Текст книги "Его Сиятельство Вовчик. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Тимур Машуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

И да, мы к нему не пойдем, потому как этот мудак – магистр земли, и он нас с тобой грохнет за долю секунды. Связи с внешним миром нет – стоят глушилки. Но не очень сильные – если отойти метров на пятьсот от поместья, то связь появится. Охраны не много – человек десять. Все наверху. Все маги в ранге подмастерье и мастер, и, кажется, принадлежат одному роду, то есть, аристократы.

О том, что происходит тут, у нас никто не знает – ее как раз послали проверить и быстро обратно не ждут. Как будем выбираться, не знаю, потому как выход закрывается на железную дверь и открывается с пульта охраны дома. Над дверью камера – увидят нас, и хана котятам. Пойдут проверять – результат тот же. Против магии пистолеты не пляшут. Доклад окончила. Можно мне теперь начать истерить?

– Отставить истерики! – командным голосом сказал я, пытаясь начать думать.

Пока получалось плохо, но я старался. Голова уже привычно прострелила болью от макушки до пяток и выдала приемлемый результат.

– Давай-ка посмотрим камеры – вдруг чего интересного увидим. Может, тут держат сильномогучего мага, который по щелчку пальцев решит наши проблемы.

– Ну, давай… – пожала она плечами, – делать-то все равно нечего.

Ну, мы и посмотрели. Сразу обнаружили еще парочку пленников – парня и девушку, что находились в разных комнатах. Девушка сидела и вроде как плакала – звука камеры не передавали, а парень лежал с открытыми глазами и пялился в потолок. Лица их были мне не знакомы, значит, или не аристократы, или из незначительных родов. Всех главных я знал лично, не раз встречаясь с ними на приемах. Впрочем они на камерах были как бы далеко, поэтому подробностей не разглядел. На месте разберемся.

Охранников насчитал четыре морды – причем все не на нашем этаже. Кстати, эти тоже были ниже – крутое подземелье, скажу я вам. Три яруса – это еще надо умудриться построить. Впрочем, если есть деньги, то можно и десятку сделать.

– Пошли всех освобождать, – заявил я, вставая.

Сделал пару ударов руками по воздуху, чтобы разогнать кровь, потянулся до хруста – готов.

– И нафига это нам? – готовая уже впасть в истерику, Ника посмотрела на меня.

– Ну, а вдруг они знают больше нас? Вдруг тут есть какой-то запасной выход или вход? В общем, пока нас не ищут, поищем сами. Охранников в расход – лишние проблемы нам не нужны.

– Ладно, уговорил, пойдем, – Ника проверила обойму и передернула затвор. – Сидеть на заднице и просто ждать смерти что-то не хочется.

Куртуазно пропустив даму вперед – у нее пистолет и лицо красивое, – я пошел следом, настраиваясь на бой. Не уйдем, так пошумим. По максимуму…

Глава 10

Глава 10

Хлопнул себя по лбу, вернулся и забрал у охранника пистолет. Не такой, как у Ники – стреляющий магическими пулями и поэтому практически бесшумный. Это был монстр ПК – пистолет Клеманского, калибра 10,2 – шумный, ненадежный и очень тяжелый. Но зато, если такой и не выстрелит, то его рукояткой можно с легкостью проломить череп любому супостату. Против магов он не тянул, если те успеют поставить защиту, но обычным людям его за глаза хватит.

Повесив на пояс кобуру и поморщившись от тяжести, я отправился за терпеливо ждущей меня Никой. Опять дама вперед, потому как меня еще немного пошатывало, но организм уже начал бороться с дрянью, а мочевой настоятельно потребовал от нее избавиться. Что я и сделал, нырнув в первую попавшуюся комнату. Где тут находятся туалеты, я не знал, поэтому оросил ближайший угол. Надеюсь, уборщица, если такая тут есть, не сильно на меня обидится.

После этого мне значительно полегчало, и даже груз проблем показался не таким тяжелым. В отличии от взгляда Ники, которой, как я понял, тоже хотелось в туалет, но она стеснялась об этом сказать. Но я умный – догадался. Поэтому впихнул ее в следующую комнату и даже отошел чуть подальше, дабы не разрушать миф о том, что девушки по-маленькому ходят радугой, а по-большому бабочками.

