Текст книги "Ледяной венец. Брак по принуждению (СИ)"
Автор книги: Ульяна Туманова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)
Небеса, это было самой настоящей пыткой – знать, что это последний раз, когда Теон целует мою руку. И последний раз, когда мы так близко.
Ухватилась за прохладную стену и прислонилась к ней лбом. Но медлить времени нет.
– Госпожа, – тихо позвала меня Скарлетт, но тут же смолкла.
– Не отвлекайся, когда с тобой говорю я! – голос Венеры, в котором больше не осталось сладости, звучал по меньшей мере капризно.
Я повернулась и увидела, как она схватила рыжеволосую девушку за плечо и грубо тряхнула. И конечно же, она сделала это зная, что не получит сдачи в ответ.
– Выкладывай, все как есть! – рыча, требовала золотоволосая красавица.
– В чем дело? – вмешалась я. Скарлетт не заслуживает к себе такого обращения. Никто не заслуживает!
– Ах, – сменилась в лице Венера при виде меня, – какая радость встретить вас!
Только слепой бы не заметил с каким трудом она выдавливала из себя широкую улыбку. Намазанные блестками, круглые скулы подрагивали. А глаза… Эти глаза не улыбались. Они изучали. Меня.
– Угу, – я подхватила Скарлетт под руку, чтобы вместе с ней удалиться, – взаимно!
Солгав раскрасневшейся богине, я потянула за собой напуганную подопечную Берты сама не знаю куда. Мне нужно найти всего-то укромное место!
Не успели мы отойти и на пару шагов, как меня настигло облако ванильного запаха и звук стука каблуков о каменные полы.
– Куда же вы? – сладко пропела Венера. – Давайте познакомимся! Раз уж выпала такая возможность, хвала Небесам!
– Мне некогда, – не останавливаясь ответила я. И тут она буквально перегородила нам дорогу, выскочив, словно дикая лань на дорогу. – Настырности тебе не занимать, да? – спросила ее в лоб я.
Она захлопала глазами, и будто сбросив с себя заклинание, вытянулась в лице, обретая совершенно другой вид. Дерзкий, высокомерный. Правая бровь взлетела вверх, пока она демонстративно осматривала меня с ног до головы.
Я думала, что так делают только задиры в академии Тертьемирья. Выходит, что нет.
– Смешно слышать это от такой как ты! – с пеной у рта, яростно произнесла она. – На твоем месте должна была быть я!
– Это все? Я спешу.
Стычка с ревнивицей мне точно не поможет, поэтому, не получив ответа на свой вопрос, я попыталась обойти ее. И она снова перегородила мне дорогу, в этот раз уперевшись в стену у моего лица рукой.
– Что тебе нужно? – устало выдохнула я.
– Спрашивает воровка, – наслаждаясь каждой произнесенной буквой, проговорила она.
– И что же я у тебя украла?.. – подначила ее я. – Только не говори, что все дело в мужчине.
Она от души засмеялась, и костяшками указательных пальцев вытерла слезы, брызнувшие из глаз.
– Видишь, – все еще справляясь с приступом смеха, начала она, – ты даже этого… не понимаешь! – и указательным пальцем постучала себе по виску. – Говорят, что ты появилась из какой-то помойки вроде Третьемирья. Что ж, может сплетни, оказались самой что ни на есть правдой?
– Ты угадала, – шагнула прямо на нее. – И манеры у меня скверные. А волосы у тебя очень длинные… так гляди схватит кто, да вырвет клок.
– Грязь! – она наконец отскочила к другой стороне коридора, освобождая дорогу. – И чем только ты его взяла? Чем охомутала?
Венера была готова разрыдаться, словно капризный ребенок. Избалованный и не привыкший, когда все идет не по ее плану.
– Он должен был жениться на мне! – она ударила себя ладонью по груди. – На мне, слышишь? Покойник Максимус обещал отцу наш союз. Все было обговорено еще, когда мы были детьми! Но вмешалась ты!
Кажется, в порыве гнева богиня любви начала плеваться не только ядом, но и слюной.
– Вас хотели поженить родители? – до меня вдруг дошли ее слова.
