Текст книги "Возвращение наследия, или Дипломная работа (СИ)"

Автор книги: София Шпиллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 17

Глава 17

Мы уже больше получаса находились в библиотеке. Я поручил Альме и Роджеру заняться каталогами, а сам, листал старинные фолианты, пытаясь отыскать хоть крупицы информации о волшебных свойствах родовых колец – и об их «особенностях». Но тщетно.

В хрониках упоминалось лишь, что первый из Люфтов подарил такое кольцо своей возлюбленной. Что передавалось оно из поколения в поколение – от матери к дочери или старшему сыну, а тот вручал его своей невесте. Если колец не хватало, их создавали с помощью Искры – для девушек, вступавших в семью или рождавшихся в ней.

Часть Искры, живая магия, заключалась в камне. Кольцо «принимало» нового члена рода, одаривая теплом и светом.

Но ни единого слова о том, как его снять.

Вероятно, раньше в этом просто не было нужды. Потому и записей не осталось.

Я боялся сказать Альме правду: Искра уже записала её в члены моей семьи. И даже сам Гроссфорт оказался решительнее меня – надел на неё кольцо.

Украдкой я наблюдал за девушкой, делая вид, что поглощён чтением.

Когда она работала, лицо её преображалось: глаза горели, на губах играла лёгкая улыбка. В эти мгновения она становилась той самой Альмой, к которой я так привык – живой, увлечённой, настоящей.

Но…

Тишину разорвал бодрый голос:

– Вот вы где! – Колин вошёл с непринуждённой лёгкостью, которая теперь выводила меня из равновесия.

Альма подняла взгляд от каталогов, разложенных на столике. В её глазах, казалось, мелькнуло раздражение, но она сдержалась.

– Колин, я же говорила, что буду занята… – произнесла устало.

– Да-да, – он поднял руки в шутливом жесте. – Я помню. Но, может, я могу помочь? Мне просто нечем заняться.

– С каких пор тебя интересуют интерьеры? – я не смог сдержать сарказма, изогнув бровь.

Он ухмыльнулся:– С недавних. Я же прикупил себе поместье в столице.

– Я помню.– Ну вот! Решил посмотреть, может, и себе что-нибудь выберу. Тем более когда здесь настоящий специалист! – Он подсел к Альме на диван, взяв один из журналов. – Может, и мне поможешь с выбором? – Взгляд его был слишком выразительным.

– Для этого надо осмотреть помещение, – ответила она сдержанно.

– Не вопрос. Съездим. Всё осмотришь.

– Как только закончит работу здесь, – вставил я.

– Не переживай, Инар, Альма всё успеет к твоей помолвке, – бросил Колин с лёгкой насмешкой.

– Да, успею, – тихо ответила Альма.

В её голосе мне послышалась грусть. Или это лишь игра моего воображения?

С появлением друга спокойная атмосфера рассыпалась в прах. Он то и дело обращался к ней, задавал вопросы, просил совета – явно не ради интерьеров.

А я боролся с желанием выставить его за дверь. В который раз пожалел, что позвал его сюда для восстановления второй половины замка.

И тут меня осенило.

Надо просто быстрее восстановить её. Тогда он уедет. Больше в его присутствии не будет необходимости.

От этой мысли настроение невольно поднялось.

– Ваша светлость, – обратилась ко мне Альма, – посмотрите, что мы выбрали.

– Абсолютно доверяю твоему вкусу, – ответил я, громко захлопнув книгу. – Роджер, можешь заказывать.

– Вы не будете смотреть? – в её голосе прозвучало искреннее недоумение.

– Вечером, – пообещал я. – Ну что, Колин, пойдём посмотрим, на что ты способен.

И подмигнув другу, направился к выходу.

– Не понял, – отозвался он, явно сбитый с толку.

– Сегодня начнём восстанавливать вторую половину замка.

– Но мы не подготовили третий этаж, – вмешалась Альма с явным беспокойством.

– Это подождёт!