Ополоснув руки из оставшейся бутылки, потому что гигиена – наше все, мы уже вполне бодро зашагали вперед, к темному будущему третьего подземного этажа. Песню не пели, как оказалось, у Ники не было музыкального слуха, а у меня – желания.

Обогнув два трупа, я походя сорвал с шеи дамы какую-то светящуюся, явно магическую бирюльку, рассудив, что в хозяйстве все пригодится. Больше мародерить не стал – время-то не резиновое. Так что второй этаж, уже казавшийся нам родным, мы прошли быстро и замерли на ступеньках к третьему. Пошушукались, принимая важное решение – кто пойдет первым.

Я, как настоящий аристократ, пропускал даму вперед, а она, тоже пользующаяся правилами этикета, не могла позволить себе идти впереди такого важного человека, как я.

После недолгих препирательств я все же пошел первым. А она семенила сразу за мной, держа ствол чуть сбоку от моей шеи, как бы прикрывая. Где гуляет охрана, мы вроде как знали, но боялись, что, если начнем стрельбу, остальные всполошатся. А вдруг у них тут связь с внешним миром есть? Тогда только и останется, что геройски помереть, а нам бы этого категорически не хотелось.

Холодная, пропитанная запахом страха и плесени тишина третьего этажа встретила нас, как физический удар. Мы с Никой замерли на последней ступени узкой, крутой лестницы, вжавшись в липкую от сырости бетонную стену.

Воздух здесь был другим – тяжелым, спертым, с явным привкусом дезинфекции, перебивающим подземную затхлость. Да, я ошибся, это был не просто подвал, а настоящая тюрьма. Толстые стальные двери с глазками по бокам коридора, тусклые, забранные в решетку плафоны на потолке, по одному на каждые пять метров, и это давящее отчаяние, что витало меж серых бетонных стен.

Я кивнул Нике, жестом показывая: «Жди».

Она, бледная как полотно, но с собранным, острым взглядом, прижала к груди пистолет – нелепый, но очень эффективный, теплящийся изнутри тусклым синим светом. Странно, что у похитителей вообще было такое оружие – дорогое и достаточно редкое. Ее пальцы были белыми от напряжения.

Я выдвинулся первым, скользя тенью вдоль стены. Сердце колотилось не от страха, а от того знакомого, ледяного, сфокусированного бесчувствия, что охватывало меня в такие моменты. Мир сузился до коридора, до собственного дыхания и… до фигуры в камуфляжной куртке, прислонившейся к косяку двери в тупике, метрах в пятнадцати.

Охранник. В руках у него – «нода», короткий, уродливый ствол с расширенным дулом, заряженный сгустками грубой, подавляющей магии. Дешевое, но эффективное оружие, которое так любят всякие бандюки. Чем-то похожее на двустволку из моего мира. Из такого стрелять в тесноте коридоров – самое то. И по магам, и по обычным людям.

Расстояние исчезло. Шаги были бесшумными, отработанными до автоматизма. Он услышал что-то, может, почувствовал движение воздуха – и начал поворачиваться. Его глаза, тупые и подозрительные, только начали расширяться от удивления, когда моя левая рука плотно закрыла ему рот, резко запрокидывая голову назад, а правая, сжимающая боевой нож с матовым, не дающим бликов клинком, совершила короткий, точный удар под угол нижней челюсти, вверх, к основанию черепа.

Звука почти не было. Только хрустнул хрящ, да вырвался из-под моей руки короткий, тут же захлебнувшийся хрип. Тело обмякло, стало невероятно тяжелым. Я не дал ему упасть, мягко опустил на грязный бетон, затянув в тень. Вытер клинок о его куртку.

Ника, подкравшаяся следом, смотрела на это без дрожи, лишь ее губы плотнее сжались. Во взгляде – легкая брезгливость. Не более.

– Их вроде осталось трое, но теперь думаю, что больше. Этого на камере, кажется, не было. Но исходим из того, что мы его просто не заметили, значит, действуем по плану, – тихо прошептал я, показывая пальцами. – Двое – там…

Кивок на дверь слева, откуда доносился приглушенный звук радио и смех.

