Текст книги "Шестая организация"

Автор книги: Татьяна Талова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

   – Добрый день, Огден, – произнес Марк, прежде чем Огден открыл рот. – Просите за столь ранний визит, но у нас к вам очень серьезное дело.

   – Очень? – неприязненно переспросил шаман. От глубокого, всепроникающего голоса тоже мало что осталось. – Настолько, что даже не решились предупредить меня по телефону?

   – Вы не отвечаете на звонки, Огден.

   – Значит, я занят, – он все-таки посторонился, пропуская нас. – В комнату, – он резко дернул головой. Мне показалось, это не жест даже, а нервный тик. – Подождете немного...

   В первую встречу он показался мне довольно мерзким, но никак не грубым. Скорее, наоборот, холодно вежливым, готовым улыбаться и кивать, а в нужный момент приставить к горлу нож. Марк рассеянно заметил, что, видимо, к Огдену просто никогда не приходили столь внезапно.

   Пока Детектор возвращался к привычному образу, я старался не терять времени даром. Все же Огдена я считал своим врагом, оттого без малейших угрызений совести рассмотрел все, что успел, и влез везде, куда смог. Для маленькой гостиной в квартире, где живет только один человек, здесь явно было слишком много мебели – старые шкафы и тумбочки, шатающийся столик, пара кресел, огромный диван и старенький телевизор. Все это выглядело так, будто шаман не появлялся тут пару лет: пыль, пятна неизвестного происхождения, полное отсутствие забытых стаканов, одежды, раскрытых книг или еще чего-либо, намекающего на хоть какие-нибудь жизненные процессы.

   Марк удержался от комментариев, наблюдая, как я заглядываю поочередно в каждую из четырех старых тумбочек. Думаю, его даже порадовало, что кто-то добровольно взял на себя явно "грязную" работу.

   – Не-е-ет, – неуверенно прошептал я, доставая на свет аккуратные пластиковые пакетики. Они были пустыми, но в некоторых виднелись остатки бледно-желтого порошка. – Ну, это слишком...

   Не верилось, что Огден так просто запустил нас в комнату, где спрятаны стратегические запасы "эйфории". Впрочем, мало ли как повлиял наркотик на его память... Марк, прислушавшись к доносящемуся шуму воды, высказал свою версию:

   – Это больше похоже на противопростудное лекарство. Его и продают в точно таких же пакетиках.

   – Это прикрытие, – нашелся я.

   – Тебе просто слишком сильно хочется его обвинить, – заметил Марк.

   Я убрал найденное в карман, а Марк резко поднялся. На его лице было написано что-то, чего я вообще за ним никогда не замечал. Чуть позже, когда некромант, уже вполне знакомо хмыкнув, вылетел из гостиной, я понял, что это было – воодушевление. Тот редкий миг, когда к нему действительно пришла идея, а не тот, когда он предлагал кому-либо уже сотню раз обдуманную самостоятельно догадку.

   Огден все еще был в ванной, Марк же орудовал на кухне. Обыск, видимо, уже казался ему не столь грязным, но тратить время на вопросы я не стал, вместо этого направившись во вторую комнату Детектора. Она уже не производила впечатления нежилого помещения – по крайней мере, кровать была заправлена кое-как, на столе лежала забытая чайная ложка, а в корзине под столом валялось целых два скомканных листа бумаги.

   Я не успел ничего толком сделать, как раздался непривычно громкий голос некроманта:

   – Огден! Вы не против, что я решил заварить чай? В конце концов, нам все утро пришлось ждать, пока вы выспитесь...

   Тех секунд, в течение которых Детектор, с едва сдерживаемой злобой, отвечал на подначку, мне хватило, чтобы схватить из корзины скомканные листы – единственное, что хотя бы теоретически могло являться чем-то важным и было доступно в тот момент, и вернуться в гостиную. На диван я упал как раз тогда, когда Огден прошествовал мимо комнаты.

   – Успел? – коротко поинтересовался Марк, появляясь с чашкой чая.

   – Что успел?

   – Хоть что-нибудь, – вздохнул некромант. Он присел рядом и тихо проговорил:

   – Это слишком, ты прав...

