурилась я.

– Маш, меня просто замучила совесть. А тут вдруг увидел тебя. Значит, знак свыше. Мне будет спокойней на душе, зная, что ты не испытываешь ко мне ненависть.

– Не испытываю. Ни ненависти, ни сожаления, ни симпатии. Ничего!

– Уж лучше так, – не понятно с чего улыбнулся Никита. – А я перебрался сюда жить. Снимаю квартиру. Сейчас в поисках работы.

– Можешь не делиться со мной этой информацией. Мне все равно.

– А ты как?

– Это тебя не касается. Я поехала, – увидела вдали свой автобус. – Счастливо оставаться.

– Рад был видеть тебя, – улыбнулся он, махнув рукой.

Как только зашла внутрь автобуса, сразу же забыла о нем. Его угрызения совести меня не касаются. Снова взяв в руки смартфон, попыталась дозвониться до Марго, но в ответ протяжные гудки. Да в чем дело то? Начинала нервничать не на шутку.

Быстрым шагом я шла к дому, охваченная тревожностью за подругу. Все так странно. Почему не берет трубку? Возле подъезда я замедлила шаг, увидев знакомую машину. Саша? Он у Марго что ли? Эта мысль меня обрадовала. Может они поговорили и помирились? На мгновение зажмурила глаза, отчаянно желая этого. Не дожидаясь лифта, побежала по лестнице на пятый этаж. Мой палец приготовился нажать на кнопку звонка, но замер в миллиметре от него.

– О боже! – толкнув не запертую дверь, я влетела в квартиру.

– Ты почему не съездила к отцу? – заорал Саша на Марго, прислонившуюся в шелковом халате к стене, волосы взлохмачены. Бретелька съехала с плеча, сексуально открывая загорелую кожу. Мой взгляд опустился на ее руку, в которой она держала бутылку коньяка.

– Ты … можешь не кричать? – заплетающимся языком ответила Марго. – Я … забыла, и у меня … гость.

Под яростный взгляд брата отпила прямо из горла.

– Еще одна алкашка! А ну дай сюда! – прорычал Саша, отбирая бутылку – Он сказал, ты вчера обещала завезти продуктов. Тебе, сука, эта отрава весь мозг залила? Идиотина! Как же, твою мать, вы меня задрали! Оба!

– Не возникай! – гаркнула она. – Я сегодня … заехала бы.

– Бы? – навис он над ней. Еще одна секунда и он вцепился бы в нее.

– Саша, нет! – поддалась вперед, выставив ладонь.

– Маша? – развернулся он на мой голос, поставив бутылку на полку шкафа. – Ты почему не позвонила?

Его взгляд был полон злости и свирепости.

– Я не стала тебя беспокоить. Не стала дергать с работы, – тихо ответила я, стараясь не гневить его еще хлеще. – Решила раньше приехать.

– Красавица, что здесь происходит?

Из спальни вышел парень примерно моего возраста. Из одежды на нем надеты только боксеры и футболка. Он с непониманием смотрел на нас.

– Гость? – слишком тихо спросил Саша с угрозой в голосе.

– А ты что – то имеешь против? – Марго оторвалась от стены и вызывающе встала перед Сашей. – Эта моя личная жизнь, а ты вломился сюда без разрешения.

– Ты теперь решила устроить здесь притон? – испепелял он ее взглядом.

– Кто он? – парень указал на Сашу. – Парень твой? Я на такое не подписывался, красавица. Мне на хрен не нужны проблемы.

– Собирай свои шмотки и херачь отсюда, паскуда! – цедил Саша.

– Парень, ты чего? Она сама меня пригласила, – оправдывался он.

– Я сказал пошел вон отсюда! – пригрозил Саша. Парень попятился назад и стал быстро искать свои штаны.

– Нет, Миша, ты … останешься здесь, а он, – тыкнула Марго пальцем в Сашу. – Пойдет вон. Здесь я живу! И что угодно могу устраивать. Притон … оргии.

– А ну заткнись! – Саша с силой схватил ее за лицо. Она скривилась от боли, но не показала виду, с наглостью заглядывая в бешеные глаза брата.

– Ну! Давай! Ударить хочешь? – шипела Марго.

