Текст книги "Горький шоколад (СИ)"

Автор книги: Валентина Щиброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 50 страниц)

Глава 1

– Дочка, не понимаю, что здесь написано. Посмотри, пожалуйста. Понапишут каракулями, – обратилась ко мне пожилая женщина низенького роста. Она протянула тонкой ручонкой скомканную бумагу в окно.

Прочитав без труда названия таблеток, я озвучила их. Все – таки мой двухлетний опыт работы фармацевтом внес свой вклад по расшифровке таких надписей.

– Таблетки для снижения холестерина, – вежливо ответила я.

– А сколько они стоят? Наверно, дорогие, – удрученно сказала бабушка, проверяя содержимое тряпочного кошелька.

– Сейчас вам скажу, открыв в компьютере базу данных, просматривала список лекарств нашей аптеки. – Так, его цена триста рублей.

Краем глаза сочувственно взглянула на свою напарницу Лену за соседним окошком. Ее донимала женщина лет пятидесяти, громко возмущаясь тому, как аптеки обнаглели и накручивают цены. Только мы тут причем?

Лена не знала, как от нее отвязаться. Лишь бы не вызвать грубость женщины и не раздуть скандал. Около ее кассы образовалась очередь, а до закрытия оставалось совсем немного времени. Один из мужчин не выдержал и попросил возмущающуюся женщину освободить кассу. Та соизволила все – таки уйти, поняв, что никто ее поддерживать не собирается.

– Дочка, я возьму. А еще дай мне, пожалуйста, бинт и вату, – услышала я голос бабушки. Она, наконец, решила купить лекарство. За ней стоял парень моего возраста, который с интересом разглядывал меня. По привычке смущенно улыбнулась, переключив внимание на пожилую женщину.

Поведение молодого человека невольно напомнило о том, как некоторые из представителей мужского пола иногда пытались познакомиться со мной, порой развеселив своими изощренными методами «подкатывания». Я не могу уверенно сказать о том, что мою внешность можно назвать красивой. Но без скромности могу смело заявить: я очень даже милая и симпатичная девушка двадцати трех лет, среднего роста, с длинными густыми, темно – каштановыми волосами. Цвет моих глаз, как считала мама, подобен цвету черного кофе без сливок, который я обожала пить по утрам. Прямой нос, полноватые губы. Мамина подруга как – то сказала, что моя улыбка похожа на сияние солнца – светлая и искренняя. Но все это предрассудки, ничего особенного.

Оксана, моя любимая подруга со школы, не разделяла моего мнения, говоря, что я все же красивая девушка с богатым внутренним миром. И что не хотела выделяться из массы людей, зачастую не умеющих радоваться чужим достоинствам. Им лишь бы позлорадствовать и завидовать. Возможно, доля правды в ее словах есть, но я никогда не вдавалась в такие глубокие рассуждения. Меня многое устраивает в моей жизни: хорошие друзья, работа, любимая семья, хотя, насчет семьи, есть важный пунктик, который выпал из жизни, к сожалению. Но от меня он никак не зависит.

– Всего доброго, – улыбнулась я бабушке, отвлекаясь от мыслей. Отдала ей чек и сдачу.

– Спасибо тебе, милая. Я всегда хожу только в вашу аптеку. Вы всегда поможете, подскажете без недовольства. Никому не хочется возиться со стариками. Дай бог тебе здоровья, – с умилением произнесла бабушка.

– Ну что вы! Зачем так говорите? Каждый покупатель для нас дорог. Выздоравливайте, – мягко ответила я с улыбкой. Парень не переставал смотреть на меня.

– До свидания! – радушно попрощалась бабушка и, оперившись о свою палку, медленно побрела к выходу.

– Слушаю вас, – обратилась к парню коренастого телосложения, в темно – синей ветровке, своим отработанным вежливым тоном.