   Я снова его не понимал и не хотел спрашивать здесь – кто знает, может, Огден подслушивает. Марк, похоже, молча согласился с моей позицией.

   Спустя минут пять шаман вернулся уже точь-в-точь таким, каким я его запомнил, даже одежда – свитер, потертый пиджак и чудаковатые клетчатые брюки, – никак не напоминала домашнюю. Он зачем-то включил телевизор, убавив звук, уселся напротив, в кресло и, не мигая, уставился на нас. Словом, я снова ощутил себя на допросе. Не собираясь мириться с таким положением вещей, первым заговорил я – по возможности ненавязчиво, о нашем последнем деле. Однако не успел я осторожно подвести к тому, что наркоторговцы сдали своего покупателя легко и почти непринужденно, как Огден, мрачневший с каждой секундой, судорожно вздохнул и покачал головой.

   – Я понял, не продолжайте, – произнес он чужим голосом. – Я все понял... Крылатые не могли не узнать об этом, однако же...

   – Однако же вы не ждали, что ваше участие в делах Крылатых встанет под угрозу, – с наслаждение продолжил я.

   – Я не ждал, что меня станут шантажировать уборщики из Шестой организации, – огрызнулся Огден, мгновенно теряя контроль.

   Некромант молчал, доверяя мне ведение беседы, и даже когда Огден со злостью поинтересовался, успели ли мы обыскать его дом, Марк не поторопился соврать что-нибудь убедительное.

   – Да, – спокойно ответил я. – Успели. И нашли лишние доказательства вашей... м-м-м... болезни.

   Огден на миг застыл в кресле, а потом рванул к тумбочке и с треском открыл ящик.

   – Вы!.. – только и смог произнести Огден, а потом устало свалился обратно в кресло. – Я сам виноват, – прошептал он. – Должен был понять, что рано или поздно действие наркотика скажется на памяти...

   С удивлением я понял, что Марк едва сдерживает улыбку, когда даже мне было немного жаль смотреть на потерянного, разом сломавшегося старика.

   – Ладно, хватит, – Марк неторопливо вынул из внутреннего кармана пальто, которые никто из нас не потрудился снять, включенный диктофон. – Размахивать пустыми упаковками и обвинять вас публично довольно глупо, так что могли бы так не убиваться, а вот теперь... Хотя на чистосердечное признание запись не потянет, но...

   Некромант не спешил договаривать, а Детектор молчал, ненавидяще глядя на него.

   – Давайте сделаем так, – сказал я, опасаясь, что старик сейчас может кинуться на Марка с кулаками, – вы просто сообщаете Крылатым о своем раскаянии и нежелании работать. Красивую речь придумаете сами.

   – И?

   – И действительно перестаете там работать.

   Я помолчал, раздумывая, говорить ли про Риту, но Огден меня опередил.

   – Рита... – пробормотал он, склонив голову. – Чудесная девушка... Я и подумать не мог, что настолько ей противен.

   – А вы хоть раз задумывались, что она чувствует, слыша о собственной уникальности? – безжалостно спросил Марк. – Если бы вам каждый день твердили... например, о том, как это замечательно – быть стариком, у которого нет семьи, друзей и даже более-менее близких коллег? Как это прекрасно – жить в полном одиночестве, изредка копаясь в мозгах опасных преступников? И самое чудесное – знать, что даже у таких сволочей есть где-то близкие, товарищи, друзья и даже любимые люди?

   Огден был действительно расстроен, вновь растеряв свой внешний профессионализм, но на слова некроманта отреагировал ожидаемо – пошел в атаку, прекрасно мне знакомую. Я старался смотреть на них, но мельтешение на экране телевизора отвлекало – должно быть, Огден специально его включил, чтобы рассредоточить внимание.

   – Марк, – прошипел Детектор, поднимая взгляд. – Не ожидал от вас такого красноречия... Но все эти слова не помешали вам воспользоваться... хм, состоянием Риты... И воспользоваться весьма цинично. Знаете, в чем различие между Ритой и мной? В том, что я извлекаю выгоду из своего положения и всех неприятных моментов, а Рита – до сих пор не может принять себя такой, какой стала. Что же до вас... Если повезет – доживете до моих лет... И вспомните потом этот разговор.