– Но мне тоже нужна комната. Я живу в служебном крыле! – донеслось мне вслед.

«Тем более подождёшь», – мысленно усмехнулся я, но сделал вид, что не услышал.

Мы вошли во вторую половину замка – судя по остаткам лепнины и расположению ниш, это была бывшая малая столовая. Помещение выглядело удручающе: последствия удара огненной катапульты не щадили ничего. Верхние помещения над столовой полностью разрушены, потолок отсутствовал, крыша полность обвалилась, в стене зиял огромный проём, открывавшей вид на выжженные поля; посреди комнаты громоздилась груда камней – хаотичное нагромождение обломков, словно застывший взрыв.

– С чего начнём? – спросил друг, оглядываясь с живым любопытством. В его голосе звучало что-то мальчишеское – азарт первооткрывателя, которому дали в руки новую игрушку.

– Думаю, сначала нужно расчистить завал, – ответила Альма, скрестив руки на груди. Она даже не взглянула на него, изучая стены, будто считывала незримые линии прошлого.

– Куда ты хочешь, чтобы я переместил эти камни? Выбросить в проём? – Колин размял пальцы, демонстративно напряг плечо, будто собирался ворочать глыбы голыми руками. Позер.

Раньше его беспечность казалась мне лёгкой и заразительной. Теперь же каждое движение, каждый жест отзывались во мне раздражением – словно кто-то провёл ногтем по стеклу.

– Нет! Ничего не выбрасывай! – Альма резко подняла руку, останавливая его. – Мы будем действовать так же, как и во дворе. Гроссфорт знает, где что должно быть. Я буду направлять тебя.

Она закрыла глаза, сосредоточилась. На мгновение вокруг неё возникло едва заметное сияние – впервые её магия проявилась зримо. Искра откликнулась: свет пробежал по обломкам, очерчивая их прежнюю форму, словно подсвечивая память камня.

– Этот блок – сюда, – указала она. – А тот, с трещиной, поставь левее, он стыкуется с карнизом.

Колин подчинялся беспрекословно. Его магия – резкая, но точная – поднимала камни и аккуратно перемещала их в указанные места. Альма же соединяла фрагменты: её сила словно склеивала время, возвращая каждому элементу его законное место. Они работали слаженно, будто собирали огромный пазл, где каждый кусочек помнил своё предназначение.

Я стоял в стороне, снова чувствуя себя лишним. Наблюдатель. Страж. Тот, кто не участвует, а лишь следит, чтобы никто не пострадал.

К обеду левая стена столовой приобрела очертания – не просто груда камней, а восстановленная часть целого. Линия кладки, орнамент над проёмом, даже оттенок камня – всё возвращалось к изначальному облику.

В этот момент небо затянулось серыми тучами, и первые капли дождя ударили по каменным плитам. Мы решили сделать перерыв.

За обедом Колин, всё ещё под впечатлением от работы, загорелся новой идеей:

– А что, если создать совместное бюро по строительству домов? У нас отличный тандем: я – сила, Альма – видение.

– Только сначала закончите здесь, – буркнул я, не поднимая глаз.

«И ваши отношения желательно тоже» , – добавил мысленно, но вслух, естественно, этого не произнёс.

После обеда мы вернулись на «стройку». Когда боковые стены столовой наконец приобрели законченные очертания, стало ясно: несмотря на ощутимый прогресс, впереди ещё много работы. Полы и потолки пока оставались нетронутыми. Альма решила начать с восстановления всех стен на всех этажах – системный подход, благодаря которому потом будет проще собирать межэтажные перекрытия.

Но вскоре работу пришлось прервать – и причина оказалась вовсе не в усталости.

Альма застыла, глядя на проём, где вскоре должны были появиться окна. Её лицо выражало не утомление, а глубокую сосредоточенность – словно она пыталась уловить что-то за пределами видимого. Затем девушка подошла ближе к краю и пристально посмотрела вниз.