Наша работа предполагает быть всегда учтивыми, спокойными с покупателями, несмотря на то, что встречаются и неадекватные люди. Но с этим я более или менее справлялась, благодаря терпеливости и общительности. А вот моей напарнице порой тяжело приходится, и она нервничает потом от тупости покупателя. Или расстраивается, когда ей ни за что высказывают обвинения. Вот и сейчас, понурый взгляд Лены говорил о том, что ей надоела та самая возмущающаяся женщина, и ей быстрее хочется смотаться домой. Я же, в таком случае, старалась не обращать внимания на слова оскорбительного характера. Людей тоже можно понять – вечные проблемы, болячки, лекарства дорогие, но во всякой претензии тоже должна быть мера. Да и негодовать в месте, где никому это не надо, – глупо. Только лишняя агрессия со стороны других людей.

– Здравствуй, красавица! – подмигнул мне парень и смачно шмыгнул носом. От хлюпающего звука я не заметно поморщилась. – Дай мне что – нибудь от головы и от аллергии. Моя сестренка решила завести кота, а у меня, оказывается, аллергия на животных. Всю жизнь не знал об этом. Наши родаки никогда не заводили их.

– И такое возможно, – кивнула, соглашаясь, с ним. Пробила ему таблетки по своему усмотрению. Себе я тоже всегда выбирала лекарства с минимальным количеством побочных эффектов и никогда не переплачивала, если знала, что по качеству они не хуже дорогих.

– Девушка, а вас случайно не Натальей зовут? – усмехнулся парень. Я закусила нижнюю губу, сдерживая улыбку, когда брала деньги из его рук. Частенько слышу такой вопрос. Прищурившись, он всматривался в мой бейджик. – А нет, Мария.

– Да, просто Мария, – печально вздохнула я, наигранно расстроившись от того, что парень, скорей всего, рассчитывал на другое имя.

– А вы знаете, что очень похожи на актрису? – продолжил свой расспрос молодой человек. Удивило его познание. Все – таки та актриса – звезда девяностых годов, да и кумир девушек. Но я лично не смотрела никаких ее фильмов, для меня она – прошлый век. – Да, – я серьезно. На эту Наталию … как ее … Орейро. Во! Вспомнил.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– Я выгляжу на сорок лет? – посмеялась я. Лена отпустила последнего покупателя и стала собираться домой.

– Да нет. Я не об этом. Чисто внешне. Моя старшая сестра раньше фанатела от нее. У меня их две. Сестры. Мария, вы очаровательны.

– Ясно, – усмехнулась я и передала парню лекарства, пропуская мимо ушей последние слова.

Только совсем не понимала, почему мне говорят, что похожа на актрису? Да, у меня есть родинка над губой, и волосы, может быть, по цвету схожи. Все, больше никаких признаков. Но, даже и Оксана об этом часто твердила, добавив еще, что родинка придает внешности пикантность и сексуальность. Разве, Нет? Нисколько. Ну, может, самую малость.

– Так, молодой человек, прошу на выход. Мы закрываемся, – серьезно сказала ему.

– Мария, вы такая шикарная девушка. Вам нужно не лекарства продавать, а быть фотомоделью, – не унимался парень, веселясь. Подойдя к входной двери, я указала ему пальцем на выход. Он осмотрел мою фигуру. – Нет, Мария, вам здесь не место.

– Да идите уже!

Но он продолжал болтать без умолку. Не выдержав, я открыла дверь и практически выпихнула его.

– Ну что за наглость! – буркнула я. – Надоедливый какой.

– Мария, а давайте встретимся? – парень прилип к стеклу двери. Я издала смешок. Вот чудак. Наша аптека имела две двери: первая – железная, а вторая – со стеклом. Я закатила глаза от его упертости. Он снова шмыгнул носом. – Вы же не можете меня взять и бросить?

– Могу! Уходите! Конечно, я не сердилась в буквальном смысле слова, но пресекала все попытки его флирта.

– Не думал, что такая принцесса может быть злой ведьмой! – наигранно вздохнул парень.

– Что? – хохотнула я, опешив от его последних слов про ведьму. Сказав ему, что он немного не в себе, я развернулась и пошла обратно в комнату, где мы переодевались. Лена уже была готова к уходу.

– Подожди меня, – попросила я ее. – Я быстро.

– Столько воздыхателей. Никак выбрать не можешь? Все одна, – хмыкнула Лена.

Я скинула халат, надела белые кроссовки и такой же фирмы теплую черную толстовку. Зарплата не позволяла шиковать, но я всегда старалась приобретать себе качественные вещи, накопить или покупать со скидками. На улице совсем не холодно, несмотря на позднее время. Май выдался жарким.