   – Во время прошлых наших встреч у вас хватало язвительности не опускаться до столь банальных присказок, – улыбнулся Марк.

   – Я так и вижу вас лет в восемьдесят, – хмыкнул Детектор. – Разбитого, усталого, не оставившего хоть какого-либо значимого следа ни в истории Крылатых, ни в архивах Шестой организации. Мой вам совет – начните составлять статьи для научных журналов. Потом будете смотреть на них и убеждать себя, что это очень ценный вклад...

   – У вас ведь уже много таких статей?..

   Огден улыбнулся. Некромант проиграл, но держался так, будто этого не заметил.

   – Просто не приближайтесь больше к Крылатым и не пытайтесь втолковать Рите, что она сверхчеловек. И тогда запись никогда не попадет в руки прессы.

   Угроза скандала все-таки прозвучала. Уходили мы в молчании – дверь была не заперта.

   – Марк, что это был за фарс? – спросил я, когда некромант по своей привычке остановился на лестничной площадке, глядя в никуда и что-то обдумывая.

   Он меня пугал. Он вздрогнул – а такого я тоже раньше не наблюдал.

   – Ты заметил? Лин все же преувеличила твою заторможенность! Пойдем...

   – Я ничего не заметил, только то, что у вас с ним какие-то давние споры. Так что объясняй.

   – Значит, не заметил, – вздохнул Марк и продолжил говорить уже на улице:

   – Ты видел этот театр? "Я и подумать не мог, что настолько ей противен..." Грэд, неужели ты этой твари поверил?

   – Пока что мне больше верится в то, что Детектор тебя сильно задел, – признался я.

   – Нет, Грэд, он задел тебя и пытался задеть меня, – поправил Марк. – Молодец, что решил обыскать эти тумбочки, кстати. Где эти... улики?

   Едва получив в руки пакетики, некромант замахнулся, чтобы выкинуть их в ближайшую мусорку.

   – Давай без красивых жестов, – остановил я его, начиная злиться. – Я понимаю, ты сейчас вернулся во времена восторженного юношества, но все же будь серьезнее.

   Мои слова его слегка отрезвили.

   – Грэд, – недовольно поморщился некромант. – Ты тоже общался с Детектором и все же смог поверить в байку о внезапном склерозе? Нам же эти доказательства разве что под нос не сунули! Все было спланировано до мелочей, оттого я и решил поискать в... в не столь очевидных местах не столь очевидные вещи. Вот это, – Марк достал из кармана маленький бумажный сверток, – он действительно прятал. Как положено, под раковиной, на сгибе трубы.

   – Так это что, и вправду лекарство? – я уставился на свои "находки". – Нет, подожди, тогда почему он так легко позволил себя шантажировать?

   Марк таинственно промолчал, садясь в машину и позволяя мне додумать самому.

   Потому что Огден Тант действительно скрывал нечто такое, по сравнению с чем шантаж и наркотики – вещи практически тривиальные.

   – Ты его ненавидишь, верно? – помолчав, спросил я. – За то, что он прав, и из-за его отношения к Рите?

   – Из-за его отношения к смерти, – поправил Марк. – Для него это... игра, что ли. Это благо, что он не заканчивал медицинский, как Лин, иначе мне пришлось бы его убить... Да не смотри так, у Лин гораздо больше ответственности, здравого смысла и сочувствия, чем кажется.

   Снова заговорил он, только когда я уже вырулил на дорогу.

   – Но я им еще и восхищаюсь, – резко сказал Марк, сощурившись, словно прикидывая что-то в уме. – И мне впервые удалось его обставить.

   Экспертиза. Вот что нам было необходимо. Мне передался тот азарт, с которым Марк начинал говорить о Детекторе, и я бы так и доехал до нашего штаба, не замечая ничего необычного вокруг, если бы не Марк. Он был гораздо наблюдательнее, чем хотел казаться, со своим рассеянными замечаниями и мечтательным видом. Вот и тогда, пока я ждал сигнала светофора, он указал на пару человек, неспешно бредущих по улице. Указал молча, а через секунду я понял, что у него просто не хватает слов.