– Еще один – в конце коридора, в комнате с охраной. Видишь, свет под дверью? Последний… Должен быть здесь, в обходе. Но его нет на месте. Возможно, в туалете или отошел.

– Двое в комнате – мои, – практически беззвучно ответила Ника, крепче сжимая свой пистолет.

В ее глазах горел холодный огонь. Не ярость, а та же сосредоточенная решимость. Она знала, что делать дальше.

– Чисто и быстро, – отчеканил я. – Не дай им поднять тревогу. Артефакт бьет беззвучно, но свет вспышка даст. Врывайся, стреляй не целясь, навскидку. В тесноте это эффективнее. Зарядов не жалей.

Она кивнула, один резкий кивок. Больше слов не было. Мы стали двумя шестеренками одного механизма.

Я указал ей на позицию у двери, сам отступил в тень напротив, прикрывая ее с фланга и держа в поле зрения темный коридор, откуда мог вернуться четвертый.

Ника прислушалась на секунду, положила ладонь на холодную ручку двери. Дверь была не заперта – самоуверенность или безалаберность. Преступление.

Она ворвалась внутрь одним стремительным движением, как тень, сорвавшаяся с цепи.

Я мельком увидел комнату: стол, заваленный остатками еды, две незастеленные койки, два крупных мужика в такой же камуфляжной форме. Один сидел на стуле, закинув ноги на стол, другой стоял у небольшой раковины. На их лицах застыли выражения тупого удивления, которое не успело перерасти в что-то большее.

Раздалось два звука. Не выстрелов в привычном понимании. Два глухих, влажных хлопка, словно лопнули перезрелые плоды. «Пиу», «пиу». И два всполоха синего света, коротких и ярких, ярко подсветивших на миг искаженные гримасы, летящие брызги и падающие тела. Артефактный пистолет не стрелял пулями в привычном понимании. Он выпускал сгустки кинетической силы, заключенные в оболочку размером с горошину, способные проломить бетон. Что уж говорить о костях черепа.

Тишина. Только тяжелое дыхание Ники и звук чего-то жидкого, капающего со стола на пол.

Она вышла из комнаты. Лицо было абсолютно спокойным, только ноздри слегка раздувались. В руках пистолет дымился легким, едким паром – побочный эффект работы артефакта.

– Чисто, – произнесла она, и голос ее был ровным, металлическим.

– Хорошо, – сказал я. – Теперь мой. Жди здесь. Если появится четвертый – вали его без раздумий.

Она заняла позицию у двери, прикрывая мою спину. Я двинулся в сторону одинокой двери в конце коридора, откуда лился желтоватый свет из щели под полотном. В руке у меня теперь был обычный, стальной пистолет «Гроза-17» – тоже тяжелый, но надежный, без сюрпризов, забранный у охранников и сменивший ПК. Магия – магией, но классика никогда не подводит, если за ней ухаживать. А они ухаживали.

Дверь была приоткрыта на сантиметр. Я прильнул к щели.

Комната охранника. Тесная, заставленная железными стеллажами с папками и коробками. В центре – стол под пятном света от тусклой, пыльной лампы на длинном шнуре. За столом сидел мужчина, не молодой, с проседью в коротко стриженных волосах. На нем была та же форма, но снятая куртка висела на спинке стула. Он сидел, склонившись над развернутой газетой, подслеповато щурясь и шевеля губами, будто читая про себя.

На столе рядом – остывшая кружка с чаем и бутерброд, обернутый в промасленную бумагу. Руки его были свободны. «Нода» висела на крючке на стене, в двух шагах от него.

Идеальная мишень. И идеальная ловушка для жалости. В этой картине не было ничего от тюремщика. Только усталость, возраст и желание провести смену в тишине за чтением.

Я отбросил жалость. Она сгорела в том же холодном пламени, что и всё остальное. Этот человек охранял тех, кого мы пришли освобождать. Его спокойствие было куплено чужим страхом.

Я толкнул дверь плечом, вошел внутрь, поднял «Грозу» в линии руки-глаз. Прицел лег на висок читающего человека.

– Руки на стол! Не двигаться! – скомандовал я ровным, негромким, но не терпящим возражений голосом.