Парень, поняв, что лучше отсюда слинять, бегом напялил штаны и, обходя по стенке подальше от сбрендившего мужика, на ходу обулся и выскочил в подъезд.

– Чего смотришь? Противна стала? – добавила она.

– Какие вы, бабы, суки! – процедил он. – Как же вам нравится роль потаскухи и твари!

Меня словно по щеке ударило от его слов. Я прислонилась к шкафу, с замиранием сердца наблюдая за ними.

– А ты не лезь ко мне, ясно? Я буду жить так, как хочу. И твое мнение меня колышет, дорогой братик, – прошептала Марго. – Я свободная девушка. Когда ты трахал всех подряд, никто не называл тебя шлюхой. Ну как же? Вам мужланам можно, а мы так … сучки продажные. Так что, закрой свой рот и уходи, неудачник! А то твоя девушка переживает, что снова начнешь громить все, показывая истинную сущность. И кинет тебя.

Саша резко отпустил ее, рассеянно посмотрев на меня, а потом снова на сестру. Я тяжело сглотнула. Сколько стоило сил ему держать себя под контролем. Саша с хрустом сжал кулак.

– Сука! – он со всего размаху долбанул по стене костяшками. – Пошла на хрен! Дура!

– Саша, пожалуйста… – молила я. Марго прикрыла голову руками, пока Саша наносил удары возле ее головы. – Саша …

Он отпрянул от сестры, тяжело дыша. В глазах горел яростный огонь, затмевая последние остатки рассудка. На руке выступила кровь.

– Саша… – шепнула я, с болью смотря на него.

– Больше ноги моей здесь не будет! Никогда! И даже не надейся на мою помощь! Ее ты не получишь! – каждое слово он выплевывал из себя. Марго отвернулась в сторону.

– Куда ты? – перехватив его около выхода, остановила.

– Прокатиться, – рявкнул он.

– Нет! – жестко вцепилась я в него. – Не надо никуда ехать! Только не за руль!

– Отпусти!

– Саша!

– Отпусти, я сказал! – не сильно пихнул меня назад.

– Не глупи, прошу тебя! – из моих глаз потекли слезы. – Я умоляю, слышишь?

– Прекращай ныть! – злился он. – Все время ревешь! Сколько можно!

– Останься, – так страшно за него.

Саша шумно вдохнул. Касаясь меня пораненной рукой, провел большим пальцем по влажной дорожке от скатившейся слезы.

– Мне нужно время. Не хочу тебя обидеть.

– Нет, нет, нет

Но Саша хлопнул перед моим носом дверью. Стукнув по ней рукой, я припала лбом к холодной поверхности. Резко развернувшись, я подскочила к Марго.

– Ты этого хотела? – выкрикнула я. – Ты вот этого хотела? Зачем? Марго, зачем?

Я давилась слезами, меня раздирала неудержимая злость на нее. Хотелось, как следует встряхнуть за то, что довела Сашу.

– А что я такого сказала? – Марго дотянулась до шкафа и взяла с нее бутылку. Глотнув из горла, поморщилась и вытирла рот ладонью. – Почему он вламывается сюда и что – то требует? Я хочу секса! Права он мне еще качает!

– Зачем ты так с ним? Зачем ты сама себя мучаешь? Он же может … возненавидеть тебя, – голос мой дрогнул.

– И пусть! – взревела она. – Мне так легче, поняла? Легче!

– Ты сама затягиваешь петлю на шее. Я перестаю тебя понимать.

– А ты спросила, нужно ли мне твое понимание, а? Меня уже тошнит от твоих совестливых глаз. Сама невинность и благодушие!

– Марго …

– Выметайся отсюда!

– Марго, не надо.

– Тебе пинка дать, или сама найдешь дорогу?

Я покачала головой, пытаясь найти в ее глазах хоть какое – то сожаление, хоть каплю здравого рассудка, но она холодна. Вздернув подбородок, ждала, пока я уйду. Не сказав ей больше ни слова, я вышла из квартиры.

Рухнув на свой диван, я сжалась комочком, рыдая в голос. Сердце рвало на части. Где он? Что с ним?

– Любимый … – шептала я, плача. – Где же ты, милый?

Туманными от слез глазами, попыталась позвонить ему, но телефон не хотел помочь, не хотел, чтобы мой мужчина взял трубку. Несколько раз пытаясь дозвониться до него, я совсем обезумела от тревоги за Сашу. Господи, что делать? Что?