   – Что такое? – спросил я, трогаясь с места и вскоре вновь останавливаясь у тротуара.

   – Зомби, – неверяще и почти восхищенно произнес Марк. – Никем не управляемые.

   Не думал, что когда-нибудь стану соображать быстрее него. Зомби. На улице. Не управляемые – то есть как с Нового кладбища. Днем и почти не отличаются от живых – заметил их только некромант. Что бы вы сделали, обнаружив на заднем дворе вашего дома упавший метеорит?..

   – Докладывай в штаб и вылезай из машины.

   ...Зомби. Слишком медленные, чтобы преследовать их на колесах.

   – Оружие есть? – бросил Марк, уже полностью сосредоточенный. Докладывал начальству он так спокойно, будто разгуливающее по улицам мертвецы встречались ему каждые выходные. Я даже представлять себе не хотел реакцию Эша или капитана Нэля.

   – Попробуй их подчинить, – предложил я, передавая Марку пистолет. Решил, что ему он нужнее, чем мне.

   – Прямо здесь? С ума сошел?..

   Мы двигались за ними. Какой-то прохожий один раз обратился к парочке, спросил, который час, – ответ был вполне нормален. Я почти начал сомневаться в способностях Марка. Невысокий мужчина в черном пальто, столкнувшись с мертвецами почти лоб в лоб, внезапно замер на тротуаре, непонимающе глядя прямо перед собой. Марк слегка махнул рукой, привлекая внимание незнакомца, на миг прижал палец к губам и едва заметно кивнул. Мужчина поежился и зашагал дальше. Тоже некромант и тоже заметил...

   – А путь-то нам вполне известен, – прошептал я, отчего-то совершенно не сомневаясь, что целью зомби станет штаб Крылатых. И наши наверняка уже будут там.

   Это было до ужаса странно – спокойно преследовать мертвецов, лавируя в редком, но быстром людском потоке, и понимать, что вот сейчас-то обязательно должен чувствовать что-то невообразимое. И при этом не ощущать ничего. Я хотел вызвать в себе хотя бы уже знакомый азарт и не заметил, что начал ускорять шаг и обходить встречных с потрясающей легкостью.

   – Не беги, – Марк тронул мой рукав. – Твое волнение нам ни к чему.

   Волнение?.. Некромант не договаривал. Мне на ум пришло, что он наверняка знает о произошедшем во время операции в доме наркоторговцев и сейчас ожидает, что я вновь потеряю контроль над собой.

   – Марк... Для тебя это что, действительно в порядке вещей? Такое уже происходило?

   – Нет. Я тоже... удивлен.

   – Значит, возможность этого...

   – Возможность рассматривалась, – не отрывая взгляда от двух спин, Марк неспешно шагал по улице. – Возможность всегда рассматривается. Ну и... Встреча с необычным, знаешь ли, не повод привлекать к ней всеобщее внимание.

   С какого перепугу я решил, что ему пистолет нужнее? Да этой личности вообще ничего не нужно, кроме тихого места и лопаты...

   Марк вновь вышел на связь и сообщил кому-то, что мы движемся по Топкому проспекту к центру. Мои подозрения пока что подтверждались.

   А на улицах меж тем стало что-то меняться. То и дело раздавались звонки и спешащие люди доставали мобильники. Периодически раздавалось – "Нет, я не в центре", "Уже иду", "Хорошо, сейчас вернусь" или "Успокойся, скоро буду". Вскоре мы с удивлением поняли, что центр пустеет.

   – Грэд! – звонил Кертес. Судя по шуму, он уже ехал вместе с командой. – Как ты умудрился оказаться в гуще событий раньше всех?

   – Случайно, – я догадался, что сведения о возможной опасности распространились среди горожан со скоростью звука, но не вполне понимал, как именно это произошло.

   – В любом случае, обходите штаб Крылатых, мы будем ждать вас у северных выходов, – торопливо передал Кертес слова капитана. – Оставляйте своих мертвяков! Они подтягиваются к главному входу, и в вас вполне могут начать стрелять!

   – Они нападают?!