– Что тебя так удивляет? Брак создается для укрепления власти, для объединения сил, для процветания рода! – страстно перечисляла Венера, махая руками в воздухе. – Именно поэтому я не понимаю, зачем ему сдалась такая, как ты!
– Ты видимо не знаешь, но люди женятся и по другим причинам.
– Ты, что про любовь?! – воскликнула она, убирая с плеча несуществующую пылинку и захихикала.
– Что тебя все время так смешит? – помимо расшатанной психики, естественно.
– Теон Рейн держит в кулаке всех, включая правителя Авенты – собственного брата! – страстно, но тихо, и оборачиваясь по сторонам, чтобы нас не услышали лишние уши, произнесла она. – И это только начало, – покачала головой красавица. – Мотт подгребет под себя всё. Каждый камень, каждое дерево, что будет у него на пути. Не удивляйся, когда от Третьемирья камня на камне не останется. Но это будет легкой победой. А вот Сорра, с ее гончими… тоже однажды падет! Да ты представляешь, какой статус однажды обретет его жена?!..
– Стой, – помотала головой я, не сильно вникая в бред, что несла Венера. – Откуда ты все это знаешь? Хотя…
Ну, конечно! Ее отец – Фрид, наверняка вхож в дела Авенты.
– Неважно откуда я это знаю, – отмахнулась она, понимая, что сболтнула лишнего. – Важно, что ты понятия не имеешь, с кем связалась! А значит, никогда не сможешь понять его. Не сможешь по достоинству оценить будущего, что тебя ждет рядом с ним!
– Довольно.
Я глянула на растерянную Скарлетт, которая, как и я, смотрела на бывшую невесту мотта с опаской.
Ревность, что застилала рассудок в изумрудном зале испарилась, стоило богине открыть свой рот.
И еще… От ее слов про то, что их хотели поженить родители, мне стало легче дышать. Значит, Теон никогда не выбирал ее себе в жены.
Хотя, и Лею из Третьемирья он не выбирал.
– Отведи меня в покои, где нас не потревожат, – прошептала на ухо Скарлетт, и прибавив шагу мы наконец оторвались от Венеры. Не знаю, почему она решила наконец отстать от меня, но я была ей благодарна.
– Спаси и сохрани Небеса быть такой красивой и такой… дурной! – что ж, с этими словами Скарлетт я не могла не согласиться.
Перепалка с Венерой лишила меня и без того ограниченного количества времени. И это беспокоило. Стоит мотту заподозрить, что меня нет слишком долго…
Мы зашли в первую пустую комнату, и сняв с шеи веревочку на которой висел маленький ключик, Скарлетт протянула ее мне.
– На всякий случай, – подмигнула она. – Сколько мне вас ждать? И что говорить, если начнут спрашивать?
– Что говорить… – я пожевала губу, чувствуя, как нарастает чувство вины перед ней.
Добрая, чистая Скарлетт. Я не могу рассказать ей правду. Не могу!
– Скажи, что я устала и сплю, – буркнула первое, что пришло на ум и пожала плечами.
– А сколько ждать-то?
– Сколько ждать? – глаза защипало от подступающих слез. – Да я мигом, туда и обратно!
– Хорошо, – бодро согласилась с моими лживыми словами она.
Кивнув, я отошла от нее на пару шагов и призвала крылья – так попасть в покои мотта получится быстрее всего. А оттуда к себе, чтобы забрать вещи, Искру…
Два белых полотна растянулись за спиной, вызывая у Скарлетт шок. Я подняла руки в примирительном жесте, показывая, что все хорошо, и не сказав больше ничего, отправилась в форт.
В покоях мотта было темно и прохладно. А еще так тихо, что я впервые услышала шелест собственных крыльев, когда те покорно сложились за спиной и исчезли.
Глазами нашла отполированный до блеска книжный шкаф и стиснула кулаки. Что ж, раз я здесь, то и терять времени даром не буду.
Зашагала вперед по мягкому ковру, что вбирал в себя шум каблуков и протянула дрогнувшие руки к дверцам. Скарлетт выполнила мою просьбу – шкаф был открыт, и полностью в моем распоряжении.
