Текст книги "Я снова не бог. Книга XXXVIII (СИ)"

Автор книги: Сириус Дрейк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

И тут у меня екнуло под ложечкой.

Из первой трещины шагнула невысокая фигура в длинном строгом плаще. Светлые волосы, заплетенные в косу. Бледное лицо. Спокойные, усталые глаза.

– Лора, мне мерещится?

Это была Катерина Романова.

Из второй вышел высокий мужчина в черном кафтане. Ровная осанка. Холодный взгляд. И легкая полуулыбка, от которой у меня непроизвольно засосало под ложечкой.

Петр Первый.

Кицуня замолчал. Булат стоял неподвижно. Оба не понимали, чего ожидать.

– Царь Михаил, – негромко поприветствовал Петр, подходя ближе. Ноги у него проходили сквозь снег, не оставляя следов. – Давно не виделись.

Я медленно убрал мечи в ножны. Но руку от рукояти не убрал.

– Вы, – произнес я, мысленно давай приказ Лоре, проверить не иллюзия ли это, – мертвы. Оба.

– Именно поэтому мы и пришли, – ровно пояснила Екатерина. Голос у нее был мягкий. – Но мы не совсем мертвы

Петр обвел взглядом двор. Остатки стен, постамент в комнате, наши следы на снегу.

– Хорошее здание, крепкое – произнес он. – Удивительно, что Володя умудрился скрыть его. Неужели это было его дачей?

– Откуда вы взяли, что я сюда сунусь?

– Долго обьяснять, Михаил, – Петр едва заметно улыбнулся. – Но если вкратце, то мы теперь низшие божества, и в эта планета теперь самое популярное место.

Екатерина подошла ближе. Снег под ее ногами тоже не проседал. Она посмотрела мне в глаза, и впервые за всю эту странную встречу я почувствовал не холод, а что-то вроде сочувствия.

– Михаил, – обратилась она. – У нас мало времени. Скоро сюда придут другие.

– А кто?

– Божества, – коротко ответил Петр. – Не двое, как вчера. Больше. Гораздо больше. Нечто выпустил на тебя команду, которую ему все равно не жаль потерять. Десять божков. Они уже в пути, так что, лучше валите отсюда.

Я помолчал. Десять. Вчера двое высосали из меня едва ли не все резервы, и только Эль с его гусиными головами спас положение. С десятью уже мне, в нынешнем состоянии, не справиться.

– Почему вы мне об этом говорите?

– Потому что иначе ты ляжешь здесь, – безэмоционально отозвался Петр. – Я не могу сейчас напрямую вмешаться. Не моя компетенция. Но я могу прийти и сказать. Ну и посоветовать.

– Что именно посоветовать?

Петр медленно подошел к постаменту. Посмотрел на меня через провал в стене.

– У тебя в хранилище двое. Тот, что обсидиан. И тот, которого затянул после битвы у поместья. Я знаю. Я чувствую их оттуда.

– И?

– Уничтожь. Не держи в себе. Пленники такого уровня остаются только балластом. А энергия, которая в них заперта, сейчас тебе пригодится. До последней капли.

Лора сжала губы, но ничего не ответила.

– Высосать их досуха?

– Высосать. Перекачать в свои каналы. Сделать это быстро – в тот момент, когда они все десять будут здесь. Ты получишь всплеск, равный энергии двух низших божеств. Этого может хватить. Может не хватить. Но без этого не хватит точно.

Екатерина тронула мужа за локоть. Легкий, едва уловимый жест жены, которая прожила с человеком триста лет и знает, когда его надо прервать.

– Петь. У нас осталось совсем немного времени.

Он кивнул. Снова посмотрел на меня.

– Вижу, у тебя ко мне еще остались вопросы…

Я секунду колебался. Потом решился.

– Петр Петрович показал мне ваши заказы. Японские детали. Корейские, французские, из Северной Империи. Мы с ним не смогли понять, зачем они все. Какая часть машины из них собирается. Ради чего это было?

Петр усмехнулся. Впервые за все время его лицо чуть смягчилось.

– Я знал про Риту.

– Рита?