– Не могу полностью разглядеть все части стены, – произнесла она тихо, будто разговаривала сама с собой. – Как будто их… нет. Словно там дыры. Я их не чувствую. Когда прилетел снаряд, много блоков упало вниз?

Она обернулась ко мне. В её взгляде читалась не тревога, а напряжённый расчёт.

– Да, – подтвердил я. – Много.

Понимаю что сейчас нам придётся спуститься к основанию скалы.

– Очень много! Какой был обвал! Я еле спас нас! – вмешался Колин, размахивая руками. – А потом поднялся настоящий торнадо! Мне пришлось срочно укрывать наших под землёй.

– Ты у нас герой, – отозвался я с едва заметной иронией.

– Торнадо? – переспросила Альма, снова переводя взгляд на меня. – Ветерок?

Я вспомнил тот миг: обрушившийся на нас поток воздуха, нечеловеческую ярость Гроссфорта, пробудившаяся от удара.

– Думаю, да, – кивнул я.

– Ветерок?! – Колин всплеснул руками. – Это был ураган! Торнадо! Нас всех так раскидало! Даже маги огня бежали, сверкая пятками!

– Так Альма называет магию Гроссфорта, – пояснил я другу. – Она с ним… подружилась.

– А-а-а… – протянул Колин, явно сбитый с толку. – Это как?

– Ветерок – неотъемлемая часть Гроссфорта, – объяснила Альма. – Это как мы: у нас есть тело и душа. Сам замок – это тело, а Ветерок – его дух.

Словно в знак согласия, лёгкий ветер поднялся вокруг неё. Он подхватил зеленые листья, кружа их в нежном танце, и мягко коснулся её волос.

– Он может быть опасен, – насторожился Колин, глядя на меня. – Ты можешь его контролировать?

Не успел я ответить, как Ветерок собрал все листья в плотную кучу – и швырнул их прямо в лицо моему другу.

– Опасен, – хмыкнул я. – Смотри не обижай мой дом… и Альму.

– Да я и не думал, – поспешно отозвался Колин, отряхиваясь.

Я подошёл ближе к Альме и взглянул вниз. Высота – не меньше сотни метров. Отвесная скала, острые выступы, россыпь камней у подножия.

– Ладно, тогда спускаемся, – произнёс я, принимая решение.

И, не дожидаясь ответа, подхватил Альму на руки. На удивление она оказалась очень лёгкой.

– Инар, что ты… – её голос оборвался, когда я шагнул с обрыва.

Воздушная сфера вспыхнула вокруг нас мгновенно – упругая, прозрачная, почти невидимая. Она окутала нас, словно кокон, но не заглушила вопля Альмы.

–А-А-А! – её крик перекрыл даже вой ветра, отражаясь от границ сферы.

Девушка вцепилась в мою рубашку, зажмурилась и кричала безостановочно – на одной пронзительной ноте, от которой вибрировал воздух.

К концу спуска в ушах стоял такой звон, что я едва различал собственное дыхание.

Когда мы коснулись земли, она замолчала так резко, что тишина казалась почти осязаемой. Я встряхнул головой, возвращая слух.

– Можешь открыть глаза, – шепнул ей на ухо, губы едва слушались.

– Мы живы? – прошептала она.

– Более чем, – ответил я. – И даже не поцарапались.

Она разомкнула ресницы. Уголок её губ дрогнул в слабой улыбке:

– Прости.

АЛЬМА

Я кричала – громко, отчаянно, изо всех сил вцепившись в Инара. Ещё никогда в жизни мне не было так страшно. Ветер свистел в ушах, земля стремительно приближалась, а я могла лишь зажмуриться и ждать.

– Можешь открыть глаза, – шепнул он мне на ухо. Голос герцога звучал спокойно, почти ласково, несмотря на то что мой крик явно должен был его оглушить.

Мы стояли у подножия скалы – там, где когда-то произошёл обвал.

Инар всё ещё держал меня, поэтому я сама осторожно отстранилась. Его руки разомкнулись без сопротивления, но взгляд задержался на мне чуть дольше, чем требовалось.