Поручением было найти дубликат ключей, потому что свои я якобы потеряла, и отпереть замок.
Теперь я стою перед рядами плотно составленных книг, вот только, но ни одна из них меня не волнует.
А интересует то, что мотт хранит за книжным рядом самой верхней полки. Я запомнила, как он быстро и незаметно спрятал там какой-то объект, пользуясь тем, что я искала Искру.
Первой проблемой было то, что Теон, по сравнению со мной, достаточно высок. И дотянуться до самой высокой полки даже на каблуках, я не могла! Пришлось пододвинуть к шкафу тяжелое кресло, что стояло у письменного стола.
Сняла туфли и залезла на него с предусмотрительно зажженной свечой – рассмотреть найденное мне как-то надо будет.
Теперь, стоя на холодящем голые стопы кресле, я нырнула рукой за плотный книжный рад и вслепую принялась ощупывать пустоту. Странно, но там, где ладонь должна была упереться в стену – ее не было. Как и никакой другой преграды.
Не зря мотт так легко нашёл тайник на крыльце моего дома! Сам он, как оказывается, его тоже имеет. Вытягивая из ряда толстые книги одну за одной я складывала их поверх книжного шкафа и все пыталась рассмотреть, что же скрывается за ними.
Слабого пламени свечи не хватало, и я с еще большим запалом переставляла тяжелые фолианты, пока наконец не увидела бумажные, пожелтевшие от времени свитки…
Поверх которых лежала маленькая черная записная книжка! Очень похожая на ту, что сначала могла легко поместиться в карман куртки мотта, а потом быть спрятанной здесь – в секретной нише за книжной полкой.
Схватила ее и принялась листать в надежде на то, что найду на белых страницах нечто важное. Вернее, на это надеялся разум. Сердце же хотело развернуться и уйти обратно в зал изумрудного цвета.
Абы что Теон прятать бы не стал. Не говоря уже о том, что к нему вряд ли кто-то может пристать с расспросами, или береги их Небеса, попытаться загнать его в угол.
Хотя, похоже, что это даже не тайник, а нечто, что он предпочитает держать подальше от самого себя?
Я перелистывала маленькие страницы, кое где исписанные красивым, мужским почерком и понимала, что реагирую даже на такую мелочь, как написанные им когда-то слова. Пальцы сами касались шершавых страниц и следов, оставленных чернилами.
Пришлось поднести свечу совсем близко к бумаге, чтобы разобрать, о чем же именно идет речь.
«Первый контакт. Ненависть заменило желание обладать. Неожиданно. Причина не понятна. Не естественные огни в небе?».
Это была всего лишь запись с самой первой страницы, а я уже пожалела, что так загорелась этой идеей. Ведь не знала, что придется читать чужие… да даже не воспоминания, а чувства! Я была уверенна, что записи делались по ходу событий.
Перелистнула скрипящую под пальцами бумагу и нашла подтверждение своим мыслям.
«Провидец исчез вместе с иномирянкой. Оба словно провалились сквозь землю. Ни Тьма, ни ищейки – никто не определил их места положения.»
«Я нашел ее у пробудившихся вод. Она обладает силой. Вытащил на поверхность, и снова потерял контроль. Это второй раз, когда магия огней притупила чувства. Заставила возжелать.»
Пролистнула еще станицу.
«Тьма утеряна. Призвал ее и запечатал, чтобы не навредила. Лея из Третьемирья…»
Дальше фраза была перечеркнута, но не настолько что бы я не смогла рассмотреть.
«Пришла. В этот раз без огней.»
Облизала пересохшие губы, понимая, что речь идет о той самой ночи, когда магия крыльев привела меня к нему. Странное ощущение – помнить детали и видеть себя с ним, но со стороны…
Мотт записывал, что происходило с тех пор, как я появилась в форте. Есть ли в книжке пометки о том интимном, что происходило между нами?.. Сердце екнуло от этой мысли.
Разум нашёптывал, что Теон Рейн вряд ли вел личный дневник на подобие того, в который я записывала свои чувства к Арту. Скорее всего, на создание записей его подтолкнули скрупулезность и желание разузнать, разгадать причину произошедшего.