– Владимир разрабатывал ее в последние годы. До того как ушел в последний бой. Он не успел ее закончить. Осталась схема и часть деталей. Остальное пришлось заказывать там, где есть нужные мастера. Он знал, что я единсвтенный, кто может это сделать… Но, а я знал, что не успею, так что заказал отдельные детали. У тебя есть прототип, который я разрабатывал триста лет назад, – Он повернул голову к жене. – Пора, любимая.

– Пора, – согласилась Екатерина.

Они начали меркнуть.

– Петр, – я шагнул вперед. – Погодите. А что такое Рита?

Петр уже наполовину растворился. Голос его донесся издалека:

– Это, Михаил, ты узнаешь, когда соберешь ее целиком. А теперь держись. Они уже почти здесь.

Он исчез. Екатерина исчезла следом.

– Лора, – произнес я. – Готовь перекачку. Обоих, из клеток. Сразу, по моему сигналу.

– Миша, ты понимаешь…

– Понимаю. Готовь.

Она помолчала секунду. Потом кивнула.

– Готово. Жду сигнала.

В эту же секунду воздух по периметру замка снова потемнел. Не в двух точках, а в десяти.

* * *

Они появлялись один за другим.

Первый вышел из трещины высоким – метра четыре ростом – сгорбленным типом в черной мантии. Лица у него не было, вместо лица горели шесть бледно-красных угольков, расставленных треугольником.

Следом – трехметровая женская фигура с шестью руками, двумя парами крыльев и мечами в каждой руке.

Потом существо, похожее на громадного жука в панцирной броне. Потом, что-то длинное и змеистое, с человеческим торсом и змеиным хвостом в десять метров. Еще белая безликая статуя ростом со взрослого человека, которая двигалась плавными ступенчатыми рывками. Потом еще, и еще, и еще.

На десятом появлении пространство во дворе буквально загустело. Давление от десяти божеств было таким, что у Кицуни начала искриться шерсть, а Булат сделал пару шагов назад.

Фигура с шестью глазами-угольками на лице заговорила первой. Голос у него оказался низкий, почти физически осязаемый.

– Кузнецов, – произнес он, растягивая каждый слог. – Сдайся. Отдай нам свою жизнь. И, возможно, мы позволим твоим детям дожить до весны.

Я медленно вытер клинок Ерха о край куртки. Терпеть разговоры про детей я перестал примерно в двадцатой книге своей здешней жизни.

– У меня, – я смерил его взглядом сверху вниз, – встречное предложение. Разворачивайтесь, скажите своим братьям, что Кузнецова в замке не было. А я сделаю вид, что не слышал, как вы угрожали моим детям. Это, кстати, сильно увеличивает ваши шансы дожить до весны.

– Наглец, – вступила шестирукая. Голос у нее оказался неожиданно певучий, почти мелодичный. – Дерзкий смертный.

– Слышал уже раз двести. Надоело.

– Миша, – тихо позвала Лора. – Команду.

– Вливай.

Каналы открылись.

Я это даже не столько почувствовал, сколько услышал. Два источника, запертые в Хранилище, рванулись наружу одновременно. Лора очищала поток, отсекала грязь, оставляла мне только силу. Первая волна прошла по ребрам так, что у меня потемнело в глазах. Вторая шла легче – второй пленник был слабее.

Лора старалась не задействовать каналы, а вливала энергию напрямую.

Когда два божества выкачались досуха, я почувствовал что каналы начали качать энергию. Руны на Ерхе засветились голубым светом. Родовой меч завибрировал в ладони так, что едва не выпал.

Шестирукая увидела изменение и замерла. Тип с шестью глазами чуть отступил на полшага назад.

– Он… Убьем его. В нем много энергии!

Десять божеств пошли на меня одновременно.

Я встретил шестирукую первым. Она прыгнула, шесть мячей забили из шести точек. Лора быстро вывела траекторию атаки.

Я отбил два, увернулся от третьего, пропустил четвертый по касательной. Куртку разорвало на плече, но не более. Пятый и шестой удары приняли детали Болванчика, собравшиеся в щит.

– Миша, ее сила растет. Если бой затянется…

– Не затянется.

Я пошел в контратаку. Родовой меч в левой руке ударил по ребрам. Ерх в правой пошел косым снизу вверх, в сустав. Шестирукая развернулась и кулаком врезала мне в грудь. Я почувствовал, как ребра хрустнули.

Булат внизу дрался с типом с углями. Тот высасывал из коня тени с такой скоростью, что Булат не успевал их создавать.