   – Пока вроде нет, но... В общем, подходи – увидишь.

   Марку не нужны были дополнительные объяснения, хватило короткого "Обходим, приказ" – и вот мы уже свернули с проспекта и побежали, проклиная решение оставить машину.

   Кертес сказал все точно – медлительные зомби подтягивались к главному входу, их на прицеле держала как минимум дюжина Крылатых. Одинаковые стволы винтовок-"ларкингов", одинаковые сосредоточенные лица... Стоило только показаться с северной стороны здания, как на нас нацелились гораздо более разнообразные пушки – наши люди, кто с обрезом, кто с дробовиком...

   – Спокойно, наши! – крикнул Нэль, скорее для остальных Крылатых, еще не занявших позицию. Занимать ее, в общем-то, было ни к чему. Надо – и один успеет всех перестрелять.

   "Так почему же они медлят?!" – поразился я, перебегая опустевшую дорогу и присоединяясь к своим.

   – Это, значит, ваш мертвец... – совсем еще молодой Крылатый, отчаянно стараясь казаться важным, хмуро посмотрел на Марка. – Сразу видно...

   Марк не удостоил юнца ответом. Я бы рассмеялся, не охвати меня странное оцепенение. Я как будто вернулся назад во времени, в вампирский квартал, где маленькие хищные белые рыбки тянулись к корму. Фигурки приближались медленно, словно неуверенно, всего я насчитал четырнадцать человек. В огромных окнах близлежащих контор и кафе были заметны испуганные и заинтересованные лица – люди попрятались и теперь наблюдали и гадали, чем же закончится столкновение людей и нежити.

   – Почему все стоят? Почему все замерли? – поразился я.

   Кто-то вздрогнул, не оборачиваясь, кто-то взглянул в мою сторону.

   – Ты действительно не понимаешь? – свистяще спросил Нэль.

   – Нужно узнать, что заставило их подняться... – пробормотал Марк отрешенно.

   – О, Творец, два идиота... – вздохнул капитан и бросил с внезапной злобой:

   – Ну что, узнал?

   – Нет, – ровно ответил Марк.

   Нас никто не слушал. Мы вообще были здесь не нужны. Крылатые прекрасно могли бы справиться и сами – вероятно, причиной нашего появления были все те же наработки будущего сотрудничества. Команда молчала: несколько человек следили за переулком, из которого появились мы, остальные просто смотрели на зомби.

   Почему никто ничего не делает?!..

   Меня спасло то, что я не стал говорить это вслух. Нэль, на миг прикрыв глаза, произнес тихо:

   – Мы не имеем права стрелять в мирных граждан.

   – Но... – я непонимающе взглянул на Марка. По его лицу невозможно было что-либо разобрать, а говорить некромант как будто совсем не собирался. Он смотрел на немолодого седоватого мужчину, стоящего в пяти шагах от него, за спинами Крылатых. Когда я проследил за взглядом Марка, зрение дало внезапный сбой, но черные треугольники "расколов" в серой радужке мелькнули перед глазами очень четко, потому что из всего внешнего вида незнакомого Крылатого мне необходимо было выцепить только их.

   – Да, – сказал Марк, обращаясь явно к коллеге, но так тихо, что он не мог его слышать. Нэль молчал, пристально глядя на некроманта.

   – Я не могу прояснить обстановку, капитан, – проговорил Марк. – Обозначение "зомби" мы используем за неимением более подходящих слов...

   Первый из мертвецов уже подошел на расстояние пары десятков шагов и вдруг остановился. Напряжение звенело в воздухе.

   – Они мертвы лишь частично, Грэд, – едва слышно сказал Марк.

   – Но ты управлял Ритой, – слова подобрались сами собой, мозг проделал всю мыслительную работу, прежде чем я успел осознать, что произношу.

   – А ими не могу. Как... как тобой. Новый уровень, новый... образец, – Марк говорил сам с собой, до ужаса напоминая Лин, только без фанатичного блеска в глазах. Марк констатировал факты, пытаясь лучше их понять и найти всему объяснение.

   – Они не как я, – я потер лоб, понимая, что больше всего хочу сейчас увидеть... Риту. Я начал озираться, продолжая говорить, что...