Я бы тоже этого хотела… Да у меня самой целый мешок вопросов! К мотту, к провидцу, к джиннам. И это, еще не говоря про гончую с ее заявлением о том, что мы знакомы, и найденную в черном лесу Искру.
Перелистывая страницы, заметила, что и без того немногочисленные записи становились все короче. И сводились они к скупым заметкам про миррор, не более того.
Захлопнула книжку и отложила в сторону, испытывая одновременно облегчение от того, что в ней не было упомянуто ничего из увиденного мной в камнях у Утеса, и разочарование, ведь прятал мотт вовсе не свои заметки.
Но, что тогда?
Взгляд в очередной раз остановился на свитках желтой бумаги. Коснулась одного из них, ощупала еще несколько и рукой наткнулась на продолговатый кожаный футляр.
Совесть встрепенулась, ведь не хорошо вторгаться в чужие дела. И все же, я вытянула продолговатую трубку из-под массы остальных бумаг. Слезла со стула, поставила подсвечник на стол и сняла с тубуса крышку, осторожно вытряхивая оттуда содержимое.
Очередной свиток, но в этот раз скрепленный восковой печатью и перевязанный двумя отливающими синим цветом лентами по бокам. К моей удаче, если такое слово вообще уместно, печать была надломана, поэтому все, что мне оставалось сделать – это развернуть его.
Синие ленты тихо упали на натертый до блеска стол, и стоило мне заметить на бумаге всего лишь пару ключевых слов, чтобы понять, о чем говорит данный документ, как я чуть не легла на стол вслед за кусочками ткани.
Все же уперлась одной рукой о холодящее дерево, чтобы устоять на ногах…
«Теон Рейн… первый наследник Максимуса Рейна… совершил смертоубийство. Свидетели… правительница – Доминика Рейн… и домашняя обслуга. Орудие… не установлено. Используемый элемент силы не входит в формуляр.»
Пробираясь сквозь тяжелые канцелярские предложения, я вылавливала только лишь отдельные слова, и все, потому что произошедшее я видела собственными глазами.
Значит он действительно убил собственного отца. И вот о чем говорил Фрид! Сморгнула подступающие слезы и снова поднесла к свитку лампу.
«Доминика Рейн погибла от увечий… скончалась, не приходя в себя…
Неизвестная сила уничтожила доказательства… фамильный особняк разрушен.
Мотив преступления… единоличное присвоение власти.
Приговор…
Отрешение от титула единовластного правителя Авенты…
Наделение именованием Верховного Мотта и обязанностью охранять и защищать подконтрольные земли…
Пожизненное обременение статусом Отнимающий Жизнь…
Приговор вынесен и подписан следующими заседателями комиссии…»
Далее следовал список имен, совершенно мне незнакомых за исключением одного – Фрид Войд. Наверняка это тот самый старик в парче, отец Венеры. И выходит, что все присутствующие в изумрудном зале сегодня знали кто такой Теон Рейн. Все, кроме меня!
Дочитав документ до конца, я вернула сверток обратно в тубус. Надо же, на все те вопросы, что я задавала Теону, вдруг нашлись ответы… Жестокие. Холодящие душу.
Меня будто придавило каменной плитой, да так сильно, что каждый вдох давался с трудом. Мужчина, которому я научилась доверять, на которого смотрела через призму дурацкой влюбленности, оказался чудовищем.
А я еще расстраивалась из-за слов провидца?! Знала бы, кто такой мотт с самого первого дня, то не позволила бы и пальцем себя коснуться. Лучше бы задушил меня своей Тьмой, чем оставил с пылающей огнем ямой вместо сердца.
Мне хотелось… нет, не реветь, не кричать. Мне хотелось завыть, заскулить как волчице!
И что хуже всего, теперь я боялась Теона. Настоящего. А не того, что осыпал ласками в нише дворца. Это все ложь, притворство, похоть. Не может человек убивший отца ради власти, любить…
И невеста его, ох, как она была права!
«Мотт подгребет под себя всё. Каждую гору, каждое дерево, что будет у него на пути. Не удивляйся, когда от Третьемирья камня на камне не останется. Но это будет легкой победой.»