Нарезая круги по квартире, я совсем отчаялась, больше часа от него никаких вестей. Не в силах находиться в четырех стенах, я решила отыскать его сама. На улице совсем стемнело, но меня нисколько это не останавливало. Вытащив велосипед с лоджии, направилась к выходу.

Крутя педали и разгоняясь до огромной скорости, я ехала в сервис, в надежде, что он там. Как она могла так поступить? Как? Неужели ей сейчас пофиг? Я не могу в это поверить. Не хочу.

Не увидев света в окнах, меня всю затрясло. Ну нет же! Нет! Заметив Рому, закрывающего ворота сервиса, я бросила велик и побежала к нему.

– Рома! Рома! – я бежала к нему, спотыкаясь на ровном месте.

– Маруся? – ошарашенно уставился он на меня.

– Рома! – закричала я. Подбежав к нему, схватила его за руки. – Где Саша, Ром? Где он? Ты его видел?

– Нет. Он как уехал, больше не появлялся. А что случилось? Ты вся дрожишь.

– Рома! – всхлипнула я. – Я не знаю, где он! Он не отвечает на звонки. Уехал куда – то бешеный. А я … так боюсь, когда он в таком состоянии садится за руль.

Снова не удержала слезы.

– Маруся, что случилось? – серьезно спросил Рома. – Вы поругались?

– Нет, не я, – замотала головой, вытирая слезы. – Саша с Марго снова сцепились и … их ссора вышла за грань. Саша безумно распсиховался. Меня он не послушал и уехал. Господи, Рома, я не могу больше, мне страшно!

– Так, тихо, успокойся, Марусь. Не паникуй. А где Марго?

– Дома, в стельку пьяная, – горько всхлипнула я. – Она меня выгнала.

– Понятно, – кивнул он. – Сейчас я ему позвоню.

– Да, позвони, прошу тебя.

Рома несколько минут ждал ответа, но кроме длинных гудков, ничего так не услышал, как и я. Близко к нему стояла. Рома недоверчиво посмотрел на дисплей и еще раз набрал друга.

– Странно, – озадачился Рома.

– Не берет?

– Неа.

– Ой, мамочки, – зажала я рот рукой. – Сашенька …

– Маруся!

– Мамочки, мамочки … – задыхалась я. Голова резко закружилась, и меня качнуло.

– Эй, ты чего? – Рома придержал меня за плечо. – Тебе плохо?

– Рома, скажи, что с ним все в порядке. Скажи, что с ним все хорошо. Скажи … скажи… – как молитву повторяла я. Страх за любимого человека душил меня.

– Чш, – Рома нежно обнял, прижимая к себе.

– Я боюсь … я так боюсь, – мертвом хваткой вцепилась в его кофту. – Рома, помоги мне. Помоги.

– Я помогу, только успокойся, пожалуйста. И в обморок не падай. Ладно?

– Нет, не буду.

Отпуская Рому, отошла назад и обняла себя за плечи, дико трясло. Рома молча снял с себя спортивную кофту и набросил на мои плечи.

– Спасибо, – тихо ответила я.

– Сейчас еще раз позвоню.

Услышав слова «Абонент не отвечает или временно не доступен», зашлась в беззвучном крике, до боли закусывая губу. Рыдания снова накрыли меня.

– Марусик, прошу тебя. Ничего еще не случилось. Ты меня пугаешь прямо.

– Рома! – не смогла ничего сказать и снова заревела. Притягивая за свою кофту, он уткнул меня в свою грудь, снова обнимая и ласково поглаживая по спине.

– Мы сейчас поедем в нашу квартиру. Вдруг он тупо нажрался и спит? Хорошо?

Я закивала, громко всхлипывая.

– Ну вот и отлично. Только не плачь.

– А велик? – промямлила я, шмыгнув сопливым носом.

– В автосервисе оставим пока. Садись в машину, – Рома пикнул сигнализацией.

– Так из – за чего они разругались опять? – спросил Рома, выезжая на трассу.

– Я … так поняла, что Марго должна была вчера заехать к отцу, отвезти продукты, но она не поехала, – вздохнула я. – Саша пришел к ней выяснить, видимо, почему она не съездила, а она пьяная, да еще и с парнем каким – то была.