Он вздрогнул так, что газета зашелестела. Его голова медленно, невероятно медленно стала поворачиваться ко мне. В глазах сначала не было страха. Первым делом – раздражение, будто его отвлекли от важного дела. Потом – осознание. И лишь после густо, как масло, поплыл животный, чистый ужас. Его рот беззвучно открылся.

– Я сказал, руки на стол! – повторил я, и мой палец начал плавно нажимать спуск.

Он попытался вскочить. Инстинкт. Глупый, смертельный инстинкт. Его руки рванулись не на стол, а в сторону, к стене, где висела «нода».

Мой палец завершил движение.

Щелчок.

Сухой, бесплодный, пустой щелчок. Осечка.

Время не замедлилось. Оно взорвалось. Звук щелчка прозвучал в тишине комнаты громче любого выстрела. Ужас в глазах охранника сменился дикой, невероятной надеждой. Его движение стало резким, он уже вскакивал, рука тянулась к оружию на стене, рот открывался для крика.

У меня не было времени на вторую попытку, на перезарядку, на раздумья. Мыслей не было. Было только тело, тренированное годами, и ситуация, требующая решения.

Я не стал бросаться на него. Дистанция была слишком велика. Вместо этого моя правая рука, все еще сжимающая «Грозу», совершила короткое, хлесткое движение от плеча. Я не бросил пистолет. Метнул его изо всех сил. Тяжелая стальная болванка весом под килограмм, летящая с силой отчаяния и точностью ярости.

Он опоздал на одну десятую секунды. Его пальцы уже касались приклада «ноды», когда стальная рукоять «Грозы» с глухим, костяным стуком встретилась с его левым виском. Не со звоном, а именно с тем самым, страшным, влажным стуком, когда нечто твердое встречается с хрупким и живым.

Охранник издал короткий, всхлипывающий выдох «у-уф», его глаза закатились, показывая белки, и он рухнул на пол, как подкошенный, зацепив и опрокинув стул. Газета медленно спланировала на него сверху.

Я был уже рядом. Он лежал без сознания, дыхание хриплое, прерывистое. Из виска сочилась тонкая струйка крови. Я нащупал пульс на шее – сильный, частый. Контузия, возможно, трещина. Но жив.

Быстро, автоматически, я сдернул с него поясной ремень – толстый, кожаный. Перевернул на живот, резко заломил руки за спину и скрутил кисти ремнем намертво неразъемным узлом. Проверил карманы – ключи, связка, на каждом бирка с номером. И коммуникатор – все же есть связь с теми, кто сидит снаружи. Я раздавил его каблуком.

Только тогда позволил себе выдохнуть. Руки слегка дрожали от выброса адреналина. Поднял свой пистолет, отщелкнул магазин, извлек патрон с осечкой – капсюль был пробит глубоко, но не сработал. Бракованный. Просто бракованный патрон. Ирония судьбы, стоившая бы мне жизни, если бы я оказался хоть на секунду медленнее.

Я вставил новый патрон из запасного магазина, дослал его в патронник и сунул «Грозу» обратно в кобуру. Потом поднял с крючка «ноду» охранника и сломал ее о стену, выбросив обломки в угол.

В дверях появилась Ника. Она окинула взглядом комнату, связанного охранника, меня.

– Не слышала выстрела? – тихо спросила она, заметив мое выражение и разбитый коммуникатор на полу.

– Бракованный патрон, – коротко ответил я, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. – Неважно. Ты готова?

Она кивнула, держа свой артефактный пистолет наготове.

– Тогда идем. Ключи у меня. Мы видели их на пульте – камеры семь и восемь. Девушка и парень. Охраны больше, судя по всему, нет – тот у дверей, как я думаю, и был тем, кого мы видели ранее. Или нет. Я что-то запутался. В общем, идем к пленникам. Находим, освобождаем. Потом пообщаемся с этим, если не подохнет.

– Почему этого не убил?

– Нужна информация. Потом допросим.

Мы вышли обратно в коридор, в эту давящую, враждебную тишину, теперь уже нарушаемую только нашим дыханием и далеким, непонятным скрежетом в системах здания. Я шел первым, сжимая в руке холодную связку ключей, каждый из которых мог вести к свободе, а мог – в тупик. Но мы уже сделали самое страшное. Теперь нужно было завершить начатое.