– Все одна? Ты глубоко ошибаешься. У меня пауза, так скажем. Что за стереотип, если у девушки никого нет, значит у нее проблемы и все плохо? – я насмешливо вскинула бровь и пристально посмотрела на Лену. – У меня все замечательно, мне и одной сейчас хорошо. Если ты вышла в двадцать лет замуж, родила детей, то почему и другие должны поступать также?

– Я ничего такого и не говорила, – помотала головой Лена, отрицая мои слова. Она старше меня на восемь лет.

– Все, пошли, – улыбнулась ей и вышла из комнаты.

В аптеке я работаю полгода. Лена работает здесь пять лет. Общаемся мы, в основном по работе, так как у нас абсолютно разные взгляды на жизнь. Она посвящала себя только семье, и в каждом нашем разговоре я слышала: а вот мой муж», «а вот мой сын», «надо успеть приготовить, постирать», «как я устала». И ни разу я не слышала от нее слов о себе. Чего хочет она? Чем увлекается? Такое ощущение, будто вычеркнула себя из жизни. Ее просто нет. Есть слово «надо», и нет такого понятия: «чего хочу я». Это странно и для меня не понятно. Пусть даже я еще не ощутила всей прелести семейной жизни, но считаю не правильным посвящать себя исключительно семье. Нужно думать и о своих интересах.

Так что, более близкого дружеского общения у нас с Леной не получилось. Соответственно, она не знала, что происходит в моей личной жизни. А причина моего временного одиночества – расставание с парнем, который начал сильно “душить” последние пару месяцев своей ревностью чуть ли не к каждому столбу. И, поэтому, решив, что с меня хватит, я поставила в наших отношениях точку. Он ещё месяц доставал меня, а сейчас, как мне сказали, переключился на другую девушку. Так что, я не тороплюсь с новыми отношениями.

На улице смеркалось. Воздух становился прохладным. Скоро лето. Как же обожаю это время года. Пора разноцветных красок, звонкого пения птиц, долгих солнечных дней и проливных теплых дождей. Лето, такое переменное, непредсказуемое, но в тоже время, ласковое, трепетное и легкое. Осмотревшись по сторонам, назойливого парня не увидела. Не дождался злую ведьму.

Попрощавшись с Леной, она жила недалеко от работы, я бодрым шагом направилась на остановку. Сев на свободное место в автобусе и оплатив билет, я вставила наушники в уши. Включила музыку.

Завтра законный выходной. Снова передают солнечную жаркую погоду. Обязательно пойду гулять. Как же мне не хватает моей Оксанки, которая постоянно составляла мне компанию. Упорхнула от меня к черту на кулички пару лет назад, вышла замуж и вот уже стала мамой славного полугодовалого малыша – Арсения. Вот так называется, поездила на каникулы к бабушке в Псковскую область. Но, я счастлива за нее, как бы грустно мне не было. Это даже не оспаривается. С улыбкой вспоминаю, где только не отдыхали и не гуляли с ней в нашем небольшом городе Муроме. Дружить мы с Оксаной тесно стали где – то с восьмого класса. Вечно из-за неё вляпывались в какую-нибудь историю. Но она, как говорится, не из простого теста сделана. Оксана – классная подруга. На неё всегда можно положиться.

После школы мы вместе пошли учиться в наш медицинский колледж на фармацевта. Честно говоря, я хотела уехать во Владимир, прихватить подругу и поступить там в университет. Все же там больше возможности для выбора профессии, и город мне очень нравится. Нет, конечно, Муром хороший город, родной. Я его люблю. Но жить хочу во Владимире. А мама, к моему ужасному сожалению, не разрешила мне уехать. И насчёт мамы – отдельная тема выдуманных проблем и нежелание расставаться с единственной дочкой. Так что, из не великого выбора, пошла в медицинский. Я долго обижалась на маму из – за её упрямства, а потом просто смирилась с её дурацкими заморочками.

– Всем добрый вечер! – громко сказала я. Разулась в прихожей и стянула с плеч толстовку. В квартире разносился вкусный запах маминого ужина. Безумно хочу есть. На одних перекусах и чаях на работе сыт не будешь.