– Ясно! – Рома сжал руль. – Он опекает ее, как маленькую. Как делал это всегда, когда мать уехала с любовником в Москву, а отец стал спиваться. Переживал, что она влипнет куда не следует. Не доверяет ее мажорам. Отсюда и проверки.

– А ты?

– Что я? – взглянул на меня Рома.

– Тоже считаешь, что Марго избалованная стерва, много о себе возомнила?

– Марго умная девушка. Знает, чего хочет. То, что она хочет богатой жизни? Ну, это нормально. Кто ее не хочет, – усмехнулся Рома. – Жить, ни в чем себе не отказывая. Не согласна? А насчет, ее мажоров. Это ее выбор. Никто ее за это не упрекает. Только странная какая – то в последнее время она.

– Насчет богатства, у меня двоякое мнение. По крайней мере, я не смогла бы жить с человеком, не испытывая любви, даже если он у него толстый кошелек.

– Даже не припомню, слышал ли я такое рассуждение от девушек? – усмехнулся Рома. – Наверно, ты первая.

– Все ты шутишь. Марго тоже так считает.

– Марго? – искренне удивился он. – Сомневаюсь.

– Почему? Ты считаешь, что она расчетливая?

– Да, – Рома перестроился в другой ряд.

– Эм – м – м, – немного растерялась я. – Это неправда.

– Я останусь при своем мнении.

– Ром, она рассталась со Стасом именно по этой причине. Он ее не любит. И она разлюбила.

– Печально.

– Что за сарказм? Она, между прочим, нравится тебе. Я не слепая.

– Нравится. И что? Она красивая, умеет себя преподать, сильная характером. Заткнет любого, кто поперек нее встанет, – Рома расплылся в усмешке.

– Ты не добавил женственная, хрупкая, милая, – попыталась улыбнуться в ответ. Я тешила себя мыслями, что Саша дома. Рома хмыкнул. – Или ты боишься сильных девушек?

– Я? Нет. Чего их бояться? Не монстры же, – хохотнул он.

– Почему ты постоянно ее злишь? – искоса посмотрела на него.

– Нравится вот.

– Ну, если она тебе нравится, в чем тогда дело?

– Ты о чем?

– Ром, ты сейчас не въедешь или прикидываешься тупым барашком?

– О, ха – ха – ха, Маруся, ты меня оскорбляешь?

– Ответь на вопрос.

– Какой?

– Почему не добьешься Марго? Вряд ли твоя симпатия чисто на физическом уровне. Или ты слабак?

– А вот это оскорбление, – вскинул он бровь. – И кто тебе сказал, что я хочу ее добиться?

– Ладно, все с тобой понятно, – скрестив руки на груди, отвернулась к окну, снова думая о моем Сашеньке. Надеюсь, он дома.

Рома затормозил около пятиэтажки и заглушил мотор.

– Пошли? – сказала я, отстегивая ремень безопасности.

– Марусь, – помедлил Рома, задерживая на мне взгляд.

– Что?

– Ты права … Марго мне нравиться не только внешне, но … – Рома потер затылок. – Я хочу любить свою девушку, а не играться с чувствами. Если она ставит деньги на первое место, то сейчас я не могу обеспечить ее шикарной жизнью. Но дело даже не в этом, а в том, что расчетливые женщины способны только на любовь к деньгам.

– Марго не расчетливая! – заступилась я за подругу.

– Женская солидарность, понимаю.

– Рома! – но он уже вышел из машины.

Возле подъезда, я приостановила его.

– Ты что – то хочешь сказать? – склонил он голову.

– Многое зависит от тебя.

– М? – повел он бровью.

– Все в твоих руках. Может случится чудо, и Марго перестанет ставить деньги на первое место?

– Это намек?

– Это намек не быть тупым барашком. За свое счастье нужно бороться.

– Сколько в тебе мудрости, женщина! – поддразнил меня Рома.

– Пф! – лишь фыркнула я в ответ.

– Рома, – заволновалась я, пока он открывал квартиру. – Он дома, как думаешь?

– Сейчас увидим.

