Текст книги "Второй (СИ)"

Автор книги: Татьяна Дзюба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 37 страниц)

Я почему то вдруг вспомнил что вчера вечером в торговом центре– когда мы нашли четыре готовых к размножению кокона– я тоже пытался выяснить куда могли деться их куклы…Бред какой-то. Как две половины одной мозаики но не правильно сложенные. Вроде все подходит а ничего не клеится.

Разговор по телефону у Второго выходил странный. Он задал только один вопрос собеседнику

-Расскажи мне про королеву.– и замолчал вслушиваясь в ответ.

По мере того что он слышал – становился все более мрачным, искоса поглядывал на меня, на часы, угукал соглашаясь и, наконец, без прощания отключил вызов.

– Да-с,– сказал он, смотря мне просто в глаза– Слишком грязная история. Я пожал плечами. Я все-равно ничего не понял

– Расскажешь или мне самому догадаться надо?

Второй криво ухмыльнулся, огляделся по сторонам. после встал с табурета– распахнул дверцу настенного шкафчика и увидев содержимое одобрительно кивнул. Весь шкаф был забит сладостями.

– все сходится Ян. Сейчас расскажу. Я просто думаю – что делать именно сейчас – уносить ноги подобру-поздорову пока цел или найти матку…

У меня глаза на лоб полезли…-Кого найти?….

– Королеву. Если бы тебя со мной не было, я бы рискнул. Она не опасна. Опасны те кто ее охраняет. Но…Короче мы и так уже по уши во всем то.

Слушай.

Меня еще с самого начала насторожил Второй уровень опасности как ты говоришь. Не может такого быть. У нас же тоже не идиоты работают. И снимки разных районов делают– такое пятно точно светилось бы. Но его почему то не заметили и не засекли. В первый раз – то есть два месяца АэМа мне бы точно сказала– если был двор зараженный. А значит – все эти споры– эта черная плесень появились не так давно. В одном месте, на одной территории.

Такое могло быть только в особом случае. Если где-то рядом по соседству живет 'черная вдова'– королева роя. Тебе в учебных фильмах должны были рассказывать. Особь создающая свой улей. Почему вдова? Потому что она убивает всех до кого может дотянутся высасывая энергию на постройку роя. Вообще до всех. Через одного носителя.

Помнишь я говорил что прилипалы очень быстро ассимилируют и приступают к активному размножению на одном каком-то участке. Все начинается как эпидемия с одного маленького, но вполне конкретного способного производить споры, чудовища. Он не создает свой собственный кокон, он не готовит кукол– ему пока еще не нужны охранники и рабочие, он пытается как можно быстрее просто засеять территории и как можно быстрее подсадить большее количество зародышей. Он будто большой гриб дождевик приживается к одному выбранному человеку и паразитирует на нем но не оплетая ауру а вытягивая из нее огромное количество жизненной силы. И так же в огромном количестве перерабатывает ее– а продукты переработки – черные споры рассеивает на большие расстояния вокруг себя просто в воздух.

Если королеве не хватает энергии носителя она дотягивается через него ко всем кто вступает в непосредственный физический контакт. Стоит носителю просто дотронутся да кого-то рукой прикоснутся поцеловать и тому подобное– как начинается бешеная выкачка энергии, которую пьет прилипала как настоящий вампир.

И мужчина и его жена и ребятишки когда я наблюдал за ними были слишком бледные и худые. С них тянули силу не один день и даже не неделю. Но у них не было коконов – потому что королева еще не создала свой Рой. Она просто питалась ими набирая как можно больше силы. Но это означает что королева где-то рядом. Она слишком близко и она слишком активно выпускает споры. У нее уже есть несколько десятков зародышей и она может начать создавать свои настоящие игрушки. Рассаживать своих 'деток' на живые объекты. Отпускать их на волю. И процесс распада начался совсем не давно. По этому королева и выпила всю семью– ей нужно много энергии для того чтоб начать сев.