Следуя запаху, я вошла в нашу маленькую кухню, где с трудом умещалось четыре человека. За столом сидела бабушка в халате с нашим любимцем на руках – черным котом Чернышом. Я хотела назвать его Сумрак, но мама все равно называла его по – другому. Он так и привык к этой кличке.

– Привет, Машуня! – улыбнулась мама, когда я ее поцеловала в щеку. Она накладывала запеченный картофель с зеленью из противня на тарелку.

– Бабуль, как самочувствие? – поцеловала ее и потрепала кота между ушей. Тот сразу довольно замурлыкал.

– Да ничего, Машенька, – ответила она. Бабушка всегда говорила, что у нее все нормально, даже если давление зашкаливало. Она гипертоник.

Моя бабуля самая лучшая. Всегда помогала, нянчилась со мной, когда я болела. Да и просто занималась мною. Мама же была всегда занята, деньги зарабатывала. Работала она парикмахером. Мы живем втроем, еще самого моего рождения в бабушкиной двухкомнатной комнате. Точнее сказать, сначала жили вчетвером, еще и с дедушкой, но его уже как 8 лет нет с нами.

Как бы раньше не тяжело было признавать, но, со временем, свыклась с мыслью, что у меня неполноценная семья. Моя мама – одиночка. Папу я никогда не знала и в глаза не видела, и они с мамой никогда не жили вместе. Говоря простым языком, я – внебрачная дочь. Об этом я узнала в более взрослом возрасте. Мама в молодости встречалась с женатым мужчиной, который приезжал сюда в командировку. Узнав о ее беременности, мужчина бросил ее. Вот и весь сказ.

Восприняла я эту информацию относительно нормально. А как еще? Когда я ничего не знаю о потенциальном папе. Правда, в детстве я завидовала другим детям, у кого есть папы. Но, со временем, чувство неполноценности прошло. Дети же ни в чем не виноваты. И мама мне всегда так говорит. Она безумно меня любит, и я ее. Вот отсюда и вытекает ее чрезмерная опека и не желание отпускать от себя.

– Ты выходила сегодня гулять? – спросила я бабушку, моя руки в раковине и, отвлекаясь от своих воспоминаний. – Тебе нужно больше свежего воздуха. Двигаться.

– Да, ходила. День сегодня какой хороший. – ответила она, сгоняя кота с колен.

– Ага. Завтра тоже обещают. Пойду днем гулять в парк, – довольно сказала я, уплетая мамин ужин.

– Возьми с собой Веру Калинину. Вы же вроде тоже хорошо с ней общались в школе, в компании гуляли вместе. Оксаны ведь теперь нет. Со своим мальчиком ты рассталась, – предложила мне мама. Она поправила свои светлые локоны. Я вообще на маму была мало похожа. Цвет глаз у нее серо-голубой, и волосы светлые от природы.

– Посмотрим. Сейчас я устала. Помыться, позвонить Оксане и спать. Таков мой план на вечер, – довольно протянула я.

– План у нее, – усмехнулась мама. – Все время что-то напланирует.

– Конечно! Ты же знаешь, я не люблю валяться просто так на диване. Это скучно. Тем более сейчас хорошая пора, лето на носу, – миловалась я. У меня так и вертелось на уме сказать, что хотелось бы съездить еще погулять во Владимир. Но пока не решалась заводить разговор на эту тему. Подождет.

– Правильно, внучка. Чего интересного лежать возле телевизора, – поддержала меня бабушка.

– Спасибо, бабуль. Ты всегда на моей стороне, – широко улыбнулась и, взяв кружку с компотом, сделала пару глотков. – Все, я наелась. Мама, очень вкусно. Спасибо!

– На здоровье, Маша, – ответила она.