Я окинула взглядом хаос у наших ног: обломки стен замка, раздробленные и перемешанные с рухнувшей скалой. То, что когда-то было величественным строением, теперь лежало грудой камней. Надо попытаться соединиться с Искрой. На такой высоте, вдали от сердца замка, я почти не надеялась на отклик но…

Чудо! Энергия отозвалась – тихо, но уверенно. В обломках до сих пор жила магия Гроссфорта, словно застывшие отголоски его прошлого.

– Поберегись! – раздался голос Колина.

Он спускался по скале на своих двоих легко, почти играючи – будто скользил по горке.

– Я пойду поищу на равнине, – Инар указал вдаль, в сторону реки. – Там ещё должны быть крупные блоки. А вы пока поднимите то, что здесь.

– Так точно, командир! – отсалютовал Колин, приземлившись и приложив руку к голове.

Инар ушёл, а мы с Колином принялись «просеивать» обломки – сортировать, разделяя на две кучи: фрагменты замка и лишнее. Работа шла быстро: его сила и моя связь с Искрой дополняли друг друга.

– Ну, как полёт? – спросил Колин, поднимая очередной блок и перенося в «нужную» кучу.

– Неожиданный, – честно призналась я.– Сильно испугалась.

– Я слышал, – хмыкнул он. – Мой первый полёт тоже был незабываемым. Правда, тогда Инар не носил меня на руках.

Он бросил на меня испытующий взгляд, и в его тоне мне послышался упрёк.

– Думаю, потому что ты явно тяжелее меня, – попыталась я отшутиться.

Колин лишь усмехнулся и поднял очередную порцию камней наверх.

– Альма, я хотел спросить… – начал он, но я перебила.

– Давай позже. Мне нужно сосредоточиться, чтобы ничего не пропустить.

– Конечно, – впервые он не стал настаивать.

Вскоре я поняла, что у подножия скалы больше нет фрагментов замка, пригодных для восстановления.

– Я пойду в сторону Инара, – предупредила я Колина. – Проверю, что он нашёл. А ты пока можешь попробовать поднять блоки наверх в Гроссфорт.

Он лишь кивнул, подошел к «нужной» куче и начал постепенно поднимать блоки вверх по скале в замок.

Я двинулась вдоль склона, но уже через несколько шагов замерла.

Везде был туман.

Густой, белёсый, он стелился по земле, окутывая камни и траву.

Откуда он взялся? Ещё минуту назад небо было ясным, а воздух – сухим. Теперь же влага оседала на коже, а видимость сократилась до нескольких шагов.

Что-то в этом тумане было…не так .

Я прислушалась к Искре, ничего не изменилось, связь была прочной, Гроссфорт спокоен. Но...

Вокруг была лишь тишина.

Слишком тихо.

Тревога стянула грудь тугой петлёй.

– Инар! – крикнула я, голос дрогнул на последнем слоге.

– Я здесь! – донеслось откуда-то впереди, приглушённое пеленой тумана.

Я шагнула вперёд – и тут же споткнулась о невидимый камень. Под ногами что-то хрустнуло. Туман сгущался с каждым шагом, поглощая звуки, размывая очертания. Я вытянула руку перед собой, но не видела даже пальцев.

– Где ты? – в моём голосе нарастало беспокойство, почти паника. – Я иду к тебе!

– Стой! Не надо! Я сам к тебе приду! – его голос прозвучал ближе, твёрже, будто он пытался удержать не только меня, но и что-то ещё.

Через минуту из белёсой мглы проступил силуэт. Инар вышел ко мне – и туман вокруг нас словно отпрянул, оседая до пояса, будто невидимая рука отдёрнула занавес.

– Что это? – спросила я, всё ещё чувствуя, как дрожат кончики пальцев.

– Туман, – ответил он невозмутимо, но взгляд выдавал: он был напряжён.

– Я вижу. Ты можешь его убрать?

– Нет.