   – ...нет. Тогда бы у них сохранилось все, характер, личность... А здесь – ведь видно, что ими кто-то управляет... Может даже... заставляет?

   – Вот именно поэтому мы не можем в них стрелять, – вновь подал голос Нэль. – Вдруг мы убьем чужую жертву?

   – И что? – слова доносились как будто издалека, да и собственный голос казался чужим. – Ждать, когда они убьют нас? Или хотя бы одного из нас?.. А, я понял...

   Марк держал пистолет в опущенной руке и никак не отреагировал, когда я его отобрал. Пальцы у него были слабыми. Через полсекунды я понял, что некромант в трансе и все же пытается пробиться к неживым, а через секунду уже прицелился.

   – Грэд!

   Мне все равно. Сидеть в тюрьме за массовое убийство? Пожалуйста. И жаль никого не будет, и совесть не замучает – в отличие от остальных. Вот и пригодится вся моя сущность в полной мере...

   Кто-то повис на плечах сзади.

   – Они же стоят, всего лишь стоят, Грэд!

   Дуло пистолета уперлось в чей-то лоб, чужое лицо перекрыло обзор быстро, через миг после того как далекий голос перестал призывать меня к спокойствию.

   – Леди?..

   Ее кожа казалась серой.

   – Убери оружие немедленно, – четко произнесла она, едва сдерживая ярость. – Кто бы ими не управлял, он провоцирует нас на преступление, которое неизвестно как можно будет использовать в будущем.

   – Это не мешало вам ставить опыты над такими же, – не выдержал я.

   – Не над такими же! – на миг она сорвалась, на коже выступили красные пятна, как будто серой тканью накрыли окровавленное лицо...

   – Не над такими же, – повторила Беата тише. – У тех... не было цели, что позволяло причислить их к зомби, пусть и... необычным.

   Я уже давно убрал пистолет, а она продолжала говорить.

   – Как, как... – ее не волновало, что ее слышат как свои, так и чужие. – Еще одна ступень... Сначала неуправляемые твари, затем – вложенная цель без подсказок со стороны...

   – Что с ними? – голос Кертеса отвлек всех.

   – Выстраиваются, – сказал я быстрее, чем рассмотрел. – Очевидно же... Строятся в шеренгу.

   Четырнадцать.

   Что-то бесило меня, откровенно бесило, что-то ускользающее...

   – Зачем?..

   Похоже, Кертес говорил, только чтобы создать хоть какую-то видимость активности и не давать другим думать слишком много.

   И снова я ответил, честно, как всегда. Быстро – потому что ответ у меня уже был, только я отказывался его принять. А Кертес вынудил меня произнести:

   – Они ждут последнего.

   Отчего-то все уставились на меня.

   – Пятнадцатого.

   Пятнадцать человек вышло из комы... Внезапность, радость... Заговор... Грай... Грай! Что стоило ему быть хоть немного убедительнее?! Или это тоже его особенность – что фанатичная вера в свою догадку сделала его похожим на идиота?!

   Последний появился в конце улицы, и все, уже все на тот момент, понимали – стоит дождаться его и станет ясно – стрелять, не стрелять. Станет ясно, если они все-таки нападут. Будет оправдание – перед своими коллегами и теми людьми, что, прильнув к окнам, смотрят на этот стоп-кадр, в который превратились все мы. Все – кроме одного медленно бредущего человека. Или не-человека. Или... сверхчеловека, если вспомнить Огдена Танта. Где же Рита?..

   – Дед!!! – пронзительный крик выдернул меня из размышлений.

   Маленькая туристическая контора, распахнутая дверь... Какая-то девушка вырвалась на улицу, за ней бросилась другая – и нерешительно замерла на пороге.

   – Назад!!! – кричали трое – Беата, Нэль и Лоренц. Крылатые, держащие зомби на прицеле, не шелохнулись.

   Девушка подбежала к последнему, было слышно ее сдавленный плач. Она сама не осознавала, что рыдает, только тормошила нежить, пыталась остановить.