Я ушла в свою комнату. Мама и бабушка жили в другой. За всю свою жизнь, мама так и не вышла замуж. Мужчины были у нее, и один из них даже жил несколько лет с нами, вернее, мы тогда переехали в его квартиру. Но стоило ему один раз сильно отругать меня в целях воспитания, даже я не отрицаю, что виновата была тогда сама, то мама сразу рассталась с ним. Дочь – это святое, а он все равно – чужой человек. (Я пыталась все объяснить, чтобы она не делала поспешных выводов и не рушила свое счастье. Но мама непреклонна. Не понимаю, откуда такие предположения? Сейчас ей сорок три года. Находится в новых отношениях с мужчиной, но видятся они в основном на нейтральной территории порядком двух лет.

Переодевшись в свободные шорты и футболку, я села за компьютерный стол и включила компьютер. После такого обжорства, ни в какую ванную идти не хотелось. Позже схожу. Пока загружался компьютер, рассматривала свою комнату. Интерьер ее состоял из двух контрастный цветов – шоколадного и молочного, из мебели – большой удобный и вместительный шкаф – купе с большим зеркалом, небольшой плазменный телевизор на стене. В углу, возле окна, стоял компьютерный стол, а напротив телевизора, в середине комнаты, располагалась кровать с удобным матрасом, который я купила около года назад. Обожаю на нем спать. На полу – ворсистый мягкий ковер и прикроватная тумба. В моей комнате всегда царил порядок, каждая вещь имела свое место, на полочках все аккуратно разложено. Раньше, когда приходили к Оксане домой, всегда ее ругала за то, что устраивает в своей комнате бардак. Но она, как всегда, отмахнется от меня или скажет, что я зануда.

Скайп показывал, что Оксана в сети. Ждет, наверно, моего звонка. Договорились утром созвониться. Нажала на вызов.

– Приветик мои хорошие! – радостно произнесла я блондинке по ту сторону экрана с непонятным взлохмаченным кулем на голове. Волосы у нее раньше были тоже длинными, почти до пояса, но сейчас Оксана состригла их наполовину. На руках у нее был пухленький и лысый малыш с соской во рту, который взирал своими маленькими глазенками на экран, не понимая, что происходит. – Арсюша, как дела? Чего не спите еще?

– Привет! – тяжело вздохнула Оксана. – У нас дела лучше некуда. Не спим по ночам, мучаемся с зубами, слюни до пола. Сейчас с тобой поговорю и попробую его уложить. Кошмар какой – то! Сегодня свекровь днем гуляла с ним, а я просто спала мертвым сном.

– Сочувствую тебе, но нужно просто переждать это время. Тем более свекровь у тебя какая замечательная, помогает вам. – улыбнулась я. Арсений пытался ухватиться ручкой за волосы Оксаны. Такой смешной.

– Ай, Арсений, больно же! – застонала Оксана, отцепляя его ручонку от своих волос. Арсений внимательно наблюдал за мамой, не разжимая своего кулачка. Я засмеялась. – Вот появиться свой и узнаешь, что к чему. Да, Надежда Антоновна помогает нам очень. Я благодарна ей за это. Папа наш занят, работа. И то старается помочь, но я не позволяю ночью вставать к Арсению. Я же понимаю, что ему надо как следует отдохнуть.

– Ты молодец, Оксан. Твоему мужу повезло с тобой. Красавица – жена, заботливая, понимающая.

– Конечно, повезло. Лучше меня нет, – самодовольно произнесла она.

– Это да, – утвердительно я закивала головой.

– И мне повезло с ним. – Оксана выглядела счастливой. – А у тебя как с парнями? Только не говори, что у тебя сейчас никого нет?

– Ты угадала, – подмигнула я ей.

– Да ладно! То, что ты расстанешься с Никитой, я предполагала. Ревнивый и жмот. Жалел подарков для тебя. Да тебя на руках носить надо. Само очарование и нежность, – засмеялась Оксана. Она отошла на минуту, положить Арсения в кроватку.

– Скажешь тоже. Я же зазнаюсь. И так уже выбираю себе тщательно парней, – пошутила я, когда Оксана вернулась обратно. – И ничего Никита не жмот.

– Ну ты уж слишком не раскидывайся, а то ведь разберут хороших, – подкалывала Оксана.

– Ой! – махнула я рукой. – Пугает она. Думаю, один найдется и для меня.

Мы дружно посмеялись.

– Маш, ты разговаривала с мамой? – уже серьезно спросила Оксана.