Его ответ ударил холоднее тумана. Я вгляделась в его лицо – и поняла: это не природное явление. Этоон его создал.

– Что ты скрываешь? – я сложила руки на груди, стараясь унять дрожь. Вызов в голосе был маской – за ним пряталась тревога.

– Альма, возвращайся к Колину. Я справлюсь сам, – произнёс он, не глядя мне в глаза.

– И не подумаю! Рассказывай!

Он помедлил, будто взвешивая слова.

– Тут… э-э… Кладбище.

– Кладбище? – переспросила я, не веря своим ушам. – Думаешь, я раньше их не видела? Давай убирай свой туман!

Инар обречённо выдохнул:

– Я предупреждал…

Один взмах его руки – и туман растаял.

Он был прав.

Я оказалась не готова.

Перед нами простиралось не просто кладбище – это было место битвы, перемолотое магией Гроссфорта. Выжженная земля, вывернутая пластами, словно её разрывали изнутри. Человеческие останки застывшие в последнем мгновении: рука, сжимающая обломок меча; череп, наполовину зарытый в глину; обрывки доспехов, сросшиеся с корнями травы. Оружие валялось в беспорядке – мечи, копья, щиты, – всё перемешано, как после чудовищного вихря.

Я отступила на шаг – и снова споткнулась. По привычке опустила взгляд…

Мир качнулся. Воздух стал густым, почти твёрдым. В глазах потемнело, голова закружилась так резко, что я едва устояла на ногах. Запах земли, железа и, казалось, чего-то мёртвого, заполнил лёгкие.

«Не смотри… не думай…» – мелькнула мысль, но было поздно.

Я почувствовала, как слабеют колени. Последнее, что услышала, – моё имя, произнесённое голосом Инара.

Оно долетело до меня сквозь шум в ушах – тёплое, тревожное, будто из другого мира.

А потом всё погасло.

Глава 18

Глава 18

Я увидел, как лицо Альмы мгновенно побледнело. Губы приобрели синеватый оттенок, дыхание стало прерывистым, хриплым. В одно мгновение она словно лишилась сил – и начала оседать.

Страх ударил в грудь резкой болью. Не раздумывая, я подхватил её на руки и взмыл вверх – поток воздуха послушно принял нас, унося прочь от проклятого места. Через несколько мгновений я приземлился во внутреннем саду, возле старого мраморного фонтана.

Аккуратно уложил Альму на боковую скамью – её тело казалось пугающе безвольным.– Опеллий! – крикнул я, оглядываясь. – Немедленно найдите Роджера! Живо!

Она не приходила в себя. Я бросился к фонтану, зачерпнул ледяной воды, брызнул ей в лицо. Руки дрожали – не от холода, от страха. Расстегнул верхние пуговицы её блузки, чтобы ей было легче дышать.

Секунды тянулись, как часы.

Наконец её ресницы дрогнули. Глаза открылись – затуманенные, растерянные.– Как ты? – спросил я, едва сдерживая дрожь в голосе.– Небольшой звон… – она слегка коснулась уха.

В этот момент из-за угла выскочил запыхавшийся Роджер.– Ваша светлость, что случилось?!

Я присел на корточки рядом с Альмой, машинально сомкнул края её блузки. Она смутилась, щёки слегка порозовели. Постепенно к её лицу возвращался живой цвет.– Нужен осмотр целителя, – приказал я Роджеру. – Оформи вызов.– Не нужен! – Альма попыталась сесть, но я мягко удержал её.– Нужен!– Нет! – настаивала она. – У меня такое бывает…

Она вдруг взяла мою руку – крепко, почти отчаянно – и тихо добавила:– Это от страха.

Её откровение отозвалось во мне чем-то острым и тёплым одновременно. В этом простом признании было больше доверия, чем во всех наших разговорах до этого. Сейчас я осознал, насколько она стала мне дорога...

– Альма! – голос Колина разрушил всю особенность этого момента. Он выскочил из дверей второй половины замка, взгляд метался по саду. – Где она? Инар!