Впереди скрипнула очередная дверь – я не стал разбираться, кто там. Вскинул пистолет, и грохот выстрела разорвал тишину коридора. На этот раз оружие не подвело, и две пули точно вошли в тело вылезшего – все-таки их пять! – охранника. Он даже понять ничего не успел, как отправился на встречу с богами.

Жалости к нему я не испытывал. Меня по-прежнему накрывало и, похоже, намечался очередной приступ. Мысли начали путаться, помещение плыть.

– Ника, кажется, опять начинается, – прохрипел я, прислонившись к стене и тяжело дыша.

– У тебя зрачки ведут себя, как бешеные – то сужаются, то расширяются, – подтвердила она, посмотрев мне в лицо.

– Думаю, это не самая моя большая проблема, – сознание пыталось ускользнуть, но я его пока держал.

– Ага. А вот то, что ты сейчас грохнешься в обморок, когда надо двигаться, очень плохо. Ладно, я так думаю, что немного поняла действие этой дряни, можно попробовать одну штуку. Не уверена, что получится, но чем боги не шутят…

– Ты о чем? – мой собственный голос донесся до меня словно через ватное одеяло. Я потихоньку начал улетать в неизвестность.

– Держись, – шепнула она, и ее губы накрыли мои, а язычок скользнул в рот.

И будто этого было мало, ее рука уже оказалась у меня в штанах и вполне себе по-хозяйски там шурудила.

Меня будто по голове стукнули – вот реально! Адреналин рванул по жилам, появилась какая-то сила, терять сознание сразу расхотелось.

Зарычав, как зверь, я вывернулся и прижал Нику к стене. Теперь уже мои руки вольно гуляли по ее телу, а губы требовательно терзали ее. Скользнул вниз, по шее, пальцы приникли в трусики, дотронулись до заветного.

Она негромко простонала и шепнула со всхлипом:

– Не здесь!.. Умоляю, не здесь… Не сейчас…

Этот шепот сводил меня с ума, внутренний зверь бушевал, требуя взять ее здесь и сейчас, но каким-то неимоверным усилием воли я сумел обуздать его.

Чуть отстранившись, я, тяжело дыша, смотрел на нее – искусанные губы, засосы на шее, замутненные страстью глаза…

– Помогло? – с хрипотцой в голосе спросила она.

– Ага. Спасибо.

– Ну, тогда… Ты не мог бы вытащить свою руку из моих трусиков? А то я ж не железная.

– Ох, прости, я как-то… – я медленно вынул ее, да так, что девчонка закатила глаза. – Пойдем дальше?

– Сейчас, секунду… Дух переведу…

Потом как-то лукаво и с вызовом посмотрела мне в глаза.

– Знаешь, Владимир Федорович. Думается мне, что простым тортиком, и даже тремя, ты теперь не отделаешься. Если выберемся, то хочу свидание.

– С нумерами?

– Это как пойдет.

– Что ж, тогда у меня появился еще один стимул выбраться. Потому что-то же самое я хотел предложить тебе.

Пойдем, Ника – освободим пленников и решим, как нам покинуть это негостеприимное место. Думается мне, тут должен быть еще один выход. И значит, мы обязаны его найти. А если нет – то помрем так, чтобы даже боги заплакали от нашего пафоса и героизма.

И, взявшись за руки, как школьники на прогулке, мы пошли к камерам. Что там будет потом – фиг его знает. Но я уже не жалею, что меня похитили…

Глава 11

Глава 11

Ключи, взятые у охранника, подошли.

– Вы кто? – испуганная девчуля с заплаканными глазами уставилась на нас, когда дверь ее камеры открылась.

Легкое, но уже сильно мятое платье, опухшее от слез лицо, обгрызенные ногти на руках – романтика же.

– Спасители!!! – пафосно заявил я и гордо подбоченился, пытаясь поднять ей настроение.

– Такие же пленники, как и вы, – тут же безжалостно разрушила мою легенду Ника. – Только чуть более удачливые. Меня, кстати, Вероника зовут, а это Владимир.

– Наташа, – кивнула девушка. – Баронесса Барятинская.

– А, ну если так, то я Скуратова. А это вообще Романов, – тут же создала социальную прослойку между нами Ника.