   Я опять среагировал быстрее, чем осознал свои действия. Я уже бежал – никто из зомби не повернул в мою сторону головы. Они ждали. Возможно даже, что Беата, Нэль и Лоренц кричали мне...

   То ли эта девушка, то ли я послужили сигналом. Люди уже ничего не боялись. Страх отшибло напрочь. На людей мертвецы не обращают внимания, значит, можно выйти и узнать... Что? Увидеть в подробностях, услышать объяснения... Люди хотели знать. И я не знал, что страшнее – захлебывающаяся в слезах девушка, ждущие мертвецы или люди, желающие знать.

   – Что с ним? – девушка уже не пыталась меня оттолкнуть, стоило разжать хватку, как она, не замечая ничего, опустилась на мокрый грязный асфальт, дрожа, как в лихорадке. – Что с ним?!

   Я не мог приказать ей заткнуться.

   – Он... Он уже другой.

   Объяснять... Я начинал понимать, почему так часто из Грая, Лин, Марка, Моэма... и многих других приходится вытягивать слова клещами. Они просто устают объяснять то, что так трудно облекать в словесную форму.

   Вышло человек сто или больше, здравый смысл или угрозы подсказали им держаться на тротуарах, не мешая снайперам и не приближаясь к мертвецам. Люди переговаривались между собой.

   – Я вижу, – рыданья прервались резко, оставив только хрип где-то внутри. – Он... труп?

   – Не совсем. Я не знаю. Почти. Он бы узнал тебя, верно? Проявил бы хоть что-то... человеческое?

   Девушка подняла на меня мокрое лицо и чуть заметно кивнула.

   – Значит, сама поняла, – пробормотал я.

   Я ее знал. Ее лицо было знакомо мне, но я не мог вспомнить, откуда. Знакомая из той, другой, старой жизни?.. Это удивление вытеснило на миг все остальные мысли.

   – Зомби... Я знаю, что это такое. Я видела... Он не такой... Он почти как настоящий... Только...

   "Настоящий"... Против воли я усмехнулся, помогая ей встать.

   – Ты...

   – Уходи отсюда.

   – Куда? – теперь, после быстро выплеснутых эмоций, после истерики, она походила на пьяную. Его шаг был неровен, плечи тряслись уже не от плача, а от холода, но она этого не замечала.

   – Я не могу, – потерянно произнесла она, оглядываясь вокруг, как будто появилась тут только что. – Не могу. Это же мой дед.

   Я устало протянул ей свое пальто. Она не смогла попасть левой рукой в рукав, и губы ее снова задрожали.

   – Давай уйдем, – уже мягче сказал я.

   Все вокруг по-прежнему словно находилось в стоп-кадре. "Вот так и мы, – с нахлынувшей злостью подумал я. – Так и мы с этим проклятым Адрианом, пришельцами и мертвецами – стоим на месте и не знаем, что делать". Я пытался уговорить девушку уйти, чтобы занять себя, чтобы скинуть на других тяжелое решение. Мне стало абсолютно плевать, что сделают мертвецы и как ответят Крылатые.

   Тем временем последний мертвец почти поравнялся с остальными. Люди смотрели на него с все нарастающим интересом, кто-то даже сделал шаг вперед, а девушка продолжала идти к мертвецам, все увереннее и увереннее.

   – Ты на линии огня! – спохватился я, оттащив ее в сторону.

   Она, в странном состоянии, долго пыталась отцепить мою руку, отчего-то сконцентрировавшись именно на ней, в остальном не пытаясь освободиться. Кто-то орал на толпу, и в кои-то веки она послушалась – люди отступили, взволнованные, потрясенные, но очень, очень тихие. На миг мы смешались с ними, отходящими.

   – Дай, – пробормотала девушка. – Никто ведь не стреляет. Дай мне пистолет.

   На этот раз я думал долго. Ее поступок не укладывался у меня в голове. Наконец, я протянул оружие, перевел взгляд на Крылатых и понял, что они все равно ждут. Впрочем, зомби тоже все еще стояли, медленно поворачивая головы. "Считают?.. – в оцепенении подумалось мне. – Смотрят, все ли на месте?.."

   – Почему вы не стреляете?! – закричал я.