– Нет еще… – с грустью в голосе ответила я. – И, если честно, не знаю, как с ней говорить. Но я же не маленькая девочка, в конце концов, имею право строить свою жизнь, как мне хочется, а не ей.

– Поговори с ней. Не тяни. Объясни, что ты очень хочешь переехать во Владимир. Только тебе придется снимать квартиру и за нее платить, неизвестно. Какая у тебя там еще зарплата будет. Тоже свои нюансы.

– Да, ну и что, Оксан. Я знаю цену нашей жизни, этим меня не удивишь. Роскоши никогда не видела, да и не стремлюсь к этому. Главное, – жить в достатке. Так что я готова к трудностям, а там посмотрим.

– Мужа себе богатого найди там, и тогда будет все в твоем любимом шоколаде, – подкольнула меня Оксана.

– Это ты мне сейчас предлагаешь быть содержанкой? – нахмурилась я шутливо. – Нет уж, брак по расчету не для меня.

– Ну … зачем так выражаться, многие же жены у богатых не работают. И поверь, на попу твою клюнут сразу.

– Оксан, ты неисправима, – шикнула я на нее.

– А что? Прекрати строить из себя саму невинность и непорочность.

– Если ты сейчас не заткнешься, я выключу скайп! – ткнула в экран пальцем.

– Я уверенна, что не нашелся еще тот человек, который разбудил бы твою настоящую сущность дьяволицы, скрывающуюся под маской скромности и невозмутимости, – тем временем продолжала Оксана.

– Сущность? Дьяволицы? – прищурилась я, двигая компьютерной мышкой по столу.

– Что ты там делаешь? Нет, нет! Не отключайся! Все, не буду больше, – протестовала Оксана. Я услышала, как захныкал Арсений.

– Иногда так и хочется прищемить твой язык.

– Мой язык истину говорит. Не понимаешь ты ничего, – улыбнулась Оксана. – Ладно, пойду укладывать спать Арсения, капризничает уже. Созвонимся.

– Пока. Поцелуй от меня сына и мужу привет, – послала воздушный поцелуй и выключила скайп.

Просмотрев свою электронную почту и зайдя в социальные сети, ничего для себя интересного не увидела. Выключила компьютер и пошла мыться. Мама с бабушкой ушли в комнату. Не стала к ним заходить.

Стоя под струями горячей воды, я снова размышляла о разговоре с мамой. Оксана права, зачем тянуть? Я для себя все решила. Мама тоже должна меня понять. Почему она не дает мне право выбора в своей жизни? До Владимира ехать всего лишь два с половиной часа – это маленькое расстояние. В любой момент приеду к ней. Да и сама она сможет, наконец, жить для себя. Так. Завтра и поговорю вечером, когда она придет с работы. У нее много сейчас клиентов, и свои постоянные есть. Она ас своего дела.

Глава 2

– М-м-м, пирожки, – не успев толком проснуться, протянула я распевно, уловив аромат свежей выпечки.

Бабушка никогда не изменяла своей традиции: печь пироги и плюшки по выходным дням. Специально для нее мы с мамой купили хорошую хлебопечку. Сладко потянувшись в кровати, я приняла вертикальное положение, чтобы окончательно прогнать сон. Часы показывали половину десятого утра. А синоптики не обманули: сегодня будет ясная, солнечная погода – на небе ни облачка. Сняв пижаму, я надела шорты и футболку.

– Бабуля, как вкусно пахнет, – чуть ли не промурлыкав, сказала я, нюхая тёплый пирожок, который держала в руках. От него исходил лёгкий запах ванили и сладкой пудры. – Такими темпами я поправлюсь.

С удовольствием откусила кусочек.

– Кушай, Машенька. Я знаю, как ты любишь мои пироги, – улыбнулась бабушка, закладывая в печку новую партию. – Для вас же стараюсь. Только не вижу никаких изменений в тебе. Ни в коня корм, тростиночка моя.

– Бабуль, зато плюс есть. Я могу кушать сколько моей душе будет угодно и не располнею, – налила себе долгожданную кружку кофе.

– Молодежь, – покачала головой бабушка. – Все то вы не о том переживаете, диеты придумываете. Для здоровья ведь это плохо. В печке сейчас твои пирожки с шоколадной начинкой.