Кицуня налетел на шестирукую сбоку. Шесть его хвостов ударили одновременно, и один из ее мечей вылетел у нее из ладони. Но она развернулась, и второй удар пришелся лису в бок. Он отлетел к стене и остался лежать, скуля.

Меня накрыло холодной яростью. Ровно такой, какая бывает, когда трогают самых близких.

Я поднялся.

Шестирукая наступала, а за ней шли остальные восемь. Белая статуя двигалась рывками, жук с панцирем лез сбоку, змея с человеческим торсом поднималась у меня за спиной.

Я перехватил Ерх обратным хватом и шагнул вперед.

Шестирукая встретила меня первой. Ноги оттолкнулись от снега, я оказался у нее лицом к лицу. Ерх вошел в шею, как в масло. Короткий рывок и голова покатилась по стене, тело осело, крылья обмякли. Из тела вылетел сгусток и исчез.

Тип с шестью глазами отвернулся от Булата. Красные угольки на его лице вспыхнули ярче.

– Как…

– Долго, – ответил я и спрыгнул со стены к нему.

– Жаль, что это только отсрочка. Если убьешь это тело, ничего не поменяется. Мы вернемся…

Я приземлился прямо перед ним. Булат в последний момент откатился в сторону, поняв, что я делаю. Тип поднял обе руки, чтобы создать черный щит – но щит я рассек. Родовой меч прошел через плечо сверху, Ерх вошел снизу вверх, в грудь.

Тело пошло трещинами. Из трещин полезла черная субстанция.

– Лора!

– Делаю!

Она щелкнула пальцами. Тело типа распалось на черные частицы, частицы затянулись в вихрь, вихрь ушел в меня через раскрытый канал. Энергия пошла в Хранилище.

Меня тут же окружили. восемь оставшихся, все разом.

Я стоял в центре, с двух сторон поднимали оружие черные фигуры, впереди расправлял крылья кто-то похожий на гигантскую черную птицу, сзади летели иглы из кого-то, кого я не успел разглядеть. Ерх дрожал у меня в руке, готовый разрубить любого. Родовой меч хрипел.

Накопленная энергия от божеств почти иссякла.

– Миша, – тихо проронила Лора. – Я не знаю, как мы справимся дальше.

– И я не знаю.

В меня полетели иглы полетели.

Но тут случилось что-то, чего я не мог обьяснить.

И в этот момент мир застыл.

Иглы зависли в воздухе в полуметре от моего лица. Крылья черной птицы остановились на полувзмахе. Дыхание Булата замерло. Пульс в моей груди замер.

– Что за хрень опять! – выругалась Лора.

Двор замка наполнился мягким и теплым светом. Снег перестал быть холодным.

Передо мной появилась женщина.

Светлые волосы до плеч, длинное белое платье без украшений. Лицо спокойное, чуть улыбающееся. Глаза у нее были такие, что я сразу понял, что в них нельзя долго смотреть. Внутри них были вселенные, и они двигались.

Я ее узнал. На этот раз ее облик был другим. Хотя, в нем еще прослеживались очертания моей матери, но появились новые черты. В них я угадывал Машу и Свету.

Созидательница.

– Михаил, – обратилась она ко мне. Голос у нее был спокойный. – Не бойся.

– Я не боюсь.

Это была правда. Во мне не было страха. Только легкое удивление, сродни тому, что возникает, когда звонит знакомый, о котором ты не думал много лет.

– Ты сделал то, чего не делал ни один смертный на этой планете, – произнесла она, подходя ближе. Снег под ее ногами не скрипел. – Ты поглощал божеств. Их энергия в тебе. Их сила в тебе. Этого не забирается обратно.

– Я заметил.

– Это выбор. У мира есть равновесие. Когда в нем становится меньше божеств, равновесие нарушается. Его нужно восполнить. Иначе пустоту займет кто-то другой – и неизвестно, кто. Это ты понимаешь?

– Да.

– Поэтому я пришла сказать две вещи. Первое. Начиная с этого момента ты низшее божество. Теперь это будет у тебя официально. У тебя будут права и обязанности.

Я помолчал.

– А второе?

Она улыбнулась. Улыбка у нее оказалась ровно такой, какой я запомнил у мамы.

– Второе ты узнаешь сам. Позже. Когда будешь готов.