Пропуская меня вперёд, Рома нащупал выключатель. В квартире стояла такая гнетущая тишина, что моя кожа покрылась мурашками, а тревожность стремительно нарастала. Рома сразу отправился в Сашину комнату, а я застыла на месте, боясь двинуться с места. Через минуту он вышел оттуда и его взгляд не предвещал ничего хорошего. Саши нет! Я в неверии прикрыла глаза, опираясь спиной о стену. Беспокойство за любимого набирало обороты, сердце гулко стучало, отдавая неприятным пульсированием в висках.

– Марусь, пойдем на кухню. Не стой ты там.

На автомате отлипла от своей опоры и побрела за ним. Села на табуретку.

– Рома.

– Так, нет! Это что за похороны на твоем лице? Совсем сбрендила?

– Как нам его найти? – поникшим голосом спросила я.

– Звякну сейчас кое – кому, у кого он может появиться.

– А кто это? – насторожилась я.

– Учились в колледже с ним.

– Понятно.

Рома отошёл к окну и приложил телефон к уху. Я, как завороженная, следила за его телодвижениями, слушала каждую фразу, произнесенную им. Но тот парень тоже не подтвердил наши ожидания.

– Все, – зашептала я. – Это все. Господи, третий час пошёл.

Рома вздохнув, облокотился руками о подоконник над чем – то размышляя. Простояв в таком положении не более пяти минут, он резко выпрямился.

– Поехали, – решительно сказал он и направился в прихожую.

– Куда?

– Я предполагаю, где он может быть.

В одночасье спрыгнула с табуретки, еле поспевая за ним.

Рома уверенно вел машину, заворачивая на объездную дорогу. Я не лезла к нему с расспросами, ухватившись за маленькую возможность увидеть Сашу. Украдкой взглянув на Рому, я заметила, как сурово он сдвинул брови, как серьезно глядел на дорогу. Он не меньше меня волновался за друга. Завернув на одном из перекрестков, я догадалась, куда он едет. Притормаживая около поворота, Рома съехал с основной трассы. Нас сразу стало потряхивать на кочках и неровностях песчаной дороги.

– Почему мы едем сюда? – разорвала я тишину.

– Потому что это наше место, куда мы приезжали, чтобы побыть в одиночестве.

– Ты тоже бываешь здесь?

– Практически нет. Некогда. Ещё кода учились в колледже – это было нашим излюбленным местом.

– Думаешь, он сейчас тут?

– Не знаю, – честно ответил он. Его неуверенность наводила на меня панику. А так хотелось, чтоб он сказал, что Саша именно здесь.

– Рома! – вскрикнула я, вцепляясь рукой в дверную ручку. – Боже! Сашина машина! Рома!

Я замотала головой, не веря своим глазам, не веря, что мои самые страшные страхи развелись. Осознание этого сковало меня, заставляя тело гореть пламенем. Мои переживания, не зная, где мой родной Сашенька, скопились в горле и встали большим комом, блокируя способность дышать и говорить.

Рома остановился недалеко от Ауди, которая стояла в кромешной тьме без признаков её владельца.

– Только спокойно, ладно? Все хорошо.

– Да, – прошептала я, стирая слёзы.

Мы вышли из салона. Рома прямиком направился к берегу, а я на ватных ногах неуверенно переступала, пытаясь не отставать от него, но мой организм будто забыл, как нужно ходить. Держа в руках края Роминой кофты, я пыталась унять своё бешеное волнение. Разглядев на самом краю реки очертания двух мужских фигур, моя слабость взяла вверх, и я рухнула на колени, заходясь в беззвучном плаче. Он здесь. Он жив. Невредим. Закрыв лицо руками, я плакала, выплескивала наружу свой страх и боль.

– Маруся!

– Она здесь? – удивился Саша.

– Эй, Марусик, а ну – ка вставай. Ну чего ты? – Рома поднял меня с земли, обнимая за плечи. Мой рев переходил в завывание раненого волчонка.

– Маша …

– Не трогай меня! – завопила я, как только Саша коснулся моей руки.

– Маша? – удивленно смотрел он.

– Не трогай меня! – всхлипывала я. – Как ты посмел меня так напугать! Как? Тебе трудно было взять эту чертову трубку и сказать, что с тобой все хорошо? А? Трудно?

– Маленькая… – Саша сделал еще одну попытку взять меня за руку, но я увернулась.