Альма тут же отпустила мою руку – и я почувствовал пустоту там, где только что было её тепло.– Мы здесь! – я поднялся.

Альма снова попыталась встать, но я остановил её жестом.– Как ты? – Колин уже оказался рядом, схватил её за руки, заглядывал в лицо.– Всё в порядке… Просто сильно испугалась… – ответила она тихо.– А как ты меня испугала! – он порывисто обнял девушку.

Она глянула на меня поверх его плеча – взгляд короткий, но я успел заметить в нём что-то… виноватое? Смущённое?Я отвернулся. Не потому, что ревновал – хотя и это тоже. А потому, что не мог себе позволить того, что только что сделал Колин. Не имел права.

Вокруг нас в саду и в арках уже толпились слуги – кто-то украдкой подглядывал из-за колонн, кто-то перешёптывался.– Вам заняться нечем?! – рявкнул я.Головы тут же втянулись, фигуры рассеялись, будто их и не было.

АЛЬМА

Сегодня я больше не работала – Инар не позволил.

Он настоял решительно, без лишних споров:– Отдыхай. Сегодня и так сделали больше, чем следовало.

И я подчинилась.

Вторую половину дня провела в праздности – честно, почти виновато, наблюдая, как за окном медленно гаснут краски дня. Слабость давно отступила, но Инар оставался непреклонен, твердя что мне нужен покой.

Покой… Слово звучало чуждо. Внутри всё ещё дрожало от пережитого – от вида выжженной земли, от тяжести чужих судеб, застывших в камне и пепле. Но тело уже слушалось, а разум жаждал вернуться к работе.

Однако покой оказался не таким уж желанным.

Колин не оставлял меня ни на минуту. Его внимание, поначалу трогательное, постепенно становилось тягостным. Он то приносил чай, то предлагал книгу, то спрашивал, не нужно ли чего-нибудь ещё. И каждый раз в его взгляде читалась искренняя забота – настолько чистая, что мне становилось стыдно.

Потому что моё сердце молчало.

Оно не отзывалось ни на его улыбку, ни на заботливые жесты, ни на тихий голос.

А вот при мысли о другом человеке – том, кто был занят и о ком думать не следовало, – оно начинало биться чаще.

Я ловила себя на этом снова и снова.

Замечала, как меняется Инар в присутствии Колина: взгляд холодеет, осанка становится жёстче, слова – короче. Будто между нами возникает невидимая грань, которую никто не решается переступить.

Но стоило нам остаться наедине…

Тогда что-то едва уловимое проскальзывало в его взгляде – теплота, нежность? Или мне просто хотелось в это верить?

Колин всё не уходил. Его присутствие давило, и я наконец решилась соврать:– У меня немного болит голова, – сказала я, опустив глаза. – Думаю, мне стоит отдохнуть.

Инар улыбнулся – едва заметно, уголком губ.

Он знал, что я солгала: ещё час назад уверяла, что чувствую себя прекрасно и готова вернуться к работе. Но не стал спорить.– Если что-то понадобится, Роджер полностью в твоём распоряжении, – произнёс он спокойно, ставя колокольчик на прикроватную тумбу. – А я буду в кабинете.

И, к моему тайному облегчению, он не просто кивнул на прощание – но и выпроводил Колина за дверь.– Сегодня Альме нужен покой, – сказал он другу. – Пойдем.

Кажется, герцог тоже этого хотел – чтобы я отдохнула.

Дверь закрылась. Тишина наполнила комнату – тёплая, почти осязаемая. Я осталась одна, но не чувствовала одиночества.

С наступлением вечера скука накрыла меня, словно тяжёлая пелена. Я уже составила список оставшихся дел, изучила каталоги, перепроверила заказы – и теперь бездействовала, чувствуя себя лишней в собственной комнате.

Сначала мелькнула мысль спуститься в кабинет к Инару – всё таки согласовать выбранные материалы. Но тут же осеклась: он наверняка меня отчитает и отправит обратно. К тому же возникает риск пересечься с Колином. А его общества мне пока не хотелось.