Но сейчас после того что случилось– она не опасна она спит подготавливаясь к главной задаче. Где-то совсем близко. Рядом с пищей. С таким кол-вом полученной энергии она бы далеко не ушла – она сейчас как в состоянии глубокого алкогольного опьянения– только не от спирта а от чистой ничем не разбавленной энергии. Она разбухшая, здоровенная. Но она совсем не черная Ян. в ней нет темноты– она наоборот светится – может быть даже ярче чем надо. Мы с тобой не черное должны были искать а ярко светлое пятно. Королеве нужно было столько материала для переработки что она даже бывший свой сор не пожалела– вся плесень и споры переработаны в чистую– все для постройки роя…По этому квартира стерильно чистая.

Он остановился, передохнул. После подумал чуть чуть и закончил.

– Я хочу ее найти, Ян. Я хочу вспороть ей брюхо, хочу освободить все то что она в себе накопила. Хочу не допустить создания Роя– стоит этому произойти и не меньше сотни прилипал уже не виде черного мха или пуха а вполне конкретными особями выпорхнут в мир. Сам знаешь какой процент поражения если в зародыш дотронется до ауры.

Но я не могу рисковать. Тобой. Сознательно. И если я сейчас реально вызову Петровича– он прикажет мне бросит все и увозить тебя в берлогу. Как можно быстрее. Потому что не дай бог начнется распад и первый зародыш же будет в твоей ауре. Ты для них всех как приз за первое место.

Понимаешь. И пока я буду тебя прятать они будут искать черную вдову сами. Не зная исходников– опираясь только на мои слова. В темноте. Потому что ни одного мага не привезут на эту операцию. С плохо сканирующими и зависящими даже от качества батареек приборами. Понадобится слишком много времени и они могут не успеть. И тогда рой будет выпущенный на свободу.

Он горячился, пытаясь убедит меня. Но меня не надо было убеждать – я и так все слишком явно представлял. Как будет всплеск как несколько десятков или сотен черных астральных червей-паразитов с бешеной скоростью взлетят в воздух как ветер подхватит и разнесет и попустит на ни в чем не подозревающих жителей. На мужчин, женщин, детей. И каждый из зараженных людей будет бороться с паразитом самостоятельно– кто силой иммунитета кто привычками но а кому то это не удастся– и появятся новые черноголовые бездумные и послушные куклы…

– Почему Петрович прикажет увезти меня?

– Потому что если выбирать между жизнью мага и возможностью заражения– любой выберет жизнь

мага.

Мы без тебя слепые как котята, Ян. Все умеем все вроде можем но ни черта не видим. Поверь, мне-

Петрович выберет тебя. Бороться с заражением можно простой солью и хлоркой а вот найти нового мага– это как снова искать иголку в стогу сена.

– Зачем ты мне все это рассказываешь?

Да потому что только от тебя сейчас зависит что делать. Прикажи– и я увезу тебя. Если ты боишься и не хочешь во всем этом участвовать– я пойму. Это действительно страшно. Ты же человек. Ты всего две недели в этом аду варишься. И не надо быть сейчас героем. Тем более еще вообще непонятно как искать и кого.

К тому же ты сам знаешь что Петрович будет всегда на твоей стороне что бы ты не выбрал и не сделал. А следовательно я всегда буду выполнять только то что мне прикажет Петрович. Я не отказываюсь от задачи и не нарушаю приказы. Он велел мне быть всегда рядом. И если захочешь уехать– я уеду. Но…если ты останешься и поможешь мне у меня появится реальная возможность все решить здесь и сейчас. Это слишком редкий шанс, чтоб его упускать. Один на миллион– остановить Рой еще до всплеска. С магом. С открытыми глазами. А не тыкаться наугад в неизвестность и темноту.

Но мне придется убивать, Ян. Может даже конкретного человека. Резать ему ауру по живому. Ты будешь готов к этому?

Тебе принимать решение.