– Ваши Сиятельства! – подскочила баронесса с кровати и поклонилась.

– Без чинов, – благосклонно махнула рукой эта зазнайка. Уточнять, что она бастард, хоть и признанный, конечно же, не стала.

– Так, ладно, идемте второго друга освобождать. Хоть я, конечно, и предпочитаю быть единственным пестиком среди тычинок, но мы, благородные люди, должны помогать друг другу.

– Меня сейчас от твоего пафоса стошнит, – заявила Ника и чуть не получила по жопе. Но вовремя выскочила за дверь, показав мне язык.

Ну ничего, скоро ты у меня этим языком хорошо поработаешь! Но пока за дело.

Вторая дверь тоже открылась без проблем, напротив нее обнаружился парень, что замер в стойке «Всех убью, один останусь» и точно приготовился продать жизнь подороже.

– Спокойно! Мы такие же пленники, как и ты. Собираемся бежать, ты с нами? – тут же взяла командирский тон Скуратова.

– Точно пленники? – подозрительно сощурился парень.

– Можем в доказательство тебя снова запереть тут.

– Не-не, верю, – тут же проявил смекалку он.

– Саша? – подслеповато прищурившись, я посмотрел на него внимательнее. – Апраксин?

– Эм… Владимир?!! – он сделал шаг вперед. – Точно, ты!

Еще пара быстрых шагов, и он крепко обнял меня.

Ну да, это был младший брат жены моего брата Лады, которого я хорошо знал. Родня как-никак.

– А ты давно здесь?

– Да черт его знает, – взлохматил волосы он. – Тут, сам понимаешь, ни дня, ни ночи нет. Но пару дней точно сижу.

– А почему мы не знали, что тебя похитили?

– Об этом я… позже расскажу, –скосил он глаза на девчонок.

– Ой, да что там рассказывать, -влезла Ника. – Небось, заставили прочитать по бумажке текст заговорщиков, с целью шантажа родственников. Мы все тут такие.

– Меня не заставляли ничего читать. Просто выкуп потребовали, – тихо сказала Наташа.

– Любые террористы нуждаются в финансировании, – кивнул я. – Одной идеей сыт не будешь. А вы богаты?

– Входим в десятку самых-самых.

– Странно, что я о вас не слышал, -призадумался я. – Но пофиг. На повестке дня стоит два дела. Сначала предлагаю поискать, чего бы поесть, затем ищем выход наружу так, чтобы не подохнуть в процессе побега. Есть идеи? Предложения? Замечания?

– Я, кроме этой комнаты, ничего и не видел, – признался Саша, а Наташа подтверждающе кивнула.

– Тогда разбегаемся в разные стороны и ищем всякие двери. Ника, покажи Саше комнату с охранниками. Пусть возьмет себе ствол. Наташ, ты как с оружием?

– Никак, – опустила она голову.

– Тогда пойдёшь со мной. Головами вертим во все стороны, в случае чего орем во всю глотку.

С тем, что я взял командование на себя, никто спорить не стал, и мы разбежались в разные стороны. Впрочем, коридор в длину насчитывал метров сто, наверное, может, чуть больше, так что все оставались в пределах видимости.

Ника с Сашей ускакали назад, а мы с баронессой пошли вперед, заглядывая в пустые камеры сквозь маленькие окошка. Быстрый осмотр ничего не дал – никаких скрытых дверей, ведущих в светлое будущее, не находилось.

Подошел Саша и сунул мне в руку бутерброд. Я уничтожил его в два укуса, соображая, где еще может быть заветный выход. Соображалось, правда, не очень – голова по-прежнему болела, простреленный бок, хоть и не кровил уже, но нещадно пек. Хорошо, что пуля прошла по касательной и ничего важного не задела. Иначе бы точно уже помер.

– Связанный мужик того… Видать, ты его слишком сильно приложил, сообщила Ника.

– Умер Максим, ну и хер с ним. Не жалко…

– Максим? – вытаращив глаза, перебила меня Ника. – Откуда ты знаешь, как его зовут… В смысле, звали⁈

– Вот такой я ясновидящий, ага, – отмахнулся я. – И вообще, нас тут проблема покруче есть. Где выход искать будем?