Тогда я решила заглянуть в библиотеку – подобрать что-нибудь для лёгкого чтения. Но и эта идея быстро угасла: там тоже легко было наткнуться на Колина.

Желудок напомнил о себе настойчивым урчанием. «Столовая», – подумала я, но тут же остановилась.Колин.

Проще было попросить Роджера принести ужин сюда – что я и сделала.

Через пятнадцать минут на столе дымился сочный кусок мяса с овощами, аромат которого заполнил комнату, пробуждая забытое ощущение домашнего уюта. Роджер, поставив поднос, учтиво склонил голову:– Желаете что-то ещё, госпожа Альма?– Нет, спасибо, – ответила я. – Скажите… где сейчас Его Светлость и граф Колин?– Беседуют в кабинете Его Светлости, – сообщил он.

Я невольно выдохнула с облегчением. Хорошо, что отказалась от похода в кабинет и библиотеку.

Впервые за время пребывания в Гроссфорте мой ужин проходил в полном одиночестве. Тишина комнаты обволакивала, и в ней, как в зеркале, отразились воспоминания о вечерах в академии.

Подруг я так и не завела. Не потому, что была замкнутой или нелюдимой – нет. Виной всему была принцесса Корнелия.

Она сразу окрестила меня «выскочкой» – за мои способности, за то что не имела права превосходить «её величество», даже обладая даром. Её слова звучали как приговор:– Ты – никто. И никакая магия не сотрёт твоего происхождения. Ни один уважающий себя Лорд не возьмёт тебя в жёны.

– Я и не собираюсь замуж, – ответила я тогда. – Хочу работать по профессии.

Она расхохоталась – громко, издевательски:– Да кто ж тебя возьмёт, глупышка? Где ты видела работающих женщин-бытовиков? В каждом замке или поместье только жёны занимаются подбором персонала. Ты думаешь, кому-то нужны соперницы? Твоя участь – мыть полы и подносы разносить!

Мне хотелось возразить. Хотелось сказать, что это она инкубатор для будущих лордов, и что сама едва ли способна на что-то большее с таким слабым уровенем магии. Слова кипели на языке, но я проглотила их.

Молчание было безопаснее.

Одно неосторожное слово – и меня могли отчислить. А этого я позволить себе не могла.

Поинцесса Корнелия не раз пыталась вывести меня из себя, давила на «грязное» происхождение, провоцировала, окружённая стайкой подруг-подпевал. Но я научилась не реагировать. Просто игнорировала их – холодно, отстранённо, будто они были тенью на стене.

Со временем ей это наскучило. Она и её свита сделали вид, будто меня не существует вовсе. Лишь однажды, когда нам выдавали направления на практику, Корнелия бросила мне вслед:– Посмотрим, как ты пройдёшь её.

Я надеялась, что академия сама подберёт нам места. Но нет. Практика включала в себя задание: найти работу самостоятельно.

После череды отказов в мелких бюро у меня невольно закралась мысль: а не приложила ли Корнелия к этому руку? Её влияние в академии было велико – вдруг она шепнула пару слов нужным людям?

Но я тут же отбросила эту догадку. Вряд ли принцесса стала бы опускаться до угроз владельцам скромных контор. К тому же она давно потеряла ко мне интерес. В её глазах я по-прежнему оставалась «той самой выскочкой из низов», чьё место – где-то на периферии её блестящего мира.

В последнее время Корнелия и вовсе выглядела донельзя самодовольной. Я слышала, что этим летом она выйдет замуж – за одного из герцогов Царства Земли. Их, конечно, было немало… но чтобы им оказался Инар?!

Сердце защемило так резко, что я невольно сжала край стола, пытаясь удержать подступившие слёзы.

Судьба – злодейка.

Даже здесь, вдали от академии, Корнелия продолжала отравлять мне жизнь – не прямыми действиями, а самим фактом своего существования.