Он замолчал. Он ждал, что я ему отвечу. А мне…мне хотелось наорать на Второго и убраться прочь из этого страшного дома и страшной квартиры. Но я понимал что никуда я не пойду, а соглашусь с тем что он предлагает. И не потому что мне не страшно и хочется почувствовать себя героем, а просто потому что действительно другого выхода нет. И уехать и спрятаться в берлоги – это не выход а самое настоящее бегство. Бегать я не хочу. И так жить тошно стало. Если бы я не видел прилипал, если б я не понимал что происходит с куклами если бы я не ощущал как питаются зародыши– если бы я не догадывался обо всей этой чертовщине– я бы честно– просто ушел. Мне действительно было страшно.

Но не мог я уйти. Как не мог Второй ничего не говоря просто увезти меня отсюда.. Не тот случай.

– зачем ты меня просишь, если и так понятно что я никуда не поеду. Второй рубанул ребром ладони воздух.

 

; ничего еще не понятно

.

Я остановил его. – не заводись. Я согласен. Остаемся. Решаем этот ребус– а потом разговоры разговаривать будем.

Он пожал плечами. – Как скажешь. Повисла неловкая весьма ощутимая пауза.

– ладно, –наконец не выдержал он. – Пора за работу.

Мы вышли из квартиры. Я посмотрел еще раз подъезд. Не поленился подняться на 9 этаж и спуститься обратно. Но везде, возле всех дверей в подъезде я видел черный пух.

-Значит грязно– как то даже разочарованно отозвался Второй.– Где же она прячется…

Мы спустились вниз. Серый день, грязный двор, слякоть…И черный пух…Я оглянулся по сторонам– три девятиэтажки, садик, гаражи.

Второй походил кругами, пробежался из одного конца двора в другой. Я понимал что он 'не видя' но используя какаю-то свою методу ищет 'черную вдову'. Но похоже все было безрезультатно.

– Попробуем походить по подъездам. Там где она обитает там должно быть чисто. Но… Это в теории– на практике. Так. Меньше слов больше дела.

Мы побежали. Дома были стандартные на четыре подъезда. Девятиэтажки. Вначале работа двигалась быстро. Я заходил в выбранный подъезд осматривался и говорил Второму о результатах. Того либо все устраивало и мы шли дальше либо он заставлял просматривать все пространство с первого по девятый этаж включая чердак и выход на крышу. Но где бы мы не смотрели, везде я видел тонкий слой черной выброшенной давно пыли.

Закончили с крайней девятиэтажкой. Спустились вниз. Отдышались. вернее я. Второму хоть бы что, а у меня дыхалка сбилась. Я не сильно тренировался раньше в беге на длинные дистанции.

– погнали– спросил он у меня через три минуты

– погнали ответил я так и не восстановив дыхания.

В четвертом подъезде следующего дома в районе Второго этажа я просто сел на ступеньки и судорожно хватая воздух горящими легкими прохрипел – Не гони– от туда 'свет' идет…

Я показал на одну из квартир просто напротив лестничного пролета. – там все чисто. Второй поднял меня за ворот со ступенек.

– стой тут. Я сам. если что …звони Петровичу.

Он достал пистолет. Взвел курок. И, не прячась, загрохотал кулаком в рассохшуюся от времени фанерную дверь.

Открыли сразу, будто ждали. На пороге появился старик в старой застиранной рубахе. Второй оттолкнул его в сторону и вбежал в квартиру. Я смотрел на старика и не видел ничего особенного. Аура была просто серая выцветшая как у многих людей проживших длинную нелегкую жизнь… но квартира была вся чистой. Я видел через распахнутую дверь часть коридора и кухни.

– там чисто – закричал я Второму.

Второй вернулся– глянул на онемевшего от неожиданности и страха старика и подойдя к нему в плотную спросил.

– Кто умер?

Губы старика задрожали. Из глаз потекли слезы. Он стоял прислонившись к стене – но ноги его не слушали и было видно что он держится из последних сил. Видеть это все было больно и неприятно.

– Кто?– Второй задал вопрос еще раз.