Бабушка села напротив меня и с умилением наблюдала, с каким аппетитом я ела.

– Спасибо! Обязательно съем.

Бабушка знала, что шоколадная начинка для меня слабость.

Я очень люблю шоколад. И именно темный. Но, кроме того, что люблю поедать его, мне нравиться еще пользоваться гелями для душа и шампунями с запахом шоколада. Я, конечно, не постоянно пользуюсь ванными принадлежностями с таким запахом, но чаще ими. И в моей одежде преобладал коричневый цвет. Мама удивляется моему пристрастию к шоколаду. Вот нравится он мне и все тут. Оксана не разделяла моего вкуса в отношении выбора этой сладости, так как я ела исключительно горький шоколад, а она его терпеть не могла.

– Маша, вот смотрю на тебя и не верю, что ты такая взрослая стала. Недавно ползала по полу, делала первые шаги. И мы с твоей мамой так радовались за тебя, – прослезилась бабушка.

– Ну, бабуля, ну что ты, – тепло посмотрела на нее, положив ладонь поверх её руки. – Это же должно было случиться, правда?

– Да, милая. Но для меня ты всегда будешь маленькой, – бабушка вытерла скатившуюся слезу.

– Не плачь, ба. А то я тоже сейчас заплачу, – скривила я губы.

– Не буду, внучка, не буду, – она положила другую свою ладонь поверх моей и слегка сжала. Моя бабуля самая хорошая на свете.

– Мама давно уехала? – спросила я, допивая кофе.

– Час назад где – то, – вздохнула она. – Вчера Павел звонил.

Павел – это сын бабушки, который старше мамы на пять лет, следовательно, – мой родной дядя. Свою жизнь он обустроил в Санкт – Петербурге. Он влюблен в этот город, у него там свой бизнес сейчас, семья. У меня есть двоюродный брат – Леша двадцати четырех лет, женился недавно. Не знаю по каким причинам, но моя мама не была особо в тесном общении с семьёй дяди. Приезжал сюда он не часто – некогда ему. А когда удавалось вырваться, то гостил не более, чем два – три дня. Но всегда звонил, интересовался, как наши дела и предлагал свою помощь, которую мама всячески отвергала. Он ведь родной ей брат, что за негатив часто слышу в её словах о нем? Иногда мне просто кажется, что она ему завидует. Но никто же не виноват, что мама так живёт. Никто же ей не мешает жить так, как ей хочется. Она порой заставляет меня думать, что в её неблагополучных отношениях с мужчинами виновата я.

– Мама разговаривала с ним? – сразу поинтересовалась я. Вот мы с дядей очень хорошо ладим, он такой добрый, веселый и простой. Когда я ему рассказала о Владимире, то он меня поддержал. Возможно, мама ещё и из – за этого на него злилась.

– Да, разговаривала. Павел сказал, что сможет через недельку приехать к нам в гости.

– Да? Вот здорово! Давно не виделись, – обрадовалась я.

– А я то, как рада, Маша. Совсем мало видимся. Никто не знает сколько мне дано ещё прожить.

– Так, бабушка, не начинай. Ты у нас крепкая, долго ещё проживешь. Спасибо за вкусный завтрак. Пойду потихоньку собираться гулять, – сказала я, вставая со стула. Бабушка вынимала шоколадные пирожки из печки. – Потом съем.

Погладив, встретившегося в коридоре Черныша, я направилась в ванную. Приведя себя в надлежащий освежающий вид, я открыла свой шкаф. И что же я надену? Мой взгляд упирался на платья, аккуратно висевшие на вешалках. Что – то подсказывает мне, будет жарко к полудню, да и настроение мое лёгкое и воздушное. Конечно, мой шкаф не ломился от изобилия вещей, но выбор был хороший. Остановилась я на коричневом коктейльном платье в горошек, приталенным белым широким поясом, и к нему – белый пиджак с рукавом три четверти. Сделав себе неброский макияж, я повертелась возле зеркала. Волосы оставила распущенными.

– Сейчас бы Оксана сказала: «бесподобно!» – я сделала реверанс.