Хотя… разве дело только в ней?

«Не надо было влюбляться в Инара», – мелькнула горькая мысль.

– Стоп. Нет! – прошептала я вслух, будто это могло что-то изменить. – Я в него не влюбилась! Он мне просто нравится. Как человек. Возможно, как друг. Но не как мужчина!

Тишина комнаты поглотила мои слова, сделав их пустыми и неубедительными.

Кого я обманываю? Саму себя?

Именно как мужчина он мне нравился. Очень.

Аппетит пропал окончательно. Я посмотрела на остывающий ужин, на тусклый отблеск кристалла в оконном стекле – и поняла: нужно собраться.

Нельзя позволить чужим амбициям и собственным страхам сломить меня.

Нужно поесть. Нужно мыслить ясно.

Гроссфорт стал моим первым настоящим шансом. Не просто местом практики – а возможностью доказать, что пол и моё происхождение не имеют значение.

Что я – это мой труд, мой дар, мой выбор.

У меня нет права на ошибку.

И пусть пока сердце болит – завтра я снова возьмусь за работу.

Потому что только в деле я обретаю себя.

Покончив с ужином, я вызвала Роджера и передала ему уже чистую посуду.

– Благодарю, – добавила я, прежде чем он успел поклониться и уйти.

Мне не хотелось лишний раз нагружать слуг. Одно моё заклинание – это десять минут их работы. Будь у меня дар к телепортации предметов, я бы и Роджера не тревожила. Но пока приходилось мириться с вынуждеными условиями.

После ванны я растянулась на кровати, уставившись в потолок.

Снова мысленно дала себе установку: стараться как можно меньше думать об Инаре. И даже похвалила себя – в последнее время это получалось… почти.

Почти не вздрагивать при звуке его шагов, почти не искать взглядом его силуэт в коридорах, почти не ловить каждое слово, сказанное им.

Комната была освещена приглушённым светом кристалла – мягкого, но недостаточно, чтобы развеять все тени. Спать в полной темноте я пока не решалась.

Не здесь.

Не без него.

И тут я осознала до конца: насколько сильно ему доверяю. Хотя мы знакомы чуть больше недели. Как быстро он проник в мои мысли, занял особое место в сердце.

«Нельзя о нём думать. Он обручён» , – мысленно одёрнула я себя.

Нужно было переключить внимание на Колина. Он хороший, добрый, весёлый. Сегодня показал себя заботливым, да и внешне довольно симпатичен.

«Клин клином вышибают», – шептала мне какая-то часть разума.

Но совесть тут же возражала: использовать одного человека, чтобы забыть другого, – нечестно. Что, если я дам ему надежду, которую не смогу оправдать? А если он всерьёз влюбится в меня?

В памяти всплыли слова Корнелии:« Никто из достойных не обратит на тебя внимания» .

А вдруг и Колин проявляет интерес лишь из-за моего дара? Не ко мне – а к тому, что я могу?

Я вспомнила нашу вечернюю прогулку и работу в оранжерее. Он почти не спрашивал о моём прошлом, о моих желаниях. Зато охотно рассказывал о себе: где побывал, чего добился, к чему стремится. Даже успел заметить, как Инару повезло с невестой. Но ни разу не поинтересовался, чего хочуя .

Это открытие отозвалось внутри горьковатым послевкусием.

«Значит, так, – твёрдо решила я. – Завтра дам ему понять: я здесь ради дела, и ничего более. Буду говорить с ним тоже только по работе.».

Отныне – работа, работа и ещё раз работа! Никаких мужчин!

Чем быстрее закончу с восстановлением Гроссфорта, тем скорее уеду.

Забуду их всех.

Осяду где-нибудь на краю столицы, найду вакансию в каком-нибудь поместье, отвлекусь… Буду спокойно работать, жить своей жизнью.

За этими размышлениями – одновременно твёрдыми и хрупкими, как тонкий лёд, – я не сразу услышала тихий звук.

Кто-то тихо стучал… в окно.