– Жена…Мария… Вчера…– старик плакал, с трудом выговаривал слова. – не убивайте меня. Ее же похоронить некому будет…

– Черт, черт,– Второй был зол он грохнул кулаком в дверной косяк. И объяснил мне

– Ян, это не здесь. Здесь только пища…

Дед продолжал рыдать, он сполз по стене на пол и сидел скукожившись зажмурив глаза закрыв руками голову. Старика было жалко до чертиков. Только вот чем мы ему помочь могли.

Но Второй так не думал.

Он присел рядом со стариком положил ему руку на плече и наклонившись что-то зашептал на ухо. Дедок сразу успокоился –в одну секунду. Второй помог ему зайти в квартиру. А после позвал меня следовать за ними. Старика уложили в кровать, накапали в чашку валерьянки, принесли воды. Заставили выпить.

Второй вел себя как сестра милосердия, вежливо корректно предупредительно. Если не помнить о том что несколько минут назад он чуть старику голову не снес – то такое поведение заслуживало отдельной похвалы.

-Говорить можете?– спросить Второй у деда.

– могу. Я не спросил, вы из милиции да?. Вижу ребята крепкие. Сначала подумал что бандиты.

Второй не стал разубеждать. Напротив– из нагрудного кармана куртки вытащил красные (непонятно откуда взявшиеся) корочки и светанул их старику.

– не переживайте. все в порядке. от чего умерла ваша жена?

– не знаю. Стала болеть сильно. Слабела с каждым днем, а после заснула и не проснулась. Я ее будил будил…Умерла…

– Кто к вам ходил? Кто был у вас в гостях последние пару месяцев?

– никто. Из собеса приходили, почтальон пенсию приносила. Мы бедно жили– не до гостей.

Второй задумался. Подошел ко окну посмотрел на улицу постучал костяшками пальцев по подоконнику.

– Не было никого из посторонних – с длительными визитами? На пару часов.? Старик развел руками.

–Да кому мы нужны были. Дети выросли, разъехались– только по праздникам теперь звонят, в гостях по пол года не бывают. Старые мы стали, болеть начали. У нас одни гости – врачи да медсестры. Вот все и посетители.

-Врачи? На днях приходили?

– Была одна медсестричка. Жене капельницы приходила ставить. Да видно поздно уже было лечить мою Машу.

– А вам она ничего не ставила? Уколы делать не предлагала?

– нет. Мне зачем? Я хоть и старый но пока на ногах. Только Маше. Медсестра хорошая, вежливая очень. Оксаночка зовут. Совсем не как современные девушки. Посидит с нами, иногда торт принесет или конфет. Маша красный мак очень любила. Мы предлагали деньги за заботу. Но Оксана отказывалась– видно неудобно ей было наши стариковские копейки брать.

Как жена умерла я первым делом Оксане то и позвонил. Она пришла быстро– живет тут в соседнем доме, рядышком. Поддержала меня. Помогла в сборах. Договорилась со скорой и милицией. Очень хорошая девушка. Но в последнее время какая-то грустная стала. Похудела сильно. Жених наверное бросил. Но я не особо расспрашивал– не удобно как то было.

– А после визита?

– А после мне плохо стало. Слабость такая. Сердце прихватило. Но оно и понятно. Столько нервов волнений. Мы же с Машей почти 50 лет вместе прожили.

– А медсестра?

– Оксана? Обещала сегодня зайти. По поводу похорон помочь. Я же сам почти. Сыновьям звонил, но никто трубку не брал. Мне помочь некому. Хорошо хоть еще кое какие сбережения были…

– когда она должна прийти?

– Часа в три– у них в поликлинике первая смена до 14,00. Вот после смены сразу ко мне.

Мы со Вторым переглянулись. Пока все было понятно и без лишних объяснений. Очень реальная версия.

Второй попросил меня выйти в коридор и потянул на кухню.

– Посоветоваться надо.

Я если честно не понял о чем советоваться. Тут просто подождать и все станет на свои места. Тем более не так много –часа три.

-О чем, Второй?

– О том. Я могу тебя отвезти в берлогу и дождаться 'паучиху' здесь самостоятельно– времени полно. И

все вроде ясно.

– А если это не она?