– Вентиляция, – задумчиво сказала Наташа, подняв глаза к потолку.

– Что вентиляция? – не понял я.

– Тут нормальный воздух, откуда-то же он должен поступать в больших количествах. Надо искать, откуда.

– Точно! – хлопнула себя Ника по лбу. – Я, кажется, на первом этаже видела большую решетку, в комнате охраны.

– Тогда пошли, чего стоять, – азартно взмахнул пистолетом Саша.

Пятнадцать лет, а воинственности на полковника спецназа хватит.

Опять привычный маршрут, правда, на этот раз мы ускорились. Я прямо-таки физически ощущал, как уходит время. Еще немного, и у нас будут гости.

Искомая решетка оказалась на высоте трех с половиной метров и была закрыта металлической сеткой, которая вроде как, на первый взгляд, легко снималась. Проблема была в том, что достать до нее было проблемно. Пришлось подтаскивать стол, спустив на пол мониторы, потом я залез на него, а потом уже мне на плечи вкарабкалась смущающаяся Наташа – самая хрупкая из нас, но в то же время и самая, как оказалось, высокая. Саша был мелким, а Ника явно тяжелей. А старый стол не внушал уверенности в своей крепости и надежности.

Стоя на дрожащих ногах, я поддерживал девушку морально, заодно придерживая и физически – за ноги, а она пыталась снять решетку, с помощью ножа откручивая винты, на которых она сидела. Нож был большой, винты маленькие и немного заржавевшие. Но у нее получалось, как ни странно, хотя я и слышал ее тихие ругательства.

В итоге Наташа справилась, за что ей честь и хвала. Отверстие оказалось достаточно большим, чтобы в него мог пролезть даже я, вот только как? Ладно, мы подумаем об этом потом. Пока же я помог баронессе вскарабкаться внутрь, после чего она сообщила, что места мало, потолки низкие и передвигаться там можно только ползком.

Так что следующая пошла Ника – как лучше всех умеющая обращаться с оружием, следом я подсадил Сашу, Наташа помогала сверху, поскольку и руки у нее были самые длинные.

Внизу остался я один. И понимал, что у меня всего одна попытка, ведь стол уже протестующие скрипел, давая знать, что моего толчка, скорей всего, не переживет. Вдохнул-выдохнул, сделал шаг, оттолкнулся, вцепился в протянутую руку.

Баронесса вскрикнула, но я, подтянувшись, уже схватился за край вентиляции и подтянул свое тело вверх. Стол, как я и предполагал, укоризненно сказал «Крак» и развалился.

– Ползем и стараемся не шуметь, – скомандовал я.

Маршрут был предельно понятен – в сторону выхода. Именно оттуда тянуло свежестью. Ника ползла тихо, Саша чуть слышно сопел, а вот Наташа быстро начала паниковать. Налицо признаки клаустрофобии, и если у нее сейчас начнется паническая атака, плохо будет всем.

– Я не могу… Я… Я хочу вернуться!!! Мне плохо… – шептали ее губы, и голос становился все громче и громче.

Надо что-то делать, но вот что?

– А я вижу твои трусики, – заявил я, добавив в голос побольше восторга.

Ну да, платье у нее чуть задралось, но сначала я не стал об этом говорить. А тут пришлось. Причем, ползли-то мы в темноте, но ее это вообще не смутило.

– Не смотри!!! – тут же завозилась она, пытаясь прикрыться.

– Тогда ползи быстрей, чтобы я не успел все запомнить, – как можно более похотливым тоном ответил я.

– Извращенец, – донеслось от Ники.

– Вовчик даже в таком месте не может не думать о дамах, – поддержал ее, съязвив, Саша.

– Не могу ничего с собой поделать, ее попка прям перед моим лицом. И дергается так эротично!

– Да ползите же быстрей! – зашипела Наташа, сразу ускорившись. – Я в душе не была и вообще…

От паники не осталось и следа.

Ну, мы и ползли – пол потихоньку поднимался наверх, и я прям чуял, что до выхода осталось совсем немного.

– Владимир… – начала Ника.

– Зови Вовчик, так быстрей, – поморщился я. – Чего там?