Не трудно прийти к такому выводу, когда у тебя есть факты. А я, ослепленная чувствами к тому, кого даже не знала, посчитала Венеру блаженной! Вот она ему самая что ни на есть – пара, ведь между ними нет тайн, нет недосказанности, все честно.
Кроваво, злостно, но честно.
Я бы спросила мотта, почему он решил привязать меня к себе? Зачем все, то, что между нами было? Для чего?.. Только каким бы ни был его ответ, верить я больше не смогу.
Вернув всё на свои места, закрыла книжный шкаф и придвинула кресло обратно к столу. Лучше ему не знать, что я здесь была.
Входная дверь вдруг со скрипом отворилась, и я чуть не хватилась за сердце, ожидая, что сюда войдет Теон. И каким же облегчением было увидеть аккуратную мордочку Искры!
– Ты нашла меня, – прошептала, идя к ней на встречу, – какая умница!
Подхватила кошку на руки и протянула пальцы к дверной ручке. Нужно быстро собрать свои вещи, а потом домой. Но и там задерживаться не стану. А то мало ли, как провидец и обещал, мотт начнет меня искать.
Искра громко мяукнула, что вообще не было на нее похоже, и меня как ошпарило донесшимся из коридора вопросом:
– Нашла хозяйку?
Я на носочках отшатнулась от двери, так и придерживая кошку. Это был Теон. И он уже искал меня.
– Не бойся, – прошептала, успокаивая то ли себя, то ли бедную кошку.
И призвала крылья, которые сомкнулись перед лицом ровно в тот момент, когда дверь распахнулась, впуская мотта.
Черт! Так хотелось надеяться, что он меня не заметил…
Я ступила на прохладный деревянный пол своей избы и вдохнула успокаивающий запах. И действительно, невозмутимость мне пригодится. Нужно переодеться и собрать документы, а еще придумать на ходу историю, прочему меня должны принять с кошкой на руках! Да и продумать, какое место в Третьемирье будет безопасным.
Ведь где-то там еще есть и бывший парень, с которым не хочется иметь ничего общего…
Ладно, это все потом. Сейчас важно быстро собраться!
Я развернулась в сторону своей комнаты, как в дверь постучали. Настойчиво. И учитывая, что сейчас в Третьемирье раннее утро, и солнце даже не выползло из-за горизонта, это вряд ли почтальон.
Искра спрыгнула с рук и смело зашагала ко входу. И чем только мотт смог так быстро ее приручить? Сначала она привела его ко мне в форте, а сейчас гляди и дверь ему откроет!
Убрала кошку с пути и положила руку на ключ, оставленный в замке. Что ж, раз он так хочет, то, пожалуй, расставим все точки над «и». Я без проблем объясню ему почему не хочу оставаться рядом с убийцей!
Замок щелкнул, и, словно факел, полыхающий лютой ненавистью, я толкнула дверь вперед.
Тут же понимая, что мотту не нужно заходить с улицы. Тьма переносит его куда угодно, и с особой легкостью могла сделать это используя предрассветный полумрак внутри моего дома…
– Лея! – Арт стоял на пороге, высокий, холеный, и выглядел так, будто увидел приведение. – Лея…
И обрушился на меня крепкими объятиями, поглаживая и ощупывая, кажется, даже целуя.
– Небеса, я не знал, что и думать! Где ты была? – голос, глубокий, красивый и когда-то родной, уже не волновал.
– Арт! – мне все-таки удалось оттолкнуть его, выставив вперед локти.
Он отошел, но всего лишь на шаг, так и не убрав своих рук. Большие ладони впились в мои оголенные плечи. А его глаза, светлые и казавшиеся мне когда-то добрыми, в лицо.
Я видела, что он зол. Кучерявые волосы взъерошены, будто он не раз проводил по ним руками. Под глазами залегли тени, а между бровей суровая складка. Ни следа не осталось от безмятежного и надежного молодого человека.
– Я каждый день по нескольку раз сюда приходил, – он замолчал, осматривая меня с ног до головы, – и подыхал от того, что ты не открывала.
– Тебе нужно уйти, – скрывая испуг, озвучила я.