– Значит ошиблись. Такое бывает…

Я смотрел на него и не понимал. Второй, который заставлял меня идти по зараженному двору только затем чтобы убедится что с его подопечными все в порядке и Второй убивающий без доказательств – это были какие то совершенно разные люди

-Что ты говоришь?! Ты же сам просил меня остаться, чтоб все знать наверняка а тут вдруг в самый ответственный момент пытаешься от меня отделаться как от путающегося под ногами щенка.!

-И что? Я забочусь о твоей безопасности. А здесь будет опасно.

– а если она действительно не причем. как ты поймешь что она это королева? Ты же не видишь ничего. Ты сам говорил что она ничем не отличается от человека. Ты готов убить женщину даже не задумываясь что все может оказаться просто ошибкой?

Второй помрачнел. Я видел как играют на щеках желваки, как глаза из светло серых превращаются в стальные как губы собираются в жесткую тонкую нить…

-Я забочусь о тебе!– выкрикнул он, так словно хотел ударить.– не тебе указывать о чем мне задумываться и не тебе решать что ошибка а что нет. Я сам отвечу за свои ошибки.

Мне показалось что еще секунда и он действительно мне врежет. Я понимал что у него достаточно силы чтоб просто скрутить меня в бараний рог выпереть из квартиры, запихнуть в машину и живым грузом доставить в берлогу. И я ничего не смогу сделать. И буду я сидеть в подвале под домашним арестом до тех пор пока он или не разберется с этой ситуацией или не убедится что она не решаемая. Но зная Второго я так же понимал что нет для него не решаемых ситуаций.

А после…После будет еще один дурацкий вечер когда возвратившись с задания он напьется до чертиков и будет в пьяном угаре орать о том – что он не хотел убивать, но был должен и обязан это сделать.

-Погоди, Второй, послушай– я не знал что говорить и как ему объяснить доходчиво, но говорить было просто необходимо.– Ты утверждаешь, что готов отвечать за ошибку. А зачем? Зачем совершать ошибки если есть все чтоб их не допустить. Понимаешь? Не надо брать на себя лишнюю боль и лишнюю кровь.

Он развел руками– как то беспомощно что ли…– Я не могу так рисковать.

– как так ? Я буду стоять у тебя за спиной. Я просто посмотрю и скажу со сто процентной гарантией – она это или нет. И все. Я не буду влезать в драку. У меня реально кишка тонка. Но если эта женщина окажется чистой, зачем напрасно брать на себя ее жизнь. Тем более что если мы ошиблись? Надо же все будет начинать с начала. И что ты будешь делать в таком случае? Снова меня из берлоги волочь сюда и убалтывать продолжить поиски?

Второй психовал. Я его в таком заведенном состоянии почти никогда и не видел. Вывести Второго из себя это надо было обычно постараться. Наконец, решился.

– Хорошо. Остаемся. Ждем. Но если ты хоть на пол шага высунешься – откручу голову. Пистолет проверь.

Он ушел к старику в комнату, а я так и остался стоять посреди кухни. Что-то в последнее время все разговоры только на кухнях и происходят. Как специально место придумали.

Зря Второй волнуется – я не собираюсь вмешиваться. Я не умею стрелять, работать ножом, я не могу выключит человека с одного удара. У меня хорошо только реально путаться под ногами получается. И еще

'видеть'.

Это сегодня дар с утра как то и не особо понадобился. Так, в несколько минут стало понятно. А вот когда в среду на прошлой недели общая зачистка района была, вот тогда я чувствовал себя нужным и полезным. Потому что кроме меня в команде никого 'видящего' не было. Потому что я один четко говорил кто есть кто из попадающих на встречу людей. Потому что ребята из карантинной службы не палили в кого попало.

Потому что каждый из нас вернулся домой не с чувством горечи и разочарования от того что все было напрасно бессмысленно и от того слишком жестко и жестоко, а с чувством маленькой, но победы.