– Тебе бы самому на это посмотреть…

– И как ты себе это представляешь? Тут развернуться негде.

– Голоса слышу и это… Кажется, звук работающих серверов.

– Откуда ты знаешь, как работают серверы? – чуть напрягся я.

– Ну… был печальный опыт, скажем так, но давай мы это позже обсудим.

– Хорошо. Нет, плохо. Как я тут пролезу?

– Все вдохнули, вжались в стены, а ты ползи. Наташа худенькая, а Саша мелкий, а я уж как-нибудь потерплю. Но будешь приставать – укушу. Нежно.

– Эх, и это еще меня называют извращенцем. Готовы?

Кивков в темноте я, конечно же, не увидел, но почуял, что их прям распирает от перспектив стать частью стен.

– Если что, я заранее извиняюсь и все такое, – на всякий случай предупредил я, ну, и пополз вперед.

Наташа как-то затупила, и вместо того, чтобы бочком вжаться в стену, просто перевернулась и легла на спину, прижавшись к полу. Я сразу даже не сообразил, что не так, а потом, когда мои руки нащупали вполне себе упругую грудь, едва не остановился. И еще это ее еле слышное:

– Двигайся быстрей…

Да блин, я ж сейчас борозду тут в камне сделаю своим стояком! Но прикидываться импотентом было поздно, поэтому я, ощупав ее всю, умудрился как-то извернуться, чтобы не потыкать ей в лицо ширинкой, и полез дальше.

Сашка оказался умней и вжался в бок – с ним разошлись краями. А вот Нику я полапал от души и тяжело подышал ей в ухо. Она ответила тем же, и мы едва не забыли, где находимся.

Кажется, я влюбился. Но это не точно. У меня сейчас стресс, да и бурда, которой усыпили, из крови еще не выветрилась. Не удивлюсь, если все происходящее мне вообще кажется или снится.

Ну, и дальше я пополз к свету в конце тоннеля, с каждым метром все отчетливее слыша звуки, человеческую, но пока неразборчивую речь и таки да, шум работающих серверов. Это что у них тут за информационный центр, раз столько всего напихали? Вечер перестает быть томным, а ночь точно будет жаркой.

Прокрался, подкрался, подполз очень незаметно. Да я гребаный ниндзя!!! Все гейши целуют меня в зад и делают массаж пяток. Потом. А сейчас надо понять, кому и на какую длину вставить так, чтобы потом не вставили нам.

Через решетку в потолке было хорошо видно происходящее внизу, и яркий свет после темноты сначала сильно ударил по глазам. Но проморгавшись, я пригляделся, а потом сильно удивился. А на смену удивлению пришло острое желание убивать. Да такое, что я едва не начал это делать прямо сейчас.

Да, Ника оказалась права, внизу была именно серверная – с десяток стеллажей, на которых стояли и характерно так гудели, перемигиваясь лампочками, мощные системные блоки. От них тянулись провода к еще большему количеству экранов, что стояли на столах и висели на стене. Более мелкие находились в руках тех, кто тут всем заправлял – всего пять человек, трое мужчин и пара девушек.

Они весело переговаривались, шутили, глядя на экраны, что-то постоянно печатая. Часто в речи сквозила фамилия «Романовы» и слово «убить», еще упоминали какого-то Князя – именно так, с большой буквы, будто это его имя. И с энтузиазмом обсуждали премии, которые получат после того, как выполнят свою работу. При этом еще и флиртовали друг с другом на грани неприличия и казались очень довольными жизнью. Что ж, недолго им осталось веселиться.

– Валим всех, – кровожадно шепнул Нике. – Магии не чувствую, но не факт, что среди них нет мага. Поэтому я иду первый, ты следом…

– Подожди, – девушка придвинулась к решетке, прицелилась… – В общем, троих я отсюда быстро сниму, остальные неудобно сидят – есть риск промахнуться.

– Тогда план такой: я прыгаю вниз, а ты одновременно с моим падением начинаешь стрелять. Я буду бить ножом – мои выстрелы могут привлечь ненужное внимание. Внутрь не лезешь, прикрываешь меня сверху. Получится взять кого в плен – нормально. Нет – ну да и хрен бы с ними. Рисковать не будем. Работаем. Три… Два… Один… Погнали!!!