Позвонив Вере и предложив погулять сегодня вместе, в ответ услышала только сипение. Ну как можно заболеть в такое время ангиной? Так может только Вера! Пожелав ей скорейшего выздоровления, я достала из шкафа черную сумочку – клатч и, положив в неё телефон и кое – что по мелочи, направилась в прихожую. Не стала одевать туфли на высоком каблуке, обошлась туфлями – лодочками, все – таки от пешей прогулки устанут ноги. Последний штрих: взяла с полки любимую туалетную воду Chocolat, подаренную Оксаной. Пшикнула в воздух и покрутилась в облаке запаха, чтобы он равномерно осел на меня. Наверно, я сумасшедшая, но ничего не могу с этим поделать, обожаю бархатистый терпко – сладкий вкус с нотками цитрусовых фруктов.

– Внучка, ты уже пошла? А как же пирожок? – бабушка стояла в прихожей и вытирала руки полотенцем.

– Бабуль, чувствую себя Машенькой из сказки. Не садись на пенек, не ешь пирожок, – засмеялась я. (прямая речь, перед словами автора – запятая и тире) Бабушка посмеялась со мной. – Я потом поем, бабуль, ладно? Наелась, правда. Ну все пока, не знаю, когда приду, – помахала я ей рукой и вышла в подъезд.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Солнышко сразу ослепило мои глаза. Я прищурилась, привыкая к столь яркому свету. Надо было захватить солнечные очки, но возвращаться не хочется. Пока шла к остановке, мне становилось жарковато, можно будет снять и пиджак. Мой маршрут в парк – излюбленное место для прогулок горожан и туристов. Муром – древний город со своей тысячелетней историей. Он является родиной богатыря Ильи Муромца, а также столицей праздника ” семьи, любви и верности”, многие молодожены приезжают сюда узаконить свой брачный союз. Ещё Муром славится своими церковными сооружениями.

Парк располагается на берегу реки. Он имеет просторную смотровую площадку, открывающую прекрасный вид на набережную и вантовый мост, соединяющую две области через реку – Владимирскую и Нижегородскую. Этот мост признан самым красивым мостом России. Наша гордость!

Выйдя на нужной мне остановке, в центре, я медленным шагом пошла в сторону входа в парк. Был уже полдень, и народу в центре прибавлялось. Сам парк был оживленным, много отдыхающих и детей, вовсю работали аттракционы. Настроение мое было прекрасным.

Не спеша прогуливаясь по аллее, я подошла к киоску. Купив мороженое в вафельном стаканчике, направилась на смотровую площадку. Как только прибыла на место, прислонившись к ограждению, стала наблюдать за местным пейзажем. Мой взгляд привлекли невеста с женихом – они делали памятные фотографии со счастливыми лицами. Неосознанно улыбнулась. Приятно наблюдать за ними. Хотела ли я сейчас замуж? Даже не могла ответить на этот вопрос. Да, как любая девушка, я хочу свадебное платье, любимого жениха, торжества. Но, если честно, не задумывалась над этим вопросом серьезно. Всему свое время. Для меня свадьба очень серьезный и ответственный шаг. Я должна быть уверенной в своем мужчине на сто процентов, любить и быть любимой.

Мне кажется, что мне до сих пор неведомо это сильное чувство, называемое любовью. Нет, конечно, я была влюблена, но сомневаюсь, что это истинная любовь, хотя сравнивать мне особо не с чем. Парни сейчас ненадежные что ли, им бы поразвлекаться только. А я хочу нормальных, постоянных отношений. Не ожидала, что Никита будет таким ревнивым. А так ведь хорошо начинались наши отношения, он мне очень нравился. Встречались почти пять месяцев. Никита на год меня старше. Но я устала от его нападок и беспочвенных обвинений.

Я прервала свои мысли, замерев с мороженым около рта, когда увидела свидетеля супружеской пары, проходящей мимо меня. Им являлся Никита. Он пристально смотрел в мою сторону. Как же ему идет рубашка голубого цвета и темные стильные брюки. Никита – высокий шатен. Во мне что – то екнуло, и я сразу отвернулась от него в сторону реки, приводя свое дыхание в норму. А я ведь была уверенна, что мои чувства к нему окончательно прошли. Черт! Его меньше всего ожидала увидеть.