Этот бешеный, возбужденный взгляд я уже видела и знаю, что будет дальше. Только ярости в этот раз в нем было столько, что убежать я точно не смогу.
– Нет, – сверкнул белоснежным оскалом он. – Нет, Лея. Я останусь, и поверь, ты будешь чертовски рада меня видеть. Отныне и каждый гребаный раз.
Будто его слов было мало, он толкнул меня к стенке и поднял мои руки веерх, припечатывая их чуть выше головы.
– Пошел вон! – заорала и попыталась ударить его ногами. Но куда там. Он обезвредил меня так быстро, что стало еще страшнее. – Кто ты? – спросила, глядя в звериные глаза, испещрённые красными сосудами.
– Я – твое спасение, Лея, – он произнес это касаясь своими губами моих, что вызвало тошнотворное чувство. Острый запаха табака и хмеля частично объяснял его внешний вид. – И спасти тебя могу только я, слышишь?
– Спасти от чего? – я отвернулась чтобы вдохнуть свежего воздуха.
– От кого, глупая, – ответил он, и впился в мою шею ртом. Как пиявка! Гадкая пиявка!
– Если ты говоришь о себе, то хочу, чтобы ты знал: я тебя призираю, а не боюсь!
Входная дверь, что была распахнута все это время, с грохотом ударилась о стену. И это прервало слизняка, облизывающего меня. Будучи в полной временности, что это сквозняк, я даже не повернулась. Но когда Арт выпрямился и учтиво склонил перед кем-то голову, выбора у меня не осталось…
В двери стоял мужчина, отчего-то показавшийся мне знакомым. Память заскрипела, пытаясь откопать связанные с ним воспоминания. Может, он из академии? Там было много преподавателей мужчин. Он смотрел на меня так, будто знал.
Седовласый, с короткими густыми волосами, на вид лет пятидесяти. С гордой осанкой, примерно одного роста со мной. Мужчина шел прямо на нас, заведя руки за спину. А я все не могла оторвать взгляда, пусть и грубо так рассматривать людей.
– Что тут происходит? – он поднес ладонь с усыпанными перстнями пальцами к выбритому лицу и провел по седым волосам на затылке.
Небеса! Я поняла…
– Вы!… – если бы не держащий меня за руки Арт, я бы сползла вниз по стене. От ужаса, от страха, от неверия!
– Дорогая… – его руки легли мне на щеки, рукава из красной материи коснулись кожи.
«Одет во все красное, он смотрел в пол, и казалось не слушал женских криков. Бордовая накидка расстелилась за его спиной кровавой лужей, на шее, пальцах и даже в ушах мужчины красовались золотые украшения. Так много, что это выглядело нелепо. Только назвать нелепым его – язык не поднимался.»
Это был он…мужчина из моих видений. Тот, кто сгубил девушку с крыльями!
– Сенсааария, – протянул он, оглаживая мое лицо пальцами. – Мааать, – улыбнулся он и резко поднял взгляд вверх, туда, где над моей головой Арт держал затекшие запястья. – Ты любишь подарки?
Я отрицательно замотала головой, наблюдая как он достал из красного кожаного мешочка нечто блестящее. Сначала я подумала, что это цепочка, но мужчина в мантии разъединил блестящую нить на две. Или вернее на два. Браслета! На которых тоже были незнакомые симболы…
Сердце забилось так, что вот-вот выпрыгнет из груди. Всё, что у меня осталось – это призвать крылья. Только так я могу убежать их этого ада.
Прикрыла глаза. Магия шевельнулась в груди – там, где всегда жили крылья… и утихла. Все потому, что мужчина уже надел на затекшие руки золотые браслеты, а я и не почувствовала.
– Пора домой, – воодушевленно произнёс он.
– Домой? – ничего не понимала я.
– В Сорру, дорогая. Тебе предстоит многое о себе узнать.
– Никуда, – дернулась я, – я с вами не пойду!
– Сын, – бросил он Арту, который за все время с повеления мужчины не проронил ни слова. – Успокой ее!
– Сын? – только и спросила я перед тем, как получить удар по лицу, за которым последовала блаженная темнота.