Когда я в первый раз пошел в патруль – я не понимал ни что делать ни кого смотреть. Я ходил совершенно потерянный за группой давно сработавшихся вместе солдат– по другому то и не скажешь. В карантинной команде каждый чувствует себя на войне не зависимо от того кто он и чем занимается. А я себя так не чувствовал. Я действительно не понимал ни важность ни значимость. Я не понимл зачем я нужен. До первой стычки. До того момента когда я вцепившись в автомат а орал благим матом и приказывал перенести огонь не на шедших в открытую атаку просто одурманенных людей а на прилипалу затаившегося в развалинах старого осунувшегося гаража. И когда его действительно нашли и когда его уничтожили и когда я увидел как сжигают черный почти сформированный кокон– вот тогда-то до меня и дошла вся важность. Я смотрел на перепуганных местных жителей еще пол часа бездумно шагающих в нашу сторону с битами и топорами и думал о том что если б я не увидел главного виновника, этих людей просто не было бы. И никто не осудил бы санитаров. Никто бы ни сказал и слова упрека. Но жертвы были бы просто напрасными. Они все оказались самими обыкновенными людьми просто обсыпанными с ног до головы спорами. Они были как под гипнозом или во сне. Никто не отдавал отчета в случившимся. И их надо было не пытаться убить а постараться просто дезинфицировать. обычной солевой смесью.

Второй вернулся на кухню. Пошарудел по ящикам стола– нашел пачку заварки и поставил чайник на плиту.

Что меня в нем до сих пор удивляло так это то что даже в самых непонятных ситуациях он умудрялся организовывать себе хоть какое-то подобие нормальной жизни. Он мог спокойно устроиться спать перед выездами на операции, он всегда находил что поесть и как согреться.

Я у него, помню, спросил как это он умудряется.

Но он в ответ хмыкнул и задвинул свою любимую шуточку– Жить захочешь еще не так раскорячишься. Есть время– надо выжимать его по полной. Рефлексировать после буду. На пенсии. Если доживу.

– соль поищешь? – спросил Второй у меня, занятый организацией чайной церемонии. Его злость и растерянность давным давно ушли. Он стал обычным. спокойным, немногословным. С легкой ленцой в движениях. Ну да конечно– до встречи еще оставалось чуть больше двух часов. К чему напрягаться.

А у меня от чего-то дрожь в коленках не проходила, а наоборот усиливалась.

Я нервничал, зыкал на спешащие часы и прислушивался к звукам с лестничной клетки. Дверь в квартире была почти картонная – хорошо прослушивались все шумы с лестничной клетки– шаги, собачий лай, звяканье ключей.

Соли я нашел много. Старики очевидно к концу света готовились. На кухне был мешок каменной килограмм на 10 да и в столе – несколько почему-то начатых пачек. Соль – это хорошо.

– Значит так. Запускаем даму вовнутрь квартиры. Ты ее смотришь– вот отсюда из кухни – стоишь здесь –так чтоб сразу мог спрятаться за дверь. Если что– стреляешь. И еще бросаешь в воздух пригоршню соли. Так чтоб если вдруг 'будущая мамаша' захочет напустить спор – сразу их ликвидировать. А то как пристанет гадость да как успеет она отдать приказ подстрелить тебе своего лучшего друга Второго – вот тогда и сказке конец наступит. Это ясно?

Я киваю в ответ, хотя смутно представляю себя стреляющего в упор по медсестрам.

По этому чем ближе приближалось предполагаемое время тем больше мне не по себе становилось.

И приготовленный чай не лез, и есть не хотелось, а на предложение от Второго пойти передремнуть– я вообще выматерился.

Но тем не менее время неуклонно двигалось к трем. Я просмотрел старые газеты и даже попытался почитать какие-то заметки из 'Травника' –единственной книжки лежащей на кухне –и нашел что мята издревле хорошим антисептиком считалась.

Бродить по квартире деда я не хотел. Я и так чувствовал себя незваным гостем, который хуже татарина. Еще же непонятно что дальше будет – и с нами собственно говоря и со стариком.

Я почти ничего не знал о 'королеве' – смутно вспоминался просмотренный дней 10 назад ролик про размножение липучек. Но я тогда мало что соображал, а знания как оказались были нужны именно сейчас. Об этом мне в последнее время Второй говорил все чаще.