   – Это ведь не мой дед, я была не права, – бормотала девушка, отходя в сторону и выбирая позицию, чтобы даже случайно не задеть Крылатых. – Они его не видели, не трогали, не знают, а я... Почти настоящий, только... Только... – она не могла подобрать нужное слово. – А восставших мертвецов не жалеют, правило техники безопасности номер... номер... Не важно, но оно там есть, точно. Я ж знаю, – она с внезапной надеждой взглянула на меня. – Я точно знаю, меня и в школе учили, и потом... Техника безопасности при встрече с нежитью...

   – Там не советуют убивать, – не к месту сказал я. – Советуют спрятаться, если есть возможность.

   – Но у меня-то случай особый, – так же отстраненно ответила она. – И никто не стреляет, – голос стал детским, обиженным. – Совсем никто... А я...

   Ее руки сильно дрожали. Зомби начали двигаться – просто вперед. Практически строем.

   – Я не могу... – прошептала она.

   Верно. Верно. Это Грэд-мертвец может выстрелить, не задумываясь, а нормальные люди – нет, тем более, в того, кого знают.

   – Я не могу прицелиться...

   Встав позади, я направил ее руку. Помог.

   Но выстрелила она сама.

   Люди, как рыбки, метнулись к зданиям.

   Отмашка. Стреляйте, Крылатые. Теперь – можно.

   Что там сделала ее единственная пуля?.. Сразу после нее свистнуло несколько выстрелов – идеально точных. Замечательные, надежные разрывные пули, разработанные все в ту же войну, в которую поднималось так много мертвецов... Девушка взвизгнула, отшвырнув пистолет с таким ужасом, будто это она стреляла, стреляла вновь, но уже из дюжины винтовок. А еще через секунду ее стошнило.

   Она стояла на коленях, согнувшись, загребая с тротуара редкий грязный снег и неловко вытирая им губы, отплевываясь.

   Я поднял ее и заставил смотреть на меня, а не назад, на трупы.

   – Успокойся, – попросил я. – Ты все сделала правильно. Лучше, чем кто-либо из нас. Спасибо.

   – А я тебя видела где-то, – просто сказала девушка. – Но не помню. Но поэтому, наверное, можно сказать, раз мы знакомы...

   Она по-прежнему говорила, как тихая-тихая сумасшедшая. Срочно нужен психолог... или психиатр... кто-нибудь.

   – Можно, да? Он говорил... Когда я пыталась его оттащить, сказал...

   – Что?! – кажется, я сдавил ее плечи слишком сильно. Опомнившись, разжал пальцы.

   – Что ему нужно уйти, – прошептала девушка. – "Надо уйти" – он сказал.

   – И все?

   – Да, – она все пыталась оглянуться.

   – Да нельзя туда смотреть! – рявкнул я. – Извини. Все. Просто не смотри больше.

   – Все смотрят...

   – Потому что идиоты. Не смотри.

   ***

   Я не говорил с Граем. Не говорил с Лин, Марком, Моэмом и даже с начальством. Не то у меня положение, чтобы надеяться на внимание к своей личной догадке. К тому же, все были заняты... Чем? Мне надоело вытягивать слова силой. Разработкой собственных планов, видимо, обсуждением чужих... Я не хотел раскрывать свой план раньше времени. В конце концов, пока проходит та стадия, в которой задействован только я.

   Хотя звучало это слишком гордо и самонадеянно даже в моих мыслях – "план", "стадия"... Я почти ничего не продумал как следует. Сначала нужно было доказательство.

   Насколько я понимал слова Моэма, возможностей у меня больше, чем я мог представить. В чем-то я уже убедился, когда благодаря Максу и Кертесу выяснилось, что даже мертвое тело можно натренировать – мышцы, естественно, не накачать, а вот развить реакцию вполне реально. Фокусы с самостоятельными конечностями и разделением сознания, опять же...

   Предупредив Макса, но ничего не объясняя, я заперся в комнате для медитаций – знакомом подвале с обитыми войлоком стенами. Раньше я экспериментировал с разделением духа, но довольно вяло, считая, что на простые приемы я вполне способен, а сложные на уже привычной работе в Шестерке вряд ли пригодятся.