– Нет! – его прикосновения вызывали душевную боль. – Я не хочу, чтоб ты меня касался! Ты снова думал только о себе, Саша! Да, если бы не Рома, я не знаю, что со мной было бы! Господи!

– Прекращай истерику! – Саша крепко схватился за мое запястье, рывком притягивая к себе.

– Нет! – выкручивалась я, борясь с его захватом.

– Маша! – в его голосе появились стальные нотки.

– Отцепись, я сказала! Рома, отвези меня домой, пожалуйста! – с мольбой глядела на него. Но он лишь почесал свой затылок, обескураженно посмотрев на свою Тойоту.

– Никуда ты не поедешь с ним! – сердился Саша.

– Отцепись!

– Маша!

– Да отвали ты! – крикнула я и замахнулась рукой.

В один миг земля ушла из – под моих ног. Зажав рот рукой, я безумно смотрела на то, что сотворила. Саша потер свою щеку, по которой я звонко ударила.

– Я … не хотела, – дрожащим голосом шепнула, пятясь назад. Саша передернул плечами, затаив дыхание.

Мои глаза застилала пелена горьких слез. Обезумевшая от ненависти, что испытала сейчас к себе, я рванула назад.

– Маша! – крикнул Саша.

Но я бежала без оглядки, издавая громкие всхлипы, не разбирая в темноте дороги. Мои ступни зацеплялись о ветки и траву, но я ни на секунду не останавливалась. Не могу смотреть ему в глаза. Не могу смотреть на его осуждающий взгляд. Услышав тяжелые шаги и шумное дыхание позади себя, я прибавила скорость, но, не успев перепрыгнуть через большую ветку, которую я не увидела, я на лету задеваю ее ногой и кубарем качусь вниз по склону. Прокатившись несколько метров, я упала лицом в прибрежный песок.

– Твою мать, Маша! – надо мной склонился Саша, переворачивая лицом к себе. Я прокашлялась, выплевывая песок. – Ты как?

– Сашенька, я не хотела… – начала шептать я, размазывая пыль по лицу. – Я не хотела …

– Да что с тобой? – он оттащил меня в траву и стал вытирать мой рот ладонью. – Ты чокнулась что ли?

– Ты что не понимаешь? – в непонимании уставилась я на него.

– А что произошло? – Саша поддерживал меня за спину. – Ты орешь, бьешь меня. Ты думаешь, я совсем умалишенный что ли?

– Ах вот как? – снова начинала злиться. – То есть, по – твоему, переживать за тебя, когда ты в ярости пропал на несколько часов, да еще и трубку не берешь, означает я чокнулась?

– Я отдаю отчет своим поступкам.

– Уйди! – грубо пихнула его, вскакивая с земли.

– Прекращай, Маша, истерить. Ты хочешь поругаться?

– Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое! Мне, как и тебе, нужно побыть одной на пару часов, и я обязательно выключу телефон. Вот и думай, где я! – тыкнула в него пальцем.

Саша резко схватил мой затылок и жадно припал к моим губам. Меня, словно, током ударило.

– Нет! – собрав оставшиеся силы, чтобы не растаять от его желанного поцелуя, я оттолкнула Сашу. – Ты таким способом не заставишь считать тебя невиноватым!

– Ах, я виноват, что все меня, сука, бесят и доводят? – вспылил Саша.

– Извини, раз я довожу тебя, – небрежно пожала я плечами, совсем расстраиваясь. – Я поеду домой. Больше нет никаких сил у меня.

– Никто тебя не отпустит! – прорычал Саша, хватая за капюшон Роминой кофты.

Не удержавшись на ногах, я упала на колени, а Саша тут же нагнулся ко мне, заваливая на спину.

– Ты что творишь? – вырывалась я. – Отпусти!

Саша сел на меня сверху, зажимая коленями мои брыкающиеся ноги. Он завел мои руки над головой и обездвижил полностью. Я перестала сопротивляться и отвернулась от него.

– Посмотри на меня, – попросил хрипло Саша. Его родной запах щекотал мои ноздри и я, как идиотка, кайфовала от него, вдыхая полной грудью.

– Не хочу, – помотала я головой. – Как ты не поймешь, что я очень … испугалась за тебя. Что так боялась … лишь бы не разбился.