Иногда, так, поглядывая в его сторону я думал над тем что: во-первых, сколько всего он прочитал и узнал, а во-вторых, сколько всего попробовал и испытал именно на своей шкуре для того чтоб так вот с легкостью и строить версии и воевать.

Мне было дико любопытно кто он вообще такой– кем был в другой жизни и почему стал таким. Мне было интересно даже как его зовут на самом деле. Не родился же он Вторым. У него имя было, родители…

Но все эти мысли проносились совершенно спонтанно и рывками в моей голове. Как вспышки. Я не убирал дар. Так оставил совсем чуть чуть, как тоненький фитилек, чтоб при первой же возможности не ждать пока включится и разгорится а вспыхнуть как можно ярче. Что бы выиграть какие то иногда очень важные секунды.

А вот к дару я привык быстро. С ним мне учится особо не надо было. Тяжело было только включаться, но если это происходило я на каком-то интуитивном уровне понимал как с ним работать.

…Голова, совсем не кстати, уже начинала побаливать. Петрович мне объяснял про побочный эффект от использования Дара. Так вот раз на раз не приходилось. После вчерашнего рейда я проснулся живой и здоровый, разве что только не выспавшийся, а сегодня за пол дня, почти особо ничего не делания, голова давала о себе знать.

Второй устроился тут же на кухне на соседнем табурету– прислонил его к стене, оперся спиной, закинул ноги на перевернутую эмалированную кастрюлю и просто спал. Ну, может не спал, а дремал так точно.

Я похлопал себя по кармана – хотелось найти заначку анальгина или цитрамона, но ничего не нахлопывалось. Звать дедка не хотелось. Второй ему строго настрого запретил до особого распоряжения выходить из комнаты. Дед проникся важностью момента– он думал мы ловим опасных бандитов, нападающих на стариков. Такие себе 'техасские рейнждеры' и менты с улицы разбитых фонарей в одном флаконе.

Часы дошли до 15.00 и, кажется, остановились– так медленно тянулось время. Я смотрел не отрываясь на минутную стрелку и не мог заставить себя отвернутся. Мне надоело ожидание, но и чего ждать от встречи я не представлял. Я еще не работал в таком близком контакте. Петрович магов берег как зеницу ока.

Почему-то подумал о том, что сегодня я бронежилет не одел, сказав Второму, что надоело и устал, и тот даже не особо возражал. А вдруг бы реально пригодился?

Второй утверждал что королева не опасен, опасно ее окружение и охрана.

Я видел как прилипалы контролируют людей, как заставляют их делать безумные поступки – прыгать с высоток, шагать под трамваи. И люди не могут сопротивляться. Они выполняют задания и волю плесени так, как если бы им приказывал сам господь бог. Защищать королеву могут хорошо. Она же мать будущего роя.

Но я понимал на что надеется Второй – на неожиданность. На то, что она даже не подозревает что кто-то их обнаружил и засек и что на нее ведется охота. Самым главным было не упустить королеву, потому что больше возможности застать ее в врасплох не будет. Я знал, как охраняют зародышей и коконы прилипалы. Они не жалеют никого.

– Долго что-то– неожиданно сказал Второй. Он посмотрел на меня из под прищуренных век,– боишься?

-Боюсь-я даже не старался притворятся. Он все равно все понимает

И в этот момент мы услышали шаги просто за дверью. Второй кошкой шмыгнул в коридор. Показал мне кулак и пошел за дедом.

В дверь осторожненько постучали.

– Это я, Оксана, Семен Кузьмич откройте. – сказала женщина. Второй– вывел вперед почти к двери старика – и кивком велел открывать замок

Дед долго возился с цепочкой. Я слышал нудное звяканье и не мог понять почему он тянет. Наконец скрипнуло дверное полотно.

В коридор вошли. Цокая каблуками двинулись в сторону дальней комнаты – но я пока еще не видел ничего-обзор из кухни был плохой– я мог рассмотреть человека только на определенном участке стены. Сначала появился старик. Он шел медленно шаркая больными ногами. За ним показался силуэт женщины. Я включил дар на полную. И чуть не ослеп в реальности. Она сияла, она сияла как солнце– на нее нельзя было смотреть просто так– у меня глаза горели. – Второй,– заорал я – это она.

'Королева' почувствовала меня наверное в тот миг когда я врубил дар. Она обернулась в мою сторону и вскинула руку.

Грохнули два выстрела. Потом еще один. В коридоре началась какая-то схватка. Я не мог понять что происходит – я почти ничего не видел. Даже не так, я вообще ничего не видел кроме движений каких-то пятен.

– Ян– закричал Второй– Соль давай. Выброс сейчас начнется.

Я попробовал нашарить на столе приготовленные пачки с солью– одну нащупал быстро, вторую задел неосторожно и сбросил на пол– я почувствовал как крупицы разлетелись во все сторону.

– Ян– снова закричал Второй.

Я побежал из кухни, запнулся за что-то в коридоре, меня крутануло, занесло, я грохнулся на пол счесывая спину и плече о что-то громоздкое и угловатое. Пачка выпала из рук и рассыпалась. Я пытался нащупать ее.

– Второй– я ничего не вижу– говорил я вслух шаря вокруг себя руками.

Он был где-то рядом. Я слыша как он пытается что-то удержать, какие-то удары стоны, хлопки. Я не мог понять почему потасовка продолжается до сих пор. Наконец, я нащупал полурассыпанную пачку и бросил в сторону шума. В воздух поднялась солевая пыль. Я почувствовал ее на губах, в носу – глаза и без того обожженные запекли с новой силой.

Но шум борьбы утих. Я слышал только учащенное дыхание Второго.

Он подошел ко мне. Помог подняться– потом поволок в ванную. И окунув головой в раковину принялся поливать лицо холодной водой.

-Легче? – спросил он у меня.

Я щурился на свет и пытался увидеть хоть что ни будь. Но все было как в тумане– лучше чем в начале, но еще недостаточно хорошо для того чтобы просто разбирать дорогу.

-Уходить надо, Ян. Она успела приказ отдать. Сейчас по нашу, точнее по твою душу сбежится пол района.

– ты ее убил?

– Убил. Выхода не было. Я кивнул.

– Там уже не было человека. Там ничего не осталось от ауры. Я видел только огромный инкубатор. Она так светилась.

– после Ян. После расскажешь. Ходить можешь?

– Я не вижу ничего толком.

– я понял. Я поведу. Машина в конце двора – за аркой. Задача– спуститься вниз, пробежаться по двору и быстро упаковаться в верного мустанга.

В это время на лестничной площадке послышались шаги не одной пары ног.

– черт– сказал Второй. –Неужели за нами?

В дверь загрохотали. Дверь фанерная, растрескавшаяся от старости, могла рассыпаться в любую минуту.

Второй потянул меня за руку куда-то через всю комнату. После закрыл дверь и судя по звукам пододвинул что-то тяжелое.

– это их немного задержит. Ян, окна выходят к гаражам– отсюда до арки даже ближе. Второй этаж. Надо прыгать.

Я закашлялся – горло враз пересохло. Вот чего чего я прыгать непонятно куда не видя почти ничего не хотелось совершенно. Но судя по звукам в коридоре– входную дверь таки снесли и кто-то очень активно стучал чем-то вроде молотка в комнату.

– Когда скажу– прыгай – инструктировал меня Второй. – пока присядь и отвернись.

он что-то подвигал в комнате , потом я услышал звук разбиваемого стекла. Он высадил окно– догадался я.

– давай активнее. Вот сюда на подоконник. Тут до земли недалеко. Просто сгруппируйся. Вспомни как в детстве прыгал. В крайнем случае– под окном не асфальт а перекопанный огородик. Будет не так твердо. Хорошо хоть еще Второй этаж.

А меня уже трусило во всю. Я сидел на подоконнике свесив ноги вниз– и офигевал от ситуации. Хорошая охота получалась